Палец страны. 1 часть

Глава 1

Лед, холодные кубики бьются о стеклянный стакан звенящим звуком. Руки, рабочие руки, с коротко закатанными белыми рукавами сжимают половинку лайма для сока. Порезать на дольки и добавить в напиток, а после лимона налить шипучей газировки и готово.

– 371 заказ готов! – Громкий, юношеский голос, что уже слегка успел огрубеть то ли от гормонов, то ли от работы, был направлен словно рупор в сторону официантов. Официант быстро взял заказ со стойки.

Готовлю я в закрытую, хоть плюй в заказы, но к счастью я почти никак не взаимодействую с людьми, чтобы была причина плевать им в заказы. Хоть я и бармен, но готовить я могу исключительно безалкогольные напитки, такой устав, наше заведение не предоставляет такие возможности, а если и предоставляет, то только, если у нас тут свадьба будет, но это вряд ли. Помню случай здесь был, как в этой забегаловке с гордым названием “Ласточка” чуть ли не прикрылась, а все из-за свадьбы какого-то офицера что пронес пистолет и по пьяне застрелил кого-то там по пятому колену со стороны невесты за какие-то «грубые» слова, как те ему тогда показались. После этого свадьбы у нас и не проводились, да и поувольняли всех после этого, обвинив их в этом случае и чуть ли знак предателя родины не набили из-за того, что – «не уследили» – как прокурор говорил. Вот так меня и взяли на эту работу, нужен был срочно бармен, а я на все руки мастер, хотя это только на словах, но не суть, всего пару перепутанных мохито с лимонадом и я уже был как настоящий бармен в свои пятнадцать лет, хотя лучше работодателю этого не знать, однако я думаю он догадывается об этом, поэтому и «прятал» меня резкими отпусками на день-два, когда комиссия приезжала. Люблю эту работу, у нас тут даже одна песенка играет, я ее постоянно напеваю, мол: «я люблю свою работу за иллюзию контроля и не размышлять ради чего я живу»

Она у нас здесь на постоянке играет, наверное одна из немногих песен на нашем русском языке, а не на «вражеском», как его сейчас кличут. Резко рука повесила на магнитик к доске новые три заказа, как обычно, кофе, мохито, да кисель, неудивительно, выбор у нас невелик из напитков. Официант перебивает мои мысли, явно пытаясь привлечь мое внимание, стуча пальцем по одному из заказов.

– Этот заказ, – он перешел на шепот. – добавь в него алкоголь, водки. – Голос у него четкий и на мое удивление не монотонный как обычно, будто он был и сам рад такой возможности нарушить закон этого места, чтобы разбавить рутину.

– Такими темпами мы скоро вместо воды водку начнем подавать, – шепотом ответил.

– Тихо ты. – Он стоял на месте, ждал, пока я сделаю этот коктейль. Кивок.

Лед, сок лайма, мята (в прошлый раз я ее забыл). Оглянувшись, схватив стакан недоделанного мохито, я быстрым шагом пошел в подсобку, словно крыса, что ищет сыр. Открыл первую полку и увидел бутылки водки и всех сортов другого вида алкоголя. Зачем, если свадьбы больше не проводятся? Думаю, что работодатель все же хочет провести еще свадеб, когда ситуация с офицером уляжется, в официальных документах я уверен этого алкоголя нет, так что мы выпиваем тут иногда с коллегами после работы, но не важно. Водка лилась в стакан хорошо, я не беспокоился о времени, так как официант меня сейчас подменяет, все будет хорошо. Выглядит как самый обычный мохито, перемешал уже вернувшись и официант забрал у меня прямо из рук этот напиток. Еще заказ, сначала сделаю еще одно мохито, а потом уже сяду за кофе, не хочу шагать туда-сюда между кофемашиной и барной стойкой. Лед, сок лайма, долька лимона и мя… Шаги, другие шаги, какие-то звонкие, явно другая подошва, такие у нас никто не носит, денег нет попросту на такие. Значит это…

– Здравствуйте, я как могу к вам обращаться? – Офицер стоял выпрямившись во весь рост и смотря на меня сверху вниз с довольным лицом. – А?

– Здравствуйте, а вы кто? Представьтесь, раз уж зашли в гости к нам, – обычная проверка, могу даже дерзить слегка. Потом я увидел официанта за его спиной, что как наказанный ребенок волочился за ним как за оттянутое ухо. Что-то не так. – Простите, я имел в виду я Власов Артем Георгиевич, а вам что угодно, товарищ сержант?

Он сначала опешил от моей дерзости, но быстро размяк и даже подобрел после моих последних слов, но все же взглянув на официанта, который чуть ли не дрожал в его присутствии вспомнил ради чего он здесь. – Вы бармен?

– Да, пошел уже второй месяц как я им тут являюсь.

– Ненадолго, пройдемте за мной. – Он пошел, не дожидаясь моего ответа, как бы подразумевая мое полное послушание. Ну я и пошел. Шаги становились тяжелее, а мне все больше хотелось что-нибудь да потеребить в руках. «это конец», очевидно в чем я виноват, но ему надо разыграть эту сценку для системы.

Улица, свежо по сравнению с душным чуть ли не подвальным помещением кухни.

– Так, пройдемся по списку. Нарушение алкогольного закона, и в вашем случае Власов Артем Георгиевич нарушение закона трудоустройства, – Он нагнулся к нам поближе и уже расплылся в улыбке, обращаясь к нам. – Что делать будет, господа товарищи?

– Решать проблему, что ж поделать. – Мы оба знаем куда все это ведет, не люблю игры, где я отдаю. – Сколько? – Он отыграл удивление и даже возмущение настолько хорошо даже актеры в кино не играют. – Вы что? Взятку мне предлагаете? Сержанту попрошу заметить. Как вам не стыдно? Так мало, а уже такие мысли! Вот я в вашем возрасте… – Я успел его перебить прежде чем он продолжил этот спектакль на показ.

– Десять тысяч, договорились?

Он продолжал, значит, мало, а больше у меня и нет. – Я в вашем возрасте в футбол с пацанами играл, да маму слушал, неужто за вами мать не следит? Как так можно… – Я перестал его слушать, глянув на официанта, я понял, что и у него тоже пусто, но до него очередь просто не дошла.

– В сухом остатке, вы приговорены по статье обмана государства к метке предателя родины. – Голос его стал холодным, чтобы закрепить его слова словно заказ на магнитик на доске. Метка предателя родины, ее совсем недавно придумали, но уже раздают налево и направо и вот под прицел попал я.

– Неужели никак нельзя по-другому, товарищ сержант? – Ненавижу молить, но другого не остается, я уже знаю что ничего не поменяю.

– Нет, нет, мой голубчик, государство честно ко всем. Официант, штраф, оплатите здесь, пока я надеваю наручники. – Наручники, холодный металл, завели руки за спину, пока официант судорожно ищет свое спасение в бумажнике и вытаскивает эти оранжевые купюры. Гражданская машина, заднее сиденье, жесткое или я додумываю? Не знаю. Знай он, что я замкадыш, был бы менее бережный со мной, а то возится со мной как с голубем со сломанным крылом, вроде не нужен, а жалко пройти.

Не хочу вспоминать то место.