Светлая хозяйка его замка

Глава

Пролог

Старый мрачный замок, выщербленные стены, наползающий из вечернего леса туман — антураж, достойный легенд. Да только лорд Тайрэн Эдрин не был любителем сказок, и этот замок ему был нужен, как умертвию цирюльник.

И это его наследство? Да ему ещё и приплатить должны были за эту старую развалину. Тут только одно имеет цену — земля. И он её обязательно продаст, как только выполнит условие прежнего владельца — проведет здесь пару суток.

Жители ближайшей деревни отговаривали лорда от этой затеи, переживали, что сгинет во цвете лет. В этом замке, по слухам, водилось нечто зловещее. Нашли чем пугать архимага-универсала.

Нет, определенный магический фон здесь имелся, но настолько слабый, что сдохнуть в этом замке можно было разве что от скуки. Но и тут Тайрэн подстраховался.

Хорошо, когда есть друзья, готовые примчаться на помощь, и неважно, в логово ли дракона их зовут, или в пыльный зал приговорить ящик тролльего первача.

Забористая штука этот первач! Всего три бутылки на троих — и замок начал казаться в разы привлекательнее. Когда Тайрэн поделился этой мыслью с Ричардсом, друг посоветовал больше не пить, а то вдруг еще продавать раздумает. Мужчины ржали, как кони, спускаясь в подвал в поисках винного погреба. Гайверса товарищам пришлось тащить на себе, потому что он уже не мог любоваться подземельем и еле переставлял ноги. Тайрэна и самого шатало, но он все равно куда-то пёрся и внезапно обнаружил себя перед каменной чашей, наполненной водой.

Наклонился над ней и скривился, рассмотрев своё отражение. Вроде бы и третье лицо в Совете магов, а такая рожа!

Мужчина пьяно хлопнул ладонью по воде, разбивая отражение, а когда рябь исчезла, вместо небритой смуглой физиономии на водной поверхности показалось старушечье лицо.

— Эге! Я смотрю, кто-то вмиг протрезвел! — ехидно заулыбалась старуха.

— Призрак… — разочарованно бросил Тайрэн.

И этим его деревенские стращали? Смешно!

— А ты, небось, хранительницу думал увидеть? — с лукавым прищуром спросила призрачная старушка.

— Какую еще хранительницу? — Ричардс тоже попытался пощупать водичку, но по ней вдруг пробежала рябь, и он с воплем отдернул обожженную руку.

Призрачная бабуся задорно захохотала, словно тоже за компанию троллий первач пила, и высунулась из чаши по пояс. От ее смеха проснулся Гайверс, осоловело осмотрел призрачную даму, да как ляпнет, что любит женщин помоложе.

На этот счёт Тайрэн был полностью согласен с другом, он тоже предпочитал более живую и молодую компанию.

— Так значит, помоложе вам подавай, да ещё и красавицу? — тут же уточнил призрак.

— Сильную ведьму! — встрял Ричардс. — Ведьма всегда в хозяйстве пригодится. Кредиторов отвадит, бульончик с похмелья сварит… Ик...

— Постель согреет! — это уже у Гайверса эротические фантазии начались. Тайрэн искренне надеялся, что его возбудила не бабуля.

— Да не вопрос, нетрезвые мои! — предвкушающе потирая ладошки, воскликнула старушенция.

Она снова захихикала, и из чаши вылетел свиток, в котором черным по белому значилось: “Я, лорд Тайрэн Эдрин, призываю в хранительницы замка Эндрон пастельную ведьму”.

— А леди знает толк в извращениях! — восхитился Ричардс.

— И мужских желаниях. Бери ведьму прямо сейчас! — Гайверс попытался похлопать Тайрэна полечу, но промахнулся. — Или зови, а потом бери.

— А мы поможем! — подхватил Ричардс.

— Моя ведьма. Никому не отдам! — собственнически объявил Тайрэн, и без раздумий поставил на договоре магическую подпись.

ГЛАВА 1

Театр начинается с вешалки, а квартира с мужика. В последнее время это любимое мамино изречение. Намекает, чтобы я пригласила на новоселье Сашку. Потоптался бы, мол, оценил, а там, глядишь, и совсем перебрался бы. Услышь это Сашка, больше ни за что его на семейное торжество не затянула бы. Жених из него примерно, как из дворового кота фамильяр. И вроде все признаки налицо, а толку нет. Ну не складываются у нас серьёзные отношения. Оба ещё не готовы.

А вообще родители у меня замечательные, заботливые, но не навязчивые, с понятием “личное пространство” знакомы. Поэтому и не возражали особо, когда я заикнулась о переезде. Хоть и без энтузиазма, но отпустили в свободное плавание.

И вот я здесь: в спальном районе, в скромной однушке. После получения ключей был набег на местную Икею, чтобы хоть как-то обустроить своё личное жильё на первое время. Набора тарелок, чайника, кастрюли и постельного белья для уюта мне показалось как-то маловато, и к покупкам добавилась штора — вещь не первой необходимости, конечно, но какая женщина устоит, увидев ценник с девяностопроцентной скидкой? Вот и я не смогла пройти мимо чудесного полупрозрачного комплекта нежно-сиреневого оттенка с миленьким лавандовым орнаментом по нижнему краю и шикарными волнами по верхнему. А теперь печально смотрела на всю эту красоту невесомую и осознавала парадоксальное — надо вешать. И магический фокус-покус мне тут совсем не помешал бы. Но вместо фокусов на помощь пришла старая и по этой причине уже далеко не добрая табуретка, предавшая меня в самый ответственный момент!

Я таки повесила штору, расправила её и открыла окно, чтобы полюбоваться на игру ткани на ветру, и в этот момент одна из ножек старой предательницы с треском подломилась, и я полетела вперёд. Попыталась удержаться, схватившись за штору, но видимо не зря её с такой скидкой продавали — ткань легко порвалась, и я вывалилась из окна, окончательно запутавшись в ней.

Зажмурилась в ожидании удара (тут хоть и первый этаж, а падать на асфальт всё же не очень приятно), но приземления почему-то не случилось. Осторожно приоткрыла глаза, кое-как выпуталась, выглянула из шторы и обнаружила, что вишу… в общем, где-то вишу. Вокруг было не темно, но и не то, чтобы светло. Эдакое северное сияние, постоянно переливающиеся, то почти затухающие, то вспыхивающие с новой силой, разноцветные всполохи. И я в них барахталась, обмотанная красивенькой шторой поверх пижамных маечки и шортиков.

— Эй, — позвала шёпотом. — Тут есть кто-нибудь?

И, видимо, зря я это сделала, потому что в этот момент меня резко потянуло в сторону, причём с такой скоростью, что в ушах засвистело, а глаза вообще закрыть пришлось, чтобы от вспышек не ослепнуть. И только я перевела дух, как меня поволокло обратно. А потом ещё, и ещё раз!

— Да вы уже определитесь, в какую мне сторону надо! — заорала я не своим голосом, когда от этой болтанки к горлу начала подступать тошнота.

Внезапно всё прекратилось, а я с визгом полетела вниз, и только сиреневая штора развевалась на ветру, как плащ супермена. Приземление не заставило себя долго ждать, а меня — долго визжать. Я совсем не артистично, с грохотом и звоном, брякнулась на какой-то стол!

Надеюсь, не в качестве основного блюда?!

В следующее мгновение я ощутила, как по груди растекается нечто мокрое и липкое. Кровь? В ужасе перевернулась на бок, отчего позади что-то упало и, судя по звукам, разбилось. Я же была жива, целехонька и теперь радостно ощупывала маечку на груди, пропитавшуюся соком каких-то фруктов.

Я упала на поднос. Блестящий такой, овальный, и, что очень важно — маленький. Не мой размерчик. А значит, ура! Я не десерт.

— Тайрэн, твоя ведьма!

— Где?! — растерянно спросила я и уже потом сообразила, что ведьмой посчитали как раз меня.

Радостный возглас какого-то мужика заставил меня закончить инвентаризацию собственной сохранности и полюбопытствовать, кому это я испортила застолье.

Их было трое: оптимист, пессимист и реалист.

На лице первого, миловидного блондина с потрясающими зелеными глазами, отражалось молчаливое одобрям-с. Одобрялось все: и моя пижама, и то, что было в нее упаковано, и даже штора, в которую я ненавязчиво пыталась завернуться, тоже снискала высшее одобрение. Пессимист рассматривал меня со скепсисом. У него была аккуратная чёрная бородка — вылитый дон Кихот. Прикид у него, кстати, тоже оказался сказочный: рубашка с широкими рукавами и расшитый золотой нитью жилет.

Реалист пил. Вот как рассмотрел меня, так и приложился к бутылке, в колючем пристальном взгляде читался немой вопрос: “Что ты такое?!” А ты себя-то в зеркало видел? Рожа небритая, в волосах паутина, а взгляд хоть и нетрезвый, но цепкий, как рентген…

Поёжилась и отвернулась, позорно проиграв в гляделки на первых же секундах. Беглый осмотр окружающего пространства ситуацию не разъяснил, а только ещё больше запутал. Стол, на котором я обосновалась, стоял посреди небольшой комнаты, оформленной в стиле глубокого ретро, век эдак восемнадцатый. Несколько окон в ряд, за которыми темнела ночь, у противоположной стены разожжённый камин, на полу старый вытертый ковёр и факелы по периметру. Запах по комнате витал соответствующий — копоть и гарь, только с примесью пыли, потому что всё это ретро выглядело заброшенным и давно нуждающемся как минимум в генеральной уборке, а по максимуму тут и генеральный ремонт не помешал бы.

А трое гуляк продолжали пристально рассматривать свалившееся на них счастье, то есть меня.

Изображать из себя и дальше котика на лежбище стало совсем неуютно, поэтому я осторожно притянула колени к груди, а потом, получше закутавшись в штору, встала на ноги. И никто руку не подал! Не джентльмены, очевидно...

Мужики пялились на меня, словно клиенты стрип-бара, и явно жаждали продолжения представления. Особенно нагло и задумчиво таращился небритый реалист. Его взгляд по-хозяйски скользил по коже, заставляя чувствовать себя голой, и это при том, что на мне были маечка, пижамные шорты и штора, легким движением руки ставшая подобием парео.

— Славная девка… — томно протянул белобрысый и отхлебнул из кубка.

— Откуда ее притащило? Северянка, что ли? — Почесал переносицу брюнет.

— Так северянки тонкие, как тростинки, а эта… — блондин поставил кубок на стол и очертил руками мой силуэт, заметно прибавив мнем форм.

— А вас не смущает, что я вас слышу? — спросила, уперев руки в бока.

— Светленькая, блёклая какая-то, я больше ярких и тёмненьких люблю, — протянул козлобородый, скептически поджав губы.

— Зато посмотри какая мордашка смазливая! — парировал блондинистый. — Носик что надо, и губки тоже… Я бы приобщился…

— Вы совсем обалдели?! — возмутилась я.

Но мужики продолжили обсуждать меня как ни в чем не бывало, и только реалист задумчиво молчал. За умного сошел бы, если бы рассматривал скромнее. Да и в целом он выглядел властным и уверенным в себе. Он словно приценивался, как самый главный. Будто заполучил трофей и теперь решал, что с ним делать.

— Ребята, а вы вообще кто? — спросила, поправляя штору. — И вы не обнаглели ли, так нагло обсуждать меня?!

— А она у тебя с норовом, — хохотнул блондин.

— Проблемная, — хмыкнул брюнет.

— Моя ведьма. Сам разберусь, — веско объявил реалист, и глянул так, что мне сделалось совсем неуютно.

— Э-э-э, нет, она на стол упала, а что на столе, общее, — протянул белобрысый со скабрезной улыбкой.

— Да вы совсем упились что ли?! — возмутилась я. — С чего это я ваша?

— Правильно, ты только моя, ведьма, — довольно улыбнулся щетинистый, теряя в моих глазах остатки привлекательности. А сначала самым рассудительным показался…

Вот же упыри! Повесила шторочку называется. Прилетела, так прилетела!

— Подожди, сначала разобраться нужно, откуда она вообще, — вставил козлобородый. — Вдруг навредить может.

— Да брось, девочка что надо, — подняв бокал за меня, усмехнулся блондин.

— А мне вообще высказаться можно? — поинтересовалась я, но меня будто не заметили.

— Если будет плохо себя вести, можно вместе с замком её продать, — задумчиво произнёс никакой не реалист, а хамло обыкновенное, разглядывая мои ноги сквозь полупрозрачную штору. — За такой примечательный довесок должны прилично доплатить.

— Я те дам продать! — завопил кто-то с подвыванием. — Ишь чего удумал! Я ему ведьму вон какую красавицу нашла, а он продать! Ничего у тебя, голуба моя пьяненькая, не выйдет.

А в следующее мгновение подвывала уже я, медленно оседая на стол. Рядом из столешницы выплывала полупрозрачная, но очень даже импозантная дама глубоко преклонного возраста.

— И чего трясёшься? — кивнула она мне. — Никогда потусторонних сущностей не видела?

— Н-нет… ик! — с запинкой прошептала я.

Блондин услужливо протянул бокал. Приняла, попыталась поблагодарить, но только ещё сильнее разыкалась. Махнула рукой на вежливость, отпила пару глотков и скривилась — это было вино. Ну кто даёт икающему человеку вино?! Но икота, как ни странно, прошла, и я начала прислушиваться к разговору щетинистого наглеца с привидением старой дамы… А что, всё нормально. Подумаешь, привидение… Допила остатки вина и протянула блондину бокал. А он, вместо того, чтобы забрать, плеснул в него ещё. Пожала плечами и поблагодарила кивком, мне подмигнули в ответ.

Небритый, который, судя по всему, был здесь хозяином, это заметил.

— Гайверс, у тебя нервный тик? Подлечить? — спросил он угрюмо.

— Не надо, Рэн, я всё понял! — открестился блондин. — После прошлого твоего лечения меня на две недели перекосило.

— Было бы из-за кого… — хмыкнул козлобородый. — Бледная, как тот призрак.

— Я не бледная, а блондинка. Светлая от природы — пояснила я, поправляя штору.

— Вот-вот, — подтвердила призрачная дама. — Светлые мы, других источник в качестве хранительниц и не принимает.

— А что за источник? — покосилась я на привидение.

И кто-нибудь уже поможет мне слезть с этого стола? Прямо-таки вишенкой на торте себя чувствую, ну или гвоздем программы в местном дурдоме.

— Деточка, тебе удобно? — понимающе ухмыльнулась бабушка.

Ничего так дамочка, с юмором. И местного замковладельца вон как от нее плющит. Славная дама! Подружимся!

— Да, будьте любезны, уважаемая, кем бы вы ни были, разъясните нам, что вы в моём замке забыли?! — под конец перейдя на возмущённый рык, проговорил местный врачеватель нервных тиков.

Стоило мне подняться, как блондин подскочил на ноги и подал руку.

— Благодарю, — чинно кивнула я, а потом едва сдержала возмущенный вскрик, когда мужик внезапно ухватил меня за талию и спустил со стола.

В следующий миг нас отбросило друг от друга, причем меня закинуло в кресло, а блондина отнесло к стене, да чуть о нее и не приложило. В последний момент его встряхнуло, словно невидимая рука ухватила за воротник, а потом поставила на пол. И в наступившей тишине раздалось предельно отчетливое:

— Предупреждаю в последний раз: это моя ведьма.

— Секундочку-с, милок… — деловито встрял призрак.

— Лорд Тайрэн Эдрин, — сухо перебил небритый, не сводя с меня мрачного взгляда.

Неужто почувствовал, что я его мысленно Рожей небритой обозвала?

— Хорошо, лорд Эдрин, — милостиво кивнула бабушка. — Вижу, вас право собственности озаботило.

— Замок Эндрон мой по праву наследования. Такова воля прежнего владельца, герцога Азорала.

Тут бабушка пакостно захихикала.

— Так лорд Азорал был не совсем владельцем. Он являлся благородным защитником этих земель, верным стражем врат, несгибаемым исполином на пути всех бед и хмарей…

Пафос речи призрачной бабуси просто зашкаливал. Не хватало только эпичного музыкального сопровождения…

Внезапно в зале потемнело и раздалось знаменитое “Та-да-да-дам” Бетховена. Сперва я сочла это личным глюком, но потом заметила удивленные переглядывания собравшихся и осознала —музыку слышали все. А бабуля мне еще и подмигнула.

Пока мы все наслаждались импровизированным концертом, призрак покончила с комплиментами прежнему владельцу и сурово уставилась на нынешнего:

— Этот замок твой по праву крови, до конца твоих дней. Продать, подарить…

— Пропить, — услужливо подсказала я.

Бабушка тему просекла и добавила:

— Проиграть в карты, отдать за долги или заложить ты его не сможешь. Хранителя я тебе нашла толкового. Так что свет вам в помощь, артефакты на шею, посох в…

— Я понял! — рявкнул “осчастливленный” дальше некуда замковладелец, и зло уставился на меня.

А я что? Я тут вином угощаюсь. У блондинчика все же манеры получше будут, да и на нетрезвую голову вникать в суть моего попадалова было как-то проще.

— Итак, меня похитили…

— Я тебя призвал. Ты моя ведьма, — хмуро бросил небритый, явно посчитавший себя не только замковладельцем, но ещё и рабовладельцем.

В этот момент прямо мне в руки плавно спустился клочок бумаги. Ого! Да у них тут все документально заверено.

И я зачитала вслух:

— Я, лорд Тайрэн Эдрин, призываю в хранительницы замка Эндрон пастельную ведьму.

Немая пауза, даже музыка и та умолкла. Блондинчик мило покраснел и отвел взгляд, козлобородый молча потирал подбородок, замковладелец мрачно смотрел на меня и явно предвкушал истерику, и только бабушка, как самая грамотная, хитро улыбалась.

— Итак, вы меня призвали как пастельную ведьму. — Лорд Эдрин стоически выдержал мою улыбку. — Пастельную… Нравится мне это слово.

— Это не слово, это обязанность, — внезапно выдал козлобородый.

Я вспомнила, как они тут коллективно мою внешность обсуждали и решила: скоро кто-то сильно разочаруется, и это точно буду не я.

— А вы, значит, лорд и местный грамотей? — свернула бумажку в трубочку и постучала ею по ладони.

— Лорд Тайрэн Эдрин, архимаг-универсал и член магического совета, — наконец-то представился небритый.

— Так себе у вас Совет, если в нем такие образованные. — Встряхнув свиток, развернула его и, удерживая двумя пальчиками, как гадость несусветную, подошла к своему вроде как работодателю. — Вы здесь какое слово видите?

— Пастельная ведьма! Пастельная! То бишь светленькая. — Радостно потерла ладошки призрачная бабушка. — Я же говорила, что хорошую ведьму тебе нашла!

— И домой вы меня не вернете? — Обратилась я к бабушке.

Похоже, она тут единственная, кто в теме. Короче, дружим с бабулей!

— Нет, лапушка. Ты тут навсегда, — развела она призрачными руками.

Да-а-а, так меня давно никто не “радовал”. Но расклеиваться потом буду, сейчас нужно сразу установить рамки дозволенного, разобраться со своими обязанностями и, главное, правами. Вздохнула и как можно более уверенно произнесла:

— Печально. Но раз так, я готова…

— К чему? — опешил лорд какой-то там и член чего-то там.

— Ну не к постельным свершениям уж точно. Я же хранительница замка? Значит, буду хоронить… Тьфу ты, хранить! Комнату мою покажите. Заселяться буду! — проговорила бодро, дерзко даже, а у самой коленки от страха дрожали.

Вот влипла, так влипла! А всего-то штору хотела повесить!

— Так у тебя вещей нет… — осторожно заметил блондин.

— Не моя проблема. Кто ведьму заказывал, тот пусть и решает! — многозначительно посмотрела на лорда Эдрина я.

— Идем! — рыкнул мой нежданный-негаданный работодатель, сцапал меня за руку и поволок из зала.

Глава 2

Сказочный замок поражал волшебным бардаком. Я осторожно ступала босыми ногами по каменному полу и чувствовала себя незваной гостьей, которой забыли предложить тапочки. С каждым шагом мои пятки становились всё тяжелее от слоя налипшей на них пыли. И хорошо, если только пыли...

Надеюсь, в моей комнате есть ванная, или хотя бы горячая вода!

Я внезапно осознала, что отсутствие привычных удобств может стать не самой большой проблемой. А есть ли вообще в замке эти удобства? Вдруг здесь глубокое средневековье: в речке купайся да тряпочкой обтирайся. Вдобавок, тут могли быть блохи и крысы. Гадость!

Сопровождающий молча шёл впереди, а я плелась за ним еле-еле, высматривая крыс по углам, штора печально шуршала позади, поднимая пыль заброшенных коридоров.

— Госпожа ведьма, вы уже устали? — язвительно поинтересовался мой наниматель.

— Госпожа ведьма в шоке, — угрюмо буркнула я.

— Отчего же?

— От ваших представлений о порядке и гигиене. Наверняка, вы и слов таких не знаете.

Мужчина помолчал немного, а потом безразлично бросил:

— Заметила, что замок находится в легком запустении?

Я демонстративно сорвала со стены клок паутины. Ещё бы и пятки продемонстрировала, но побоялась, что приёмы в стиле Джекки Чана неправильно поймут.

— Ты хранительница — тебе и швабра в руки, — с заметным злорадством объявил лорд Эдрин.

— Рассчитываете, что я брошусь приводить вашу недвижимость в порядок? — спросила с усмешкой.

— Рассчитываю, что вы найдете, чем себя занять, и мы будем встречаться как можно реже, — в том же тоне ответил он.

— И чем же вы намерены заниматься, если уборка и обустройство замка ложатся на мои хрупкие плечи? — Искоса взглянула я на угрюмого мужчину.

— Буду его защищать, — веско произнес он.

— От кого? На нас нападают?! Мы в опасности? — насторожилась я.

Учитывая окружающий беспорядок, я старалась шагать предельно осторожно, но все-таки умудрилась наступить на волочащуюся по полу штору, и потеряла равновесие. Лорд Эдрин отреагировал молниеносно, не дав мне проверить лбом твердость грязного пола.

И при этом он ко мне даже не прикоснулся! Внезапно подхвативший поток воздуха помог восстановить равновесие.

— Ваша одежда — единственная опасность, — брезгливо поджал он губы.

— Да вот как-то не рассчитывала переселяться.

— Отсутствие вещей не проблема. Составь список, все необходимое доставят.

— Согласна. Вещи не самая большая проблема, — покладисто согласилась я.

Мы поднялись на этаж выше по широкой лестнице, устланной грязным и местами дырявым ковром. Гадость!

Лорд Эдрин хмуро шагал рядом, видимо, уже понял, что если я с чем-то легко соглашаюсь — надо ждать подвоха. Наконец, решил уточнить.

— И что же, по-твоему, наша самая большая проблема?

— То, что я не ведьма! — объявила очевидное.

О! Мы уже пришли?

Я приметила симпатичную чистенькую дверь, украшенную деревянной резьбой. Орнамент из цветов, силуэтов зверушек и завитушек выглядел очень мило. Не то, что вереница пыльных, поросших паутиной дверей, мимо которых мы проходили до этого. Сразу видно — тут меня ждут!

Дверь приоткрылась от легчайшего толчка, явив женскую спальню. Я юркнула внутрь, под возмущенный возглас лорда Эдриана:

— Не будь ты ведьмой, тебя тут не было бы!

— Так я не колдую, заклинаний не знаю, на метле не летаю. Прискорбно, но предлагаю обсудить это позже. И будет здорово, если вы накормите и оденете свою хранительницу. Советую не затягивать…

Пока лорд удивленно хлопал глазами, осмысливая информацию, я захлопнула дверь у него перед носом.

***

Моя комната, моя обитель, миленькая, уютненькая… осталась на съемной квартире. И кровать новая осталась там же, вместе с новым комплектом постельного белья.

Я крепко зажмурилась в надежде, что увиденное мне всего лишь померещилось, потом приоткрыла один глаз и резко выдохнула. Зря! На вдохе у меня запершило в горле и зачесалось в носу. Так что осмотр покоев проводился под звучное “ап-чхи!”.

Итак, мне досталась… Широкая кровать с балдахином, увитым кружевами паутины. Я присела на край пыльного покрывала и мрачно уставилась на шикарный туалетный столик, украшенный утончённой резьбой и заставленный стеклянными флаконами всевозможных форм и размеров. Опять же пыльных до ужаса, но все же им было далеко до овального зеркала в массивной бронзовой оправе, в котором ничего не отражалось из-за покрывающего его слоя пыли. На полу лежал стоптанный, весь в проплешинах и похожий на ободранную псину ковер. Стены были задрапированы блеклой желтоватой тканью с едва заметным золотистым узором, и вишенка на торте — парочка арочных окон, так прочно обжитых пауками, что даже ночную темноту сквозь белёсые полотна не рассмотреть.

Прекрасные покои, в таких только Спящей красавице покоиться!

И здесь мне придется жить? Прибраться бы для начала...

— Да здесь работы не на один день, — покачала я головой. — И про клининговые услуги они тут явно не слышали. Наверняка рассчитывают, что я лично за метлу возьмусь. Ведьма же!

Прошлась по комнате, провела пальцем по винтажному белому комоду, посмотрела на собравшуюся на подушечке пыль и пробурчала:

— И кто так гостей встречает? Разве что незваных, чтобы долго не задерживались. А еще и хранительницей назвали...

— Тебя, деточка, чем-то титул не устраивает? Так хоть королевой назовись, мне не жалко, только бы обязанности свои исполняла хорошо.

Призрачная бабушка просочилась сквозь стену и уставилась на меня, сложив руки груди. А в моей груди кое-как восстанавливало ритм замершее от испуга сердце. Ну бабуля! Ну потусторонняя сущность! Если она постоянно так неожиданно появляться будет, долго я не протяну — погибну во цвете лет от инфаркта.