- -
- 100%
- +
Восстановился солдатик на третий курс и продолжил обучение. Были на курсе три лучших студента. Впоследствии, Женя, после удачной женитьбы, стал директором техникума. Виктор Маркович, удачно женившись, защитил впоследствии докторскую диссертацию, стал директором института. А вот самому умному, Семёну Гельштейну, не так повезло, ибо всю жизнь проработал инженером-конструктором в ПКО организации, ушедшей из памяти. Вероятно, виновата была спутница жизни. Ибо в помощь Адаму определена была Ева не для красного словца, а по причине слабой эффективности самого агрегата единичной мощности. Без привода.
Нет, конечно, ещё были попытки Зинаиды Мироновны оженить сына на доброй и верной соседке. Но попал в то время Евгений в поле зрения другой более умной властной женщины, остальное было лишь делом времени. И ругалась мать Жени, и плакала, всё перепробовала. Даже свидетельство о браке сжигала. Не помогло! Видел я фото их серебряной свадьбы. Постаревшие студенческие лица, радость, смех. Уверенность в завтрашний день. У Зинаиды Мироновны не было ни малейшего шанса остановить ход истории.
Нельзя сказать, что сразу всё стало гладко и ровно. На далёком сентябрьском Пленуме ЦК КПСС 1953 г., о котором сейчас и вспоминают только историки, были намечены меры, направленные на укрепление колхозов и совхозов, на подъем сельскохозяйственного производства. Для лучшего использования сельскохозяйственной техники в штаты МТС были зачислены на постоянную работу трактористы, комбайнеры, машинисты и инженеры. Местные сельхозхозяйства, укрепив свои МТС, стали требовать ремонтников и их руководителей. Евгений в это время работал инженером в СУ «Лисхимстрой». Жена работала в ПКО этой организации. Тут и пришла светлая мысль партийных руководителей, задействовать молодого инженера в недалёком сельском МТС для ремонта сельхозтехники. Коммунист ты, или где?
Первую встречу с чудным (ударение на второй слог) головой совхоза, отец рассказывал мне раз десять, забывая о том, что уже делал это, но совершенно не меняя текст и эмоциональный оттенок. Пожилой руководитель села, взглянув на молодого умненького механика, спросил, знает ли тот, что такое комбайн. И не дожидаясь ответа промолвил: «Это машина!!!». Супругов подселили в дом местной «дехканки», имеющей гадящего кота. Как итог – у нас никогда не было кота, кошки, даже котенка. И это при наличии мышей. Не знаю, чем была полезна колхозу матушка, а Евгений целыми днями, иногда и ночами, пропадал в МТС, где запчасти были редкостью, а сроки ремонта предельно сжаты. Сельскую жизнь он ненавидел. От скуки, стал Женя разводить кролей и те, в свою очередь, начали высокоэффективно размножаться. Затем случился мор. Умные люди посоветовали городскому дилетанту выпустить животных, дать им побегать. В итоге, лавины животных, бесконтрольно размножаясь, стали проникать на чужие соседские поля и огороды, вынося всё съедобное. Набеги были весьма результативны, пошли жалобы. Шустрый инженеришка предложил соседям, считать собственной добычей каждое пойманное существо. Наступил желанный мир, связанный с прекращением факта наличия животных на полях и появлением оных на столах и в банках. Становиться сельскими жителями мои будущие родители не явно хотели.
Однажды, приехав в гости к своей матери, уже сельский инженер заметил неподалёку приличную толпу. Рядом с родимым домом располагался химико-технологический техникум, а народ собрался в это время для организации похорон одного из преподавателей. Евгений подошел и спросил у пожилого дядечки имя покойного и прочее. Завязался разговор и оказалось, что собеседник является директором техникума и ему ну просто позарез, для продолжения учебного процесса, нужен преподаватель, по специальности – механик. В то время, обучение молодых было важнее организации ремонта нескольких комбайнов «Нива».
Так сложились звёзды, молодые Гайворонские вернулись в родной город. Лида стала преподавать черчение в ремесленном училище, затем перебралась в соседний индустриально-педагогический техникум. Она была счастлива. И от работы, и от города, и от мужа. А затем появился Я!
В детстве любил рассматривать фотографии родителей, сделанные в период «до меня». На них были молодые Женя и Лида, весёлые, беззаботные. Счастливые лица. Уже взрослым, я всматривался в фото, где они уже со мной и замечал разницу. Они стали довольны жизнью. Появился смысл. Семья!
Альбомов было аш (!) три! Огромных, тяжелых. И на всех фотографиях был я, и были они со мной. Вот в три месяца я хитро улыбаюсь, полусидя в кресле. А вот отец держит меня в одной руке и смотрит на меня, а я на него. Мой взгляд внимательный, его – влюблённый! Второй альбом посвящен первым школьным годам. Третий – старшим школьным. Есть и четвёртый альбом, свадебный. Отец с грустью смотрит на меня, бросающего всё ради неизвестной девчонки.
Мне нравилось с отцом вместе работать, говорить, спорить, доказывать. С младых лет. Доказывал ему, к примеру, что все беды от фронтовиков. Мол пришли, такие нарядные, в орденах, отодвинули хозяйственников заслуженных и стали руководить. Не умея! Папа сопротивлялся, я настаивал. Он пытался протестовать, но куда ему было тягаться с моей горячностью. Сдавался, правда оставляя свою веру при себе. Это было мягкое неназойливое упрямство, зарожденное ещё в детстве и часто выручающее его в зрелые годы. Оставаться самим собой!
Когда пришла беда, он старался верить мне, что онкология не приговор. Старался выразительно улыбаться при этом. Врачи не стали оперировать, ввиду возраста пациента и стадии развития болезни. Облучаясь, отец старательно верил в лечение, при химиотерапии очень уставал, но не сдавался. И только слабея с каждым днём, постепенно переставал верить в удачу. Смирился с неизбежным. За несколько дней до его смерти, мы с супругой ночевали у них. От накатившего чувства неизбежного, у меня рухнула иммунная защита, подскочила температура свыше сорока одного градуса. Меня колотило под тремя одеялами. Папа подошёл к моей перепуганной жене и слабым голосом попросил: «Ты береги Борю!». Когда наступили последние минуты его жизни, я удалил из дому и маму, и супругу, гладил сидящего в кресле нашего Женю по голове и приговаривал: «Держись солдатик, держись!».
Так тихо и умер человек, любивший меня только за то, что я есть в его жизни, уважавший меня, гордившийся мной. 11 января 2001 года закончил свой жизненный путь наш гвардии старшина. МОЙ ПАПА!!!
P.S.
Иногда пытаюсь понять, смог бы без такого отца стать таким неплохим (прошу простить мою нескромность) человеком, каков я есть? При встрече, улыбающегося соседям, просто прохожим. Любящим своё и ценящим чужое. У меня нет ответа, но вспоминая о нем, становится светлее на душе. Каждый раз!
Мой отец не говорил мне, как жить. Он жил и позволял мне смотреть, как он это делает
Кларенс Будингтон Келланд
АБСТИНЕНТ
Алкоголь – это анестезия, позволяющая перенести операцию под названием жизнь
Джорж Бернард Шоу
Да кто я такой, чтобы не пить!?
М. Жванецкий
Все люди разные. Во всем многообразии легко затеряться, стать незаметным. Спрятать ум вообще не представляет труда. Он нужен только тебе и неприятен многим. К сожалению, могу честно признать, что выделяюсь если не от всех, но многих, только моим отношением к алкоголю. Любой концентрации, консистенции и природы возникновения. Эта история насчитывает не одно, да и не два десятилетия. Я не пью с …детства! Почему бы не рассказать.
Ваш покорный слуга прожил у своих приемных родителей долгую и счастливую жизнь. В первое десятилетие наших отношений, мама шибко переживала за такой внезапный фактор ка наследственность, поэтому пичкала сынишку наставлениями, а когда я стал самостоятельно и с увлечением читать все, что попадется на глаза, то и книжками по моральному воспитанию. Так как полные собрания сочинений Макаренко и Тендрякова в доме были постоянно, а Ги де Мопассан отродясь не водился, направление нравственного воспитания было принято верным. К отрочеству я досконально знал, что такое хорошо и чем оно лучше, чем плохо. Самое главное, знал почему!
От алкоголя отказаться не сложно, сложно понять, для чего это нужно
Плутарх
Сколько помню себя в детстве, родители частенько устраивали у себя веселье. По любому поводу и без такового. Объяснялось это просто. У нас был большой частный дом, где можно потанцевать и большой двор, где можно разгуляться, покурить, походить, подышать. В основном все друзья проживали в квартирах соседнего с нами города и с огромным удовольствием приезжали к нам. Схема была проста, выбирались наименее пьющие, в их машины загружались другие, уважающие спиртное, и осуществлялась тридцатиминутная поездка, включающая загрузку и выгрузку пассажиров. И празднование понеслось!
Именно в этот период я визуально познакомился с алкоголем. Он стоял на столе, перекочёвывал в бокалы, стопки, рюмки и исчезал во время тостов в моих родителях и гостях. Я наблюдал изменения в поведении присутствующих. Мой ещё детский мозг анализировал отличие в реакциях разных организмов на умеренные дозы спиртного. Вот, к примеру, отец становился капризным, его эго вспоминало все обиды «подкаблучного» существования и аккуратно мстило. Мне не нравился выпивший отец, а вот мать его вообще не переносила. Природа подарила ей головную боль после второй рюмки, поэтому она была трезва и внимательна. Часто, после таких посиделок, отец целый день подвергался обструкции, а однажды, когда его нетрезвый, но гордый дух, заявил матушке при всех фразу: «Высказалась и брысь под лавку», виновник три дня кряду вымаливал прощение.
Мой любимый крестный, дядя Ваня Калюжный, был великолепен подшофе. Будучи потомственным сибиряком, он обладал очаровательным тембром голоса, который алкоголь только усиливал. Выпив, он приходил в мою комнату и долго разговаривал со мной и рассказывал разные истории. Дядя Андрей Калашников становился ещё искрометнее, чем был, хотя он и до этого не слыл тихоней. Виктор Маркович всегда выполнял обязанности шофера.
Матушкины подруги не выделялись. Ни до приема алкоголя, ни после. Возможно дозы были малы. И только тетя Надя, жена моего крестного, могла уйти из зоны общего комфорта и, нарушая принятые правила, целовать чужих мужей. За что и была отлучена. Вместе с моим дядей Ваней.
Что я вынес из того периода знакомства. Красота этикеток, разнообразие. Звон рюмок, смех и музыка.
Мари не может стряпать и стирать,
Зато умеет петь и танцевать.
Еще Мари умеет, говорят,
Из тряпок дивный сшить себе наряд…
Однажды я спросил отца, почему ему нравится пить спиртное. Улыбаясь, он ответил, что вкус алкоголя ему не нравится, но вот организация и проведение самого праздника вызывает неподдельное удовольствие. Значение словосочетания «активатор процесса» в то время было мне не знакомо.
Сладость вина знает только пьяный. Какая радость от него трезвому?
Мухаммед Бабур
В старших классах школы я смог более близко познакомиться с алкоголем. Где-то в седьмом классе я даже попробовал его, выпив полстакана портвейна «777», именуемом в народе «три семёрки». Подробности, связанные с местом, источником финансирования, временем суток, сезоном, совершенно выветрились из памяти, как не нужный мусор, а вот ощущения горячих щек и ушей осталось. Как и гул в голове. И мне это не понравилось. Вообще! В этот период, мне попалось на глаза слово «абстинент», прочел, что так называют тех, кто отказывается вообще от употребления спиртного. В компании стал гордо называть так себя. Девушки, при слове абстинент, почему-то краснели и стыдливо смотрели на мои руки. Это слово пришлось забыть!
Кроме школьных, у меня были приятели из так называемой неблагополучной среды. Район мой считался захолустьем, часто собирались компании, в которых встречались друзья-посидельцы. Мне было интересно с ними. Дворовая романтика! И все они выпивали. Иногда в меру, часто без. Организовано уходили в лес и там жарили сало, нарезали колбасу, делили хлеб. И бухали. Все, кроме меня. Надо отметить, что дискомфорта не ощущали ни я, ни пьющая сторона. Тем более, что деньги я сдавал. Более того, они немного даже гордились, что в их беспросветной компании есть такой. Когда стало дорожать продовольствие, меня стали ограничивать в «пайке». Закуска стала ценной.
В девятом классе мы стали чаще встречаться коллективом в квартирах одноклассников. Спиртное постепенно стало перекочёвывать в наш быт. Но и тут мой организм не желал алкоголь, а мозг не препятствовал этому. На мое настроение и веселость это не влияло. И ещё они были подлинные! Именно в девятом классе произошел факт благотворного влияния спиртного на мою дальнейшую жизнь. В какой-то момент, пришло решение наконец разнообразить свою жизнь в сексуальном плане, для чего была выбрана потенциальная жертва и усажена на диван. В самый важный момент охмурения, в комнату зашла слегка подвыпившая моя будущая жена и конечно же совершенно случайно вылила на меня и мою пассию весь холодный рассол из-под трехлитровой банки огурцов. Вы скажите, что это не много и будете совершенно правы, но только представьте легкое весенне-летнее платьице и пол литра холодного рассола. Я только шел к греху, но именно алкоголь помог его избежать. Во всяком случая в этом меня убеждает моя жена уже много лет. Как я могу ей не верить?
По окончанию школы, в один из летних дней, отец поставил две рюмки и наполнил их водкой. Закуску я не помню, но она была, не мог интеллигентный человек сотворить такое. Он предложил выпить, мол старик ты повзрослел. Получив отказ, он горделиво улыбнулся, как будто это он бросил пить, а не я не начал. Любил он меня всю жизнь.
Пьянство не рождает пороков: оно их обнаруживает. Счастье не меняет нравов: оно их подчеркивает
Сократ
Студенческое время полностью выпадает из повествования, в это время я был влюблен, женился, обзавелся семьёй и начал подрабатывать в лаборатории общей химии. Стоит лишь упомянуть невесту, лихо опрокинувшую бокал с шампанским, пьяную драку на свадьбе (к счастливой жизни молодоженов) и разочарование тестя, когда он узнал, что зять не то, что не пьёт, отказывается даже держать свинью, когда он её режет.
Тесть выпить ой как любил. Обычно застенчивый и молчаливый, он преображался. Вот теща гоняет его по любому поводу, а вот выпил, и она только «Витечкой» и величает. Растёт самоуважение. Однажды спросил меня, правда ли, что он, когда выпьет, дурной. Я подтвердил, что даже очень. Оказалось, что был пьян. Обиделся, учудил скандал, кричал, мол, меня здесь никто не уважает. Месяц дулся. Теща ездила мирить, не смогла. Через месяц, на мой день рождения, приехал, обнял меня и все пошло как прежде. Правда, где-то через год, привел он приятелей ко мне домой, стали разворачивать попойку, моей жене стал давать указания по закуске. Выгнал всех. Но обиды никакой. Может понял?
Алкоголь убивает нервные клетки. Остаются только спокойные.
Б. Шоу
В армии столкнулся с бойцами, обладающими непоколебимым желанием выпить. Всё, что угодно. Наблюдал, как пьётся «Шипр», классика жанра. Видел подобное с одеколоном «Саша». Попав на постоянную службу в город Ф., обзавелся друзьями. Все студенты и все спортсмены. Пили регулярно. Поставщиком чачи был наш «коллега» Гога из солнечной Грузии. Иногда, когда я засыпал, они аккуратно втаскивали кровать со мной в каптерку, наливали в кружку чачи и криками «Хорош спать, пей!» пытались инициировать мой инстинкт. Нет, только чай. Убеждали грубовато, мол, если мы тебе мордочку набьем и насильно вольем чачи, ты же нас на утро благодарить будешь. Не прошло!
Командир кадрированного полка подполковник Лященко, зная моё отношение к алкоголю, часто поговаривал: «Боря, а не напиться ли нам и мордой в грязь?!». У меня были ключи от штаба, где я двадцатитрехлетний сержант и в миру женатик-отец, выполнял за офицеров массу работы. Однажды, в час ночи, когда я закончил писать жене письмо и собирался идти спать, ко мне постучались пятеро таджиков и попросили дать возможность отпраздновать день рождения одному из них. Дежурный офицер был очень строг, а сюда не сунется. Разрешил. Они заявили, что по их обычаю, я тоже гость и предложили участвовать. В армии нет сытых солдат, поэтому согласился. Сидим сушенную дыню, урюк, сладости разные едим, парни надели тюбетейки, ну чтобы как дома. Тут заходит пьяный командир полка. С женой поссорился, решил в казарме переспать. Скандал! Через день вызвал, направил в ближайшую школу, делать повыше парту своему сынишке, растет быстро.
Алкоголь для слабаков. Сильные наслаждаются депрессией
Бон Скотт
Семейная жизнь не располагала употреблению спиртного. Работа в будние дни изматывала, а отдых я пытался сделать закрытым ото всех. Когда кумовья приглашали к себе в гости, старался отдать им жену, оставаясь дома и упиваясь отдыхом. Дети меня не напрягали. Супруга могла выпить, ведь жизнь так трудна, а сил терпеть не так уж много. Я жалел её, она иногда извинялась. Далека была от моего понимания мироздания.
Были и забавные моменты. Кумовья моих кумовьев как-то засиделись допоздна. Выпито было немало. Нужно было проводить домой незамужнюю куму, и два её кума чуть не подрались между собой за это почетное право. Победитель проводил Леночку домой, где и остался до утра. Скандал, развод, отчуждение Леночки от коллектива. Если Вам еще на докучило мое повествование, то можете заметить, как отношения в среде обитания моих родителей, отличались от среды, где обитал я. Трезвый! Все друзья супруги были мне не интересны, и они чувствовали это. Помню, один раз, когда отмечали что-то у нас в квартире, решил разрядить неловкое молчание. Замысел был оригинален. Я рассчитал, что если сильно подпрыгну с кресла, в котором сижу, то могу перелететь и плашмя упасть на диван. Красиво! Гости были предупреждены, нервные не удалились. Полет был в режиме задуманного, расчет был произведен правильно, за исключением одной поправки. Я не учел вес летуна, а во мне тогда было под девяносто килограммов и прочность соединений в самом диване. В итоге, я проломил дно дивана, ножки отскочили и мебель брюхом упала на пол. Вместе со мной. Гости были шокированы! Абсолютно трезвый и молчаливый до этого хозяин квартиры и по совместительству муж их Светланы, на ровном месте разломал новый диван. Какое счастье, что он не пьёт, подумали они.
Корпоративы проходили веселей. Коллеги знали, что пять стеклянных бутылочек «Пепси-колы» полностью устраивают меня, делают радостней, улыбчивей. Вначале я, чтобы доказать свою не причастность к «хворым и падлам» мог, по просьбе из зала, выпить рюмку вина или столовую ложку водки. Затем все привыкли и, честное слово, отличить моё поведение в толпе подвыпивших коллег не представлялось возможным.
Алкоголь не помогает решать проблемы. Впрочем, у молока тот же эффект
Миллер
Итак, можно подвести итог. Жить без спиртного тяжело, но совершенно по силам. У меня с детства не болит голова, чего я не могу сказать о моей совести. С детских лет не испытываю чувства тошноты, но горечь о содеянном ранее, часто тревожит меня. Чувство похмелья с избытком заменено чуть прикопанным чувством вины.
Можно пить, можно не пить – ни то, ни другое радикально не помогает (Генри Кавилл).
Видя мою повседневную улыбку знакомая чета Исаковых воскликнула: «Вот человек, у которого нет никаких проблем» Я не возражал. Зачем им знать, что каждый нормальный, среднестатистический человек, живущий в этом мире имеет не то, что проблемы, а «охрененейший геморрой» сложностей, которые можно решить только на трезвую голову. А алкоголь лишь анестезия. И то ненадолго!
ДВЕ РОДИНКИ
Ты помни, время наполняет вечность,
И глупости становятся легендой.
Грехи сегодня – завтра только ревность.
Не торопись, не делай речи догмой.
Михаил Сафарбекович Гуцериев
На моей спине уже давно разместились две огромные родинки, по разные стороны от позвоночника, на одинаковом от него расстоянии. Казалось бы, ну что за история. Но не всё так просто. В любом событии есть своя предтеча.
Вначале родинки отсутствовали. Мне было не так уж много лет, когда под влиянием массы прочитанных книг нравственного содержания, сформировалась прелюбопытнейшая личность. Она никого не осуждала, не завидовала, радовалась за других и желала всем только добра. Как Вы поняли, я был близок к идеалу и полностью соответствовал критериям, определявшим божьего человека. Конечно, скажите Вы, это больше напоминает гордыню. Но, во-первых, эти мысли пришли в мою голову после событий, так сказать post factum, а во-вторых, другого, более внятного объяснения за душой просто не имею.
Мой приятель, старейшина собрания церкви «Свидетелей Иеговы» как-то разъяснил мне, что ещё при жизни, среди паствы определяются «люди избранные», потенциально отобранные для небесного царствования. Остальные унаследуют этот, улучшенный, мир, а «избранные» вознесутся для небесного управления. К ним, ещё при жизни, особое отношение и естественно контроль. Ибо не решено окончательно!
Я был весьма хорош! Добр, беззлобен, кроток. И весьма возможно, гипотетически, там вверху решили, что клиент им подходит уже сейчас. Вот тогда и стали одновременно за спиной расти, прошу снисходительно отнестись к моей теории, крылья. Обычные ангельские приспособления для красоты и полёта. Наросты чувствовались за спиной, с каждым днём увеличиваясь в размере. Причём пропорционально друг другу. Ещё при жизни, я стал необходим им. Там!
Иногда «избранные» перестают быть таковыми. Требования Божьих законов строги. Несоблюдение приравнивается к греху. Опять же, мой приятель и по совместительству старейшина собрания церкви «Свидетелей Иеговы» объяснил общее видение этой проблемы. Мы живем в этом мире впервые. Грех означает «непопадание в цель». Не попал – это не совсем хорошо, а если часто, то просто плохо. Не могут «избранные» столько промахиваться. И, да, я не попал в цель!
Мои промахи были очевидны, наивны. В небесной канцелярии вначале были шокированы, затем задумались. Им была совершенно не понятна ситуация, когда непопадающий в цель был так искренен. Мелькнула даже мысль о психиатрии. Но «избранный» оставался в сознании, был кроток и общителен. «Блаженный не ведает, что творит» – абсолютно подходило под этот случай. И было принято решение приостановить «окрыливание» и «ангелотворчество». Я вернулся в этот несправедливый и жестокий мир не уходя. Остался человеком!
Безгрешный есть ли человек? Скажи!
Нам без греха прожить ли век? Скажи!
За зло спеша карать нас злом, Скажи:
Святее нас Ты в чем, Скажи!
Омар Хайям
Ещё ощущались фантомные боли в области спины, но рост летательных конструкций был прекращён, всё затянулось, явив на общее обозрение две большущие родинки, удивительным образом отстоящие на одинаковом расстоянии от хребта. Они стали немым укором грехопадения и прерванного, в самом начале взлётной полосы, полета. Я стал разочарованием небес!
Родные как могли переживали за меня. Им была неведома небесная подоплёка события, их волновали неудачные выстрелы близкого человека. Их просто удручала плохая результативность стрелка. Они ругали, взывали к совести, удивляясь порой, насколько искренен их любимый человек, со своим сбитым и разрегулированным целеуказателем. Были даже предположения влияния не совсем чистой силы в этой регулярной ошибке в расчетах стрельб. Конечно, если бы супруга была полностью в курсе всех событий, включающих и процесс «окрыления», то имела уверенность в своём выборе. Ибо плохой стрелец в руках, значительно выгоднее хорошего ангела в небе. Хоть и своего. Но она не знала, а я не мог открыться ей полностью, опасаясь психоневрологического отделения интенсивной терапии.
В конце концов всё завершилось благополучно. Мои выстрелы стали точно попадать в нужную цель, все вернулось «на круги своя» и только особо неточные выстрелы да две большущие родинки, временами, терзали мою душу воспоминаниями. Я не перешел в разряд плохих людей, но полностью утратил интерес небожителей. Иногда жалел об этом. Но лишь иногда, большую же часть времени мне уже было не до этого. Мне стало хорошо! И если уже говорить откровенно, то конкурс ещё впереди. А там ещё не известно, чьих выстрелов мимо цели больше или меньше. И насколько далеко они …мимо!
Мы в этот мир приходим ошибаться:
Бороться, падать – вновь вставать
И искушение греха познать,
И в горьком вкусе разочароваться.