Дыра Мира

ОТ АВТОРА

Роман написан под впечатлением цикла А. Кощиенко «Одинокий демон».

Продолжение повести "Одинокий демон и Беглая невеста" и романа "Одинокий демон Жезл судьбы".

Отредактированный вариант романа "Одинокий демон в Дыре Мира"

но ВСЁ НЕ ТАК, КАК КАЖЕТСЯ

ЭПИЛОГ ПРЕДЫСТОРИИ

На стыке Вселенных удобно расположился Мир магии, населённый разными расами и очень похожий на родину Читателя.

Если Читателю покажется, что перед ним «Романтическое Средневековье», то местное население кривясь и сплёвывая называет его «ублюдочным».

Стратегически важное положение притягивает к Миру внимание спецслужб из ближних Вселенных. Демонами заброшены агенты для встречного прокола пространства и организации вторжения. Первая попытка не удалась.

Процесс подготовки к прорыву изложен в романе «Одинокий демон и жезл судьбы». Сразу после удара жезла стартует роман, представленный вниманию Читателя.

Планетная система весьма похожа на родную нам Солнечную с эквивалентными названиями небесных тел и физическими условиями, с небольшим, но существенным отличием – есть магия.

Для удобства Читателя физические и математические единицы, меры длины и веса, коды социального статуса и тому подобное переведены Автором в привычные понятия.

Обследованная часть планеты состоит из Материка, Океана и отдалённых архипелагов.

Автору известны следующие государственные образования: Империя Элитания со столицей в г. Тайлор, территории малых рас, Островная Империя. Мелкие владения поместных держиморд также представлены, но существенного значения не имеют.

Социально-экономический строй Читателю привычен – от рабовладельческого до раннекапиталистического. Форма правления в обозримом пространстве монархическая с разной степенью ограниченности, но есть некоторые сомнения по поводу Островной Империи.

Стеффания Дерски, баронесса, студентка тёмного факультета магического университета;

Элиодор Ван Альст, княжич, прошлая инкарнация Агента;

Элларион Альтанос, конюх, реинкарнация Агента;

Рината, младшая сестра Э. Альтаноса;

Хельга, богиня смерти;

Диная, богиня жизни;

Ирина, богиня любви;

Койин, бог торговли;

Судьба, богиня судеб;

Агата, мать Э. Альтаноса;

Иппол, отец Э. Альтаноса;

Айдария Рубинберг, Ж1, графиня, старшая сестра Элиодора;

Чартон Ван Альст, М1, князь, отец Элиодора, темный маг;

Люнелла Си, она же ЛюНюИн Хоу Си, она же княгиня Ван Альст, мать Айдарии и Элиодора;

Памба Вау-дон-Суруна, барон, наместник Императора в Арканаре;

Рионах, баронесса Вау-дон-Суруна, урождённая Дойл;

Альвар Хагме, Император Элитании;

Георг, принц, старший сын Альвара Хагме;

Диний, принц, младший сын Альвара Хагме;

Модестус, ректора университета, великий маг;

Элеонора, магесса, декан лекарского факультета;

Ник Саймари, барон, преподаватель темной магии;

Ариана Та’вора, маркиза, студентка магического университета;

Ролита, служанка при С. Дерски;

Коллахан Ронги, виконт, гвардейский офицер.

Глава 1. ОКОНЧЕН БАЛ

... вплотную подошла к Императору и тихим голосом обратилась.

— Государь, прошу выполнить одну просьбу и решить мою судьбу.

Император крякнул и, отогнав жестом советников и охрану, так же тихо спросил.

— Какой же судьбы хотите, вы, истинная госпожа?

— Прошу вас, Ваше Величество, позволить родить и самой воспитать вашу внучку.

Альвар Хагме задумался, потирая рукой подбородок. Так продолжалось несколько минут. Придя к решению, Император взглядом подозвал к себе адъютанта и на ухо отдал ему распоряжение. Офицер направился к гостям, кого-то выискивая.

— Баронесса, в одной отдалённой провинции, в окрестностях города Арканара, от моего имени управляет барон Памба Вау-дон-Суруна. Несколько лет назад он овдовел, но вновь обрёл семейное счастье. На взморье, по соседству с владениями барона, есть небольшой охотничий замок. Там вам будет уютно и безопасно. — Альвар кивнул в сторону подходящей пары.

— Ваше Величество, вызывали? — осанистый здоровяк и его стройная спутница замерли перед Императором и баронессой.

— Да, барон, поручаю вашим заботам эту достойную молодую особу, баронессу Стеффанию Дерски.

— Рад знакомству, баронесса. Представляю вам мою супругу, баронессу Рионах Вау-дон-Суруна, урождённую Дойл.

Император обернулся к принцу и испуганной принцессе, прячущейся за спиной брата. Принц был бледен и хоть и стоял прямо, положив руку на эфес палаша, но было видно, как ему страшно от близости к Стеффании — хрупкой девушки в белоснежном платье, которая несколько минут назад пробила навылет голову чудовища в образе сотрудника Университета. Его тёмное тело, пришпиленное к паркету тамбурмажорским жезлом, лежало посреди зала. Через выбитую глазницу продолжала вытекать кровь, но не разбегалась вокруг липкой лужей, а уходила под тело и чудилось, что она втягивается неведомым зевом где-то на груди или животе поверженного и вновь изливалась через рану на черепе. Из затылка, из черных волос архивариуса Университета торчал увитый разноцветными лентами штырь, его остриё, вышедшее через левую глазницу, глубоко раскололо паркет и вошло в подстилающие лаги. Выбитый глаз на ниточке нерва покачивался, а блики солнца, падающие сквозь стрельчатые окна парадного зала, рисовали на нём щелевидный зрачок, будто оглядывающий собравшихся. Такой же зрачок судорожно метался по диску эмблемы Тёмного факультета, который Стеффания сбросила вместе с остатками мантии в шаге от тела сокрушённого однокурсника, товарища и друга.

Принц, на глазах всех отшатнувшийся от Стеффании, теперь стоял без кровинки в лице судорожно шаря глазами по лицу Императора в ожидании его команды. Альвар моргнув призвал своих младших наследников приблизиться. Когда все собрались вокруг баронессы, оказавшейся в центре монаршего полукруга, Император обратился к ней голосом полководца перед строем войска, только что одержавшего победу в безысходной ситуации.

— Баронесса, мы благодарим вас за проявленную решимость, смелость и находчивость! Империя не забудет вашего подвига!

Принц молчал.

— Да, баронесса, — глупо подхихикивая, затараторила принцесса, — Вы настоящий пример девушки-воительницы, стройной и бесстрашной одновременно, с приятным цветом лица и крепкими кулачками, наряд восхитителен, надеюсь, маникюр не пострадал, когда вы махали этой дубиной?

Принц молчал.

— Благодарю вас, Ваше Величество. Признательна, Ваше Высочество. — Стеффания на негнущихся ногах с поникшей головой стояла перед августейшим Семейством.

Принц молчал.

Император, увидев блик, проползший по щеке девушки и упавший мокрым пятнышком на подол, обратился к барону Вау-дон-Суруна:

— Барон, не забывайте нас, надеюсь увидеться на осенней охоте.

— Всенепременнейшим образом, Ваше Величество! Моя супруга и я благодарим Ваше Величество за приглашение и спешим приступить к приготовлениям. — в конце речи барона Памба прозвучала еле заметная вопросительная интонация.

— Да, можно уже и приступать.

Барон сделал низкий поклон Императору и его отпрыскам, так же низко присела в реверансе рыженькая урождённая Рионах Дойл, а ныне баронесса Вау-дон-Суруна. Только баронесса Стеффания Дерски, наклонив голову, стояла без движения, сцепив до судороги перед собой пальцы.

— Я буду помнить вас, баронесса. — наконец раздался тихий голос принца.

— Да, да. — выдохнула Стеффания, развернулась и пошла прочь, всё так же не поднимая глаз и не расцепляя рук.

Переступив через торчащую из-под чёрного кожаного сюртука, обутую в эльфийский полусапожок ногу, убитого ею княжича Элиодора Ван Альста, она ни на мгновенье не замедлилась и не поменяла траекторию движения. Будто сквозь лесной туман шла она среди гостей по красной императорской дорожке, по которой час назад, опершись на руку Элиодора, совершала антре. (примечание Автора: франц. Entre’e — торжественный выход в пиршественный или бальный зал)

Скользнув глазами по красному ковровому покрытию, она замерла что-то вспомнив, и пошла дальше, уже аккуратно придерживая расцепившимися руками передний край белоснежного подола. Девушка вспомнила напутствие Элиодора: «Красота женщины в смехе и улыбке». Подбородок её приподнялся, губы улыбнулись, чуть прищуренные глаза смотрели сквозь и поверх надменных эльфов, любопытных дипломатов, растерянных студентов и студенток, настороженных преподавателей, завистливо-презрительных благородных матрон, не понимающих грандиозности только что случившегося городских старшин и их жён, уже что-то жующих. Только блестящие капельки продолжали смущённо скользить по щекам опутанною тоской обыкновенной девушки.

«У вас о-бе-их всё хо-ро-шо!» — сказали ей губы магессы Элеоноры, декана Лекарского факультета, на краткий миг появившейся в толпе.

На ступенях парадного зала идущую в никуда Стеффанию догнали барон Памба Вау с женой и повели через университетскую территорию на выход. Вокруг царил беспорядок, вырванные бордюрные плиты и остатки скамеек были разбросаны по взлохмаченным газонам среди ободранных деревьев. Дымный вихрь поднимался над лужей вскипающего бурого стекла рядом с руинами фонтана. Что-то оплавленное и гранёное поднималось в районе теплиц, оттуда доносился треск базальта, стремительно остывающего и разламывающегося от возникших напряжений. Рядом с университетской столовой к вершинам нескольких оставшихся в удовлетворительном состоянии секвойных дубов поднимались сверкающие колонны, на первый взгляд — рубиновые, изумрудные, сапфировые и ещё какие-то, возможно, хризоберилловые. Тут и там в низинках и впадинах собирались металлические лужицы жёлтого и белого расплавов.

Барон Памба впереди, с обнажённой саблей, вёл своих спутниц через разорённый, покорёженный двор Университета. За воротами, отделившись от толпы испуганных слуг, к ним присоединились двое мечников личной охраны и выставив в стороны оружие стали прикрывать женщин.

— Сохраняйте спокойствие духа и ждите своих господ. — зычно крикнул в окружившую их толпу барон. — Никто не пострадал, порядок восстановлен. Слава Императору!

— Слава Императору. — вразброд ответила толпа и стала расступаться перед вооруженным конвоем.

На Университетской площади из трактиров и кафешек начинали осторожно выбираться любопытные. Все с удивлением рассматривали лошадиные трупы, почёсывались в недоумении и спрашивали друг друга – что это было и ждать ли повторения? В вялой суете возчики бродили вокруг своих разорванных и посечённых лошадей. Больше ничего не напоминало о событиях, произошедших четверть часа назад — ни один фонарный столб не покосился, ни единого стекла не треснуло, не увял никакой из цветов в горшках на подоконниках и балконах.

— Где наша карета? — барон смотрел на одного из своих бойцов.

— В Суконном переулке, Ваша милость, где и оставили. Только лошадей в упряжи не достаёт, как видите. — мечник кивнул в сторону площади.

— Ясно. Идём пешком. Здесь наши дела закончены.

Вооружённый отряд во главе с бароном двинулся к гостинице «Золотой коготь», где сдавались апартаменты для размещения со всеми возможными удобствами. Молодые женщины держались вплотную друг к другу и следовали в центре боевого треугольника, образованного бароном и его слугами. Мужчины обнажёнными клинками отводили в стороны встречных прохожих, не забывая отслеживать тылы. Стеффания быстро бегала глазами по крышам и окнам домов. Супруга барона, Рионах, непрестанно лепетала о том, как она напугана, что не ожидала увидеть в Столице ничего подобного, успокаивала Стеффанию, а на самом деле себя саму — в чём несколько раз призналась, что барон защитит их, что им уже ничего не угрожает, что всё страшное осталось за спиной, что она не будет пла-а-а-а-а-кать ... И, вцепившись в локоть Стеффании обеими руками, тихонько скулила до самой гостиницы, испуганно хлопая ресницами.

На полпути к гостинице их нагнал преподаватель тёмной магии барон Саймари. Он, отдуваясь от неприличного для дворянина бега, занял место в арьергарде и закрыл группу сферой чуть матового щита. Восстановив дыхание и утерев лицо платком, пошутил, что бегущий дворянин в мирное время вызывает смех, а в военное — панику. Напряжение ослабло, даже Рионах продолжала скулить не так истово, но локоть Стеффании не выпускала. То ли потому, что в городе действительно оставалось достаточно безопасно, то ли потому, что о серых щитах обыватели судачили только с привязкой к Императорской фамилии, но путь до гостиницы не отметился ничем примечательным.

В отеле Стеффанию провели в одну из комнат, это были покои Рионах, и оставили одну отдохнуть пока хозяева спешно упаковывались. Служанка принесла поднос с фруктами, выпечкой и графинами, наполненными водой и соком. Дерски воспользовалась помощью горничной — переоделась в дорожный костюм, предоставленный баронессой Вау, и умылась, после чего села в одиночестве у стола, оглядела комнату, уставленную более-менее однотипной мебелью, занавески и обои приятных спокойных тонов, постель с шёлковыми простынями, и задумалась.

Учёба в Университете для меня закончена. Беременность, роды, воспитание дочери – в ссылке под надёжным присмотром. Мои родные в фактическом залоге, их судьба полностью зависит от того, как я покажусь Семье и Империи. Император не нарушит данное слово — мы с дочерью будем вместе. В относительном уюте и безопасности. По крайней мере, пока жив Император, возможно, пять или даже десять лет. Как ко мне будет относиться приемник? Георга я совсем не знаю, да и Диния тоже, оказывается.

Аккуратно промокнув набежавшую слезу, девушка налила себе воды и не торопясь отпила несколько небольших глотков.

Элеонора сообщила, что у нас с дочерью всё хорошо, будем надеяться и стараться, чтобы так и оставалось. Девочка будет в безопасности — никто не посмеет покуситься на императорскую кровь. Другое дело я — тёмный маг, сильный маг, не принесший клятву крови, но сам уже неоднократно попробовавший её. В отношении меня возможны всякие варианты, Империя доложит Императору, что так было нужно, и он не сможет не согласиться. Какие же обороты допустимы? Выдать меня замуж, как настаивала матушка, как Элеонора намекала на осмотрах, да и я сама всегда держала этот курс в голове. Связать клятвой крови и отправить как мага-недоучку в дальний гарнизон на веки вечные. Убить, в конце концов. Кстати, это может случиться при любом из раскладов, только дождутся благополучных родов. Моя стратегическая линия на эти несколько месяцев — хранить верность Империи, молчать, улыбаться и строить планы. И строить планы!

— Ариана, следуйте за мной. — магесса Элеонора выдернула меня из студенческой толпы и, не оборачиваясь, направилась в сторону жилых корпусов. — Через полчаса к вам прибудут носильщики, до этого времени вы должны собрать вещи баронессы Дерски, которые ей могут понадобиться в дороге и на первое время по прибытии. Туда же уложите все её учебники и конспекты. В пути ей могут понадобиться некоторые снадобья — положите этот пакет с запиской от меня. В дорогу выберите два самых больших кофра, но только два. Оставшиеся вещи упакуйте без остатка — в комнате должна остаться только казённая мебель.

— Могу я оставить себе что-нибудь на память?

— Не рекомендую. У вас вся жизнь впереди, не стоит делать опрометчивых поступков, которые могут непредсказуемо повернуть вашу дорогу.

— Если кто-то зайдёт, как я объясню своё нахождение в комнате Стеффании?

— Никто не зайдёт. Об этом уже побеспокоились.

— Как я пойму, что за вещами баронессы зашли именно те люди? Вы будете с ними?

— Вот вам медальон, посыльный подаст красный камень, точно ложащийся в этот паз. — в руку маркизы лёг белого золота ромбовидный кулон на кожаной тесёмке. По его углам зеленели изумруды, а в центре пустовало фигурное место для ещё одного камня.

— А если камень не подойдёт?

— Какая же вы дотошная! Тогда визжите! Что вы ещё можете после первого года обучения. Вот вам ключ от комнаты баронессы, открывайте. — преподаватель со студенткой как раз зашли в подъезд и начали подниматься к комнатам Арианы и Стеффании.

— ИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ

Вспышка, удар, что-то покатилось, застучало, звон разбитого стекла, топот, вскрик, удар, вскрик, удаляющиеся прыжки с крыши на крышу.

— ИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ

— Хватит визжать, Ариана!

— Я больше ничего толком не умею.

— Вы успели его рассмотреть?

— Её.

— Это была женщина?

— Мне так показалось.

— Стоять! Не двигаться! — в подъезд влетели несколько крепышей с боевыми амулетами наготове. — А, это вы, госпожа Элеонора! С вами ничего не случилось? Кто так страшно визжал?

— С нами всё в порядке, проверьте своих людей на крыше. Готова оказать им первую помощь при необходимости.

— Кто на вас напал?

— Ищите женщину в чёрном ...

— Рост — два аршина пять вершков. Фигура спортивная. Плечи средние, горизонтальные. Грудь средняя по ширине, второго размера. Спина средняя, ровная. Руки средние, тонкие. Ладони средние, пальцы длиннее среднего. Ноготь на безымянном пальце правой руки посинел от удара. Ноги длинные, мускулистые. Ягодицы средние, округлые. Талия тонкая. Шея длинная. Голова круглая, лоб низкий, подбородок чуть заострён. Нос небольшой, прямой. Рот крупный, губы чуть припухлые. Брови с изломом, глаза карие. Кожа светлая со смуглостью. Волосы тёмно-каштановые, прямые, до плеч. Одета в чёрный костюм трико. Чёрный пояс с небольшим подсумком. Чёрные перчатки. На голове платок, закрывающий всё кроме глаз. На ногах чёрные ботинки чуть выше косточек, на шнуровке. Подошва с поперечными рёбрами в виде зигзагов. — добавила Ариана. — Мне так показалось.

— Имени, вы её нигде не заметили? Или особых примет? — вполне серьёзно спросил старший из крепышей.

— Буква «Т» на пряжке ремня выцарапана. И ноготь на правом безымянном повреждён.

— Она же была в перчатках.

— Перчатка порвалась о какой-то гвоздь. Можно поискать оставшиеся нитки.

— Если это имеет смысл. — подхватила преподаватель и продолжила. — Напасть она на нас не посмела, эта доблестная девушка успешно подавила её волю. — магесса демонстративно указала на потупившуюся маркизу Та’вора. — И уже второй раз за день заменила собою имперскую службу безопасности. Третьего такого провала нашей доблестной охраны я не допущу и буду с вами рядом, Ариана, до конца сборов. Заходите. Что мы толчёмся перед дверью? Замок, надеюсь, не сломан?

Упаковка вещей проходила быстро. Элеонора отбирала вещи для Стеффании, а Ариана укладывала их в дорожные кофры. В сторону были отброшены туфли на каблуках, всё приталенное и облегающее.

— Это ей в ближайшие полгода не понадобится. — пояснила Элеонора Ариане, всё равно ничего не понявшей. — А вот этот свитерок и плед из козьего пуха – очень кстати.

Когда два носильщика забрали дорожные кофры и под охраной гвардейцев убыли в неизвестном направлении, магесса Элеонора распорядилась принести ящики для оставшихся вещей.

— Четыре «троечки»! — крикнула она в проём двери, и через несколько минут там появились короба соответствующего размера.

— Было время, когда мне приходилось регулярно переезжать с места на место, так что глазомер у меня выработался. — пояснила магесса.

Укладывая вещи в «троечки», Элеонора не очень стремилась к аккуратности, и Ариана жалобно застонала, когда увидела в решительных руках медика туфли с изящными тонкими каблуками. Элеонора услышала этот писк, посмотрела на девушку, проследила её взгляд до своих рук, усмехнулась и протянула студентке предмет девчачьего вожделения: «Это тебе за наблюдательность. Только не сломай себе ноги».

— Барон, муж мой, все основные тюки увязаны. Осталось несколько коробок с покупками, которые мне не подошли, их я оставлю в гостинице с запиской на возврат. Баронессе немного маловат мой дорожный костюм, но больше предложить ничего не смогла.

— О баронессе беспокоиться не стоит — из Университета прислали два объёмистых кофра с её вещами и тётушку в услужение. Сейчас запрягают свежих лошадей, через полчаса можем трогаться.

— Где вам удалось раздобыть лошадей?

— Наш Государь прислал из своего загородного табуна. Но мне показалось, что они недостаточно привычны к тяговой упряжи. Надеюсь, не придётся с ними мучиться. А как наша спутница?

— Ни на секунду не прилегла. Сидит час как, всё молча. Ничего не ест, только выпила воды. Никого ни о чём не спрашивает, смотрит перед собой. Ни слезинки не проронила.

— Не было бы с ней проблем в дороге? Саймари пообещал заехать попроведать её в конце лета, а до того будем с нею сами хороводы водить.

— А что там, в вестибюле этот Саймари делает? Он разве не ушёл? Я думала – он нас только до гостиницы проводит.

— Сидит в уголке, коффай пьёт, всё чинно-благородно. А вокруг гостиницы щиты подняты. Серые щиты, моя дорогая!

— Зачем такой драматизм? Город что, недостаточно всполошили?

— Там виднее. — барон указал пальцем наверх. — А нам только бы добраться до родного очага, до милого дома. — Памба нежно облапил свою молодую жену и прильнул к её ласковым губам ...

Погода великолепная, небо по большей части чистое. Навестили старшего брата. Маленький братец читал перед гостями стихи собственного сочинения, удостоился общего внимания, принял горячие поздравления и убыл не сказавшись. Витрины столицы меня порадовали лишь отчасти, заботы торопят домой. Из сувениров везу только брошь с редким тёмным камнем. Надеюсь, подскажете хорошего ювелира для его переогранки.

Преданная вам М.

Глава 2. ЭЛИОДОР – НОВОЕ ТЕЛО

Как она меня хорошо вышибла! Напрочь! Из тела Элиодора я вылетел через левую глазницу одним сгустком. Никак не расплескавшись, моя душа, моя сущность, демонский абсолют, продолжил движение, заданное дурацкой палкой, увитой лентами и достаточно острой, чтобы пробить теменную кость справа и выйти аккурат через левую глазницу.

Не надо удивляться, что у Стеффании, дворянки не закалённой в переноске тяжести и молотобойном искусстве, хватило мощи на такой удар — в Призыве межмирового туннеля я тратил все доступные ресурсы, не исключая и тело этого Ван Альста, все имеющиеся его силы, таланты и мечты, его мышцы, кровь и кости. Конечно, в основу Призыва шла энергия солнечной системы, её планеты отдавали энергию движения. Этот напор дополняли маги и их амулеты, энергия внутреннего ядра планеты и жизненные силы окружающих живых существ. Особенно много скрытой силы оказалось в лошадях, моё заклинание рвало их и радостно питалось освобождающимся темпераментом. Но тонкую настройку приходилось доводить ближними ресурсами. Именно поэтому так много внимания пришлось уделять расстановке фигур вокруг, манипулировать их настроением, подстраивая с фазами планетарного движения. Сам призыв был безобидными словами псевдопророчества:

«В год, когда Меркурий, Марс, Венера возвращаются назад.

Демон чужого мира, ищет путь домой.

Великий приведен как пленник из чужой земли.

Когда потухнет огонь, девственницы предадут»