Снегурка для опера Морозова

Глава 1

Настя

Предновогодняя суета заполнила улицы мегаполиса. Повсюду мигающие вывески и переливающиеся гирлянды, созданные, чтобы поддерживать атмосферу праздника и волшебства. А мне совсем не до всеобщего веселья.

– Мишенька, вставай, – умоляю и пытаюсь поднять с лавочки тело жениха, переодетое в костюм Деда Мороза. – У нас еще один адрес остался.

– Не мо-гу, – он икает и пьяно качает головой, а я готова разрыдаться от обиды.

У аниматоров сейчас самая жаркая пора. По нескольку заказов в день на поздравление от Деда Мороза и Снегурочки. И надо было напарнику свалиться с температурой!

– Ну, пожалуйста, – всхлипываю и тяну его наверх.

Ничего не получается. Миша тяжелый и очень пьяный.

– Все. Я никуда не пойду, – он небрежно отталкивает меня.

Не удерживаюсь на ногах, поскальзываюсь и приземляюсь попой на лед. Больно и обидно до слез. Но плакать нельзя, макияж потечет, а у меня еще одно выступление.

Прячу лицо в ладонях и часто дышу, чтобы успокоиться. Зачем я только просила Мишу помочь? Но справедливости ради пять заказов он отработал…

Ну кого я обманываю? Не отработал, а отсидел за столом, пока я отдувалась за двоих. Но деньги все равно получили, а они нам очень нужны. Мы копим на свадьбу.

– Что же делать? – тихо спрашиваю я. – Люди же ждут. Дениска расстроится…

– Да и хрен с ними, – отмахивается жених и хлопает себя по грудному карману. – Нам хватит.

– В смысле «нам»? – округляю глаза и неуклюже поднимаюсь на ноги. – Это вообще-то отдать надо. Наши только тридцать процентов. А еще аренда костюмов и…

– Да ладно-ладно, – Миша закатывает глаза. – Я же образно.

Все это пустые разговоры. Смотрю на часы. Мы уже сильно опаздываем.

– Миша, вставай! Надо идти, – от обиды толкаю его в плечо.

– Иди одна, – вновь икает он и растирает лицо снегом. – Ты отлично справляешься.

Сокрушенно качаю головой. Если бы все было так просто.

– Но они же Деда Мороза ждут! – в отчаянии топаю ногой и вновь качаюсь на каблуках.

Сапоги мне немного великоваты, но моего размера не было.

– Выкрутишься, – равнодушно дергает плечами.

Господи, как можно быть таким безразличным?

– Как так можно, а? Зачем ты вообще пил?

– А зачем они наливали?

Слезы все же прорываются наружу и горячими дорожками струятся по озябшим щекам.

Все понимаю, но успокоиться не получается. Внезапно становится так жалко себя. Такая я никчемная и беспомощная. И даже поддержать некому.

– Малыш, ну перестань, – Михаил поднимается с лавки и наваливается на меня. – Я же не специально. Ну как я в таком виде к ребенку?

Перегаром от него несет за версту, да и на ногах едва стоит. К ребенку и правда так не пойдешь. Только мне от этого совсем не легче. Замену найти за пятнадцать минут я все равно не успею.

– А мне-то, что делать? Меня теперь уволят, – горько вздыхаю. – Я и так с трудом нашла эту работу.

– Давай я поеду домой и немного приду в себя, а ты пока поздравишь мальчишку, – жених поднимает мое лицо за подбородок и смотрит в глаза. – А потом я тебя встречу. Идеальный план.

– Но… я боюсь одна, – честно признаюсь я и шмыгаю носом.

– Чего? – смеется Михаил и опасно прищуривается. – А как ты своих детей рожать собираешься, если чужих боишься?

Не боюсь я детей. И семью хочу большую и дружную. Да и вообще я не трусиха, жизнь в деревне многому научила. Только вот как-то не по себе идти к чужим людям одной. Еще и вечер уже. Темно и холодно. Но Миша не желает слушать мои доводы и вызывает такси. Доезжаем до адреса, где ждет последний ребенок.

– Может ты меня подождешь здесь? – с надеждой прошу я. Это ведь не так долго.

– Ага, а сколько мы переплатим за стоянку? – хмыкает мой жених, а я лишь обреченно вздыхаю.

Он прав, у нас каждая копейка на счету. А сегодняшнее такси и так дорого выйдет. Поджимаю губы, возразить мне нечего.

– Весь заработок и уйдет. Давай, малыш, – Миша по-хозяйски притягивает меня к себе. – Я верю в тебя.

– Спасибо.

Впивается в губы влажным поцелуем, а я вырываюсь. Неприятно как-то и слишком слюняво. Я вообще не люблю целоваться, а еще этот жуткий запах перегара. Торопливо выскакиваю из машины и старательно вытираю губы рукавом шубки.

Такси трогается с места и скрывается за поворотом. И только сейчас я спохватываюсь, что забыла в машине сладкий подарок для Дениски и свой телефон. Капец. Слезы вновь подкатывают к глазам. Хочется истерить и топать ногами. Почему я такая невезучая? Ну за что мне это все?

Несколько минут просто жду на улице. Вдруг Михаил заметит, что я забыла, и вернется. Но чуда не случается. Мороз поджимает со всех сторон и пробирается под шубку, которая и без того не греет. Вот все не слава богу. Но делать нечего, придется идти по адресу и надеяться на новогодние чудеса. Ладно хоть номер квартиры помню. Там у родителей попрошу телефон. Да как-нибудь уж выкручусь. Не впервой.

Дверь подъездная открыта. Тут и там слышны голоса и радостные крики. Ничего себе, люди уже отмечают? Так рано еще вроде. Хотя, кто может запретить. Поднимаюсь на лифте на нужный этаж и нахожу искомый номер. Черная дверь и такая же черная кнопка. Как-то мрачно все.

Прикладываю ухо к двери и прислушиваюсь – тишина. Меня не ждут что ли? Господи, пожалуйста, только не это. Если сейчас еще и здесь кинут, я вообще не знаю, что делать.

Робко нажимаю на кнопку звонка. Звонок есть, а людей нет. Страшновато, но куда мне отступать? Давлю сильнее и начинаю поскуливать от страха. Наконец, в тишине эхом раздаются тяжелые шаги. Дверь открывается, и я застываю от шока, глядя на хозяина квартиры.

Великан. Смущенно рассматриваю снизу-вверх и нервно сглатываю. Мало того, что он огромный. Я ему едва достаю до груди, так еще и обнаженный по пояс…

– Здрасти, – срывается с моих губ помимо воли. Смотрю в его опасные, холодные глаза и, как под гипнозом, облизываю пересохшие губы.

– Ну, здравствуй, Снегурка, – небрежная усмешка дергает его губы. – Потерялась?

Глава 2

Денис

Я в дрова. Ну наконец-то! Глянув на недовольную сплющенную морду рыжего кошака, чокаюсь с ним и заливаю в себя еще порцию коньяка. Морщась, заедаю долькой лимона и вроде уже почти не бешусь. Дернув ногой, получаю укол в пятку и шуршание под диваном.

– Мишань, извини, – пьяно прошу прилично подросшего и обнаглевшего с осени ежа, получившего нечаянный пинок.

Вся моя компания бухает со мной, «отмечая» едва ли не крах моей карьеры. Меня, мать его! Майора Морозова! В капитаны из-за какого-то ублюдка! Разобраться лично, по-мужски у него кишка оказалась тонка. Ну-ну.

Злость выжигает алкоголь в крови и доливаю туда еще, чтобы добавить красок в случившуюся черную полосу в моей жизни. Сейчас еще девочка горячая приедет и будет мне счастье. Даже у бухого встает от предвкушения. Рыжий Васька неодобрительно щурит такие же рыжие глаза, а из-под дивана сопит Мишаня.

– Тебе тоже налить что ли? – усмехаюсь я. Ни разу не видел пьяного ежа, но говорят, они любят пиво. – Извини, Мих, сегодня только коньяк.

Плеснув в бокал ароматного алкоголя, беру с блюдца лимон. В дверь звонят. Уже? Мажу удивленным взглядом по настенным часам. Ну ладно, я в принципе готов встречать.

Пьяно поржав над собой, иду открывать.

О-па! Это что такое, интересное?

– Здрасти, – пищит «интересное».

– Ну, здравствуй, Снегурка, – усмехаюсь, разглядывая ее. – Потерялась?

В ответ на меня, не моргая, смотрят большие, перепуганные голубые глаза с черными разводами туши по нижнему веку. Розовые щеки переливаются блестками в свете подъездной лампочки. На голове Снегурки капюшон с белой меховой опушкой. Он делает девчонку еще более миловидной, а у меня земля под ногами немного качается, башка трещит после ночного дежурства так, что убивать хочется, и настроение – дерьмо.

Опять с Коноваловым сцепились на ровном месте. Сука, не успокоится, пока меня совсем из органов не выпрут. Но хрен ему! Мы еще посмотрим, товарищ подполковник, кто кого и в какой позе нагнет. Так что девочку я заказывал под настроение, а прислали, выходит, эту. Заняты все что ли? У шлюх тоже бывает предпраздничный ажиотаж? Перед Новым Годом все хотят натрахаться как в последний раз?

Я, собственно, ничем не лучше. Хочу много, грубо, грязно и без тормозов. С недавних пор предпочитаю именно такой вид секса – за бабки. По крайней мере все честно. Никто лицемерно не врет тебе в лицо о высоких чувствах. Заплатил, отымел, отпустил и живешь дальше. Опцию «ролевые игры» я не заказывал, но пусть будет. Надеюсь, у нее под блестящим голубым нарядом снегурочки портупея и кожаное белье.

Скользнув взглядом по стройным ножкам, обтянутым белыми колготками, делаю шаг в сторону.

– Заходи, – киваю Снегурке.

– А-а-а, Дениска здесь живет? Я п-правильно п-пришла? – запинаясь, спрашивает она.

Криво усмехнувшись, киваю и даже распахиваю дверь шире. Из подъезда в квартиру тянет холодом, а на мне из одежды только спортивные штаны на голое тело.

– Ну чего ты мнешься, как в первый раз? Заходи, – начинаю раздражаться.

Переступив с ноги на ногу, Снегурка все же решается шагнуть через порог. Захлопываю дверь за ее спиной. Девчонка вздрагивает, капюшон с нее слетает. Облизываясь, как моя животная банда на молоко. Рассматриваю симпатяжку еще раз со всех сторон. Хорошенькая, молоденькая еще совсем, а уже шлюха. Жаль…

И пахнет от нее вкусно. Ноздри вздрагивают как у голодного хищника, вышедшего на охоту, улавливая запах зимы, карамели и мандаринов. Елки только не хватает и будет настоящий Новый год.

– А где Дениска? – Снегурка с волнением пытается заглянуть мне через плечо. Даже на цыпочки встает, но во мне два десять роста. Куда уж ей! – Мальчик маленький, Дениска, – испуганно лепечет она. – Точно здесь живет?

– Дениска? Маленький? – едва сдерживаю смех. – Дениска есть, но точно не маленький! Так себе твоя игра, Снегурка, проходи и просто раздевайся.

– А-а, где он? – то ли дурочка, то ли первый день работает и растерялась.

Ну хер с тобой, может я сценарий сбиваю? Решаю поиграть в эту странную ролевую игру еще некоторое время.

– Да здесь, здесь… – растягиваю слова, – не стой на пороге, проходи.

Расстегнув верхние пуговички на шубке, Снегурка нерешительно проходит в гостиную. У меня журнальный столик накрыт прямо у дивана. Удивленно моргнув, смотрит на единственный бокал с недопитым коньяком и тарелки с нарезкой. Все, что было в холодильнике пожертвовано на закуску.

– Налить? – спрашиваю я. Ну может ей и правда надо, для храбрости. Но как-то настроения это пока не добавляет. Жестко и грязно не будет?

– Н-не надо, – крутит головой.

– Ну тогда приступим сразу к делу, – хлопнув в ладоши, шагаю к ней и обнимаю за талию.

Тоненькая такая, будто не кормили ее пару месяцев. Пополам бы не сломать с голодухи. Член оттягивает тонкую ткань спортивных штанов, демонстрируя боеготовность, несмотря на сидящий во мне коньяк.

– Что вы делаете? – пищит Снегурка.

– Не переигрывай! – бесить начинает люто. В паху ломит от возбуждения. Хочется как можно быстрее ворваться в горячее женское и сломать к чертям тормоза.

Разворачиваю девушку спиной к себе, толкаю к дивану и загибаю на мягкую покатую спинку. Задираю искусственную шубку, костюм снегурки, шлепаю по ледяной заднице, облепленной синтетикой колготок. Снегурка вскрикивает, вырывается.

– Ччч, все, не буду больше так. Лежи смирно. Дядя опер тебя не обидит.

Дядя опер тебя трахнет, а потом сходит и накажет один частный притон за некачественно выполненный заказ. Я, мать вашу, кого просил?!

– Я пришла к Дениске! – истерично хнычет Снегурка.

– Ты его нашла, – хмыкаю я.

– К-кого?

– Дениску, – усмехаюсь. – Это я. Так что ты пришла по адресу, детка.

И где-то в этом моменте до пьяного мозга начинает доходить, что имени то я не называл, когда бабу себе заказывал. И плачет она уж больно натурально.

Встряхнувшись, делаю шаг от нее, едва не спотыкаясь о собственные спущенные до колена штаны.

Голубоглазая Снегурочка отлепляется от спинки дивана, нервно поправляет одежду и застывает с широко распахнутыми глазами, уставившись на мой стояк со вздувшимися темными венами. Ее щеки приобретают цвет спелого астраханского томата. Девчонка крепко зажмуривается и поджимает губы.

– Да брось, не такой уж он и страшный, – криво улыбнувшись, натягиваю штаны.

У меня мобильник звонит. Стянув с тарелки с закусками кусочек сыра, иду вглубь квартиры в поисках своей трубки. Нахожу ее в прихожей, в кармане форменной куртки.

– Капитан Морозов, – дергает меня от этого звания. Снова передаю большой нецензурный привет Коновалову, посылая ему острый понос на ближайшие три дня.

– Как тебе подарок? – ржет Шаман. – Стишок Деду Морозу рассказал? А желание загадал? Ну помнишь, как в детстве? Раз, два, три…

На заднем фоне громко угорает остальная команда. До истерики, блять! Сам невольно улыбаюсь.

Кошусь на Снегурку. Она вот-вот рухнет в обморок. Бледная, под цвет собственных колготок.

– Идиоты! – рявкаю на свою группу, но все же уже не злюсь.

– Да хорош, Дэн, не рычи. Мы ж тебе настроение после Коновала поднять решили, – оправдывается друг. – Новый год все-таки.

– Дебилы! – продолжаю ворчать. – Я девчонку из-за вас чуть не изнасиловал!

– Ооо… эээ… Ни хрена ты даешь! – очень красноречиво вещает Шаман и вновь закатывается смехом. – Деда Мороза хоть не тронул? А то как оформлять будем?

– Ой все, – лишь бы скалиться. Сбрасываю звонок и кидаю телефон на тумбу.

Ощупываю карманы куртки в поисках сигарет. Если я сейчас не затянусь, точно кого-нибудь придушу. Не хотелось бы Снегурочку. Она, походу, настоящая.

Девчонка вдруг как завизжит! Меня аж контузит на несколько секунд. Дернув головой до хруста шейных позвонков, бросаюсь туда и начинаю дико ржать.

Глава 3

Анастасия

Божечки, меня почти что избили и чуть не изнасиловали? До сих пор колотит от пережитого шока и слезы текут по щекам. Торопливо вытираю их и всхлипываю. В ужасе смотрю на обнаженного мужчину, а взгляд сам по себе опускается на его огромный отросток со вздувшимися темными венам. Дышу через раз и не могу пошевелиться. Это что, то самое…? То, которое…? Даже мысленно не могу произнести, но невольно рассматриваю. Мамочки, какой большой… я всегда думала оно меньше. Как же он… нет, я не хочу знать!

Щеки предательски вспыхивают и очень быстро становятся пунцовыми. Ужас какой. Как это развидеть? Зажмуриваюсь и поджимаю губы. Фу-фу-фу, уберите. Можно, пожалуйста, все окажется страшным сном. Я открою глаза и окажусь дома. Рядом с Мишей. Он не позволяет себе расхаживать по дому без трусов и светить хозяйством. И вообще бережет меня. Мы решили, что до свадьбы никакого интима и меня это полностью устраивает.

– Да брось, не такой уж он и страшный, – слышу голос насильника.

Не страшный? Да ничего себе. Если у Миши такой же, то интима у нас не будет ни-ког-да!

На заднем фоне раздается мелодию мобильного. Мужчина чертыхается себе под нос и выходит из комнаты, а я, наконец, начинаю дышать. Вдох и выдох. Щеки пылают, а в голове только одна обескураживающая мысль. Что же я Мише скажу? Как рассказать о том, что произошло? Вот знала же, что нельзя одной идти. Как чувствовала. Божечки-кошечки. А еще непонятно, как же выбраться отсюда?

Из коридора разносится недовольный мужской голос. Но слова разобрать сложно. Прохожусь по комнате и останавливаюсь около журнального столика, на котором коньяк и нарезка. Алкоголь меня не интересует совсем, а вот колбаса и сыр… Попробую кусочек, чего голодать если хочется?

А если это чудовище задумало что-то ужасное? Как в фильмах ужасов. Что я могу сделать? Он вон какой огромный. Мне срочно нужен гениальный план. Перепрыгиваю от одной бредовой идеи к другой и жую не переставая. Сама не замечаю, как беру следующий кусочек. Это нервы. Я когда волнуюсь, всегда жую без остановки. Кстати, очень вкусно.

Но еда не главное, нельзя поддаваться. Надо придумать, как дезориентировать хозяина квартиры и сбежать. Смотрю по сторонам, ища что-нибудь тяжелое. Должно же быть что-то подходящее. Бутылка. Из-под коньяка. То, что надо! Закручиваю крышку плотнее и берусь за горлышко. Тяжелая… не убить бы.

Откуда-то сборку раздается тихое шуршание. Поворачиваюсь на звук и глаза стремительно округляются. Из-под дивана высовывается нос, морда и уши. Крыса!

Ору от неожиданности и запрыгиваю на диван прямо в сапогах. Да что это за квартира такая жуткая!

Хозяин вбегает в комнату, быстро оценивает обстановку и начинает ржать. Что за сволочь?!

– Ты че орешь, придурошная? – отсмеявшись, спрашивает он.

– Там крыса? – показываю куда-то под ноги.

– Да ладно, – издевательски, округляет глаза.

Что за невозможный мужлан? То ли дело мой Миша. Хороший и заботливый.

– Я не вру, – надуваю губы. – Она под диваном.

– Давай посмотрим.

Денис встает на колени и засовывает руку под диван. Невольно замираю, наблюдая за ним. Точнее за мышцами, что перекатываются под его кожей. Он весь просто гора мышц.

– А-а-а, – кричит Денис. – Укусила!

Подскакиваю от неожиданности и в панике бегаю по дивану.

– Что делать? Что делать-то?

– Ничего, – он снова ржет.

– Вы издеваетесь, да? – останавливаюсь и складываю руки на груди.

– Есть немного, – Денис беззлобно хмыкает. – Вот она крыса, правда колючая.

Достает находку и показывает мне.

– Это что, ежик? – выдыхаю восторженно и улыбаюсь от умиления. Как же можно было испугаться такого малыша.

– Ежик-ежик, без головы, без ножек.

– Какая прелесть. А он кусается?

– Как повезет. А ты дай ему кусок… – слежу за его взглядом и утыкаюсь в пустые тарелки. – А где?

– Ой, – икаю и дергаюсь в сторону, по инерции размахиваю руками. Бутылка вылетает, делает кульбит в воздухе и пролетает рядом с головой Дениса. Звучно приземляется на пол и разлетается на мелкие осколки, наполняя комнату едким запахом алкоголя.

– Заебись, – коротко комментирует он, а я зажмуриваюсь, не зная, чего ожидать.

Глава 4

Денис

«Меня прокляли» – пролетает первая же мысль, как только я бросаю еще один взгляд на то, что еще три секунды назад было отличным коньяком.

Миха шевелит носом, принюхиваясь к резкому запаху алкоголя, наполнившего комнату. Кошак переместился поближе к прихожей от греха подальше. Такое ощущение, что он готовит план эвакуации на всякий пожарный, а прямо сейчас постучит лапой по лбу и покачает своей ушастой головой.

Девчонка пытается слиться с местностью, видимо думая, что помятый костюм Снегурочки очень этому способствует. Или как в детстве, глаза закрыл, и ты в домике?

Материться хочется люто! Особенно глядя на пустые тарелки.

– Ты че все сожрала? – вопрос конечно дебильный, но меня бомбит и хочется порычать на это недоразумение.

– Простите, я не специально, – она продолжает стоять и жмуриться. – Это от нервов, – открывает сначала один глаз, потом второй. И смотрит на меня так, будто это я расхреначил половину квартиры.

Бабы походу все такие. Сами косячат, а ты мудак. Природой в них это запрограммированно.

– Простите? – усмехнувшись, складываю руки на груди. – Ну пиздец, – устало закрываю глаза.

– Я правда не хотела, – едва не плачет мой подарок.

Только нового потопа мне для полного счастья не хватает.

– Не хотела она! – раздраженно веду плечами. – С дивана слезь уже, чудо чудное.

– Вы мне сначала скажите, кто у вас тут еще живет, а то мало ли, – дует губы это недоразумение, а глазищи огромные, капец.

Приглядываюсь. Красивая девка на самом деле, если выключить все, что произошло. Мой воспаленный мозг отмечает неплохие изгибы фигурки, пухлые губы, глядя на которые в башку лезет всякая пошлятина. Глаза опять же! Яркие, трогательные с этими разводами туши.

– Из прожорливых здесь только ты. Слезай, – требую я.

– Ну просите! – она отчаянно топает ногой в сапоге по дивану. – Я даже не заметила, как все закончилось, – виновато опускает ресницы.

– А лимон чего не подобрала? – улыбаюсь, глядя на несколько тонко нарезанных, уже слегка заветренных долек.

– Не успела…

Ой, мля-а-а… Не ржать, Морозов! Ты же взрослый опер!

У девчонки снова громко урчит желудок. Она краснеет и смотрит на меня исподлобья, все еще стоя на диване.

– Так, Снегурка. Готовить умеешь?

– Д-да, – начинает часто кивать.

– Тогда дуй на кухню и в качестве компенсации сооруди че-нить пожрать. Там вроде пельмени в морозилке оставались.

Она все же спускается на пол. Вася благоразумно наблюдает со стороны, а вот Мишаня решает лично проконтролировать процесс и перебирая лапами, топает за моим подарком на кухню.

Догоняю. Снегурка стоит перед открытой дверцей холодильника. Оказавшись у нее за спиной, тоже заглядываю в это царство холода. Почувствовав меня слишком близко, девчонка вздрагивает.

Да что ж ты дикая-то такая?!

– Пельмени тут, конечно, есть, но только одна, – подает она голос.

Точно. Я еще перед уходом на дежурство сварил последнюю пачку.

– Ладно, сейчас доставку закажем. Шубу то сними, тепло у меня, – улыбаюсь, оперевшист задницей на кухонную тумбу.

– А вы полицейский? – тихо спрашивает она.

– Есть немножко. Да расслабься ты уже. Не обижу.

– Можно мне тогда уйти? – с надеждой смотрит на меня.

– Нет уж. Сейчас я ужин закажу, будем праздновать, – достаю трубку из кармана штанов.

Быстро накидываю в корзину готовых блюд из ближайшего ресторана, оплачиваю и зову Снегурку за собой в комнату.

– Ты мне вроде стишок должна рассказать. Или я тебе? – хмурясь, вспоминаю правила этой игры.

Бухать вроде больше не хочется. Хочется настроения.

– По сценарию малыш должен рассказать стишок Деду Морозу и получить от него сладкий подарок, – немного оживившись, рассказывает она.

– А Дед Мороз то где потерялся? – устроившись на диване, откровенно рассматриваю ее сверху вниз и обратно.

Снегурка смущенно одергивает одежду, краснея в очередной раз.

М-да, Морозов, давно перед тобой барышни не краснели. Отвык.

Но меня неожиданно начинает прикалывать. Или это голова проходить начала?

– Вы понимаете, Денис-ка… – давлюсь смешком. – Простите. Денис. Мне сегодня жених помогал. Вы не подумайте, он очень хороший и заботливый, – тараторит она, заранее оправдывая взрослого по идее парня. – Просто все же хотят выпить с Дедушкой Морозом, ну и…

– Нажрался, понятно.

– И подарок остался у него. Простите.

– А если не прощу, что будешь делать? – улыбаюсь я.

– В смысле? – хлопает ресницами.

– Ну вот ты все время извиняешься, а если я тебя не прощаю? Как будешь отрабатывать? – дразню, чтобы ее щеки снова порозовели.

– Вы опять?! – ее ноздри вздрагивают от обиды.

– Да боже, что у тебя мысли все не в ту сторону, – закатываю глаза. – Предлагаю вот что. Раз ни Деда Мороза, ни сладкого подарка ты мне не принесла, то и сценарий можно поменять. Так?

– Н-наверное так, – кивает она.

– Тогда с тебя стишок и хорошая компания на этот вечер, а с меня вкусный ужин.

Снегурка чертовски мило улыбается, поправляет волосы, шубку, поднимает выше подбородок и с выражением читает: