- -
- 100%
- +
– А…Вы вместе? – кондуктор вновь оценивающе покосился на ее спутника, словно только сейчас его заметил. Он явно никак не мог взять в толк, что эта девушка забыла в компании простого студентешки.
Ада, не ослабевая своего выразительного взгляда, одобрительно покачала головой.
– Сейчас… нужно посмотреть, – смущенно и как будто разочаровано произнес транспортный работник, виновато и тяжело дыша начав рыться в своей поясной сумке, так как манипуляция давалось ему с трудом из-за собственного мешающего пивного живота. – Да, есть такие и, кажется, у меня их много, – отозвался он, закончив поиски.
– Тогда, может, Вы обменяете нам обе купюры? Пожалуйста! – продолжала свое нежное обаяние Ада. Непринужденным движением она выхватила вторую купюру из рук Демьяна и протянула ее кондуктору.
– Да, вот, возьмите, – мужчина протянул ей горсть монет, после чего был вынужден удалиться на свое место. Всю оставшуюся часть дороги он украдкой пытался разглядывать молодую особу, периодически окидывая ее взором из-под своих заплывших век. Демьян, замечая это, жутко бесился и выходил из равновесия, но сделать ничего не мог.
– Ну вот! – торжественно объявила Ада. На ее лице лучилась победная радость, не оставившая и следа от былых сомнений об участии в этой авантюре. Настроение девушки сменилось тем же детским задором, в котором находился Демьян ранее.
– И какое же это будет вечернее платье?
– Эм, что?
– Какой твой любимый ресторан, говоришь?
Адриану искренне рассмешила его метко подмеченная фраза. Он был весьма хорош сегодня. Если так пойдет и дальше… В любом случае, сегодняшний вечер был лишь очередным подтверждением, что он просто без ума от нее, считала она. Это наполняло ее изнутри, пробуждая все большую жажду к нему. Жажду ощущений, жажду происходящего с ней, отдаляя и отгоняя столь ненавистную скуку.
Они вышли на ближайшей остановке и направились пешком в обратном направлении. Уехать далеко они не успели, а ближайший филиал банка, к которому они теперь направлялись, находился как раз там, где промоутер выдала им ту самую листовку.
Когда они поднимались по крыльцу банка, Демьян, со всей доступной ему галантностью, распахнул перед спутницей двойные стеклянные двери. Холл банка заливал искусственный свет, режущий глаза. На входе их встретила молодая девушка с аккуратно подобранными волосами. Строгая во всех линиях своей одежды, она одарила посетителей рабочей улыбкой (искусственной, как и все вокруг). Девушка поинтересовалась, чем она может им помочь, на что Демьян протянул ей выданную ранее брошюру, полученную от промоутера. Не дожидаясь объяснений, она жестом руки пригласила их в одно из свободных окон в обслуживающем зале.
Приемная банка была наполнена вычурностью в своем обличии, которая проглядывалась даже в мебели и фирменных тонах. Демьян чувствовал, что за всей этой ширмой были прикрыты истинные мотивы людей, работающих в этих стенах. Холодный расчет. Жажда наживы. Такие заведения всегда напоминали ему паучьи сети, на которые попадались тщедушные клиенты.
После продолжительных расспросов еще одной сотрудницы такого же выхолощено-строгого вида с пластмассовой улыбкой из обслуживающего окна о том, где они получили данную информацию, их роде деятельности и личных данных, работница, наконец, озвучила истинное предназначение акции, участниками которой, они добровольно стали. Суть предложения состояла в том, что за десять монет номиналом в десять рублей, банк готов предоставить посетителю лишь кредитную карту с минимальной суммой в тысячу рублей. Проще говоря, ты приходил в банк и за сто рублей покупал сраную кредитку с тысячей на счету, воспользовавшись которой, будешь должен этой конторе не малые проценты. Это выглядело как самый большой фарс, на который Демьян попадался. Казалось, Ада тоже почувствовала это. В ее потухших глазах отражалось разочарование, а по лицу пробежали легкие признаки раздражения и скуки. Демьяну было знакомо это выражение ее лица и ему отнюдь не хотелось, чтобы его усилия этим вечером свелись «на нет». Он молча встал со своего места и, потянув Адриану за собой, поспешил удалиться.
День близился к завершению. Небо в своей холодной синеве стало все больше покрываться теплыми тонами заходящего далекого солнца среди серых клочков немногочисленных низких туч.
По дороге домой, после попыток пошутить и как-то разбавить неприятное послевкусие ситуации, в которую они по воле Демьяна оказались втянуты, он сделал то, на что раньше не решался, в очередной раз, выставляя напоказ перед ней свои чувства. Когда они подходили к студенческому городку, он словно случайно взял ее за руку. Демьян никогда не позволял себе прикоснуться к ней, если только Ада сама не делала этого. Ощущение ее кожи в его ладони напоминало теплый бархат, растекающийся от кончиков пальцев и поглощавший все его тело. Он поднес ее руку к своим губам и слегка прикоснулся к ней поцелуем.
– Что ты делаешь? – с любопытством спросила она, не сопротивляясь при этом. Демьян чувствовал ее податливость, но не спешил к бо́льшим действиям, которые все же распаляли его сознание изнутри.
– Хочу, чтобы этот вечер запомнился тебе, – украдкой произнес он. – Запомнился нами. Пусть все остальное уйдет на задний план…
Ее взгляд смягчился от его слов. По глади лица пробежало чувство удовлетворение собой, которое она испытывала каждый раз, получая признание своей притягательности и власти над кем-то. Адриана легким движение освободила свою руку из его объятий, лишь кокетливо улыбнувшись в ответ.
Внутри Демьяна теплилась надежда, что она заметила насколько трепетно он на нее смотрел, предоставляя возможность следующего шага ей.
– Ну что же, спасибо за компанию этим вечером – сказала Ада. На секунду она задержалась в раздумьях о чем-то, словно ей потребовалось несколько мгновений определиться с чем-то или осмыслить, а затем молча направилась ко входу в общежитие.
В тот момент, когда она поднималась по лестнице, что-то внутри не позволяло Демьяну отвести взгляд от ее бедер. Нарочито медленные движения, манящие своей грацией, влекли его вслед за собой, будто она ждала от него чего-то. Наконец, девушка скрылась за входной дверью, а он все также продолжал стоять не двинувшись с места, размышляя о том, что поступил правильно, не поддавшись внутреннему порыву.
Этой ночью сон долго не приходил к нему. Виновата ли в этом игра, которая разворачивалась между ними, ее бедра или все вместе, но Демьян был уверен, что все складывается как нельзя лучше. Он понимал, что знакомство с этой пепельной блондинкой меняет его изнутри, но пока не отдавал себе отчета насколько сильно ее влияние.
8
Вот уже два дня Демьян бесцельно сидел на своей кровати, погруженный в себя. Темные фиолетовые пятна под его глазами расползались все больше. Он не мог припомнить, когда последний раз что-нибудь ел и сколько спал за прошедшее время. Этих желаний просто не возникало. Все, о чем он думал, была она. На его телефонные звонки ответа не было несколько дней и Демьян начал вновь тонуть в глубине своих размышлений, все больше погружаясь в себя. «Где он?», «Кто он?», «Куда он движется?», а главный вопрос «Зачем?» – переживания, тянувшиеся следом за ним каждый раз, когда он начинал замыкаться в себе. Со стороны это походило на помешательство, но только не для него.
Еще в детстве он не мог найти для себя понимания: жизнь Демьяна будто разворачивалась без него. Он лишь отчаянно пытался разглядеть во вспышках прошлого, которые представлялись чередой дней, хоть какой-то смысл. С тех пор эти терзания стали для него все более частыми гостями. Словно горная река жизнь несла его своим течением куда-то дальше и не прибивала ни к одному берегу с ответами или намеками, что вот однажды он прибудет туда, где его ждет некое подобие судьбы. Хотя в таком состоянии он был согласен на любой исход, принесший бы ему внутреннее умиротворение, пусть то будет злой рок или какое-нибудь просвещение.
Последние месяцы светлым пятном, способным разбавить его меланхолию, были встречи с ней. Быстротечность времени беспокоила его, представляя, что это не может продлиться хоть сколько бы то ни было долго. Что яркие пятна, которыми были для него их встречи, закончатся. Ведь по сути своей все имеет свойство когда-нибудь заканчиваться.
– Чувак, ты чего сегодня такой скучный? – голос прозвучал настолько близко и неожиданно, что Демьян дернулся, в исступлении уставившись в сторону источника.
Игнат сидел на кровати напротив, принадлежавшей соседу Демьяна. В последнее время они стали видеться все чаще и далеко не для игры на гитарах. В дни их встреч соседей Демьяна, как правило, не было. Они стали видеться все чаще по совершенно другой причине, ставшей еще одной попыткой Демьяна укрыться от того, что его беспокоило: стремление сбежать от самого себя и своего бессилия перед внешним миром.
Это походило на забаву. Они представляли себя рок-звездами. Их силуэты сливались с тенями на самых больших музыкальных площадках, когда воображение обоих рисовало толпу под их ногами, сходящую с ума. В этих фантазиях толпа требовала своих кумиров, своих идолов. Демьян, стоял у микрофона, сливая воедино свой голос и тяжелый, перегруженный звук гитары, который как цепочка ДНК переплетался со звуком гитары Игната, рисуя в воздухе, наполненном энергией, витиеватые контуры музыки. Толпа скандировала, ликовала, пела вслед за ними, срывалась на крики, в которых различались звуки их имен. Децибелы были перегружены, энергия зашкаливала. Это было реально, но где-то далеко, в другом времени и другом пространстве, не имея ничего общего с действительностью.
– Давай-ка, ляг и запрокинь голову назад, – скомандовал Игнат, спрыгнув с кровати. Он достал из кармана маленький пузырек с бесцветной жидкостью. – Думал, приберегу для себя, но так и быть давай вместе попробуем, – сказал он и подошел к приятелю.
Интерес Демьяна к этому пузырьку окончательно оторвал от мыслей, беснующихся в его голове.
– А что это?
– Увидишь. Сегодня на практическом занятии порылся в рабочем столе у одного врача.
Игнат был студентом медицинского колледжа и зачастую умудрялся удивлять Демьяна такими вот штуками и выходками.
– Тут, конечно, написано, что срок годности вышел, но не так давно, так что, думаю, должно быть рабочим, – с этими словами, он запрокинул свою голову и стал капать бесцветную жидкость себе в нос. Закончив процедуру, он пару раз шмыгнул и туманным взглядом уставился на приятеля.
– Я не хочу! – засомневался Демьян.
– Конечно хочешь, ты чего? Эта штука поможет разгрузить тебе голову, а то смотреть на тебя тошно.
Это то, что ему было нужно сейчас. Демьян повинуясь, молча лег и запрокинул голову. Десять капель упали в одну ноздрю. Десять капель – в другую.
– Ну вот. Давай я тебе покажу пока что, какие новые песни я нашел. Они просто нереальные! Нужно быть просто психом с другой планеты, чтобы придумать что-то подобное, – он подошел к ноутбуку на письменном столе, уселся и начал по-хозяйски рыться в интернете.
Демьян лежал, не проронив ни слова, вновь отдаваясь разговору внутри себя, который увлекал его больше, чем реальный собеседник.
«Я хотел бы показать ей свою игру на гитаре», – это была та сторона, которую Демьян не успел до сих пор раскрыть перед Адой. «Не начинай! Ты разве не понял, что ее не особо волнуют такие вещи. А вот я знаю, что действительно сработает. Ты хочешь показать ей что-то другое. Может быть «свой инструмент»?».
Демьян перевернулся и уткнулся лицом в подушку, погрузившую его в темноту. «Заткнись. Избавь меня от этих грязных мыслей.».
«Ты ведь сам понимаешь, что я нужен тебе. Если бы не я, ваше знакомство с этой девицей закончилось еще тогда, в автобусе, после того как ты сошел бы на своей остановке. Посмотри, что я подарил тебе!». Сознание звучало все настойчивее и агрессивнее.
«И мы познаем еще больше, если ты не будешь сопротивляться, тупить и мешать мне! А иначе с ней все кончится настолько быстро, что ты не успеешь и сообразить. Ты ведь понимаешь, что она просто здорово сосет! А-ха-ха, забавное сравнение! Подсасывает из тебя всю энергию, которую ты бы мог использовать для себя в другом ключе. Ты для нее не больше, чем развлечение и только за этим ей и нужен, пока даешь ей эти новые ощущения. Она играется с тобой потому, что ты ведёшься на это. Да тебе и самому это, похоже, нравится! Так используй это в свою пользу! А теперь сделай одолжение, не ной и жди, пока подействуют эти сраные капли!».
Демьян вскочил с кровати, чтобы унять нахлынувшую злость на самого себя. То ли от того, что в глубине души он понимал, что в этом была какая-то правда, то ли от того, что обещанного эффекта от капель, способного отвлечь его, никак не наступало.
Он намеревался направиться в сторону выхода из своей комнаты, но ноги неожиданно не послушались его. Демьян не сразу сообразил, что с ним происходит и хотел повернуться к Игнату, чтобы спросить его в чем дело. В голове неожиданно начали нарастать какие-то чужеродные звуки, видимо, от мелодий, которые тот запустил на его компьютере. Голова поворачивалась настолько медленно, насколько это было возможно. За это время, подумалось Демьяну, он успел бы рассказать поэму Есенина «Черный человек»6.
Самое необычное в этом ощущении было то, что мозг работал отчетливо, соображал с обыкновенной скоростью, но все вокруг двигалось, словно в замедленной сьемке. Пока он бился в бесполезных попытках ускорить поворот головы в сторону Игната, боковое зрение подсказывало ему, что тот занят схожим процессом. Они как два мультипликационных героя замерли в ожидании встретиться взглядами. Ощущение страха обоих перед неподвластностью ситуации пронизывало пугающий момент. Звуки музыки нарастали и покрывали голову, а следом и все тело уже знакомым ощущением раскатистого блаженства. До Демьяна донесся смех Игната, который начал лихорадочно хохотать, не в силах перебороть самого себя, видимо, от собственного бессилия ускориться, чтобы встать со своего треклятого места. Обоюдный страх сменился всепоглощающим смехом. Радость перемешалась в их ушах со звуками музыки, пробираясь все глубже внутрь, к тому месту в груди, что издавало звуки голоса, вибрацией прокатываясь под ложечкой и эхом рикошетившей в голову.
Они начали приходить в себя от заливного смеха лишь спустя полчаса (по крайней мере, им так показалось), вымотавшим их до изнеможения. Усталость наложилась на обоих, сдавливая тяжестью свинцового пресса. Глаза начали слипаться, кислорода не хватало, и они начали жадно зевать, пытаясь прихватить как можно больше воздуха. Кто-то медленно погасил свет от тусклой лампочки под потолком, а может быть, он сам сбежал, не выдержав истерии происходившей вокруг. Как и сознание, погрузившее обоих в глубокий ровный сон.
Мысли сегодня больше не донимали Демьяна.
9
С утра на его телефонные звонки Адриане ответа по-прежнему не было. Это задевало его больше обычного, ведь сегодня был не простой день. Сегодня погода, наконец, начала догонять даты на календаре. Солнце пробилось сквозь серую массу туч, прогнав их куда-то вдаль к линии горизонта. Казалось, снег, холод и серость прозябшего города безвозвратно покидали его, оставаясь разве что где-то на окраинах города. А может это была очередная иллюзия, навеянная Демьяну долгосрочной усталостью, что по сути было не важно. Сегодня днем солнце властвовало на небосводе, напитав все вокруг животворящей энергией теплых красок, сделав приближение вечера поистине притягательным для всякого прохожего. Маленькие улочки, словно невидимой сетью испещрявшие центр города, наполнялись манящей атмосферой притяжения, готовые принять любые тайны, которые им поведают.
Еще в достаточно раннем возрасте его перестали радовать собственные дни рождения. Уже в те дни из них пропала частичка радостного веселья и волшебного ожидания, причину исчезновения которых он не мог себе объяснить. А с наступлением начала третьего десятилетия в прошлом году, в голове Демьяна появилась еще одна причина не обращать внимания на эту дату. Внутренний голос начал подсказывать ему, что, несмотря на все пройденные года, он все также «пуст» и потерян. Если в нем когда-то и присутствовала искра детской пытливости и тяги к свершениям, то она давно погасла под проливным дождем и холодным ветром окружавших его обстоятельств. Он решил, что проще не обращать внимания на этот день, подводивший красную черту очередному году.
Однако, сегодня этот день ощущался совершенно иначе, измененный желанием очередной встречи с ней. Ему представлялось, что именно сегодня он вправе надеяться на «подарок». Эти мысли скрашивали необычно погожий день еще больше. Не справляясь с колебаниями своего разгоряченного внутреннего мира, он решил написать ей сообщение с прямым признанием, что сегодня у него праздник и ему хотелось бы немного времени провести именно с ней. Он писал, рассчитывая, что она отзовется на просьбу составить ему компанию этим вечером, и он не прогадал.
От Ады пришел ответ, что она едет из пригорода и к вечеру будет на остановке маршрутного транспорта, в центре. Они договорились встретиться именно там, на одной из улочек, которая брала свое начало прямо от реки (тянувшейся вдоль города), и, «разрезая» улицу пополам, упиралась в крохотный парк.
Заприметив на остановке автобус, после длительного ожидания, Демьян воспользовался моментом, чтобы вновь по-джентельменски помочь Адриане выйти из только что прибывшего междугороднего транспорта.
– Спасибо, – произнесла она, спускаясь по ступенькам на улицу. В выражении ее лица словно читалось удовольствие, навеянное воспоминанием схожих обстоятельств их знакомства. Но было в ней и еще, что-то (что Демьян не успел разобрать), делавшее Адриану особенно мягкой и удовлетворенной. Они обменялись приветствием и решили прогуляться по маленьким улочкам центра города.
– Как прошел твой день? – поинтересовался Демьян, стараясь не выдавать своего любопытства о том, почему она пропала на несколько дней.
– Отлично, – обтекаемо ответила Ада. – Хороший день! Встретилась, наконец, со своими друзьями. У нас не часто получается увидеться. Другой город как-никак. Иногда мы все-таки собираемся вместе, – с улыбкой продолжила она. Воспоминания прошедшего дня уводили ее куда-то далеко отсюда, но она быстро опомнилась. – А что у тебя нового?
Тем временем они шли вдоль маленьких частных домов, тянувшихся вдоль дороги, сопровождаемые по-прежнему голыми деревьями, на которых только-только начали распускаться почки. Обменивались разговорами о текущем дне и последними новостями из жизни обоих, которые Демьян пытался разбавлять не всегда удачными шутками. Однако сегодня ее веселили даже они, особенно если учесть его непринужденность, с которой парень развлекал ее.
С тротуара уже практически сошла наледь, встречавшаяся лишь небольшими удаленными друг от друга островками. Солнце почти опустилось за горизонт в просвете улицы, и на смену ему город осветили тысячи и тысячи разноцветных огоньков, вывесок, фонарей, лампочек и светящихся окон домов, играющих и подмигивающих разнообразием цвета. Мимо лениво проплывали редкие автомобили. Демьян чувствовал, что ее расслабленность и удовлетворенность накрывает их обоих и просто наслаждался моментом, поймав себя на мысли, что всему происходящему вокруг не хватает только медленной, тягучей мелодии вечернего джаза.
Телефон Демьяна периодически пытался вмешиваться в их компанию то одними, то другим звонками от знакомых и приятелей, которые, по-видимому, к концу дня вспоминали о его дне рождении, но ему совсем не хотелось отвлекаться на них. При каждый таком звонке он проверял, кто пытается с ним связаться и, обрывая входящий вызов, убирал телефон обратно в карман.
– Сегодня твой день рождения, – неожиданно начала Ада, когда они вышли к небольшой площади.
Все это время они не касались в общении данной темы. Да ему и не хотелось, не настолько он считал значимым этот факт. Однако, когда она заговорила, Демьян почувствовал приятный трепет под ложечкой от ее слов.
– Да, есть такое, – скромно подтвердил он.
– Думала что-то подарить тебе, но твое сообщение застало меня по дороге домой, поэтому… уж извини.
– Да ничего, буду считать подарком твою компанию и этот вечер.
Он опять был юнцом, слова которого умильнули ее.
– Но кое-что у меня все же припасено для тебя, – лукаво призналась Ада, одарив его пьянящим взглядом.
Демьян не успел даже задуматься над ее словами, как телефон вновь отозвался звонком.
– Не будь засранцем, ответь уже. Люди тебя поздравить хотят, а ты…, – мягко произнесла она.
Он остановился, взглянул на телефон, потом на нее и снова на телефон. Звонил его старый знакомый, с которым они когда-то учились в одной школе, и вестей от которого он ждал меньше всего.
– Я быстро, – оправдывающимся голосом сказал Демьян, взяв трубку.
– Привет, бро! – прозвучал веселый голос на том конце провода.
– Да, привет, Андрей! – поприветствовал старого приятеля Демьян.
– Я тут вспомнил, точнее мне подсказали, что у тебя ведь день рождения сегодня?! – как бы решив подвериться, непринужденно уточнил Андрей.
– Ну, есть такое, – согласился именинник, встретившись взглядом с Адой.
Она смотрела на него и, не отводя взгляд, играючи прищуривалась. Уголки ее губ растекались в нежном изгибе улыбки. Демьян почувствовал нарастающее приятное напряжение. Сердце, по неведомым обстоятельствам, медленно начало увеличивать ритм в бессознательном предвкушении особого момента. Воздуха стало неожиданно мало, отчего дыхание обернулось глубоким и тяжелым. Все тело замерло под ее пристальным обезоруживающим взглядом в ожидании.
Адриана слегка закусила свою нижнюю губу.
– Ну я собственно поэтому и звоню, – продолжал Андрей в ту секунду, когда Демьян уже не слышал его. Ада медленно приближалась к нему. Он ощущал ее тепло на все сокращающемся расстоянии. Его свободная рука скользнула по ее талии окутывающим движением, а затем одним быстрым жестом Демьян прижал девушку к себе. Чувство возникшего опьянения захлестнуло его. Голова слегка закружилась. Забыв про телефон во второй руке, он обнял ее целиком. Она подалась еще немного вперед, и ощущение теплых нежных губ заполнило все его сознание. Она коснулась его языка своим, и волна возбуждения погрузила Демьяна в неизвестный ранее омут желания. Эйфория уносила его куда-то вслед за уходящим солнцем, обжигая своим пламенем все внутри. Он не хотел, чтобы это заканчивалось, словно Ада была той самой весной, которую он так ждал.
– Алло?! Алло, бро! Ты здесь? Куда ты там пропал? – доносились до его сознания непонятные звуки где-то там, совсем далеко.
Ада слегка отстранилась от него.
– С днем рождения! – шепотом сказала она и с интересом стала всматриваться в то, как Демьян приходит в себя. Но сейчас ему меньше всего хотелось возвращаться обратно из этого дурманящего облака, которое он вкусил. Однако открыть глаза ему все-таки пришлось. Она видела в них огонь, который сама когда-то разожгла, превратившийся во всеобъемлющее пламя. Испытывая явное удовлетворение собой, она словно черпала свои силы в том, что с ним происходило по ее воле.
– Договори с другом, – мягко порекомендовала Ада, заметив неопределенность на лице Демьяна.
Он не раздумывая повинуясь, поднес телефон обратно к уху.
– Да?! Да, Андрей, извини…
___________________
Прогуливаясь по площади, они двинулись в сторону парка и, развернувшись около него, решили направиться в сторону общежития. Демьян позволил себе взять ее за руку, чему она, посчитав это уместным сегодня, не стала сопротивляться, по большей части от того, что этого хотелось ему. Для нее пресловутое держание за руки было не больше, чем временное потворство его юношеской прихоти.
Он потерял счет времени, растворившись в моменте, но чем дольше они гуляли, тем больше его мысли возвращались к реальности. Казалось, они обсудили уже все возможные темы. Запас шуток тоже оказался исчерпанным, поэтому Демьян все-таки решил задать вопрос, который все больше звенел в его голове, не оставляя его в покое.
– А куда ты пропала в эти дни? – спросил он, как бы между делом добавив, – Я не мог до тебя дозвониться… – в свете сегодняшних событий, любопытство изъедало его.
Ада помедлила мгновение, сделав вид, что не услышала его вопроса, но в следующую секунду, с уверенность в голосе, отчетливо произнесла:
– Была у друга.
Вспышка фар проезжающего мимо автомобиля ослепила его.
– У друга? – переспросил он, пытаясь понять не послышалось ли ему.
– Да, – спокойно подтвердила она.
– И что, прямо все эти дни не могла говорить? Ты же не все это время была «С ДРУГОМ»? – он умышленно подчеркнул показавшуюся ему абсурдность ее ответа, но легкая тревога пробежалась по коже, закравшись где-то глубоко внутри.
– Все, – вновь односложно подтвердила она. – А что, ты против? – в ее голосе слышались отчетливые нотки издевки.