Магия Изиды

Пролог

Она неслась, сломя голову. Пламя полыхало, опаляя ноги до бедра и причиняя нестерпимую боль. Всякий раз девушка вскрикивала, отпрыгивая в сторону, и, если повезет, приземлялась в прохладную воду. Дымка окутывала пространство так, что дальше собственного носа не было видно. Она вглядывалась, стараясь уловить очертания и силуэты. Совсем близко вспыхнуло особенно сильно, и ее лицо покраснело с одной стороны. Она взвизгнула, прикрывая его рукой. Вдалеке раздался зловещий смех. Перемещаясь, он приближался, пока не стал предельно громким.

– Изида! – грохотал вслед за ним металлический голос.

Вскочив в постели, она пыталась осознать, что это был всего лишь сон. Девушка немного сместилась, кровать скрипнула, и она наконец-то расслабилась, понимая, что находится в реальности. Спина ныла, голова раскалывалась. В последнее время кошмары одолевали ее все чаще, наводя на некоторые размышления.

Девушка поднялась с постели и подошла к зеркалу. Вид у нее был помятый, бледность лица бросалась в глаза. На мгновение часть ее лица стала красной, как во сне, и она испуганно дернулась.

– Показалось, – вздохнула девушка и принялась собираться на работу.

Она жила в маленькой квартире на окраине крупного мегаполиса, и уже пошел второй год, как работала в офисе на другом конце города, в отделе бухгалтерии.

День офисного работника неизменно начинался с кофе и сплетен. Девушки собрались в круг и что-то оживленно обсуждали. Она же остановилась у края стола, неприлично долго выкладывая из сумочки телефон. Вклиниваться в разговор коллег ей совершенно не хотелось. Может поэтому коллектив ее недолюбливал, считая высокомерной.

– У нас новенький? Какой он?

– Красавчик!

– О!

Пока они обсуждали нового сотрудника, который к тому же являлся мужчиной, и, судя по слухам, был привлекательной внешности, она переместила взгляд и увидела в дверях заинтересованного разговором незнакомца. Он ослепительно улыбался, а его голубые глаза загадочно блестели. Кто-то из сплетниц шикнул, и в то же мгновение кучка разбежалась по углам и принялась клацать наращенными когтями по клавиатурам.

– Доброе утро! – весело пробасил мужчина, устраиваясь за соседним столом. – Марк, – представился он вполголоса, слегка наклонившись.

– Ирина, – тихо ответила девушка и отвернулась.

День пролетел незаметно. Ажиотаж, вызванный очаровательным прибавлением в коллективе, не стих даже к вечеру. Как только стрелки на часах перешагнули нужные цифры, Ирина выскочила из офиса и зашагала к метро. Ожидание вагона слегка затянулось. Изнывая от скуки, она принялась озираться по сторонам и заметила Марка. Он поймал ее растерянный взгляд и подошел.

– Значит, едем вместе? – обрадовался мужчина, и она вновь почувствовала себя неуютно.

Поезд отстукивал ритм по рельсам. На следующей остановке втиснулась толпа, прижимая их к стеклу. Лицо Марка было так близко, что ей казалось, будто его дыхание обжигает ей кожу. А затем они вышли на одной станции метро, и он неумело изобразил удивление.

– Я живу в конце улицы, – пожал Марк плечами. – Выглядит странно, но я не маньяк, – хихикнул он, и она улыбнулась.

– А я вначале.

– Тогда нам по пути, и я могу тебя проводить.

Офисные девушки облюбовали красавчика и не упускали возможности с ним пофлиртовать, но он предпочитал им компанию Ирины. Они удивлялись и злились, ведь недолюбливали молчунью, лучше всех выполнявшую свою работу. Ирина и сама удивлялась: мужчины обычно заигрывали с другими девушками, а на нее обращали внимание в последнюю очередь.

У нее никогда не было идеальной фигуры, однако маленькая грудь (по ее мнению) компенсировалась сочной попой. Да и в целом внешность у нее была заурядная: полноватая, блондинка, голубые глаза. А шрам на горле не добавлял ей баллов в извечной гонке заполучить любовь.

Как-то раз в детстве ей снился жуткий сон. В нем было существо с переливавшейся на свету кожей. Оно махнуло хвостом, а когда девочка проснулась, кровь окрасила ее подушку и покрывало. Мама успела ей помочь, но на память у нее остался небольшой розовый шрам. Обычные шрамы белеют, но у нее он с того времени не изменился.

Насчет чудовища сестры ей не поверили. Никто не поверил. С тех пор она больше никому ничего не рассказывала, предпочитая держать свои странности в тайне. Парадоксально, ведь ее семья была не обычной, и странности были у каждого из них в избытке.

Марк пригласил ее на свидание, и под завистливые взгляды коллег они вышли из офиса. Он галантно задвинул за ней стул в ресторане, нервничал и много говорил, а она – любовалась его прекрасным лицом, которое абсолютно ничего не смогло бы испортить, даже слегка искривленный нос. Марк улыбался, и звуки уплывали на второй план.

После ужина он проводил ее до подъезда, и, на мгновение замявшись, потянулся и поцеловал. Ирина ответила на поцелуй, и через мгновение они оказались у нее в квартире, срывая друг с друга одежду в прихожей. Он жадно впивался ей в губы и ласкал ее ладонями, сливаясь с ней в бешеном танце страсти. А наутро девушка проснулась одна.

Выходные прошли напряженно. Она раздражалась на Марка, находила ему оправдания, и вновь вспыхивала от злости. Вечером воскресенья, как следует выплакавшись, девушка заснула на диване в обнимку с подушкой. Сквозь сон, окутывавший ее дымкой, она ощутила легкий ветерок. Раздался звонок в дверь, и она подскочила, схватившись за сердце. Настойчиво трезвонивший гость затих, замок входной двери самостоятельно щелкнул. Ирина закрыла лицо подушкой, отгораживаясь от реальности. Меньше всего ей сейчас хотелось видеть того, кто пожаловал в ее дом.

Цокая по паркету, каблуки остановились напротив нее. «Ковбойские сапоги? Серьезно?», – подумала девушка, как вдруг подушка с силой вырвалась у нее из рук и отлетела в сторону. Гостья недовольно хмурилась, скрестив на груди руки. Она была красивой – бриллиантом среди семейства алмазов: светлые вьющиеся волосы спускались ей до поясницы, яркие и до невозможности строгие зеленые глаза блестели, тая в своих глубинах неиссякаемый источник ехидства. У девушки была тонкая талия, увесистая грудь, длинные ноги, а ее точеные черты лица были мечтой любой косметической компании. «От такой парень не сбежит наутро», – вздохнула хозяйка квартиры.

– Выглядишь ужасно, Изида! – с вызовом обратилась к ней гостья. – Я пыталась связаться с тобой две недели! Так трудно ответить сестре?! – склонила она голову на бок. – Сколько ты от нас прячешься? Пятьдесят? Сотню лет?! Безумие покидать семью ради этого! – обвела она рукой комнату.

В этот момент зазвонил телефон, сработал автоответчик: «Это Ирина, оставьте свое сообщение». Сестра хмыкнула:

– Что за дурацкое имя?! Не могла придумать получше? – зацокала она по комнате, оценивая обстановку.

– Было бы странно жить в двадцать первом веке с таким древним именем, Хельга, – пробубнила Изида, поднимаясь.

– Могла бы сделать земную жизнь более… комфортной, раз собралась гнить здесь вечно! – все еще злилась сестра. – Ты совсем не используешь магию? – подняла она белесую бровь. Изида помотала головой. – Тогда ты просто не видела моих знаков… – почесала она подбородок.

– Это называется телефон, – язвительно продемонстрировала ей мобильный Изида. – Набираешь номер и…

– Может хватит паясничать?! – взорвалась Хельга, и в окно влетел иссиня-черный лоснящийся ворон.

Птица сделала почетный круг и опустилась на подоконник, ужасающе каркнув.

– Ох! Что же нам с ней делать, Каро’?! – обратилась Хельга к ворону. – Я хотела поговорить с тобой не просто так, – утомилась сестра и села в кресло, привычно закидывая ногу на ногу. – Мама больна.

У Изиды кольнуло сердце и переживания насчет Марка мгновенно вылетели из головы.

– Да… – вздохнула сестра, – она наводила проклятия веками, но не выдержала какого-то глупого бумеранга.

– Кто-то навел на нее порчу? – заикалась Изида.

– Лора считает, что она сама виновата. Слишком много невинных людей пострадало из-за амбиций нашей матушки.

– Вы пробовали это исправить?

– Три месяца бьемся, – поправила Хельга свои идеальные волосы. Ворон перебрался к ней в кресло и подставил голову, чтобы она погладила его по перьям. – Едем домой, сестра, – обреченно сказала ей Хельга. – Кто знает, сколько ей отведено? Она бы обрадовалась, что ты вернулась.

Изида коротко кивнула и поспешила собрать свои вещи. Первым делом она попыталась вытащить из шкафа свой старинный чемодан. Он застрял и не протискивался наружу. Наблюдая за ее кряхтением, Хельга закатила глаза и щелчком пальцев заставила непослушного компаньона выскочить.

– Ты бы подумала насчет магии, – хмыкнула она и направилась к двери. – Мы с Каро’ ждем тебя на улице! Поторопись!

Глава 1. Дом

Перед тем как покинуть квартиру, она взглянула на предательски молчавший телефон, и, резко развернувшись, хлопнула дверью. На улице, возле симпатичной легковой «БМВ» ее ожидала сестра. Как только Изида вышла из подъезда, поднялся ураганный ветер, взметнув прекрасные, поблескивающие золотом локоны Хельги, а облака почернели. Изида не удивилась, прекрасно зная, как проявляется магия.

– Запрыгивай! Домчу с ветерком! – прокричала ей сквозь завывания ветра сестра.

Корча недовольные рожи, Изида села в машину. Уже много лет она путешествовала только по-человечески, предпочитая медленный, но не сводящий с ума мгновенными переходами транспорт.

Ворон устроился на подголовнике сидения хозяйки, цепко впивая в него когти. Хельга зажмурилась и начала произносить заклинание. Ее голос разлетался, усиливаясь и приобретая властные нотки:

– Мать Земля, каноны обхожу! Простить заранее прошу! Силы, что в моей крови, возьми! И домой ты нас с сестрой верни!

Конечно, она говорила на древнем языке, но Изида прекрасно помнила его и понимала каждое слово. Буря за окном достигла своего апогея, засверкали голубые вспышки, время остановилось, пассажиры застыли, а затем, окруженная голубым ореолом, машина прорезала ночь.

Изида не успела даже моргнуть, а машина уже приземлилась, отрывая бампер о скалистый берег. Девушка ударилась головой о приборную панель, ощущая притупленную боль. Голубые блики все еще мерцали, напоминая об использовании заклинания. Сколько себя помнила, Изида всегда восхищалась умением сестры использовать самые сложные из них.

– На тебя не похоже, – обратилась она сестре, намекая на неудачное приземление. Хельга с размаха шлепнула ей ладонью по лбу, и боль испарилась.

– Да, сбоит уже пару недель, – отмахнулась она, выбираясь из машины.

Ступив на родную землю, Изида тут же угодила ботинком в грязь и скривила лицо.

– Добро пожаловать домой, сестренка! – весело пропела ей Хельга, хлюпая мимо нее в своих высоченных сапогах.

Изида оглянулась, стараясь охватить взглядом пейзаж невероятных масштабов: на многие километры со всех сторон здесь раскинулись зеленые горы. Машина сестры казалась чем-то инородным на фоне такой красоты. Хельга провела рукой в воздухе, и она исчезла.

– Наколдую себе новую, – подмигнула она и начала взбираться на холм, утопая в грязи.

– Почему нельзя сразу перенестись в дом? – пыхтела Изида позади.

– Ты все позабыла. Портал всегда был на вершине!

Спустя час физических усилий, они оказались на самой вершине горы, окруженной со всех сторон водой. Волны бесновались, остервенело облизывая утес. Порывы ветра продували девушку до костей, зубы стучали. Хельга подняла руки к небу, что-то прошептала, и голубое свечение перенесло их в совершенное другое место.

Огромное поле из одуванчиков, ласковое солнце и небольшой дом вдалеке казались ей ненастоящими. Изида помнила это место, тоскуя по нему первые пятьдесят лет. Потом тоска притупилась. Сейчас на нее вновь нахлынули чувства, и она украдкой утирала непрошенные слезы, опасаясь быть замеченной сестрой, не упустившей бы возможности над ней посмеяться.

Не успели они ступить за порог, как из дома вылетела черноволосая стройная девушка, и бросилась к ней на шею.

– Сестра! – оглушила она Изиду.

Лора была младшей из них и на вид более хрупкой, ее

волосы были черными и спутанными в воронье гнездо, белая кожа никогда не загорала, крупные черные глаза выделялись на бледном лице, а аккуратный маленький нос выглядел слишком милым для ведьмы (в человеческом представлении).

– Я так рада, что ты вернулась! – заверещала она, и ее голос тут же начал садиться. Лора часто теряла голос и хрипела по несколько дней.

Следом на крыльцо вышла коренастая черноволосая девушка с короткой стрижкой «под мальчика». У них с Изидой были схожие черты, не считая ее заостренного носа.

– Эллада, – выдохнула Изида.

– Долго же ты. Я думала, ты выдержишь максимум год… – неприязненно произнесла старшая из сестер.

– Ну что ты сестра! Она у нас крепкий орешек! – похлопала Хельга по плечу Изиду и шепнула: – Я выиграла.

Эллада предупреждающе на нее посмотрела и скрылась за дверью.

За столетнее отсутствие убранство дома ничуть не изменилось: обширная прихожая переходила в гостиную зону, полы укрывали шкуры убитых зверей, везде были магические амулеты, побрякушки, кости, люстра из плетеного материала, камин. Сразу за гостиной – скромная кухня с печкой и выходом во двор. А с другой стороны, у входа – лестница на второй этаж, где были несколько вместительных комнат, служивших им спальнями.

Что касается магии, она творилась в саду. Мать с малолетства запрещала девочкам колдовать в доме. Лора как-то ослушалась, и с тех пор толком не могла расчесаться. Глядя на Лору, Изида хохотнула, удостоившись сурового взгляда Эллады.

Устроившись на диване, обтянутом кожей неизвестного происхождения, она, наконец, поняла, что вернулась домой. Осознание потрясло ее. Когда-то девушка клялась никогда сюда больше не возвращаться. С появлением на ее пороге Хельги, эмоции вели с ней непримиримую борьбу, однако жалость к матери все-таки перевесила. Со второго этажа донесся стон, и Эллада вбежала вверх по лестнице. Изида собиралась последовать за ней, но Хельга ее не пустила:

– Подожди. Она сама тебя позовет.

Впервые за много лет они ужинали вместе. Никто не проронил ни слова, даже Лора, у которой обычно не закрывался рот. Хельга поглядывала на старшую сестру многозначительно, но Эллада умело ее игнорировала. В конце концов, Изида не выдержала.

– Что не так? – звякнула она вилкой об стол. – Что происходит? – Лора и Хельга опустили глаза, Эллада вздохнула.

– Магия мельчает. Но тебе не стоит об этом беспокоиться, ты же ей так и не научилась пользоваться, – грубо ответила ей сестра, и у нее вспыхнули уши.

– Я в этом не виновата, – прорычала Изида.

– Ты и не пыталась! Жалкие страхи и идиотские сны! Это все, на что ты способна! – обрушилась на нее Эллада.

Хельга вскочила со своего места, за окном каркнул ворон. Изида потеряла дар речи, ведь сестра впервые ее защищала. Вокруг Хельги сверкала голубая энергия, а Эллада испускала черную, как у матери (В молодости мама могла отравить одним только взглядом, и старшая дочь унаследовала ее силу.) Магической драки было не избежать, но тут сверху донесся крик матери. Эллада подорвалась и скрылась на лестнице.

Хельга вернулась на место и заботливо накрыла руку Изиды ладонью:

– Не обращай внимания. Магия исчезает, вот и бесится.

Поведение Хельги никак не вязалось с той сестрой, которую помнила девушка. Она была оторвой в семье, совершенно безрассудной и до крайности эгоистичной. Несмотря на это, ей всегда удавалось как-то разбавить их ведьмовской быт.

Эллада возвратилась, глаза у нее были заплаканными. Лора поспешила ее обнять.

– Она… – начала было Хельга.

– Нет, но скоро, – всхлипывала Эллада. – Она зовет ее, – укоризненно взглянула она на Изиду.

Девушка набралась смелости и шагнула вперед, но Хельга вновь ее остановила:

– Прошу тебя, – тихо сказала она. – Не упрямься хотя бы сейчас.

Изида кивнула и отправилась к матери.

Она помнила, что комната матери находится в конце коридора. Приоткрыв дверь, она увидела тощую руку, свисавшую с постели из-под струящейся ткани балдахина. Изида неуверенно шагнула к кровати, мать застонала.

– Девочка моя… подойди ближе… – сипел ее такой изменившийся, но все еще родной голос.

Дочь выполнила ее просьбу, отодвинув балдахин и опустившись на край кровати. Мать выглядела иссохшей, безжизненной, будто из нее выжали все соки. Ее седые волосы разметались по подушке, на лице сильно выделялись скулы. Изида коснулась ее локтя, и цепкая рука тут же ухватила ее за пальцы, сжимая их до боли. Глаза матери блуждали, а потом резко сфокусировались на ней. Она шептала заклинание, которого девушка раньше не слышала. В тот же миг черное облако окутало женщину и придало ей сил говорить, ее взгляд стал осознанным.

– Ты вернулась, моя Изида, – привстала мать, обняла дочь, и, отстранившись, осторожно взяла ее за руки. – Ты не должна была уходить. Здесь твой дом. Неважно, что ты не смогла раскрыть себя, дорогая. Ты все равно моя дочь.

Изида вдруг поняла, что плачет: этих слов она ждала от нее столетиями.

– Я скоро покину вас, – отвела мама взгляд. – После моей смерти вам будет тяжело. Магия претерпит изменения, но когда выберет кого-то по крови, и он возглавит семью, все успокоится. – Изида поражалась ее духовной силе и выдержке. – На это потребуется время, дорогая. Есть еще кое-что…, у меня остался неоплаченный долг…

Черное облако начало растворяться, и, перед тем как исчезнуть, метнулось к девушке, проникая в ее в ладони. Мать вновь откинулась на подушку, ее взгляд начал блуждать, а рука сжимать пальцы дочери.

– Он… придет… Не… покидай… сестер… – глаза у нее закатились, кожа источала черноватый дымок.

Изида в голос разрыдалась, но тут же отпрянула, ведь дымок усилился, и черное густое облако взлетело под потолок, пробивая крышу насквозь. Она смотрела вслед удалявшемуся сгустку, когда-то бывшему частью ее матери, и рыдала.

Ладони девушки жгло, капилляры проступили сквозь кожу, но, поглощенная горем, она не заметила изменений. Отреагировав на грохот, в комнату вбежали ее сестры. Безжизненное тело матери мирно покоилось на кровати. Хельга и Лора обняли Изиду, а Эллада поспешила уединиться.

Похороны назначили на следующий день. Лора безостановочно плакала, Хельга держалась, а у Изиды не выходили из головы последние слова матери. На сердце у нее было очень неспокойно, и она, конечно же, списывала возникшее ощущение на утрату, не разбираясь в своих эмоциях.

Ночью ей снова снился кошмар. Она была маленькой, слишком упитанной для своего роста, и гуляла у кромки леса. Мать запрещала девочкам переступать черту леса, опасаясь диких зверей, но Изиде всегда казалось, будто там обитает что-то пострашнее. В то время они жили среди людей. В деревне ей нравилось больше, чем потом в уединении – в месте, где никто не смог бы их отыскать. «От кого она пряталась?», – мелькнула у нее в голове настойчивая мысль, отвлекая от сюжета, происходящего в сновидении.

Тем временем девочка из сна уже подобралась вплотную к лесу. В темноте чащи раздалось тяжелое дыхание. Она хотела попятиться, но не могла, лихорадочно вглядываясь во тьму, в которой вдруг загорелись красные с продольными золотыми зрачками глаза. Дыхание усилилось и приближалось, обдувая ее легким ветром. Напуганная до смерти, она пыталась освободиться, но ноги ее не слушались. В отблесках света, она уже различала массивную пасть с белоснежными клыками. Изида приготовилась к неизбежному, зажмурившись и трясясь от страха, а затем вдруг рядом возникла ее мать, ударяя по чужаку черным облаком. Он взвыл и отступил, а она отвесила дочери знатный подзатыльник.

Девушка проснулась посреди ночи. Кошмар был ужасающим, но на этот раз она не испытала паники. Существо было настоящим чудовищем. Оно не походило на лесного зверя. Внезапно Изида поймала себя на мысли: «Может оно существует?», и тут же поспешила от нее избавиться. Сон вновь затягивал ее в свои сети, и, засыпая, она бормотала себе под нос: «Магии в мире вполне достаточно. Не хватало еще и чудовищ».

С самого утра в заколдованный дом прибывали родственники. Эллада до последнего противилась желанию сестер устроить для матери достойные похороны, но сдалась под тройным натиском. Первыми прибыли двоюродные тетки – рыжие старушки Уоррен, следом за ними бабушка по папиной линии. Своего отца девушки не знали: он умер много лет назад. Эллада смутно помнила его образ, а для остальных он был вымышленным персонажем. Зато бабушки и тетки у них были, пусть и появлялись на пороге в соответствии с изменением численности в роду.

Родственников и знакомых матери набралось прилично: небольшой ритуальный сад еле вместил всех желающих с ней проститься. Мужчины, которых Изида не могла припомнить, водрузили самодельные носилки на возвышение, сооруженное Хельгой при помощи магии: в нем была в основном солома и различные сухие травы. Одна из рыжих теток подошла к Изиде и участливо похлопала ее по плечу.

– Аманда выглядит страшнее смерти, – крякнула она, щелкнула пальцами, и мать стала прекраснее, чем была при жизни. Тетка искренне улыбнулась девушке: – Так-то лучше.

Присутствующим предложили высказаться, и они по очереди выказали Аманде свое почтение. Эллада собиралась зажечь солому, но из толпы отделился дряхлый старик и движением ладони затушил ее факел.

– Ведьма достойна погребения в землю! – заверещал он, тряся обвисшей шеей.

– Она завещала сожжение, – твердо возразила ему Эллада.

– Неужели? – прищурился старик, его руки беспорядочно тряслись.

Ощутив наплыв паники, Изида побежала, расталкивая гостей. Трясущейся рукой старик бросил в ноги ее старшей сестры пузырек. Стекло звенело в ушах, серый дым окутал Элладу. А как только развеялся: ни ее, ни старика уже не было.

Колдуны разом заголосили. Хельга металась, словно зверь в клетке, собираясь произнести заклинание, но Изида ее остановила. Под громогласные возгласы, девушка зажгла факел и поднесла его к телу матери. Солома мгновенно вспыхнула, все стихло, и, пока Аманда не истлела, никто не решался заговорить. Как только огонек окончательно погас, Изида обратилась к родне:

– Все кончено. Расходитесь.

Они начали возмущаться еще сильнее, и тогда над ними нависло голубое искрящееся облако, выбрасывавшее по велению Хельги одну за другой молнии. Родня отступила.

Лора прислонилась спиной к многовековому семейному дубу, к обессиленной Хельге на плечо опустился Каро’, а Изида не верила в происходящее.

Глава 2. Эллада

Успокоившись, девушка пыталась понять, что произошло. Старика-похитителя она видела впервые. И потом, колдун мог принимать любое обличие, при должном уровне мастерства. Хельга с детства беспрепятственно становилась своими сестрами и сбегала из дома. Ночью ее иногда видели в деревне и докладывали об этом матери, а она давала по шее Лоре или Изиде (Превращение в старшую сестру было чревато внушительными последствиями, а издеваться над младшими ей было только в радость.)

Изида устроилась в мамином кресле возле камина. Огонь трещал поленьями, напоминая ей о недавнем сожжении. Девушке не верилось, что матери больше нет. Ей всегда казалось, что она способна прожить, как минимум, тысячу лет. Она вспомнила ее затухающие глаза, обнажившие свои белки, и, прослезившись, взъерошила себе волосы. Заплачь она сейчас и не сможет остановиться. Лора в доказательство тому все еще хлюпала на кухне.

Хельга долго бродила в саду, собираясь с мыслями, и, достаточно себя накрутив, ворвалась в гостиную. Вокруг нее мерцали голубые искры, вызванные ее силой.

– Что ты сидишь?! – охрипла она от злости. – Мы должны ее найти!

Из кухни показалась еле державшаяся на ногах Лора:

– С ума сошла! – заплетался у нее язык. – Мама умерла! Сестра пропала! Идите вы обе… к черту! – потрясла она в воздухе кулаком и упала лицом вниз, с грохотом приземлившись об пол.

Изида испуганно подорвалась к ней, но сестра захрапела, и она в голос расхохоталась. Хельга прищурилась, и, не выдержав, тоже выдавила нервную улыбку. Эмоциональное напряжение слегка улеглось, и они погрузились в раздумья. Сестра, ужасно раздражая, цокала по паркету и сбивала ее с мысли.

– Перед смертью мама сказала, что у нее остался какой-то долг, – непрерывно смотрела Изида на огонь.

– В каком смысле? – оживилась Хельга.

– Она задолжала кому-то и полагала, что нам будет тяжело отплатить, – припоминала она детали.

– Думаешь, Элладу забрали, потому что наша матушка при жизни не разобралась со своими проблемами? – съязвила сестра, Изида сосредоточенно кивнула.

– Мы жили отшельниками столетиями, пока наши родственники присваивали себе все лавры, – хмыкнула Хельга. – Какой смысл прятаться, если тебя никто не ищет?