Бенедикт Питерский

Предисловие

Эта история основана на реальных событиях.

В Санкт-Петербурге, на улице Камышовая, живет кот по имени Бенедикт, который терпеть не может гостей и соседского пса Гогена.

Не для того он переехал к моим родителям на ПМЖ, чтобы пускать на свои квадратные метры каждого, кто считает нужным наведаться в гости, а тем более переночевать.

В понимании Бенедикта «жданных» гостей не бывает, потому что делиться продуктовыми запасами, находясь в здравом уме, невозможно. Зачем же в таком случае притворные улыбки, если можно честно озвучить свою позицию?

Подкупить Бенедикта Питерского невозможно, договориться едва ли получится. Он может принять подарок от гостя, но не из уважения, а, для того, чтобы разодрать презент перед носом подарившего.

Единственная «фраза», которая звучит из уст Бени радостно: «Вам пора уходить, обниматься не будем».

«Будете проходить мимо – проходите»

Бенедикт Питерский.

Бенедикту есть, что вам сказать

Что самое главное в жизни любого кота?

Найти порядочного человека с приличной жилплощадью.

Порядочный – это такой экземпляр, который после работы поедет на фермерский рынок купить обезжиренный творожок и домашнюю гусиную печенку, потому что продукты из магазина не нравятся его коту.

Порядочный человек вначале покормит кота и только после этого пойдет умываться и собираться на работу, чтобы было на что покупать творожок и печенку на фермерском рынке.

Порядочный человек переживает за своего кота все время, что находится на работе. А когда приходит время уезжать в отпуск – совесть и чувство вины не дают ему насладиться отдыхом.

Порядочный человек никогда не засиживается в гостях, потому что дома его ждет кот.

У порядочного человека в телефоне есть сотни фотографий кота. И если вдруг кто-то поинтересуется его питомцем, порядочный человек не отстанет до тех пор, пока не покажет, как его кот спит, ест, играет и хитро улыбается на камеру. Лучше не приставать к порядочному человеку с подобными вопросами, иначе вы нарветесь на продолжительный монолог о жизни и судьбе его кота.

А еще порядочный человек никогда не обижается на питомца, если тот разбудит его до будильника хуком справа. Он признает, что проспал в свой выходной день, и с чувством вины побредет на кухню подавать коту завтрак сонной, шаркающей походкой, в перекосабоченной пижаме, со следами подушки на щеке. И не дай бог, человек сначала завернет в туалет.

Так вот что я вам скажу! Сначала воспитайте в себе качества порядочного человека и только после этого заводите кота!

Как Беня обзавелся недвижимостью по улице Камышовая…

Беня – полное имя Бенедикт, появился у родителей, когда мы с братом один за другим покинули отчий дом. Мы с Антоном упорхнули из семейного гнезда, а через несколько месяцев в него впорхнул маленький Беня. Поэтому у кота есть все основания полагать, что квартира и два взрослых порядочных человека ниспосланы судьбой ему одному.

Делиться жилплощадью кот не собирается и засиживаться у него в гостях не рекомендует. Он не видел, кто жил в квартире до него, а значит, по его котовьей логике, никого и не было. Для Бени точка отсчета счастливой и безмятежной жизни – его появление в двушке по улице Камышовая у моих родителей.

Вечером 7-го декабря Антон оделся потеплее и спустился прогреть машину. В новый район, где он жил, заселились еще не все жильцы, но бесконечные ремонты ехидно намекали, что через несколько месяцев найти парковочное место у дома будет сложно. Зима запорошила снегом его старенькую BMW. Он достал из багажника щетку и настраивался на длинный путь по плохо убранным дорогам Санкт-Петербурга. Навигатор показывал 1,5 часа езды, а на телефон один за одним приходили сообщения: «С днем рождения, Антоха!».

Брат собирался к родителям, мама обещала приготовить фирменные чебуреки, манты и его любимую запеканку со сгущенкой. Папа замесил тесто, рассыпал тонким слоем муку по столу и приступил к лепке праздничных чебуреков. Родители пообещали Антону, что он сможет забрать домой все, что не съест. Отказаться было сложно.

Мама с папой ждали брата к 19.00, он выехал сильно заранее, потому что в городе у него было дело: Антон присмотрел питомник с британскими котятами и собирался туда заехать.

Через два часа он был на месте, навигатор опять наврал, обещая до этого полтора. В небольшой квартире, где-то на юге спального района, Антону показали четверых котят: шиншилловых пухляшей серебряного окраса.

Хозяйка расхваливала помет и обещала, что котята вырастут ласковыми, как и их родители. Антон посмотрел на родителей, но ласки там не заметил. Мой брат – человек деловой, он не переносит пустой болтовни, особенно, когда его ждут мамины чебуреки. Он перебил женщину на середине оды британским шиншилловым котам, чтобы уточнить цену. Как вспоминает Антон, цена его удивила, так как по телефону ему озвучили совсем другую сумму. И даже от услышанной ранее цифры у него с собой было всего лишь семьдесят процентов. По мнению брата, когда знаешь, что больше денег все равно неоткуда взять, торговаться становится проще, появляется уверенность в себе. Антон выдержал паузу, от которой стало неловко всем, кроме него. Затем он спросил, нет ли у женщины котенка за ту сумму, которую ему обещали по телефону за минусом еще тридцати процентов.

Два «торгаша» на юге спального района Санкт-Петербурга были знакомы всего минут двадцать, но уже ненавидели друг друга.

Антон развернулся на выход со словами: «Раз у вас нет ничего подходящего, я поехал». До маминых чебуреков нужно было добираться еще два часа.

Женщина не могла отпустить брата, на горизонте маячила некая сумма, пусть и на тридцать процентов ниже предложенной ею по телефону. Конечно, это меньше того, на что она рассчитывала, но близко к тому, что обычно получала при продаже.

Она остановила Антона и сказала: «Мужчина, подождите, есть у меня один экземпляр». Минут через пять она вернулась с котенком. Испуганный, хилый, едва помещался у нее на руках, он был раза в два меньше тех, которых вначале показывали Антону за цену, озвученную ранее по телефону. Брат не был уверен, что вообще довезет его до родителей, но сделать маме подарок хотелось, а чебуреков хотелось еще больше. Он снял с шеи шарф, завернул в него котенка, отдал деньги и спустился в еще не успевшую остыть машину. Вдвоем с котом на переднем сиденье они приехали к родителям ровно в 19.00.

Антон зашел в квартиру на улице Камышовая и вручил маме «подарок». Она поставила котенка на пол, тот упал, да так и остался лежать, безразлично осматривая помещение.

По воспоминаниям брата, мама так не заботилась даже о нас с ним, когда мы маленькие болели то гриппом, то краснухой, то «что вы опять принесли из сада?». В нашем советском детстве самыми популярными лекарствами были банки, горчичники, клизма и жидкость под названием «гадюка». Последнее – это ядреная смесь в банке, которая стояла у мамы на самой дальней полке кухни. Она смачивала в ней ножницы, обмотанные ватой, и смазывала нам с братом гланды, потом заматывала на ночь пуховым платком и отправляла спать. Я так и не выяснила у мамы, что такое «гадюка», она не признается. Но до сих пор я ощущаю ее приторно-горький вкус во рту, как только у меня запершит горло. Отдаю должное «гадюке» – со всего двора только у нас с братом не вырезали гланды.

Родители назвали котенка Бенедикт. Честно говоря, папа с братом не очень верили, что он протянет эту ночь.

Утром восьмого декабря мама разбудила папу, укутала в пуховый платок Бенедикта и втроем, на машине, они мчали по плохо очищенным дорогам Санкт-Петербурга к ветеринару. Врач не дал никаких гарантий. Но надо знать мою маму – она пережила все дефолты, распад СССР, отсутствие в аптеках лекарств, а на полках магазинов – продуктов. Она до сих пор хранит лекции своего профессора из мединститута со списком лекарственных трав и настоек на случай полной катастрофы.

Как вспоминает мама, с божьей помощью, медикаментами, сбалансированным рационом и бесконечной любовью она таки поставила Бенедикта на лапы.

Как вспоминает Антон, наш участковый педиатр жил в соседнем подъезде, поэтому детьми мы редко ходили в поликлинику, чаще в гости к Люсе, так звали врача. Люся ставила диагнозы жителям нашего двора. Если у кого-то начинался грипп или ангина и предполагаемый больной приходил к Люсе «в гости» за диагнозом первым, все жители с аналогичными симптомами начинали лечение по «его» схеме. Рецепт зачитывали вслух, на скамейке во дворе, где, как воробьи у брошенной корки хлеба, собирались бабульки. Ну, а из лекарств вы сами знаете, что было.

Бенедикт родился в условиях рыночной экономики, при отсутствии дефицита и попал к порядочным людям. Удача следовала за ним по пятам.

Прошел год

В какой-то момент Бенедикт осознал, как ему несказанно повезло. Он жил с моими родителями, которые знают, что такое любить (и где на севере города продается самая вкусная гусиная печенка).

Если вы живете в Петербурге и хотите узнать адрес, спросите у моего папы. По вторникам после работы он заезжает к Ибрагиму. Тот открывает лавку ровно в 12.00, до этого времени ему нужно успеть перекупить товар у фермеров. К 18.00 весь товар выметают с полок – Ибрагим умеет выбирать поставщиков. Папа заезжает около 18.15 и, знаете, Ибрагим всегда задерживается по вторникам, припрятав полкило свежайшей печенки. Почему? Однажды папа рассказал ему о том, как маленький полудохлый Беня попал к ним в семью и как жена выхаживала его день и ночь. В ответ Ибрагим рассказал, что у него тоже был кот, с которым они прожили восемнадцать лет, дольше, чем с женой. В прошлом году кот умер, Ибрагим похоронил его по мусульманским традициям.

Бенедикт вырос на фермерских продуктах. За год он окреп, значительно прибавил в весе, распушился и осознал, что чертовски привлекателен, иначе как бы ему удавалось манипулировать мамой, которая манипулирует папой. Беня решил проверить силу родительской любви.

Раньше мама вставала на работу в шесть утра, но с тех пор, как Бенедикт понял, что он может пользоваться своей красотой, а слабостями родителей тем более, он начал будить маму ровно в пять. Еще год назад она ни за что не встала бы раньше будильника, но ведь год назад мягкая кошачья щечка не терлась о ее лицо. Мама открыла глаза. Перед ней нависал силуэт Бени, который не собирался исчезать. Взглядом кот напомнил ей, через что ему пришлось пройти, чтобы удержать в лапах жизнь. Этим предрассветным утром ему совершенно не хотелось проблем с желудочно-кишечным трактом из-за того, что кто-то привык вставать в шесть. К слову сказать, у кота ни разу не наблюдалось проблем с ЖКТ.

В темноте мама нащупала халат, накинула на плечи и шаркающей походкой побрела на кухню. Беня крутился вокруг маминых ног, потом запрыгнул на столешницу, потоптался по разделочной доске и оставил отпечатки своих лап на варочной поверхности плиты. Все это время мама искала в холодильнике потрошки фермерского петуха.

Тем утром Беня сделал вывод, что в среднем необходимо десять минут, чтобы разбудить человека, две минуты – чтобы провести его на кухню в обход туалета, и еще около 7 минут на приготовление завтрака. Таким образом, маму нужно будить за двадцать минут до будильника, чтобы она не затягивала с подачей, а уже после у нее останется время, чтобы собраться на работу и еще десять минуточек полежать с котом на кровати. Зачем Бене нужны эти десять минут? Чтобы показать маме, что она все правильно делает и кот ей за это благодарен, ну а высшая похвала для человека, по мнению Бени, – это как раз полежать с котом десять минуточек на кровати перед работой.

Как-то у мамы случился двухдневный неоплачиваемый отпуск. Ей нужно было уехать, и она попросила папу кормить Беню по утрам в районе 5.30. Папа очень удивился, так как каждое утро около 4.00 они вместе с котом, тихонечко, стараясь не будить маму, шли на кухню и вдвоем уплетали паштет из гуся. После чего, по заверению папы, они с Бенедиктом засыпали в обнимку сладким предрассветным сном до самого будильника.

Когда обман раскрылся, Беня не раскаялся.

Прошенных гостей не бывает

Как-то летом я собралась к родителям в Питер. Выдались длинные выходные – целых четыре дня. Чтобы растянуть отдых, я купила самый ранний билет на «Сапсан». Поезд прибывал в Северную столицу в четверг, около обеда. Папа не мог меня встретить, потому что у него длинные выходные не выдались, зато мой брат, как тот кот, который обнаружил незакрытую масленку на обеденном столе, ждал меня на перроне с нескрываемым удовольствием.

Вначале мы заехали в пышечную, потом за самым вкусным кофе, по мнению брата, там же продавались пирожные, от которых мутится разум, третьим пунктом назначения был китайский ресторан, куда не попасть, но ради баклажан в сладком соусе мы согласились ютиться за барной стойкой. Антон признался, что я единственная женщина в его жизни, в компании которой он не испытывает чувство вины, принимая пищу.

С некоторым сожалением брат сказал, что пора ехать домой, так как через пару часов родители вернутся с работы. Но тут Антон вспомнил, что намедни мама приготовила его любимую запеканку, и улыбка к нему вернулась. Он глянул в навигатор и добавил, что через полчаса мы будем на месте, заодно успеем купить сгущенку, потому что без нее запеканка теряет всякий смысл.

По дороге домой я поинтересовалась у брата, как поживает Беня, он ответил: «Лучше не спрашивай, сама все увидишь».

Брат рассказал, что пару месяцев назад у родителей гостила мамина двоюродная сестра. Беня знал, что чем дальше родственник, тем сильнее к нему любовь и привязанность, так ему всегда мама говорила. В июне расстояние сократилось до минимума. Чемодан вещей и пакет с чем-то явно непродуктового содержания стояли у кота в коридоре. Дальше, по словам Антона, мамина сестра сделала несколько ошибок: сама открыла холодильник со словами «разве наешься самолетной едой», заняла Бенину спальню и переключила канал Animal Planet на политические новости. За секунду бабочки из Занзибара, за которыми наблюдал Бенедикт, превратились в статичные оппозиционные лица. На диван, заботливо застеленный для Бенедикта, присел нежданный гость. Она не постеснялась закинуть ноги, а свободной от пульта рукой подмять под поясницу пуховую подушку. Сила притяжения пригвоздила ее туловище к дивану, да так крепко, что случись гравитация, она бы на нее не подействовала.

«Но знаешь, Вера, какую самую большую ошибку совершила мамина двоюродная сестра?», – продолжал брат, – «она не заметила Бенедикта, как будто тот был частью интерьера».

Здесь следует отвлечься от повествования о понаехавших и рассказать, в каких условиях жил Беня.

После того, как мы с братом один за другим покинули родительский дом, коту в наследство перешла наша спальня. Родители обставили комнату всем, без чего жизнь современного кота можно считать неполноценной: диван для сна, кресло, если надоел диван, игровой комплекс с когтеточкой, телевизор с каналами про животный мир, шкаф с игрушками и ковер, который разрешается драть без последствий для кота. Забыла, еще в спальне есть пуховая подушка, которую мама купила специально для Бени, чтобы ему было мягонько смотреть передачи на Animal Planet.

В туалетной двери папа проделал дыру на уровне роста Бенедикта и вставил туда подвижную пластмассовую штору, чтобы коту было удобно ходить в туалет и не унижаться каждый раз, прося людей открыть ему дверь. А чтобы Беня не утруждал себя и не наклонял слишком низко голову во время приема пищи, папа соорудил на кухне полочку для мисок, аккурат на уровне груди кота. Но она не понадобилась, так как Бенедикт решил, что будет есть за столом со всеми. И знаете, никто не был против.

Вернемся к понаехавшим. Беня намекнул, что мамина сестра слишком много позволяет себе в чужом доме: он подошел к ней и выбил лапой пульт из руки. Женщина решила, что ей померещилось – не мог кот вести себя, как всем известный Бегемот из «Мастера и Маргариты». Как только она нагнулась, чтобы поднять пульт с пола, Бенедикт подскочил и лапой загнал гаджет под кресло. Казалось, уже два этих события должны были создать в мозгу причинно-следственную связь, но она не создалась. Женщине пришлось встать, дойти до кресла, нагнуться и извлечь пульт. Не знаю, кого она вспомнила в тот момент – бога или черта, потому что разогнуть поясницу у нее долго не получалось. Когда ее тело приняло почти вертикальное положение, мечтая о горизонтальном – появился тот, кому она не придала значения – Бенедикт. Он топтал передними лапками свою пуховую подушку, глядя в глаза маминой двоюродной сестре, а когда та открыла рот – плюхнулся на подуху всем телом, перевернулся на бочок и показал женщине безразличную спину.

– А что же мама? – поинтересовалась я.

– Мама сказала Бене, что несколько дней он поживет в родительской спальне. Беня сделал вид, что не услышал. Тогда она добавила: «Договоримся».

Мамина двоюродная сестра приехала погостить на четыре дня. Это был первый полноценный набег родственников на столь длительный срок.

Беня так и не смирился с мыслью, что мамина двоюродная сестра будет ночевать в его спальне. Каждое утро он скрёб закрытую дверь так мерзко, как будто ноготь школьного учителя соскакивал с мела и бороздил доску. А чтобы крепкий предрассветный сон не отвлекал мамину двоюродную сестру от мысли, что ей здесь не рады, Беня напевал песню – фальшиво и громко. Текст примерно такой: «Тебе здесь не рады, не раааааады».

Беня изучил границу терпения несчастной женщины. Как только он слышал шаги маминой двоюродной сестры, которая вставала в ночи, чтобы прогнать кота, он бегом возвращался в спальню к родителям, ложился под бочок к папе и прикидывался, что так и провел всю ночь. Бенедикту верили, маминой сестре нет. За ночь Беня делал несколько набегов к врагу.

А в те ночные часы, когда коту удавалось отдохнуть между боями за территорию, ему снилась его пуховая подушка и бабочки Занзибара, летающие над кромкой океана.

Днем сражения не стихали. Беня, как гениальный стратег, вел бои исключительно тогда, когда родителей не было дома. Так он убивал двух зайцев. Во-первых, маминой сестре никто не верил, что кот мог вести себя безобразным образом, а, во-вторых, Беня отлично знал свою квартиру, отлично в ней ориентировался и, когда терпению женщины приходил конец и она пыталась его поймать, он мгновенно куда-то исчезал. И знаете, кот не пренебрегал ничем, потому как неважно как выиграна война, если она выиграна.

Бенедикт рассуждал логически. Победит тот, кто займет и не сдаст самые стратегически важные позиции. Если бы, например, он был большевиком, то первым делом захватил бы связь и столичный дворец. Так как Беня всего лишь кот – он захватил холодильник. Конечно, он не сидел на броневике с флагом, но к холодильнику все равно не подпускал. Маминой двоюродной сестре так и не удалось извлечь оттуда ни рыбу под маринадом, ни запеканку, ни блины. Продуктовые запасы для Бени священней, чем храм Господень для верующих. Каждый раз, когда женщина пыталась открыть холодильник, возникал кот, он закрывал своим туловищем дверцу, шипел и давал предупредительные сигналы, что сначала пострадает ее рука, а потом и весь организм.

В один из дней женщина не выдержала и спустилась в магазин за продуктами. Когда родители вернулись после работы, мама сказала ей: «Прекрасно, что ты догадалась купить еды, а то гостить четвертый день с пустыми руками как-то неприлично». Беня запрыгнул папе на руки и отчитался, что предложил гостье посмотреть достопримечательности Северной столицы, но ее кроме еды ничего не интересовала. Он был любезен насколько мог, но если культурный код в человеке отсутствует, то даже он здесь бессилен.

Вечером того же дня мама достала свою вышивку, включила Animal Planet в комнате Бенедикта и вместе они смотрели, как львы охраняют свою территорию от непрошеных гостей. Питерскому особенно нравились моменты, когда на пути льва возникала гиена и тот одним прыжком валил ее, вонзая клыки в сонную артерию незваного бедолаги. В этот момент он «месил» передними лапами подушку и вонзал в нее когти.

На четвертый день самолет унес мамину двоюродную сестру на расстояние, на котором родственники начинали сильнее любить друг друга.

«Наверное, следующим летом она не приедет» – сделала вывод мама.

Наследники

С уверенностью могу сказать, что квартирный вопрос испортил не только москвичей, но и питерских котов. Повзрослевший Бенедикт искренне верил, что в квартире должны проживать только он и мои родители. Все остальные – оккупанты, а квадратные метры – не резиновые. Беня очень не любит, когда мама расстилает диван и когда нежданный гость позволяет себе остаться переночевать.

С моим появлением в квартире по улице Камышовая обе нелюбви соединились и действовали коту на нервы.

Когда несколько дней назад я звонила обрадовать маму, что приеду погостить, она просила задержаться на подольше и уверяла, что Беня не будет меня обижать. Еще тогда меня смутил ее неуверенный голос, но мама быстро перевела разговор на погоду и добавила, что в Питере будет плюс пять и местами солнечно. Буду считать, что это тепло, подумала я тогда и повесила трубку.

Ностальгия по родным стенам окутывала, и вся моя взрослая жизнь растворялась в ней, как только я переступала порог. С полок смотрели детские фото, на которых мы с братом не вздорили, а обнявшись за обещание мороженого с шоколадной крошкой, улыбались в камеру фотографа. Каждый раз, переступая порог родительского дома, я чувствовала себя маленьким «фантиком» (как до сих пор называет меня папа) с ленточкой в волосах цвета темной пшеницы (как всегда говорит мама, делая комплимент моей шевелюре).

В этот раз переступить порог квартиры по улице Камышовая мне не удалось. В проеме стоял Бенедикт и, выражаясь матерным кошачьим языком, давал понять, что нечего мне было сюда приезжать. Кот не стеснялся в выражениях и не сбавлял тон. Он перекрыл своим туловищем дверной проем и не собирался уходить. Обойти его не получалось, а мою питерскую прописку он вертел на хвосте. Мама сделала удивленный вид, сказав, что Беня впервые себя так ведет, и взяла кота на руки. Надо сказать, актер из мамы – никудышный. Пока я разувалась и натягивала на ноги меховые летние питерские тапочки, Бенедикт истошно кричал, сидя у мамы на руках, и успокоился лишь тогда, когда она пообещала ему, что я ненадолго. Недовольный, он слез с рук, проследовал в свою комнату и улегся на расстеленный для меня диван. Мама подошла к пульту и включила коту Animal Planet. Там показывали крокодила, который наслаждался свежепойманной антилопой.

«Это его успокоит» – сказала мама.

Весь день Бенедикт сидел в своей комнате и не вышел даже на ужин. Вечером с работы вернулся папа и первым делом пошел в комнату Бени, крикнув мне по дороге: «Привет, фантик». Я не верила своим ушам, папа говорил коту, что все в этой квартире его, каждый сантиметр, а холодильник тем более. Что они с мамой любят Беню больше всех, а дети – это временно. Мама отрывала головы креветкам, ловко извлекала туловища из панцирей и за минуту наполнила мисочку до краев. Потом она постучалась в комнату и отдала их папе, уточнив, что это ужин Бенедикта.

Я, конечно, видела многое: и как имущество на котов переписывали; и как хоронили их, как членов семьи, по мусульманским обычаям; и как переезжали в дома из квартир, взяв непосильную ипотеку, чтобы у кота был сад для прогулок, но я не думала, что и моих родителей накроет эта необъяснимая котозависимость. Сразу стало как-то боязно за наследство.

За кухонным столом сидела печальная мама. Я спросила в чем дело. Мама, как никудышный актер, несколько раз глубоко вздохнула, выдерживая паузы между набором воздуха, потом махнула рукой и сказала: «Все в порядке». Зная, что на пятый раз мама всегда вываливает накопленное в приукрашенном виде, я задала тот же вопрос еще 4 раза.

«Знаешь, Вера», – начала мама, – «Бенечка каждый вечер выходит встречать папу у лифта после работы. Не знаю, как он понимает, что возвращается именно он, но кот никогда не ошибается. Он просит меня открыть входную дверь, выходит и садится напротив металлических створок. Когда папа видит Беню в коридоре, он так радуется, как не радовался даже на нашей свадьбе. Он подхватывает кота на руки, и они еще долго стоят в коридоре, общаясь друг с другом. И, видимо, только когда каждый из них вдоволь пожалуется на меня, они заходят домой. Так вот сегодня, – продолжала мама, – «С тех пор, как к нам приезжала моя двоюродная сестра, Беня не вышел встречать папу».