Земли изгнанников

Laura Bettini

Les Quatre Lieux: I. Les Terres Exilées

Text copyright © 2020 by Laura Bettini

© Светлана Исхакова, перевод на русский язык.

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Пролог

Пламя окрашивало металлические доспехи в красный цвет. Раздавался жуткий треск костей, отчаянные вопли разносились на сотни метров вокруг.

В центре сражения рекой лилась кровь – там большая часть элементалистов схлестнулась с мюланами. Огненные вспышки по силе не уступали ледяным копьям: два противоположных элемента проникали друг в друга с чудовищной скоростью. Мощные взрывы оглушали, разрывая барабанные перепонки.

Свистели стрелы, взлетали секиры, элементалисты не сдавались, и все же…

Лина, наблюдая за зловещим спектаклем, с трудом удерживала шпагу, нечеловеческая усталость накрыла ее, дыхание замедлилось. Друзья в нескольких метрах от нее бились, не ведая, что скоро все закончится. Быстрее, чем все ожидают. Световой поток, нереально белый, скользил по рукам, поднимался от запястий, пока не объял фигуру девушки до самой груди. Слезы текли по черным от грязи щекам, проклятие стремительно распространялось. Она закрыла глаза и позволила себя поглотить.

Лина знала, что скоро умрет. Ради защиты своего мира, друзей и самое главное – ради Четырех королевств.

Она сделала шаг вперед.

Сегодня все должно закончиться …

1

– Поймите меня правильно, мадемуазель Орье. Полагаю, мы приложили достаточно усилий, чтобы помочь вам освоиться в школе. Ваши оценки замечательны, но поведение удручает. Я сообщил матери о ваших разногласиях с одноклассницей. Еще один подобный инцидент – и я вынужден буду исключить вас.

– Скажите, сколько Венди заплатила за то, чтобы сегодня я стояла здесь перед вами одна?

Орехового цвета глаза в упор смотрели на директора школы. Лина верила, что прошлые ошибки можно исправить, но оказалось, получить высшее образование очень нелегко.

Этим утром Венди, высокая легкомысленная блондинка, которая, казалось, держала в подчинении всю школу, в очередной раз приказала своим приспешникам испортить жизнь новенькой.

Гордая брюнетка не растерялась и ответила, вонзив насмешливый взгляд в одноклассницу. Последовала жалкая потасовка, завершившаяся визитом в кабинет директора. Спустя всего несколько секунд Венди была отпущена, а Лина осталась, пытаясь сохранить присущую ей смелость перед облеченным властью мужчиной. Это было ужасно.

Грудь директора возмущенно раздувалась. Опустив длинные, трепещущие, словно крылья бабочки, ресницы, Лина поняла, что, открыв рот, приняла неверное решение.

– Сожалею, этого больше не повторится, – быстро добавила она, заметив багровеющие щеки мужчины.

– Лина, я понимаю трудности, с которыми сталкиваются некоторые студенты. Ты потрясающе умна и обладаешь настоящей креативностью, которая, если приложить усилия, позволит тебе далеко пойти. Но тебя уже исключили из двух учебных заведений. Еще одна такая неудача – и двери в прекрасное будущее перед тобой закроются.

Директор нахмурил кустистые брови над темно-синими глазами и провел рукой по лысому черепу. Лине на миг показалось, что перед ней маленький гоблин с заостренными ушами и орлиным носом.

Она дотронулась до родинок с правой стороны своей шеи, скользнула по их рисунку, по первым разрозненным пятнышкам, уходившим в узор, который закручивался и уплотнялся к центру, словно звездная галактика.

Лина перешла в новую школу всего несколько месяцев назад и еще не успела узнать о славной репутации руководителя этого учебного заведения, поэтому мягкий, почти успокаивающий тон того, кто предпочитал помогать, а не наказывать, удивил ее. К несчастью для него, она уже знала, что не сможет оправдать оказанного ей доверия.

Девушка не успела ответить, как дверь резко распахнулась и в кабинет заглянула ее мать, женщина примерно сорока лет. Расстроенный взгляд сфокусировался сначала на дочери, затем, еще более печальный, на декане.

– Добрый день. Я – Моэра Орье, мама Лины. Сожалею о драке, такого больше не повторится, – заявила мадам, шагнув в комнату и протягивая руку директору, который тут же поднялся навстречу неожиданной посетительнице.

– Мама, перестань! – простонала Лина с недовольной гримасой на лице.

Если бы Моэра Орье хотела остаться незамеченной, то пришла бы без длинного, укутывавшего ее хрупкую фигуру, мехового манто. Карминно-красная помада, волосы цвета пепельный блонд, уложенные наверх, стальной взгляд серо-голубых глаз – весь облик женщины был строгим и бескомпромиссным. Лину можно было бы принять за приемную дочь Моэры, настолько они были разными.

– Не волнуйтесь, мадам Орье, уверен, Лина примет верное решение.

Женщина кивнула и, повернувшись на длинных ногах, с невероятной скоростью направилась к выходу, не дожидаясь дочери. Лина, закатив глаза, схватила сумку и поспешила за мамой.

Моэра прошла через главный вход лицея «Эллье», спустилась по ступенькам, ведущим на улицу, и резко остановилась, но не для того, чтобы подождать дочь. К тротуару подъехал черный лимузин. Ученики, стоявшие у входа школы, оживились при виде машины. Казалось, они завидовали, а может, просто насмехались над ней.

– Зачем ты попросила Джо приехать за нами на лимузине, когда у нас есть машина?! Мне так неловко! – воскликнула девушка.

– Лина, мне абсолютно плевать на твои чувства! На сегодняшний день все престижные учебные заведения, куда я тебя устраивала, не хотят больше иметь с нами дела, поэтому не смей упрекать меня в том, что я не меняю своих привычек. Если тебя выгонят, то пойдешь в обычную школу, – презрительно добавила женщина после продолжительной паузы.

Лина нервно отбросила назад длинные темные пряди и вслед за мамой села в машину, обе погрузились в молчание.

Центр города уступил место рядам столетних деревьев, длинная покатая дорога привела их в элитный жилой квартал. Здесь огромные дома соперничали с броскими, дорогими машинами.

– Еще тогда следовало послушаться твоего отца. Ты гиперактивна, это же очевидно! Я позвоню врачу, пусть он выпишет тебе лекарства.

– Я не гиперактивна, мама! Это все Венди. С первого дня в школе она преследует меня, а после вечеринки в доме семьи Мартен настроила против меня одноклассников. Я ей ничего не сделала и…

– Лина, в жизни ты столкнешься со множеством трудностей. Смирись с этим! – ледяным тоном остановила ее мама. – Пожалуйста, приложи усилия и перестань навлекать на себя неприятности.

Девушка молча кивнула. Лимузин притормозил перед открывающимися массивными дубовыми воротами, проехал по центральной аллее и остановился напротив великолепной виллы семьи Орье. Здание ничем не выделялось на фоне соседних особняков, тем не менее викторианский стиль и большие башни-турели эффектно отличали его архитектурный стиль, а размеры не переставали наводить страх на Лину.

Моэра стремительно, механически чеканя шаг, переступила порог дома, но дочь не спешила за ней. Как вкопанная, она остановилась перед крыльцом и нахмурилась. Прикрыв веки, надавила пальцами на виски, помассировала их: голоса вернулись и растревожили мысли, словно перегруженный радиоэфир.

Вот уже три недели от невыносимого гула в черепной коробке не было спасения. Девушка научилась жить с этим вечным фоновым шумом, а окружающие не догадывались о преследовавшем ее мучительном жужжании. В этот день, однако, громкость голосов усилилась.

Легкий бриз пробежал по парку вокруг виллы. Мертвая тишина застыла в аллеях, засаженных деревьями в металлических кадках. Любительница природы, друг животных, Лина не понимала, зачем помещать растения в эти стальные тиски, но в данную минуту ей не было до них дела.

Наступал вечер, вокруг девичьей фигурки медленно сгущались сумерки. От дурного предчувствия холодок пробежал по позвоночнику, тело напряглось, Лина затаила дыхание. Неожиданно в сизой дымке вспыхнули два огромных зеленых глаза. Взгляды пересеклись: один уверенный, другой – наполненный ужасом.

Лина хотела крикнуть, но не смогла. Она отступила на шаг, споткнулась о ступеньку крыльца, упала и тут же вскочила на ноги. Сердце бешено колотилось.

Видение, наводящий страх изумрудно-зеленый взгляд… испарились так же стремительно, как и уверенность девушки.

2

Лина провела рукой по каштановым волосам. Жуткое мерцание зеленых глаз возле стен собственного дома повергло ее в шок, но как только стрекот в голове смолк, она быстро овладела собой. Орехового цвета глаза, обрамленные густыми черными ресницами, оглядывали беспорядок в комнате. Юная брюнетка семнадцати лет, следившая за трендами, испытывала неприязнь к строгим правилам и порядку.

Девушка хрипло застонала от отчаяния: отъезд старшего брата разбивал все надежды. Тот, кто был ее опорой и умел оказать неоценимую поддержку, сегодня уезжал в Англию, чтобы начать футбольную карьеру. Хотя она особенно гордилась его спортивными достижениями, мысль о жизни вдвоем с мамой и ее экзистенциальными кризисами не согревала душу.

Наконец, сбросив оцепенение, Лина нехотя встала с кровати, вышла из комнаты и спустилась по великолепной центральной лестнице в гостиную, декорированную коврами и импозантными мраморными столиками. Многочисленные подушки, отделанные золотом и кружевами, осаждали диваны из пурпурного бархата. Полку широкого камина украшали редкие семейные фотографии семьи Орье.

Девушка направилась на кухню открытой планировки с большой столешницей из светлого дерева в центре, чтобы налить себе чай со льдом.

Вторую часть дома занимала библиотека, насчитывающая огромное количество книг. Взгляд девушки равнодушно скользнул по переплетам приключенческих романов, которыми она зачитывалась в детстве, и остановился на Джереми. Брат был одет в красивую, хорошо отглаженную рубашку, темные волосы его были взъерошены, а большие голубые глаза внимательно смотрели на сестру, приводя в замешательство.

– Я слышал, что произошло вчера, – начал он первым, предвосхищая вопрос.

– И тоже решил, что мое место в исправительном центре?

– Нет… Просто стало любопытно, кто кому отвесил больше оплеух и удалось ли тебе оттаскать ее за волосы? – ответил Джереми, еле сдерживая смех.

– Потому что уверен, что девчонки не умеют драться? Что за предрассудки!

Глядя на нее с высоты своих метра восемьдесяти, Джереми разразился ребяческим хохотом.

– Мне нужно в школу, – вздохнула Лина, – сегодня мы расстаемся. Ты бросаешь меня, оставляешь один на один с мамой. Тебе должно быть стыдно!

– Перестань, Лина, ты же знаешь, мама все делает ради твоего блага. Просто она… подавлена уходом мужа и все еще не может прийти в себя. А ты, честно говоря, не очень-то помогаешь!

– То есть, по-твоему, стянуть все деньги бывшего и тратить их на ежедневный шопинг – это переживать развод?

– Это терапия, которая многим подходит. Радуйся, что она не впала в депрессию.

– Не важно. Отец бросил нас, мама вроде как с нами, да только не совсем, а ты уезжаешь в другую страну. Прости, но ситуация не внушает оптимизма!

– Лина, поверь, я вернусь на Рождество. Пообещай больше не ввязываться в скандалы. Мы необходимы маме так же, как и она нам, ты поймешь это, только позже.

– Хорошо, – пробурчала Лина.

Джереми мягко улыбнулся сестре и зашагал к выходу. Она пошла за ним. Моэра, ожидая их, нетерпеливо постукивала каблучком по навощенному паркету гостиной.

– Наконец-то! Вот и вы! Джереми, поторопись, самолет не станет ждать!

Мать решительно направилась к машине. Пока она усаживалась в седан, Лина повернулась к брату. Тот обнял ее и поцеловал в щеку.

– Помни, сестренка, школа – паршивая штука, но время быстротечно, и скоро ты о ней забудешь. Я буду рядом до тех пор, пока ты этого хочешь. Один звонок – и я примчусь к тебе.

– Спасибо, не беспокойся, мне больше не нужна защита старшего брата. Теперь у меня есть Эми, – улыбнулась Лина.

Она с любовью и нежностью посмотрела на него. Несмотря на их ссоры, брат оставался ее лучшим другом.

Вскоре автомобиль зарычал, покатился вдоль центральной аллеи и спустя несколько секунд исчез из виду.

3

Предвкушая новую встречу со старыми добрыми учебниками, Лина вышла из школьного автобуса и, машинально дотронувшись до родинок на шее, прошла под каменной аркой перед входом в лицей «Эллье».

Она обвела глазами широкий двор, отыскивая Эми и Люка – своих единственных друзей. Те сидели на широких ступенях парадной лестницы.

– Ну как ты? – поинтересовался Люк, вперив угольно-черный взгляд в одноклассницу.

– В порядке, Джер уехал, придется с этим жить.

– Я спрашиваю не о брате, а об этой стерве Венди!

– Забей, Лина! Венди пришла в бешенство, когда увидела на вечеринке, как капитан футбольной команды увивается за тобой, – вмешалась Эми.

– Не понимаю ее ревности. Этот тип – просто скука смертная! – отмахнулась Лина.

– Не понимаешь? Ты ее соперница. Новенькая, да еще такая привлекательная. Это явно не входило в ее планы, – заметил Люк.

Не привыкшая к подобным комплиментам, Лина смутилась, ее щеки вспыхнули.

– Знаю, что не обрадую тебя, но… первый урок – физкультура, поэтому переодевайся быстро, – хмуро предупредила подругу Эми.

– Девочки, если однажды захотите произвести на меня впечатление, то я не обижусь, – сострил Люк.

– Уж лучше умереть одинокой в окружении кошек, – усмехнулась Эми, закатив глаза.

Лина прыснула со смеху. Частенько в их компании она считала себя третьей лишней: Люк давно сох по ее подруге, высокой рыжеволосой красавице, обладательнице роскошной фигуры, и только присутствие Лины мешало Эми догадаться о чувствах одноклассника.

Раздался школьный звонок, друзья поднялись и вошли в здание. Без особого восторга подруги направились к спортивному залу. Обе испытывали отвращение к спорту, но раздевалка – безумное и вульгарное место, где битвы школьных кланов доходили до крайностей – пугала их еще больше. Украдкой, стараясь не привлекать к себе внимания, они скользнули к свободной скамье, молча натянули спортивную одежду и поспешили к выходу в тот самый момент, когда главная гадюка лицея преградила им путь.

Эми, не задумываясь, встала перед Линой. Ее сто семьдесят сантиметров с легкостью заслонили подругу. Длинные рыжие волосы подчеркивали холодный металлический блеск голубых глаз.

– С дороги!

– Как мило, защищаешь свою протеже? – пропела Венди – живое воплощение школьных стерв.

– Эми хотела сказать: «Не позорься!» – выплюнула ей в лицо Лина.

– Заткнись, гусыня! Считаешь себя остроумной?

Блондинка расхохоталась, ее смех подхватили приспешницы. Лина хотела высвободиться из объятий Эми, оттащившей ее в сторону, однако хватка подруги была крепкой.

– Забудь! Ты же знаешь, ее цель – запугать всех вокруг.

Лина нехотя вошла в пропахший сыростью и пóтом спортзал. Там с высокого потолка спускался длинный канат, по которому необходимо было взобраться на максимальное количество разноцветных перекладин. Девушка, почувствовав внезапную дурноту, лихорадочно придумывала отговорки, чтобы избежать нелепых упражнений. Тем временем ученики столпились вокруг месье Бенне, высокого усатого преподавателя, чьи мышцы заметно сдулись со временем. Он внимательно оглядел присутствующих.

– Лина, пожалуйста, ты – первая.

Девушка от досады прикрыла веки, провела рукой по волосам, чтобы скрыть замешательство, от которого кровь прилила к щекам, и ступила на спортивный мат. Взор затуманился от страха перед предстоящим испытанием. Толстый, медленно покачивающийся в воздухе канат вдруг превратился в удава. Он вероломно шипел, готовясь вонзить ядовитые клыки в ее кожу, словно обещал быструю смерть.

Лина схватилась за перекладину, напрягла мышцы рук и подпрыгнула. Сцепив ноги, неловко подтянулась, чувствуя боль от физических усилий. Деревянная, как черенок швабры, она не смогла удержаться и шлепнулась на мат. Издевательский смех сотряс ряды учеников, без сомнения, с подачи нахалки Венди.

Ученики по очереди подтягивались на перекладинах. Наконец с завидной легкостью к канату подошла коварная блондинка.

Наблюдая за ней, Лина начала молиться про себя. Не отличаясь религиозностью, рано бросив изучение катехизиса, девушка тем не менее сейчас надеялась на чудо, на милость высших сил, которые бы наказали раздутое эго Венди.

Внезапно Лина ощутила пустоту, удар под дых. То ли она лишилась чувств, то ли, они, наоборот, усилились? Слух ослаб, поле зрения сузилось. Сознание вырвалось из телесной оболочки, воспарило над толпой и поплыло к заклятому врагу. Не в силах пошевелиться, окаменев, Лина беспомощно наблюдала, как полупрозрачная материя пересекла пространство, на мгновение замерла перед Венди и решительно проникла в голову последней!

Блондинка издала дикий вопль и рухнула на пол. Ученики бросилась к ней. В тот же миг невидимые тиски отпустили Лину. Брюнетка вздрогнула, вновь обретя контроль над своим телом. Стрекот в голове возобновился с небывалой силой.

– Пришло время улучшить ваши знания литературы и познакомиться с великими изречениями, формировавшими нашу цивилизацию на протяжении веков. Сегодня мы отложим ручки и тетради и займемся устным опросом, который, несомненно, поможет развить вашу память!

Лина все еще не могла прийти в себя после физкультуры. Уверенная, что с ней происходит что-то неладное, она все же сделала усилие и сконцентрировалась на словах преподавательницы французского, невысокой женщины в теле. Учительница обвела глазами комнату и поправила очки на носу с горбинкой.

– Я бы начала… с Люка?

Юноша съежился, невольно вызвав беззвучный смех Лины, и обреченно поплелся к «позорному столбу». Встав на помост, он застыл в ожидании худшего.

– Скажем… «Чем красивее женщина, тем…». Пожалуйста, закончи цитату норвежского писателя Юстейна Гордера.

Девушка видела, как Люк нервно покусывает палец. Сама она хорошо помнила прошлую лекцию. Ответ отчетливый, настойчиво громкий всплыл в сознании. Неожиданно тело будто раздвоилось, совсем как на уроке физкультуры, дух проплыл над классом и проник в тело… вернее, в голову друга. Его лицо тут же озарилось улыбкой.

– «Чем красивее женщина, тем труднее ей найти себя».

Лина вытаращила глаза: Люк услышал ответ, хотя она даже рта не раскрыла. Девушка еще не успела толком осмыслить произошедшее, как преподавательница, прокашлявшись, обратилась к ней:

– Лина, твоя очередь!

Вероятно, сегодня удача забыла про нее, а высшие силы объединились, чтобы сделать этот день худшим в жизни. Вздохнув, брюнетка прошла на то же место, где только что стоял одноклассник.

– «Благословенно Провидение, давшее каждому по игрушке: куклу ребенку, ребенка женщине, женщину мужчине, мужчину дьяволу…» Кому принадлежит это высказывание?

Ответ ускользал, слух притупился, губы произнесли что-то нечленораздельное. Внезапно невыносимое жужжание в голове прекратилось, и в тишине она услышала чистый и звонкий голос: Виктор Гюго.

– Виктор Гюго? – произнесла Лина вслух, нахмурившись.

– Прекрасный ответ! Вы сегодня молодцы!

Звуки вернулись, будто кто-то отключил немой режим. Лина не знала, что и думать. В полной растерянности она смотрела на учительницу, не понимая, что происходит.

Лина согласилась посидеть в Glaz Coffee с друзьями после уроков. Там, в набитом студентами зале, она рассеянно слушала их болтовню, думая о своем. За тонированными витринами отрывисто и пронзительно свистели игровые автоматы, друзья потягивали напитки, не обращая ровным счетом никакого внимания на грохот машин.

– Эй, Лина, ты с нами? – окликнул ее Люк, проведя рукой по своим темным волосам.

– Гм, гм… – задумчиво промычала девушка, дотронувшись указательным пальцем до родинок на шее.

– Решено! На твой день рождения я куплю тебе билет на Луну в один конец.

Лина не успела ответить. Голоса вернулись, неудержимые, мучительные. Окружающий шум многократно усиливал их звучание. Кровь забурлила, словно хотела вырваться из фиолетовых вен, жар опалил тело и огненным вулканом осел в центре мозга. Черепная коробка раздулась, превратившись в боксерскую грушу, которую терзали бесконечные удары клавиш игровых автоматов, где-то рядом ревел ребенок. В ушах стоял оглушительный звон, кровь пульсировала в барабанных перепонках.

– Тихо! – заорала Лина с такой силой, о которой сама не догадывалась.

В кафе воцарилась тишина. Друзья изумленно уставились на нее. Даже бармен перестал протирать стаканы и вперил взгляд в странную и, возможно, опасную посетительницу.

Схватив сумку, девушка соскочила с места:

– Простите, я пойду. Голова раскалывается.

Не дожидаясь ответа, она бросилась к выходу, выбежала на улицу и полной грудью вдохнула свежий воздух. Потирая виски, позвонила водителю Джо. Он скоро обещал приехать за ней.

Белая кошка Селина – любительница сворачиваться клубочком в ногах хозяйки, недовольно мяукнула, увидев, как Лина, не успев прилечь на диванчик, тут же провалилась в глубокий сон…

4

Сонную пелену разорвали голоса, заставляя реальность вибрировать. Они, забавляясь, что-то шептали ей на ухо, звучали громче и вновь замолкали.

Лина проснулась как от толчка. Ее тошнило, со лба стекала струйка пота, влажные теплые руки мелко дрожали. Она откинула одеяло и опустила босые ноги на пол. За окном сгустились сумерки.

Девушка вышла из комнаты, спустилась по лестнице, показавшейся в этот раз бесконечной, и вошла в кухню, чтобы приготовить себе чай со льдом, но, внезапно ощутив чужое присутствие, резко обернулась. Напротив, в нескольких метрах от нее, стоял черный волк, огромный как медведь. Бездонные, пронзительные зеленые глаза, не отрываясь, смотрели на девушку в упор. Лина заорала и выронила стакан, который с оглушительным звоном покатился по полу. Сердце подпрыгнуло, страх овладел каждой клеточкой, сдавил грудь так, что стало невозможно дышать. В панике она потянулась к длинным острым ножам, воткнутым в деревянную подставку на столешнице, выхватила один из них и решительно повернулась к зверю, готовая к драке.

Волк исчез, испарился, несмотря на то что в комнате не было ни открытых окон, ни распахнутых дверей. Лина облегченно выдохнула.

– Что ты делаешь?

Моэра стояла на лестнице, испуганно наблюдая, как дочь размахивает ножом в воздухе. Лина, еще не придя в себя, ошеломленно посмотрела на мать, судорожно запахивающую на груди жемчужного цвета халат.

– Я… ничего. Хотела порезать… э… апельсин! – запинаясь, пробормотала девушка, кивнув на вазу с фруктами.

– Ножом для мяса? – Моэра недоверчиво приподняла брови.

– Нож есть нож. К чему эти вопросы? Где ты была сегодня? В любом случае я не обязана отчитываться, тебя все равно никогда не бывает дома! – огрызнулась Лина.

– Не разговаривай со мной в таком тоне! И марш в комнату! – выкрикнула Моэра.

Лина молча повиновалась.

5

Вечеринка была уже в самом разгаре, когда она приехала. На аккуратно подстриженной лужайке перед домом валялись пустые стаканчики. Музыка барабанила в вибрировавшие от электронных ритмов окна. Девушка толкнула дверь и тотчас попала в густую завесу дыма, сквозь который мутный свет слабо очерчивал стены по мере ее движения вперед. Пройдя длинный коридор, девушка попала в комнату, где вокруг стола с закусками толпились студенты, а затем в гостиную, в которой по случаю вечеринки передвинули мебель. Сюда битком набились молодые люди, психоделическая музыка сотрясала стены, напитки лились рекой, мелькали лица, раскрашенные гипнотическими цветами.

Люк и Эми сидели на диване, покрытом пятнами от пролитых напитков.

– Лина! – прорычал юноша, тяжело поднимаясь с бокалом.

Широко улыбаясь, он увлек ее в центр беснующихся под музыку и закружил в танце. Лина на ходу схватила стакан с подноса, сделала глоток. Затем отдалась танцу, пытаясь отвлечься от страхов последних дней и забыть об усталости. Очевидно, Люк хотел привлечь внимание Эми. Спустя две минуты рыжеволосая подруга присоединилась к ним. Эйфорическая атмосфера окрыляла и раскрепощала даже самых застенчивых. Часы утекали как секунды, мир остановился. Экзальтированные чувства удесятеряли силу и смелость, но Лина понимала: это не она. Она ненавидела вечеринки, хотя соглашалась участвовать в них, чтобы не разочаровывать друзей.