Моя дочь от тебя

18.

Саша поговорил с Максом.

О чем — я не знаю. Мальчик стал снова грустным, закрытым, но спрашивать о матери перестал, а я не напоминаю.

Жизнь потекла своим чередом, и наступил тот самый день, когда улыбка Макса вернулась, — наступило волшебное тридцать первое декабря.

Я оставила маму и Анечку дома, а сама устроилась на заднем сиденье джипа Баженова вместе с Максом — мы отправились в тот самый небольшой отпуск в Подмосковье, чтобы провести его у родителей Александра. С ним рядом на пассажирском переднем сиденье восседала Натали…

Красивая и манерная бизнес-леди, всем своим видом демонстрирующая лоск, богатство и стать. Подходящая Саше, его круга, его вкуса.

Так вот какие ему нравятся…

Женщина что-то щебетала, но я старалась их не слушать. Смотрела на проносящиеся мимо заснеженные домики, каких в городе не увидишь, и радовалась новогоднему настроению, которое, несмотря на тревогу за маму, всё же у меня появилось благодаря Максиму.

Он заражал меня своей искренней веселостью и предвкушением волшебства, а я старалась дать ему как можно больше внимания. Компенсировать отцовскую холодность.

Надеюсь, с мамой ничего за эти несколько дней отдыха не случится, ведь мы будем очень далеко от города и, если что-то произойдет, быстро вернуться не сможем.

Я старалась не думать о плохом и улыбалась Максу в ответ на его улыбки — он был искренне счастлив, что скоро увидит дедушку и бабушку. А еще — большую елку, которую они ему обещали в доме.

Волнение охватывало меня по мере приближению к месту назначения. Странное и не соответствующее событию. Ехала я туда в роли няни, а казалось, что еду знакомиться с родителями будущего мужа. Именно так я себя по непонятной причине чувствовала. Как-никак познакомлюсь с родными бабушкой и дедушкой Анечки. Но они об этом не узнают. Никому нельзя знать. А мне нельзя думать об этом родстве.

Всё идет так, как должно быть. У Баженова своя семья и очень презентабельная невеста. А я — мать-одиночка, которой повезло найти высокооплачиваемую работу. На своего работодателя не претендую. Пусть этот сухарь женится на Натали.

Я случайно услышала, что Саша готовится сделать ей предложение на этих выходных, вот и везет представить невесту родным. Пусть. Мне это неважно. По крайней мере, я себе это повторила раз так сто, чтобы уяснить.

Они друг другу отлично подходят. Идеальная пара деловых сухарей.

Мальчика только жалко.

По виду Натали не скажешь, что она обожает детей. С сыном своего жениха она поздоровалась очень отстраненно, словно своей вежливой улыбкой указала ему на границы, при этом явно не считала это чем-то предосудительным. Что ж, у нее с Баженовым одинаковые взгляды на воспитание детей. Уделяют им внимание по четко вымеренным нормам. Так сказать, нормированное внимание. Есть нормированный график труда, а они деловые люди, у них и для людей свои нормы подобраны.

За своими мыслями не заметила, как мы подъехали к окну. Все стали собираться на выход, а ребенок прилип носом к окну. Я сама чуть не повторила его позу, до того мне было интересно. Большой и современный дом был украшен по-новогоднему и чем-то напоминал витрину магазина в новогодние праздники. Представляю, сколько они за освещение платят. По всему периметру современного загородного дома со строгими геометрическими линиями были протянуты гирлянды. Дом в стиле минимализм с коричневым фасадом был окружен искусно выложенными каменными композициями и кустарниками с передней стороны и соснами — с заднего двора. Он казался очень уютным и манил к себе, манил войти в него и расположиться в большой гостиной, что была видна снаружи.

— Пойдем, Алин! — звал меня с собой Максим, вытягивая из автомобиля, и мы направились вслед за впереди идущими Баженовым и Натали.

Хорошо, что я вела за руку мальчика, так мое волнение было менее заметно.

Раздвижную стеклянную дверь нам открыла утонченная стильная женщина со светлыми волосами и с доброй улыбкой, Ирина Георгиевна, мать Баженова. Его отец, Николай Леонидович, высокий статный мужчина, немного постаревшая копия Саши, стоял позади и со скупым радушием приветствовал нас всех.

Возможно, эта холодность в Саше передалась именно от отца. Они были очень похожи.

Пока все здоровались, я чуть осмотрелась в уютной и богато обставленной гостиной. Нет, наверное, я никогда не привыкну к такой роскоши. В этом мире мне нет места.

— Вы вещи положите в комнатах, — по-доброму распорядилась мама Саши, — а потом сразу за стол. Утка уже готова. Вы прямо минута в минуту прибыли. Как же я рада, — всплеснула она руками и снова обняла Макса, которого она вот буквально только что выпустила из своих рук.

Этот ее жест сказал мне об очень многом. Бабушка беззаветно любила внука и очень по нему скучала. Грусть коварно пробралась в душу, сковала сердце. У Анечки могла бы быть такая вот добрая бабушка, сейчас бы дочка бежала вместе с братом к елке, чтобы полюбоваться на пушистую красавицу.

— Офигенная елка! — воскликнул Максим, обходя ее полукругом. — А этих ангелочков не было в том году, ба!

— Ты же знаешь, что я каждый год покупаю новый набор игрушек, этих я в Праге купила, — сказала Ирина Георгиевна с улыбкой, потрепав внука по макушке. — Ну, проказник, насмотрелся? Живо мыть руки и за стол. Алина, проводите его, и я вас жду за столом.

Накрытый в гостиной стол поразил мое воображение. “Ничего себе, это же практически наш годовой бюджет на питание”, — почему-то подумалось мне, когда я обвела взглядом яства, расставленные на столе с красивой новогодней скатертью. В гостиной-столовой даже камин имелся, в нем тихо потрескивали поленья. На нем висели красные рукавицы, я такое только на картинках видела или в кино. Я и правда будто в фильм попала — про богатых и знаменитых.

— Мама, ты просто превзошла саму себя! — похвалил Саша, тем самым ответив на мой невысказанный вопрос. Выходит, готовкой и сервировкой стола Ирина Георгиевна занималась сама. Выдающаяся женщина.

— Подожди, ты еще утку не пробовал, — пропела она, уходя на кухню и возвращаясь с круглым блюдом, на котором красовалась тушка запеченной птицы с золотистой корочкой и потрясающим ароматом. Я его даже на расстоянии почувствовала. Слюнки потекли немедленно.

— Ириш, давай я тебе помогу, — отец Саши подскочил с места и пошел навстречу жене, чтобы помочь ей донести блюдо и установить его в центре стола. И все-таки не такой он и холодный, просто сдержанный, а вон как на жену смотрит, с теплом и любовью.

Обед прошел в непринужденной обстановке. Приближающийся праздник давал всем отличную пищу для беседы. Обсудили украшение городов, детские утренники, планы на новогодние каникулы, погоду…

— Может, погуляем? — вдруг повернулся Саша к Максу. — Смотри, сколько снега. Снеговика слепим или крепость.

— Да, папа, да! — обрадовался мальчик, у него даже глаза заблестели. — В снежки поиграем!

— Тогда мы пойдем, — оповестил всех Баженов и взглянул на Натали: — Не хочешь с нами?

— Прости, мне нужно закончить дела, важная переписка, — кивнула она на свой телефон, что отвлекал ее вибрацией во время обеда.

Ох уж эти бизнес-леди, не могут расстаться с работой даже в праздник.

— Ладно, — бесстрастно отозвался Саша и повел Максима одеваться.

Видимо, эта ситуация входила в ряд стандартных у этой пары и не вызывала обид.

Впрочем, хватит мне присматриваться к ним. Не мое дело!

— Давайте я вам помогу, — подорвалась я с места, заметив, как Ирина Георгиевна мельтешит вокруг стола, то салфетки соберет, то тарелки, то переставит блюда. И не дожидаясь ее разрешения, я принялась помогать ей с посудой.

Мы прошли в кухню, очень уютную, в итальянском стиле прованс, и мать Саши поставила стопку тарелок возле раковины.

— Я не против, — кивнула она, освобождая мне место у раковины и подавая передник. — Так вы — няня Макса? — внимательно посмотрела на меня женщина, едва я приступила к мытью посуды.

19.

Разговаривать вполоборота было не очень-то уютно, да и пристальное внимание к моей персоне смущало, но иначе никак. Ирина Георгиевна имеет право знать, кому доверили заботиться о ее любимом внуке. И тут я, конечно, немного струхнула. Объяснять ей про отсутствие опыта работы няней не хотелось.

Но, к счастью, мама Саши этого от меня и не потребовала. После того как я вкратце поведала ей, как устроилась на эту работу, она кивнула.

— Раз мой сын вас выбрал, то я ему доверяю. Давайте выпьем чаю, Алина? — предложила она.

Чай? Почему бы и нет? Вспомнилось, правда, чаепитие с Баженовым, когда я по дурости подумала, что между нами случилось потепление. Ан нет, это мне привиделось. Следовательно, и приятные манеры Ирины Георгиевны я не должна принимать за симпатию ко мне. Вежливость, не более того. Она просто очень хорошая хозяйка. Говорят, мужчины бессознательно хотят видеть в своей избраннице прообраз матери. Что-то наша Натали совсем не похожа на Ирину Георгиевну.

И опять ты, Алина, лезешь не в свое дело и думаешь не о том…

— А у вас есть дети, Алина? — расспрашивала она меня, стоило нам с двумя чашечками ароматного чая усесться за барную стойку.

— Да, — улыбнулась я, — у меня есть дочь, Анечка, ей три с лишним года. Она дома с бабушкой, моей мамой, — тут же продолжила я, предполагая, что именно об этом меня бы и спросили. — Какой вкусный кекс, — похвалила десерт, который передо мной поставили.

— О, спасибо, — улыбнулась она несколько смущенно, — это я вчера испекла, на сегодня еще торт запланировала, если успею, конечно. А так с уткой возилась.

— Очень вкусная, — похвалила я от души, — с интересной кислинкой. Вы яблоки добавляли?

— А вы любите готовить, Алина? Вижу, что разбираетесь, — расплылась она в довольной улыбке. Видно было, что моя похвала пришлась ей по душе. Но я не хотела ее задобрить или польстить. Утка мне и правда понравилась. Я бы с удовольствием приготовила ее на Рождество. Во мне сидела надежда, чтобы хотя бы один праздник смогу отметить с родными дома. Денег теперь хватит на утку, так почему бы не узнать рецепт?

— Да, порой готовлю что-то необычное. Если поделитесь рецептом утки, буду очень благодарна.

— Рецептом? — удивилась она и махнула рукой. — Ну какой там рецепт. Маринад, может, быть особый. Да яблоки нужны покислее. Но если вы хотите, Алина, запишу для вас его.

— Да, хочу, спасибо, — кивнула я, и Ирина Георгиевна замолчала, размышляя о чем-то своем.

Затем снова вернула ко мне внимание:

— А что Кларисса Вульфовна? Вы же с ней обсудили Макса? Мальчик он у нас сложный, закрытый, не каждый к нему подход найдет, — вдохнула она, на лицо набежала тень.

— Да, она мне передала все свои записи, рассказала всё, что мне нужно знать. А Максим… — Я задумалась, как мне затронуть тему его матери, введенную Баженовым под запрет, но не смогла подобрать слов. — Он славный мальчик. Мы с ним поладили. Он послушный, умный, исполнительный. Не жалуется никогда.

— Да, Макс очень сдержанный, — вздохнула его бабушка, — ему не хватает женс… Ох, мы, наверное заболтались, — оборвала она сама себя, и я чуть не скрипнула зубами от досады, до того мне было интересно послушать, чего не хватает Максу и как она видит разрешение проблемы. Женс… Это же женского внимания? Материнского?

Рада ли Ирина Георгиевна будущей невестке? Может, и да, но почему-то сейчас я сижу на кухне и по-дружески общаюсь с матерью Саши, а не Натали.

— Вы идите, Алина, достаньте сухие вещи, сейчас эти двое придут все мокрые от снега. Нужно будет переодеть Макса, а потом — накормить.

— Да, конечно, — спустилась я с высокого барного стула, — спасибо за чай и приятную беседу.

— И вам спасибо, Алина, я рада, что у Макса теперь есть вы, я вижу, что вы добрая девушка. Это именно то, чего не хватало Клариссе. Вы не подумайте, я ничего плохого сказать не могу. Она — исключительно хороший педагог, человек с опытом и знаниями, мы никогда не слышали от Саши жалоб на нее. И уже на возраст я точно не стала бы жаловаться, уж не мне его осуждать, — пожурила она саму себя, — но я думаю, что мальчику пойдет на пользу, если с ним рядом будет женщина, у которой есть маленький ребенок. Вы прямо светитесь, Алина, это видно невооруженным глазом. В вас есть эта детская непосредственность, и дети это чувствуют, тянутся к таким людям. Я так поняла, что опыта работы няней у вас не было, но это точно не беда в вашем случае. У вас просто призвание работать няней или воспитательницей в детском саду!

После столь многословной похвалы я стояла и не знала, куда себя деть. Даже не ожидала, что произведу такое впечатление. Как она сказала? Свечусь. Очень интересно. И приятно.

— Извините, — услышала я позади себя протяжный и манерный голос.

Обернулась. В арке стояла Натали с кислым выражением на красивом лице. Надо же, а я уж грешным делом подумала, что по меньшей мере принцесса голубых кровей, уж слишком высокомерно звучал ее голос. Возможно, мне так казалось на фоне приятного и милого дружеского общения с Ириной Георгиевной. А может, просто сработала моя инстинктивная антипатия к невесте Баженова, но именно такие мысли пронеслись в голове при ее виде.

— Да? — вопросительно взглянула на нее хозяйка дома.

— Я хотела уточнить, а кто-то уберет мокрые полотенца из ванной? Я не могу найти прислугу.

— Эм, мы здесь как-то по-свойски, Наталья, — несколько растерянно ответила Ирина Георгиевна. — Принесите полотенца сами в прачечную, на первом этаже. Чуть позже я принесу вам свежие.

— Натали, а не Наталья, — надавив на последний слог, поправила ее наша принцесса, заставим меня испытать чувство самого настоящего испанского стыда. — Спасибо!

Да, милочка, может, ты и акула бизнеса, но сейчас делаешь очень неправильные шаги в отношении своей будущей свекрови…

20.

Саша и Максим вернулись с прогулки в совершенно мокрых от снега куртках, но невероятно счастливые и взбудораженные. Они разделись и прошли к нам в гостиную, где я до их прихода держала отчет об успехах ребенка перед его родными. Даже показала фото и видео с утренника. Их восторг был окрашен оттенком грусти. Думаю, они бы с радостью больше присутствовали в жизни мальчика и сами посетили утренник. И я понимала их как никто. Не проходило ни часа, чтобы я не вспоминала об Анюте и не искала ее глазами. Всё время казалось, что она где-то рядом.

Услышу милый голосок, топот маленьких ножек…

— А вот и наши ребята вернулись, — пробасил отец Саши, — хорошо погуляли?

Мальчик начал взахлеб рассказывать, что они с отцом делали на улице, подвел нас с бабушкой и дедушкой к окну и показывал на довольно-таки крупного снеговика во дворе.

— Смотрите, смотрите, мы вместе катали шары! Нижний просто огромный!

— Замерзли, наверное, — беспокоилась Ирина Георгиевна, трогая свитер ребенка, — надо скорее переодеться. Алина, отведете Максима в комнату? Пусть наденет сухое.

— Конечно, — кивнула я безропотно, подзывая к себе подопечного.

В это время Натали подошла к Баженову и демонстративно прижалась к нему, вероятно решив заявить права. Видеть их вместе мне было почему-то неприятно, и я отвернулась, поторапливая Максима идти на выход.

Несколько часов до ужина пролетели незаметно.

И вот мы снова в прежнем составе уселись за шикарно обставленный стол с полным набором разнообразных вкусных блюд, закусок и напитков. Принялись за еду.

Звонок в дверь раздался неожиданно. Мы все замерли, слушая мелодичный перезвон. И только хозяйка дома тут же подскочила и поторопилась открывать дверь.

— Илюша приехал, — бросила она напоследок, оставив меня в размышлениях о том, кто это такой. Послышался привычный для прихода гостя шум из холла. Мужчины встали и собрались встречать гостя, Максим тоже перестал есть, а Натали с ледяным спокойствием смотрела в сторону арки, ведущей из холла в гостиную.

Сначала показались два шикарных букета роз разных цветов — от белых до бордовых, а уже потом в гостиную вошел высокий и весьма симпатичный молодой мужчина с широкой улыбкой. Шелест упаковочного целлофана немного заглушил его слова.

— Я, кажется, немного опоздал, — сказал он бодро, осматриваясь и бегая глазами по гостиной.

— Нет-нет, ты как раз к столу, — успокоила его Ирина Георгиевна, улыбаясь во весь рот.

Гостю тут явно были рады. Саша с отцом подошли ближе, явно желая пожать родственнику руку, но, очевидно, он сперва собирался распорядиться цветами.

Первой приняла букет Ирина Георгиевна и поднесла к лицу бутоны, чтобы насладиться их ароматом. Илья подошел к Натали, расплывшейся в вежливой улыбке от врученного букета.

Мне кажется, я впервые видела, как она искренне выражала эмоции.

— Что ж вы меня не предупредили, что у нас тут три дамы? — беззлобно пожурил Илья хозяев дома, внимательно осматривая меня.

Может, я и ошиблась, но мне показалось, что в глазах мужчины мелькнул неоднозначный интерес. По виду он был явным любителем женщин, которые такому обаятельному балагуру точно отвечали взаимностью.

— Теть Ир, вы же не будете против, если я украду у вас… — не договорил он, аккуратно вытягивая из букета длинную белую розу и подходя ко мне. — Прекрасный цветок для прекрасной девушки…

Внимание его мне было, конечно, приятно, но ужасно смутило то, что все уставились на нас. Кто с интересом, а кто и с недоумением. Натали сидела рядом со мной, и на ее лице отобразилась целая гамма эмоций. Она думает, что это неприемлемо? Вспомнился ее выпад про мокрое полотенце. Так, может, она и меня прислугой считает, кому нельзя за столом с хозяевами сидеть и подарки от членов семьи принимать?

— Спасибо, — улыбнулась я ему, принимая розу. Финт с цветком был довольно милым.

— Я Илья. Кузен Александра.

— А это Алина, няня Макса, — вдруг вмешался Саша, не дав мне открыть рта, и практически утащил парня от меня вглубь комнаты.

Началась кутерьма. Скажем так, репетиция Нового года, когда нагрянувший Дед Мороз дарит всем подарки. Мужчинам Илья подарил какие-то вытянутые коробки, а Максиму — большой экскаватор, чему тот очень обрадовался.

В общем, угодил всем, надо признать.

— Алина, вы не поставите букеты в вазы? — обратилась ко мне Натали с холодной улыбкой.

Нет, ну она правда считает, что я здесь нечто вроде обслуживающего персонала. Я даже не знала, как к этому относиться. Но приятного, конечно, было мало. И ведь эта девушка не понимала, как отталкивающе выглядит ее поведение. Я растерянно повернулась на хозяйку дома.

— Я сама, — вмешалась Ирина Георгиевна, забирая и ее букет. — Алина же не знает, где у нас вазы стоят.

— Давайте уже ужинать дальше, а то всё остывает, — всплеснула руками она и подхватила тарелки с брошенной едой, когда вернулась. — Схожу подогрею…

— Я помогу, — подорвалась я с места, отложив в сторону розу, нежным ароматом которой наслаждалась.

Прошла мимо Ильи и Саши, сидящих рядом за столом, и спину закололо, будто на меня кто-то смотрел. Неужели они провожали меня взглядом? Отчего-то охватило невероятное смущение. Щеки покрылись румянцем. Я совсем не хотела, чтобы на меня заглядывались мужчины.

— Илья — это мой племянник, сын брата Коли, — рассказывала Ирина Георгиевна, пока мы подогревали остывшие порции еды. — Хороший мальчик, закончил с отличием экономический факультет, получил дополнительное образование, много путешествовал, потом занял место в компании отца, когда родители погибли… — Она вздохнула, а я вздрогнула.

По поведению Ильи и не скажешь, что он пережил такую трагедию. Как обычно в таких ситуациях, я не могла подобрать слов. К счастью, Ирина Георгиевна не ждала от меня этого.

— Илюша молодец, он не унывает, да вы и сами, думаю, поняли, что он душа компании.

— Я заметила, — отозвалась я, — по нему сразу видно.

— Он всегда такой был, с самого детства, — защебетала она, доставая ломтики хлеба из пакета и укладывая их в тарелку.

И всё это мне, конечно, было весьма интересно, но я бы с радостью послушала точно такой же подробный рассказ о Баженове. О его детстве. Юности. О браке, который не сложился. Но достался мне рассказ о его двоюродном брате, который стал проявлять ко мне знаки внимания, стоило вернуться из кухни и занять свое место.

— Так ты сменил Клариссу на это прелестное создание? — приподнял он бровь, явно дразня Баженова. — У тебя губа не дура, братец. Поделишься няней? Я даже готов детей завести для такого случая.

Комнату наполнил смех. Только Саша остался холоден и неподвижен, словно истукан. Ни один мускул на его мужественном лице не дрогнул. Только взгляд недовольный кинул на меня. Может, он меня еще оштрафует за то, что его кузен мной заинтересовался?

А почему нет? Я женщина свободная, между прочим.

В ответ на его взгляд я мило улыбнулась, делая вид, что его внезапное недовольство мной вовсе не замечено.

21.

Медленно, но верно наступил канун Нового года. Музыка, танцы, смех, вкусная еда и праздничные напитки — всё сплелось воедино, создавая неповторимую атмосферу главного праздника года. Под бой курантов я загадала сокровенное желание. Пожелала здоровья всей своей семье, прикрыла глаза и понадеялась, что оно сбудется. Ничего большего я сейчас не желала…

Хотя… Счастья маленькому Максу тоже принести, небеса!

А потом бокалы ударились друг о друга и все задорно и дружно закричали: “С Новым годом!”

После все схватились за мобильные телефоны, чтобы поздравить родственников, которые не находились сегодня с нами. И я тоже позвонила маме и Анечке, горячо поздравив их с праздником.

— А теперь пойдемте пускать салют, — позвал всех во двор хозяин дома, и мы гурьбой направились одеваться.

И с этой минуты Илья от меня не отходил. Как-то незаметно Макс прилип к бабушке и дедушке, и тем самым я была освобождена от заботы о нем, чем молодой ловелас немедленно воспользовался. Крутился вокруг меня, помогал раздеваться-одеваться, отодвигал стул, чтобы я села, подкладывал закуски, наполнял мой бокал, развлекал шутками и разными байками. Я слушала с вежливым интересом и вежливо же улыбалась, а что мне еще оставалось?