Приключения Арины. Мир Шира
- -
- 100%
- +
Мужчина развернулся и направился к девушке, ожидавшей в стороне. В закатных солнечных лучах отрывистые движения его мускулистых рук и четкий размеренный шаг почудились опасными, оставив после себя шлейф скрытой угрозы. Да ну! Показалось, наверно. Мотнув головой, отогнала от себя столь странные мысли и ускорила шаг, торопясь домой.
Дивонэ, как обычно, крутилась у печи. От сильного, но аппетитного запаха жареной рыбы у меня сразу заурчало в животе. Проигнорировав зов голодного желудка, положила мешочек с амулетами на стол и, предупредив хозяйку, что ухожу заниматься магией, покинула дом.
Через некоторое время оказалась на поле. Медное солнце медленно опускалось к горизонту, оттеняя верхушки деревьев недалекого леса. Легкий ветерок волнами пробегал по просторам поля, создавая ощущение шелковистости и мягкости травы.
Удобно расположилась на ней, ладонями коснулась земли, слегка наклонилась вперед и, закрыв глаза, стала прислушиваться к звукам вокруг и вдыхать полной грудью свежий прохладный воздух, наполненный травяными запахами, смешанными с ароматами цветов и сырости. Постепенно расслабилась, слившись с природой, став ее частью – в таком состоянии у меня лучше получалось работать со своими магическими потоками.
Оказалось, что в моем родном мире нет магической энергии, а если где-то и есть, то в очень малом количестве. Поэтому моя стихийная сила никоим образом не проявляла себя, пока меня не забрали в мир Шира.
Сейчас все по-другому: я была наполнена магией, что струилась по тонким каналам, похожим на вены и артерии человека. Они направляли силу в заданное мной русло, и чем лучше ими управляла, тем меньше энергии тратила, даже наоборот, увеличивала ее запас и развивала свой потенциал.
Дивонэ объяснила, что в скором времени, когда у меня будет достаточно магии, ведь всю свою жизнь я была, как она выразилась, «истощенной чародейкой», смогу использовать энергию для разных заклинаний. Не могла уже дождаться этого момента. Безумно хотелось перемещать предметы и зажигать свечи по щелчку пальцев! Но всему свое время.
Неожиданно почувствовала на себе чей-то ледяной взгляд, от которого спина покрылась мурашками. Тут же распахнула ресницы и стала всматриваться в сумеречную темноту, пытаясь увидеть хоть кого-нибудь, ведь не может такого быть, чтобы мне просто показалось!
По-прежнему ощущала давящую тяжесть чьих-то глаз, пытавшуюся пригвоздить меня к земле… Но никого в поле зрения не было. Этот человек или существо умеет идеально скрываться. Постепенно из-за растущего страха сердце забилось быстрее, и я подскочила с травы. Только было направилась обратно в деревню, как краем глаза заметила высокую человеческую фигуру, вышедшую из рощи и оттенённую спускавшимся за горизонт багряным солнцем. Сердце замерло, и я превратилась в соляной столп. Мой цепкий взгляд не отпускал из виду приближающуюся ко мне фигуру. Высокий стан, широкие плечи – точно мужчина. И тут мне почудилось что-то знакомое в этой усталой походке. Присмотрелась получше. Это же Конн!
Рванула к нему навстречу через широкое поле, приподняв юбку серого платья, чтобы дать свободу ногам. Бежала быстро, хотела как можно скорее нагнать его. Сейчас страх, вызванный тем, что за мной кто-то наблюдал, был вытеснен робостью перед Конном. Наконец, он меня заметил. Я влетела в его распахнутые объятия, и большие мужские руки крепко прижали меня к широкой, теплой груди. Конн был насквозь промокшим. Наверное, успел побывать на источниках. Уткнулась носом в его шею, невольно вдохнув неповторимый запах тела, смешанный с ароматами луга и свежестью воды.
– Как хорошо, что ты тут… – сказала, подняв глаза. – Я так испугалась! Показалось, что за мной кто-то следил.
– Следил, говоришь…
Конн выпустил меня из своих объятий и, взяв в руки мой медальон, внимательно рассмотрел его, затем сжал в кулаке и стал шептать неизвестное мне заклинание. А я, позабыв обо всем, любовалась его лицом: густые брови, сведенные у переносицы, говорили о полной сосредоточенности; манящие губы, обрамленные щетиной, медленно двигались, пока совсем не замерли. Карие глаза поймали мой изучающий взгляд, а губы растянулись в полуулыбке. Как же она ему идет!
– Ты права. За тобой следят.
В полюбившемся мне рокочущем голосе послышались серьезные нотки. Конн отпустил медальон и ласково прикоснулся к моей щеке, легко провел по ней и посмотрел мне прямо в глаза.
– Арина, слушай меня внимательно.
Я готова была слушать и слушать, особенно, когда он произносил мое имя так… нежно.
– На тебе висит заклинание слежки, причем довольно запутанное: многослойная структура чар, – пояснил Конн. – Но я, кажется, чувствую мага, что сплел его. Он находится очень близко.
Его взгляд вспыхнул, а пальцы перестали гладить мою щеку. Мой спутник развернулся в другую сторону и поднял руку. В следующий миг, едва не сбив меня с ног, подул ветер и пригнал дождевые тучи. А потом раздался очень близкий, прямо над нами, оглушающий гром. Конн резко опустил руку, и с небес выстрелила яркая молния, ударив куда-то впереди. И тут я увидела что-то невообразимое: далекая черная сфера впитала в себя молнию и вспыхнула, растворившись в сумеречной темноте и явив человеческий силуэт. Это тот, кто наблюдал за мной?! Кто он? Только успела задать себе эти вопросы, как темная фигура исчезла из виду.
– Упустил! – прорычал, словно зверь, Конн.
На его скулах нервно заходили желваки. Злится. Подошла ближе, осторожно коснулась мужского плеча и постаралась подбодрить:
– Ничего страшного. Мы найдем его или ее, я уверена.
Мужчина тяжело вздохнул и, накрыв мою ладонь своей, бережно сжал ее. Ураганный ветер тут же стих, оставив в покое грозовые тучи, заполнившие бескрайнее небо.
– Прежде чем начинать поиски, нужно снять с тебя чары слежки.
Кивнула:
– Прямо сейчас?
– Нет, дома.
Мы немедленно двинулись в деревню, всю дорогу храня молчание. Еще вчера залилась бы краской и забыла, как дышать, если бы Конн, как сейчас, держал меня за руку, сплетя наши пальцы.
Но сегодня смогла перебороть внутренние страхи и теперь наслаждалась каждой минутой вдвоем с ним. Почему не делала этого раньше? Чего боялась? Того, как его грубая кожа нежнейшим образом соприкасается с моей ладонью? Или того, как раз за разом я ловлю на себе бездонный взгляд его карих глаз и попросту таю от этого?
Сердце билось в приятном волнении, а улыбка не сходила с моего лица, и когда мы подошли к дому, не хотелось отпускать его руку, наоборот, сжать крепко-крепко, со всей страстью истомившегося сердца. Не могла себе представить, что однажды в груди будет становиться теплее просто от того, что нахожусь рядом с этим мужчиной. С тем, кто кардинально изменил мою жизнь, похитив из родного мира и притащив сюда, с тем, кто клеймил меня чарами собственности и украл мою душу, с тем, кто не один раз спасал мою жизнь. По-моему, я безнадежно, безоговорочно влюблена!
Из конуры выпрыгнула Ринха, забегала вокруг наших ног и не успокоилась, пока Конн не погладил ее по макушке, приказав оставаться во дворе. По щелчку его пальцев входная дверь открылась. Мужчина отпустил мою руку и подтолкнул меня вперед.
Дома было тихо. Тепло печи и тусклый свет свечей создавали привычный уют. Я села за накрытый стол, окинув взглядом чугунки с едой. Скорее всего, Дивонэ не дождалась нас и ушла спать.
– Ужинать будешь? – спросила, накладывая еще теплую кашу с овощами в тарелку перед собой.
– Да, я очень голоден.
Конн сел напротив. Его волосы, так же, как и туника, прилипшая к телу, все еще были мокрыми. Слабый свет обтекал его силуэт, акцентируя внимание на рельефе мускулистой фигуры, к которой так и хотелось прикоснуться. Мотнув головой, отправила, смакуя, ложку с кашей в рот и глянула в окно. Ночное небо почти очистилось от призванных Конном туч, открыв взору усыпанное звездами иссиня-черное полотно. В этом мире звезды сияли ярче. Не знаю почему: то ли находились на более близком расстоянии от планеты, то ли из-за отсутствия мегаполисов, заслонявших небесные светила скоплениями городских огней и выхлопных газов.
Мое наблюдение прервал Конн, подскочивший из-за стола и тенью ускользнувший из столовой. Куда он? Глянула через плечо и увидела, как он подхватил Дивонэ, тело которой, словно неживое, повисло на его крепких руках. Что с ней? Теперь подскочила и я, ринувшись к ним.
– У нее видение, – спокойно пояснил мужчина.
Кивнула, тут же заметив ее опустевший взгляд и дрожащие губы, и спросила:
– Думаешь, она нашла еще одного носителя?
– Надеюсь, – со вздохом ответил Конн и направился со своей ношей в ее комнату.
Там положил Дивонэ на кровать и сел рядом. Я оперлась плечом о стену и молча наблюдала, как он не сводит взволнованного взгляда с ее лица. Ожидание длилось недолго. Женщина резко поднялась и шумно задышала, жадно глотая воздух пересохшими губами.
– Вот вода! – сказала я и, схватив глиняную кружку с комода, стоявшего возле меня, протянула хозяйке.
Та вырвала ее из моих рук и тут же поднесла ко рту. Вдоволь напившись, отдала мне кружку и после продолжительного вздоха тихо сказала:
– Я нашла его.
– Хорошо. – Конн облегченно вздохнул и встал с кровати. – Они уже знают?
Кого он имеет в виду, магов тьмы? Посмотрела на Дивонэ, ожидая ответа. Ведь если мое предположение верно, то носителю магии Хошон грозит смертельная опасность, попадись он в руки белоглазым. В голове всплыло воспоминание о двух громилах, ворвавшихся в мою квартиру той ночью. До сих пор помню, как от них разило тухлятиной. Невольно почесала нос.
– Да. Они уже в том мире, – шепнула Дивонэ дрожащими губами.
По ее лбу скатилась капля пота, а руки сжались в кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев стали белыми.
– Он еще жив? – спросила, поставив кружку на комод.
Женщина кивнула. В голубых глазах плескалась надежда. Конн поднял руку, зашевелив пальцами, подушечки которых заискрились, и уточнил:
– В мире носителя есть магия?
– Нет. Он очень похож на мир Арины, – торопливо пояснила хозяйка и, подскочив на ноги, схватила мужчину за поднятую руку. – Тебе нельзя одному, это слишком опасно!
А ведь она права. Если в том мире нет магии, значит, для его сил не будет подпитки и запас быстро иссякнет! А там еще и маги тьмы…
– Конн, возьми с собой Доримена и Леонию, – предложила я.
И тут же поймала на себе его мимолетный взгляд. Потом послышался привычный щелчок мужских пальцев, и незримая сила выпихнула меня и Дивонэ из комнаты. Дверь захлопнулась.
Женщина бросилась вперед и стала барабанить по ней кулаками, выкрикивая имя воина. Я стала отходить назад, пока спиной не наткнулась на стену, послужившую мне опорой. В следующий миг дверь распахнулась, и Дивонэ влетела в пустую комнату, в воздухе которой летали медленно потухавшие искорки. Мое сердце словно кольнули иголкой, и оно сжалось от боли. Господи, прошу, убереги его… Сжав в руке медальон, подошла к хозяйке и, коснувшись ее плеча, тихо сказала:
– Он сможет. Все будет хорошо.
Хотелось надеяться, что мои слова окажутся пророческими. Плечи Дивонэ приподнялись и опустились на тяжелом вздохе.
Этой ночью я не спала. В голову лезли недопустимые мысли. Как ни пыталась от них отгородиться, как ни старалась думать о чем-то ином, они, как ядовитый газ, проникали по дыхательным каналам в легкие и отравляли организм, заставляя судорожно трястись все тело. Мешали свободно дышать. Я не переставала молить богов о том, чтобы Конн вернулся живым и невредимым вместе с носителем стихийной магии.
Утро подкралось незаметно: теплыми солнечными лучами проникло через распахнутое окно и согрело меня. Птицы, как всегда, весело щебетали, их песни убаюкивали. И я наконец-то закрыла глаза, провалившись в долгожданный сон.
Глава 9. Укротитель монстров
Проснулась от тихого стука в дверь.
– Войдите, – пригласила хриплым спросонья голосом и широко зевнула.
В комнату вошла Дивонэ. На ней не было лица: бледная, как поганка, взгляд поникший, волосы, обычно аккуратно заплетенные в косу, торчали во все стороны, а нос красный, как поспевший помидор. Вскочила с постели.
– Что случилось? Ты заболела?
– Не знаю… – еле слышно протянула она и села на кровать. – Но чувствую себя как мертвец.
Дивонэ откинулась на подушку и закрыла глаза.
– Принести тебе что-нибудь? Еды, воды? Отвар, может, сделать? Что угодно, только скажи!
– Я уже… – ответила она, едва пошевелив синими губами, и легла.
Погладила женщину по голове, убрала с лица непослушные пряди волос. Да она ледяная! Тут же достала из прикроватного сундука покрывало и положила поверх уже имеющегося. Потом спросила:
– У вас лекарь в деревне есть?
Надеюсь, здешних врачей так называют. Но Дивонэ не ответила, лишь тихонько засопела. Я взяла с собой вещи и на цыпочках вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Срочно нужен доктор!
В спальне хозяйки переоделась в легкое светлое платье изо льна, повязала волосы лентой, убрав их в высокий конский хвост и, умывшись водой из ведра, пошла стучаться в остальные комнаты. Спустя буквально минуту поняла, что мы в доме одни, и решила сначала позавтракать, а заодно продумать план действий. В чугунке разогрела молоко, на сковороде поджарила пару кусков хлеба – очень тостов захотелось – и села за стол.
Медленно намазывала масло на теплый хлеб, наблюдая, как оно тает, и рассуждала: по идее, выходить за пределы деревни в одиночку мне нельзя, но в данной ситуации – другого решения не придумывалось, хотя я далеко и не пойду. Откусила хрустящий тост и, прожевав, запила горячим молоком. Как вкусно!
Когда глиняные тарелка и кружка опустели, осмелела, встала из-за стола и вышла во двор. Утреннее солнце светило в глаза, заставляя щуриться, пока я не привыкла к ярким лучам. На небе не было ни облачка, да и ветер стих. Жарко, душно. Подойдя к калитке, остановилась на мгновение и вспомнила слова Конна: «На тебе висит заклинание слежки…» Вдохнув полной грудью, прогнала страх и, толкнув калитку рукой, вышла со двора.
Не успела миновать каких-то десять домов, как почувствовала, что на лбу выступил пот. Пекло неимоверно. Смахнув влагу тыльной стороной ладони, свернула за угол высокого забора и неожиданно во что-то врезалась! Попятилась и тут же увидела, кто преградил мне путь. Вместо извинений невольно выкрикнула:
– Ты?!
В янтарных глазах мелькнуло удивление, а губы растянулись в какой-то полубезумной улыбке. Норд развел руками, пожал плечами и сказал:
– День добрый, Арина! Чего не смотришь, куда идешь?
Из моих легких вырвался тяжелый вздох. Интересно! Бывают же люди, которые могут так сильно раздражать! Причем беспричинно…
– Извини, задумалась, – ответила, мазнув неодобрительным взглядом по оголенному торсу, блестевшему каплями пота на солнце. – Хорошего дня!
– И тебе.
Мужчина хлопнул меня по плечу и свернул в переулок, а я продолжила путь к дому ювелира и уже спустя полчаса стояла на пороге, настойчиво колотя в дверь. Послышались мерные шаги, и дверь открылась. Имар, облаченный в мятые тунику и короткие штаны, обнажавшие волосатые ноги, удивленно на меня посмотрел, широко зевнул, потянулся, расправил плечи и спросил:
– Чем обязан?
Видимо, только что проснулся. Опустила взгляд с его взъерошенных волос, напоминающих птичье гнездо, на полусонное лицо.
– Дивонэ заболела, выглядит – ужа-а-асн…
Не успела договорить, как Имар, серые глаза которого забегали из стороны в сторону, перебил меня:
– Где она сейчас?
– Дома.
– Жди меня здесь! – приказал мужчина и, оставив дверь нараспашку, скрылся внутри.
Я осталась стоять на крыльце, вслушиваясь в бренчания, громыхания и невнятное мычание, доносившиеся из дома, а потом, спустя буквально пару минут, ко мне вышел Имар все в той же одежде, но с тряпичной сумкой на спине. Дверь закрылась по щелчку мужских пальцев, и мы направились к нашему дому. Я еле-еле поспевала, вприпрыжку следуя за своим спутником.
В спальню к Дивонэ Имар не вошел, а влетел и замельтешил из угла в угол при виде пустой комнаты.
– Она в соседней, – пояснила я, и мужчина выбежал в коридор.
Вздохнув, пошла за ним. Хозяйка, укрытая одеялом с головой, спала, тихо посапывая. Имар опустился на колени рядом с кроватью и, скинув сумку на пол, щелчком пальцев закрыл шторы на окошке, создав уютную темноту. Я молча следила, как он поднял руки и, нашептывая заклинание, двигал ими в воздухе из стороны в сторону над ее телом. Внезапно ювелир замер, а его ладони засверкали. Угасающие искры падали с его рук на одеяло и медленно растворялись в пространстве. Мужчина тяжело вздохнул и уперся головой в одеяло, сжав кулаки. Секунды тянулись долго. Немного подождала, а потом подошла к нему, легонько коснувшись плеча, и спросила:
– Что с ней?
Имар поднялся с пола и посмотрел на меня обреченным взглядом, от которого у меня скрутило живот.
– Ее прокляли.
Сглотнула, ощутив, как спина покрылась мурашками.
– С такими схемами чар еще не доводилось сталкиваться. Помимо обычной магии заметны темные вплетения.
– Ты имеешь в виду по цвету темные?
Собеседник помотал головой.
– Нет. Здесь самая настоящая магия тьмы. – Имар почесал подбородок, задумчиво глядя в сторону. – Уверен, это дел рук ее сестры.
Сестры? Он не ошибся? Хозяйка никогда о ней не рассказывала.
– Иргарэ, – продолжил мужчина, прочитав удивление на моем лице. – Они как две капли воды похожи друг на друга – не отличить невооруженным взглядом. Единственное, что выдавало Дивонэ, так это талант, доставшийся ей от предков, коим сестра не обладала. Но девчонкой та была строптивой, всегда тянулась за Дивонэ. А когда источник баланса разрушили, Иргарэ перешла на сторону тьмы, поддавшись влиянию темных чар, как бы мы все ни старались вернуть ее обратно. – Имар присел на край кровати. – До сих пор прислуживает Онгхусу.
– Дивонэ рассказывала мне, что на стороне тьмы тоже есть ясновидящие. Она имела в виду собственную сестру?
Мужчина кивнул, нежно погладив спящую по макушке, торчащей из-под одеяла.
– И что теперь? Ты сможешь снять эти чары?
Серые глаза блеснули яростью, которую невозможно было не заметить. Неужели все так сложно? И как все… неожиданно. В голове не укладывается. А если у него не получится, она что, умрет?.. Этот вопрос озвучивать не стала, так как страшилась того, какой ответ получу.
– Сделаю все, что смогу, и даже больше. Ради этой женщины я готов пожертвовать собственной жизнью, если будет необходимо.
В тихом голосе была такая стальная уверенность, что мне немного полегчало от его слов. Была рада, что Дивонэ находится в надежных руках этого странного, на мой взгляд, мужчины, который, оказывается, действительно любит ее.
Молча кивнула и вышла из комнаты, оставив их наедине. Настало время браться за домашние дела, тем более что ими – до выздоровления Дивонэ – теперь придется заниматься мне одной. Сняв шляпу с настенной полки и накинув платок на плечи, направилась в огород.
Спустя какое-то время очередная грядка была преодолена, я потянулась, разминая спину. Посмотрела на корзинку, наполненную овощами – какая я все-таки молодец! Вытерев пот со лба платком и захватив корзинку, направилась в дом. Да, жара еще та. Похоже, лето здесь в самом разгаре. Прежде чем зайти внутрь, села на скамейку и хорошенько отряхнула ботинки от налипшего чернозема.
Вдруг послышался скрип калитки, я подняла глаза и увидела: мне навстречу, сверкая желтыми глазами и мотая длинным хвостом, бежит Ринха, а за ней по двору бредет Пимен с неизменной лукавой улыбкой на морщинистом лице. Животное встало на задние лапы, передними оперлось на меня, чуть не повалив с лавки, и ткнулось мокрым носом в шею.
– Привет-привет. Я уже соскучилась, ты где пропадала? – Впустив пальцы в мягкую золотистую шерсть, блестевшую на солнце, стала гладить питомца.
Мужичок подошел к нам.
– Она у меня была, теперь частенько забегает. Ей внимания не хватает, порода такая. Кстати, я от Имара весточку получил, что Дивонэ прокляли, он попросил поглядеть на голубку. Они в доме? – спросил гость, кивнув на дверь.
– Да, проходи.
Пимен подтянул повыше потрепанные штаны, туже затянул шнурок и, захватив корзину с овощами, потопал к крыльцу. Я скинула тяжелые лапы с коленей, чмокнула Ринху в морду, взлохматила ей шерсть на макушке и тоже направилась в дом. Еще все мыть, чистить, нарезать и придумывать, что приготовить.
Когда медное солнце окрасило небо в оранжевый, я следила за чугунком с варившейся в нем кашей с овощами и молча нарезала салат из свежих помидоров, изредка поглядывая на поникших Имара и Пимена. Уже с полчаса сидели, уставившись в окно. Решила нарушить гнетущую тишину и спросила:
– Ну, что там с проклятьем? Могу я чем-то помочь?
– Вряд ли, – устало молвил ювелир, убрав ладонь, подпиравшую подбородок, и расправил плечи. – Я сам еще не понял, что да как.
Мужчина посмотрел на меня.
– Спасибо, что сразу за мной пришла. Еще чуть-чуть – и могло бы быть поздно.
Замерла на секунду, задумавшись над его словами. Этот мир очень жесток, здесь все происходит так внезапно. Хотя… В нашем все так же. Никогда не знаешь, что ждет тебя за углом.
– Пожалуйста. Надеюсь, все обойдется.
В серьезном взгляде Имара было столько горечи, что я невольно сдавила кусочек помидора, брызнув соком на скатерть. Ну, вот! Схватив полотенце, тут же промокнула капли.
– Арина, а кто наложил на тебя чары слежки? – спросил Пимен, глянув из-под густых бровей.
Пожала плечами, перекинула полотенце за спину и, быстренько перемешав салат, отошла к печи. Самой хотелось бы это знать.
– А ты можешь отследить, кто наложил? – поинтересовалась у старика.
Позади послышался протяжный вздох.
– Не могу. Я мастер по зверью всякому, а по чарам вон кто у нас специалист – Имар!
Так и думала. Зачем спрашивал тогда?..
На этом наша беседа сошла на нет, и я полностью сконцентрировалась на ужине, который был готов спустя четверть часа. Накрыла на стол, поставила гору чистых тарелок рядом с чугунками с едой, налила горячей воды в кружки, куда заранее бросила листики мяты.
Неожиданно входная дверь отворилась. В столовую зашел Льярд. Заполз, если точнее. Рваные туника и штаны были пропитаны черной слизью, так же как и прилипшие к лицу и телу некогда белоснежные волосы. Юноша едва стоял на ногах, рукой крепко вцепившись в рукоять длинного меча, с кончика лезвия которого капала на деревянный пол все та же мерзкая слизь.
Мужчины подскочили со своих мест и, подхватив страдальца под руки, повели его в комнату, а я наполнила ведро теплой водой, повесила несколько полотенец на бортик и встала у раскрытой двери в спальню лиловокожего. Дождавшись, когда его усадят на кровать, вошла внутрь и попросила мужчин выйти. Мол, ужин остывает. На самом деле не хотелось, чтобы лишняя пара глаз наблюдала за нами.
Плотно закрыв дверь, намочила полотенце, хорошенько отжала и, присев рядом с Льярдом, осторожно прикоснулась к плечу и принялась смывать вязкую слизь.
– Как ты? – спросила тихо.
В ответ – молчание. Наверное, устал бедняга, на разговоры сил не осталось.
Ранний закат пробирался в окошко комнаты, создавая полумрак. Юноша вздрагивал при каждом касании полотенца: черная слизь оставила багровые ожоги на лиловой коже. Очень хотелось по одному щелчку пальцев избавить парня от мучений, исцелив все его раны, но, увы, мне это было не под силу.
Ничего-ничего, выспится хорошенько, утром превратится в хрустальную статую и будет как новенький! Закончив с обмыванием, кинула грязную одежду в черную от слизи воду, в которой тихо шипели пузырьки, и начала наносить на ожоги тонкий слой серой мази. В прошлый раз Дивонэ приготовила много смеси и оставила ее на всякий случай в холодильном шкафу.
– Там их так много… – едва слышно прошептал Льярд, обхватив мое запястье дрожащими пальцами, когда я укрывала его одеялом. – Их глаза… Они словно в душу смотрят, и от этого взгляда сжимается сердце.
Его обычно ярко-желтые глаза казались блеклыми, потерявшими искру надежды. Опустилась на колени.
– Все будет хорошо. Ты дома.
Но он меня, по-моему, не слышал, лишь продолжал бормотать:
– А еще… Ты знала, что эти монстры поедают душу?
Я сглотнула. Как так? Думала, они просто пожирают людей.
– Да-да. Человеческая плоть им не нужна, они охотятся за нашими душами. – Льярд посмотрел на меня отрешенным взглядом, словно еще был там, на поле боя. – Когда их убивал, показалось – слышал их крики.
– Чьи крики? – спросила почти неслышно, ласково гладя его по щеке.
Льярд облизнул сухие губы и прошептал на тяжелом выдохе:
– Людских душ.
Мое сердце дрогнуло. Что за ужасы он рассказывает? Такого не бывает!
Юноша повернулся на бок, ко мне спиной, а я присела на край кровати и подождала, когда он уснет. Вскоре солнце спряталось за горизонтом, и в комнате стало темно. Льярд наконец-то погрузился в сон, тихо засопев.