Любовь по завещанию

Маша

Посмотрев с чердака вниз, я увидела Ленку. Та стояла в тёмном коридоре и выглядела так, словно кто-то случайно загрузил персонажа из модного журнала в симулятор выживания в деревне. На ней была модная короткая юбочка, блестящий топ и изящные туфельки – всё это совершенно не вязалось с деревянной лестницей и плетёным кашпо на стене.

Задрав голову и стараясь ни к чему не прикасаться, она, что есть мочи, заорала:

- Маша, ты слышишь?! Немедленно слезай и поехали домой.

- Лен, я же предупреждала, что тебе здесь будет скучно, – я спустилась по деревянной лестнице и дважды чихнула.

- Будь здорова, – красивые брови подруги сошлись на переносице.

- Спасибо, – глядя на угрюмое лицо Лены, мои губы сами растянулись в улыбке. – Ну не хмурься. Это же целое приключение. Смотри, как здесь здорово: простор, воздух, птицы! Всё вокруг, конечно, кажется диковатым, но…

- Диковатым!? – взвизгнув, перебила Лена. – Это ужасно! На улице столько мошек, что там невозможно находиться. Про мух и всяких ползучих тварей я вообще молчу! В доме сплошная пыль! До самого ближайшего города аж пятьдесят километров… – всё больше распалялась подруга.

- И что? Зато посмотри, как тут красиво. Всюду зелень, не то, что в городе, – говорила я с воодушевлением. – Видела, сколько на улице плодовых деревьев? А огород? Шик! Можно посадить всё, что захочешь!

- Да что ты понимаешь в том огороде? – возмутилась Ленка. – Ты огурцы с помидорами только в магазине видела. Очень сомневаюсь, что морковь от крапивы отличишь.

- Да ладно тебе, – примирительно обняла её за плечи. – Я обязательно во всём разберусь. Главное, что мне здесь очень нравится. А дом вообще просто сказка.

- Сказка! Ага! А ты помнишь, что на эту сказку претендует ещё один владелец? Причём, законный.

- Может и хотела бы забыть, так ты же мне не даёшь, – я сморщила нос. – Нотариус вчера сказал, что если этот законный владелец сегодня не приедет, то дом полностью будет моим. И, судя по тому, что Максим за полгода не ответил ни на звонки, ни на письма, могу предположить, что я уже полноправная владелица.

- Ох, Машка, тебя всё время на приключения тянет. Идём! – Лена взяла меня за руку и привела к большому зеркалу. – Вот, посмотри на себя.

- Подожди, – стянув с плеча полотенце, быстренько протёрла запылившуюся поверхность.

- А-чхи! – возмутился Ленкин организм.

- Будь здорова, дорогая, – я улыбнулась. – Так на что смотреть-то?

- На себя смотри, – подруга поджала губы. – Ты же картинка. Голубые глазки, длинные реснички, полные губки, а волосы…

- Рыжие и кудрявые.

- И что? – закатила глаза та. – Стройная, хрупкая. Всё, что нужно, выпуклое, где нужно – впуклое. Ну красотка же! К тому же за три сотни километров у тебя квартира, два салона красоты. А парень! Ты помнишь какой у тебя бойфренд? Ты сама себе завидовать должна. Вот где сказка! А не пыльный дом с участком в Тьмутаракани за тридевять земель от цивилизации. – Лена топнула ножкой: – Сейчас же иди в свою красивую машинку, на которой сюда приехала, и полетели домой.

- Ну, во-первых, внешность как внешность. Хотя фигурка моя мне нравится. Но разве это главное? – я снова чихнула. – Мои салоны прекрасно работают и без меня. Ты сама это знаешь. Зам у меня отличный, а про персонал вообще молчу.

- Это да, – она задумчиво улыбнулась, видимо, вспоминая, что весь мой персонал – это молодые парни.

- У тебя, кстати, машинка тоже прекрасная. Хорошо, что мы приехали, каждая на своей. Поэтому и тебе могу предложить то же самое: езжай домой.

- Ну, Маш! – Лена поджала губы. – Разве этот дом сравниться с твоей квартирой?

- Квартиру я, наверное, сдам. Пока не думала. А вот что до Руслана, то, знаешь ли, моему бойфренду не помешает побыть одному и подумать над своим поведением.

- Да что ты заладила? Ну ошибся человек. Он всё тебе объяснил.

- Как можно объяснить то, что забыл день рождения своей девушки? Лен, мы же не год вместе, – я отмахнулась. – Ладно, если бы действительно забыл, как говорят, закрутился на работе. Так он же в это время был в другой стране.

- Ну конечно в другой, он ездил по поручению отца, там же контракт горел.

- Какой контракт!? – я начала закипать. – После того, как он разбил автомобиль, отец ему перекрыл доступ ко всему, и даже к контрактам.

- В смысле? – подруга широко распахнула свои карие глаза с густыми наращёнными ресничками.

- В прямом, Лен, – я вздохнула и с усердием стала вытирать пыль на комоде у зеркала. – Руслан привык, что ему всё легко достаётся.

- Ну зачем ты так? Он тоже пашет.

- Серьёзно? Это отец его пашет, имея сеть отелей здесь и за рубежом. А Руслан, только и делал, что документы из одних рук и в другие передавал, да листал бумаги под присмотром папы.

- А как же его рассказы…

- О-о-о, ты как маленькая, – я закатила глаза. – Хотя что ты? Я сама слепо верила этому человеку столько времени. А две недели назад мне позвонил его папенька…

- Да-а-а, папа у него классный. И если бы не женат был…

- Лен, – прервала я её мечты.

- Ладно, прости. И что отец?

- Едва я приняла вызов, начал на меня орать, – вспомнила тот момент и вздрогнула. – Кричал, что я бестолковая! Что простил мне, когда я машину Руслана поцарапала. И когда крыло помяла несколько месяцев назад. А теперь ему придётся половину автомобиля восстанавливать, потому что даже обезьяна лучше меня водит.

- Не поняла, – глаза подруги едва не выскочили из орбит.

- Я сразу тоже не поняла, а потом как поняла, – я нахмурилась. – Руслан каждый раз, когда что-то случалось с машиной, говорил ему, что за рулём сидела я. И когда он сильно разбил свою тачку, помнишь, въехал задницей в Porsche сына администрации города, тоже обвинил меня.

- Ах ты ж пельмень контуженный! – выдала Ленка своё коронное ругательство. – Вот же козёл!

- Это ещё мягко сказано, – хмыкнула я. – Павел Алексеевич, конечно, сначала кричал знатно. Но мужик он умный, да и сыночка своего знает, поэтому выговориться мне всё же дал. А после нашего разговора урезал Руслану финансовую поддержку, забрал машину и сказал, что пока за ум не возьмётся, чтоб к нему не приходил. Вот.

- Да, Маш, выглядит это всё не очень.

- Но?

- Но это не повод оставаться в этой дыре, – она свела брови. – В конце концов, я не хочу возвращаться домой без тебя.

- Так оставайся со мной, – я улыбнулась.

- И чем я буду заниматься?

- А чем ты собиралась заниматься всё лето?

- Валяться на пляже, – мечтательно протянула Лена. – Массаж, вино, горячие испанские парни.

- Ты в своём репертуаре, – я расхохоталась. – Думаешь, здесь парней нет? Пусть не испанские, но, думаю, не менее горячие. Кстати, когда подъезжали, я видела озеро за деревней. Вот и пляж.

- Ну нет, фу-у-у, – она сморщила курносый нос. – Парни, ещё может быть. А вот лягушатник точно фу.

- Эх, Ленка!

- Что, Ленка! Я что, виновата, что папенька меня с детства по морям возил? Не для меня это.

- А я и не знаю, что для меня. В детдоме ни к кому не привязалась, да и не хотела. Став студенткой, тоже некогда было думать про что-то личное. Парней сторонилась. Одна учёба на уме была. А потом я попала в больницу. Операция… Знакомство с бабушкой в палате. Ну, а дальше пять лет беспрерывной работы до цели, – я задумалась. – Теперь у меня и квартира, и машина, и своё любимое дело. Только вот бабули уже нет. Знаешь, только к ней, наверное, и прикипело моё сердце. Она была для меня всем. Чужой человек, а стала такой родной.

- Бабуля бабулей, но без твоих мозгов ничего бы не получилось.

- Я знаю. Но без неё у меня тоже ничего бы не было. Я ей очень благодарна.

- Это правильно. Однако совсем не значит, что ты должна оставаться и смотреть за домом, – осторожно произнесла она.

- Так я и не говорю, что останусь. Завтра нужно сходить к нотариусу, послушать завещание, вступить в права, – посмотрев в карие глаза, добавила: – А потом некоторое время побуду здесь. Приведу в порядок дом, подумаю…

- Так подумай со мной у моря.

- Нет, Лен, мне тишина нужна. А с тобой, да ещё у моря, тишины точно не будет, – я покачала головой. – И тут мне действительно хорошо. В конце концов, иногда надо сменить обстановку, при чём широко шагнув за пределы зоны комфорта. И сейчас этот дом в маленькой деревеньке именно то, что мне нужно.

- Для чего нужно-то? – Ленка нахмурилась.

- Я хочу понять, куда двигаться дальше, понимаешь?

- Не понимаю, – подруга свела брови. – У тебя для счастливой жизни есть всё. Осталось только замуж за Руслана выскочить.

- Может быть и так. Но я не уверена, должна ли выскочить именно за Руслана.

Ещё час подруга ходила за мной хвостиком, уговаривала, хныкала, злилась, давила на жалость, а после сдалась, прыгнула в свою дорогущую сверкающую машину и укатила. Я не жалела, что она уехала. Лена была хорошей подругой, но, когда она находилась рядом, сфокусироваться на своих проблемах было невозможно. Шумная, активная, она была повсюду. А этого мне сейчас хотелось меньше всего.

Весь оставшийся день я посвятила уборке в доме, в котором оставалась с ночёвкой всего несколько раз. Приезжала сюда в основном для того, чтобы отвезти бабулю в больницу. Поэтому сейчас, переходя из комнаты в комнату, изучала дом и вспоминала Лизоньку. Каждый уголок здесь был пропитан её теплом. Милые статуэтки, красивые картины, вышитые покрывала и очень много книг.

Не считая кухни, комнат было шесть. Две снизу и четыре на втором этаже. Я устроилась на первом в самой маленькой спаленке возле кухни. Нежные обои в мелкий цветочек, небольшая кровать, шкаф для самого необходимого и уютное кресло-качалка у окна. Я знала, что последние годы это была комната Елизаветы Георгиевны. И, находясь в ней, я чувствовала себя как дома.

Через открытое окно в спальню врывался аромат роз. Днём он был неуловимым, но сейчас, поздним вечером, когда дневная жара отступила и ни одна веточка не шевелилась, запах моих любимых цветов проникал прямо под кожу, наполнял лёгкие, пропитывал волосы и дурманил разум. Я лежала на кровати, вдыхала пьянящий аромат и вспоминала бабушку.

«Спи, Маняша. Завтра обязательно станет легче», – говорила Лизонька перед сном, когда мы лежали в больнице.

«Обязательно станет, – промелькнуло в голове. – Только без тебя уже всё не так».

Максим

Чёртов замок! Столько раз говорил бабушке, что его надо сменить. И как теперь открыть? Или ключ не тот!?

Весь день наперекосяк. Сначала задержали рейс, потом оказалось, что на моё место продали два билета. Очень хотелось верить, что на этом приключения закончатся, однако, по прилёту выяснилось, что нет моего багажа. Пока искали вещи, ушёл последний автобус. Поэтому, когда такси заглохло, не доехав до дома несколько километров, я даже не удивился.

С огромным чемоданом, в кромешной тьме, сунулся по просёлочной дороге, то и дело приглядываясь к каждому повороту. С моей сегодняшней неудачливостью я вполне мог промахнуться тропинкой. Однако, вопреки сомнениям, уже через час стоял на пороге дома, в котором прошло моё детство. Мысль, что дошёл без приключений, была поспешной. Замок, как я ни старался, подчиняться не хотел. Ну не ломать же дверь, в самом деле. Мечтая о том, как распластаюсь на своей огромной кровати, я медленно выдохнул, снова вставил ключ и резко провернул. Долгожданный щелчок был самым прекрасным звуком за последние двадцать четыре часа.

Я улыбнулся, открыл дверь и, едва ступив на порог, приложился головой о неизвестное препятствие. Стукнулся так, что меня откинуло навзничь на мокрую траву. Пока падал, грешным делом даже подумал, что это бабушка на меня злится и поэтому весь день строит козни. Может, уже и не вставать, всё равно в дом не войти. Да и звезды сегодня яркие. Такого в городе не увидишь. Несколько мгновений таращился в небо, но боль в области переносицы вернула в реальность. Я прям чувствовал, как растёт шишка, а заплывающий с невероятной скоростью глаз создавал впечатление, будто бы я сменил бинокль на подзорную трубу.

А вообще, конечно, странно. Не помню, чтоб у бабули была низкая дверь. Да и я, вроде, не расту уже, чтоб так не вписаться в проём.

- Вы кто?! И зачем вламываетесь ко мне в дом!?

Я вздрогнул от неожиданности. Немного одуревший от лобового столкновения непонятно с чем, поднял голову и посмотрел одним глазом на дверной проём. Нет, не вырос я и дверь того же размера. Препятствие, на которое я наткнулся, стояло словно видение, освещённое лишь лунным сиянием. Девушка была восхитительна: хрупкая, в короткой пижамке, в руках сковорода. А волосы! При таком свете я не мог понять какого они цвета, но очень хотел, чтоб она оказалась рыженькой. Её грива, иначе не назовёшь, доходила до талии. Мне тут же захотелось пропустить эти длинные шелковистые пряди сквозь пальцы.

- Рапунцель, ты ли это? – я ухмыльнулся.

- Он ещё и шутит! – она нахмурила идеальные бровки, ну вылитая принцесса из мультика, и снова повторила как для придурка: – Вы кто такой?

- Я пришёл спасти тебя от злой ведьмы, – начал я, поднимаясь, но тут же осел. Хорошо же она меня приложила. Сковородка качественная. Сам выбирал в подарок бабушке.

- Молодой человек, – вкрадчивый дрожащий голосок был совсем рядом.

Потом длинные пряди коснулись моей руки, видимо, принцесса присела. А я, рыцарь, называется, едва голову от травы могу отодрать.

- Я в порядке, – её холодные ладошки на моём лице заставили улыбнуться: – Но, признаюсь, не думал, что встреча с бабушкой может быть такой скорой.

- Батюшки! – она прикрыла пухлые губки ручкой. – Вы – Максим? Вы внук Елизаветы Георгиевны?

- Он самый, – я медленно сел. – А Вы та самая бабушкина подруга, как я понимаю?

Сидел на мокрой траве и соображал, как бы это встать, дойти хотя бы до дивана и наконец-то отключиться. Спать хотелось так, что готов был вырубиться прямо здесь. Однако, словив тревожный взгляд, понял, что даже если рухну обратно на землю, она самостоятельно затащит меня в дом. Такая хрупкая, но, я был в этом уверен, тут она меня не оставит. Да и постоять за себя сможет. Главное, чтоб сковорода была под руками.

- Вы простите меня, пожалуйста, – она взяла меня за руку. – Поднимайтесь. Я помогу.

Медленно, с помощью этой длинноволосой малышки я принял вертикальное положение, и мы вошли в дом.

- Ваша комната на втором этаже? – голос девушки по-прежнему дрожал. – Я помогу.

- Принцесса, перестань волноваться. Это всего лишь лёгкое сотрясение. Мне надо полежать. К тому же, я в дороге больше суток. Очень устал, – я постарался сбалансировать своё тело без опоры. – Сегодня мне подойдёт любая комната. Не провожай. До завтра.

Неровной походкой, словно после крепкого алкоголя, я направился в свою спальню. Когда заболела бабушка, я некоторое время жил у неё. И чтобы постоянно не бегать со второго этажа, решил обосноваться в небольшой комнатушке на первом этаже. Бабушка находилась через стенку, и я всегда был рядом.

Маша

О том, чтобы заснуть снова, и речи не было. Получив немалую дозу адреналина, я была бодра и очень напугана. Как мне вообще пришло в голову взять сковородку? Елизавета Георгиевна мне часть дома завещала, а я её внука по голове, да так, что едва не убила. Вот же дура! Натворила дел, а потом всю ночь вертелась, прислушиваясь к каждому шороху за стеной. Надеюсь, с ним всё в порядке. А если нет? Вдруг ему плохо? Глянула на часы: восемь утра. Не давая себе опомниться, подошла к соседней комнате и толкнула дверь.

Молодой мужчина лежал на боку, спиной ко мне. Рубашка-поло плотно обтягивала широкие плечи, обрисовывая контур каждой мышцы. Застыв от волнения не могла понять, дышит он или нет. Но тут Максим повернулся на спину. Спутанные волосы, распухшая переносица и заплывший глаз делали его похожим на боксёра, но никак ни на рыцаря в сияющих доспехах. Вдруг парень шумно вдохнул, выдохнул, и затих. Прошла секунда, ещё одна… Грудная клетка не двигалась. Почему он не дышит? Не соображая, что делаю, подошла и приложила ухо к области сердца. Максим вздрогнул и, схватив меня в охапку, подмял под себя. Я оказалась прижата мощным телом к узкой кровати.

- Почему у меня такое впечатление, будто ты пришла меня добить? – его густые брови попытались сойтись на переносице, но ничего не вышло, и он поморщился.

- Простите, пожалуйста, – проблеяла я. – Я думала, Вы не дышите.

- Чтобы меня вырубить окончательно, тебе надо было брать что-то тяжелее сковородки.

- Как Вы себя чувствуете? – я высвободила руку и дотронулась до переносицы парня. – Здесь всё распухло и посинело.

Максим тут же разжал руки и поднялся.

- Да уж, видок ещё тот, – он криво усмехнулся своему отражению. – Ничего, это временно.

Подмигнув мне здоровым глазом, он улыбнулся и вышел. Я выскочила следом. И вправду дура. Чего к нему попёрлась! Вот говорила Ленка, что нечего тут оставаться, так нет же, подавай смену обстановки. Сменила, блин! Если он на меня заявит, то я точно её сменю, причём за пределами всякого комфорта.

В комнате быстро привела себя в порядок: натянула широкие шорты чуть выше колена и такую же мешковатую майку, а то бегаю перед незнакомым мужчиной в пижаме. Стыдоба! Кстати, а вот подруга бы совсем не смутилась. Если б Лена знала, что этой ночью ко мне заявится такой сосед, ни за что бы не уехала.

- Максим Евгеньевич, завтракать будете? – выскочила из комнаты и, естественно, налетела на него, едва не сбив с ног.

- Нет, ты определённо решила меня убить, – он поймал меня за талию и пристально посмотрел в глаза: – И, пожалуйста, давай на «ты».

- Хорошо.

- Отлично, – парень широко улыбнулся. – Завтракать не буду. Кофе есть?

- Есть! – обрадовалась я. – Всё вчера привезла. Я без кофе проснуться не могу. Сейчас сварю.

- Проснуться? – Максим потёр разбитый нос. – Принцесса, твой вид говорит о том, что ты совсем не спала.

- Меня зовут Маша, – я потупила взгляд и повернулась к плите. – И да, не спала, потому что переживала всю ночь.

- Машенька, – он улыбнулся. – Что ж не пришла ко мне? Я бы нашёл способ тебя успокоить. Враз бы уснула.

- У нас сегодня встреча с нотариусом, – я залилась румянцем и старалась отогнать мысли, которые возникли после его слов. – Через два часа, кстати.

Максим

Я видел, как Маша покраснела. Чудесная малышка. Голубоглазая, стройная, маленькая. А волосы не просто рыжие, они огненные! Жаль, что она заплела их в косу. Хотелось подойти, стянуть резинку и, прядь за прядью, распустить пламенный водопад.

Сейчас она стояла в пол-оборота. Одежда, в которую девушка переоделась, должна была, видимо, спрятать её от меня. Однако я слишком хорошо знал, что под широченной майкой и объёмными шортами скрывается восхитительное стройное тело, которое пятнадцать минут назад так нежно прижимал к себе. Я судорожно вздохнул.

- Тебе плохо? – тут же отреагировала она на мой вздох.

- Всё в порядке, – я улыбнулся, и она снова смутилась.

Вчера показалось, что Маша совсем юная. Но, присмотревшись сегодня, понял, что она младше меня всего лет на пять. Чего покраснела тогда? Неужели стесняется? Не верю. Эта милашка достаточно хитра, раз умудрилась одурачить мою бабушку, чтоб та переписала на неё часть дома.

- Если к нотариусу через два часа, нам пора выходить. До остановки далековато отсюда. Автобус в город только через час. А если на такси, – я вспомнил прошлую ночь, – то пока дождёмся, уже и автобус придёт. Поэтому всё равно надо идти на остановку.

- Не надо. У меня машина на заднем дворе, – она перебросила косу за плечо. – Ты кофе с сахаром пьёшь?

- Да, спасибо, – я взглянул на неё с подозрением. – Давно водишь?

- Три года, – спокойный взгляд голубых глаз интриговал. – Боишься со мной ехать?

- Сколько тебе лет? – бестактно ляпнул я.

- У девушек не спрашивают, – она сморщила носик и посмотрела на меня в упор. – Но, учитывая все мои заслуги, отвечу: мне двадцать семь.

- Да ты отлично сохранилась! – я обалдело рассматривал сидящую передо мной девушку. – Выглядишь студенткой-первокурсницей.

- Ты просто мастер делать комплименты, – Маша отпила кофе и посмотрела мне в глаза: – Ты женат?

- Нет, – я принял её игру и тоже впился в неё взглядом. – А ты замужем?

- Ммм, – она прикусила нижнюю пухлую губку. – Всё очень запутанно.

- Да? Так ты прямо по адресу. Я профессионально распутываю любые ситуации, – мой единственный глаз не мог оторваться от созерцания её губ, и принцесса снова залилась румянцем.

- Ладно, нам ехать пора. Ты готов? – Маша быстро сполоснула чашку и вышла из кухни.

- Да, Машенька! – я ухмыльнулся: взрослая смелая девочка, а краснеет как ребёнок. – Я всегда готов!

Маша

Первый раз вела машину и так нервничала. Невозможно сосредоточиться на дороге, когда тебя постоянно сверлят взглядом. Этот парень вообще действовал на меня странным образом. От его низкого голоса по всему телу робкими волнами расплывалась приятная дрожь, а уж если он бросал намёки, то лицо и шея тут же покрывались румянцем, будто я барышня кисейная.

- Елизавета Георгиевна иногда рассказывала о тебе, показывала твои фотографии, – решила отвлечь его разговором, надеясь, что он хоть на минуту отвернётся. – Она очень гордилась тобой.

- Бабушка всегда говорила, что я красавчик, – он ухмыльнулся. – Убедилась сейчас?

- В чём? – быстро взглянула на его синяк и губы сами растянулись в улыбке.

- Очень смешно. Вообще-то, это ты меня так разукрасила.

- Вообще-то, надо предупреждать о своём приезде.

- Так откуда я мог знать, что ты будешь в доме, да ещё с бабулиной сковородкой в руках? – он опустил голову и притворно хныкнул. – А если я останусь таким на всю жизнь? Кто меня любить будет?

- Да ладно тебе, – я улыбнулась ещё шире. – Разве любят за внешность?

- Ну, не знаю, мне это всегда помогало.

- Девочек клеить?

- А что такого? Противоположному полу нужны только деньги, а если у их обладателя ещё и смазливое лицо, то от женского пола вообще отбоя нет.

- Ну-ну! Все понятно с тобой, – этот парень привлекал и одновременно отталкивал своим поведением. – Ты не женат потому что разочаровался в женщинах или, может, несчастная любовь?

- А зачем себя обременять отношениями? Обвешиваться детьми? Ссориться из-за проблем? – парень провёл рукой по чёрной шевелюре. – Я живу в своё удовольствие. Работаю для себя, трачу на себя. И никому ничего не должен.

- Ясно, – мне снова захотелось ему врезать. – Эгоист, одним словом.

- Пусть эгоист. Зато счастливый.

- А как же бабушка? – украдкой взглянула на собеседника: его взгляд потеплел.

- Бабушка была для меня всем, – Максим судорожно вздохнул. – Я очень сожалею, что не приехал, когда был ей нужен. И не смог, когда её не стало.

- Она была чудесная, – я на мгновение замолчала, проглатывая ком грусти. – Знаешь, а на её похороны пришла вся деревня.

- Вполне верю, – Максим снова сверлил меня взглядом. – Ты была её контактным лицом?

- Была, – я заволновалась, так как сразу поняла, о чём он. – Когда она умерла, тебе дозвониться не смогли. Поэтому, уж так случилось, что с морга её забирала я. И похороны тоже я...

До конца поездки он не проронил больше ни слова, а я думала лишь о том, что действительно уж лучше бы море и песок с Ленкой, чем вот это вот всё. Поэтому решила, что уеду сразу же, как только выйдем от нотариуса. Я совсем не хотела знать, почему этот эгоистичный парень не явился к бабушке в больницу, когда она так сильно нуждалась в нём. Не хотела понимать и того, что он не приехал на похороны. В самое трудное для Елизаветы Георгиевны время внука рядом не оказалось, а сейчас, видите ли, явился за наследством. Всё с ним ясно.

Максим

Мы стояли у нотариальной конторы и таращились друг на друга. Глядя на Машу, я понимал, что не ослышался. Девушка была шокирована не меньше меня.

- Мы разберёмся и обязательно найдём выход! – твёрдо заявил я, направляясь к машине. – Но как она могла так поступить со мной?! Просто в голове не укладывается. Она же меня знает, я не пойду на это!

- Максим, – робкий голос Маши заставил обернуться. – Моя машина чуть дальше.

- Что? – я глянул перед собой.

Я был настолько зол, что по ошибке подошёл к чужой машине, при чём, открыв дверцу, собирался сесть за руль. Словив удивлённый взгляд шатенки, которая сидела на месте водителя, быстро пробурчал извинения.

- Ничего-ничего, – прощебетали ярко накрашенные губки дамочки и вежливо разъехались в улыбке. – Я могу подвезти.