- -
- 100%
- +
Ольга вошла в класс, и сердце ее оборвалось. Он был пуст! То есть столы, стулья, классная доска – все это было на месте, но ни одного монитора, да что там монитора, ни одного компьютера, ни одного шнура, ничего!
Только вчера она лично вместе с инженером и учащимися устанавливала компьютеры, подключала их, сегодня оставалось лишь отладить локальную сеть, и класс можно было принимать. И вдруг он пуст! Ольга не верила собственным глазам. Так не бывает! Она ведь сама сдала его под охрану! Ни у кого нет ключей, тем более она использовала свой личный пароль. Ольга почувствовала, как подкашиваются ноги. Свет перед глазами начал меркнуть…
– Ольга Марковна, у вас сегодня изменения в расписании! – откуда-то издалека донесся женский голос.
Ольга встрепенулась, чувствуя, как кровь отливает от лица, обернулась и встретилась взглядом с Тамарой Максимовной, заведующей учебной частью.
– Ольга Марковна, что здесь происходит? Что с вами? Вы больны? – В голосе Тамары Максимовны звучало участие.
– Класс! – выдохнула Ольга и начала медленно сползать на пол.
Острый запах нашатыря, голоса, глухие, будто через толстый слой ваты. Ольга попыталась открыть глаза, но их застилала мутная пелена. Девушка не сразу сообразила, что это мокрая тряпка, которой кто-то вытирал ей лицо.
– Очнулась! – воскликнула Тамара Максимовна.
Директор склонился к самому лицу Ольги, долго смотрел на нее льдистыми глазами и только спустя некоторое время сказал:
– Вы можете объяснить, что здесь произошло? Мы вынуждены вызвать милицию. Пропало все! Это огромные деньги! Пояснить? За все придется ответить!
Ольга только отрицательно покачала головой, говорить она не могла. От боли в сердце дыхание перехватило.
Остальное она вспоминала как в тумане: приезд оперативной группы, утомительный допрос, где ей постоянно задавали один и тот же вопрос: куда и с кем она вывезла целый компьютерный класс. Ольга плакала, пыталась объяснить, что ушла из колледжа вскоре после восьми и появилась только утром, но, похоже, ей не верили и даже не слушали. По-видимому, молоденький белобрысый краснолицый следователь уже все решил для себя. Для него оставалось загадкой лишь одно: где сейчас находится компьютерный класс и кто помог незаметно вынести из здания два десятка компьютеров.
Трясясь в милицейском уазике, Ольга никак не могла понять, что же произошло. Помощи ждать неоткуда. Ясно, что если следствие решило максимально упростить для себя задачу, то доказать собственную невиновность будет крайне трудно. В райотделе допрос продолжился. Она уже давно потеряла счет времени. Наручных часов у нее просто не было, а мобильный телефон изъяли еще в колледже. Только по тому, как смеркалось за окном, Ольга поняла, что уже не меньше девяти вечера. Мучительно-однообразные вопросы повторялись, словно по закольцованной записи:
– Кто подписал документы на получение материальных ценностей?
– Кто занимался разгрузкой?
– Кто находился в классе, когда распаковывали компьютеры?
– Кто сдавал помещение под охрану?
– Кто снимал с охраны?
– С кем вы выносили оборудование?
– На чем вывозили и куда?
Голова раскалывалась от боли, но следователь не унимался, все тем же монотонным, бесцветным, как сам, голосом он, будто заведенный, повторял и повторял вопросы.
Ольга сначала пыталась отвечать, затем, когда ее терпение лопнуло, попыталась устроить истерику, но стакан холодной воды, выплеснутый в лицо, умерил ее пыл. Теперь она боялась только одного: еще немного – и ее начнут бить!
Иногда следователь сменялся и на его место заступал другой. Такой же молодой, только стриженный почти налысо, с тяжеленными пудовыми кулаками. Эти кулаки, лежащие на столе, пугали больше всего. Казалось, они способны в один миг лишить ее не только жизни, но и вообще превратить голову в кровавое месиво.
Когда Ольгу втолкнули в камеру, она едва держалась на ногах. Но оказалось, что пытка еще не закончилась. В первое же мгновение с деревянного ничем не прикрытого топчана поднялась и двинулась к ней какая-то неопрятная, бомжеватого вида тетка. Еще две ее товарки с интересом наблюдали за развитием событий.
– Ах, какая краля! Закурить есть? Да не менжуйся тута! Дорогая, видать, б…! Ишь прикинута как! Не с…! Тут всякие бывали! Не таких ломали! Што, язык проглотила? Это тебе не… подавиться! Не… из себя девочку строить! Давай сигарету, к…!
Ольга растерянно попятилась к двери. За спиной что-то легонько скрипнуло. Обретя смутную надежду, девушка обернулась, но то был звук открывшегося глазка. За происходящим в камере кто-то наблюдал! В волосы уже вцепилась бомжиха. От рывка по камере брызнули пуговицы от блузки. Ольга пыталась вырваться, но бомжиха старательно била ее по почкам, вкладывая в каждый удар отнюдь не женскую силу. Запрокинутое лицо Ольги почти упиралось в обитую железом дверь камеры, а прямо ей в глаза смотрел тот самый белобрысый следователь.
Кто-то пришел на помощь к бомжихе. Ольгу оттащили от двери, обрывки блузки забили в рот вместо кляпа, гадкие цепкие руки уже срывали с нее белье, когда дверь распахнулась и в камеру ворвались два милиционера. Дубинками они отогнали от Ольги насильниц и, подхватив девушку под руки, выволокли ее в коридор. Кто-то вырвал кляп изо рта, кто-то швырнул в лицо принесенный из камеры пиджак. Ничего не соображающую Ольгу втолкнули в другую камеру. От сильного пинка она упала на бетонный пол, до крови ободрав колени и руки.
Заботливые руки помогли подняться, усадили на дощатый топчан. Разбитых губ коснулась жестяная кружка. Несколько глотков воды почти полностью привели девушку в чувство. Расширенными от пережитого ужаса глазами она обвела камеру. Такая же, что и предыдущая, только женщины другие. И оказалось их тут почему-то много, не меньше десятка.
– Господи! Что же они с тобой сделали?! – раздался рядом полный сочувствия голос. – Неужто следователь пытался тебя изнасиловать?
– Нет, меня к каким-то бомжихам в камеру бросили! – морщась от боли, ответила Ольга.
– А-а-а! Прессовали! Тебя как зовут? – спросила женщина.
– Оля.
– Тебе уже предъявили ордер?
– Какой ордер? – удивилась Ольга.
– Господи! Ты что, с луны свалилась? Ордер об аресте за подписью прокурора!
– Нет, меня прямо с работы сюда привезли!
– А работаешь где? – уточнила женщина.
Теперь Ольга наконец рассмотрела свою покровительницу. Лет сорока, открытое милое лицо, приятный голос. Только глаза строгие, взгляд твердый, решительный.
– В колледже. Информатику преподаю, программирование, – ответила Ольга.
– Так за что тебя сюда? Двойку кому-то не тому поставила? – не скрывая удивления, улыбнулась женщина.
– У меня компьютеры пропали! Двадцать штук! Целый класс! За одну ночь! Вчера только получили! Я сама распаковывала их, устанавливала. А сегодня утром ни одного! Класс пустой! Как будто ничего и не было!
– Сигнализация в классе есть?
– Разумеется! Я сама звонила на пульт, там подтвердили пароль…
– Кто-нибудь еще мог снять с сигнализации?
– Не могу сказать. Пароль у меня личный, его только на пульте знали.
– Очень интересно! Так, значит, по мнению милиции, ты у самой себя украла?
– Выходит, что так, – пожала плечами Ольга.
– Как же их выносили? Я так понимаю, что в вашем колледже и сторож есть, – заметила женщина.
– Разумеется! Только следователь меня спрашивал, куда я их дела! Сторож сменился, и его не допрашивали.
– Очень увлекательная история. Тебе не кажется, что все это подстроено?
– Может быть. Только вопрос: кому это выгодно?
– Коллеги? – предположила женщина.
– Не может быть! – воскликнула Ольга.
– Все в жизни бывает! Ты пока молись, чтобы завтра тебе обвинение не предъявили.
– В смысле? Меня же арестовали уже! – удивилась Ольга.
– Не арестовали, а задержали. Это разные вещи. Арестованных, по сути, здесь быть не должно. Это не тюрьма, а всего лишь районное отделение милиции. То, что сейчас тут много людей, уже само по себе нарушение, но жаловаться некуда. Напускать прокурорский надзор бессмысленно, начальник райотдела всегда может отговориться. Мол, провел внеплановый рейд, теперь разбираемся.
– А вы? Вы здесь давно? – наконец спросила Ольга.
– Я особо ценный экземпляр. Сижу по личному распоряжению одного высокого начальника.
– Как это? – спросила Ольга.
– Очень просто. Осудить меня трудно. Статью подобрать не могут. Но напакостить у них уже получилось. Просто некий господин расчищает своим родственникам место под солнцем.
– Но зачем?
– Все проще некуда. Деньги. Меня выталкивали из бизнеса долго и безуспешно. Вот теперь, наверное, удастся от меня избавиться.
– А как же прокурорские проверки?
– Когда прокурору популярно объясняют, где его место, обо мне уже никто не спросит. У тебя другое дело: если не задействованы серьезные силы, то следователи покуражатся да и отпустят тебя. Ты им не нужна. Просто берут на испуг. Лень им было ехать допрашивать сторожа. Да и два десятка системных блоков плюс мониторы – это не иголка в стоге сена. В легковушку не загрузишь. Значит, нужно искать как минимум микроавтобус. Тем более можно элементарно запросить ГАИ. У нас ведь движение не как в Москве. Обычный областной город, люди по ночам в большинстве своем спят, а не раскатывают по улицам.
– Но что же мне теперь делать?
– Выход у тебя, на мой взгляд, только один. Когда выберешься, найди Глеба Жовнеровского.[1] У него частное сыскное агентство. Человек он честный и ответственный. Конечно, расследование будет стоить денег, но честное имя, на мой взгляд, дороже. Ты ведь не собираешься всю жизнь жить с клеймом?
– Как его найти? – не сразу, немного подумав, спросила Ольга.
– Запоминай номер телефона… – Женщина продиктовала цифры. – Когда позвонишь, скажешь, что направила тебя Ирина Сигизмундовна, это, как ты понимаешь, я. А сейчас ложись-ка ты спать!
– А свет?
– Его здесь не выключают, – вздохнула Ирина Сигизмундовна.
Ольгу отпустили поздним утром. Просто вызвали в дежурку, вернули мобильный телефон, деньги и захлопнули оконце. Никто и не подумал извиниться или что-либо объяснить. Девушка вышла на узкую, всегда такую уютную и раньше столь любимую ею улицу и, придерживая запахнутыми борта пиджака, направилась к остановке.
Чуть больше суток она провела в милиции, а ощущение, что жизнь перевернулась, разделилась, словно проведенной поперек жирной чертой, на две части, ту, замечательную и безоблачную, что была раньше, и нынешнюю. Страшную и непредсказуемую.
Едва добравшись до дому, она первым делом позвонила Жовнеровскому. Ольге ответили не сразу.
Игорь уже в который раз пытался дозвониться. Безрезультатно. Она не брала телефон. К вечеру номер вообще стал недоступен. Он не знал, что и подумать. Вроде поводов для обиды не было. Договаривались встретиться. Он отложил все дела, и вот такой результат!
Домой совершенно не хотелось, и Игорь решил остаться на работе, чтобы отладить программу. Но неожиданно зазвонивший телефон заставил его переменить планы.
– Да! – едва не крикнул он в трубку.
– Привет, Игорек! Не узнал? – проворковал приятный женский голос.
– Простите, нет. С кем я говорю? – недоуменно спросил Игорь.
– Ну вот, не узнал! Значит, богатой буду! Что же ты, совсем уже все позабыл? – продолжала интриговать женщина.
Игорь мучительно копался в памяти, явственно ощущая, как краска стыда заливает лицо. Не хватало только, чтобы нежданно-негаданно объявилась какая-нибудь пассия из прошлой жизни. Такой поворот его совсем не устраивал. Особенно сейчас, когда он свято поверил в серьезность собственных намерений.
– Простите, но я вас не припоминаю, – наконец решился сказать Игорь.
– Так я и думала! Разумеется, кто вспомнит однокурсницу! Я Таня! Морозова! – со смехом призналась собеседница.
– Танюха?! Ты где? Откуда звонишь? – обрадовался Игорь.
– С телефона! – захохотала Таня. – У тебя сегодня никаких серьезных планов нет?
– Теперь нет. Ты в городе?
– Естественно! Давай встретимся. Посплетничаем! – предложила Таня.
– Хорошо! Через час возле ратуши. Тебя устроит?
– Можно и возле ратуши, но я думаю, лучше возле универа.
– Согласен! Возле входа, – не стал возражать Игорь. – Я там могу быть минут через пятнадцать.
– Отлично! Я успею, – обрадовалась Таня.
Положив трубку, Игорь усмехнулся. Нет худа без добра! Не получилось свидание, так хоть с однокурсницей встретится. Пять лет они не пересекались. Сразу после окончания университета его на год призвали в армию, после устроился на фирму и полностью отдался работе. Никого из своих сокурсников он ни разу не встречал. И этот звонок его откровенно обрадовал: можно встретиться, пообщаться, вспомнить студенческие годы. В группе их было всего четверо парней. После окончания учебы жизнь всех раскидала. Санька вроде уехал в Америку. Леха и Игнат тоже исчезли из поля зрения, а девчонки, наверное, повыходили замуж и им уже не до встреч с однокурсниками. Так что причины обрадоваться звонку Татьяны у Игоря были. Он отлично помнил ее. Достаточно яркая, неглупая, она встречалась с Игнатом, и вроде дело шло к свадьбе. По крайней мере, в общаге привыкли, что они всегда были вместе, кажется, даже жили как муж с женой, но подробностей Игорь не выяснял, да и ни к чему это.
Выключив комп, он еще раз попытался дозвониться, но голос в трубке в очередной раз заявил: «Абонент временно недоступен…» Чертыхнувшись, Игорь сунул телефон в карман ветровки, еще раз оглядел рабочий стол – не забыл ли чего – и, заперев дверь, сбежал по лестнице. Кивнув сторожу, оставил ключи, расписался в амбарной книге и выскочил на улицу. От компьютерного центра до универа всего две остановки. Решив не ожидать транспорта да и поленившись переходить на другую сторону, Игорь размашисто зашагал мимо студенческого города к альма-матер, сгорая желанием поскорее увидеть Таню.
Всего десять минут потребовалось, чтобы дойти до главного входа в университет. Рядом за можжевеловой аллеей шумел проспект, а здесь, возле таких знакомых стеклянных дверей, было на удивление тихо. Остановившись, Игорь огляделся. Не увидев Таню, он потянул из кармана сигареты…
– Привет! – прозвучал за спиной знакомый голос.
Игорь обернулся и расплылся в улыбке. Прямо перед ним стояла все та же Танюха. За прошедшие годы она ничуть не изменилась. Все такая же нарядная, с умелым макияжем и чуть колючими внимательными глазами.
– Привет! Классно выглядишь! – обрадованно воскликнул Игорь и едва не поперхнулся, когда Таня, не говоря ни слова, крепко и сочно поцеловала его в полураскрытые губы.
– Да и ты тоже не постарел! – заявила она, доставая из сумочки платок. – Прости, я немного наследила помадой, но сейчас уберу.
Игорь немного опешил: раньше, как он помнил, Таня не позволяла себе таких вольностей.
– Слушай, а что мы с тобой стоим, как два истукана? Пойдем, что ли, в кафе? Если у тебя трудности, то я при деньгах! – заявила Таня и по-хозяйски подхватила Игоря под руку.
Не в силах сопротивляться напору, он послушно пошел с ней, искоса поглядывая на спутницу.
– Слушай, Тань, а ты зачем покрасилась? У тебя же, кажется, были темные волосы?
– Мне так больше нравится! Соответствует внутреннему состоянию! – И она посмотрела на Игоря какими-то неестественно зелеными глазами.
Пиццерия на углу когда-то была их излюбленным местом. Сколько здесь в свое время было выпито пива, о чем только они не толковали, будучи студентами. В заведении практически ничего не изменилось, все такая же мебель, такие же приветливые официантки.
– Ты что будешь? – спросила Татьяна, когда они сели за столик.
– Послушай, как-то неудобно! Позволь мне почувствовать себя мужчиной. Разреши хотя бы заказать самому! – взмолился Игорь.
– Ну что ж, действуй, мужчина. Только сразу говорю, я сегодня почти что именинница! Так что собираюсь отметить некое радостное событие. Причем именно с тобой! – заявила девушка. – Посему пиво не заказывай, будем пить коньяк и есть самую экзотическую пиццу!
Сделав заказ, Игорь собрался было расспросить Таню о знаменательном событии, случившемся в ее жизни, но так и не успел открыть рта.
– Как жизнь? Чем занимаешься? Где работаешь? Ты, надеюсь, еще не женился? – засыпала его вопросами Таня.
– С чего начинать? – отхлебнув добрый глоток коньяка, рассмеялся Игорь. – Никогда не думал, что ты такая напористая.
– С начала! Подробно и с деталями! – как-то удивительно мягко улыбнулась Татьяна.
– Тогда нужно начинать с выпускного!
– Вот с него и начинай. Мы расстались на рассвете…
– Да. На работу я тогда не устроился. Пошел служить родине. Отбарабанил там свое. Зачем – так и не понял. Когда вернулся на гражданку, начал искать работу. В школу идти не очень-то хотелось. Попробовал писать программы. Начало получаться. Показал понимающим людям, мне и предложили работу. Знаешь, фирма солидная, работает уже почти десять лет. Мне нравится.
– С работой ясно! А кроме работы? Не женился? – продолжала наседать Таня.
– Нет пока. Как-то в мои планы это до сих пор не входило. А ты? У тебя вроде роман когда-то был. С Игнатом.
– Забудь! Что было, то сплыло! Я с ним рассталась вскоре после окончания универа. И до сих пор не жалею. Не самый лучший был вариант. Так что я свободная женщина! Могу позволить себе выбирать!
– Понятно. А…
– Стоп! Сначала рассказываешь ты! Так что, у тебя и девушки нет? – перебив Игоря, продолжила расспросы Таня.
– Была. А теперь не знаю. Знаешь, Тань, в жизни все так запутанно… – начал почему-то оправдываться Игорь.
– Все ясно! То есть ты можешь громогласно заявить: «Я свободен, я ничей!» Так я тебя поняла?
– Не совсем. Я же говорю, что не все еще ясно! – возразил Игорь.
– Да ладно тебе! Признайся честно самому себе, что раз ты еще не женат, то, значит, и не стоит она того. Ну а кроме личного и работы что у тебя нового? Где живешь?
– Здесь неподалеку.
– Снимаешь или уже разбогател настолько, что купил квартиру? – прямо спросила Таня.
– Разумеется, снимаю. С родителями, сама понимаешь, не сильно-то и разгуляешься.
– Отлично! Возьмешь меня на постой на пару дней? А то мне, честно говоря, даже приткнуться негде, – с трогательными беззащитными нотками в голосе попросила Таня.
– Если только тебя не стеснит мое соседство. У меня ведь однокомнатная…
– Это пустяки! Мы же люди взрослые! Знаешь, давай закажем еще с собой пиццу и пойдем к тебе домой. Там как-то непринужденнее! – предложила Татьяна.
Когда они вышли на проспект, город уже зажигал огни. Игорь чувствовал, как легкая хмельная радость заполняет душу. Таня казалась такой красивой и соблазнительной, что фривольные мыслишки невольно зашевелились в голове.
Глеб, выслушав рассказ Ольги, покрутил в пальцах карандаш и, внимательно взглянув в глаза девушки, спросил:
– Ольга, а у вас в колледже, кроме охраны и сигнализации, существуют еще какие-нибудь средства безопасности?
– Простите, не поняла, – извинилась Ольга.
– Я имею в виду… ну да ладно. Кабинет, в котором находились компьютеры, на втором этаже?
– Нет, на третьем. Сразу направо от лестницы.
– Вахтер сидит внизу возле лестницы? – тут же спросил Глеб.
– Нет, этот вход закрыт, войти и выйти можно только через другой корпус. Они у нас соединяются крытым переходом.
– Дверь заперта на ключ? Я хочу знать, можно ли ее открыть незаметно? Так, чтобы вахтер не видел, – спросил Глеб.
– Не знаю. Наверняка у кого-то есть ключ. Но сама территория колледжа огорожена, и проехать на нее можно только через одни-единственные ворота.
– Там тоже охрана? – уточнил Жовнеровский.
– Сидит какой-то дядька, но чей он, я даже не представляю. Дело в том, что на одной территории с нами находится еще и училище, и автошкола, и какое-то производство… – начала объяснять Ольга.
– Интересно! Надо будет к вам как-нибудь наведаться.
– Только со мной в таком случае свяжитесь. Одного вас не пропустят в здание. Там на вахте с этим строго. Директор постоянно всех строит. Сами понимаете, район неспокойный, а учатся у нас дети разные. Чтобы ничего не случилось, директор строго следит за тем, не проходят ли в колледж посторонние.
– Вот даже как? – улыбнулся Глеб. – Что же, тем лучше! Ну что я вам могу сказать? За дело мы возьмемся. Оно, я думаю, не самое сложное, и компьютеры ваши мы отыщем. Разумеется, понадобится ваша помощь. Что же касается милиции и их расследования, то постараемся не слишком с ними конфликтовать. С вас ведь не взяли подписку о невыезде?
– Какую? Я ничего не подписывала! – воскликнула Ольга.
– Что, даже протоколы допроса? – удивился Глеб.
– Вообще ничего! – твердо заявила Ольга.
– Тем лучше. Теперь у нас в руках все козыри. Отправляйтесь домой, отдохните. Надеюсь, особых неприятностей на работе у вас не будет.
Проводив девушку до двери, Глеб обернулся и спросил у сидящего в углу мужчины:
– Что скажешь, Марек?
– А что тут говорить? Ясное дело. На девчонку кто-то пытается повесить кражу. Задействовано, может быть, достаточно много людей. Все же объем кражи достаточно большой. И деньги немаленькие. Если компы вывезли с территории, это может говорить только об одном: замешано руководство или люди, приближенные к нему. Конечно, нужно обследовать все, но я надеюсь, что надолго работа не затянется. Естественно, работал не профи, тем проще и сложнее одновременно. Должны же они были наследить. Кто-то что-то видел, кто-то что-то слышал. Я так понимаю, что опрос начнем уже сегодня?
– А какой смысл тянуть? Вот раз уж ты в курсе дела, бери кого-нибудь из ребят и отправляйся. Только аккуратно, не привлекая внимания. И корочками слишком не свети. Не люблю, когда мне звонят из управления и пытаются по старой памяти поставить на место.
Оставшись в одиночестве, Глеб принялся просматривать бумаги последнего расследования. В том, что Ирину Сигизмундовну Орловскую задержали незаконно, сомнений не было. Вот только как ее вызволить, оставалось до сих пор неясно. Слишком крупные фигуры оказались задействованы, да еще плюс ко всему предстоящие выборы сильно ограничивали возможности. Все спецслужбы были нацелены на разоблачение неугодных властям кандидатов, а в параллели активно противодействовали сбору любых сведений экономического характера, чтобы, не дай бог, не выплыло что-либо на кандидатов от властных структур. Работать в таких условиях бюро Глеба было весьма не просто. Особенно с делом Орловской. В том, что Ирина Сигизмундовна прислала к нему Ольгу, не было ничего удивительного. Будучи от природы человеком отзывчивым, она приняла участие в судьбе несправедливо обвиненной девушки и, естественно, посоветовала обратиться непосредственно к Жовнеровскому.
Закрыв папку, Глеб отнес ее в сейф и, вернувшись к столу, взял утреннюю газету. Неожиданно на глаза попалась статья, посвященная колледжу, в котором работала Ольга. Пробежав глазами текст, Глеб вдруг понял: дело оказывается не столь простым, как виделось изначально. Директор колледжа Александр Михайлович Кузякин баллотируется в депутаты.
«Вот черт! И тут политика!» – зло подумал Глеб и отшвырнул газету.
Ольга, обнадеженная Глебом, весело шагала по улице. Сегодня даже солнце казалось особенно радостным. На работу нужно было только после обеда, поэтому девушка решила не спеша прогуляться по городу. Перейдя реку, она обогнула театр и вышла на мост через другую, небольшую речушку. Еще не спавшая окончательно вешняя вода бурлила среди одетых в бетон и камень берегов. Мальчишки прямо под мостом ловили мелкую, еще сонную, неотогревшуюся рыбешку. Легкий теплый ветерок растрепал прическу, но Ольгу это ничуть не смущало. Полюбовавшись видом с моста, она направилась дальше. Мимо величественного костела, устремленной в синее, еще не выгоревшее небо ратуши, к пешеходному мосту третьей реки города. Три бронзовые девы, три грации, символизирующие слияние трех рек, уже омытые включенными после зимней спячки фонтанами, сверкали на солнце. Путь лежал мимо гимназии, которую когда-то окончила Ольга. Свернув на извилистую, то ныряющую в глубокие овраги, то карабкающуюся на горы улочку, она прошла вдоль величественного здания с древним городским гербом на фронтоне и направилась к плотине водохранилища. Там пролегал самый красивый и романтический путь к колледжу.
Вдоль сияющей на солнце водной глади, среди уже тронутых нежной акварельной зеленью деревьев, Ольга медленно шла по аллее, еще не догадываясь, что ожидает ее в недалеком будущем. Мир снова казался ей чудесным.
Таня вела себя более чем непринужденно. Казалось, коньяк на нее совершенно не подействовал: да, она была весела, но ее суждения и, главное, голос не выдавали даже малейших следов опьянения. Игорь чувствовал себя на седьмом небе от удовольствия. Невзирая на то что девушка почти ничего не рассказывала о себе, он в конце концов разговорился и теперь изо всех сил старался произвести на спутницу самое благоприятное впечатление.