Эволюция M

© Jeremy Bates, 2021

© М. А. Загот, перевод, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2025

Издательство Иностранка®

Пролог

Из держателя в кормовой части лодки вертикально торчал спиннинг. Карло Уинклер уныло смотрел на гирлянду манков, плескавшихся в воде в восьми метрах за струей от гребного винта. Легкий ветер поднимал на поверхности океана пологую волну, а палящее полуденное солнце обжигало Карло шею. Зафрахтованный им небольшой катер вышел из гавани перед рассветом, в четыреу утра. Прошло восемь часов, но он так ничего и не поймал. Ни единой поклевки. По сути, он не увидел ни малейшего намека на жизнь. Ни дельфинов, ни китов, ни морских черепах – ничего. Казалось, что море мертво.

Не везет! Карло уже собрался пойти к ящику со льдом, чтобы взять еще пива, когда плетеная леска на 120 фунтов вдруг натянулась. Еще через мгновение удилище зловеще согнулось. Катушка с визгом закрутилась.

– Мисси! – крикнул Карло, схватив спиннинг обеими руками и поднимая вверх. – Мисси, живо сюда! Клюет! Что-то крупное!

Защитившись от солнца широкополой соломенной шляпой и темными очками, новобрачная Мисси Уинклер смотрела на горизонт, где бескрайнее синее небо встречалось с еще более синими океанскими глубинами. Надо же было забраться так далеко от цивилизации! И ведь не скажешь, что Шри-Ланка – это мекка искусства и изысканности. Вчера по пути из международного аэропорта Бандаранаике в их пятизвездочный бутиковый отель она увидела только одно: нищую островную страну.

Мисси вздохнула – скорее бы вернуться в кондиционированный люкс, забраться с бокалом охлажденного шампанского в джакузи. По крайней мере, в отеле ее ждет ужин. Ей больше по душе французский или итальянский ресторан, где царит изысканное великолепие, а официанты говорят по-английски. Но Карло, конечно, будет настаивать на чем-то более «настоящем», как вчера вечером, когда они сидели на подушках на пляже, ели местные морепродукты и смотрели огненное шоу.

Показуха для туристов, и больше ничего.

Она услышала, как Карло что-то бурчит у левого борта лодки, откуда он забрасывал спиннинг, и лениво окликнула его:

– Как рыбалка, пупсик?

Лежа в шезлонге посреди судна, она смотрела на правый борт, не отрывая взгляда от недосягаемого горизонта.

Карло пробурчал что-то еще, но она не разобрала, что именно, – помешал рокот дизельного двигателя, толкавшего их вперед на небольшой скорости. Мисси не стала переспрашивать. Почти все утро он пребывал в дурном настроении, потому что ничего не поймал. Несмотря на свои шестьдесят, он иногда вел себя как капризный избалованный ребенок. Если на то пошло, невыносимой и раздражительной должна быть она. Ведь медовый месяц ей хотелось провести в Париже, Милане или Афинах, а вместо этого приходится сидеть на какой-то утлой лодчонке на краю света, у побережья страны третьего мира, где влажность такая, что душ надо принимать три раза в день, а половина местных комаров – наверняка переносчики лихорадки денге.

Зачем она вообще согласилась на эту авантюру?

Конечно, ответ ей был хорошо известен. Потому что этого хотел Карло, а в их свежеиспеченном браке главную роль играл именно он, Карло – почти вдвое старше ее и стоивший много миллионов долларов.

Мисси сказала:

– Может, попробуешь другую наживку, золотко мое?

– Да не в наживке дело, пропади она пропадом. Место надо выбирать правильно. Ты же говорил, Чан, что знаешь, где водятся эти чертовы акулы? – рявкнул он на шкипера их чартерной лодки. – Ты что мне сказал? Любая рыба, какую моя душенька пожелает! Синий и черный марлин, рыба-парусник, рыба-меч, желтоперый тунец – вот что ты мне сказал! – Он хмыкнул. – И где все это добро? В отпуске?

Мисси сдвинула темные очки на лоб и прищурилась от яркого солнечного света. Темнокожий шкипер стоял в тени рулевой рубки с облупившейся краской и ковырял ноготь лезвием большого ножа. С виду ему лет сорок или пятьдесят. Пойди их разбери. Солнце, море и соль изрядно над ним потрудились, превратив кожу в пергамент – насколько можно разглядеть под его нечесаной седеющей бородой. Полностью его звали Чанидулала или что-то в этом роде, что-то нелепое. «Чан» куда проще.

– Терпение, сэр, – просто сказал Чан. – Они здесь. Они приходят. Мы идем за птицами. А птицы – за рыбами. А за малыми рыбами – большие.

На Карло, стоявшем на палубе, была белая льняная рубашка, стильные шорты цвета хаки и кожаные водонепроницаемые мокасины. Копну серебристых волос венчала бейсболка с вышитой эмблемой команды «Квинсленд марунс», игравшей в регбийной лиге в Австралии. Мисси познакомилась с ним в октябре прошлого года на Международном кинофестивале в Брисбене. Она поехала туда с тремя подружками – все незамужние – охотиться за богатыми или знаменитыми (лучше то и другое). Карло не был знаменит, зато денег хоть отбавляй. Он заработал их на торговле недвижимостью и теперь с удовольствием тратил на производство австралийских короткометражек и документальных фильмов. В тот вечер после просмотра он устроил вечеринку на своей шестидесятифутовой яхте, Мисси удалось его околдовать, затащить в постель, и дело было сделано.

Через девять месяцев она стала миссис Мисси Уинклер.

– Может, будем закругляться, пупсик? – предложила она. – Попробуем по новой завтра?

– Я не поеду назад, пока кто-нибудь не клюнет, – проворчал Карло. Повернувшись к Чану, он спросил: – За что, черт возьми, я тебе плачу, приятель? Ты же сказал, что знаешь, где рыба! Терпение? Мы болтаемся здесь, как записка в бутылке, с самого рассвета!

Чан отложил нож и закурил сигарету.

– Терпение, – повторил он, выпустив струйку дыма.

– Ни единой поклевки, – буркнул Карло.

Мисси снова вздохнула. Если они будут торчать здесь неизвестно сколько, надо, по крайней мере, использовать время с пользой и как следует загореть. Она потянулась за спину и расстегнула верхнюю часть бикини.

И строго посмотрела на шкипера.

– Не вздумай за мной подглядывать, Чан. Ясно?

Чан посмотрел, как она снимает топик, потом отвел глаза.

Карло поставил спиннинг в держатель и подошел к ней.

– Что тебе взбрело в голову, любимая?

Он нахмурился, глядя на ее обнаженную грудь.

– Ненавижу следы от купальника, – сказала она. – Я сегодня на солнце так долго, что завтра буду похожа на зебру. А ходить топлес у гостиничного бассейна не годится. Там полно детей.

Из стоявшей рядом бутылочки она выдавила немного солнцезащитного крема и намазала себе грудь. От прохладного крема на теплой коже соски сразу затвердели.

– По крайней мере, трусики не снимай.

Он открыл большой ящик со льдом и достал зеленую бутылку пива. Открутив крышку, швырнул ее в океан.

Мисси нахмурилась.

– Дорогой, по-моему, это нехорошо.

– А? – спросил Карло рассеянно. Он посмотрел на нее, потом на ее грудь.

– По-моему, загрязнять океан запрещено.

Он нахмурился.

– Что?

– Эта крышка может попасться какой-нибудь черепахе. И застрянет у бедняжки в горле.

– А пошли они, эти черепахи! Где они? С утра не видел ни одной. Знаешь, сколько мусора люди выбрасывают в океан каждый год? Сколько там на дне пластика?

– В том-то и дело, пупсик. Ты не должен ничего туда добавлять.

– Подумаешь, крышка от бутылки!

Карло вернулся к спиннингу и уселся на свой рыбацкий стульчик. Мисси смотрела на молчаливого буку – вот на это она подписалась на следующие сорок лет своей жизни?

Скорее на двадцать, оптимистично подумала она, ведь Карло, с его пьянством и любовью к сигарам, вряд ли может рассчитывать на максимальную продолжительность жизни. Может, мне повезет и он откинет копыта через десять лет? Вот это будет круто! Десять лет в домашнем каземате, зато в награду – миллионы! Чем не выгодная сделка?

В километре к югу от яхты из океана вынырнул остров, украшенный аквамариновым рифом. Крутые изрезанные холмы, изумрудно-зеленая тропическая растительность – Мисси вспомнился «Парк юрского периода», затерянный мир, где обитают гигантские ящеры и прочие кошмарные существа.

По коже у нее побежали мурашки.

– Как насчет переночевать там сегодня? – неожиданно спросил Карло. Он тоже смотрел на остров.

Мисси решительно покачала головой, хотя Карло не мог ее видеть.

– Ни за что, малыш. Даже, блин, не думай.

– Почему нет? Не надо будет ехать на материк и…

– Ни за что, блин, – повторила она, снова подумав о прелестях отеля: охлажденное шампанское, джакузи и кондиционированный номер люкс.

Наклонив голову, Карло ничего не сказал – только одним долгим глотком допил пиво.

Через десять минут леска Карло натянулась. Катушка закрутилась и завизжала. Что-то клюнуло.

Карло крепко вцепился в удилище обеими руками и возбужденно закричал, зовя Мисси. Она поспешила к нему, запихивая груди обратно в верх бикини.

– Как думаешь, что это такое? – спросила она, прижимаясь к нему.

– Не наваливайся на меня, черт дери! – крикнул он, отпихивая ее в сторону. – Сейчас я этого мерзавца вытащу. Чан!

– Я здесь, сэр. – Шкипер уже был рядом. – Не тяните так сильно, пусть погуляет.

– Я знал, что ты явишься, приятель! Знал!

Что бы там ни было на другом конце лески, сопротивлялось оно отчаянно. Карло тянул что было сил уже минут двадцать, но ему удалось подтянуть леску только наполовину.

– Это рекорд, – заявил он с багровым от натуги лицом, обливаясь потом. – Не знаю, что там, но это точно рекорд.

– Горжусь тобой, пупсик, – сказала Мисси.

– Погоди, дай поймать эту сволочь, мать его! Кажется, сейчас руки отвалятся.

– Хотите, давайте я, – предложил Чан.

– Еще чего! Этот сукин сын – мой!

Внезапно удилище так резко дернулось, что Карло испугался – сейчас сломается пополам.

– Хватит мотать, – отдал команду Чан.

Карло остановился, и рыба тоже перестала тянуть.

– И что дальше?

– Ждем.

Еще несколько минут – и спиннинг дернулся. Леска стала стремительно разматываться – рыба стала уходить.

– Ну, дела! – вскричал Карло, изо всех сил вцепившись в спиннинг, стараясь, чтобы его конец смотрел вверх.

– Дайте ей еще погулять, – посоветовал Чан.

Когда рыбина оказалась от их судна примерно на километр, Карло воскликнул:

– Леска заканчивается!

– Теперь подтягивайте.

Карло послушался. Удилище снова согнулось, но катушка не вращалась. Тупик. Так тянулось минуту, две, пять. Карло все время дергал удилище – бесполезно.

– Это чудище будто зацепилось за дно океана, – пожаловался он. – Может, оно уже концы отдало?

Чан нахмурился.

– Может, и так. Сейчас включу двигатель, попробуем его потаскать.

В эту секунду спиннинг, изогнутый дугой, медленно выпрямился.

– Оно поднимается!

– Видно, устало. Леска еще есть?

– Немного.

– Крутите.

До сих пор Карло не хотел делить добычу с кем-то еще, но тут он ткнул спиннингом в Чана.

– Сам теперь крути. У меня все болит.

Он размял руки и спину, затем с ухмылкой подмигнул Мисси.

– Что скажешь, дорогуша? Щекочет нервишки, да?

– Это замечательно, – сказала она безо всяких следов возбуждения. Весь ее вид с самого утра говорил об одном: этой лодке она предпочла бы любое другое место.

Через лифчик бикини он ущипнул ее за сосок.

– Ой! – вскрикнула она и оттолкнула его руку.

Все еще ухмыляясь, Карло подошел к холодильнику и вытащил бутылку пива. Вернулся к Чану и Мисси, выдул полбутылки, уселся на стульчик и вырвал у шкипера спиннинг.

– Крутите, – велел Чан. – Только не очень быстро.

Карло начал крутить, поражаясь, какая на том конце лески увесистая масса!

Настоящее чудовище, не иначе.

Ему удалось намотать примерно три четверти лески, и тут удилище снова резко согнулось, став почти вровень с поверхностью воды.

– Держите крепко! – напомнил Чан.

– Не упусти! – воскликнула Мисси.

Катушка с бешеной скоростью завертелась, стравливая леску.

– Ну, блин! – вознегодовал Карло. – Ты же сказал, что оно устало.

– Пусть еще погуляет!

Вскоре вся леска раскрутилась во второй раз. Карло заблокировал катушку и вцепился в спиннинг изо всех сил, молясь, чтобы леска не лопнула под нагрузкой.

– А разве эта тварь не должна выпрыгивать и скакать по воде?

Карло пытался дюйм за дюймом наматывать леску.

Чан пожал плечами.

– Если это сарган…

– А что же еще?

Лицо Чана хранило бесстрастие.

– Крутите.

Прошел почти час, и Карло наконец увидел грузило, а потом и поводок.

– Держи! – Он сунул спиннинг Чану. Наклонился над кормой, вцепился в леску и стал тянуть, пока под поверхностью воды не замаячила огромная тень. – Боже правый… – выдавил из себя он.

– Это акула? – спросила Мисси.

– Большая белая. – Карло словно обухом огрели – белобрюхое животное эффектно поднялось на поверхность океана. Оно плыло на боку и смотрело на Карло черной бусиной глаза. Из частокола зубов в улыбающейся пасти торчала наживка – полусъеденная скумбрия. Сердце Карло заколотилось. В обхвате чертова рыбина тянула на гиппопотама, а в длину, от рыла до хвоста, была не меньше четырех метров. – Мисси, снимай! Мне нужны фотки…

Акула дернулась и ударила хвостом. От неожиданности Карло потерял равновесие. У него не было времени о чем-то подумать, что-то предпринять, он даже не отпустил леску. И в следующую секунду взлетел в воздух.

Лицом он ударился о воду. Тело обжег холод. Во рту возник вкус соли. В панике он принялся колотить ногами. Голова выскочила на поверхность, он схватил ртом воздух и отчаянно замахал руками, чтобы удержаться на плаву.

– Карло! – воскликнула Мисси, глядя на него сверху полными ужаса глазами. – Вылезай из воды сейчас же! Там же акула!

Да не просто акула, подумал он. Большая белая, и я, наверное, ее здорово разозлил.

Карло бешено погреб к корме. Руки его ухватились за верх металлической лестницы. Ногами он нащупал ступени под водой.

– Быстрее! – вопила Мисси, она наклонилась над лестницей, чтобы ему помочь. – Она там!

Там? Где там?

Карло как безумный стал карабкаться по лестнице, в панике больно ударяясь локтями и коленями, а Мисси подхватила его под локти. Влажная рубашка прилипла к телу, бейсболка осталась в океане, и где-то в подкорке билась мысль – это конец. Акула может накинуться на него в любую секунду. Мисси вытащит его на палубу и заорет от ужаса – от него останется только голова, руки и верхняя часть туловища. Все, что ниже пояса, исчезнет в акульем чреве. И через несколько секунд он умрет, не более достойно, чем скумбрия, послужившая им наживкой…

Этого не случилось.

Карло плюхнулся на палубу, оставив позади и воду, и акулу, выплевывая жидкость из легких.

Цел!

Мисси обхватила его шею руками, прижалась к нему щекой, но ему от этого стало только труднее наладить дыхание, и он ее оттолкнул. Неуверенно поднявшись на ноги, он взглянул на держатель спиннинга, закрепленный у левого борта.

Тот был пуст.

– Где этот мудацкий спиннинг? – прорычал он, обшаривая бешеным взглядом палубу. – Нет его! Улетел!

– Да черт с ним, со спиннингом! – воскликнула Мисси. – Ты жив, это самое главное.

– Жив, и что? Ты видела, какого размера была эта большая белая? Такой улов, какого свет не видывал, а я даже не сфотографировал! – Он накинулся на Чана: – Это все ты! Все из-за тебя!

– Из-за меня? – Шкипер нахмурился. – Я вставил спиннинг в держатель. Акула, должно быть, выдернула его.

– А ты почему его не держал?

– Потому что вы упали в воду, сэр! Надо было вас спасать!

– Поехали назад! – пролаял Карло и, пошатываясь, направился к холодильнику за пивом, унять разгулявшиеся нервы. – А уж на премию, о которой мы говорили, можешь не рассчитывать.

– Но, сэр…

– Никаких «но», приятель. Ты обещал мне шикарный улов. Вместо этого чуть не отправил меня на тот свет, а что я получил взамен? Ничего! Полное фиаско!

– Это несправедливо, пупсик…

– Ага, и ты туда же! – накинулся он на жену. – Ты, двуличная сучка-кладоискательница! Небось, так и ждала, что меня сожрет акула! Вот уж был бы на твоей улице праздник! Думаешь, не понимаю, что у тебя на уме? И зачем ты за меня вышла? Знаю, не идиот.

Он открутил крышку с пивной бутылки и зашвырнул ее, как диск, как можно дальше в океан, едва удержавшись на ногах.

– Там же черепахи, пупсик…

– Да и хрен с ними! – взревел он и рухнул на задницу.

Часть 1. Коломбо