Не открывай

глава 1

Кэрол никогда не думала, что такое может случиться и с ней. Наблюдая со стороны, как гроб с телом мужа опускают в землю, она подбадривала себя фразой: « Это просто страшный сон и скоро я услышу раздражающий звук будильника». Кэрол отказалась с ним прощаться и бросать нежную кровавую розу в эту страшную яму. Она понимала, что сделав это – признается самой себе в том, что Уэйна уже больше нет на этом свете. Ей было абсолютно наплевать на осуждающие взгляды престарелых родственников и непонимание, теперь уже бывших, сослуживцев мужа.

Кэрол отошла от всех собравшихся в сторону и спряталась за старым деревом, закрыв глаза и уши; но все равно монотонный голос священника пробивался сквозь стену, которую возвела Кэрол.

– Я всегда знала, что она не пара моему мальчику, – вытирая глаза, прошептала Эдна Паттерсон. – Посмотри, как она себя ведет! И это на похоронах моего сына!

– Успокойся, дорогая, – старая миссис Райт ободряюще дотронулась до плеча Эдны. – Никто никогда не полюбит своего ребенка так, как мать. Жена-это явление временное.

– Ты права, Бекки! Но как я теперь буду жить без него!– Мисс Паттерсон закрыла лицо руками и, не сдержавшись, громко разрыдалась.

Четыре дня назад в дом Паттерсонов позвонили, и Кэрол еще тогда показалось, что не нужно никому открывать: ее жизнь резко изменится после этого навсегда. Она в нерешительности остановилась перед дверью и замерла, притворяясь, что никого нет дома. Это не сработало, и Кэрол вынуждена была открыть дверь.

– Добрый день, миссис Паттерсон! – на пороге стоял напарник Уэйна – Алан. Это был слишком худой парень, который при этом всегда ел за троих. Кроме этой информации Кэрол ничего не знала об этом человек. -Вынужден сообщить, что ваш муж погиб на задании, – выдохнул Алан в пол, не сделав даже паузу после приветствия. – Мне очень жаль, – пробормотал он извиняющимся тоном, прекрасно понимая, что глупее этой фразы еще ничего не придумали.

Кэрол уставилась на Алана, как на палача, который с сочувствием посмотрев на жертву, через секунду отрубает ей голову. Женщина сползла по стенке и уселась прямо на пол, поджав под себя ноги. У Кэролайн резко парализовало все тело. Почему у организма нет такой функции, как мгновенное отключение кислорода? Какой нормальный человек захочет жить дальше после такой новости?

– Вам плохо, миссис Паттерсон?– Алан осторожно потряс ее за плечо. – Может принести вам воды? -он первый раз сообщал такую информацию. Алан незаметно вытер потные ладони о брюки: «Обнаружить изуродованный труп гораздо приятнее, чем видеть мертвое лицо этой женщины».

– Ничего не надо, – глухим голосом отозвалась Кэрол, с силой заставив голосовые связки выполнить свою функцию.– Оставьте меня одну.

–Хорошо, миссис Паттерсон, только мне нужно сказать еще кое-что, -Алан опустил голову вниз и начал крутить пуговицу на рубашке. Он надеялся, что Кэрол задаст ему вопрос и после этого у него хватит решимости вывалить ей на голову остальные новости про Уэйна. Кэрол не реагировала.– Вам нужно будет сегодня приехать в морг и заполнить необходимые документы, – выдавил из себя Алан, сжимая оторванную пуговицу в руке.

– Морг,– медленно произнесла Кэрол.

– Я напишу вам адрес, -Алан достал блокнот и ручку. – Тут еще мой телефон. На всякий случай. Если Вам нужна будет помощь ,– Алан еще раз с тревогой взглянул на Кэрол и положил вырванный листок на столик. – Мне уже пора идти, миссис Паттерсон. Всего доброго!

Кэролайн хотелось сию же секунду оказаться в фантомном мире, в котором можно мгновенно сменить свою жизнь на другую и стать человеком с новой судьбой. Глаза ее оставались совершенно сухими, как и душа. Все было выжжено сегодняшней новостью. Кэрол пока никого не винила в гибели Уэйна. Многие люди, чувствуя невосполнимую пустоту от потери близкого человека, начинают переносить вину за его смерть на чужие плечи, таким образом, облегчая себе страдания и находя повод для злости.

Кэрол понимала, что работа в полиции никогда не давала гарантий на то, что с человеком обязательно что- то случится, как и работа воспитателя в детском саду совершенно не гарантирует того, что ты будет жить до самой старости. Женщина верила в судьбу и в то, что в этом необъяснимом мире все происходит без нашего ведома и по своим законам. Кэрол иногда играла сама с собой в такую игру: она представляла, будто весь этот мир – это только иллюзия, картинка, которая совершенно ничего общего не имеет с реальной жизнью. Настоящая жизнь начинается только после смерти. А это просто репетиция перед основным действием, и от того, как ты себя здесь проявишь, будет зависеть твое дальнейшее существование.

С помощью этой игры Кэрол спасалась от мелких неприятностей.» Это не по- настоящему! Все, что окружает меня сейчас – просто голограмма»,– успокаивала себя девушка. Сейчас ей очень хотелось повторить свою любимую утешительную фразу, но в этот раз боль была слишком реалистичной, чтобы ее можно было назвать галлюцинацией.

– Мамочка! Мама! – настойчиво прокричал голосок из детской.

– Миа. Сейчас, – Кэрол попыталась встать на ноги, но у нее ничего не получилось. Ноги перестали ее слушаться.

Голос дочки вернул Кэролайн в кошмарную реальность, которую она пыталась осознать, как не существующую на самом деле. Она вспомнила, что уложила Мию спать и теперь нужно обязательно добраться до ее комнаты. Кэрол удалось подняться и, держась за стены, дотащить свое тело до двери.

– Зайчик, не бойся. Я с тобой, – Кэрол села на кровать и прижала к себе Мию. Она обожала свою пятилетнюю дочку. Сегодня малышка жаловалась на головную боль и Кэрол позволила ей спать днем.

Миа была теплая после сна, и от нее приятно пахло детством. Это был успокаивающий запах, которым Кэрол наслаждалась, вдыхая его живительный аромат. Так пахнет жизнь без неприятностей и огорчений. Так пахнет вера в счастливое будущее. Кэрол сейчас этого дико не хватало.

– Мамочка, а папа скоро придет? – Миа наклонила голову, пытаясь заглянуть в глаза Кэрол.

– Папа уехал на несколько дней в командировку, – соврала Кэрол. Мия ничего не знала о смерти и объяснять ей это именно сейчас Кэрол не собиралась. Она и сама до конца не осознавала, что произошло на самом деле. Кэрол поняла, что не узнала точной причины смерти мужа. Она заставила раздавленного Алана покинуть ее дом.

– А что такое команировка? – коверкая слова, переспросила Мия.

– Это поездка в другой город на несколько дней. Милая, ты не против немного пожить у бабушки? Маме тоже нужно уехать в командировку, – Кэрол с трудом удавалось сделать свой голос живым.

– Ура! Ура!– Миа радостно спрыгнула с кровати и начала стягивать через голову кофту от пижамы.

Кэрол ожидала такой вопрос от дочери. Мия обожала отца и будь ее воля – никогда не слезала бы с его коленей. Уэйн разделил себя на две части: одну он отдал Кэрол, а вторую торжественно вручил малышке Мии, когда она была еще эмбрионом. Даже кусочка для себя Уэйн не захотел оставить, полностью посвятив свою жизнь ИМ. Кэрол не собиралась пока ничего говорить дочери. Ей нужны были силы, чтобы самой не сойти с ума. Кэрол не хотела еще вдобавок к этому, увидеть не детскую темноту в глазах Мии.

Чтобы не потерять контроль и не испугать ребенка, Кэрол заставила себя поверить в то, что ее муж жив и никаких новостей она сегодня днем не получала. Ей безумно хотелось напиться до такой степени, чтобы ее всю вывернуло наизнанку и стошнило собственными кишками. Кэрол знала, что физическая боль даст ей шанс выбраться из слишком узкого тоннеля, и она сможет сделать хотя бы один вздох.

Пока Мия смотрела свой любимый мультфильм, Кэрол, поглядывая на дочь, набирала номер матери.

– Привет, мам. Можно я оставлю Мию сегодня у тебя?

– Дорогая, что с твоим голосом? Ты не заболела?– голос Эллы был встревожен.

– Я не хочу ничего говорить при дочери, но Уэйн…, -голос у Кэрол сорвался. – Сегодня к нам приходил его напарник.

– Боже мой, доченька!– прошептала Элла.

– Не спрашивай больше ничего, мам. Я прошу тебя! Через час я привезу тебе Мию.

Кэрол положила трубку и посмотрела на дочь. Она очень надеялась, что матери Уэйна сообщили эту новость тоже. В любом случае, Кэрол собиралась стать последней, кто желал бы рассказать матери о смерти ее любимого сына. С нее сегодня хватит.

Кэрол натянула на себя валявшиеся на стуле джинсы и первую попавшуюся футболку. « Надо все успеть, пока Уэйн не вернулся», – твердила она, собирая вещи и игрушки дочери в сумку. Девушка была сосредоточена только на этом и не обращала внимания больше ни на что. Когда со сборами было покончено, Кэрол одела Мию в сиреневый сарафанчик и, подхватив дочь и сумку с ее вещами, выскочила за дверь.

До дома матери Кэрол доехала быстро. Позвонив в дверной звонок, она молча передала Мию Элле и сделала предупреждающий жест рукой, давая понять, что не собирается ничего объяснять и ни о чем не хочет разговаривать. Элла знала, что ее дочь очень сильная личность и не стала ничего говорить и сочувствовать. Также мать знала, что Кэрол очень любит Мию и поэтому не натворит глупостей. Махнув ей на прощанье рукой, Элла повела внучку в дом.

Сев в машину, Кэрол достала из кармана листок и взглянула на адрес. « Мне просто нужно туда поехать и убедиться, что это все неправда. Они все ошиблись».

Оказавшись в морге, Кэрол все еще надеялась, что на опознании окажется не Уэйн. В стены въелся удушающий запах гниения и калловых масс. Полутемный длинный коридор непременно должен был привести ее к тому месту, где торжествовала реальность и боль. Невидимый медиум собирался стать проводником и организовать Кэрол встречу с мертвым мужем.

У входа в холодильную камеру стояли сослуживцы Уэйна. Кэрол почувствовала на себе их сочувствующие взгляды и быстро зашла в комнату. Она не собиралась слушать безумные жалобные речи и не готова была принимать соболезнования.

Оказавшись внутри, Кэрол увидела судмедэксперта и детектива, которые спокойно что-то обсуждали. Они не заметили девушку. Кэрол остановилась и опустила взгляд вниз. Казалось, что испачканные белые кроссовки занимают сейчас все ее внимание. Она начала прислушиваться к разговору незнакомых мужчин, пытаясь зацепиться за хрупкую ниточку, отмотав которую можно было понять, что произошла чудовищная ошибка. Ее муж жив. В этой комнате находится совершенно посторонний человек с похожим именем.

– С какого расстояния стреляли и какой был калибр?

–Стреляли практически в упор. Скорее всего, тот, кто стрелял – был сильно напуган. Стрельба велась хаотично. Это говорит о том, что человек совершенно не умеет обращаться с оружием и пистолет впервые оказался у него в руках. Пуля десять миллиметров. Предположительно была выпущена из пистолета» Кольт Дельта».

– Да. Конечно, жаль Уэйна. Но почему все это дерьмо произошло в мою смену? Теперь придется заниматься поисками этого придурка, который решил поиграть в крутого парня. Не мог угнать машину в другое время? Начальник уже завтра потребует результаты этого дела.

Глухие удары раздавались внутри тела. Кэрол отвела взгляд и уставилась на стену. Ее глаза были широко раскрыты. Девушка пыталась сделать свою голову такой же пустой, как стена напротив. Немного успокоившись и стараясь дышать глубоко, Кэрол посмотрела на людей.

Кэрол обратила внимание на мужчину, который со скучающим видом осматривал тело человека, лежащего на столе. На вид ему было лет шестьдесят. Лысина. Мятый серый пиджак, который был ему явно мал.

« Что я вообще здесь делаю? Уэйн сейчас приедет домой, а я торчу в этом жутком месте», -Кэрол исподлобья посмотрела на спины мужчин. Один из них внезапно замолчал и, обернувшись, растерянно взглянул на Кэрол.

– Добрый день! Вы, наверное, миссис Паттерсон? –толстяк в сером пиджаке подошел к Кэрол и дотронулся до ее руки. – Вы меня слышите?

–Добрый день! – Кэрол дернулась и интуитивно отошла подальше.– Мне сказали приехать, только не понимаю зачем.

– Я- детектив Паркер. Буду расследовать убийство вашего мужа. Вы ведь в курсе, что его убили вчера ночью? – Паркер сочувствующе вздохнул.– Уэйн погнался за уродом, который пытался вскрыть машину. Все закончилось выстрелом в грудь.

– Я в это не верю, -Кэрол начала дышать ртом.

– Вам лучше присесть, миссис Паттерсон. К сожалению, такие случаи не редкость в нашей работе. Я вам обещаю, что обязательно доберусь до этой мрази. Все рано или поздно попадают за решетку. Поверьте моему многолетнему опыту. Ваш муж повел себя, как настоящий герой.

Кэрол дернулась и подошла к столу. Лицо мужчины, лежавшего на столе, было самым родным и чужим одновременно. Призрачная надежда на возможную ошибку исчезла. Кэрол стала задыхаться. Единственным желанием было выбежать вон и захлопнуть проклятую дверь.

Кэрол безумно хотела побыть одна. Игра под названием « муж жив» подошла к концу и ей требовалось срочно оказаться в зоне недосягаемости от сочувствия и приторных речей, которые не только не помогают пережить боль от потери близкого человека, но еще и заставляют чувствовать себя в миллион раз паршивее.

Сосредоточив последние силы, и с одержимостью вцепившись в руль, Кэролайн ехала вперед. Она не знала куда и зачем направляется. Ей требовалось уединенное место. Телефон был выключен сразу после того, как начались сочувствующие звонки.

Сегодняшнее временное пристанище должно было в полной мере отразить и составить компанию ее горю. Боль невозможно победить, находясь в уютных апартаментах – боль можно заставить выйти и показать свое лицо только в темном, сыром помещении. И когда она, ничего не опасаясь, высунется полностью – хватайте ее за шею и душите изо всех сил, пока не почувствуете, как незваная гостья слабеет и перестает биться и стонать.

« Что за чертовщина!» – Кэрол раздраженно стукнула по рулю и вышла из машины. Осмотрев ее, она забралась обратно в салон и попробовала завести машину снова. «Тойота» издала жалкий всхлип и замолчала, давая понять, что силы ее на этом закончились.

Обессиленная, Кэрол вышла и хлопнула дверью. Только сейчас она заметила, что находится в совершенно неизвестном районе. Полная тишина и серые депрессивные здания. Людей на улице не было видно. Осмотревшись по сторонам, Кэрол решила зайти в какое-нибудь очеловеченное заведение и попросить помощи у местного населения. Посмотрев направо, она увидела двухэтажное здание с надписью: « Отель Везение».

«Прекрасно. Сама того не ожидая, я нашла то, что надо», – Кэрол была даже рада, что машина сломалась именно здесь. Отель находился на краю города и выглядел довольно обветшалым и нежилым местом: никакого шума, уюта, пафоса и явное отсутствие адекватных соседей. «Идеальное место для того, чтобы почувствовать себя полным дерьмом », – подумала девушка и дернула на себя облезлую синюю дверь.

Внутри отель оказался еще хуже. От бежевой краски на стенах остались только воспоминания. Невозможно было понять, откуда идет этот мрачный, грязно – желтый свет. Стояла полнейшая тишина и казалось, что это место давно умерло: просто хозяева поленились снять табличку и теперь возможные клиенты в недоумении отправляются искать себе ночлег дальше. Пройдя вглубь коридора, Кэрол увидела стойку ресепшен, которая, не отделяясь от общей картины заброшенности и уныния этого места, была пуста.

– Эй, здесь есть кто- нибудь живой? – крикнула девушка, слабо надеясь на ответ.

– Незачем так кричать! – прокашлял старик, появившийся из – под стойки. – Если вы разбудили меня, чтобы спросить дорогу до Ашвилла, то я знать не знаю, в каком направлении находится этот чертов городишко, ясно?

– Я хотела снять номер в вашем отеле, – ответила Кэрол.

– Ах, номер! – улыбнулся старик полупустым ртом. – Не буду даже спрашивать, почему ты выбрала нашу дыру. Видно, что с головой у тебя не все в порядке. Да и ладно, все равно в этой помойной яме ничего уже испортить невозможно, – заявил старик, громко сплюнув на пол.

– Мне нужно забронировать номер, и завтра в одиннадцать часов утра я уже съеду, – не обращая внимания на грязного старика, проговорила Кэрол.

– Ладно! Меня, кстати, зовут Фил. Фил Фаул. Это мой отель, – старик сосредоточенно пролистывал засаленную тетрадку. – Так, сейчас посмотрим, что я могу вам предложить. Шестой номер свободен. Он у нас люкс, поэтому стоить будет немало – пять долларов, – деловито произнес Фил, захлопывая пустую тетрадь.

– Отлично! Мне подходит! – Кэрол выудила из сумочки смятую купюру и протянула владельцу отеля.

Фил выхватил деньги из рук девушки и торопливо спрятал в карман брюк, для верности похлопав по нему костлявой синеватой рукой. Затем он снял со стены ключ с цифрой шесть и, хромая на левую ногу, стал медленно подниматься на второй этаж. Кэрол молча последовала за ним. Запах гнили мгновенно въедался в кожу и мешал нормально дышать. Проведя всего несколько минут в этом отеле, девушка была готова поклясться, что смерть здесь часто снимает номер.

– Вот ваш номер!– проскрипел Фил, распахнув дверь и позволяя Кэрол войти и осмотреться.

– Спасибо, Фил! Дальше я сама, – девушка прошла в комнату и бросила сумку на кровать.

Старик послушно удалился, прикрыв за собой дверь. Кэрол села на кровать, покрытую старым выцветшим покрывалом. Ее совершенно не интересовала убогая обстановка этого номера. Она намеревалась напиться и до следующего утра забыть о том, как ее зовут. Отель, с многообещающим названием « Везение», просто был обязан ей в этом помочь.

Вырвав себя из заторможенного состояния, Кэрол заперла дверь и отправилась вниз: она собиралась дойти до ближайшего магазинчика и купить несколько бутылок самого крепкого алкоголя. Кэрол никогда не пила ничего крепче вина, но сегодня был «особый случай». Девушке просто необходимо было уйти от прежних привычек и сделать все возможное, чтобы на время стереть больные воспоминания. Кэрол срочно требовалась алкогольная анастезия.

Магазин с таким же названием, что и отель, обнаружился на противоположной стороне улицы. Кэрол вошла внутрь и увидела, что магазинчик полностью забит разнообразным товаром. Казалось, что здесь было абсолютно все: начиная с дешевого мыла и заканчивая дорогущим шампанским, на которое Кэрол пришлось бы потратить все свои сбережения, если бы она вздумала его вдруг купить.

–Добрый день!– приветливо долетело до девушки.

–Добрый день! – Кэрол не заметила продавца, когда вошла. Ее взгляд сразу стал блуждать по магазинным полкам. Женщина была приятной толстушкой, от которой непременно должно пахнуть ванилью и корицей. Такие женщины всегда вызывали в Кэрол чувство уюта и покоя. Даже сейчас, несмотря на то, что она находилась на грани истерики, Кэрол не смогла сдержать улыбку.

–Могу я вам чем-нибудь помочь? Кстати, можете называть меня Берта.

– У вас так много товара, Берта. Глаза разбегаются.

– Что есть, то есть, -улыбка ни на секунду не покидало румяное лицо Берты.

–Никогда не была в этом районе и даже не знала, что он вообще существует, -Кэрол взяла плетеную корзинку и остановилась у отдела с алкоголем. Ее удивляло, что в этом убогом районе находится такой милый магазин. За все время, Кэрол не увидела на улице ни одного человека. В магазин тоже никто не заглядывал.

–У нас тут живет не очень много людей, – Берта решила поболтать, – но на отсутствие клиентов я не жалуюсь. Частенько приезжают такие, как вы. В эти дни я благодарю Бога за то, что дал мне возможность прилично заработать. Вы поселились в отеле?

–Да.

– Жуткое местечко, должна вам сказать. Лет десять назад там еще можно было разместиться с комфортом. Теперь Фил еле сводит концы с концами, -Берта шумно вздохнула и принялась поправлять на витрине банки с фруктовым джемом.– Не обращайте ни на что внимания. Переночуете, придете в себя и никогда сюда больше не вернетесь.

У Кэрол не было сил ничего расспрашивать, кроме того, она всегда избегала рассказов- страшилок. Девушка не верила в мистику и считала, что подобные истории выдумывают и рассказывают люди с больной фантазией. Берта явно хотела заинтриговать Кэрол, предоставив ей возможность начать выяснять подробности этого странного отеля и его не менее противного владельца.

Прихватив две бутылки джина, Кэрол направилась к кассе. Берта снова мило улыбалась и старательно складывала покупки в пакет.

– Надеюсь, что вы хорошо проведете сегодняшнюю ночь. Ничего в этой жизни не происходит по чистой случайности.

– Спасибо, -Кэрол быстро схватила пакет и вышла из магазина. Она итак слишком долго проговорила с незнакомым человеком. Оказавшись снова на улице, Кэрол почувствовала, как начинает болеть голова. Видимо, любое общение сейчас будет лишним. Разговоры «ни о чем» не смогут убедить мозг в том, что жизнь продолжается; теперь в ней образовалась огромная черная яма, в которую то и дело соскальзывает нога.

Бросив взгляд на стойку ресепшен, Кэрол отметила, что она опять пустая. « Видимо, старик снова заснул», – решила девушка. В отеле все так же стояла гробовая тишина, и не было слышно ни шороха. Туалет находился в конце длинного и полутемного коридора. Проходя мимо запертых комнат, Кэрол обратила внимание, что только на ее двери был номер. Удивленно пожав плечами, она не стала решать эту загадку и отдала себя на растерзание сегодняшней новости о смерти Уэйна.

Номер, в котором она решила привести себя в чувство, полностью соответствовал ее настроению и оправдал ожидания. Уродливый старый шкаф был совершенно не нужен в этой комнате: никто в здравом уме не решился повесить бы в него свои вещи, опасаясь, что достанет их потом грязными и окончательно потерявшими свой первоначальный вид. Но вряд ли этот номер снимал человек, который имел хоть какое- то представление о приличной и чистой одежде. Кэрол даже из любопытства не стала открывать это деревянное чудище, опасаясь, что потревожит семейство летучих мышей, которое наверняка уже несколько лет обитает в этом в шкафу. Ступая по деревянному полу, Кэрол чувствовала, как многолетняя грязь с противным хрустом приклеивается к подошве ее кроссовок.

До сегодняшнего дня чистюля Кэрол не смогла бы и секунды провести в этом гадком номере. Но нынешней Кэрол было безразлично это место. Она огляделась вокруг и уселась на кровать, прихватив с собой джин. Девушка сделала большой глоток прямо из бутылки и почувствовала, как ароматное пламя проходит по ее глотке. Слезы брызнули из глаз, и Кэрол рухнула на кровать, уронив лицо на грязное покрывало. Она чувствовала, как боль кислотой разъедает все ее внутренности и не могла это остановить.

« Лучше бы я никогда не встречала Уэйна» -проскочила в голове предательская мысль. « Гораздо разумнее вообще всю жизнь прожить одной и знать, что тебя ожидает за поворотом только твоя смерть. Не нужно будет тогда гореть заживо, и чувствовать, как твое сердце вырывает мощная беспощадная рука Демона», – думала Кэрол. Сделав еще глоток из бутылки, девушка ощутила легкое головокружение, которое на секунду позволило ей не чувствовать боль. Она была благодарна этой паузе и, желая закрепить результат, сделала еще пару глотков.

Алкоголь начал свое прямое воздействие и через пятнадцать минут, Кэрол уже сползла на грязный пол и, достав телефон, начала просматривать фотографии Уэйна. Глядя на улыбающегося мужа, Кэрол испытала облегчение и вновь вернулась к мысли о том, что Уэйн слишком реалистичен и просто не может лежать в холодном морге, дожидаясь приглашения на собственные похороны. Фотография сменяла фотографию, демонстрируя целую жизнь, которая должна была длиться до глубокой старости.

Человеку весьма трудно угодить в этом мире. Совсем немалая часть людей хочет, чтобы их пуповину жизни перерезали в ближайшую секунду и освободили бы несчастных от испытаний и мучений, которые неизбежно преследуют всех смертных. Другая категория жаждет жить вечно, и если можно, то и еще дольше. Они продлевают свои годы и месяцы всеми законными и незаконными способами, вступая в кровавую схватку с далеким потусторонним миром, представители которого уже заранее подписали бумаги и проставили дату жизни и дату смерти каждого человека. Глупые люди, в погоне за лишним месяцем жизни способны на многое. Но самое большое желание практически всех людей – это вернуть к жизни того самого, который уплыл от них навсегда в другое измерение и не дал возможность смириться с этой мыслью и изменить ход событий.

Кэрол принадлежала именно к этому типу людей: она отказывалась принимать смерть Уэйна всерьез и устанавливала свои правила, которые помогали ей противостоять действительности. Она отказывалась принимать на веру обстоятельства, а ее сознание упорно боролось с фактами. Алкоголь играл существенную роль в этой истории и кидал Кэрол от одного противника к другому, не давая опомниться и оценить происходящее.

Умиление девушки от просмотра фотографий мужа внезапно сменилось дикой злостью на него, и она с криком отбросила телефон в сторону. Безумная любовь была задавлена ненавистью от того, что Уэйн просто оставил их с дочкой одних, а сам исчез в другой Вселенной.