Ты доиграешься, детка

Глава1

Я заметил её сразу, как только она вошла в шумный зал спорт-бара.

Скользнула равнодушным взглядом по заполненному кальянным дымом помещению, и на секунду замерла, заметив меня.

Моргнула, стряхивая оцепенение, отвела глаза, но, чувствуя, что я смотрю, снова взглянула в мою сторону.

Атмосфера сгустилась, и воздух перестал попадать в легкие, а незнакомка безотчетно разомкнула пухлые губы, чтобы вдохнуть. И я это заметил.

Это было мимолетное, едва уловимое движение, но она выдала себя.

Потянулся к запотевшей кружке, прерывая наш обмен взглядами, и отпил, ощущая лёд разливного на языке.

Любопытно.

Она пришла не одна, с каким-то парнем, с щенячьей преданностью смотревшего в её глаза.

Готов был поспорить, он просто друг. Втихую пялится на её грудь тройку и стройную задницу. Такой же, как подавляющее большинство присутствующих, у которых при появлении незнакомки потекли слюни.

И у него, как и у них, ровно столько же шансов трахнуть её сегодня.

Ноль.

Отставил стакан и поднялся из-за стола, направляясь в сторону бара. Никич опять в проебе. Договаривались встретиться сегодня, но он соскочил и уехал в Васильевку, обмывать Катюхиного сына. А я не поехал. Не был уверен, что Дэн будет рад моему присутствию, ведь мы когда-то дрались из-за его жены. По малолетке.

– Мохито и кружку Чешского, – спутник незнакомки делал заказ, и я остановился у барной стойки недалеко от него, маякнув бармену, чтобы повторил мою разливуху. – И пивную тарелку.

– Слав, и сигарет купи, – повелительные нотки в красивом голосе заставили меня посочувствовать этому бедолаге, которого используют как коврик для ног. – Бонд с кнопкой.

Бросила короткий приказ парнише и, развернувшись, прошла мимо меня в сторону свободного столика. Я заметил её взгляд, но проигнорировал, намеренно дразня Королеву красоты.

Шлейф цитрусового аромата окутал меня, и в мозгу всплыли воспоминания о мандаринах под новый год. И я все-таки поддался инстинкту и посмотрел ей вслед.

Зря.

Член тут же напрягся, и я понял, что уже не смогу тратить время на долгие обмены взглядами.

Оттолкнулся от стойки и двинулся за ней, не сразу сообразив, что она, минуя столик, прошла в сторону туалета. Он был общим для всех, и я, не раздумывая, вошел туда вслед за незнакомкой.

Она остановилась у раковины и глянула в зеркало, но вздрогнула, когда заметила за спиной меня.

– Даю тебе три минуты, чтобы объяснить другу, что должна уехать. Еще минуту, чтобы забрать куртку из гардероба и выйти из бара, – глянул на часы, ощущая, как азарт постепенно пьянит, растекаясь по венам. – Через пять минут встретимся на крыльце.

В красивых глазах мелькнул интерес, но она тут же его погасила и капризно повела бровью.

– Ты забыл еще одну минуту, – насмешка в её тоне была стерта удивлением, когда я развернул её к себе и, грубо толкнув к стене, вжал в кафель. Маска невозмутимости слетела с её лица, и я получил ответ на свой вопрос, когда с пухлых губ сорвался рваный выдох.

– Не забыл…

Поднял руку и, сжав её подбородок, заглянул в глаза, заметив, что взгляд потемнел, зрачки расширились, а ресницы почти сомкнулись.

Её губы не пахли сигаретами. Коснулся их и прикусил нижнюю, ощущая привкус сладкой жвачки на языке. Она не ответила, и пришлось чуть сильнее надавить, сжимая нежную кожу. Глухой стон утонул в дыхании, и я автоматически придвинулся к ней, не соображая, что слишком тесно прижал её к стене.

Надо сбавить обороты.

Но не мог, сука!

Вторая рука поползла от её талии вверх, и я накрыл её грудь, чувствуя резкий разряд в районе паха. Она снова застонала, и я провел большим пальцем по заострившемуся соску, жалея, что не могу трахнуть её прямо здесь.

Резко отстранился, понимая, что еще секунда – и я забью на условности, и выпрямился, кайфуя от её прерывистого дыхания и дико эротичного взгляда.

– Четыре минуты. Время пошло.

Уложилась.

Покинула бар, и безошибочно выцепила мою фигуру сбоку. Я подошел к ней, цепляя миниатюрную кисть, и повел к такси неподалеку.

– Стой, – замерла она. Пришлось остановиться и вглядеться в красивое лицо. – Давай ко мне.

Произнесла робко, и я поразился, как она изменилась за эти несколько минут. В баре она выглядела стервозной сучкой, а сейчас стала напоминать скромницу.

– Как скажешь, – на секунду задержал на ней взгляд, размышляя, что произошло, но, поняв, что первое впечатление не всегда точное, повел малышку к такси.

Посадил её и, обойдя машину, сел рядом на заднее. Посмотрел на девушку, и та, верно растолковав мой взгляд, назвала таксисту адрес.

Я чувствовал её напряжение, и это сбивало с толку и одновременно интриговало.

Приехали мы довольно быстро, я расплатился с таксистом и вышел вслед за незнакомкой на сырой тротуар.

Она двинулась к подъезду, но я остановил ее и с нажимом произнес.

– Объяснишь, в чем дело?

Она отвела взгляд – значит, поняла, о чем я, но отрицательно мотнула головой, видимо, не желая говорить.

– Все нормально, идем.

В квартире было темно, и незнакомка включила свет, стягивая с плеч кожанку. Я последовал её примеру и, раздевшись, прошел вслед за ней в комнату.

Однушка. Огромный диван разобран и застелен пледом. Рядом комод, заставленный какими-то бабскими хренями. Интересно, она сама помнит, какая бутылочка для чего?

– Я в душ, – прозвучал рядом красивый голос, и я окинул взглядом незнакомку. – Кофе хочешь?

Вопрос удивил, и я улыбнулся и отрицательно мотнул головой.

Она подцепила полотенце с открытой двери и скрылась в коридоре, а я оглядел комнату, заметив среди баночек на комоде фоторамку. Поднял, чтобы рассмотреть.

Две девочки смеялись, сидя в обнимку, и я пригляделся, пытаясь узнать, кто из них моя спутница.

У обеих русые волосы и тонкие черты лица, но одна казалась чуть старше.

На заднем плане старомодный ковер, и я не сдержал улыбку, понимая, что такая фотография, скорее всего, родом из девяностых.

– Можешь… – я обернулся на голос, и наткнулся на серьезный взгляд серых глаз. Незнакомка заметила в моих руках рамку и, подойдя, выхватила ее, на секунду возвращая на лицо маску той самой стервы, что я заметил в баре. – Иди в душ, – резко, севшим голосом произнесла девушка.

Ухмыльнулся, отчего-то радуясь перемене в её настроении, и ощутил уже привычный азарт.

– Кто из них ты? – скользнул я взглядом по её голому телу, скрытому лишь полотенцем, и кровь мгновенно прилила к паху.

– Не лезь не в свое дело, – огрызнулась она и положила рамку фоткой вниз. – Что ты…?

Подцепил край её полотенца на груди и потянул к дивану. Сел, перехватывая тонкую талию, и заставил малышку опуститься на мои колени. Поднял глаза, ловя её взгляд, и дернул за край полотенца, стягивая его.

Махровая ткань разошлась, и девушка осталась абсолютно голой. Обхватил тонкую талию и скользнул руками выше, касаясь аккуратной груди. Рваный выдох сорвался с её губ, и она опустила руки мне на плечи, усаживаясь удобнее.

Я потянулся и лизнул сосок, срывая еще один выдох.

– У тебя есть? – потемневший взгляд скользнул по моему лицу, и я опустил руки на округлые ягодицы, притягивая её к стояку, который уже начинало ломить. Грубая ткань джинсов скользнула по нежной коже, и незнакомка закусила губу. – Я не стану без них.

Её голос звучал ровно, но в словах чувствовался нажим.

– В куртке.

Она поморщилась, прикрывая глаза, когда я снова прижал её бедра к паху, дразня клитор.

– Я принесу… – слова оборвались, когда я втянул её сосок в рот, слегка прикусывая. По телу прошел ток, и её дрожь передалась мне. – Пусти…

Вместо того чтобы оттолкнуть, она вцепилась в ткань моего свитера, притягивая ближе. Все отдал бы, чтобы оказаться сейчас внутри неё, но для этого нужны презервативы.

– Идем, – перехватил её удобнее и поднялся, держа девушку на руках.

Она зажмурилась и крепче прижалась ко мне, утыкаясь носом в шею, и от этого простого движения что-то невообразимое произошло с моей нервной системой – я почувствовал покалывание во всем теле и жар, ударивший в ноющий член.

– Ты очень рискуешь… – мои слова прозвучали сдавленно, потому что она повторила движение, подключив зубы, и я ощутил дрожь в руках. Сильнее стиснул её попку, и, приблизившись к высокой тумбе, усадил на неё голую девушку, едва сдерживаясь, чтобы не трахнуть её прямо сейчас, и плевать на все.

Не отходя от раздвинутых ног незнакомки, потянулся к вешалке и нашарил в кармане пачку. Затаил дыхание, когда её изящные пальчики коснулись пряжки ремня и прошлись по натянувшейся молнии.

Джинсы приспустились, и член дернулся, когда она оттянула резинку боксеров и обхватила его рукой.

– Полегче, – сорвалось чисто машинально, потому что я уже на грани, и легкое движение по головке, смазнувшее каплю, чуть не сорвало с цепи.

Разорвав фольгу зубами и раскатав латекс по члену, придвинул незнакомку ближе.

Она снова потянулась к моей шее губами, но вместо ожидаемого поцелуя я ощутил укус.

Сучка!

Резко дернул её на себя, ссаживая с тумбы, и, развернув, заставил прогнуться и коснуться животом столешницы.

Она вскрикнула, когда грубо вставил. Ощутил, как её киска сжалась вокруг моего члена, но не обратил внимания на слабое сопротивление, которое сошло на нет, когда я начал рывками вставлять, сжимая её бедра и дергая их навстречу толчкам.

– Я скоро… – её дыхание перехватило, когда я обжег коротким шлепком ягодицу – не смог сдержаться, она слишком охуенная.

– Мы только начали, – севший голос сорвался, и я заметил, как спина незнакомки выгнулась, и бедра едва уловимо задрожали. Член внутри стянуло так, что я кончил почти сразу после неё, в последний раз жестко всадив его до предела, а потом вынув.

Стянул латекс, и, дернув стояк, кончил, озверевшим взглядом облизывая её голую поясницу и округлую попку, залитую моей спермой.

Девушка все еще дрожала, и я поддел её плечо, заставляя подняться с тумбы и развернуться ко мне.

Коснулся сладких губ, кайфуя от волн сходящего экстаза.

– Ну что, теперь в душ?

Глава 2

Три ночи. Город еще спит, и звенящая тишина сонных улиц растворяется в лунном свете.

Отпуск.

Немногие догадываются, как много это слово значит в моей жизни.

В жизни военного.

Все началось с того, что я поступил на юрфак института ФСБ. Определиться с профессией было легко, ведь отец Никиты, который, по сути, меня вырастил – военный. И я с ранних лет понял, чего хочу. Вот только дядь Леша меня отговаривал. Я тогда искренне не понимал, почему он так говорит, ведь у него было все: охрененная зарплата, статус, куча нужных связей. Мне всегда казалось, что он не ценит того, что имеет, но, только поступив в институт, я понял, о чем он толковал.

Да, тебя полностью содержит государство: форма на все сезоны, проживание в казарме, денежное довольствие. Но. Взамен ты отдаешь свою жизнь, без возможности возврата. Не бывает бывших военных. И вся моя жизнь в этой фразе.

Деньги. Куда девать херову тучу бабла, если ты целыми днями в казарме, и в увольнения ходят только отличники? (Всегда завидовал ровесникам-студентам, которые свободно перемещались по городу, и не обязаны были прибыть на КПП в десять нолей вечера). Точно та же ситуация на границе. Куда деть свою невъебенную зарплату, если ты живешь в селе, где один магазин, который закрывается в шесть?

Статус. Тут все проще. Да, у тебя есть корочки, которыми ты можешь тыкать в лицо гаишникам и пэпсам, в случае, если они будут гасить тебя пьяного. Но со временем начинаешь понимать, что это все ерунда, и понтоваться звездами на погонах могут только тупоголовые неудачники, потому что настоящий статус – это не звание и положение. Настоящий статус – это зрелость в башке, когда ты понимаешь, что пьяным за руль не стоит, или в драку в клубе тоже лезть не надо, потому что ни к чему эти праблы. Исключение – заступиться за девушку. Тут без вариантов и до конца.

Куча связей. Ну, допустим. Если ты начальник заставы в каком-нибудь мелком селе на границе – ты первый после Бога. Можешь заходить, открывая дверь с ноги в отделение полиции, таможни, да, Господи, в любую структуру, и везде ты пиздец важная персона. Это по-своему круто, но когда понимаешь, что жизнь изо дня в день повторяется, и скучные будни на заставе сменяют друг друга, все надоедает.

Теперь вы поняли, почему я так люблю отпуск?

Потому что это единственное время в году, когда иллюзия, что я принадлежу себе, не развеивается с наступлением конца увольнения, а длится целых тридцать с лишним дней.

Поэтому отпуск особенное время.

– Ты долго.

При звуках красивого голоса я улыбнулся, выдыхая дым в ночное небо. Курил не часто. Но сегодня захотелось.

– Красивый вид, – ответил, замечая, как рядом возникла хрупкая фигура в моей кожане. Очень эротично, учитывая, что надета куртка на голое тело. Охрененно сексуальное голое тело.

– Не знаю. Я редко сюда выхожу, – услышав эту фразу, нахмурился, пытаясь понять направление её мыслей. – Боюсь высоты…

Пояснила, и я с запозданием отметил, что она стоит спиной к окну.

– Зачем тогда квартира на десятом? – затянулся, слыша тонкий треск тлеющей сигареты. Выдохнул, и, протянув руку, положил ладонь на талию, притягивая малышку к себе. Заметил её осторожный взгляд в сторону открытого окна и развернул её спиной к нему, упираясь в подоконник.

– Потому что красивый вид… – скользнула рукой по моему запястью, и поднесла к губам сигарету, делая неглубокую затяжку.

– Скажи, что произошло вечером? – понимал, что шансы услышать ответ пятьдесят на пятьдесят, но у нее не было выбора – выпускать её из кольца рук я не собирался. – В баре ты была другой.

– Ты тоже был другим, – парировала, откинула голову назад, глядя на меня из-под ресниц. Легкая улыбка тронула пухлые губы, и я склонился к ним, не сумев побороть желание её поцеловать. – Не таким, как в душе…

Воспоминания о совместно принятом всколыхнули нервы, и я понял, что у меня снова встал.

– Не уходи от темы.

Её взгляд на долю секунды изменился, и мелькнувшая в нём затравленность напрягла. С минуту на балконе царила тишина, нарушаемая лишь выдыхаемым в небо дымом, а потом малышка заговорила.

– Ты напомнил мне одного человека. При свете, в баре, сходство было не так заметно, но потом, в темноте я поразилась, как ты на него похож.

Когда мы шли в такси. Любопытно.

– Бывший?

Пожала плечами, раздраженно поджимая губы.

– Можно и так сказать.

– Давно расстались? – продолжал вытягивать по крупице – она оказалась крепким орешком.

– Да мы и не были вместе… – затихла, погружаясь в свои мысли. Взгляд красивых глаз утонул в пространстве, и девушка продолжила, не глядя на меня. – Я просто дура. Запала на первого встречного, которому от меня только секс нужен был. Теперь понимаю, но ничего не могу поделать.

Засмущавшись, что наговорила лишнего, она бросила короткий взгляд в мою сторону, и тут же опустила.

– Значит, тебе надо выкинуть его из головы. Переключиться на кого-нибудь. Клин клином… Говорят, помогает.

Не знаю, откуда во мне взялось это стремление стереть с её лица эту грусть. Девушка казалась такой беззащитной, что во мне мгновенно взыграл инстинкт защитника.

– Легко сказать. Ты явно не влюблялся ни разу. До такой степени, чтобы себя не узнавать. С ума сходить от желания хотя бы постоять рядом с этим человеком, чтобы заметил.

– Настолько зацепил? – в районе подреберья кольнуло, но я проигнорировал. – Я влюблялся. И поверь, ни один человек не стоит того, чтобы ради него унижаться и себя терять. И ни одни отношения этого не стоят.

Она вздохнула, прикрывая глаза, и помотала головой, как бы убеждаясь.

– Ты. Не. Влюблялся. Просто прими к сведению. Когда любишь, готов на все пойти, даже на колени встать. Другой разговор, нужно ли это тому, кого любишь.

– Нормальный человек никогда не позволит другому унижаться. И не заставит стоять на коленях.

Крыть ей было нечем, и она затихла, отворачиваясь в сторону. Может, я перегнул, но было странно слышать такие слова от красивой девушки. Не сходилось.

– Если бы я влюбился так, как ты говоришь, тогда шел бы до конца. Унижаться не надо. Но… не знаю, я использовал бы любую возможность вернуть этого человека.

– Даже если он несвободен? – выпалила так быстро, что я на миг растерялся. Вот откуда ноги растут!

– Он в браке?

– Нет.

– Тогда не вижу препятствий. Иди до конца, что тебе мешает?

Услышав мои слова, девушка улыбнулась. Невесело. Зло. Истерически.

– Давай не будем, – устало выдохнула она, поднимая грустный взгляд на меня. Чувствовалось, что разговор дался ей непросто, и мне больше не хотелось грузить её всем этим.

– Давай.

Сигарета дотлела до фильтра, и я ткнул ею в пепельницу, ощущая неизвестно откуда взявшееся раздражение.

– Послушай, – красивый голос привлек внимание, и я посмотрел на его обладательницу, чувствуя, как от её взгляда негатив рассеивается. – А ты научишь меня так же стягивать ремень?

Ухмыльнулся, вспоминая её реакцию, когда я стянул тонкие запястья ремнем, не позволяя ей себя касаться. Она была очень сладкой.

– Хочешь связать меня? – вскинул брови, пытаясь угадать направление её мыслей. Ответ прочел в глазах, и, не теряя ни секунды, потянул малышку в квартиру, предвкушая еще один охрененный раунд.

Утро. Уже светало, и девушка уснула, а я тихо поднялся и, полностью одевшись, сел на диван около нее спящей и задумался.

Отпуск еще впереди, и я ощутил непреодолимое желание увидеться с ней снова. Уходить не хотелось. Хотелось разбудить её поцелуем, и снова заняться её телом. Целовать, покусывать, зализывать укусы. Нравилось, как она реагировала на мои ласки, нравилось, как открыто, не стесняясь, решалась на эксперименты. Даже позволила себя связать.

Малышка не была скромницей, но очень многое сегодня было для неё впервые. Она не говорила, но это было видно по расширившимся от удивления и предвкушения глазам, по прикусываемой от любопытства губе, по учащавшемуся дыханию. И это цепляло.

Я не знал её номера, но понял, что хотел бы снова с ней связаться. Поэтому склонился к постели и коснулся пухлых ото сна губ.

– Ты оделся? – она открыла глаза и, сонно моргнув, оглядела меня. – Еще так рано…

Рано. Но мне пора.

– Я должен уехать, закройся.

В её глазах мелькнуло понимание, и лицо мгновенно приняло замкнутое выражение.

– Ладно, – поднялась, прижимая простынь к груди. Всклокоченные волосы выглядели эротично, напоминая о прошлой ночи, и я ощутил волну жара, ударившую в низ живота. Прошел вслед за ней в прихожую, и, стянув с вешалки кожанку, надел.

Она терпеливо ждала, пока я обуюсь, и молчание, царившее в этот момент, резало слух. Хотелось заговорить, но я не знал, что сказать, боясь, что мои слова будут расценены двояко. Ведь она подумала, что я ухожу, потому что не хочу оставаться до утра. Потому что получил, что хотел, и нет смысла тянуть.

Но это не так.

– Ничего не забыл? – дежурный вопрос, прежде чем приблизиться к двери, чтобы закрыться, но она, сама того не ведая, дала мне шанс.

– Забыл, – потянул её к себе и поцеловал. Медленно, размеренно, именно так, как хотелось. Скользнул руками по её талии, скрытой простыней, и притянул к себе так близко, что стало трудно дышать. Она вцепилась в края кожанки, точно так же как и я сходя с ума от этих ощущений. – Теперь могу идти.

Её глаза наполнились поглощающей наши тела тьмой, и мне с трудом удалось разжать руки, чтобы отпустить её.

– Увидимся завтра? – она не ожидала услышать этот вопрос, и на миг растерялась. Удивленный взгляд скользнул по моему лицу, и малышка грустно улыбнулась.

– Ты посоветовал мне действовать, – вспомнил наш разговор на балконе и внутри резануло. – Спасибо тебе. Теперь я буду идти до конца…

Её слова неприятно кололи, и я понял, что сам толкнул её к решению вернуть бывшего. Значит, встреча со мной ей ни к чему.

Что ж.

– Удачи, – кивнул, немного жалея, что расстаемся на такой ноте. – Буду надеяться, у тебя все получится.

Отступил к двери, и она шагнула навстречу и коснулась моих губ.

– Спасибо тебе… – «Стас» – подсказал, чувствуя дикий кайф от мысли, что мы вытворяли такое ночью, даже не узнав имён друг друга. – Стас. Мне нравится.

Снова поцеловала, и создалось впечатление, что она тоже не хочет прощаться.

– А ты… – хотел узнать её имя, но малышка воспротивилась.

Помотала головой и озорно блеснула глазами.

– Если это судьба, то мы снова встретимся, и тогда я назову свое имя. А если нет…

– Я не верю в судьбу, – сжал её талию, чувствуя, как пульс срывается.

– А я верю. После того, что ты сказал мне. Я уже готова была сдаться, а теперь… – перехватила мои руки, отстраняя от себя. – Пока, Стас.

Это было последним, что она произнесла.

Отступил и вышел в подъезд, слыша за спиной щелчок замка.

Не знаю, что в ней такого, но мне до одури захотелось это выяснить.

Плевать на судьбу, мы сами её творцы.

И я обязательно узнаю её имя.

А потом трахну её за то, что не назвала его сразу.

Глава 3

Дом, в котором я вырос, почти не изменился. Сколько я себя помню, он всегда был огромным, с высокой крышей и широким крыльцом. В клумбах росла куча цветов, которые тёть Валя бережно поливала каждый вечер, что-то напевая себе под нос.

Дернул ручку калитки и понял, что закрыто. Я не предупредил, что приеду. А время семь утра.

Подошел к лавочке и, встав на нее, перепрыгнул через забор. Знал, с какой стороны окна из спальни, но решил сначала проверить, на месте ли запасной ключ.

Поднялся на крыльцо, и, отодвинув кованый столик, увидел под круглой ножкой то, что искал.

Открыл и вошел в дом, неспешно снимая куртку.

– Стас! – из спальни выглянула заспанная тетя Валя, и едва запахнув фланелевый халат, кинулась мне навстречу. – Я так рада, что ты приехал! Сказал бы, я бы завтрак приготовила к твоему приходу! Проходи давай, я сейчас блинчиков напеку, а лучше вафель!

Она тараторила, не давая мне и слова вставить, и я улыбнулся, не в силах сдержать радость, что снова оказался дома.

– Да я сам не знал, что в такую рань приеду, – прошел за хозяйкой дома в кухню, оглядывая родные стены. – Дядь Лёша спит?

– Это кто тут такой ранний? – в дверях оказался отец Никиты, и я, подойдя к нему, пожал руку, а потом меня стиснули медвежьи объятия. – Ты сказал бы, я бы встретил тебя на вокзале. Чего пешком-то?

– Да я машину взял. Поезжу, пока в отпуске, потом может к себе угоню, на границу, не знаю еще, посмотрю.

– Какую взял? – услышав слова мужа, теть Валя закатила глаза. Улыбнулся, понимая, что разговор снова зайдет про тачки, но она, живя в семье с тремя мужиками, уже привыкла к такому. – Пошли покажешь.

– Лёш, ну дай парню отдохнуть с дороги, потом вы посмотрите, ну!

И надо отдать должное, строить своих мужиков тёть Валя умела.

Поэтому дядь Лёша подмигнул мне, мол «поешь и пойдем», а я, рассмеявшись, кивнул в ответ.

Господи! Как хорошо дома.

Завтрак затянулся, и мы спустились смотреть машину только около десяти. Алексей Семёныч любитель полазить под капотом, и, пока не разобрал по косточкам мою тачку (все её плюсы и минусы), не успокоился.

А мне она нравится, несмотря на то что дорогие запчасти в случае поломки, и мелкие косяки производителя, бэха икс пятая – моя мечта.

После гаража вошли в дом, и заметили девушек: Катю и её подругу.

Когда я пробивал эту девушку по базам, на фото она выглядела иначе, а вживую в разы лучше.

Марина.

Она привлекла мое внимание сразу. Её лицо казалось знакомым. И дело даже не в том, что Никита просил меня найти о ней инфу. Тут другое. Я где-то видел её раньше. Возможно, на днях. Но это вряд ли: я вернулся со службы недавно, и всего-то успел перекинуться парой слов с Никичем, сходить в бар, и приехал сюда. Откуда тогда это ощущение?

Марина в основном молчала, но было видно, чувствовала себя она неловко. Возможно, злилась. Все из-за того, что Катя привела её в этот дом. Никита кратко обрисовывал их ситуацию, и теперь я прекрасно понимал девушку. Поэтому старался не отсвечивать.

Засобирались домой, и мне стало интересно узнать Марину поближе. Что она за человек, чем живет, как относится к Никите на самом деле. Поэтому и прицепился с ней, едва успев приехать в деревню. Тачку заберу потом. Семёныч загонит в гараж.

– Ты ж только приехал… – теть Валя протянула мне сумку, расстраиваясь, что так и не задержался подольше. – Остался бы.