Калейдоскоп (не) выдуманных историй

Авторы: Блинкина Ольга, Кучина Анна, Головешкина Наталья, Головешкин Иван, Кучина (Бурмистрова) Ольга, Никулин Андрей, Светло Саша, Яковлев Дмитрий

Андрей Никулин Редактор и корректор

Саша Светло Дизайнер обложки

Андрей Москвитин Автор предисловия

© Ольга Блинкина, 2023

© Анна Кучина, 2023

© Наталья Головешкина, 2023

© Иван Головешкин, 2023

© Ольга Кучина (Бурмистрова), 2023

© Андрей Никулин, 2023

© Саша Светло, 2023

© Дмитрий Яковлев, 2023

© Саша Светло, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0059-0943-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Давно ли вы смотрели в калейдоскоп?

Изобретенный в 1816 году шотландским физиком Дэвидом Брюстером в ходе экспериментов по поляризации света калейдоскоп быстро стал популярным развлечением для вполне взрослых людей, привлекаемых загадочных соединением в этом внешне простом приборе случайного и необходимого, стихийного и организованного, мимолетного и воспроизводимого начал. «Лишь сделаю рукой движенье – И новое в глазах явленье!» восхищался современник калейдоскопа – русский баснописец Александр Измайлов (1779—1831), кстати статский советник и кавалер. Через 170 лет после появления первого калейдоскопа тысячи любителей игрушки, для которых она стала серьезным делом, даже объединились в международное Brewster Kaleidoscope Society с ежегодными конференциями и выставками. 1

Однако в обыденном сознании калейдоскоп прочно ассоциирован с детством: с детством личным – в качестве одного из значимых воспоминаний о нем, с детством социальным – как предмет, непосредственно воплощающий игровую сущность его. Справедливо ли это?

Детское отношение к калейдоскопу и его малому, существующему лишь через окуляр, миру, воспроизводит отношение ребенка к миру большому. К миру как объему, наполненному вещами, и этими вещами характеризуемому, с ними – в их очевидном многообразии и подразумеваемом единстве – совпадающему. Постижение такого мира и собственной жизни в нем – это подбирание, разбирание и собирание вещей и событий как вещей. Подбирание – не просто наполнение опыта и сознания случайными обстоятельствами (хотя и случайности нередко случаются), это – подбор, укладывание в некую последовательность и конфигурацию всего привлекшего внимание, понравившегося, удивившего, восхитившего, приводящего в изумление, благоговение, оторопь (и это только лишь позитивные артефакты восприятия, а ведь мир состоит не только из них) событийно-вещественного материала жизни. Очевидно воспринимаемая, но еще не ухватываемая сознанием гармоническая симметрия картинок-состояний и их необратимой смены-перехода друг в друга, доступная ребенку в калейдоскопе, и есть его модель такого мира. Захваченность игрой нескольких цветных стеклышек, бесконечно умножающих себя в зеркалах, – один из первых опытов удивления миром. 2

Но спонтанно, и скорее, как художник, т.е. в переживании, обретая такой, пусть еще неполный и незаконченный, но уже стремящийся к целостности образ, ребенок хочет «остановить мгновенье», схватить покрепче и удержать его. Однако таким образом схватываемое целое оказывается крыльями бабочки, в руках ребенка теряющими цвет и движение, распадающимися на отдельные блеклые чешуйки. Разбирание, буквальная аналитика мира – от разламывания игрушки (как она там устроена?), до сводящего с ума взрослых своей всеохватностью и дотошностью детского «а почему?», – заканчивается разочарованием. Обретение знания не обязательно рождает понимание, но почти всегда оборачивается утратой прежней связности мира, интуитивного ощущения вчерашнего единства с тем, что сегодня подверглось разборке. Сколь прозаичной оказывается внутренность калейдоскопа, наполненная тем, что во внешнем мире – осколки, мусор, набор случайностей, оторванных от своих отдельных необходимостей временем и временно собранных в одном (но после разборки игрушки – уже не общем) пространстве. Так заканчивается детство – не как факт биографии, но как время, когда «истина где-то рядом» сменяется «истиной где-то там».

Разоблаченная в ближайших окрестностях гармония не утрачивается, но ускользает в пространственно-временную перспективу взрослого будущего, опосредованного образованием, работой, семьей, разнообразным опытом жизни в мире и с миром, практикой освоения чужого опыта и извлечения опыта собственного. Этот опыт уже не только разбирания-анализа, но и собирания-синтеза, однако основания этого синтеза по-прежнему ищутся в пространстве мира, т.е. вовне самого человека. Ребенок, становящийся взрослым, знает больше, знает глубже, знает предметнее, знает доказательнее и убедительнее. Но удержание этого знания и держащегося на нем образа мира в единстве требует бОльших усилий, более сильных аргументов и более универсальных принципов. Таковые может дать и дает принадлежность к различным комьюнити – от семейно-родовых до профессиональных и политических, искусство и собственное творчество, религиозные учения и философские концепции. И эти практики – взаимоотражающе-сосуществующие или отрицающе-сменяющие друг друга во времени, – конструируют… калейдоскоп самой жизни, внутри которого вращается человек – стеклышко и подобное другим, и отличное от них, и сливающееся с ними в единстве, и разрушающее его индивидуальной волей, и воспроизводящее (отражающее) других, и в них, таких же отражениях, узнающее себя.

Калейдоскоп в руках взрослого – не возвращение в прошлое, не ностальгия по детству – разве что, между прочим, – но открытие настоящего в его настоящести-подлинности. Единство мира как целого своих частей и как единого с человеком, об этом единстве вопрошающем, – не исходно, не дано природным порядком вещей и поэтому не устанавливается-воспроизводится увлекательным, но отвлеченным познанием. Оно – это единство мира – производно и конструктивно, устанавливается-творится вовлеченным в его динамику человеческим сознанием и действием. Вращая трубу калейдоскопа, человек не просто ловит наиболее точный образ единственной гармонии, но сам создает гармонию как игру ее отдельных воплощений, никогда не достигающих окончательного единства, но всегда стремящихся к нему.

Возьмите этих в руки. Перелистните страницы, перемешивая людей и темы, обстоятельства и причины, наблюдения и опыт. Через волшебный окуляр своего внимания взгляните на разноцветье чужих событий, сплетающих узор иной судьбы. Задержите эту игру на минуты размышления, сравнивающего и отличающего свой опыт от опыта других. Пусть недоверчивое «да ну!», удивленное «надо же!», заинтересованное «ну и…», эмпатичное «а верно ведь!» вращают ваш калейдоскоп и возвращают вас к себе… Вперед, читатель: in through the out door! калейдоскоп (не) выдуманных историй

От редактора

Думаю, что как редактор этого сборника эссе я должен написать несколько строк, чтобы взявший в руки эту книгу читатель смог правильно воспринять здесь изложенное.

По замыслу инициаторов этого проекта – эссе на 24 темы от восьми авторов – тексты сборника должны сохранять авторский стиль и оригинальность. Название книги содержит слово «истории», хотя на самом деле это эссе, потому как истории всё же жанр реалистичный, а у нас – и сказки, и притчи, и выдумки. Мы специально объединили эссе разных авторов под одним названием, не указывая их фамилии, чтобы удобнее было воспринимать и сравнивать всю калейдоскопичность изложенных точек зрения, а отделяются они друг от друга тремя «звездочками».

Задача же редактора была помочь авторам в случае необходимости избавиться от каких-то случайных несуразностей, логических ошибок. И как удачно, по моему мнению, пишет Москвитин А. Ю. в своем предисловии к этой книге: «вращая трубу калейдоскопа, человек не просто ловит наиболее точный образ единственной гармонии, но сам создает гармонию как игру ее отдельных воплощений, никогда не достигающих окончательного единства, но всегда стремящихся к нему».

А что касается всего остального, то, как иногда пишут, «мнение редакции может не совпадать с мнением автора».

Несколько слов об этой книге

Идея этой книги возникла у меня прошлым летом. Только закончилась моя авторская программа по написанию книг «Корабли мысли», на которой участники осваивали азы писательского мастерства и готовили к публикации свои собственные книги. И я предложила им в качестве эксперимента для начала издать совместную книгу. В результате эту идею поддержали две выпускницы программы, а потом к нам присоединились еще несколько будущих авторов. Работа шла сложно, у кого-то уже был опыт писательства, у кого-то его не было совсем, у каждого было свое видение – от структуры до обложки. Но пройдя через тернии к звездам, мы все-таки закончили наше произведение. Не все дошли до финиша, но труд тех, кто дошел, вы, дрогой читатель, держите сейчас в руках!

Представляю вам авторский коллектив: Ольга Блинкина, handmade мастер, Дмитрий Яковлев, сталевар, Андрей Никулин, филолог, Наталья и Иван Головешкины, семейные психологи, Анна Кучина, бизнес-консультант, Саша Светло, писатель и переводчик, и я, Ольга Кучина (Бурмистрова), бизнес-тренер. Среди авторов два кандидата наук и четыре преподавателя высшей школы, но только у двоих из нас этот писательский опыт – не первый. 3

Идея книги проста и необычна одновременно. Мы взяли самые, как нам кажется, важные для каждого человека темы – Любовь, Бог, Дети, Дом, и такие проблемные, как деньги, измены, старость и т.п., – и изложили свои мысли и наблюдения по каждой из тем. Формы изложения самые разные, от эссе до почти научных статей. Мы сознательно решили сохранить анонимность текстов, это позволило нам быть предельно откровенными.

Давайте вместе порассуждаем о главных вещах в нашей жизни, несмотря на ее высокую турбулентность и непредсказуемость.

Мы надеемся, что читать наш Калейдоскоп (не) выдуманных историй будет интересно!

1. Автомобиль

«Автомобили, автомобили, буквально все заполонили! Там, где вековая лежала пыль, след свой оставил автомобиль!» – помните эти строки из песенки 80-х годов? Интересно, что бы сейчас сказал автор, постояв во многокилометровой пробке на кольцевой? Я думаю, эти слова нельзя было бы печатать… Когда же это произошло? Когда автомобиль превратился из средства передвижения в средство раздражения?

В нашей семье никогда не было машины, это было не по карману матери-одиночке, воспитывающей двоих детей. Да, собственно, и не нужна была нам тогда машина. Дело было в то время, когда, кроме машины, должен был быть еще и гараж, а в приложение к гаражу – мужчина, чтобы обихаживать машину. Если с мужчиной можно было еще вопрос решить (даже в нашей деревне), то гараж был недостижимой мечтой. Да и не нужны были машины в деревне, лучше бы трактор с трактористом. Семья, в которой муж работал трактористом в совхозе, имела большое преимущество два раза в год – весной и осенью. Весной трактор нужен, чтобы отвезти картошку для посадки на поле, осенью – чтобы собрать урожай и доставить его домой. Так что в моем детстве семейной мечтой был именно трактор, а не машина.

Когда женился старший брат, новоиспеченный тесть подарил ему машину марки «Запорожец». Для сведения – по размеру это самая маленькая машинка отечественного автопрома, но о ее вместимости до сих пор ходят легенды на постсоветском пространстве. Поговаривают, что при желании и от безысходности в нее могло поместиться до десяти человек. Основная ирония подарка тестя состояла в том, что брат мой – высокий человек (190 см роста) и помещался в «Запорожец» с большим трудом. Как он сам иронизировал, – ноги были у ушей, когда он садился за руль. Но, при всей комичности ситуации, это все-таки была первая машина в жизни нашей семьи.

Необходимость иметь собственную машину я осознала в одной очень неприятной ситуации. Нашей дочери было лет пять, когда она заболела чем-то серьезным, с температурой, кашлем и большой вялостью. Я позвонила в «Скорую помощь» нашего района, чтобы либо проконсультироваться, либо уже вызвать врача и отвезти дочь в больницу. Диспетчер разговаривала со мной эмоционально и резко. Плохо помню ее назначения, но один вопрос поставил меня в тупик. После выяснения симптомов женщина вдруг спросила: «А у вас есть в семье машина?» Услышав отрицательный ответ, она продолжила: «Ну как же так? Вы что, не понимаете, что если у вас есть ребенок, то должна быть и машина?!»

Я, конечно, до сих пор не понимаю, какая связь между рождением ребенка и приобретением автомобиля? Но та женщина «на проводе» в этом была уверена. Не послушала я старших, не побежала, не купила сразу машину. Мы даже не купили машину, когда родился второй ребенок (так и слышу голос той дамы – «Бессовестные родители!»). Машина появилась гораздо позже. Теперь-то я сочувствую тем новорожденным, чьи безответственные родители (перед его рождением) не подумали о покупке автомобиля).

Наличие машины, с одной стороны, расширило наши возможности. Имея собственный автомобиль, так легко решиться поехать куда-то спонтанно. Магазины стали доступнее и ближе. Отдельное удовольствие – приехать на СВОЕЙ машине к родителям. Родителям вдвойне приятно, ведь для них автомобиль – до сих пор роскошь, а это значит, что дети устроены в жизни.

С другой стороны, машина, как и живой человек, требует внимания к себе и постоянного ухода. Зимние и летние шины, шипы или липучки, техосмотр, замена масла, вылетел подшипник, суппорт полетел, диагностика ходовой, страховка…

Мой словарь обогатился всевозможными автомобильными терминами, а в наш семейный бюджет теперь на постоянной основе включались расходы и на машину. К сожалению, автомобиль тоже, оказывается, стареет, изнашивается…

А вы замечали интересную особенность – машина требует ремонта именно в тот момент, когда деньги на исходе? До сих пор не могу понять, как это у нее получается?

Для меня машина – это, действительно, средство передвижения. А источником раздражения она стала, когда я сама пошла учиться в автошколу. Не сошлись мы характерами с автоинструктором, который орал, пытался бить по рукам при неверном движении руля. Так что права я не получила до сих пор, и меня это ужасно раздражает…

Помните ВИА «Веселые ребята»:

Но больше всего мне нравится другой куплет:

Как интересно. Сколько десятилетий тому назад, а хоть и в шутку, но как точно:

Не боюсь заслужить славу перестраховщика, недалекого и придирчивого, но хочу поделиться наблюдениями.

Первая нестыковка бросилась мне в глаза достаточно давно. Все же знают основные ограничения по скорости на дорогах: 60, 90, 110 км/час. Знаете, что есть штрафы (хотя кого это сильно пугало). Каждый разумный человек понимает, почему нельзя быстрее. Ведь, ПДД, к сожалению, часто написаны кровью. А сколько на спидометре? Я уже не помню, когда видел 160 как максимум! 220, 240? А зачем? Согласитесь, если машина может, то почему нельзя?! А если нельзя, то почему машина может?!

Я стал задумываться, наблюдать. И больше всего меня увлекли наблюдения за людьми и их машинами.

Вот идёт дяденька, маленький, невзрачненький. Такого на тротуаре толкнуть и не заметишь. Но вот он садится в свою большую (чем больше, тем лучше) машину и попробуй его не заметь. Теперь он сам кого хочешь притрет. И притирает. Ведь, если машина может, то почему нет: «Как! Вы еще не заметили, кто на дороге больше, сейчас покажу…» Забавно, когда на дороге встречаются разные «больше» – размер, марка, стоимость, скорость… как тут не посоревноваться.

И ведь дальше машины формируют наши действия: как не гнать, если «гоночная», как не рвануть, если «за 4,8 секунды до 100 км/час», как пропускать, если «ты че, не видишь, на чем я еду». Ведь машине надо соответствовать! Кто-то скажет, это машина соответствует человеку, его доходу, статусу, профессии… Хотелось бы. Посмотрите вокруг. Уверен, у вас много смешных (и не очень) историй из серии «И на фига ему такая машина». Но он же старается, «соответствует».

«И кто теперь от кого зависит?!» – могли бы сказать Электроник, Сара Коннор, Neo и другие.

Знаете, я – не автомобилист. Не вожу и не мечтаю оказаться за рулем, хотя отдаю должное красоте и резвости иных автомобилей. В своё время пробовала учиться в автошколе, но сбежала после второго практического занятия: с ужасом вспоминаю, как орал на меня инструктор, и со всех сторон сигналили другие водители, когда я выехала на перекресток и растерялась, путая педали, направления кручения руля и что-то там на коробке передач. С тех пор точно знаю: чукча – не писатель, чукча – читатель! А я – пассажир.

В детстве мне очень хотелось, как и всякому советскому ребенку, иметь автомобиль с педальками. Это сейчас можно купить ребенку хоть BMW, хоть Bentley в магазине игрушек и умиляться тому, как двухлетка рассекает по дачному двору на детской мечте своего папы. Ну или покатать свое чадо в парке на арендованной на 10 минут машинке. В 80-е всё было гораздо суровей: автомобили были редкостью и роскошью – детские в том числе. И машину мне не купили. Да и девочка я, зачем мне? Вон, коляски с куклами катай!

В тот период же дошкольного детства мне впервые открылась радость езды на автомобиле по вечернему городу, залитому огнями фонарей и витрин. Своей машины у нас не было, родители пользовались такси, и всю дорогу я проводила, прижавшись носом к стеклу.

Когда машины стали появляться у родительских друзей, я познала восторг пения в пути: «На маленьком плотууу… Сквозь бури, дождь и грозы…».

Когда машины стали появляться уже у моих собственных друзей, пришла ещё одна радость: езда на переднем пассажирском сидении. Почему-то в детстве именно разрешение пересесть уже наконец на переднее сидение казалось настоящим атрибутом полноценной взрослости!

Сейчас, как и в детстве, я часто езжу на такси и как пассажир имею возможность любоваться городом. И заказывать такие машины с водителями, о которых и не мечтала в детстве!

Автомобиль – это не роскошь, а средство передвижения. Этой фразой мы обязаны Ильфу и Петрову, знаменитым сатирикам середины XX века. В моем детстве и юности, однако, автомобиль был именно роскошью. Даже имея деньги, купить его было практически невозможно. Нужно было долго «стоять» в очереди, не живой, а как бы сейчас сказали – в виртуальной, записываться, отмечаться, годами ждать, когда же подойдет твоя очередь и ты сможешь купить вожделенный автомобиль. А до этого надо было накопить на него деньги, так как никаких автокредитов не существовало. Либо надо было иметь каких-то высокопоставленных родственников или инвалидов Великой Отечественной войны в семье, для них были льготы по покупке машины, однако деньги в любом случае ты платил сам и свои.

У нас в семье автомобиля не было. На заработанные деньги родители строили кооперативную квартиру, – аналог современному ипотечному кредиту. Люди же, у которых автомобиль был, считались зажиточными, если не богатыми. У нас в институте был один преподаватель, у которого была машина Жигули «шестёрка» цвета «Валентина». Так назывался тогда тёмно-синий цвет. Жигули – автомобиль отечественного производства, но тогда эта «шестёрка» была как сейчас Mercedes и даже круче. Этот преподаватель пользовался огромной популярностью у всей женской половины института от преподавательниц до студенток, и это именно автомобиль придавал ему такой блеск в наших глазах.

Я училась на автотранспортном факультете Инжэкона, все мы легко получали тогда права, так как теорию нам засчитывали: ту, что давали в институте, а вождение преподавали наши же собственные мастера. Но я не села за руль и права получать не стала. Молодой человек, с которым я тогда встречалась, мне сказал: ни в коем случае не садись за руль, ты женщина, что тебе за рулём делать, вдруг ты на кого-нибудь наедешь, кого-нибудь убьешь, жить вообще после этого не сможешь… И так он на меня подействовал этими своими словами, что я за руль не села ни тогда, ни потом. Забавно, что когда мы встретились с ним спустя много лет, оказалось, что его жена как раз водит машину! А я по-прежнему нет. То не было времени, то денег, то желание было, но я понимала, что машину мне не купить. И так все это затянулось на годы, тем более что мужья мои все были с машинами, а когда у меня был высокий заработок, то у меня были свои водители. Смысла в том, чтобы сесть за руль самой я не видела. При этом машины я всегда очень любила и до сих пор считаю, что автомобиль – это именно средство передвижения, комфорт и удобство.

Однако рассказать об автомобиле я хотела совсем другое, хотела рассказать о манере вождения. По тому, как мужчина сидит за рулём, и как он ведет машину, жмет на педали, крутит баранку, я как женщина очень многое могу о нём узнать и понять.

Смотришь порой – вот едет автомобиль, дёргается, норовит вырваться вперёд, подрезает. Хочется остановить его и сказать: родной, не на дорогах надо утверждать свою мужественность, а на поле боя, в бизнесе, в постели, наконец. Но только не на дороге, где риск не оправдан. Или иной горе-автомобилист встанет в левый ряд на КАД и едет 90 километров в час. Вот и его хочется остановить и сказать: родной, я понимаю, что ты хочешь всех научить правилам дорожного движения, но лучше уйди, пожалуйста, чуть правее, и как минимум не будешь создавать аварийные ситуации на дороге.

Некоторые водят машину зло, ругаются, всем недовольны, чуть что гудят. Другие водят легко, внимательно и непринуждённо. Истинные мужчины ведут машину также, как обращаются с женщиной: ласково, уверенно, решительно и безопасно. Для меня автомобиль – это тест для мужчины. А о женском вождении мне совсем нечего сказать…

Думаю, что большинство мальчишек любят машинки. В детстве они играют в маленькие машинки, а когда вырастают играют уже в большие. Кстати, об этом знают многие: и мальчики, и девочки.

Вот и я в этом отношении мало чем отличаюсь от обычного мальчика: сначала маленького, ну а потом взрослого. И эта любовь к автомобилю возникла еще в раннем детстве.

Мы тогда жили у парка Победы. Мне было года 4. Как-то родители повели меня в парк, там был устроен «Уголок ГАИ» для детей: нанесена на асфальт дорожная разметка, устроены миниатюрные улицы, светофоры, перекрестки, установлены знаки. И вот по этим улицам надо было ехать на игрушечных машинках на педальном ходу. Родители усаживали своих детей в эти автомобили, ребенок с восторгом (не знаю, как остальные дети, я так с восторгом) хватался за маленький руль, ноги ставил на педали и… да ничего. Чадо должно было понять, что на педали надо нажимать своими ногами, рулем «крутить» и вот тогда – о чудо! Автомобиль ехал… и ехал туда, куда ты его направляешь, он тебе подчинялся. Вот тогда-то в детстве и приходит эта любовь к машинам. Ну а в дальнейшем взаимоотношения с автомобилями складываются, думаю, у всех по-разному.

Для нас же, людей советского периода, автомобиль – это был признак успешности (тут я вряд ли открою Америку), в подтверждение моих слов снято много фильмов, где эта тема талантливо обыгрывается («Берегись автомобиля», «Любовь с привилегиями» и т.п.).

После такой внезапной влюбленности в машинку с педальками мои родители не знали куда от меня деться: я ходил и канючил, чтобы они купили мне такой автомобиль. Я собирался на нем кататься в нашем большом и широком коридоре университетского общежития в Яковлевском переулке. Нет, не купили. Потом я узнал, что машинка та стоила очень прилично.

Пришлось мне покупать самому, тоже с педалями, но уже только через 35 лет. Это был подержанный «Москвич-2140», ему было тогда лет 10—11. Это было в 1994 году, а мне исполнилось уже 40.

Потом были и другие, но эти два мне особенно хорошо запомнились: тот первый детский был стилизован под «Победу», и я с детским восторгом рассекал на нем по этим игрушечным улицам гаишного уголка, пытался найти глазами стоящую где-то далеко свою маму, чтобы узнать, видит ли она, как у меня это здорово получается.

Ну а первый мой «взрослый» автомобиль «Москвич»: на нем я постигал навыки вождения в городе и на трассе, на Валдай возил семью, в дороге ремонтировал коленвал, ездил в лес за грибами, мучился зимой с запуском двигателя. В общем прослужил он у меня изрядно, лет пять.

– Ах, mi niña, mi amor! – говорю я всегда своему автомобилю, когда вижу его. Ты мое любимое дорожное животное – мой чудесный красный пони. Когда я увидела тебя – это была любовь с первого взгляда, с первого звука мотора. Как только ты очнулась от глубокого автомобильного сна, и твои жёлтые выразительные фары подмигнули мне, мы сразу же поняли, что уже не сможем друг без друга. В автомобильной индустрии ничего не может уже быть совершеннее и прекраснее тебя. Твоя незаурядная внешность, поджарые бока, кожаный салон цвета слоновой кости, всё в тебе гармонично, и на дороге ты не остаешься незамеченной. 4