Жена морского дьявола

– Заскучали, небось, тут, девочки? Или корабельные крысы отличная компания? – Громила наклонился, жёлтые глаза сверкнули в полумраке злостью. – Ну привет, пи-игалица.

Пират запустил свою руку сквозь прутья решетки, пытаясь достать до пленницы, Ника рефлекторно дернулась назад. Змееликий! Живой! Значит, она не убийца. Он выжил, хвала Триединому! Но что пирату нужно? Пришел отомстить?

– Хм, извиняться, значит, не собираешься?

Что? Вот ещё! Ника сжала кулаки до побеления в костяшках. В гробу он получит извинения за всё, что они, отродье дьявола, натворили!

По её воинственному взгляду Дэйв понял, что прощения девица просить не станет. Выпрямился и усмехнулся:

– Что ж, гордячка, тогда идёмте-ка обе на верхнюю палубу. Вас желает видеть капитан.

Пират выудил из-за пояса связку ключей, выбрал нужный и вставил в замочную скважину. Ника вскочила на ноги, по рукам пробежала нервная дрожь и перекинулась на спину. Насмешливая улыбка не сползала с лица мужчины, и Нике оставалось только гадать, зол он или нет. Со звонким скрипом дверь рванули в сторону, в узкий проем пират просунул голову.

– Сама выйдешь или мне вытащить за шкирку? Терять тут с вами драгоценное время не намерен, наш капитан очень не любит ждать. Но о-очень любит наказывать за ослушание.

– С-сама! – буркнула Ника, насупившись. Ещё не хватало, чтобы он её снова на плечо закинул.

Корсар посторонился. Поворачиваться спиной к нему было боязно, но Ника понимала, что, пока их капитан не объявит свое решение насчёт них с сестрой, никто из его подручных им вреда не причинит. А вот что случится потом… предпочла пока не думать.

Пройдя немного вперед, сквозь решётку Ника увидела свою сводную сестру. Та сидела на жёсткой лавке и размазывала рукавами платья слёзы по раскрасневшимся щекам.

Камеры, в которых их держали, больше напоминали сваренные на скорую руку клетки, и, наверное, использовались они для перевоза животных. Всего их было три, последняя пустовала. Дэйв выпустил Лиану и велел им следовать за ним.

– Мой вам совет, если хотите пожить подольше: молчите, пока вас не спросят, и не смейте дерзить Рагнару.

Рагнар…

Волоски на шее Ники зашевелились. Значит, вот как зовут жуткого капитана пиратов! Таинственное скандинавское имя воина – что ж, оно под стать незнакомцу в плаще.

– Что нас ждёт? Нас убьют?! – шепотом сыпала предположениями сестра. Ника видела, как Лиану трясло от страха, та шла, стараясь жаться к ней ближе. Хотелось успокоить глупую, но Ника сама не знала, доживут ли они обе до вечера.

– Я не знаю, но нам стоит прислушаться, что говорит этот матрос. И лишний раз не злить не только их капитана, но и его команду.

Бородатый громила подвёл пленниц к короткой лестнице, забрался в два прыжка и отворил дверь на улицу. По глазам ударил яркий свет, и девушкам пришлось зажмуриться.

– Живее! – гаркнули сверху. Пришлось поторопиться, несмотря на резь в глазах.

Как только стопы пленниц ступили на верхнюю палубу, Дэйв схватил обеих за локти и поволок к грот-мачте. А там уже, предвкушая веселье, собрался почти весь экипаж корабля. Ника покрутила головой в поисках берега, но не видно было даже его очертаний. Корабль уже унёс их с сестрой далеко, хотя где-то позади над разрушенным Порт-Ниаслем ещё еле слышно кричали чайки, оплакивая погибших.

Часть корсаров сидели на такелажной сети, часть на пушках, на бочках, самые бесстрашные на бортах фрегата – все они улюлюкали и выкрикивали всякие непристойности. Ника с сестрой ужаснулись и прижались друг к дружке спинами. Триединый, да куда они попали?! Над головой скрипели балки, шуршали паруса от ветра, казалось, что они не выдержат и свалятся прямо на них.

Вдобавок несколько пиратов окружили кольцом, стали ехидно цокать языками и распускать руки, силясь ухватить Нику либо Лиану грязными пальцами то за бок, то за зад. Сопротивление в ответ мужчин только распаляло.

– Та-ак! А ну, убрали свои грабли! Вы что, шлюх мало приласкали на острове? – осадил Дэйв разошедшихся матросов. – Раг ещё не давал распоряжения их забирать!

– У-у-у… старпом, что ты обламываешь?

– Дай хоть подразнить наших дам немного! – заворчали, хохоча, матросы, шаря по телам пленниц жаждущими сальными взглядами, но руки больше не тянули.

Нике слало дурно до тошноты. Неужели капитан может отдать их на растерзание вот этим неотёсанным мужланам?! А Лиану? Ей же только четырнадцать, хоть она и выглядит намного старше! Уж лучше тогда сразу смерть!..

– Дэйв, какая хоть, скажи, тебя камнем по затылку приложила? Строптивые, должно быть, самые горяченькие в постели.

– Не вашего скудного ума дело, отрепье! Быстро за работу! Судно само себя не обслужит. Али кнута давно не получали? – В подтверждение, что слов своих на ветер не бросает, старпом демонстративно похлопал ладонью по заткнутому за пояс кнуту – пираты разом присмирели и отошли от девушек на пару шагов назад.

Дэйв был здесь не просто авторитетом, его уважали и боялись. Старпом, как помнила Ника из познаний в корабельном деле, являлся правой рукой капитана, отвечал за боевую подготовку и оборону судна. Ему должен подчиняться весь экипаж. Матросы и подчинялись.

И это она Его вырубила, когда пыталась бежать? Громила мстить не стал, наоборот, продолжал защищать их с сестрой от покушений подчинённых. По приказу капитана, естественно. Заметив, что девушка косится на него, Дэйв подмигнул, и Ника вспыхнула не то от негодования, не то от стыда.

– Да не ори, старпом. Будет тебе. – Один коренастый матрос примирительно выставил перед собой ручищи. – Сделаем всё в лучшем виде и…

Вдруг по палубе прокатилась тишина, оборвав говорившего. Вывернув в любопытстве шею, Ника наткнулась взглядом на приближающуюся мрачную фигуру капитана. В груди под ложечкой неприятно засосало, а спину прошиб холодный пот. Алые глаза главаря смотрели прямо на неё.

Или Нике так казалось от страха.

Рагнар предстал снова в капюшоне. Свет от восходящего солнца за спиной капитана слепил и принуждал щурить веки, не позволяя его подробнее рассмотреть.

– Это ещё кто? Их капитан? – дрожащим голосом шепнула Лиана на ухо. Она вцепилась холодными пальцами Нике в плечи, интуитивно спрятавшись за её спину. Похоже, с ним сестрице ещё не довелось познакомиться.

– Да, – ответила тихо, чтобы могла слышать только она. – Прошу тебя, что бы он ни спросил, молчи! Будь благоразумна!

По шевелению своих волос на затылке Ника поняла, что сестра кивнула. Но последует ли она совету – вот в чём вопрос.

Меж тем капитан черного монстра дошёл и остановился в шаге от них. Его тяжёлый нечитаемый взгляд пригвождал к начищенным доскам палубы, на корню пресекая даже мысли о бегстве. Лицо пирата затмило тенью полностью, черт вообще не разобрать.

Нике подумалось, что он специально не показывает лицо. Но почему? Жуткие шрамы?

Рагнар молчал, продолжая рассматривать двух девиц, которых притащила его команда. Вернее, смотрел он больше на черноволосую в светло-зеленом потрёпанном платье, та испуганно выглядывала из-за плеча другой, более смелой. Так какая из них ему нужна?

Зеленоглазая беглянка, к которой привёл его в порту ворон, косилась настороженно, с плохо скрываемым страхом, но не впадала в истерику. Девицы обе цепенели от его глаз. Ожидаемо, ещё никто и никогда не смог противиться чарам проклятья.

– Кто из вас наследница Веренборг? – произнес громко и четко. Догадывался кто, но всё равно спросил.

Ника изо всех сил старалась отвести взгляд от алых глаз мужчины, но не получалось. Те нырнули в душу и не отпускали, желая выведать все секреты. Мысли теряли грани осознанности, расползались, заставляли подвергаться странному воздействию пирата.

…Секреты!

Ника зацепилась сознанием за ярко вспыхнувшее слово. Вот в чём дело! Если капитан так интересуется их родом, значит, ему нужна сила её крови! Нужен Дар!

Но если он его каким-то образом получит, то сможет совершить жуткие вещи! Сможет даже разверзнуть новую войну, напустит хаос на материки! Ни в коем случае нельзя этого допустить! Хорошо, что Лиана не осведомлена о тайне рода.

– Ещё раз спрашиваю, – слово «по-хорошему» так и зависло предупреждением в напряжённом воздухе, – кто из вас наследница?

Молчание. Капитан на мгновение прикрыл глаза, а затем резко распахнул, и Ника почувствовала, как адская боль волной пронеслась по всему телу, сконцентрировалась тугим узлом в животе. Ноги подкосились, но закричать или упасть не дал Рагнар: молниеносным движением он ухватил за горло, приблизил побледневшее девичье лицо к своему и прошипел:

– Ты?

– Н-нет… – выдавила с трудом. Пират пережал голосовые связки, и Нике практически нечем было дышать. Лиана с воплем свалилась на доски и затряслась в лихорадке. Чудовищная мощная сила!

– А-а, я запамятовал, ты же у нас служанка! – прошипел с зубным скрежетом, не провела его глупая ложь. Кровавые угли блеснули непонятной злостью, и капитан небрежно швырнул Нику на палубу, словно она была не человеком, а мешком с картошкой.

– Значит, тогда ты! – Схватил дрожавшую от ужаса Лиану за руку и поволок в неизвестном направлении. Не оглядываясь, бросил старпому: – Подыщи второй достойную работенку.

Ника закашлялась, пытаясь вдохнуть так необходимый сейчас воздух. Сквозь звон в ушах прорывались испуганные крики сестры, та в отчаянии звала её по имени, но Ника ничем не могла ей сейчас помочь.

Трехликий Бог, что же ты такое творишь?!

Не успела Ника как следует отдышаться, как к ней подошёл Дэйв и рывком вздёрнул за шиворот на ноги. Сквозь слёзы она с удивлением рассмотрела на его физиономии… сочувствие? Вряд ли. Скорее всего, привиделось, корсарам не присуще сострадание.

– Так! Идём-ка со мной! А вы, – громогласно обратился к членам экипажа, – и пальцем девчонку не смейте тронуть. Иначе прирежу.

Нику шатало, но она поплелась за старпомом. Переживания за сестру рвали сердце на части. Что с Лианой станет делать капитан? Убьет или… Ну не станет же капитан пиратов делать её своей наложницей?!

Ника зажмурилась. Не уберегла сестру. Сестре почти уже пятнадцать, через три месяца исполнится, раньше в таком возрасте уже замуж выдавали. Вот Лиана и ждала, пока старшая наследница покинет отчий дом, через несколько лет Карнель устроила бы и её брак. А теперь…

Отмахнулась от этой мысли. Старпом привёл Нику на нижнюю палубу и завёл в какую-то узкую комнатку, донельзя забитую награбленными трофеями и сундуками. Дэйв протиснулся вглубь и принялся рыться в одном из многочисленных ящиков. Ника удивилась, как этот громила вообще тут поместился.

– Вот. – Пират обернулся, бросив в неё кучу вещей, Ника чудом успела поймать. – Оденешься и сразу выходи за дверь.

Дэйв вышел. Судя по характерному звуку, он подпёр дверь своей спиной. Ника вздохнула с облегчением, опасалась, что он заставит переодеваться в его присутствии. Пираты, одним словом, от них стоит ожидать чего угодно.

Рассмотрев предоставленные ей вещи, Ника с неудовольствием усмехнулась: парусиновые штаны и бесформенная белая рубаха, хорошо хоть, женская. Не сказать, что всё пришлось впору, штаны в поясе пришлось утянуть ремнем, позаимствованным в том же сундуке. Брюки – это, конечно, возмутительно для леди, но многим лучше, чем разгуливать перед мужчинами в платье. Исподнее белье, естественно, Ника оставила своё. Она старалась не думать, какие люди до неё носили эти вещи и живы ли они вообще.

Для ног пират дал странные низенькие сапожки или башмаки из мягкой кожи с плетеными стельками. Обувка тоже оказалась немного большой, но проблема решилась быстро: от своего испорченного свадебного наряда Ника оторвала пару лоскутов ткани и запихала в носы башмаков.

Когда Ника посмотрела на дверь, её взгляд зацепился за висевшее слева от косяка неприметное зеркальце. Подойдя ближе, Ника стёрла с поверхности толстый слой пыли и ужаснулась своему отражению: чумазая замарашка, лучше и не опишешь. Волосы растрепаны, лицо в саже и разводах грязи, пудра с сурьмой размазались, образуя огромные тёмные круги вокруг глаз, словно Ника не спала несколько суток подряд. Красавица, одним словом.

Сразу же захотелось умыться и привести себя в порядок, но секунду спустя на ум пришла трезвая мысль: ведь так для пиратов она будет казаться менее привлекательной, а это поумерит их пыл к приставаниям. Но, подумав немного, поняла, что им всё равно на её внешность, если захотят зажать в каком-нибудь углу. Оставалось надеяться, что мужчины побоятся нарушить показ старпома. Ника всё же вытерла лицо.

– Ты там уснула, поди? Работа не ждёт! – крикнули по ту сторону двери, возвращая мысли о насущном.

– И-иду!

Но прежде, чем выйти из комнаты, Ника наспех расчесала пальцами спутанные волосы и сплела их в косу за спиной, стянув на конце бисерной лентой, чудом уцелевшей от венчального украшения.

Выйдя за дверь, поблагодарила пирата за одежду и всё-таки попросила прощения за тот удар камнем по голове. От сердца сразу отлегло, но она всё равно опустила глаза в пол, ждала, что бородатый рассмеётся или сделает ещё чего-нибудь такое. Но он лишь отмахнулся:

– Пустое. Будь я тогда на твоём месте, тоже пытался бы бежать любыми способами. – Дэйв оглядел преобразившуюся пленницу с ног до головы и недовольно цокнул, затем снял с настенного крючка треуголку и водрузил Нике на макушку. – Вот, теперь солнце не напечет. Идём.

Развернувшись, пират зашагал обратно к лестнице на верхнюю палубу, Ника поторопилась следом. Ей не хотелось туда выходить, но, увы, не она тут раздаёт приказы. По велению капитана корабля её наверняка заставят выполнять не самую лучшую работу.

Голову разрывало от обилия страшных вопросов, и, смотря на маячившую впереди спину Дэйва, который вот-вот должен был подняться, Ника неожиданно для себя выпалила:

– Что ваш капитан сделает с моей сестрой?! Ей нет и пятнадцати! Зачем мы ему?

Старпом резко остановился, и Ника влетела ему в спину, но тут же отскочила назад, замычав от лёгкой боли в ушибленном носу. Посмотрела на сурового корсара обиженно, с надеждой ожидая, что тот ответит. Дэйв с минуту помолчал и после бросил:

– Сама знаешь. – И продолжил движение наверх.

«Сама знаешь!» – пробубнила, поднимаясь следом, и зажмурилась от слепящих солнечных лучей. В их со старпомом сторону сразу устремились любопытные взоры, Ника ещё никогда не ощущала столько неловкости и злости от сложившейся ситуации.

Сверху раздавались прощальные крики чаек, скрипели натянутые сети канатов с деревянными балками. Ника задрала голову, прикрываясь ладонью от солнца, пробежала взглядом по грот-мачте и огромным раскинутым парусам, с непривычки у неё закружилась голова.

– Хватит глазеть! Вот твоя задача на сегодня.

Рядом с ногами что-то громыхнуло, Ника опустила взгляд и наткнулась на ржавое ведро с водой.

Ясно… значит, ей предстояло драить палубу. Просто отлично!..

Не привычная к тяжёлой работе, Ника до самого заката ползала по доскам на карачках со щёткой, выслушивая в свой адрес сальные шуточки матросов и указания, что надо мыть лучше. Но никто из мужчин к ней действительно и близко подходить не смел.

Лиану и капитана Ника не видела, криков сестры слышно тоже не было, и оставалось надеяться, что с ней всё в порядке.

К концу дня кожу рук разъело от морской воды, боли уже не чувствовалось, лишь сплошное онемение и пощипывание на пораженной коже. Пальцы скручивались и не желали слушаться хозяйку, но Ника усердно доскребала последний угол кормы. Ужасно хотелось есть. Перерывами желудок сводило от голода настолько, что подташнивало. Ещё бы, ведь ела Ника последний раз вчера вечером. Перед церемонией вкушать пищу не дозволялось.

– Скорее бы уже ночь… – промычала вслух усталое. Хотелось верить, что хоть ночью её оставят в покое и она сможет спокойно забыться во сне где-нибудь в трюме и наконец отдохнёт.

С шумом переставив ведро на другое место, Ника плюхнулась задом на палубу, вытянула руки на колени и свесила к груди голову. Ей нужно всего лишь совсем немного передохнуть. Пиратам за надстройкой с центра судна Нику не было видно, и она надеялась, что её не станут тревожить хоть несколько минут.

Неожиданно сверху из приоткрытого окна раздались стоны.

Женские стоны.

До Ники не сразу дошло, что она сидит рядом с капитанской каютой. Лиана! В мозг разом въелась тысяча разнообразных мыслей и образов, что капитан мог вытворять с её сестрой. Нет, нет, нет!

Какой капитан всё-таки скотина!..

Не задумываясь о возможных последствиях, Ника молниеносно вскочила на ноги, вскарабкалась по выступающим деревянным элементам стен и заглянула в открытое окно. Дар речи пропал всего на мгновение, когда перед взором во всей красе предстали обнаженная спина и филейная часть капитана Рагнара.

Красивая, надо признать, спина, мускулистая, испещрённая рубцами от давних шрамов. Капли пота прозрачным бисером блестели в лучах солнца. Щеки обдало жаром, дыхание участилось. Ника впервые видела голого мужчину так близко! Сглотнув вязкую слюну, она скосила глаза ниже на крепкие ягодицы пирата, сильные ноги и… заметила голые женские лодыжки! Сипло выдохнула, очнувшись, способность говорить вернулась.

– Мерзавец, да как вы посмели тронуть Лиану! Она же ещё не совершеннолетняя!

Громкое обвинение достигло ушей Рагнара. Любовники замерли, затем капитан медленно повернул лицо к источнику звука.

В полумраке были видны лишь его глаза, те вспыхнули злостью, снова наливаясь пожирающим пламенем. Нику чуть не сшибло с окна ощутимой волной гнева. Молчание затягивалось, воздух искрил между двумя злостными взглядами, и тут образовавшуюся тишину разорвал визгливый голос:

– Что ещё за Лиана, милый?

Ника растерянно моргнула раз, другой, понимая, что голос девицы совсем не принадлежит её сестре. Присмотревшись получше, в тусклом свете горящих свечей она смогла наконец различить совершенно незнакомую рыжеволосую женщину.

– Ой! – воскликнула в испуге, сообразив, что капитан развлекается вовсе не с той, с кем она ожидала. Весь конфуз ситуации заставил Нику смешаться.

– Эм… п-простите, что помешала! – выпалив, она соскочила на палубу и поспешила ретироваться от каюты как можно дальше. Поискать старпома, к примеру, и доложить, что работа выполнена.

Бежала сломя голову, забыв прихватить с собой ведро со щеткой. Щёки и уши горели от увиденного непотребства. Хотя почему непотребства? Капитан – взрослый мужчина и может развлекаться, с кем и как ему угодно.

На палубу тем временем начали опускаться сумерки, из матросов в это время по кораблю бродили лишь единицы. Засмотревшись себе под ноги, Ника не заметила впереди стоящую фигуру и столкнулась с ней. Упасть на палубу не позволила крепкая хватка.

– Посмотрите-ка, кто тут у нас шастает? Да ещё и без надзирателя.

Чьи-то руки подхватили за талию и прижали к твердому телу. Ника подняла глаза и с отчаянием узнала в неожиданной преграде худощавого пирата, с которым старпом её поймал в городе. Кажется, его звали Ганс.

– Отпусти меня!

– Вот ещё. Добыча сама пришла мне в руки. – Сухопарый нехорошо усмехнулся, зажал Нике ладонью рот и потащил в темный угол за наваленные кучей бочки.

– М-м-м-м!

Ника мычала и брыкалась, но у неё просто не хватало сил, чтобы справиться с виду с тощим парнем, на деле тот обладал немалой прытью. Она попыталась укусить его за руку, но Ганс только зашипел, а хватку не ослабил.

Оказавшись в тени, пират опрокинул Нику животом на бочку и принялся шарить руками по телу, забрался под рубаху. Ноги он заблокировал своими, не давая себя бить.

– Как ты сладко пахнешь. Прямо кровь с молоком. Так бы и с-съел кусочек, – запыхтел возле уха, языком слизывая скатывающиеся с глаз Ники слёзы. – Полагаю, кэп не обидится, если я немного потреплю его игрушку.

Ника продолжала вырываться, но лазанье по палубе с тряпкой измотало её, и в отчаянной попытке освободиться она саданула мерзавца затылком.

– Ах ты ж суч…! – заорал насильник, отшатываясь назад и зажимая ладонями сломанный нос.

Затылок пульсировал болью, перед глазами плыли радужные круги. Держась за выступающий край бочки, Ника обернулась, ища Ганца взглядом, а он уже наступал. Одной окровавленной рукой ублюдок всё ещё держался за нос, второй замахнулся для удара.

Всё произошло в считаные секунды. Ника в испуге зажмурилась, ожидая сильной боли. Однако её не последовало, лишь несколько резких хлопающих звуков и грозный твёрдый голос прозвучали в тишине:

– Ты плохо расслышал мой приказ не трогать её?

Медленно приоткрыв веки, Ника увидела Дэйва, остановившего своим захватом атаку Ганса. В зрачках последнего мелькнул страх, и неудавшийся насильник елейно залебезил:

– Да что ты! Я только попугать девчонку хотел, и всё!

Старпом тяжело вздохнул, отпуская его.

– Чтобы больше я тебя рядом с ней не видел, иначе пойдешь на корм акулам. Пошёл отсюда!

Повторять дважды Гансу не пришлось, за мгновение тот исчез из поля зрения, а Дэйв перевёл усталый взгляд на заплаканную Нику и подал ей руку. Придерживая край разорванного ворота, Эриника приняла помощь и встала, стирая рукавом слёзы.

– Спасибо вам…

– Тьфу! Одни проблемы с тобой. Недаром говорят: быть беде, если баба на корабле! – пират разбранился, перейдя на неизвестный Нике язык, а когда его словарный запас исчерпался, помолчал немного, оценивая ситуацию, и неожиданно предложил: – Идём, что покажу.

Дэйв крутанулся на пятках и побрёл к мысу корабля, даже не сомневаясь в том, что Ника последует за ним.

А она пыталась справиться с дрожью. Страх постепенно отступал, но мерзкое ощущение прикосновения чужих потных пальцев горело на коже клеймом, и ужас как хотелось отмыться, желательно с мылом! Но она прекрасно понимала, что такие почести ей не положены. Не за борт же прыгать!

Проглотив горький ком в горле, Ника поспешила выйти из-за угла и догнать старпома, как вдруг её взгляд зацепился за что-то красное в темноте. Впереди метрах в пяти от места происшествия, прислонившись спиной к грот-мачте, стоял капитан пиратов. Он всё видел?!

Его алые глаза сканировали Нику, вызывая неоднозначные чувства. Почему он постоянно скрывает свою внешность? Ника вспомнила, что, когда стала невольной свидетельницей похоти мужчины, в комнате было достаточное освещение от свечей, но вот черты лица… они расплывались, будто он специально размывал их магией или артефактом. Но зачем? По какой причине?

Ника умом понимала, что её это никак не должно касаться, капитан пиратов был для нее загадкой. Но её тянуло познать его тайну. Странные неуместные желания. Она сама не знала, чего ей хотелось в этот момент больше всего – сбежать или подойди к мужчине ближе.

– Эй! – окрик Дэйва перевесил решение в пользу бегства. Подавив непонятный порыв, Ника отвернулась и зашагала прочь. Между лопаток жгло от пристального взгляда.