Айвенго из переулка Радости

Дизайнер обложки Марина Панова

© Джасттина Биберова, 2023

© Марина Панова, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0059-9659-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Джасттина Биберова

Айвенго из переулка Радости

Обаятельный бандит с обостренным чувством справедливости. А может это Ангел спустившийся с небес.

Верь! Где то есть рыцари, без страха и упрека.

(Признание 1826 год А. С. Пушкин)

ГЛАВА 1 Поездка за границу

На улице ни души. На минуту приостановилась около овощной лавки в раздумье, куда повернуть. Из – за стеклянных дверей выглянула женщина, приветливо поинтересовалась, – Хотите что – то купить? Мы закрываемся, – добавила она извиняющимся тоном. Я немного понимаю на местном языке.

– Отрицательно качнула головой, свернула за угол лавки и пошла по переулку. Куда иду я не знаю, дорога сама приведет куда – нибудь. Все из – за очередной ссоры с ним. Он меня довел своей непробиваемой холодностью и упрямством до ужасного душевного состояния. Приехали называется на отдых, даже здесь за границей, будто продолжает восседать в своем кресле посреди троицы судей. Муж у меня есть, но я одна. Разве у других так не бывает? Думаю бывает.

Уже не могу смотреть на его слащавую, чисто выбритую физиономию. Живем пятнадцать лет в гражданском браке. Он сделал за это время блестящую карьеру судьи. Его мамаша души в нем не чает и все у него, внешне, настолько правильно, что придраться не к чему. Как мотылек на яркий свет бросилась, увлеченная его красивой, как мне тогда казалось, физиономией. Чем же он меня прельстил? Сделаю скидку на возраст, в то далекое время мне едва исполнилось восемнадцать. В доме у нас чистота и порядок, все вещи на своих местах. Бездетный союз. А что дальше? Он постоянно любуется собой, об этом кричат все его движения. С ним уже давно не чувствую себя женщиной. Его мама конечно недовольна мной и нашим гражданским союзом. А теперь к его чертам добавился расплывшийся двойной подбородок и брюшко. Если свой жирный второй подбородок он эффектно маскирует бородкой, то вылезший живот не спрячешь под юбку. Это все от хорошей жизни, вкусной еды и излишеств. Все до банального предсказуемо в нашей с ним жизни. Все разложено по полочкам. Одиночество вдвоем, вот что представляет наш союз. Невыносимо от сознания своего бессилия. Конечно со стороны может показаться, что просто с жиру бешусь, как считает Аннета, моя приятельница и коллега по работе. О, тогда можно договориться до самого примитивного умозаключения: как у младенца – сухой, сытый – значит жизнь удалась. Надо что – то делать. Резко менять свою жизнь. Иначе хоть в омут с головой.

Свернула на широкую длинную улицу. Отчаянье в моей душе достигло своего апогея. Навстречу шла женщина, вела за поводок огромного доброжелательного пса. Я приостановилась, поглядела им вслед. На обочине краем глаза заметила фигуру мужчины, сидевшего на корточках на траве, ближе к кустарнику, его руки лежали на коленях. По моему он заметил меня и посмотрел в мою сторону. Страха нет, мне все равно. Слева вдоль дороги луг с зеленой ровно стриженой травой, дальше редкий лесной массив, за ним рядами тянутся высотные дома. Справа широкий парапет, а внизу проезжая дорога. На другой стороне дороги продолжаются массивы жилых домов. Слышу его шаги, он догнал меня и пошел рядом, тот что сидел на траве. Заметила – он чисто одет, даже стрелки на брюках (это располагает) и белая рубашка из дорогой тонкой ткани, сквозь которую просвечивает тело. Молодой и сильный. Стрижен на лысо, мелкие оспинки на коже лица едва заметны, но они его не портят. Я остановилась возле широкого нескончаемого парапета. Отчаяние и безразличие во всем моем облике и резких движениях. Невысказанная обида, злость. Незнакомец осторожно положил руку мне на плечо, притянул к себе, мы обнялись. Впервые за многие годы почувствовала опору и приятное тепло мужского тела.

– Что я делаю?

Но безразличие нахлынуло с новой силой, откинув здравый смысл. Было тепло и уютно в его объятиях. Он положил меня на парапет и легко прилег сверху, его губы уже прикоснулись к моим и сладостно заныло сердце. Он уже целовал мою грудь, снимая свою рубашку.

– Постой, – уперлась рукой в его торс, отстраняя от себя, – увидят.

– Ну и пусть, – впервые услышала его голос и увидела затуманенный, опьяненный взгляд. Он весь в процессе ласк и прикосновений, все его внимание приковано ко мне.

– Что люди подумают?

– Тебе так важно, что они подумают? – прошептал он.

– Разве ты не видишь, где мы с тобой, – толкнула его.

– Ну и что, – он учащенно дышал, поглощенный процессом. Брошу свою англичанку, – произнес между делом, как во сне.

– Что это? – увидела на его правом предплечье татуировку змеи. Она как живая шевелилась вместе с мускулами, словно готовилась к прыжку.

– Боюсь змей, – произнесла я.

– Не бойся, – сказал он, то ли относительно тату, то ли вообще.

– Кто ты? – спросила, руками удерживая его на расстоянии.

– Хозяин, – услышала в ответ.

– Как тебя зовут?

– Айвенго, – выдохнул он.

Он что, больной? Что он такое говорит, пронеслось в моей голове.

– Не хочу здесь – увернулась и села на парапете. Увидят, – озираясь по сторонам повторила, учащенно дыша.

– Пусть, – упрямо произнес он. Мои брюки лежали рядом. Когда он успел их снять? Тепло на улице и на мне еще короткое платье.

Он сидел рядом, пытаясь унять дыхание – Где ты хочешь? -спросил он. Грубости с его стороны не было. Я рассматривала свои голые ноги.

– Пойдем в лес, – что я говорю, дура, тут же пронеслось в сознании. Там легче скрыть всякие следы. Так было в судебных делах мужа. «Неизвестная в лесном массиве».

Ну очень хочется, против воли, разума, снова и снова ощущать прикосновения ласковых рук и губ. Испытать что то новое, необычное. Никогда не чувствовала таких нежных и уверенных движений. Никогда в моей жизни! А сейчас фейерверк ощущений. Но он уже накинул рубашку на голое тело, отошел в сторону, прикурил сигарету. Теперь это даже взбесило, это задело, что он вот так запросто переключил свое внимание на что – то другое, кроме меня. Подошла к нему, он стряхнул пепел и зажав сигарету зубами, застегивал пуговицы на своей рубашке, слегка щурясь от дыма. Дернула его за рубашку, досадуя на себя. Уже бы все произошло между нами, негодовала я, и не саднило в животе, думала, изнемогая от напряжения.

– Хочу быть с тобой, – дернув еще раз за рубашку, произнесла я. Он так распалил меня. Он приобнял, погладил по голове.

– Я очень опасен, – сказал с улыбкой. То ли пошутил, то ли всерьез. И щелчком пальцев далеко отбросил окурок. Затем пошел в гору к массивной высотке. Зачем то двинулась за ним следом. С торца дома легко вскарабкался на подвесной балкон и позвонил по телефону.

– Слышь, ты дома один? – спросил кого – то в трубке. Их двое, а я одна, – снова пронеслось с ужасом в моей голове. Мне нужна квартира, прямо сейчас. Он разговаривал с невидимым собеседником. Я все еще стояла под навесным балконом и слышала как распалялся мужской голос в трубке о чем то горячо толкуя. Пошла прочь не оглядываясь. Белые ночи, сумерки так и не наступят, шла все дальше и дальше. Куда? Представила самодовольную, осточертевшую физиономию, до невозможности правильного, безразличного, так называемого мужа, у которого тысячи любовниц и которому абсолютно все равно есть я или нет на белом свете. Спим на разных кроватях, под разными одеялами, все у него до тошноты запланировано, даже секс, если только это можно назвать сексом. В его рационе только самое полезное, как написано, как сказано, рекомендовано, но это ему не помогает. Куда иду? Снова в клетку? К человеку, который давно меня не замечает.

Поспешно разворачиваюсь и ускоряю шаг, обратно к высотке. А разумные доводы бьют по вискам – Дура, уходи, ведь все обошлось. Что обошлось?

Может его там уже нет и никогда не будет. Бегу и вижу моего незнакомца все также стоящим на балконе, продолжающим разговор. Он увидел меня.

– Я домой! – крикнула ему.

Он кивнул, убрал трубку в карман и спрыгнул с балкона. Смотрела как шел, приближаясь ко мне. Хочу, чтобы он был моим. И душа и тело рвутся к нему. Что за ерунда, не могу же кидаться сама в объятия первого встречного. А он дал мне спокойно уйти, не догонял и не звал и по моему нисколько не испугался, что потерял меня, с досадой рассуждала я. Мы пошли с ним на право вверх по какой-то пыльной, не покрытой асфальтом дороге. И вышли на берег огромного озера с чистой водой. Два совершенно одинаковых деревянных мостка, окрашенных в бордовый цвет качались на воде слева и прямо перед нами, чуть погруженные в воду. Все словно происходило не наяву, а во сне, из за светло – серого цвета сумерек.

– Кто ты по гороскопу? – спросила я.

– А ты? – он взглянул мне в глаза. Мы так и не ответили друг другу. Скоро все это исчезнет и больше его не увижу. Почти физически страдаю, что между нами ничего не произошло. Мостки качаются. Он пошел на левый, доски прогнулись и его окатило водой. Рубашка облепила его тело, он весь вымок.

– Теперь точно пора домой, – произнес он. К озеру подошли какие – то парни. А мы пошли обратно.

Я шла впереди, он отстал. Когда оглянулась его уже нигде не было.

– Нет! – ударила кулаками по коленям. Нет! – побежала по дороге назад. Мистика. Он просто взял и испарился.

Даже не знаю, как крикнуть по имени. Как позвать его. Что подумают обо мне окружающие? «Тебе так важно, что они подумают», – вспомнились его слова. Теперь не будет больше ничего. Теперь ты осталась со своими окружающими и с тем, что они подумают. Чуть не взвыла навзрыд. Почему отпустила его, почему не узнала кто он! Где его искать, откуда он взялся?

Гостиница показалась на горизонте словно мираж. Забрела в холл и поднялась в наш номер на автомате. В номере тихо. Мой, так называемый муж, мирно дрыхнет в кровати, тщательно укрывшись одеялом, подоткнув его со всех сторон под себя. Так что, если бы что – то случилось со мной, то он узнал об этом не сразу. Не одним из первых. Интересно когда бы он заявил о моей пропаже? В районе обеда, как только хорошо выспался или вечером? Впрочем это неинтересно.

Безразличие в его облике, в его позе, даже во сне, в аккуратно развешанных вещах. Во всем. Я в полной пустоте. И в то же время, – «Она так удачно замужем» твердят окружающие, те чьим мнением так дорожу. А кто дорожит моим? Прошла в ванную и закрылась. Стоя перед зеркалом потрогала пальцами губы. Словно почувствовала его нежные прикосновения, грудь еще хранила тепло ласк. Нет, я не смою сейчас водой эти ощущения. Поднесла руки к лицу и ощутила запах мужского парфюма и сигарет. Снова непередаваемое волнение пронеслось по телу, сердце забилось, охватила истома. В который раз досадовала, что между нами ничего не произошло. Хоть бы раз в жизни почувствовала, что такое настоящий, страстный секс. И еще (страшно себе признаться) я влюбилась и мысленно называю его любимым. Неужели еще способна на какие то чувства, не окаменела как мамонт? Вышла из ванной, опустилась в кресло, прикрыв себя пледом незаметно уснула, ведь не спала ночь.

Проснулась поздним утром, когда солнце уже поднялось высоко. Комната была залита ярким светом, осмотрелась, я все также полулежала в кресле укрытая пледом. Услышала приглушенные звуки, муж разговаривал с кем – то по телефону, предусмотрительно плотно закрыв дверь в соседнюю комнату.

Какое – то смутное воспоминание шевельнулось во мне, я видела чудесный сон? Это все было во сне? А он? Он был наяву, – быстро скинула плед и поднесла руки к лицу, сразу же почувствовала аромат волнующего парфюма. Надо его найти, во что бы то ни стало. Начала вспоминать подробности нашей встречи. Когда увидела его, он сидел на траве, уронив руки на колени. О чем думал и почему пошел за мной? Он сразу почувствовал мое внутреннее состояние. Снова ощутила его губы и руки, тепло его тела. Какой он полностью? – прикрыла глаза, но не могла себе этого представить. Если дрожу от тех недолгих, коротких прикосновений. Какой же он весь и что было бы дальше? Какие ласковые руки бывают у мужчин!

– О, ты уже проснулась! – в проеме двери показался муж, прервав мои сладострастные воспоминания. Привычно чмокнул в лоб и примирительно сообщил.

– Вижу ты уже пришла в себя и мы можем с тобой пообедать. Извини, я уже завтракал, не стал будить. И на том спасибо, – мысленно поблагодарила его.

– Ну давай скоренько, жду тебя внизу в ресторане, – и вышел, закрыв за собой дверь. Он уже давно не обращает внимание на мое настроение, на мои обиды, он просто терпит, когда у меня пройдет очередной заскок. Все эти мои душевные порывы, жажду любви, считает полной ерундой.

Выглянула в окно, по тротуарам сновали люди, чуть поодаль проезжали машины, поднимая облака пыли. В ванной причесалась, почистила зубы, оглядела себя со всех сторон. Не хотелось переодевать вчерашнее платье, напялила брюки, очистив их от легкой пыли. И пошла обедать.

– Ты куда? – поднял брови в недоумении муж, когда сразу после обеда поднялась к выходу из ресторана.

– Пройдусь.

– Погоди, может вместе, немного позже? – он взял со стола зубочистку. Гулять ему явно не хотелось.

– Нет, просто пройдусь. Он пожал плечами. А я метнулась к выходу. Выйдя из гостиницы сразу направилась туда, где была вчера. Быстро прошла мимо овощной лавки, с уже знакомой мне женщиной, свернула за угол и прошла вдоль широкого парапета. Вдали, слева за леском показались знакомые высотки и проезжая дорога внизу справа. За дорогой с другой стороны опять высотки.

Вот это место, там вчера сидел он, прошлась по траве, постояла немного. Затем двинулась дальше. На этом месте мы обнялись, а здесь лежала пару минут на широком парапете. Стояла, осматривала вокруг землю. Ну хоть что – нибудь осталось в знак нашей встречи. Я присела и пошарила рукой под бетонными плитами. Есть! – нашла в пыли пуговицу. Ведь он снимал рубашку и пуговица оторвалась. Блестящая, белая, от его тонкой просвечивающей рубашки. Не думала, что буду так радоваться обычной маленькой пуговке, его пуговке. Вот и высотка, дом на горе и тот самый навесной балкон, где он говорил по телефону.

Теперь здесь было пусто и безмолвное пространство окружало этот дом. Осталось только озеро. И я побрела в его сторону, периодически оглядываясь, в надежде на счастливую случайность. На озере несколько человек культурно отдыхали, разложив небольшой костер. С собаками на поводках прогуливались хозяева и подкидывали им палки, играли со своими питомцами. Как пусто. Там внутри глубоко в душе заныло. Здесь он окунулся, ступив на шатающееся деревянное сооружение. Стоять было неуютно и бесполезно. Идти назад в гостиницу и того хуже. Делать нечего, могу простоять здесь до вечера, изменится ли хоть что-нибудь вокруг? Вряд ли. Еще раз тоскливо осмотрела окрестности и опустив голову побрела обратно. В вестибюле бросила монету в телефон – автомат и набрала номер. – Мама, тебе о чем – нибудь говорит имя Айвенго?

– Айвенго! Рыцарь без страха и упрека. Мы все зачитывались раньше романом Вальтера Скотта про этого рыцаря. А с чего ты это вдруг?

– Да так.

– Ну расскажи как вы там отдыхаете?

– Ничего, – вздохнула я. Скоро вернемся.

– Отдыхай хорошенько, – пожелала мне мама.

В номере тихо работал телевизор, муж просматривал свежую прессу, перелистывал шелестящие страницы газет. – Ты бы одна не ходила, – он поднял на меня глаза поверх очков.

– А что? – безразлично спросила, усевшись в кресло.

– Да так, не ходила бы и все, – повторил он, снова уткнувшись в газетные полосы.

Каждый день торопила его с отъездом домой, мне было невыносимо находится с ним наедине здесь.

– Ну вот, можешь собирать чемоданы, – улыбнулся он, еще раз взглянув в мою сторону. Завтра едем домой.

– Нет! – вскрикнула я. И опомнившись, спокойно с улыбкой продолжила. Побудем здесь еще.

– Что? Я тебя что то плохо понимаю, ты же сама еще недавно канючила с отъездом.

– Побудем, – повторила я.

– Нуу милая моя, – билеты куплены и у меня были важные служебные переговоры, пора домой дорогая. И он отвернулся от меня, дал понять, что разговор на эту тему окончен. Безразлично следила за сменяющими одна другую картинками репортажа на экране телевизора. Судя по сюжету началась криминальная хроника.

Мелькали полицейские машины и сотрудники что – то беззвучно рассказывали, громкость была на самом низком уровне. Вдруг на экране возник фотоснимок.

Меня пронзило словно током – Это он! У него особая примета, говорилось в репортаже дракон на правом предплечье. Я схватила пульт и прибавила мощность звука. – Что, что они говорят? Я радовалась и чему собственно, что вижу его, это точно он! Его ищут? Значит еще не схватили и он еще на свободе. Что он сделал? Карусель вопросов завертелась в моей голове.

Муж оторвался от газеты, вслушиваясь в скупую сводку.– «Наш», – скупо бросил муж, – соотечественник.

– Что он сделал? – я подалась вперед, к самому экрану.

– Опасен и находится в розыске, – перевел муж.

– А что еще? Что? – выдавала я свое волнение.

– Что-то с крупными деньгами связано, – пробормотал муж. Ничего задержат, – спокойно зевнув закончил он, сворачивая газеты. Он видимо уже видел этот выпуск.

– Я завтра никуда не еду! – решительно сказала я.

– Ну не выдумывай, – поморщился муж и пошли спать. Он снял халат и прошел в душ.

А я схватила куртку и вышла. На улице снова светло. Белые ночи. Прошла по тротуару мимо лавки, мои шаги гулко раздавались в ночной тиши. Свернула в знакомый переулок, прошла мимо знакомого места у кустов. Шагала вдоль парапета, на мои глаза от злости и бессилия навернулись слезы. Они, как увеличительные стекла, приближали дорогу и делали ее расплывчатой.

Он знает что его ищут, он больше не придет сюда, мысли порхают в моей голове как бабочки, и с чего я взяла, что он будет искать встречи со мной. Брошу свою англичанку, – вспомнились его слова. Какую англичанку, где она? Он тогда говорил что пойдет домой, где его дом? О чем был тот мужской разговор? Что ему доказывал или предостерегал по телефону друг или знакомый? Ведь они так долго говорили. Все мои вопросы повисли в воздухе. Почему два дня назад он был именно здесь? Скинула куртку, расстелила ее на парапете и уселась. У меня нет никакого плана действий, как только пойти в полицию и попросить найти его немедленно для меня, но они итак ищут. Это уже что – то из разряда черного юмора. Буду тупо сидеть здесь. Светло как днем, ни души вокруг. Все спят, по ночам положено спать, даже если они белые. Уснуло все вокруг и ветра нет, деревья стоят не шелохнувшись. Надо взять себя в руки и успокоиться. Размечталась, пора забыть об этом случайном, ничего не значащем эпизоде. Накрутила сама себе непонятно чего. Муж, какой – никакой есть, дом, работа. Подруги в голос твердят, – сиди и радуйся муж под боком. От добра добра не ищут. Очнись, одиноких пол страны. Да и завтра мы уедем, вернее уже сегодня. Пора уже спать и еще успеть собрать чемодан. К жизни своей привыкла за пятнадцать лет и к своей участи тоже. Любви видите ли захотелось, поднялась с парапета, ругая себя на чем свет стоит. Слезы предательски катились по щекам. И даже хорошо, что со мной ничего не случилось, запоздало содрогнулась всем телом. Он уже наверное забыл обо мне. Ну и пусть моя однообразная безрадостная жизнь катится по накатанной дорожке, так даже лучше! Скомкала куртку и чуть не вскрикнула от неожиданного прикосновения к моей руке. Сзади меня стоял какой – то хиппи с длинными черными волосами, в темных очках и балахоне.

– Это я, – он приподнял парик. Почти потеряла от неожиданности дар речи. Это он, при всем этом маскараде! Не дав опомнится, он взял меня крепко за руку и быстро пошел в кусты, едва поспевала за ним. Мы скрылись в лесном массиве и через несколько минут очутились в старинной полуразрушенной башне, неприметно примостившейся между скал. Пролезли внутрь через едва заметный проем и поднялись на самый ее верх. Он сбросил с себя парик и весь маскарадный костюм и тут же мы прижались друг к другу.

– Я ждала тебя, я тебя искала!

– Знаю, – он обнял меня как в тот вечер. Уже чувствовала его губы и руки. Его точные и нежные движения. Хочу чтобы между нами поскорее произошло самое главное. Он двигался совершенно бесшумно, он уже положил меня на постеленный балахон и легко прилег сверху. Скорее! – с нетерпением думала я, закрывая глаза. Скорее, чтобы ничто не помешало в этот раз! В моей жизни ничего подобного не было, в ней не было ничего! Наконец ощутила его, мы слились в одно целое. Он замер, а его губы продолжали ласкать. Можно сойти с ума, мы вместе. Еще продолжение и еще, он понимает язык моего тела, не хочу завершения. Это наверное длилось долго. Не хочу отпускать его, но уже не могу сдерживаться. Мы одновременно чувствуем приближающийся важный момент. И вот стараюсь сдержать крик, он занимает мои губы поцелуем. И держит в объятьях, прикрыв собой. Если смотреть на часы, то уже четыре часа ночи, сбивает с толку солнце и тишина в округе. Птицы уже начинают перелетать с ветки на ветку. Как же смогу оторваться от него? Хочу всегда быть с ним.

– Хочу, – произношу одно слово, но он понимает его по своему. Мы опять единое целое и я ощущаю такое, что трудно передать словами. Мы не в силах оторваться друг от друга, по крайней мере я. За всю свою жизнь не испытывала ничего подобного. Не знала, что бывает совсем по другому. И этому нет объяснений и об этом не надо долго просить и натыкаться на постоянное безразличие и холодность. Мужские руки бывают удивительно ласковыми. Хочется просто быть женщиной.

Что же будет дальше? – думала, собирая и засовывая в карман куртки выпавшие мелкие вещички.

– Мне сегодня ехать, – сказала я.

Он приобнял мою голову, как тогда у парапета, прижал легонько к своей груди.

– Тебя ищут.

– Знаю, – провел ладонью по моим волосам.

– Дай руку, – попросила я. Он подал свою руку. Я с тобой! – произнесла, крепко ухватившись за нее.

– Я тебя найду, – он пристально посмотрел в мои глаза. Затем обнял, поцеловал. Боже мой какие у него губы. Мне нужно идти, – сказал он, затем быстро подтянулся на руках и исчез в отверстии на крыше, сквозь которое просвечивала небесная синь. Словно его здесь никогда и не было.

– Ну почему так! – психовала я. Почему? Но делать нечего, надо уходить.

Не помню, как пришла в гостиницу. В номере было очень тихо. Легла в свою постель и крепко уснула.

– Ну, ну не волнуйся, все в полном порядке. Мы выезжаем через два часа. Сквозь остатки сна слышу обрывки телефонного разговора, муж разговаривает, скорее всего со своей мамой.

Муж? – подумала я. Нет детка, мужа у тебя теперь нет. Так дело не пойдет. Или – или. Ты хочешь сладко кушать и в то же время любимой быть, заныла моя совесть и стала царапать душу. И тут вмешался внутренний голос. Наивная, да твой муж имеет любовницу и не одну. Ах какая совестливая выискалась. Ладно все, пресекла я свои мысленные терзания. Любимой. А разве он меня любит? Это я его люблю, это у меня теперь есть любимый. А разве он у меня есть? А может быть для него это в порядке вещей и у него таких историй полным полно. И таких дур как я.

От этих мысленных головоломок настроение улетучилось и я все это время шарила ногой в поисках тапка, сидя на кровати. Только не хватало сейчас еще разреветься. Надо взять себя в руки. Подотри сопли и помоги себе сам! – мысленно произнесла девиз сегодняшнего дня и встала с кровати.

Мы выезжаем буквально через считанные минуты, за нами пришла машина и муж вынес и уложил в багажник чемоданы. Я тоскливо озиралась по сторонам и меня буквально душили слезы, готовые вырваться наружу.

Но что мне это даст. Он меня найдет! – уверенно решила я, садясь в машину и мы уехали в аэропорт. Такой мужчина слов на ветер не бросает. В кармане гладила и перекатывала маленькую пуговку. Все что у меня осталось от него на данный момент.

ГЛАВА 2 Возвращение

В городе стояла пасмурная и холодная погода. Дом наш расположился на окраине большого мегаполиса. Здесь выросло много вычурных вилл за последнее десятилетие. Банкиры, бизнесмены, юристы, служители Мельпомены, те кто населяет элитные районы за городом в тиши лесов и полей. Недалеко течет река и ее видно из окон нашего особняка. Вот мы и дома. Здесь привычнее и скоро все встанет на свои места, комната моя еще хранит следы недавнего отъезда. На стуле висят платья, которые забраковала для поездки за границу, на письменном столе примостился с краю столешницы оставленный мной дневник. Что я там записываю, стало смешно, мою жизнь можно охарактеризовать одними и теми же эпитетами на протяжении совместных лет. Обед у нас будет во время. Чтение, прогулки по нашему небольшому саду с узкими аллеями и беседкой, возле маленького искусственного пруда. С утра на работу – вечером домой. Ужин наедине с мужем, часто в полном молчании. Затем муж говорит по телефону о делах и лежит на диване, перечитывает свежие газеты. Спать уходит к себе, иногда прикоснувшись ко мне дежурным поцелуем. Он даже не знает, как мне бывает холодно в моей одинокой постели и я подгибаю ноги, обхватываю их руками, чтобы согреться. Очень часто он не ночует дома, ссылаясь на бесконечные дежурства. А в праздники приезжают к нам его родители и многочисленные родственники, которым также нет до меня никакого дела, как и мне до них. Но с другой стороны мне не по себе и терзания навалились с новой силой, неправильно поступила, некрасиво, легкомысленно, где была моя женская гордость? Может все дело во мне, раз муж отвернулся? Это я виновата, всегда начинать нужно с себя.