- -
- 100%
- +
Тогда, один раз, когда выгонял, прижал к стене, сжал горло, всё сканировал меня взглядом, не знаю, чего искал.
Королёв меня не бил.
Но… я знаю, как может ударить мужчина. Слабую девушку. Даже беременную. Или кормящую мать.
Ужасно, когда тебе всего двадцать два, а ты уже столько всего насмотрелась в этой жизни. И испытала.
Сглатываю, вижу, что Роман немного выпустил пар, освободил своих демонов. Но всё равно мне тревожно и неуютно.
И страшно давать ему в руки дочь.
Ищу, куда бы я могу её положить, чтобы снять вещи.
Королёв это замечает.
– Прости меня. Ты можешь дать её мне, я подержу, – голос глухой, уставший.
Конечно, он устал, как же! Много работает, наверное, не вывозит.
А я не устала. У меня всё прекрасно. Бессонные ночи и постоянный ужас, что нечем будет кормить дочь и негде жить – не в счёт.
Нет, я не жалуюсь.
В жалобах нет никакого смысла.
Я даже у бога уже ничего не прошу. Просто благодарю за каждый день, час, за улыбку доченьки.
Качаю головой, стаскиваю кроссовки кое-как и прохожу в комнату, без приглашения.
Рита всё так же безмятежно спит. Я кладу её на широкий диван.
Золотой ребёнок!
Стягиваю хлипкую курточку. Ёжусь, хотя в доме комфортная температура, но согреться до конца мне так и не удается. Словно болезнь вытягивает силы, мешая телу регулировать температуру.
Я бы не отказалась от горячей ванны. Но Роман сейчас уедет, я не рискну оставить Маргошу без присмотра.
– Давай куртку, я повешу. – бывший забирает из моих рук одежду, – пристраивает на вешалку. Рядом с его элегантным пальто моя куртёшка смотрится нелепо.
И я в этой стильной квартире смотрюсь нелепо.
Тощая, с редкими, жидкими волосенками, бледная, с впалыми щеками.
Страшная как смерть.
Ничего, я тут надолго не задержусь.
Словно в подтверждение моих слов на меня нападает приступ удушающего кашля, закрываю рот, сгибаюсь пополам, больно отдаёт под рёбра.
– Лиза, воды?
Киваю, через пару мгновений передо мной оказывается модная бутылка известного бренда. Понты дороже денег. Как же! Миллиардеры не пьют простую фильтрованную из-под крана. Им обязательно подавай подтаявшую, с ледников Швейцарских Альп.
– Тебе лучше? Может, нужны лекарства? – он опять чертыхается, смотрит этим своим измученным взглядом, – Прости, я хотел сказать, что-то сейчас, чтобы снять приступ. У меня есть сироп, спрей, в аптечке.
Качаю головой. Мне ничего не нужно.
Только покой.
И тепло.
Чтобы меня оставили в покое. И в тепле.
– Ясно. Хорошо. Смотри, насчёт квартиры, она двухуровневая, два этажа. Внизу гостиная, столовая, кухня, туалет. Наверху моя спальня, кабинет и гостевая комната с ванной. Можешь располагаться.
Киваю. Я не слишком разговорчива, но пусть примет это как данность. Это компенсация, за мою чрезмерную болтливость в прошлом.
– Если что-то нужно купить – говори сейчас, я закажу доставку, охрана комплекса примет и принесёт тебе.
– Нам пока ничего не нужно.
Подгузники с запасом, во что переодеть малышку – я взяла.
– Пока? Но будет нужно, я правильно понял? Ты без вещей, их нужно откуда-то забрать?
Забирать вещи, наверное, уже неоткуда, подозреваю, что сын бабушкиной соседки, Нины Витальевны, у которой я жила, избавился от нашего барахла. Он грозился это сделать.
Да и что там забирать? Самое необходимое для дочки я запихнула в сумку. Остальное…
– Да, Роман, если Рита останется с тобой, то нужно будет многое купить, но об этом мы с тобой можем поговорить завтра, или когда ты вернёшься.
– Если? То есть ты допускаешь вариант, что она не останется? И почему только она? А ты куда денешься?
Смотрю на бывшего мужа, как на больного. Он что, не соображает сам? Он читал справку. И вообще, он что, готов делить со мной крышу над головой? С той, про которую сказал однажды, что мечтает вытравить из памяти, вычеркнуть из жизни, уничтожить любое воспоминание…
– Ты, кажется, опаздываешь, Роман. Можешь ехать. Я тут сама устроюсь. Не бойся, ничего не украду и не сбегу.
– Я не боюсь. Думаешь, я дал бы тебе сбежать?
Говорит это и в два огромных шага оказывается рядом, сгребает меня в объятия, и…
Глава 12
Ничего.
Безразлично.
Если бы он сделал так полтора года назад.
Даже год.
Я была бы счастлива.
Я бы ему всё простила.
Я была бы ему верной, преданной, любящей.
Я бы сделала всё, только бы он был счастлив.
Но сейчас слишком поздно.
Поезд ушёл.
Я смирилась.
Для меня уже ничего хорошего не будет.
Знаете, просто нужно смириться.
Тогда уже не больно.
Ты принимаешь это как данность, и сразу становится легко. Это я без всяких психологов поняла. Просто принимаешь то, что даёт тебе судьба.
Смиряешься.
И становится легче.
Зачем кого-то обвинять, что-то требовать? Судьба поворачивается вот так. Делает крен. И надо с этим жить.
Вот и всё.
Я приняла это как данность.
Возможно, в следующий раз мне повезёт больше. В следующей жизни. Поэтому в этой я стараюсь никого не обижать, не унижать. Может, это мой шанс повернуть колесо сансары?
У меня нет никакого желания что-то выяснять с бывшим мужем.
Зачем?
В своё время он поверил в чьи-то рассказы обо мне. Сам поступил со мной подло, предав, считая, что это предательство я заслужила.
Возможно, в чём-то он был прав.
А я не права.
Мне не стоило так растворяться в нём, верить в него.
Не стоило влюбляться. И любить.
Не стоило соглашаться идти на свидание. Позволять ему тогда клеить пластырь мне на ноги, надевать удобные кроссовки. Заставлять меня краснеть и смеяться, радоваться, и смущаться.
Лучше бы меня вообще тогда забрали в полицию. В тот вечер, когда мы познакомились. Когда я упала, потеряла сознание. Было бы лучше, если бы этот богатый, пресыщенный, вальяжный мужчина просто прошел мимо девчонки в узких джинсиках и дешевой футболке.
Так.
Хватит.
Уже всё это по сто раз передумано, пережито, выплакано до дна.
Нужно остановиться.
– Лиза…
Я мертвею в его руках. Замираю.
Не дышу. Не хочу дышать им. Не хочу его чувствовать.
Его грудь опускается и поднимается медленно, тяжело. Руки падают, висят как плети.
Вздох.
Он отстраняется. Но всё еще стоит непозволительно близко.
– Я вернусь через несколько часов, и мы обо всем поговорим, Лиза.
Я молчу.
Такая вот стала. Молчунья.
Раньше была веселая, хохотушка, и так любила поговорить, готова была с утра до ночи рассуждать на разные темы. Обсуждать с ним прошедший день, рассказывать о том, что узнала на лекциях, рассуждать о кино и театре, о выставках и картинах. Для меня разговоры были синонимом жизни.
Теперь жизни для меня почти не осталось. Разговоров тоже.
Не могу. В полной мере ощутила правдивость того, что молчание – золото.
Но поговорить нам с Романом нужно.
О будущем моей дочери.
Нашей дочери.
Как мне тяжело произносить это – наша – даже в мыслях.
Она моя. Была только моей с первой секунды, как только я поняла, что беременна. Боже, я поняла это, когда была на четвёртом месяце! Когда моя малышка начала шевелиться. До этого я была просто в таком шоке от всего, от измены, предательства, развода… Не жила, существовала. Превратилась в тень.
Дурочка. Знала бы, сколько мне отмеряно той жизни…
– Лиза, я очень хочу, чтобы мы поговорили обо всем. Слышишь меня?
– Слышу. Со слухом у меня нет проблем.
– Лиза…
Он хочет сказать что-то еще, вижу, как дергается его рука. Хотел заставить меня посмотреть ему в глаза?
Я делаю это. Спокойно. Поднимаю голову, смотрю.
Вижу в его зрачках полыхающее пламя.
А в моих лёд.
Там лёд, Роман Артурович. Там больше ничего нет. Не ищите.
Кажется, слышу, как хрустят его сжатые челюсти.
– До вечера, Лиза. Постараюсь приехать скорее.
Роман уходит.
Я раздеваю Маргошу, устраиваю на диване, обкладываю её подушками. Спит крепко. Видимо, её тоже утомили сегодняшние передвижения.
Осматриваюсь, обхожу первый этаж. Мою руки.
Ставлю чайник. Нахожу заварку, молоко достаю из холодильника. У Романа всегда в доме есть молоко, это я запомнила. И сливки для кофе.
И овсяное печенье. Он его очень любит.
Я не голодная, ела недавно, там в его шикарном кабинете. Проглотила кашу, сырник, кусок куриного шницеля. Не голодная. Но горячее питьё для меня необходимость.
Вызывает хороший прилив молочка.
Завариваю чай, наливаю, иду в комнату. Малышка всё еще спит.
Я немного беспокоюсь – может заспаться сейчас, потом ночью начнет гулять.
Любуюсь своей крохой и думаю о том, что хорошо бы сейчас выпить чай, потом разбудить дочку, поиграть с ней немного. Игрушек, правда, я не брала, только любимую погремушку, и пару прорезывателей для зубов. Но я что-нибудь придумаю. Делаю глоток и слышу в прихожей шум.
Поворачиваю голову.
Неужели Роман так быстро вернулся?
Нет, это не Роман.
Это человек, которого мне бы не хотелось никогда больше видеть.
– Ты? Опять ты? Да что же это такое… Тебя, шалаву малолетнюю дустом не вытравить!
Глава 13
Невеста моего бывшего мужа.
Да, у него есть невеста. Я узнала об этом случайно. Зачем-то взяла полистать модный журнал, пока сидела на приёме у врача. Наверное, кто-то из пациентов забыл, не помню, чтобы в поликлиниках лежала пресса, как, например, в салонах красоты.
Какова вероятность того, что вы, взяв популярное издание найдете там информацию о бывшем? У многих мизерная. Но мой бывший – личность известная, я об этом как-то не подумала.
Просто взгляд упал на фото. До боли знакомое, когда-то такое родное лицо. И такой же знакомый оскал я вижу рядом.
Диана. Светская львица, красавица, умная, холёная, ухоженная.
Я знала, что Роман был с ней до того, как встретил меня.
В светских кругах о них говорили как о паре, обсуждали – когда Королёв сделает предложение, каким будет кольцо, купит ли он модель известного ювелирного бренда или закажет украшение специально для любимой. Говорили и о свадьбе, чуть ли не ставки делали – где пройдёт торжество, сколько гостей позовёт прекрасная принцесса Диана.
Принцесса Диана – так её называли в тусовке. Дочь какого-то строительного магната.
О ней говорили – принцесса выйдет за Королёва и станет Королевой.
Не могу сказать, что её любили. Я быстро поняла, что в том кругу почти никто никого не любит. Скорее – опасались.
Диана была той еще стервой.
Правда, Роман считал, что это нормально.
– Бельчонок, если она что-то тебе скажет, просто донеси это до меня, я с ней всё решу сам. Не лезь в эти разборки.
Я не лезла. Но и Королёву ничего не доносила. Просто молчала.
Мне казалось, это нормально, что она меня на дух не выносит, ведь это я, молоденькая, никому не известная, нищая девочка отбила у неё шикарного жениха, выгодную партию.
Помню одно из наших столкновений на каком-то светском рауте.
Диана стояла рядом, ослепительно улыбаясь, но улыбка не имела отношения к тому, что она мне говорила.
– Не рассчитывай, что ты тут надолго, девочка. Скоро он наиграется, и отправит тебя обратно в твой Мухосранск. Я могу подождать, время у меня еще есть, мне всего двадцать семь, сама еще не нагулялась, а ты даешь мне шанс.
– А почему вы думаете, что это он наиграется? Может быть, это я наиграюсь?
– Ты? Сама бросишь Королёва? Ах-ах, я об этом не подумала. Ну, дерзай, детка.
– Кстати, я не из Мухосранска, я из Москвы.
– Неужели?
Вот такой ничего не значащий разговор.
Потом я думала – не Диана ли приложила руку к моему расставанию с Романом? На самом деле, тогда, когда у меня появилось время об этом подумать, мне уже было настолько всё равно – реально, плевать. Кто бы ни подстроил это, кто бы ни хотел меня подставить… Это роман должен был разобраться во всем, должен был верить мне, а не им!
Не важно.
И, кстати, именно Диану я застала тогда с Романом.
В нашей гостиной. Они делали это прямо на столе…
Сначала не узнала её. Думала, он с какой-то девицей легкого поведения.
Но это была его бывшая невеста.
Теперь она снова настоящая.
Бывшая тут я.
– Что пялишься? Твою ж… Из какой помойки он тебя опять достал? Выглядишь как…
Весь лоск столичной принцессы сейчас просто спущен в унитаз. Передо мной обычная хабалистая тётка под тридцать, задолбанная жизнью. Я могла бы посмеяться, если бы у меня были силы, или если бы меня это хоть как-то трогало. Мне плевать на неё. Настолько сейчас плевать на всё, что даже самой страшно.
– Не кричи.
– Что? Что ты сказала, дрянь? Не кричи? Это ты мне в этом доме будешь…
Диана, по ходу, разошлась не на шутку, моя малышка уже начинает недовольно морщить личико.
Вот единственное, что меня волнует. Спокойствие моей дочери. Поэтому я встаю, и иду к Диане.
– Я сказала, не ори! Я не глухая.
Ноздри Дианы раздуваются. Интересно, это у всех богатых такая привычка, ноздри раздувать? Я вот не умею. И не делаю так никогда.
– Слушай, меня, шавка подзаборная…Сейчас ты соберешь вещи и свалишь, поняла? Я заплачу. Очень хорошо заплачу. Что ты хочешь, Лиза? Квартиру в Москве? Дом? Деньги? Что? Сколько?
Какое заманчивое предложение. Ах-ах – как любит говорить Диана.
Деньги, квартира, дом…
Честно? Если бы я не была больна – взяла бы, не задумываясь. И свалила с горизонта и Дианы, и Королёва.
На хрен бы они мне оба не сдались!
Да, да, вот так! Жизнь научила быть меркантильной.
Но беда в том, что сейчас мне не деньги нужны.
Ритуся начинает покряхтывать, издаёт свой обычный громкий писк проснувшегося малыша.
Я вижу, как меняется лицо Дианы. Если раньше она была просто в бешенстве, теперь она еще и в шоке.
– Это… что?
– Не что, а кто. Это ребёнок. Моя дочь. И учти, я за неё порву, поняла? С того света тебя достану!
Глава 14
Я действительно верю в то, что говорю сейчас.
За свою дочь я готова загрызть, голыми руками разорвать.
Жалею, что раньше не боролась за её благополучие. Тогда, когда родной дядя нас из дома выгонял. Надо было постоять за себя. Но тогда я слишком плохо себя чувствовала. Вообще-то я планировала побороться за дом, думала, отсижусь немного у тёти Нины, приду в себя, и…
Я просто поняла, что у меня не хватит времени, чтобы бороться.
И думать нужно не о восстановлении справедливости, и праве на дом, которое у меня было.
Мне надо было думать о дочери.
– Ты… ты… посмела Роме своего ублюдка принести? Ты…
– Закрой свой поганый рот, мразь… – я не знаю, откуда берутся силы. У меня ведь сил – почти как у котёнка, ручки стали как плети. Я даже не могу долго носить дочь – от слинга спина начинает раскалываться уже через десять минут, на руках – и того раньше, но тут…
Бросаюсь на Диану как коршун, вцепляюсь руками в её идеальное кашемировое пальто.
– Только посмей что-то сказать о моём ребёнке, сука, поняла? Я тебя убью. И мне ничего не будет!
– Ты… ты… сумасшедшая… ты… я вызову охрану!
– Вызывай! Давай! Только выведут тебя!
– Уверена? Такая же дурочка, как была. Ну, хорошо…
Она отталкивает меня, достает стильный телефон. Что-то набирает на экране.
Движения нервные.
А меня почему-то начинает бить дрожь.
Она ведь реально может вызвать каких-то людей. Не тех, кому Роман про меня рассказал. Других. Они меня вышвырнут. Или еще что-то хуже сделают.
Малышку могут в приют сдать, а меня…
Да мало ли… подбросят какую-то гадость и всё.
А я… я ведь даже не могу позвонить Королёву!
Нет, номер я помню наизусть, вот только на звонки от чужих людей он не принимает. Моего нового телефона в его списке точно нет.
Чёрт… может зря я решила вступить в конфликт с Дианой?
Но я просто не могла иначе.
Ненавижу её.
Просто не переношу.
Наглая, самовлюбленная, циничная гадина.
Я помню её победный взгляд. Тогда, когда я застала их с Романом. Эту ухмылочку.
И слова, сказанные позже, тоже помню.
– Я же говорила, ты ненадолго. Роман мой. Был моим и будет моим. Я его никому не отдам. И не нужно стоять у меня на пути. Ты всё равно ничего ему не докажешь, ничего не сможешь сделать. Он ненавидит тебя. Ты разбила его сердце. А я рядом. Верная, преданная, понимающая. Это так важно для мужчин, чтобы рядом была понимающая женщина…
Да, я не знала как это важно.
Мне казалось, что рядом должна быть любимая и любящая.
Я любила Романа.
Видимо, недостаточно.
Маргоша начинает кряхтеть сильнее, я возвращаюсь к ней.
Меня всё еще колотит. Адреналин зашкаливает.
Беру малышку на руки.
Прячу её личико от дикого, пропитанного ненавистью взгляда соперницы.
Впрочем…
Какая она мне теперь соперница?
А я ей?
Смешно.
И страшно.
Вот теперь страшно, потому что я осознаю – эта женщина будет рядом с моей малышкой!
Эта женщина станет женой Королёва. Мачехой моей Маргариты.
Боже…
Я ощутила, что своими собственными руками сейчас заталкиваю своё дитя в ад.
Она будет жить в этом доме, в атмосфере ненависти, постоянной, черной, отчаянной ненависти.
Но разве у меня был выбор?
Детдом?
Если бы у меня было время найти для моей сладкой булочки, для моей Птички новых родителей!
Но я ведь решила, что у неё есть отец. Родной человек!
– Не передумала, дрянь? Всё еще хочешь, чтобы тебя отсюда убрали силой?
– Думаешь, Роман не узнает, что это сделала ты?
– О, глупая, я-то уж найду способ заставить Романа поверить мне. Это не сложно, кстати. Думаю, ты в курсе.
Эта тварь уже не скрывает того факта, что имела отношение к нашему расставанию. Значит, это с её подачи Роман поверил в то, что я изменила.
На самом деле, для меня самое важное то, что именно он поверил наговорам, а не то, что кто-то пытался меня оболгать.
Роман должен был верить мне. Выяснить всё у меня. Хотя бы поговорить.
Он предпочёл поверить лжи.
Пускай.
Плевать теперь.
Смотрю на неё. У этой женщины ведь есть все. С рождения. Самое лучшее. Богатые родители, которые её любят, которые для неё на всё готовы – это мне Роман рассказывал, какая у Дианы замечательная семья.
Что с ней не так?
Настолько любит Королёва, что ради него готова превратиться в монстра?
Для меня это уже не любовь.
Любовь – это созидание.
Это когда ты желаешь любимому счастья, делаешь его счастливым.
А то, что делает она…
Раздаётся мелодичный звонок.
Диана победно улыбается.
– Собирайся, Елизавета, за тобой пришли.
Глава 15
Стою, не двигаясь.
Не может быть, чтобы Роман не предупредил охрану обо мне. Наверняка же сказал, чтобы меня не выпускали.
А что будет, если меня выведут?
Может кто-то из них прийти мне на помощь?
Или…
Может, это знак? Не стоило сюда приходить. Не стоило связываться с Королёвым. Жизни у моей малышки с такой вот мачехой не будет точно.
Тут я сильно ошиблась, просчиталась. Вернее, когда решилась принести дочь Королёву как-то упустила то, что его женой будет, скорее всего не абстрактная женщина, а именно Диана.
– Ну, что ты смотришь? Одевай своё отродье, и скажи спасибо, что я добрая, тебя просто увезут подальше и подержат там совсем немного. До нашей с Ромой свадьбы. А потом… Потом я, так и быть, заплачу тебе, чтобы ты больше никогда в нашей жизни не появлялась. Хорошо заплачу.
Заплатит она!
Всё в жизни меряет деньгами!
Хотя…
Может… Может взять у неё деньги сейчас?
Пусть платит!
Возьму деньги, или… квартиру? Да, точно! Возьму и пойду к Сашке, она не откажется взять Риту, после того как я… Да, подруга заберет мою дочку, если у неё будет возможность содержать ребёнка или хотя бы где-то жить.
Чёрт…
Но теперь Королёв уже знает, что у него дочь.
Ну, то есть знает, что дочь есть у меня. Не уверена, поверил ли он в то, что это его ребёнок.
Не важно. Сейчас, если я уйду, он будет искать её и меня.
Боже, я запуталась. Мне плохо.
Эти мысли пролетают в голове мгновенно.
Сейчас сюда зайдут люди, которых вызвала Диана, и что дальше?
В комнату действительно заходят двое незнакомых мужчин. Серьёзные. В строгих костюмах. За ними шагает Диана.
– Елизавета Александровна, всё в порядке у вас? – спрашивает один из вошедших.
Я молчу. Перевожу взгляд на Диану.
Та спокойно смотрит на того, кто задал мне вопрос.
– Всё у неё в порядке, не видите?
– Диана Юсуповна, у меня распоряжение Романа Артуровича. Никого из квартиры не выпускать. За девушкой следить.
– Девушка сама просила меня её отсюда увезти. Поэтому я вызвала своего человека.
– Я понял. – мужчина говорит спокойно, поворачивается ко мне, – Елизавета Александровна, извините, но Роман Артурович просил проследить, чтобы вы остались в доме, и дождались его.
Диана усмехается, опять фирменно ноздри раздувает.
Видеть её не могу!
Просто… мутит от присутствия!
А что, если…
– Я дождусь Романа Артуровича. Я никуда не собиралась уходить. Только я бы хотела, чтобы меня и мою дочь никто не беспокоил. Можно это устроить?
– Что? Ты меня из моего дома выгонишь?
– Выгоню. – отвечаю просто, но с каким-то невероятным удовольствием. Чувствую, что сейчас фортуна на моей стороне.
Этот мужчина, видимо тот, кому Королёв поручил меня охранять, будет слушать начальника, а не его стервозную невесту.
– Какая наглость! Я свяжусь с Романом, и расскажу ему, что тут произошло.
– Ваше право, – за меня отвечает человек в костюме.
Он стоит и смотрит на Диану вопросительно, давая понять, что ей уже пора.
Но разве она уйдёт просто так?
Диана подходит ко мне, смотрит с ненавистью, говорит тихо.
– Я предлагала тебе бабки, ты не взяла, больше я тебе такого шанса не дам, вышвырну отсюда как котёнка, без копейки, и тебя и твою…
Как же мне хочется наброситься на неё, расцарапать её холеную морду!
Но у меня на руках малышка, да и достоинство не позволит вести себя так.
Диана выходит, один из мужчин – следом.
Тот, который защитил меня – остаётся.
Смотрит внимательно.
– Роман говорил, что вы можете захотеть сделать заказ, скажите, что нужно, я закажу, оплачу, принесу, когда доставят.
– Мне… мне ничего не нужно. Спасибо. Я дождусь его.
– Сколько вашему?
– Это девочка. Полгодика.
– Моему пацану уже одиннадцать месяцев. Может вам игрушки нужны? Коврик развивающий есть? Мы как раз собрали, упаковали, чтобы отдать кому-то, но пока не нашли кому. А вам как раз. Ну… пока новое не купите, конечно. У меня всё тут, мы живём в соседнем домике. Я принесу?
Он говорит это как-то так просто, по-дружески, и я понимаю, что со мной уже давно так никто не разговаривал. Я отвыкла. Одичала, что ли… Всё время жду только нападения, агрессии, боли… Даже… даже от врачей.
«Что вы хотите, девушка? Слишком поздно» …
Закрываю глаза, выдыхаю, силюсь улыбнуться.
– Если вам не сложно.
– Нет проблем. И не бойтесь, больше вас никто не побеспокоит.
– Спасибо.
На сердце становится теплее, словно он не просто игрушки предложил, а дал надежду на то, что всё будет хорошо.
Я знаю, что не будет.
Но иногда так хочется помечтать!
Только вот мечты снова разбиваются о скалы действительности, когда приезжает мой бывший муж.
Глава 16
Просыпаюсь, понимая, что я не одна в комнате. Вернее… мы с Птичкой не одни.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.