Однажды в Шотландии

Mily Black

Once upon a time… in Scotland

© Éditions Plumes du Web, 2022

First published in France in 2022

© Рожнова М., перевод, 2024

© Ромазанова Л., иллюстрации, 2024

© Издание на русском языке, оформление. Строки

Пойду за тобой, ты мой дом,

мой край родной.

Любой дорогой пойду за тобой.

1

17 декабря, утро

Пригород Парижа

Решительно закрываю дорожную сумку, ставлю ее у двери. Напоследок обвожу комнату взглядом. Я уезжаю на две недели, и тетя хочет, чтобы все здесь осталось в идеальном порядке. Уборка не заняла много времени – переехав сюда, я быстро научилась не разбрасывать вещи. Даже у себя. У меня царит такой идеальный порядок, что невозможно предположить, будто в этой комнате кто-то живет.

– Ты скоро? – спрашивает тетя.

– Уже иду.

Я распускаю волосы. Надеж, моя двоюродная сестра, уговорила меня осветлить несколько прядей, чтобы тусклый каштановый оттенок, который я унаследовала от мамы, стал ярче. Получилось мило, но совершенно не соответствует моему мрачному характеру.

– Касси, какие планы на Новый год?

Одиннадцать лет я живу с ними, а тетя все не может запомнить, что я терпеть не могу уменьшительную форму своего имени. Много раз я просила не называть меня так, но все без толку. И однажды, устав от постоянных наказаний за «дерзость», я сдалась. Смирилась с тем, что мое мнение тут никого не интересует.

– Какие у меня планы? – переспрашиваю я. – Хочу найти работу.

Стою перед ней, выпрямив спину и засунув руки в карманы джинсов. В июне я получила диплом специалиста по цифровому маркетингу, и с тех пор о моем отъезде говорят все чаще. Дядя и тетя, мягко говоря, не были в восторге, когда им пришлось взять меня к себе. Мой отец умер, и они согласились лишь потому, что дедушка, который, к сожалению, не мог обо мне заботиться, разыграл карту «шантаж наследством». До сих пор не знаю, благодарить ли его за это.

– Ты уже начала рассылать резюме? – продолжает тетя.

– Да.

Некоторые компании, кстати, сами мне написали.

Дело в том, что уже несколько лет я веду в «Инстаграме»[1] блог с фотографиями, которые делаю во время путешествий. Я завела его, чтобы чем-то себя занять. И чтобы подруги видели: у «бедной сиротки» тоже может быть классная жизнь. Я постоянно публиковала новые фото, подробно и интересно рассказывала о местах, где побывала, и постепенно обрела свой голос. Туроператоры расслышали его среди других голосов, звучащих в социальных сетях. Первый обзор, который я написала на заказ, был ужасным, и мое имя в нем даже не было указано, но время шло, и я набиралась опыта. И вот наконец я твердо встала на ноги и даже наняла Надеж.

– А на собеседования ты ходишь? – ворчливо допытывается тетя.

Я чувствую ее раздражение, но мне все равно. Да, я привлекла ее дочь к работе над моим блогом, но, честно говоря, наше сотрудничество – настоящий ад.

– Касси, будь так любезна, ответь на вопрос.

– Скоро праздники, так что меня просили набраться терпения.

Ну и врушка же я! На самом деле я сама тяну время, пытаясь разобраться, где то, чего хочу я, а где то, чего, как это ни печально, требует работа. Если бы я прислушивалась исключительно к своим желаниям, то пошла бы на риск и попыталась прожить только за счет своего блога. Некоторым это удается, так почему не мне? Ответ очень прост: у других есть семья, которая поддержит их в случае провала. А я, покинув этот дом, останусь совершенно одна.

– Что ж, будем надеяться, ты скоро получишь ответ…

Я криво улыбаюсь. Тете так не терпится выставить меня за дверь, что это могло быть даже забавным, если бы… Если бы только это не пугало меня так сильно. Честно говоря, я ужасно боюсь, что у меня ничего не получится.

– Надеж уже приехала? – спрашиваю я.

– Еще нет.

Ну, разумеется. Надеж, как всегда, явится как суперзвезда, опоздав на десять минут, а то и на четверть часа. И будет сыпать извинениями, заламывая руки, что, впрочем, никогда меня не впечатляло. Желая прервать трогательную сцену, а заодно избежать лишних разговоров с ее родителями, я притворюсь, что верю ей, и предложу поскорее садиться в машину – дядя обещал отвезти нас в аэропорт. Она никогда не узнает, что я заранее заложила полчаса на этот цирк.

– То, что вы обе делаете, просто потрясающе! – восторженно восклицает тетя.

Я киваю, беру сумку и выхожу из комнаты. Мысленно пробегаю по списку одежды, которую должна была взять, а тетя продолжает болтать о «потрясающем тандеме», который мы образуем с ее дочерью. Послушать ее, так Надеж – главная движущая сила моего блога. На самом деле, моя двоюродная сестра всего лишь позирует для фотографий, получая за это возможность посещать райские уголки земного шара.

– Как хорошо, что она сможет продолжить все это и после того, как ты от нас уедешь!

Спустившись по лестнице, удивленно замираю, а тетя как ни в чем не бывало направляется в гостиную. Понимая, что разговор предстоит тяжелый, я глубоко вздыхаю и мгновение колеблюсь – может, зайти на кухню и налить себе выпить? Стакан. До краев. Соблазн велик, но я успешно ему сопротивляюсь.

– Касси, что с тобой? – восклицает тетя.

– Ты сказала, что Надеж продолжит вести мой блог после того, как я уеду..?

– Да, – улыбается тетя. Материнская гордость буквально хлещет через край. – Фредерик, ее друг, любезно согласился тебя заменить.

Этот клоун собирается занять мое место?! Борясь с приступом гнева, я стискиваю зубы. Нужно побольше выведать о моем внезапном отстранении от дел.

– Что ж, одной заботой меньше – говорю я, усаживаясь на диван.

В камине мирно горит огонь. Я слышу потрескивание поленьев, шелест газеты, которую дядя складывает, чтобы удобнее было читать.

– Да, они уже нашли клиента на середину января – на Балеарских островах! Всего десять дней, но у них уже расписано две трети времени!

Ну, тогда у меня на треть меньше претензий к ним… После того как мы впервые поработали вместе с Надеж, дедушка познакомил меня с адвокатом – сыном одного из своих друзей. Или племянником? Неважно! Но еще задолго до того, как мой блог стал таким популярным, Надеж пришлось подписать контракт, в котором оговорено ее «вознаграждение» и указано, что она «наемный работник». Сначала мне было неловко, но последующие события доказали, что дедушка прекрасно знал обеих своих внучек. Я трудилась, чтобы мой блог рос и развивался, искала новых партнеров, а Надеж всего лишь позировала на фотографиях – повернувшись спиной или в три четверти. Как раньше позировала я. Кому понравится, если рекламировать путешествия будет девушка с обезображенным лицом?

Машинально касаюсь шрама, который тянется от моего правого уха до подбородка. Со временем он стал не таким заметным. Я знаю, что этот шрам и другой, на плече, никогда не исчезнут. Но интернет безжалостен, и я просто не могу предстать в таком виде перед тысячами подписчиков. Поэтому я и попросила Надеж, обладающую совершенным телом и идеальной кожей, украсить собой мои истории о путешествиях.

– Касси!

Я вздрагиваю. Нахмурившись, тетя смотрит на меня так пристально, что я едва не теряю равновесие.

– В чем дело? – спрашиваю я, улыбаясь.

– Ты, кажется, о чем-то задумалась. И похоже, о том, что тебе не очень нравится.

Двоюродная сестра собирается украсть лучшее из того, что мне удалось? Не самая хорошая новость дня, но не сказать, что я была так уж удивлена. На прошлой неделе она попыталась выведать пароль от блога. Я тут же насторожилась, помня совет дедушки – «Никому не доверяй!» И теперь понимаю, как он был прав.

– Я думала о том, сколько времени у нас осталось и не опоздаем ли мы в аэропорт.

– Времени полно! – бурчит дядя и снова складывает газету.

Я нервно кручу на запястье кожаный «браслет силы», который привезла из Индии и с тех пор не снимаю. Я чувствую его на своей руке, и мысли как будто проясняются. Это может показаться глупым, но браслет помогает мне сосредоточиться, когда кажется, что все вот-вот выйдет из-под контроля.

Мой телефон звонит. Это Надеж.

– Привет, сестричка! – восклицает она. – Я в аэропорту! А ты где?

Закрываю глаза. К этому я не была готова!

– Дома.

Я говорю так сухо, что тетя и дядя настораживаются.

– Мы договаривались встретиться здесь, – продолжаю я уже более спокойно.

– О черт! Наверное, я снова перепутала!..

Ну уж нет, на это я не куплюсь. Я встаю и направляюсь к двери.

– Сейчас приеду, – говорю я Надеж.

– Скинь мне ссылку на электронные билеты, я пока зарегистрирую нас.

Замираю, сунув ногу в кроссовку. Надеж впервые хочет зарегистрировать нас на рейс? Обычно она сидит и ждет, пока все сделают за нее. В октябре, когда мы были в Италии – ездили на остров Искья, рядом с Неаполем, – она даже наорала на меня за то, что я так долго копаюсь! А теперь она внезапно захотела все сделать сама?

– Скоро буду, – говорю я раздраженно и заканчиваю разговор.

Надеваю куртку, наматываю на шею шарф. Открыв рюкзак, проверяю, на месте ли документы, фотоаппарат, ноутбук и материалы, которые я собрала, когда готовилась к поездке. Кажется, все в порядке! Я подхватываю сумку и вдруг вижу, что дядя невозмутимо стоит на пороге гостиной.

– Тебе разве не нужно одеться? – спрашиваю я его.

– У меня через полчаса встреча с Борисом.

– Но ты должен был отвезти нас в аэропорт!

Он качает головой – так же, как и тогда, когда я, еще совсем ребенок, приставала к нему с вопросами.

– Ты должна уступить, – вдруг говорит тетя.

– В каком смысле?

– Надеж и Фредерик больше в тебе не нуждаются.

Ее слова эхом отдаются в моей голове. Я прекрасно понимаю, что она сказала, но, потрясенная, продолжаю надеяться, что все-таки ошиблась. Этого просто не может быть! Нет, они не пытаются отобрать у меня мое детище, блог, у которого более ста тысяч подписчиков…

– Не могла бы ты пояснить?..

– У тебя не будет времени согласовать все это с Надеж. Она лишь хотела, чтобы передача дел произошла как можно более безболезненно. – Тетя пытается оттеснить меня от двери.

С меня хватит! Набрав воздуха в грудь, распахиваю шкаф. Хватаю шлем, захлопываю дверцу.

– До следующей недели! – бросаю я, не оборачиваясь.

Дядя и тетя что-то кричат мне вслед. Тетя знает, на какие рычаги давить, чтобы я передумала, и использует их все. Она давно знает, как я устроена, но сейчас речь идет о том единственном, что действительно принадлежит мне. Я создала этот блог, построила с нуля, узнала так много нового, столько времени потратила, чтобы научиться… Просто отдать его им? Ни за что.

Сумка за спиной, рюкзак спереди, я сажусь на мотоцикл и газую – пусть мотор рычит как можно громче. Они ненавидят это, а я ненавижу их.

Они взяли меня к себе, чтобы совесть не мучила и чтобы потом получить деньги. И дочь у них такая же! Но дедушка сделал все, чтобы я могла им противостоять. На мотоцикле, который ревет, как все демоны ада, я мчусь по направлению к шоссе. Слежу за дорогой и молюсь, чтобы Вирджиния была дома.

Эту очаровательную пенсионерку я встретила на одном сайте, когда искала, где оставить свой мотоцикл – она сдает гараж тем, кто уезжает в путешествие. А еще она провожает тебя в аэропорт и встречает, когда возвращаешься. Вирджиния постоянно сдает гараж Надеж для ее машины, а я изредка оставляю у нее мотоцикл. Вырвавшись на шоссе, давлю на газ, лавирую между машинами и вскоре подъезжаю к загородному дому, выкрашенному в разные оттенки синего.

Вне себя от волнения, звоню в дверь. И жду, лихорадочно обдумывая план «Б» и даже «В». Надо было позвонить, прежде чем мчаться сюда как полоумная! Но оставить мотоцикл на стоянке у аэропорта я не могу… И не могу позволить Надеж меня ограбить.

– Кассиопея?

Услышав голос Вирджинии, вздыхаю с облегчением.

– Чем я могу тебе помочь?

– Мой мотоцикл…

Она заглядывает мне за спину. Ее серьги звенят, и я вздрагиваю.

– Очень жаль, но я уже сдала гараж, – говорит она.

– Черт!

Я поворачиваюсь налево, направо… Что делать? Времени осталось впритык – ехать в аэропорт нужно прямо сейчас. Ладно, у меня в запасе еще полчаса, которые я всегда оставляю, чтобы побродить в зоне дьюти-фри…

– У меня есть брезентовый чехол, если ты не возражаешь, что мотоцикл останется снаружи, – предлагает Вирджиния.

– Нет, я не…

Дыхание перехватывает. Я готова броситься ей на шею, но сдерживаюсь из чувства приличия. Широко улыбаюсь ей, она буквально спасла меня!

– Отвези мотоцикл, а я принесу чехол. Тебе повезло, что я осталась дома на праздники!

Я киваю. Вирджиния указывает на место между сараем и изгородью. Снимаю рюкзак и сумку и начинаю тщательно укрывать мотоцикл брезентом.

– Мне нужно отойти, клиент приехал! Документы положила на твой рюкзак. – И Вирджиния, помахав мне рукой, уходит.

Как это мило с ее стороны – она сама принесла мне договор на хранение мотоцикла! Я заканчиваю возиться с брезентом и подписываю оба экземпляра договора. Один убираю в рюкзак, другой оставляю на кухне вместе со шлемом, ключами и копией техпаспорта. Выхожу на улицу и вижу Вирджинию – она закрывает гараж.

– Ну как, тебя все устраивает? – спрашивает она.

– Ты моя спасительница!

– Ну и прекрасно. Отвезу вас в аэропорт.

Я киваю и наконец обращаю внимание на ее клиента. Высокий, темноволосый, с трехдневной щетиной и темными глазами – почему-то он сразу вызывает у меня неприязнь. Губы у него тонкие, и от этого он выглядит еще более мрачно. Воротник шерстяного пальто поднят, что усиливает ощущение опасности, которая исходит от этого незнакомца.

– Сяду сзади, – говорю я.

Вся на нервах убираю сумку в багажник и сажусь в машину. Вирджиния за рулем, незнакомец – рядом с ней. Они продолжают обсуждать погоду и путь, который ему пришлось проделать, чтобы попасть сюда. Я слышу легкий южный акцент, и еще один, но какой – понять не могу.

– Ментона? Это же так далеко! – восклицает Вирджиния, трогаясь с места. – А почему вы не поехали в Париж на поезде?

Или на самолете, хочется мне спросить.

Но я не стану вмешиваться в разговор. Достаю телефон и прикидываю, сколько времени до окончания посадки. К счастью, я всегда рассчитываю время с запасом, так что еще не опаздываю, даже учитывая крюк, который пришлось сделать.

– А ты, Кассиопея, куда на этот раз? – интересуется Вирджиния, глядя на меня в зеркало заднего вида.

– В Шотландию. Через несколько дней вернусь, а потом поеду на Бора-Бора.

– Два таких разных направления! – смеется она. – Кстати, моя дочь просила сказать тебе спасибо. Благодаря тебе она решила, куда поедет в свадебное путешествие!

– Осталось найти мужа, – усмехаюсь я.

– Уже почти нашла!

Мы смеемся, однако на губах нашего попутчика ни тени улыбки. Теперь я настроена решительно: хочу вовлечь его в разговор и спрашиваю, куда он направляется. В ответ слышу сухое: «В Эдинбург». Атмосфера становится ледяной и, признаюсь, хочется его стукнуть за полное отсутствие хороших манер. Вирджиния такая классная, так что он мог бы сделать небольшое усилие и вести себя чуть более приветливо.

Не хочется больше его расспрашивать. Я снова смотрю на телефон. Может быть, отправить сообщение Надеж? Или связаться с авиакомпанией и предупредить, чтобы ни в коем случае не отдавали ей наши посадочные талоны?

– Вирджиния, как ты думаешь, смогу я оставить у тебя мотоцикл в конце месяца?

Нужно заранее придумать запасной план, учитывая, как повел себя сегодня мой дядя.

– Если ты согласна, чтобы он стоял там же, где сейчас.

– Это было бы замечательно!

Мысленно подсчитываю будущие расходы и думаю о том, что нужно отправить счет в туристическое агентство.

– Твоя сестра с тобой не летит? – удивляется Вирджиния.

– Мы встречаемся с ней в аэропорту, – отвечаю я.

Внезапно раздается звонок. На экране телефона появляется фотография Надеж, которая корчит рожи на фоне Парфенона. Я набираю побольше воздуха в грудь и подношу телефон к уху.

– Я все еще не получила от тебя ссылку на билеты! Мы с Фредериком хотим занять места в самолете! – верещит она.

Я открываю рот, но не знаю, что сказать. Они решили выбросить меня из моего дела и сегодня приступили к осуществлению этого плана. Подумать только, всего месяц назад Фредерик осыпал меня комплиментами и утверждал, что мой шрам его совершенно не смущает! Не смущает, когда прикрыт волосами или замазан тональным кремом! Но все дело было в том, что Фредерик тогда надеялся занять место Надеж…

– Не волнуйся, скоро буду.

Ее молчание так меня забавляет, что мой чудесный характер дает о себе знать:

– Ты же не собираешься улететь вдвоем со своим приятелем и бросить меня в аэропорту?

– Касси…

– Кассиопея, – резко осаживаю я ее. – Даже ты в состоянии произнести больше, чем два слога!

Надеж издает возмущенное восклицание, а потом, с нажимом произнося мое имя, говорит:

– Кассиопея, тебе давно пора понять!

– Что именно? Что ты решила меня обокрасть?

Хочу напомнить ей о нашем контракте, но в последний момент отказываюсь от этой мысли. Разумнее сначала поговорить с адвокатом – тогда я пойму, чего ждать, если я расторгну договор.

– Я сообщу тебе, когда приеду, – говорю я.

Заканчиваю звонок и набираю номер адвокатской конторы мэтра Мёрена. Секретарша тут же соединяет меня с адвокатом, он только что закончил беседу с клиентом. Мне повезло!

– Здравствуйте, мэтр Мёрен! Это Кассиопея…

– Кассиопея! Как твои дела? Я перечитал контракт, который ты прислала на прошлой неделе. Думаю, некоторые пункты стоит доработать.

Прервав его, быстро объясняю ситуацию. Мэтр Мёрен уверяет, что договор, связывающий меня с Надеж, защищает меня лучше, чем я думала. Например, там сказано, что по истечении срока договора моя двоюродная сестра два года не сможет вести видеоблог. Но есть одна проблема – уведомление о прекращении наших деловых отношений она должна получить письмом. Успеет ли оно дойти до того, как нужно будет вылетать на Бора-Бора?

Если придется взять Надеж с собой, атмосфера в поездке будет, мягко говоря, не праздничной… Но есть и хорошие новости! Следующее путешествие – зимой, и в нем я точно буду одна.

– Я отправлю вашей сестре уведомление о том, что в ее услугах больше не нуждаются, – говорит адвокат. – Достаточно, чтобы кто-то из ее родителей расписался в получении.

И тогда для меня начнется ад… Значит, остается всего неделя, чтобы решить, как быть дальше, ведь по возвращении из Шотландии я точно окажусь на улице. Дядя и тетя взбесятся из-за того, что я так обошлась с их дочерью, хотя военные действия начали именно они.

Смотрю в окно на изящные очертания аэропорта. Я восхищаюсь этим зданием – не знаю почему, ведь на самом деле в его архитектуре нет ничего особенного. В мире много других, гораздо более красивых зданий. Но когда я вижу наш аэропорт, это всегда вызывает у меня всплеск эмоций. Возможно, потому, что для меня он стал символом свободы и встречи с чем-то новым.

Обращаясь к адвокату, говорю:

– На этом я прощаюсь с вами, мэтр Мёрен.

Колеблюсь немного, а потом твердо добавляю:

– Отправляйте письмо.

– Кассиопея, хочу сказать тебе еще кое-что, – говорит адвокат. – Когда она узнает, что уволена, то, возможно, попытается навредить тебе или твоему блогу.

Я морщусь, понимая, что Надеж действительно способна на все, на любую подлость. Ближайшие дни, а то и недели, будут бурными.

– Делай скриншоты, сохраняй голосовые сообщения… – продолжает мэтр Мёрен. – Нужно собрать как можно больше доказательств.

Этот день меня доконает, а ведь он еще даже не думает заканчиваться. Сжав пальцами переносицу, киваю – как будто адвокат может меня видеть.

– И подумай о том, что она наверняка будет делать то же самое.

На этом мэтр Мёрен прощается, не заметив, что я ему не ответила. Чувствую себя оглушенной. Нечто огромное сдвинулось с места и начинает движение, все быстрее и быстрее – всего за несколько дней до Рождества.

Праздники, завершающие год… Я бы и так прекрасно обходилась без них, а теперь еще предстоит разбираться со всем этим…

– Что за…

Машина замедляет ход, и я вдруг вспоминаю, что я в ней не одна. Не желая делиться семейными неурядицами с посторонними, сжимаю губы и смотрю в окно на плотное движение. Несмотря на все, что произошло за это утро, я выбилась из графика всего на пять минут. Значит, к Вирджинии я мчалась, превысив разрешенную скорость.

– Не думаю, что смогу остановиться у входа, – говорит Вирджиния.

– Остановитесь, где сможете, – произносит незнакомец, который все это время хранил молчание. – Дальше мы пойдем пешком. Если только вы не собираетесь развлечь нас еще каким-нибудь разговором по телефону…

Повернувшись вполоборота, он разглядывает меня с истинно британской невозмутимостью. Да, акцент, который я слышу в каждом его слове, определенно английский! Я готова дать отпор, но беру себя в руки и только мрачно смотрю на него взглядом, не предвещающим ничего хорошего. И речи быть не может о том, чтобы позволить себе вспылить в присутствии Вирджинии! Последствия могут быть самыми печальными – вдруг она больше не позволит оставлять мотоцикл у нее?

– Вирджиния, спасибо еще раз, ты очень меня выручила! – говорю я, не обращая внимания на этого типа, который почему-то относится ко мне с такой неприязнью.

– Позвони мне, как только узнаешь, когда возвращаешься!

– Конечно.

Вирджиния останавливается, я выпрыгиваю из машины и открываю багажник.

– Нельзя ли поосторожнее?! – восклицает незнакомец. – Вы меня чуть по голове не ударили…

– Очень жаль, – ворчу я, вскидывая сумку на плечо.

Я едва успеваю схватить рюкзак, как он захлопывает багажник, заставив меня отпрыгнуть, чтобы не получить крышкой по голове.

– Нельзя ли поосторожнее?!

– Очень жаль, – передразнивает он меня.

– Что за детский сад! – фыркаю я, поднимаясь на тротуар.

Обернувшись, машу рукой Вирджинии и направляюсь к зданию аэропорта. Войдя, смотрю на табло и, ориентируясь по указателям, направляюсь к стойкам регистрации. Повторяя «извините» и «прошу прощения», прокладываю себе путь среди тех, кто путается под ногами.

Вдруг останавливаюсь, сообразив, что не вижу логотип нужной мне авиакомпании. И тут на меня налетает тот, кто идет следом. Собираясь извиниться, оборачиваюсь… и вижу незнакомца из машины Вирджинии. Он холодно смотрит на меня.

– Что вы тут делаете? Только не говорите, что вы киллер, а я ваша будущая жертва. Я буду кричать!

Он хмурится, кажется удивленным, но на его лице тут же снова появляется флегматичное выражение.

– Вы что же, думаете, что киллер так и скажет вам, кто он, – посреди аэропорта, где полиции на квадратный метр больше, чем пассажиров? – спрашивает он столь невозмутимо, что со стороны и не скажешь, что мы обсуждаем возможное поведение убийцы.

– А может, это ваш фирменный стиль…

Он смотрит куда-то наверх, потом поворачивает направо:

– Туда.

– Нашли идеальное место, где самый дерьмовый день в моей жизни станет и последним?

– Кассиопея, – говорит он, отчетливо выговаривая каждый слог, – а что, если я из тех, кому нравится, когда у кого-то случается «дерьмовый день»? Что, если я счастлив, когда другие несчастливы?

– Тогда держитесь поблизости от меня и отлично проведете время. Пока вас не арестуют за преследование!

Его губы снова изгибаются в улыбке, которая так бесит меня.

– Вы помните, что я лечу в Эдинбург? – шепчет он, наклоняясь ко мне.

О черт!.. Я обреченно смотрю на стойку моей авиакомпании. Судя по всему, он летит тем же рейсом.

– Ну, самолет-то большой, – говорю я, подходя к стойке.

– Зато мир тесный…

2

17 декабря, утро

Аэропорт Руасси – Шарль-де-Голль

Стою в очереди. Женщина передо мной пытается успокоить сына, который так перевозбужден, что не может стоять на месте. Чередуя нежные угрозы и яростные обещания, она уговаривает его прекратить «этот цирк», надеясь, что он не будет так себя вести до самого Манчестера. Радуясь, что она летит не моим рейсом, отправляю сообщение Надеж.

Я на регистрации. Тащи сюда свой чемодан.

Мы отправляемся в road trip по Шотландии. Турагентство, которое меня пригласило, договорилось с туристическими бюро в графствах, через которые нам предстоит проехать. Мы должны выставить оценки гостиницам, где будем останавливаться, агентствам по аренде машин и разным достопримечательностям.