Истории земли Донецкой. От курганов до терриконов

© Богачёв С. В., 2024

© ООО «Издательство „Вече“», 2024

Удивительная проза Богачёва

Читатель прекрасно знает, что настоящая литература не может просто так отпустить его от раскрытого перед ним произведения и не принять в свою душу боль и проблемы говорящего с ним писателя или героев его книги. Особенно важно это бывает, когда речь идёт о произведении, касающемся лиц или событий, так или иначе связанных с людьми, приключениями или местностью, с которыми ты пересекался в своей жизни и которые стали частью твоей собственной биографии. Так произошло со множеством людей, которые родились, жили, росли, работали, учились или хотя бы однажды бывали в Донецкой области и которым этот край навсегда вошёл в память и в душу. Потому что Донбасс – это не просто территория с угольными шахтами, металлургическими заводами, пшеничными полями и работающими на них людьми, а часть собственного сердца каждого, кто успел полюбить эту землю и с жаром вбирает в себя всё, что написано писателями об этой уникальной местности. Таким, в частности, автором является Сергей Валентинович Богачёв, всю жизнь пишущий книги о судьбе родного ему Донбасса и окружающей его Украины.

Земля донецкая – это не просто степи между Доном и Днепром, но также события, неразрывно связанные с историей киммерийцев, скифов, сарматов, остготов, греков, славян, крымских татар, хазар, древнерусских князей Святослава и Игоря, а также историей ряда других народов и непосредственно с жизнью самой нашей России. Нельзя, в частности, не отметить, что именно через Донецкий край проходили пути Великого переселения народов, в числе которых были такие многочисленные Шелковые торговые пути, как Кальмиусский, Изюмский, Муравский, а вблизи Кальмиуса (то есть реки, на которой стоит сейчас Донецк) произошла знаменитая битва на Калке.

Настоящая проза всегда сложна, глубока и многопланова, насыщена не только неожиданными поворотами сюжета, психологическими лабиринтами и философскими выводами, но и рассыпанными по всему пространству текста мелкими наблюдениями, способными претендовать на самостоятельные полноценные миниатюры. Таким мастерством прекрасно владеет донецкий прозаик Сергей Валентинович Богачёв, автор 180 научных работ, в том числе шести монографий и пяти учебников, а кроме того – порядка двух десятков историко-художественных романов, включая такие, как «Мизер с тузами», «Ударная волна», «Переход», «Газовый контракт», «Граффские наследники», «Проклятие Митридата», «Богдан Хмельницкий: искушение», «Век испытаний», «Незаконченный дневник», «Истории Дикого поля», «Последний приказ Нестора Махно», «Аляска – Крым: сделка века», «Охота на императора» и другие полуисторические, полудетективные или полукриминальные книги. Только что им в московском издательстве «Вече» выпущена в свет книга прозы «Истории земли Донецкой. От курганов до терриконов», в которой перед читателями раскрывается полная невероятно ярких и отчаянно горьких схваток русских воинов с половцами, монголо-татарами, турками, персами и воинами других народов. Вот, например, Сергей Богачёв в своём повествовании «Платов» рассказывает о столкновении воинов казака Матвея Платова с ордой татар:

«Склоны холма покрывались телами штурмующих татар, темнокожих арабов и прочих временных союзников Девлет-Гирея, возжелавшего ратной победы над русским войском, – пишет автор. – С каждым приступом, словно с приливом, выносящим на берег всё, что непотребно морю, количество трупов бусурманских увеличивалось. Уже и пробраться между ними не представлялось возможным – лезли турки на вершину укреплённого холма по телам своих убитых в схватке соплеменников и союзников, нарываясь на выстрелы, звучавшие уже не так стройно – за укреплением тоже несли потери».

А вот в рассказе «Славяносербия» он ведёт рассказ о битвах русских войск, включая братьев сербов, с турками. Он пишет:

«На южных рубежах Австрийской империи сербы держали границу против Османской империи, воины которой владели ружьями, имели пушки и давно пользовались убийственной силой пороха. Турецкие части невозможно было не заметить – они всегда брали количеством, новый же враг граничар, поселившихся на Донце, был бесшумным и быстрым, как тень совы в лунную ночь. Классические правила ведения боя против них не действовали – крымские татары никогда не шли в лобовую атаку, они перемещались, выманивая врага на себя, под основные силы. Маневрировали, на расстояние выстрела не приближались…»

И далее Богачёв пишет, обрисовывая происходящие события:

«Назвать настоящим боем то, что происходило дальше, было нельзя. Стрелы против ружей. Причем ружья явно проигрывали – стрелы из колчана ложились на тетиву гораздо чаще, чем пули в ствол. Граничары падали один за одним, не успевая приблизиться на расстояние сабельного удара. Татары то появлялись, то исчезали из-за холмов и оврагов, разя защитников редута поодиночке…»

Книга Сергея Богачёва целиком захватывает запечатлённые в ней исторические события, раскрывая перед читателями как периоды военных лет, так и развитие некоторых мирных времён в России. Писателя интересуют не только свист пуль и разрывы снарядов, но он пишет и про мирные дни. Вот он пишет в рассказе «Счастливчик Ханжонков» о жизни первого русского кинорежиссера Ханжонкова, проживающего в советском Крыму, к которому пришёл для беседы молодой сотрудник НКВД:

«Александр Алексеевич увидел в глазах молодого человека некоторый интерес, не связанный с прямыми его обязанностями. Разбираться в людях по взгляду его научила профессия. Актёр никогда не сыграет честно, если взгляд его не искренний. Камера требует подчеркнутых эмоций. Особенно если это немое кино, где не слышно слов, а все страсти нужно передать мимикой…»

Вот это умение «передать мимикой» какие-то чувства и ощущения является едва ли не главной чертой Сергея Богачёва, который управляет движением чувств персонажей своих произведений не хуже, чем актёры мимикой. Его необыкновенная проза дарит читателям такие же ощущения, как хорошие кинофильмы, которыми щедра отечественная киноиндустрия. Описывая в своих рассказах те или иные события, Богачёв будто воссоздаёт своим пером картины художественного кино. Вот в рассказе «Нокаут чемпиона» он описывает полёт одного из русских боксёров в Латинскую Америку для участия в боях. Виды из самолёта были великолепны:

«По пути в Киото их самолет пролетал над бесконечными зелёными коврами лесов, изредка рассекаемых голубыми ленточками рек. Если бы не оранжевые черепичные крыши домов, казавшихся игрушечными с высоты полёта, то можно было бы подумать, что это центральная полоса России или Западная Украина. Местами реки, разлившись по полям, отсвечивали солнечными бликами среди засеянных полей. Казалось, что жёлтые и зелёные прямоугольники посевов пробиваются прямо из зеркала – речная вода закрыла собой всю площадь полей…»

Самым близким к нам по времени является рассказ Сергея Богачёва «Марьинка», в котором раскрывается горькая правда о братоубийственной войне в Донбассе, показывающая, как вчерашние друзья и братья, выросшие на одной улице и ходившие в одну школу, вдруг оказываются по разные стороны военных «баррикад», где они вынуждены насмерть стрелять один в другого. И только настоящая дружба оказывается способной сохранить подлинные чувства и помочь вчерашним товарищам остаться верными своей многолетней дружбе…

Читая прозу Богачёва, нельзя не отметить его блестящего владения русским литературным языком, погружение в который доставляет читателям истинное удовольствие. Он не просто пересказывает в своих книгах те или иные исторические события, но будто рисует словами на своих страницах великолепные рисунки, которые ничуть не заслоняют собой эпизоды изображаемого сюжета. Можно без всякого преувеличения сказать, что Сергей Богачёв – не просто опытный и тонкий прозаик, но в буквальном смысле слова – художник, рисующий своим художественным словом прекрасные полотна.

С учётом того, что мы сегодня откровенно чувствуем витающее в воздухе дыхание большой международной военной грозы, каждое произведение русских писателей должно работать на укрепление духа патриотизма и веру в нашу обязательную победу. Вся глубина российской истории, весь опыт прогремевших над нами войн и прозвучавших над просторами России песнями говорит о том, что победа будет всегда за нами. И литературное творчество Сергея Богачёва не просто уходит в древние корни нашей истории, но напрямую говорит нам о сегодняшних событиях в Донбассе, наполняя дух людей именно этой мощной энергией и твёрдой верой в силу нашего великого народа, о бесконечной борьбе которого за свою свободу он писал и пишет сегодня в своих замечательных честных книгах.

Охотник

В нескольких километрах от села Родники Амвросиевского района Донецкой области находится памятник мирового уровня, который широко используется учеными для социально-экономической и исторической реконструкции жизни древнего человека в эпоху позднего палеолита (XVIII–XX тысяч лет назад).

Открытый в 1935 году памятник состоит из стоянки древнего человека и костища бизонов. В ходе его исследования в одном из отрогов балки Казённой были обнаружены кости почти тысячи бизонов, погибших, по всей видимости, в результате загонной охоты древних жителей нашего края. Более ста тысяч изделий из кремня, которые служили орудиями при обработке шкур животных, были найдены при исследовании стоянки – базового лагеря древних охотников.

Одним из элементов современного герба города Амвросиевка является изображение каменного орудия древнего человека. Амвросиевская стоянка и костище включены в реестр мирового наследия археологических памятников ЮНЕСКО.

…Огромный бизон поднял свою тяжелую голову и посмотрел в сторону волка, который затаился в густой и высокой траве совсем недалеко от стада. Вожак сделал несколько шагов в сторону хищника, но потом остановился и, громко фыркнув, вновь опустил голову к сочной траве.

Приближались холода, но в степи еще можно было встретить участки с растительностью, выделяющейся на общем серо-желтом фоне яркими пятнами. Такие участки всегда располагались там, где раньше была вода. Вожак это хорошо знал и вот уже несколько дней вел свое стадо вдоль неглубокой реки с пологими берегами. Время от времени животные приближались к воде, чтобы утолить жажду. Но подолгу они здесь не задерживались. Какой бы вкусной не была чистая и прохладная вода в реке, пить ее много было нельзя. Избыток воды делал бизонов неповоротливыми, а значит, легкой добычей их врагов, одними из которых были волки.

Вожак опять насторожился и всем своим тяжелым телом повернулся в сторону затаившегося неподалёку волка. Нет, Вожак не боялся волка – он и его сородичи легко могли бы отбить нападение не только одного зверя, но и целой стаи. Но запах… Когда ветер менял направление и начинал дуть со стороны волка, Вожаку казалось, что он чувствует запах костра. Откуда этот запах, который всегда несет смерть?

Охотнику казалось, что красные глаза Вожака смотрят прямо на него. Нужно было уходить. Бык все чаще и чаще поворачивал голову в его сторону и принюхивался. Во всем виноват ветер, который вот уже в который раз меняет свое направление и начинает дуть в сторону бизонов. Стараясь не шуметь, Охотник стал осторожно удаляться от стада.

Скрывшись за ближайшим пригорком, он встал и принялся сворачивать шкуру волка, прикрываясь которой обманул Вожака. Этому приему его научил Отец, когда он сделал себе свое первое копье. С тех пор прошло много лет. За это время он стал одним из лучших охотников своего племени. Вот и сейчас он уже в который раз подтвердит это. Ему удалось выследить большое стадо бизонов. Лучшие следопыты из его племени не смогли этого сделать, а он смог. Для этого ему пришлось бродить по степи не одну неделю, мерзнуть под холодными осенними дождями, питаться сырым мясом и в одиночку отбиваться от волчьей стаи. Несколько раз ему встречались стада бизонов, но они были небольшие – всего в несколько десятков голов. Для его племени этого было мало. Приближалась зима, а вместе с ней и голод, который в прошлый раз унес жизни многих его сородичей. Еще несколько дней и это стадо бизонов уйдет так далеко, что его будет уже не догнать. Нужно торопиться… Подхватив сверток с волчьей шкурой и взяв наперевес копье, Охотник быстрым шагом направился в сторону стоянки своего племени.

– А ты не ошибся? Там действительно так много бизонов, что хватит нам на всю зиму? – уточнил у него Отец племени, с надеждой глядя на Охотника.

У костра собрались все взрослые следопыты и охотники племени, которые внимательно слушали разговор между Отцом и Охотником. Слишком высокой будет цена ошибки. Прошлой зимой многие их сородичи ушли в Страну Теней, не выдержав испытания голодом. Тогда им не удалось запастись нужным количеством мяса – стада бизонов ушли на юг раньше положеного времени, и даже самые быстроногие охотники не смогли их настичь. Узнав от охотников, что и в этом году стада животных повернули на юг раньше времени, Отец дал задание самым лучшим следопытам выследить крупное стадо бизонов, чтобы устроить на них облаву. Шли дни…

Один за другим охотники возвращались из степи, но у всех были плохие новости – ни одного стада бизонов рядом не оказалось. И только Охотник, вернувшийся на стоянку поздней ночью, принес известие, моментально разнесшееся по всему лагерю – стадо бизонов в нескольких днях пути. Мужчины сразу потянулись к костру Отца племени, а женщины с детьми с надеждой смотрели в их сторону, прячась в сумерках осенней ночи.

– Нет, Отец, я не ошибся, – ответил Охотник. – Стадо быков находится от нас на расстоянии нескольких переходов. Не так близко, как хотелось бы, но и не так далеко, чтобы это мешало доставить добычу в лагерь.

Вокруг костра раздался одобрительный шум, и слабый огонек надежды искоркой разнесся от одного костра к другому. Отец поднял руку, и шум голосов постепенно затих. Все смотрели на Охотника, который, взяв копье, прочертил им на земле извилистую линию.

– Это река. Стадо бизонов находится вот здесь и движется вниз по течению. – Он ткнул копьем в середину линии. – Если они переплывут на другой берег – нам их не догнать. Вожак уведет их еще дальше в Степь, и мы ничего не сможем сделать.

– Река, это плохо, – с тревогой в голосе произнес один из охотников. – Для быков это хорошая защита. Вожак стада, почуяв опасность, сразу же уведет стадо на другой берег. Мы не сможем переправиться так быстро, как эти животные, и нам придется бегать за ними по всей степи. Так уже было, и река много раз забирала нашу добычу.

– А никто и не говорит, что охотиться нужно возле реки, – с вызовом произнес Охотник. Пока он возвращался в лагерь, в его голове созрел план, который он и хотел предложить Отцу племени.

– Но и ты не всесильный дух Белого быка, чтобы направлять стадо куда захочешь, – не унимался опытный следопыт. – Ты хороший охотник, но ты не Вожак стада. Мы потратим много сил для того, чтобы убить нескольких быков, но на этом охота и закончится. Остальные уйдут от нас на другой берег.

Вокруг костра наступила тишина, и все посмотрели на Отца племени. Тот долго молчал, задумчиво глядя на огонь.

– Мне много лет и, может быть, эта охота будет для меня последней, – сказал он. – Мой дух все чаще навещает наших предков в Стране Теней, и ему все сложнее возвращаться оттуда. У меня нет выбора – если мы сейчас не добудем мяса для наших женщин, стариков и детей, наши предки мне этого не простят, и я сам по своей воле уйду к ним.

Он отвёл взгляд от огня и внимательно посмотрел на каждого из охотников, словно видел их впервые. Для многих из них он уже много лет был Отцом племени, его слово было для них законом, а его авторитет был для них непререкаемым. Никто из соплеменников не знал и даже не догадывался о том, что их Отец серьезно болен. Вот уже несколько месяцев он чувствовал, как силы медленно покидают его. Ему всё трудней было просыпаться по утрам. Каждую ночь его дух путешествовал в Страну Теней, где он встречался со своими предками и друзьями молодости, разговаривал с ними, ловил рыбу, охотился на бизонов. Ему нравилось быть гостем Страны Теней и не хотелось возвращаться назад. Вынырнув из плена сна, он с сожалением покидал его и с усилием заставлял себя встать, чтобы заняться делами племени. Каждое его утро начиналось с мысли, кого оставить после себя в Стране Степей? Кто станет Отцом племени после его ухода?

И всё чаще и чаще его взор останавливался на Охотнике, который прошлой весной встретил свою двадцать седьмую Луну. Самый подходящий возраст, чтобы возглавить племя: уже не молод, но еще и не стар. А учитывая, что большая часть мужчин редко доживала до встречи с сороковой Луной, – это самое время.

Огонь в костре внезапно вспыхнул с новой силой и лизнул своим языком ноги Охотника. Это был знак, и Отец племени понял, что и Дух Огня остановил свой выбор именно на Охотнике и ни на ком другом. «Да будет так, – подумал он. – Пусть эта охота станет для Охотника последним испытанием. Справится с ним – быть ему Отцом племени». Помолчав еще некоторое время, он сказал:

– Ну что же, Охотник, мы готовы выслушать твой план. Говори.

Охотник не любил много говорить, поэтому свой план охоты на стадо бизонов он изложил быстро, а вот детали предстоящей облавы они обсуждали долго. И только когда на горизонте показались первые лучи Огненного Круга, Отец племени устало закрыл глаза, показав тем самым, что совет закончен…

День в лагере всегда начинался рано. Первыми вставали пожилые женщины. Их сон всегда был короток, так как на их плечи была возложена священная обязанность – следить за тем, чтобы не погасли костры. Огонь – это жизнь. Не будет огня – не будет пищи и тепла. Если погаснут костры, волчьи стаи ворвутся на территорию стоянки, и всё будет кончено в считанные минуты.

Вслед за старухами просыпались женщины и взрослые дети. Одни из них начинали собирать пучки сухой травы для костров, другие направлялись в сторону ближайшей балки, где протекал небольшой ручей, чтобы набрать воды.

Никто из них и не догадывался о том, что через несколько дней именно эта неприметная балочка станет тем местом, от которого будет зависеть будущее всего племени.

План Охотника был простым и в то же время очень необычным. Раньше в охоте на бизонов принимали участие только мужчины племени. Выследив стадо животных, они отбивали от него нескольких быков и копьями с костяными и кремневыми наконечниками завершали свою работу. Когда у племени заканчивалось мясо, они опять выходили на тропу охоты. Так продолжалось до недавнего времени, пока несколько Лун назад, перед самым наступлением холодов, следопыты не смогли в Степи найти бычьих следов. Дух Белого быка увел все стада на юг и спрятал их следы от зорких глаз следопытов. В ту зиму в Страну Теней ушли многие соплеменники Охотника.

Этой ночью он предложил участвовать в охоте всему племени. И охотиться при этом не на отдельных быков, а на все стадо сразу. По его замыслу женщины, старики и дети, поднимая как можно больше шума, должны были отогнать быков от реки и направить их в сторону оврага, находящегося неподалеку от стоянки. Попав в ловушку, тяжелые и грузные животные не смогут выбраться на другую сторону рва и станут легкой добычей для копий охотников.

Отец племени не стал медлить, и к выполнению плана Охотника его сородичи приступили в этот же день. Первыми лагерь покинула группа мужчин, которые должны были переправиться на другой берег реки и не дать бизонам переправиться через нее. Нашлась работа и для женщин племени. Вместе с подростками они в некоторых местах начали углублять овраг, делая его противоположный край более крутым и высоким. Их работой руководил опытный пожилой охотник. По его приказу овраг был перекрыт камнями и землей, и теперь попавшие в ловушку животные не смогут уйти из балки, как бы они ни старались.

Опустившись на дно оврага, Охотник скрылся в нем с головой и улыбнулся своим мыслям: «Отсюда ни один бык не выберется, даже с помощью своих духов».

На противоположном берегу балки его уже ждали мужчины племени. Это были самые сильные и меткие охотники. Именно им предстояло завершить начатое всем племенем дело. Каждому из них Охотник указал то место, где он должен находиться во время облавы. При этом охотники видели друг друга, но один другому не мешал.

Не забыл Охотник проверить и их оружие, отдав приказ сделать дополнительные копья. Быков в стаде было много и для каждого из них должна быть готова Сверкающая молния. Так охотники называли камень, из которого они делали наконечники для своих копий, с помощью которых можно было легко и быстро разделать тушу самого большого бизона, очистить от жира и мяса его шкуру, разрезать ее на несколько частей и соорудить удобную накидку.

Вернувшись в лагерь, Охотник увидел небольшую группу пожилых женщин, которая не спеша уходила в Степь. Одна из них несла перед собой еле тлеющую ветку сухого дерева. Это был священный Огонь, который матери племени сохранят и вернут к жизни на новом месте. А в лагере старики старательно засыпали те места, где еще ночью горели костры. Им помогали дети, которые собирали мелкие кости, камни и ветки в одну глубокую яму и тоже засыпали ее землей. Они прятали все, что несет на себе запах человека. У бизонов опытный Вожак. Он может уловить запах своих врагов на большом расстоянии и предупредить стадо об опасности. Его нужно перехитрить. Поэтому Отец племени запретил разводить Огонь до окончания охоты и приказал всем своим сородичам покрыть тело слоем грязи, взятой из ближайшего болота. От этого все стали похожи на серые тени, которых Отец часто видел в Стране предков. «Лучше им покрыть себя грязью и стать серой тенью на время, чем остаться чистым и отправиться в Страну Теней навсегда», – думал он, глядя на своих соплеменников.

Духи были на их стороне. Стадо бизонов не успело далеко уйти от того места, где несколько дней назад его видел Охотник. Оно все так же паслось недалеко от реки, медленно продвигаясь вниз по ее течению. Низко наклонив головы к земле, самки и их телята сосредоточенно поедали пучки травы и, казалось, не обращали внимания на происходящее вокруг. Но это было не так. Самцы паслись в стороне от основного стада и не забывали поглядывать по сторонам. Был среди них и Вожак. От других самцов он выделялся крутым горбом и массивной головой с широким лбом, из которого росли загнутые немного внутрь большие рога. Его жесткая коричневая шерсть в лучах осеннего солнца отливала красным оттенком. Большие темные глаза внимательно следили за происходящим вокруг.

В очередной раз подняв голову, Вожак прислушался, а потом медленно двинулся в сторону холма, за которым притаились охотники. Время от времени он останавливался, высоко поднимал голову вверх, при этом его ноздри шумно втягивали воздух, после оглашал берега грозным мычанием. «Неужели уловил наш запах?» – подумал Охотник. Он и его соплеменники уже приготовились раньше назначенного срока показаться из-за холма, но в это время Вожак остановился и, рыкнув в очередной раз, повернул в сторону ближайшего болотца. Дойдя до него, бык всей своей массой погрузился в зеленую жижу и стал медленно перекатываться в ней, время от времени пофыркивая от удовольствия.

– Лучшего времени для охоты не будет, – произнес стоящий рядом с Охотником Отец племени. – Духи на нашей стороне – они закрыли глаза не только Вожаку, но и Белому быку – духу и покровителю всех бизонов. Тропа охоты перед нами открыта. Пора сделать первый шаг. Ступай, Охотник, пришло твое время.

Над головой Огненный Круг достиг условленной точки, и на противоположном берегу раздались крики охотников, в задачу которых входило отпугнуть стадо от берега реки. С громкими криками мужчины не раздумывая бросились уже в холодную воду и поплыли в сторону пасущихся бизонов. Животные как по команде подняли голову, но оставались стоять на месте. Телята прижались к бокам самок, а те сбились в одну большую массу. Вожак не ожидал нападения со стороны реки и вместе с другими самцами оказался на противоположной от охотников стороне. Ему не оставалось ничего другого, как уводить стадо от опасности, а значит, и от кромки воды. Развернувшись, бизоны шарахнулись в Степь, все быстрее и быстрее ускоряя свой бег. Быков было так много, что вскоре от топота копыт под ногами охотников задрожала земля.

При виде такого количества бизонов соплеменников Охотника захлестнул охотничий азарт, и они бросились вдогонку за животными. Рядом с мужчинами бежали женщины и дети. Они кричали, размахивали руками, били в ладоши, падали и вставали, не обращая внимания на ссадины и кровоподтеки. Азарт большой охоты захватил их всецело и превратил в один слаженный механизм, целью которого было одно – догнать и убить зверя.