Сергей Круглов. Два десятилетия в руководстве органов госбезопасности и внутренних дел СССР

Издано при финансовой поддержке Федерального агенства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2012–2018 годы)»

1. Предисловие

Широкая популярность, к которой Сергей Никифорович Круглов, в силу своей исключительной скромности, никогда не стремился, обошла стороной этого крупного государственного руководителя и общественного деятеля советского времени. В органах госбезопасности и внутренних дел Круглов С.Н. проработал меньше двадцати календарных лет, но постоянно занимал в Центральном аппарате высокие руководящие посты. Очевидно, его назначениям способствовало то обстоятельство, что, в отличие от других руководящих работников, имевших, как правило, «низшее», как тогда указывали, среднее или среднее техническое образование, он получил полноценное высшее образование, владел английским и японским языками. К тому же обладал прекрасными организаторскими способностями, широким кругозором, умел подбирать к себе в команду инициативных, знающих и толковых работников, относился к ним с уважением, ценил их человеческие качества. В годы Великой Отечественной войны, сохраняя пост заместителя наркома внутренних дел СССР, Круглов С.Н. в качестве члена Военного совета принимал непосредственное участие в боевых действиях войск Резервного и Западного фронтов, обеспечивал возведение оборонительных сооружений на подступах к Москве, командовал 4‑й Саперной армией. Советским правительством ему давались ответственейшие поручения по организации обслуживания и охраны делегаций трёх великих держав на Ялтинской и Потсдамской конференциях, а также по сопровождению министра иностранных дел СССР Молотова В.М. при его поездке в США на первое заседание Организации Объединённых Наций (ООН). С этими, как и со всеми другими ставившимися перед ним серьёзными задачами, Круглов С.Н. справился блестяще, что отмечалось не только нашим руководством, но и высшими зарубежными деятелями. После войны, в период восстановления разрушенного в ходе боевых действий народного хозяйства, на Министерство внутренних дел, возглавлявшееся Кругловым С.Н., были возложены крайне сложные и объёмные, разносторонние задачи. Волею высшего руководства это министерство работало сразу в нескольких направлениях: обеспечение общественного порядка, ликвидация чрезвычайных ситуаций и строительство по всей стране (часто с последующей эксплуатацией) транспортных, промышленных и жилых объектов. К этому следует также добавить широкое участие в реализации атомного проекта. Несмотря на все имевшиеся трудности, крайне сжатые сроки, дававшиеся на выполнение серьёзнейших задач, практически все правительственные задания успешно выполнялись. Огромная заслуга в этом как организатору принадлежала Министру внутренних дел генерал-полковнику Круглову С.Н. «За образцовое выполнение заданий правительства», как обычно формулировалось в Указах Президиума Верховного Совета СССР, Сергей Никифорович, помимо других наград, был пять раз удостоен ордена Ленина. В плане общественной деятельности Круглов С.Н. неоднократно избирался депутатом Верховного Совета СССР, Московского городского и ряда периферийных Советов депутатов трудящихся. По партийной линии входил в состав Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза (ЦК КПСС).

Вместе с тем служебная карьера этого выдающегося государственного и общественного деятеля сложилась в итоге весьма драматично, причём исключительно по прихоти тогдашнего фактического главы Советского государства, первого секретаря ЦК КПСС Хрущёва Н.С. Занявшись беспардонным разгоном старых кадров, «наш Никита Сергеевич», как его «демократично» пропагандировала партийная элита, повелел без достаточных оснований снять Круглова С.Н. с должности министра внутренних дел, а потом, собрав на него совершенно несерьёзный компромат, исключить из партии и лишить законной пенсии. Увы, такая расправа с незаурядной личностью, отдавшей все свои силы и здоровье служению Отечеству, являлась достаточно типичной в нашей стране не только в советские времена.

Судьба Сергея Никифоровича Круглова, документальную книгу о жизненном пути и служебной деятельности которого я ранее написал [1], а теперь, после доработки, переиздаю по рекомендации Общества изучения истории отечественных спецслужб, давно лично меня волновала. Это связано с тем, что я не только прослышал со стороны о его государственной и общественной деятельности, но мой отец Богданов Н.К. много лет успешно работал под непосредственным руководством Круглова С.Н. Кроме того, Сергея Никифоровича я знал лично, хотя это обстоятельство, конечно же, следует отнести к разряду знакомств детей с родителями своих юных друзей. Интересно, что встреча эта произошла не только по линии совместной работы отцов, но и совершенно независимо, по школьным увлечениям.

Мой отец Николай Кузьмич Богданов впервые лично встретился с Сергеем Никифоровичем Кругловым в 1940 году, хотя до этого они, вполне вероятно, неоднократно слышали друг о друге. Где-то в июне месяце этого года старший лейтенант госбезопасности (гб) Богданов Н.К., работавший тогда начальником Красногвардейского районного отдела НКВД города Ленинграда, был вызван в Москву, в Отдел кадров Наркомата внутренних дел для получения назначения на новую должность. Заместителем наркома внутренних дел и начальником Отдела кадров НКВД СССР в это время являлся комиссар гб III ранга Круглов С.Н. Он-то как раз «на основании материалов и личной беседы» составил и 13 июня 1940 года подписал Заключение с предложением «выдвинуть тов. Богданова Н.К. на должность заместителя Народного комиссара внутренних дел Казахской СССР», которое утвердил нарком внутренних дел СССР Берия Л.П. Следует отметить, что Богданов Н.К. оправдал оказанное ему доверие и в 1943 году, имея «исключительно положительные характеристики», был назначен уже наркомом (с марта 1946 года стал министром) внутренних дел Казахской ССР. Однако в 1946 году с приходом нового первого секретаря ЦК компартии Казахстана Боркова Г.А. у «хозяина республики» возникли претензии к принципиальной позиции, занимавшейся Богдановым Н.К., и партийный босс обратился в ЦК ВКП(б) с просьбой перевести своего министра внутренних дел в другой регион страны. Генерал-полковник Круглов С.Н., ставший в это время министром внутренних дел СССР, решил взять Богданова Н.К. непосредственно под свою опеку в Центральный аппарат и после согласований назначил его начальником Главного управления шоссейных дорог (ГУШОСДОР) МВД СССР. Успешно зарекомендовав себя при руководстве крупнейшим Главком, в 1948 году мой отец был выдвинут на должность заместителя министра внутренних дел СССР и постепенно, в связи с кадровыми перестановками, к 1953 году занял положение одного из ведущих замов Круглова С.Н., отвечавшего за работу ряда основных Главков, Управлений и Отделов министерства.

В это время подросшие дети руководящих отцов нашли свои пути знакомства. Получилось так, что мы с моим старшим братом Владимиром, с возрастной разницей в два класса, учились в Москве, в мужской средней школе № 135. В этой же школе в промежуточном между «братьями Богдановыми» классе учился сын Сергея Никифоровича Валерий Круглов. Дочь Сергея Никифоровича Ирина посещала находившуюся рядом женскую среднюю школу № 131 и училась в классе, соответствовавшем по возрасту классу моего брата. Для учащихся старших классов руководство соседних школ устраивало вечера встреч и танцев. На одном из таких мероприятий как раз и познакомились мой брат Владимир и Ирина. Вне зависимости от каких-либо служебных отношений отцов, Володя просто начал ухаживать за понравившейся ему симпатичной девушкой. Постепенно сложилась небольшая молодёжная компания, в которой мужскую сторону представляли одноклассники моего брата Миша Голубев, Лёня Шепшелевич, Юра Брегадзе, Валя Зингер и другие ребята. Прекрасная сторона состояла из подруг Ирины – Жени Завенягиной, Тани Филипповой, Тамары Рясной и ещё нескольких девушек. По выходным дням молодёжь устраивала танцевальные вечеринки, чаще всего у Богдановых или у Кругловых. Валерия и меня, как более младших по возрасту, на эти встречи «допускали», но мы, не имевшие тогда своих подруг, играли «вспомогательную роль». Мне, например, после общего чаепития доставалось, как правило, заводить пластинки для танцевавших пар.

Вот так, находясь «в свите» своего брата, я побывал на квартире и даче Кругловых, где познакомился с Сергеем Никифоровичем, добродушно относившемся к молодёжным развлечениям, и его женой Таисией Дмитриевной, старавшейся, как и моя мама Нина Владимировна, с пониманием и хлебосольством принимать у себя дома компанию юношей и девушек.

Смерть Сталина И.В. в марте 1953 года послужила причиной внесения существенных изменений в государственный аппарат, что отразилось на судьбах и наших отцов. Объединённое с госбезопасностью Министерство внутренних дел возглавил Берия Л.П., а Круглов С.Н. стал его первым заместителем. Богданова Н.К. новый министр направил в Ленинград начальником областного Управления внутренних дел с личным поручением разобраться и навести там законность и порядок после небезызвестного «ленинградского дела». Наша семья должна была переехать на берега Невы, где мой брат Владимир, окончивший в этом году школу с золотой медалью, поступил учиться в Ленинградскую Краснознаменную Военно-Воздушную инженерную академию имени А.Ф. Можайского. Расстояние проверяет чувства. Поскольку так получилось, что мы с мамой продолжали жить в Москве, какое-то время старший брат давал мне по междугороднему телефону поручения направиться с коробкой конфет к Ирине и от его имени поздравить её с днём рождения или иным праздником. Однако неожиданно развернулись весьма драматичные политические события. После ареста Берия Круглов С.Н. вновь был назначен министром внутренних дел СССР. А вот Богданова Н.К. во время проведения бурной кампании по «разоблачению банды Берия» Ленинградский обком представил «бериевцем», «врагом народа» и «негодным работником». Отцу в трудной борьбе, благодаря заступничеству Хрущёва Н.С., удалось отстоять свои честь и достоинство, однако он не имел желания дальше работать в среде ленинградских коммунистов, сначала обливавших его грязью, а потом отказавшихся от своих обвинений, и попросил о переводе в другое место. В 1955 году было организовано Министерство внутренних дел РСФСР и Богданова Н.К. перевели в Москву, назначив в это новое ведомство на должность заместителя министра. Прекрасно зная существовавшие порядки и опасаясь, чтобы за его «грехи» в Ленинграде не «отыгрались» на старшем сыне, отец организовал перевод Владимира в столичную Военно-Воздушную инженерную академию имени профессора Н.Е. Жуковского, в которую я только что поступил учиться. Мой брат, получивший вскоре офицерское звание техник-лейтенант, оказался избалованным вниманием прекрасных девушек, а потому несколько позабыл о своей прежней привязанности. Поразбивав сердца многих милых подружек, Владимир, окончив в 1959 году академию, уехал служить в воинскую часть холостяком, так и не отдав предпочтения ни одной из окружавших его претенденток на руку и сердце.

Между тем Хрущёв Н.С., сосредоточивший всю власть в своих руках, начал беспардонный разгон старых кадров, в том числе и в Министерстве внутренних дел, назначая преданных ему партийцев на ключевые посты. По своему трагизму дальнейшая служебная стезя наших отцов стала во многом схожей. В 1956 году Круглов С.Н. был смещён с должности министра внутренних дел и как бы откомандирован (с сохранением воинского звания генерал-полковника) в Министерство строительства электростанций. Но через год его уволили в запас и отправили «в ссылку» в Кировский совнархоз. В этом же 1957 году Богданова Н.К. обвинили в нарушении «социалистической законности», но отцу удалось тогда доказать свою правоту. В 1958 году Круглова С.Н. освободили от работы в Совнархозе в связи с переходом на инвалидность, но не разрешили вернуться в Москву. В 1959 году Богданова Н.К. по прежним обвинениям сняли с должности заместителя министра по служебному несоответствию. Круглова С.Н. в это время исключили из партии и полностью лишили пенсии от МВД. Богданову Н.К. также внесли «ограничение в пенсионное обеспечение» и исключили из партии. Через несколько месяцев Богданову Н.К. удалось восстановить своё членство в рядах КПСС, но вопрос о партийности Круглова С.Н. так и не был решён положительно и в дальнейшем. С 1960 года Николай Кузьмич стал работать в Управлении отделочных работ Первого строительно‑монтажного управления Министерства среднего (атомного) машиностроения. Сергей Никифорович, имея инвалидность второй степени, продолжать постоянную работу не имел возможности.

Но жизнь продолжалась своим чередом. В 1963 году Ирина Круглова вышла замуж. Двух своих сыновей, Сергея, а затем Дмитрия, она производила на свет в Роддоме № 6 имени Крупской Н.К., где встретилась и по-доброму общалась с моей мамой, работавшей в ту пору в этом «богоугодном заведении» врачом, акушером-гинекологом. Естественно возникшие женские и детские проблемы, по которым Нина Владимировна с удовольствием консультировала молодую мамочку, имели живой интерес и установили между женщинами долголетнюю тесную связь.

Взаимное внимание и поддержка между старшими Кругловыми и Богдановыми, а также детьми, сохранялись до последних дней их земной жизни, а с более молодым поколением внуков уважительные отношения продолжаются и сейчас.

Сергей Никифорович являлся единственным представителем от высшего руководства Министерства внутренних дел, пришедшим в 1972 году, вместе с дочерью Ириной Сергеевной, проводить Николая Кузьмича Богданова в последний путь.

На фотографиях похорон Сергея Никифоровича Круглова в 1977 году запечатлена моя мама Нина Владимировна.

В 1990 году Ирина Сергеевна с сыном Дмитрием стояли у гроба моей мамы.

В 1992 году ушёл из жизни Владимир Николаевич Богданов.

В 2007 году родственники и друзья семьи Кругловых отметили 100-летие со дня рождения Сергея Никифоровича сначала у семейной могилы на Новодевичьем кладбище, а потом в Центральном музее МВД России.

У этой семейной могилы простились навсегда в 2009 году с Валерием Сергеевичем Кругловым, а в 2011 году – с Ириной Сергеевной Кругловой-Сироткиной.

Так переплелись судьбы отцов, их семей, детей и внуков.

Если в детские и юношеские годы мы, может быть, просто не задумывались о «трудных» вопросах, то теперь, по прошествии многих лет, глубоко осознаём, как много и напряжённо работали наши отцы, какую громадную ответственность несли на своих плечах, как не жалели для дела собственных сил и здоровья, как любили они свои семьи, насколько преданы были родному Отечеству. Их жизнь и деятельность достойны подробного описания и могут служить примером того, как трудились люди старшего поколения, не ища личной выгоды, и в непростых условиях существовавшей тогда общественно-политической обстановки умели сохранять своё собственное лицо, не поступаться честью и достоинством.

О своём отце Богданове Николае Кузьмиче я написал и в 2002 году издал книгу «Строго секретно. 30 лет в ОГПУ-НКВД-МВД» [2] (которая в 2013 году, по рекомендации Общества изучения истории отечественных спецслужб, была переиздана [3]). В этом документальном труде много страниц посвящено и его непосредственному начальнику Круглову С.Н., с которым, как рассказано выше, служебная стезя навсегда свела вместе двух замечательных людей. В то же время незаурядная личность Сергея Никифоровича, его масштабная деятельность и семейная жизнь не были в то время описаны достойно. Официальные данные о Круглове С.Н. имелись в нескольких фундаментальных изданиях в виде биографических справочников о работниках Государственного аппарата и Центрального Комитета партии, Энциклопедии МВД и Столетней истории этого министерства [4-12]. В семейном архиве сохранились информационные материалы по выборам Круглова С.Н. в Верховный Совет СССР 1954 года и Кировский обком КПСС 1958 года [13–17]. Там же оказались несколько журнальных и газетных статей [18–24], в числе которых две стародавние [17,18], да одна зарубежная [25], повествующих о служебной деятельности и жизни Сергея Никифоровича, причем не всегда объективно. Лишь в книге Некрасова В.Ф. «Тринадцать «железных» наркомов» [26] одна глава была посвящена Министру внутренних дел СССР Круглову С.Н.

В связи с этим ещё в 2005 году автор в содружестве с Ириной Сергеевной и Валерием Сергеевичем взялся за написание документальной монографии о жизненном и служебном пути их отца Сергея Никифоровича Круглова. На первом этапе совместной деятельности нашей творческой группой были собраны документы и, благодаря инициативе сотрудников Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), в данном архиве создан Личный фонд Круглова С.Н. № 10146 [27]. Несколько ранее там же автором был образован Личный фонд Богданова Н.К. № 10145. За это подвижничество мы выразили искреннюю признательность заведующему Архивохранилищем государственных, общественных деятелей СССР и Российской Федерации ГА РФ заслуженному работнику архивного дела Зелову Н.С., а также сотруднице архива Хить Л.И., обработавшей собранные документальные материалы. Огромная благодарность была выражена ныне ушедшим из жизни сотруднику ГА РФ Кокурину А.И. и работнику Объединенной редакции МВД России Морукову Ю.Н. за собранные и предоставленные нам документальные материалы о Круглове С.Н. и истории НКВД-МВД СССР.

Автор высказал тогда большую признательность сотрудникам Центрального музея МВД России: руководителю группы формирования фондов Шевченко А.Г. и бывшему начальнику этого отдела Озеровой Г.Д., предоставившим имевшиеся в их распоряжении материалы о жизненном и служебном пути Круглова С.Н. [28].

В 2006 году издательство «Вече» выпустило в свет монографию о Сергее Никифоровиче Круглове «Министр сталинских строек. 10 лет во главе МВД» [1]. Автор сразу же обратился к Министру внутренних дел Российской Федерации, в Советы ветеранов МВД разных уровней, в Главное управление кадров и учебные заведения МВД с предложением использовать данную книгу для проведения патриотической работы среди личного состава и ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск, а также выступил с пожеланием достойно отметить 100-летие со дня рождения Круглова С.Н. [29].

На фоне достаточно вялой реакции на эти предложения со стороны официальных органов, тогдашний начальник Центрального музея МВД России полковник внутренней службы Евдокимов В.А. и его заместитель (ныне начальник этого Музея) полковник внутренней службы Белодуб А.Г. организовали в 2007 году торжественное мероприятие, посвящённое 100-летию со дня рождения Сергея Никифоровича Круглова с приглашением родственников, сослуживцев и друзей семьи Кругловых. Выражаем им за это огромную благодарность. Здесь необходимо отметить также сотрудницу музея Безрукову Л.А., подготовившую к этому событию специальную Тематическую выставку о генерал-полковнике Круглове С.Н. В печати было опубликовано несколько статей, посвящённых юбилейной дате [30–33].

Половина тиража книги «Министр сталинских строек» была безвозмездно передана автором Российскому совету ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск с пожеланием распространить это литературное произведение среди сотрудников и ветеранов МВД, что и было сделано [29].

Автор выражает свою признательность президенту Общества изучения истории отечественных спецслужб Здановичу А.А., учёному секретарю Лашкулу В.Ф. и членам общества Хлобустову О.М. и Комиссарову В.М., рекомендовавшим монографию о Круглове С.Н. на получение гранта для повторного выпуска в свет издательством «Алгоритм». Выражаю также признательность сотруднику ГА РФ Лебедеву В.Д. за содействие в получении дополнительных архивных материалов о служебной деятельности генерал-полковника Круглова С.Н.

2. Детство. Комсомольская юность

Сергей Никифорович Круглов родился 2 октября 1907 года (по новому летосчислению) в деревне Устье Зубцовского района Тверской губернии (ныне области) «в семье крестьянина-бедняка» (так сказано в автобиографии, написанной 25 декабря 1948 года). В Биографическом энциклопедическом словаре Залесского К.А. [10] неправильно указано: «настоящая фамилия – Яковлев». Как раз из-за методов советской паспортизации деревни получилось так, что сын сохранил свою родовую фамилию, а отца и мать записали (подобное часто тогда делалось) по отчеству мужа, точнее, по имени его отца, который, оказывается, об этом очень просил. Во всяком случае, в церковно-приходской книге, в которой «в царские времена» велась священная запись актов «гражданского состояния», указано, что «у крестьянина Круглова» 19 сентября 1907 года (по старому летосчислению) родился сын Сергей. Кроме того, в Личном фонде № 10146 ГАРФ имеется Справка из ЗАГСа, выданная «взамен метрической выписки», в которой сказано: «Погорельский Волисполком (Волостной исполнительный комитет) настоящим удостоверяет, что гражданин Тверской губернии, Ржевского уезда, Погорельской волости, деревни Устье Круглов Сергей Никифорович действительно родился 1907 года 19 сентября. Акт рождения записан в метрической книге за № 99 за 1907 год» [27]. По новому летосчислению датой рождения Сергея Круглова стало 2 октября 1907 года.

В начале тридцатых годов при оформлении паспортов Никифору Яковлевичу и его жене Любови Игнатьевне выдали документы на фамилию Яковлевых. Да и во всей деревне Устье родственники, видно из-за русского наплевательского отношения к юридическим формальностям, поделились на Кругловых и Яковлевых, не придавая этому особого значения. Так, даже среди родных братьев Никифора, например, Николай носил фамилию Круглов, а Кузьма звался Яковлевым.

Дед Яков Николаевич Круглов, от чьего имени и пошла гулять новая фамилия, являлся крестьянином-середняком. У него родилось 12 детей, половина из которых умерла в раннем возрасте. После того как глава семьи поделил обрабатывавшуюся его семьей землю между шестью своими ставшими самостоятельными и женатыми сыновьями Владимиром, Игнатом, Кузьмой, Николаем, Борисом и Никифором, все они в этом малоземельном краю «фактически превратились в безземельных крестьян-бедняков». Во всяком случае, Никифору Яковлевичу досталось «полдушины земли». То есть, по трезвым крестьянским расчётам, этот клочок плодородной почвы был в состоянии в течение года прокормить лишь «полчеловека» или, корректнее, всего лишь одного человека на протяжении полугода. В 1900 году Никифор женился на 16-летней девушке Любе, которая жила в деревне за Волгой да пела так, что по другую сторону великой реки слышно бывало. У Никифора с Любой родилось много детей, но большинство из них поумирало из-за голода и болезней. В живых остались лишь Сергей (Круглов) да Василий (Яковлев).

Поскольку крохотный надел земли не мог прокормить семью, пришлось перебираться в город. В 1909 году, когда Сергею не было ещё и двух лет, горемыки уехали из родного края в Санкт-Петербург, где Никифор Яковлевич из крестьянина превратился в пролетария, поступив работать сначала на завод «Новый Леслер», потом «Галерный островок», который затем стал называться заводом имени Марти. Могучий ростом, крепкий русский мужик стал молотобойцем. В связи с этим в одном справочном издании указано, что Сергей Круглов являлся «сыном крестьянина» [10], в другом говорится, что он «родился в семье рабочего‑молотобойца» [9]. Последнее «социальное происхождение» больше подходит для его родного брата Василия Никифоровича Яковлева, родившегося в городе на Неве 6 января 1912 года.

В Северной столице России Кругловы-Яковлевы вместе с семьями других рабочих жили в бараках, поставленных так тесно, что на вытоптанной в проходах между домами земле не было вообще никакой зелени. О трудностях развития раннего капитализма в России, жестокой эксплуатации рабочих, тяжёлом бытовом обустройстве бесправных тружеников достаточно красочно написано хотя бы в произведениях пролетарского писателя Максима Горького.

Начало Первой мировой войны совпало с тем временем, когда Сергей Круглов пошёл учиться в начальную школу, сохранив настойчивое желание пополнять свои знания и в дальнейшем. Благодаря тому, что Никифор Яковлевич имел достаточно высокую квалификацию в нелегком деле молотобойца, в годы войны он не был призван в армию, а после Октябрьской революции продолжал работать на заводе имени Марти и других заводах вплоть до 1943 года, когда по инвалидности вышел на пенсию и сменил профиль своей трудовой деятельности.

Вместе с тем в 1919 году в связи с начавшимся в Петрограде голодом мать семейства Любовь Игнатьевна вместе с сыновьями, двенадцатилетним Сергеем и семилетним Василием, вынуждена была вернуться в родную деревню Устье, чтобы иметь возможность хоть как-то прокормить себя и детей. Об этом времени в своей автобиографии Сергей Никифорович писал: «Материальное положение родителей оказалось тяжелым, сильно нуждались, жили продажей тех вещей, которые привезли из города. В летнее время пришлось прирабатывать и мне в качестве подпаска в различных деревнях» [28]. Потомвсё-таки вспоминалось, что после прокопченного в смраде индустриализации города даже удивительно было, особенно детям, что здесь, на просторе полей и лесов росла зелёная трава, по которой можно было бродить босиком или даже поваляться на «луговом газоне» в своё удовольствие.