Осколок солнца

«Знайте же: вечная женственность ныне

В теле нетленном на землю идёт.

В свете немеркнущем новой богини

Небо слилось с пучиною вод».

В.С. Соловьёв «Das Ewig-Weibliche» (нем. Вечная Женственность)

Глава 1 «Встреча с Магистром»

На холодном утреннем небе зарождалась заря. Ступая в полумраке, зеваки поднимались по деревянным поскрипывающим ступеням и занимали свободные места. Поле арены было густо усеяно слегка пожелтевшей травой, а осеннее солнце не слизало ещё и первой капли росы.

Здесь же, в крыле Хэндов, стояла тревожная тишина. Я напрягла слух, когда услышала, как в широкий коридор, почти бесшумно вошла группа людей. Они ступали мягко, и подошвы их обуви едва соприкасались с ледяным каменным полом. Всего их было десять: девять мужчин и одна женщина – по слуге на каждого юного Хэнда. Шаг за шагом слуги разбредались по покоям господ, оповещая о своем прибытии глухим коротким стуком. И лишь последняя безмолвная поступь продолжила свой ход к дальней угловой комнате.

Дверь приоткрылась, и служанка проскользнула внутрь. Но будить меня не требовалось. Едва ли за всю ночь я хоть ненадолго сомкнула глаза.

– Госпожа Арэя, Магистр просил передать, чтобы вы сначала зашли к нему.

Коротко кивнув, я закончила заплетать тугую черную косу и подошла к служанке. Она помогла мне крепко затянуть бинтами грудь. Сверху я надела чёрную рубашку с вышитым на спине золотым лучистым кругом – символом Хэнда, Бога Солнца. Последними я надела под стать рубашке узкие штаны и высокие мягкие сапоги.

Обернувшись к окну, почувствовала, как робкий луч рассвета очертил линию скулы на мягкой круглой щеке. Я подняла ладонь к лицу и перевела взгляд на зеркало, столкнувшись с собственным отражением серых испуганных глаз. Потом опустила голову, сделала глубокий тяжёлый вдох и покинула пустую комнату.

Возле покоев Магистра я немного замялась. Не услышав ни малейшего шороха, без стука отворила дверь. Магистр сидел за столом и перебирал бумаги. На мгновение я замерла. Даже в таком положении было заметно его величие: могучие руки, острый взгляд яркого янтаря, бегло скользящий по строкам, черные волосы, спускающиеся на плечи, и такая же чёрная борода, обрамляющая серьёзное лицо от висков до середины шеи. Годы, о которых можно было судить по немногочисленным морщинам, придавали ему лишь могущество опыта, а не свидетельство старости.

– Отец?

Дочитав письмо до конца, Адам поднял на меня взгляд. Он улыбнулся своей жёсткой улыбкой, слегка наклонив голову на правый бок:

– Арэя! Ты только посмотри на себя. Сегодня ты кажешься мне особенно взрослой.

Смутившись, я уткнулась глазами в каменный пол.

– Нет-нет, Ари не стоит смущаться. Хоть твоя мать и славилась красотой, но ты, ты – моя истинная дочь! В тебе течёт настоящее солнце Хэнда.

При упоминании о маме сердце болезненно сжалось. Отец говорил о ней в прошедшем времени, всегда… Но, не подав вида, я спокойно подняла глаза и ответила:

– Спасибо, отец, я не подведу, – «тебя» я добавила уже шепотом, так как Магистр, и не ожидая от меня ответа, продолжал:

– Мне было столько же, сколько и тебе, когда я выиграл свой турнир. В последнем поединке моим противником был Тэй. Он тогда заставил меня изрядно понервничать, – он усмехнулся и добавил. – Магистр Мурон был не самым плохим правителем Турии, но, не оставив после себя сына, ему так же пришлось прибегнуть к старой традиции Хэндов – наречению преемника через турнир. И всё же Правитель, магия которого настолько привязана к своим землям, не имеет права не оставить наследника. И я не повторю ошибку Мурона, больше не повторю.

Он встал и подошёл ближе. Рядом с ним я всегда была ребёнком. Мой рост едва ли доставал ему до груди. Обладая не самым пышным телосложением, я казалась себе лишь морем, ласкающим непоколебимую горную гряду. Отец положил руку мне на плечо и слегка сжал его.

– Хм, ну иди, иди. Скоро уже начало, а тебе предстоит ещё снарядиться. Хотя, мне кажется, что Тэй будет не рад твоим дрожащим рукам, – вновь усмехнулся он.

Я завела руки за спину и сжала их. Он всё видел. Всегда. Не потому ли он был лучшим Правителем последних десятилетий. Я сделала шаг назад и развернулась. Затем, едва ступая, покинула Правителя земель Турии, только чтобы доказать, что я могу стать наследницей своего отца, избранного Хэндом.

Глава 2 «Последние наставления»

Я спустилась в подвал арены, где меня уже дожидался наставник Тэй. И судя по его раздувающимся ноздрям, он в самом деле был в негодовании.

– Извините, – сразу же выпалила я, – Магистр Адам требовал моего визита.

Он, недовольно крякнув что-то, оценочно обвел меня взглядом с головы до ног. «Хорошо, что хоть от легкого бега по коридору перестали дрожать руки», – отметила я про себя.

– Сними рубашку. Я помогу тебе завязать новые латы, – всё так же недовольно буркнул Тэй. – Сегодня я не хочу доверять этой твоей помощнице, как её там… Лори, Лари…. Что ты так смотришь на меня, девчонка?! Поверь, после своей пятой жены я могу утверждать, что теперь точно видел всё. Тем более уверен, бинтами тебя перетянули так, что если бы я не знал о существовании дочери у Магистра, то точно увидел бы сегодня на арене одного нескладного мальчишку…

Отведя глаза, чтобы побороть смущение, я торопливо расстегнула рубашку. Тэй был прав: бинтами меня перетянули так, что дышать приходилось в полвздоха, но этого требовал обычай. Состязаться за место наследника могли только мужчины, за одним небольшим исключением, так любезно дарованным мне Правителем земель Турии, Магистром Адамом, да пребудут с ним его долгие лета и силы. Тонкими ловкими пальцами такой же тонкий и жилистый Тэй завязал кожаные латы поверх моей нижней одежды.

– Какие легкие, – выдохнула я.

– Да, считай, что это мой подарок, – не моргнув, ответил наставник. – Я три месяца обхаживал этого Ноя, чтоб его! Три месяца! А он, между прочим, увёл мою вторую жену, падаль этакая. Хорошая была баба, грудастая…

Завязав последний узелок, он встал с колен, сплюнул и кивнул в сторону верхней одежды:

– Одевайся.

Накинув свою одежду, я попробовала поднять руки, замахнуться. Латы оказались не только легкими, но и гибкими. Они прилегали к телу, словно вторая кожа.

– Спасибо, – с благодарностью улыбнулась я, – из чего они сделаны?

– Вот этого тебе точно лучше не знать. Ты не передумала по поводу клинков?

– Нет, – я упрямо помотала головой, – они со мной уже очень давно, не думаю, что сейчас самое время что-то менять.

Кивнув, он подал мне два недлинных клинка. Безупречно острых. Без узоров. Без вкраплений бриллиантов и драгоценных металлов. Но самых первых и самых дорогих сердцу. Подарок от отца на моё шестнадцатилетие. С тех пор уже пять лет я не расставалась с ними и не могла выбрать ни одно другое оружие.

– Так, а теперь слушай. Сам Бог Хэнд наделил тебя своей огненной магией. Всех вас нарекли юными Хэндами в его честь и сделали равными друг другу. Но среди них нет того, кто сравнился бы с тобой ни по ловкости, ни по быстроте, ни по силе воли. И всё же, если ты встанешь в пару с Лиамом, – он устало потёр глаза, – то тебе поможет разве что чудо… Я дал тебе лучшее из того, что мог дать. Ему своё лучшее отдал сам Адам.

Я сжала губы в тонкую линию и кивнула. Наставник прав, но я всё ещё надеялась, что Лиам просто не явится. Вдруг сам Хэнд разверзнет небеса и полоснёт его своим огненным лезвием? Или Лиам может просто споткнуться о своё собственное эго? «Нет, – я покачала головой и прошептала, – скорее уж Хэнд разверзнет небеса…».

Я прошла в помещение под ареной, где вместе в другими Хэндами мне предстояло ожидать начало турнира. Самой арены было не видно, но общий рокот зрителей проникал под кожу парализующим страхом. В комнату вошёл Сэм – единственный, кого я могла бы назвать своим другом в этих стенах. Он подошёл к юным Хэндам и по очереди пожал руку каждому из них: традиционное приветствие среди мужчин Турии. Меня подобный этикет обходил стороной. Сэм заложил руки за спину и шагал немного в раскачку. Он всегда так делал, когда нервничал. Однако врать он не умел и выдавал мысли одним только взглядом, что в общем-то неудивительно, когда твой наставник писарь….

– Ну, как тут наша госпожа? Готова блеснуть чем-то кроме красивой фигурки? – улыбаясь, Сэм присел на скамейку вместе со мной.

Если быть честной, то Сэм явно слукавил, дав моей «фигурке» столь высокую оценку. Ростом я была едва ли по плечо большинству из Хэндов. Прямая талия, упругое от постоянных тренировок тело. Разве что волосы – длинные густые локоны чернильного цвета – придавали мне сходство с отцом, и это было лично моей, вырванной у самой природы, победой.

– Ну если ты не собираешься применять в ход ничего, кроме своих обширных знаний турийской большой энциклопедии, – ответила я, – то, боюсь, мне даже фигурка не пригодится…

– Да ты настроена по-боевому! Приятно это знать. На кого ставишь?

– На тебя, Сэм, – искренне улыбнулась я.

– Хм, – весело хмыкнул он, – только давай оставим все эти нежности пятой жене твоего наставника, – он сделал паузу и, понизив голос, продолжил. – Большая часть из нас ставит на Лиама.

– На себя, Сэм, я ставлю на себя.

Сэм громко и заливисто рассмеялся. Я замолчала, пытаясь понять, чем же вызван смех. В какой-то момент он всё же взглянул на моё непонимающее выражение лица и произнёс:

– Ой, Ари, да ладно. Неужели ты думаешь, что Магистр Адам даст тебе место приемника?

– Конечно думает, – прервал нашу беседу незаметно подошедший сзади Лиам. – Ты ещё не заметил, что эта мокрая спичка взгромоздила на свою голову корону ещё лет десять тому назад? Поставь на меня, девочка-Хэнд, хотя бы сбережешь свои гроши.

– Мокрая спичка? Серьёзно?

– Ну, магии Хэнда у тебя примерно столько же, – ядовито-лилейно ответил он.

– Катись к огненному дьяволу, Лиам. Я – его кровная дочь. И если бы мне повезло родиться с вот этим вот между ног, – я с вызовом кинула взгляд на его промежность, – то этого турнира вообще могло не быть. Сэм, – вновь повернулась я к другу, – если ты поставишь деньги на эту надменную букашку, даю слово, я больше ни разу не возьму ни один из тех талмудов, которые ты вечно мне таскаешь со словами «ой посмотри, как грандиозно написано»!

Лиам скрестил руки на груди и иронично усмехнулся. Между тем Сэм потупил взгляд и начал теребить край рубашки:

– В законе действительно сказано, что право преемника передаётся либо от Правителя к сыну, либо от Хэнда к Хэнду в случае отсутствия прямого наследника. И ты, конечно, юный Хэнд, я не спорю, – он поднял руки в примирительном жесте, – но в истории Турии ещё ни разу магию огня не наследовала женщина… В этом же своде законов также сказано, что женщины Турии не имеют право давать обет безбрачия. На протяжении веков их задачей было продолжать род своей семьи, рожать детей. Да и Магистр Адам в последнее время слишком часто упоминает слово «наследник», не замечала? Я думал, ты, как и большинство из нас, отделаешься званием преемника своего наставника. Из тебя вышла бы прекрасная замена Тэю!

– Ну насчёт последнего я очень сомневаюсь, – вновь встрял в разговор Лиам.

– Правительницы земель Марьянм, кажется, отлично справляются с обеими ролями, – настаивала я.

– И да, и нет, – рассудил Сэм, – у них ведь нет семьи как таковой. Они живут небольшими группами, с чётко обозначенными обязанностями. Правительница земель Марьянм не может вступить в брак, не отрекшись от власти. А в день коронации! Там вообще существует странный обычай: Правительница, передающая власть, выбирает ещё и первого мужчину для преемницы.

– А это ещё зачем?

– Не уверен… ну, может, для того, чтобы точно обеспечить земли наследницами?

Лиам высокомерно закатил глаза и сказал:

– Мой Хэнд, вы действительно не понимаете? Такое дитя будут растить всю его жизнь, как будущую преемницу. Она уже с пеленок будет впитывать азы управления своими землями.

Я бросила на него испепеляющий взгляд. Он стряхнул невидимые пылинки и, вставая со скамьи, добавил:

– Девочка-Хэнд, после сегодняшнего турнира каждый из нас получит то место, к которому он готовился с одиннадцати лет. И я лучше умру, чем не стану преемником своего учителя.

Мы с моим другом одновременно посмотрели на золотые солнечные нити, вышитые на спине удаляющегося от нас Лиама.

– Сэм, ты только что пожелал мне проигрыша ещё до того, как я вышла на арену, – зло фыркнула я, уставившись на свои обветренные руки.

Он подождал, когда я посмотрю ему прямо в глаза, и тогда ответил:

– Но он прав! Со времён первого Правителя в Турии был совет из девяти сильнейших Хэндов. Даже на нашем гербе нарисован круг, олицетворяющий самого Бога Хэнда, девять лучей – избранных магов огня, и одна стрела – символ Правителя Турии. Турнир – это традиция, обычай, который показывает лишь то, что все братья равны перед Хэндом. И если на заре Турии юные маги ещё стремились занять место преемника, то сегодня история показывает, что лучше и не пытаться. Потому что в большинстве случаев бразды правления доставались ученику Правителя. Не дуйся, что мы выходим на арену, заранее делая ставку на собственный проигрыш. Место наследника волнует только Лиама, ну и, как выяснилось, тебя. Остальные будут просто счастливы стать преемниками своих наставников.

В дверь вошёл распорядитель и, прерывая наш разговор, оповестил о начале турнира за звание преемника Правителя земель Турии.

Глава 3 «Точка предисловия»

Арена, залитая осенним солнечным светом, уже рокотала от предвкушения алчного и прекрасного зрелища. Людей обуревало волнение, они теряли терпение не в силах усидеть на месте.

На главную трибуну взошел Магистр, и толпа наконец-то получила желаемую разрядку, ликующим возгласом встретив своего правителя, лучшего, что у них когда-либо был, лучшего, кого они когда-либо заслуживали. Позади него семенили девятеро – члены совета, которые рассаживались на скамьях чуть поодаль от Правителя, среди них был и мой наставник.

Адам поднял руки к солнцу и произнёс:

– Народ земель Турии! Уже тридцать лет мне дарована сила Бога Хэнда, чтобы быть проводником нашей с вами жизни. Тридцать долгих лет мы жили в сытости. Наши сыны уходили в бравые походы и возвращались с новыми землями и жёнами. Однако место подле меня так и осталось пустым, – он указал на трон позади него, который должен был принадлежать наследнику, приемнику силы и власти, – и сегодня я намерен дать вам того, кого оставлю после себя. Того, кто поведет вас вперёд в лучшее будущее, ибо ученик, не превзошедший своего учителя, не стоит и гроша.

И толпа вновь взорвалась бурным ликованием. Выждав несколько минут, когда гул хоть немного стихнет, Адам продолжил:

– Вот десять носителей дара Хэнда. Каждый из них уже лучший. Каждый из них имел наставника из членов главного совета. Каждый обучался своему ремеслу последние десять лет. Но место подле меня займет один. И сегодня, следуя традициям наших отцов, мы узнаем, кто взойдёт на место Правителя и возьмёт на себя ответственность вести наш народ.

Он громко хлопнул в ладоши, и десять спин, облаченных в длинные чёрные рубашки с вышитым на спинах солнцем, согнулись в едином, полном преданности поклоне.

Нас действительно было десять, и если девять моих названных братьев попали в этот список как самые яркие и одаренные нашим Богом, то один, вернее одна, стала исключением в укорененных традициями своде правил. Я была дочерью Магистра, не сыном. Но несмотря на это, Хэнд каким-то образом ухитрился вручить мне свой дар – дар солнца и огня, дар, который считался исключительно мужским и передавался только от отца к сыну. Моё умение владеть огнём было слабым, вернее оно было не таким мощным как у тех, с кем мне сегодня предстояло сразиться. Я слышала, что в народе мою силу объясняли как осколок величия отца, который был настолько могуществен, что смог одарить силой Хэнда даже дочь. Со временем эта нелепая теория стала казаться мне вполне правдоподобной…

Состязание проходило в несколько этапов. В учебных классах мы уже пережили экзамены по картографии, истории, политике и теоретическому знанию магии огня. Здесь же от нас требовалось показать умение владеть оружием и мастерство применения дара Хэнда на практике.

Четко и громко забили барабаны, предвещая начало представления. Казалось, что земля под ногами завибрировала, поднимая дрожь от пальцев ног к самому сердцу. На арену стали стекаться колоннами по десять человек солдаты Турии. Я успела сосчитать тридцать бойцов, когда в ряду юных Хэндов почувствовалось движение. Справа от меня встал Сэм. Место слева оставалось пустым лишь мгновенье. Не зрением, а раздражающим колебанием в солнечном сплетении, я почувствовала, как с другой стороны от меня встал Лиам. Мы выстроились плечом друг к другу, замыкая кольцо вокруг главного символа Правителя Турии – Огненного клёна. Возраст этого дерева исчислялся столетиями. Считалось, что чем ярче имеют окрас листья, тем могущественнее настоящий Правитель. Распорядитель начал объявлять правила турнира:

– На первом этапе юным Хэндам предстоит показать умение вести бой без применения магических сил, защищая не только себя, но и своих братьев.

«И сестру», – недовольно буркнула я.

– Во второй этап турнира, – продолжил распорядитель, – пройдут лишь четверо претендентов, которых выберут члены совета и Правитель земель Турии. Претендентам предстоит на основании жеребьевки принять бой друг с другом, используя не только навыки боевого искусства, но и магию Хэнда.

Всё это было хорошо известно каждому из нас. Поэтому я слушала правила невнимательно и, чтобы подавить поднимающуюся тревогу, стала рассматривать тех, кто занимал верхнее ложе. Это были почетные гости, члены знатных семей, влиятельные личности и послы других стран. Среди них особенно выделялась женщина, ведущая оживленную беседу с представителем Страны Пустынь. Её медно-рыжие волосы были собраны в высокую прическу. Она была одета в длинное атласное платье лилового цвета. Весь её облик напоминал экзотический цветок. Однако в её фигуре не читалась утонченная хрупкость, наоборот: поза, жесты, манера смеяться говорили об удивительной жизненной энергии. Я перевела взгляд на второго мужчину, сидевшего по левую сторону от неё, и оказалась застигнутой врасплох. Он пристально смотрел прямо на меня. И не успев ни рассмотреть его, ни составить о нём впечатление, я поспешно отвела взгляд и вновь стала вслушиваться в речь распорядителя.

– И наконец, в решающем поединке за звание преемника земель Турии сразятся двое сильнейших по итогам всего турнира Хэнда.

Магистр Адам вновь поднялся со своего места и поставил точку на предисловии наших жизней:

– Вы уже лучшие в своём деле. Но Турии нужны сильнейшие из вас. Начинайте!

Глава 4 «Первый удар должен удивлять»

Юные Хэнды стояли вместе, не разнимая кольца. Солдатов было в три раза больше, чем нас, и их также тренировал не кто иной, как Тэй. Поэтому, если бы мы разбежались в разные стороны и атаковали первыми, то моментально потеряли бы то немногое преимущество, которое у нас оставалось. Солдаты перешли в наступление с удручающей тишиной. Послышался скрежет и лязг металла, сопровождающийся тяжелым дыханием. Мне повезло с первым соперником, так как он был примерно одного роста со мной, что означало равную мне скорость шага. Его меч рассёк воздух надо мной, когда я присела, чтобы разрезать сухожилие под его коленом. «Первый удар должен удивлять» – учил нас Тэй. Второй удар по голове солдата я нанесла рукоятью клинка. «Второй удар должен ранить» – вновь звучали в голове слова наставника. Слева от меня волнистым, как пламя огня, фламбергом наносил серию рубящих ударов по своему противнику Лиам.

Последовал удар длинного клинка, целящегося в основание моей шеи. Я успела отвести его скрещенными клинками. Однако новый противник оказался куда более опасным. Он был быстр и гораздо выше меня. Я едва успевала отбивать новые удары. Юные Хэнды тем временем уже потеряли строй. Мне приходилось отступать к краю арены, и я знала, что это было ошибкой. Когда я почти уперлась спиной к деревянному помосту, солдат нанес рубящий удар в мое правое предплечье. Руку пронзила боль. Удар не прорезал латы, но его сила на время лишила меня возможности сражаться правой рукой. Продолжая защищаться оставшимся в левой руке клинком, я вытащила из волос острую серебряную шпильку, сдерживающую мою косу. Когда противник вновь нанёс удар, я ослабила защиту, давая приблизиться ко мне, а затем вонзила острый край шпильки в основание его шеи. Солдат выпустил из рук оружие и схватился за горло. «Третий удар должен добивать» – уже хором отвечали своему наставнику в моей голове юные Хэнды.

– Не вытаскивай её, тебе помогут, – сбившимся дыханием сказала я и обернулась к Огненному клёну.

Сражающихся больше не было. Я подняла глаза и только теперь увидела, что надо мной возвышается ложе для гостей. Обладательница медно-рыжих волос смотрела на меня с задорными искорками в глазах, но что-то было не так. Сидевшие в ложе были молчаливы, а по толпе сквозило напряженное перешептывание.