Шри Чайтанья Махапрабху: его жизнь и наставления

Чайтанья Махапрабху родился в Майяпуре, в городе Надия, сразу после заката, вечером 23 числа месяца Пхалгун 1407 года эры Шакабда, соответствующего 18 февраля 1486 года по христианскому летоисчислению. Время Его рождения совпало с лунным затмением, и жители Надии, как обычно в таких случаях, совершали омовение в Бхагиратхи1, громко восклицая: «Харибол!» Его отец, Джаганнатха Мишра, был бедным брахманом ведического уклада, а Его мать, Шачи Деви, была образцом благочестивой женщины. Оба они происходили из брахманских родов, изначально проживавших в Силхете. Махапрабху был красивым ребенком, и городские дамы приходили с дарами, чтобы увидеть Его. Отец Его матери, прославленный астролог, пандит Ниламбар Чакраварти предсказал, что в свое время малыш станет великой Личностью, и поэтому нарек Его Вишвамбхаром. Соседские женщины именовали Его Гаура Хари из-за золотистого цвета Его кожи, а мать называла Его Нимаем, потому что близ места Его рождения росло дерево ним. Мальчик был прекрасен, и всякий искренне желал видеть Его каждый день. Он рос, становился резвым, а Его поведение – непредсказуемым. По прошествии пяти лет Своей жизни Он был принят в патсалу2, где за короткий срок овладел бенгали.

События раннего детства

Большинство биографов-современников Шри Чайтаньи упоминают несколько связанных с Ним случаев – это простые записи чудес, совершенных Им в раннем возрасте.

Говорится, что когда Он был младенцем, Он непрерывно плакал на руках Своей матери, но как только соседские женщины и Его мать восклицали: «Харибол!», плач прекращался. Так беспрестанные возгласы «Харибол!» в доме предвещали будущую миссию героя.

Также упоминается, что когда Его мать однажды угостила Его конфетами, Он съел глину вместо сладостей. Когда же Его мать попросила объяснений, Он заявил, что любые конфеты – не что иное, как видоизмененная глина, поэтому Он может с равным успехом принимать в пищу и глину. Его мать, будучи супругой пандита, объяснила, что каждый предмет в определенном состоянии предназначен для определенной цели. Земля в форме кувшина используется как сосуд для воды, но в форме кирпича не может служить для такой цели. Следовательно, глина в форме конфет может употребляться в пищу, но не подходит для этого в других своих состояниях. Мальчик убедился в ее правоте и признал, что есть глину было глупостью с Его стороны, и согласился избегать этой ошибки в будущем.

Рассказывают также о другом чуде, связанном с Ним. Однажды брахман, совершавший паломничество, гостил в Его доме. Брахман готовил пищу и, медитируя на Кришну, читал молитвы. В это время пришел Нимай и съел приготовленный рис. Брахман был ошеломлен поступком ребенка, но по просьбе Джаганнатхи Мишры приготовил пищу снова. И опять мальчик съел приготовленный рис, в то время как брахман в медитации предлагал этот рис Кришне. Брахмана уговорили приготовить подношение в третий раз. На этот раз, когда все обитатели дома уснули, мальчик явил паломнику, что Он – сам Кришна, и благословил его. И тогда, перед лицом объекта своего поклонения, брахман погрузился в экстаз.

Также говорится, что некогда два вора похитили ребенка возле дверей отцовского дома, чтобы украсть Его драгоценности, и по дороге дали Ему конфет. Мальчик проявил Свою энергию иллюзии и, сбив похитителей с толку, привел их обратно к Своему дому. Воры, испугавшись разоблачения, оставили ребенка там и скрылись из виду.

Описывается еще одно удивительное деяние мальчика: то, как Он требовал и получил от Хираньи и Джагадиши все подношения, подготовленные ими для поклонения Кришне в день Экадаши.

Когда мальчику было всего четыре года, Он уселся на выброшенные горшки, использованные для приготовления пищи, которые Его мать считала нечистыми. Он объяснил Своей матери, что в отношении глиняных горшков, выброшенных после приготовления пищи, не стоит вопрос о святости и нечистоте.

Эти истории относятся к нежному возрасту [Господа Чайтаньи] до пяти лет.

Успехи в учебе

На восьмом году жизни Он был принят в толу3 Гангадаса Пандита в Ганганагаре, близ селения Майяпур. Через два года Он прекрасно разбирался в санскритской грамматике и риторике. Дальнейшее Его обучение носило характер самообразования в Его собственном доме, где Он обнаружил все важнейшие книги, принадлежавшие Его отцу, который сам был пандитом. По-видимому, Он самостоятельно изучил смрити, а также ньяю, соперничая со Своими друзьями, обучавшимися под руководством выдающегося пандита Рагхунатха Широмани.

Мурари Гупта видел собственными глазами и описал, как Шри Чайтанья, впадая в экстаз от Имени Кришны и ведя Себя как вдохновленный человек, опьяненный духовными переживаниями, являл Свои божественные энергии в доме Шриваса Пандита в присутствии сотен Своих последователей, которые были самыми квалифицированными учеными. Это происходило в то время, когда Он вместе со Шривасом Пандитом и Своими искренними последователями открыл ночную школу киртана. Там Он проповедовал, там Он пел, там Он танцевал и там Он являл всевозможные духовные переживания. Тогда же к Нему присоединился Нитьянанда Прабху, который в то время уже проповедовал вайшнавизм и завершил Свои странствия по всей Индии. В действительности, многие искренние сердцем пандиты-проповедники вайшнавизма пришли из различных областей Бенгалии и присоединились к Нему. Тогда Надия стала постоянным местом пребывания многих ачарьев-вайшнавов, чьей миссией было одухотворить человечество высочайшим влиянием вайшнавского учения.

Проповедь и санкиртана

Первое поручение Шри Чайтаньи Махапрабху, с которым Он обратился к Прабху Нитьянанде и Харидасу, было таково: «Друзья, отправляйтесь проповедовать на улицах города, встречайте каждого человека у дверей его дома, просите его петь Имя Хари и жить святой жизнью, а потом возвращайтесь и каждый вечер сообщайте Мне о результатах вашей проповеди». Получив такой наказ, два проповедника отправились в путь и столкнулись с двумя гнусными личностями, Джагаем и Мадхаем. Услышав об указании Махапрабху, те оскорбили проповедников, но вскоре преобразились под воздействием бхакти, которой одарил их Господь. Жители Надии были изумлены. Они говорили: «Нимай Пандит – не просто великая одаренная Личность, но, несомненно, Он посланник всемогущего Бога».

С этого времени и до двадцать третьего года Своей жизни Махапрабху проповедовал Свое учение не только в Надии, но и во всех важных городах и селениях вокруг Своего города. В домах Своих последователей Он являл чудеса, учил эзотерическим принципам бхакти и воспевал Свою санкиртану с другими бхактами. Его последователи в городе Надия начали воспевать Святое Имя Хари на улицах и рыночных площадях. Это произвело сильное впечатление и вызвало неоднозначные чувства в разных домах. Бхакты были чрезвычайно довольны.

Однако смарта-брахманы позавидовали успеху Нимая Пандита и пожаловались Чханду Кази, обвинив Чайтанью в том, что Тот не является индуистом. Кази пришел в дом Шриваса Пандита, разбил мридангу (кхолу) и объявил, что если Махапрабху не прекратит создавать шум вокруг Своей сомнительной религии, Кази придется силой обратить в ислам Его и Его последователей. Эти слова были переданы Махапрабху, и Он приказал горожанам выступить тем же вечером и каждому прийти с факелом в руке. Они так и сделали, и Нимай выступил со Своей санкиртаной, разделенной на четырнадцать групп. После прибытия к дому Кази Он долго беседовал с ним, а по окончании разговора, прикоснувшись к его телу, оказал влияние на его сердце, обратив в вайшнавизм. Тогда Кази заплакал и признал, что пережил глубочайшее духовное преображение, устранившее все его сомнения и породившее в нем духовное чувство, которое даровало ему высочайший экстаз. Затем Кази присоединился к празднику санкиртаны. Духовная сила всемогущего Господа потрясла мир, и после этого события сотни и сотни еретиков, преображенные, встали под знамя Вишвамбхары.

Санньяса

Именно после этого случая некоторые из завистливых брахманов Кулии, движимые низменными побуждениями, стали искать поводы для ссоры с Махапрабху и собрали группу, чтобы противостоять Ему. Нимай Пандит был по природе мягкосердечной Личностью, однако Он был тверд в следовании Своим принципам. Он провозгласил, что дух партийности и сектантство – два великих врага прогресса; и до тех пор, пока Он будет оставаться жителем Надии, принадлежащим к определенной семье, Его миссия не сможет достичь полного успеха. Затем Он решил стать гражданином мира, разорвав связь со Своей семьей, кастой и вероисповеданием. Исполненный решимости, на двадцать четвертом году Своей жизни Он принял положение санньяси в Катве под руководством жившего в этом городе Кешавы Бхарати. Его мать и супруга горько оплакивали разлуку с Ним, но наш герой при всей мягкости Своего сердца строго придерживался Своих принципов. Он оставил маленький мир Своего дома, чтобы разделить со всем человечеством безграничный духовный мир Кришны.

После принятия санньясы Его убедили посетить дом Шри Адвайты Прабху в Шантипуре. Шри Адвайта пригласил всех Его друзей и почитателей из Надии и доставил Шачи Деви, чтобы та увидела своего сына. Когда она увидела Его в одеянии санньяси, радость и скорбь овладели ее сердцем. На Шри Кришне Чайтанье, так как Он был санньяси, не было ничего, кроме каупины (набедренной повязки) и бахирвасы (накидки на верхней части тела). На голове Его не было волос, в Его руках были данда (посох) и камандала (отшельнический кувшин для воды). Святой сын бросился к стопам Своей любимой матери со словами: «Мать! Это тело принадлежит тебе, Я должен повиноваться твоим указаниям. Позволь Мне отправиться во Вриндаван ради обретения духовных знаний». Посоветовавшись со Шри Адвайтой и другими, мать попросила сына избрать местом проживания Пури (город Господа Джаганнатха), чтобы она могла время от времени получать о Нем сведения. Махапрабху согласился с этим предложением и через несколько дней ушел из Шантипура в Ориссу.

Биографы Шри Кришны Чайтаньи (такое имя Он получил после принятия санньясы