Загадай меня, ведьма

ПРОЛОГ

Он бежал на пределе скорости, доступной маленьким кроличьим лапкам. Опять побег, опять в путь, на поиски лучшего места. Впереди, в ночном сумраке, уже маячили очертания спасительной Табакерки. А позади горели факелы и голосила беснующаяся толпа. Ну, вот кто им виноват, что они не умеют свои молитвы ясно излагать? Подумаешь, слегка ошибся и вместо богатого урожая дитачкии, устроил им демографический взрыв. Кто ж знал, что речь о местном злаке с таким каверзным названием, а не о деточках? И вообще, благодарны должны быть! У них уже лет двести никто старше тридцать детей не рожал, а тут даже старушки дряхлые потомством обзавелись. Ну круто же? То-то и оно, что круто! А вот эти не оценили и, вместо того, чтобы принести благодарности великому божеству Кролю Всемогущему, устроили на него настоящую охоту! И где только эту гадость магическую раздобыли, на божественные сущности указующую?

Ну да ладно, до Табакерки уже пара прыжков, так что выкрутится, как и всегда.

Шустрый чёрный кролик с золотистой каймой на кончиках ушек сделал последний рывок и, протаранив лбом дверь, кубарем вкатился в бар.

– Линка-а-а! – заголосил кроль писклявым голоском на весь зал, привлекая всеобщее внимание. – Снимаемся с места! Скорее, а то ж разнесут Табокерочку-то!

– Снимаемся, так снимаемся, – меланхолично протянула стоящая за барной стойкой рыжеволосая девушка.

И обозлённые вывертами кроличьего божества люди имели честь лицезреть исчезновение целого здания с незатейливой вывеской, на которой красовалось название блуждающего по мирам бара, «Табакерка».

– Кроль, – устало подперев подбородок кулачком, протянула местная хозяйка, когда чёрный кролик взобрался на стул у стойки, – и не надоело тебе так по мирам мотаться?

– А выбор есть? – зло спросил кролик. – Думаешь, оно мне нравится?

– Так найди уже место по душе и прекращай косячить, – хмыкнула она.

– Тебя спросить забыл, – фыркнул чёрно-золотой кролик. И тут же сменил гнев на милость. – Чего хмурая такая?

– Да… Ничего, – вяло махнула она рукой.

– Что, опять этот демоняка довёл? – заискивающе заглянул ей в глаза кролик.

– Не твоё дело, косепор ушастый, – грубо ответила хозяйка блуждающего бара и пошла наливать вино очередному приблудному вампиру.

А кролик спрыгнул с высокого барного стула, проскакал к окну, за которым сейчас виднелись только неясные всполохи межмирового пространства, несущего Табакерку в другой мир, и блаженно зажмурился. Он уже чувствовал, что там, в новом мире, урожай манны будет богатый. Может даже ему удастся там задержаться на годик-другой. Эх, нелегка доля странствующего бога-элементаля. И особенно тяжело, когда ты, в наказание за былые «заслуги», на многие столетия заперт в теле кролика!

Глава 1

– В тёмную-тёмную ночь, в тёмном-тёмном лесу, прячась в сумерках, тенях и ночной мгле, скрывается… – замогильным голосом вещала моя подруга.

Аяла сегодня была в ударе. И публика тут была не пуганая, доверчивая. Обычно мы с девочками если и выбираемся из академии, то тусуемся где-то поблизости, чтобы потом в общежитие возвращаться было ближе. Но сегодня, за пару дней до Перводенства, все таверны, бары и ресторации в центре города были забиты до отказа. Это на завтра у нас отдельная комната в «Чёрной шляпке» заказана, послезавтра же бал в самой академии, а сегодня… Сегодня мы провожаем Кариду. И не просто там на каникулы провожаем, а прощаемся! Её переводят в высшую школу ведьмовства, потому что наша Карида послезавтра замуж выходит! Следовательно, как раз в Перводенство случится первая брачная ночь, и она будет инициирована. А инициированные ведьмы это уже другой уровень, общая магическая академия теперь не для неё.

Ну и вот, нам с подругой попрощаться нужно было, а все заведения поблизости заняты. Но мы же ведьмы, мы так просто не сдаёмся. Нашли-таки какой-то захудалый бар на окраине, сидим теперь, прощаемся. А Аяла как подопьёт, всегда страшилки рассказывать начинает.

Вот и сейчас вещает на весь бар. А местные завсегдатаи и рады, уши развесили. Ещё и угадать пытаются, о чём там юная ведьмочка рассказывать собралась.

– Чёрт что ли?! – громко выкрикнул кто-то из дальнего угла.

– Чур тебя! – обругали его.

– Не, ну в тёмном лесу, да чёрный…

– Правда чёрт что ли? – спросил ещё кто-то.

Аяла загадочно улыбнулась, наслаждаясь всеобщим вниманием. Вообще нас, ведьм, обычно боятся. Но только уже взрослых, а мы же всего лишь адептки, юные совсем, неокрепшие, не инициированные. Так что нас не боялись, так только, опасались слегка, но гораздо больше проявляли интерес. А всё потому, что всем известно – кто ведьму инициирует, получит здоровье и долголетие. Так что недостатка во внимании и поклонниках у нас не было.

– Не, не чёрт, – покачал головой привлекательный парень, присаживаясь рядом с Аялой. – Демон, да?

Подруга продолжала загадочно улыбаться. И парень поплыл, явно уже мечтая не только о долголетии, но и просто о том, что получится завоевать красивую девушку. А Аяла у нас красавица! Причём без всякого колдовства, натуральная. Жгучая брюнетка с точёными чертами лица, пухлыми губами, синющими глазами и стройным телом. Так что да, там уже всем на долголетие плевать было, Аялой просто любовались.

А сама Ялка, продолжая держать марку, начала стрелять глазками на нас, явно ожидая поддержки. Мы тут были вчетвером. Собственно Карида, которой послезавтра замуж и ради которой мы в эту забегаловку припёрлись, Медина, Аяла, ну и я, самая скромная и тихая среди них, несмотря на то, что рыжая.

Народ ждал, Аяла загадочно молчала и уже просто таки требовательно посматривала на нас в ожидании подсказки, явно под влиянием глинтвейна растеряв свои немалые сочинительные способности, а я блуждала скучающим взглядом по залу. И вдруг увидела нечто странное. Кролик! Самый настоящий кролик! Чёрный такой, но с поблёскивыющими в полумраке бара кончиками ушей. Он осторожно приоткрыл мордочкой дверь, втиснулся в щёлочку, встряхнулся, скидывая со шкурки снег, и юркнул под ближайшую скамью, явно намереваясь притаиться и согреться.

– Кролик, – задумчиво произнесла я.

– Да! – торжественно провозгласила Аяла, будто только моих слов и ждала. – Именно кролик!

И её понесло. Оказывается, в местных лесах водится волшебный кролик, который непременно исполняет желание каждого, кто сможет увидеть его в дни и особенно ночи кануна Перводенства. И это такой всемогущий кролик, что ему любое желание по зубам. Вот прямо любое!

Посетители бара слушали, развесив уши, как те кролики, а мы с девчонками обалдевали. Вот просто в шоке были, полнейшем! А всё потому, что Аяла настолько разошлась, что уже четвёртый бокал глинтвейна, кажется, навернула, и… несла. Так несла, да такую ересь, что нам оставалось только диву даваться.

Короче, тормозить Ялку нужно было, и срочно. И мы с Мединой уже встали, чтобы взять нашу словоохотливую подруженьку под белы рученьки и вывести. Карида подхватила плащ Аялы, и отошла к выходу, ожидая нас.

И тут, как гром среди ясного неба.

– Не верите, значит?! – воскликнула Ялка, вскочив со стула. Пошатнулась, но устояла. И как скажет! – А я говорю, есть кроль волшебный! Слово ведьмы! И слово моё верно!!!

Тут же послышался гром. Громыхнуло так, что стаканы и бутылки в баре зазвенели. Эта дурында пьяная Слово сказала. То самое, которое нерушимо и силу имеет. У-й-й-й… Что делается-то!

Мы с Мединой подхватили Аялу под руки, но она раздухарилась, как никогда. Вырвалась, осмотрела всех синющим, как в прямом, так и в переносном смысле взглядом и ка-а-ак припечатает:

– Я слово своё сказала. И подтвердить его готова! А в доказательство мы прямо сейчас пойдём в лес и найдём кроля. И загадаем ему желания!

– Клянёшься, ведьма? – спросил какой-то забулдыга, явно пребывающий в ещё большем опьянении, чем наша Ялка.

Я потянулась, зажать ей рот, но меня цапнули за ладонь, и на весь бар прозвенело ведьминское:

– Клянусь!

Всё, это был занавес. Опять громыхнуло, зазвенела посуда, а я отпустила Ялку, подошла к барной стойке и ну очень жалобно попросила:

– Сделайте мне глинтвейн погорячее, тройной, на вынос.

– И мне, крикнула Медина, – злобно поглядывая на шатающуюся, но гордо улыбающуюся Аялу.

– А мне замуж… – Карида посмотрела на наручные часы, – уже завтра.

– Ладно, ты можешь не ходить. Уже нажелала, – заржал кто-то из мужиков.

Карида облегчённо выдохнула, а я повернулась к владельцу забегаловки и мстительно попросила:

– Смешайте нам что-нибудь отрезвляющее… тоже на вынос.

Если нам и таскаться по холодному, заснеженному лесу в поисках несуществующего волшебного кролика, то пусть эта гадина Ялка тоже всю прелесть поисковой операции прочувствует!

– Понял, минутку, – с сочувствующей улыбкой кивнул бармен.

Уже выходя из бара, я невзначай взглянула под ту самую скамейку, под которой скрылся чёрный кролик. Оттуда, из темноты подскамейной, на меня уставились два светящихся кроличьих глаза. И не будь я Карой Черн, если их владелец не улыбался! А кролики вообще умеют улыбаться?..

***

Лес. Самый настоящий зимний лес, с сугробами, зверским холодом и да, ночь. Ну и мы втроём в этом лесу, как самые «умные», ищем несуществующего волшебного кролика. И послать бы всё, вернуться в академию, в тёплую постельку, но Ялка же Слово сказала, а потом ещё и клятвой припечатала. Так что деваться теперь некуда, надо бродить по лесу и искать кроликов, как минимум до утра. Аяла ещё не инициированная, с восходом солнца её Слово должно потерять силу, но до рассвета ещё часов шесть. Вот так и живём, м-да…

Как мы с Мединой заливали трезвящий отвар в Ялку – это отдельная история. Но заставили всё до капли выпить! Да, мы мстительные, ведьмы же. Аяла протрезвела и обиделась, на нас. Причём за то, что не остановили её в баре.

– Подруги, называется! – злобно фыркнула она и пошла… куда-то во тьму лесную.

– Яла, стой! – крикнула ей вслед Медина.

– Пусть идёт, – махнула я рукой. – Остынет немного, подумает… если найдёт чем.

– Да ну вас! – тоже психанула Медина. – Пошла я… туда, – наугад указала она. – Если кролика поймаю, позову.

– Угу, – промычала я, пиная острым носком ботинка снег.

Кролика нам желательно было найти, хотя бы какого-нибудь, самого обычного. Слово было завязано на этом самом зверьке, так что был шанс смыться из леса пораньше, если изловим ушастого и озвучим ему свои желания. Слово и клятва касались только нахождения кролика и загадывания желаний, а уж сбудутся они или нет – другое дело. Но вот незадача – в наших лесах водились только зайцы, большие такие, весьма недружелюбные, а порой и клыкастые. Академия же рядом, от магических всплесков местное зверьё порой так мутировало, что мама не горюй!

Одно радует, к нам, ведьмам, никакой зверь не сунется, даже самый злобный и мутировавший. Так что бояться нам в ночном лесу некого и это несомненно греет душу, но не тело. А мороз всё крепчает… И я бы, может, постояла на месте до утра, изображая видимость поисков и заглядывая под кустики, но мороз дело такое – хочешь, не хочешь, а двигаться заставит.

И я тоже пошла вглубь леса, раздвигая мохнатые, усыпанные снегом еловые лапы, вздрагивая и ёжась от осыпающегося с деревьев снега и да, ища несуществующего кролика. Ну, Ялка! Я тебе ещё припомню!

Спустя минут двадцать я продрогла до такой степени, что уже ничему не рада была. Ни яркой полной луне, которая вообще-то для нас, ведьма, сущее удовольствие, ни серебрящейся в лунном свете красоте ночного зимнего леса. А лес был красивый, что есть, то есть. Только холодный, и это всё портило.

Зиму я люблю, но как-то больше из окна, на расстоянии. Намёрзлась в своё время, когда ведьмоборцы на маму охоту затеяли. И где мы только не скрывались, даже в сугробе закопавшись ночевать приходилось. Но то было давно, а сейчас я уважаемая, охраняемая государством адептка магической академии, да и ведьмоборцев больше нет, распустили их. Но нам никаких ведьмоборцев не надо, с такой-то подругой!

Очередное дерево обсыпало меня снегом с головы до ног, и я оказалась в сугробе почти по пояс. Выбралась из снежного плена, встряхнулась и…

– Ой, – прошептала, во все глаза глядя на… кролика!

Кролик! И не какой-нибудь там обычный, а волшебный вусмерть! Это был кролик-элементаль, водный! Он весь был будто соткан из капелек воды и когда встряхнулся, брызги полетели во все стороны, налету превращаясь в льдинки и снежинки. А волшебная сущность переливалась и сверкала в лунном свете.

– Привет, – не веря своему счастью, прошептала я, присаживаясь на корточки перед самым настоящим чудом.

Кролик ещё раз встряхнулся и, вдруг, заявил, писклявым голоском:

– Так, мне некогда, лапы подмерзают, – в подтверждение он поднял левую переднюю лапку, встряхнул ею и послышался мелодичный звон льдинок. – Давай, говори своё желание. У меня вас тут целых трое, пока по всем пробегусь. Ну и климат у вас, я скажу. Не тропики, м-дя.

– Желание? – переспросила я, уже даже не удивляясь тому, что это чудо ещё и разговаривает. В ночи кануна Перводенства и не такие чудеса случаются.

– Ну, вы же за желаниями пришли? Так вот он я, волшебный кроль, исполню честь по чести, – гордо выпятил влажную шерстяную грудку кролик, встав на задние лапки и едва не ткнувшись мордочкой в мой подбородок.

Я как-то растерялась. Не ожидала, что до такого дойдёт. Ялка же придумала всё, а тут… Желания у меня наготове точно нет, а абы что в такой ситуации просить было бы кощунством.

– Соображай давай быстрее, – встряхнулся кроль, от чего послышался треск подмерзающей на морозе водной шкурки.

– Я так сразу не могу, – протянула я, во все глаза глядя на чудо лесное.

– Ты уж постарайся, пока я тут не заледенел совсем, – проворчал кролик.

– Сейчас-сейчас, – покивала я.

Выпрямилась, прошлась немного и остановилась, задумчиво теребя подбородок. Он был мокрым после близкого нахождения рядом с ожившей водной стихией. А чего я хочу? У меня же теперь всё есть! И крыша над головой, и подруги, и с учёбой проблем нет. Вот только… за маму так и не отомстила…

– Придумала, – произнесла угрюмо.

– Излагай, – кивнул кролик.

– Моё желание – м… – начала я.

– Миллион? – вдруг выдал кролик, заметно сморщив мордочку.

– Нет, – мотнула я головой. – М…

– Мазератти?

– А это ещё что такое? – не поняла я. – Нет, что бы это ни было.

– Зря отказываешься, – заявил кролик.

– М… – начала я и была опять прервана.

– Молчи! Дай угадаю! – азартно запищал кроль, подпрыгивая на месте, как безумный.

И посыпались варианты, один другого оригинальнее. Мармелад, мыло, маска, метла… На слове «медовуха» я по инерции хлебнула уже порядком остывшего глинтвейна, на «мудрость» основательно задумалась. А потом кролик психанул.

– Ну ты чего такая привиреда?! – пропищал он. – Определяйся давай уже!

– Вообще-то я определилась, – нахмурилась я.

– Так чего молчишь? – фыркнул кролик, дёрнув усами.

Один заледеневший ус со звонким щелчком отвалился и кроль натурально завизжал, причём на меня.

– А ну живо говори, чего тебе надо?! – в категоричной форме потребовал он.

– Да мужика мне одного найти надо, мага… – начала я и опять была перебита.

– Тьфу ты! Эх, мог бы и догадаться, – сплюнул кролик. – Только время зря потратил, ну да ничего, у других угадаю. Тебе как, абстрактного в кубе мужика-мага, или конкретного?

– Не надо мне никого в кубе. Мне нужен ведьмоборец Эрен Брэйк, – чётко проговорила я. – Я не могу найти его, а у меня к нему имеются…

И меня опять перебили, причём в процессе упрыгивания.

– Всё понял, – заявил кролик, будто полностью потеряв ко мне интерес и куда-то удаляясь. – Будет тебе твой ведьмоборец. Эх, что за ведьмы пошли. Только ты учти, я не сводник какой, так, направлю куда нужно, чтобы пересеклись, первый интерес в нём подстегну, а дальше уже давай сама. – Обернулся, остановившись у огромной ели и, сверкнув на меня глазками, как припечатает: – Ты ведьмочка красивая, влюбится в тебя ведьмоборц, даю гарантию. Ну всё, бывай!

И эта морда ушастая исчезла под деревом! А я… Я…

– Что?! – бросившись следом, заорала так, что снег с окрестных деревьев посыпался. – Какой влюбится?! Зачем влюбится?! Мне отомстить ему нужно!

Я полезла под ель, отодвигая низко провисшие под тяжестью снега ветки, и принялась остервенело ворошить снег, но кролика нигде не было. Он исчез!

Так и вылезла из-под ёлки, вся в снегу, растерянная и злая. Ну, кролик!

***

Девчонок я нашла быстро. Стоило только вернуться на опушку, откуда мы разбрелись по лесу, и отправить парочку «аукалок» – простеньких заговоров поиска. Первой из-за деревьев показалась Медина, вся взъерошенная, раскрасневшаяся, в снегу, но отчего-то донельзя довольная.

– Ты не поверишь! – отряхнув снег с полушубка, выпалила она, подбегая ко мне.

– Кролика нашла? – угрюмо спросила я.

– Да! Представляешь, настоящий волшебный… Погоди, а ты откуда знаешь? – удивлённо спросила подруга.

– Догадалась. Я его тоже нашла, вернее, он меня, – поджала я губы. – Что загадала?

Медина смущённо отвела взгляд, вдруг очень заинтересовавшись рассматриванием леса. Всё ясно! Она уже год как грезит во сне и наяву о нашем принце. Парень он, конечно, хоть куда, вот только где мы – ведьмочки недоучки и где сам наследный принц, да ещё и выпускник магической боевой академии. По слухам лучший, едва ли не за все пять веков существования той академии.

Ведьмы в принципе с боевыми магами не особо дружат, а уж с королевской семьёй и подавно. Не сложилось у нас как-то. Всего пять лет, как, под давлением общественности и профсоюза защитников всех магических народностей, распустили ведьмоборцев. А до этого жуткие боевые маги-ведьмоборцы устраивали на нас настоящие охоты и облавы, на радость мстительному королю, которого в юности умудрилась какая-то ведьмочка жестоко отвергнуть.

– Как думаешь, исполнится? – с надеждой прижимая озябшие руки к груди, покосилась на меня Медина.

– Надеюсь, нет, – пробурчала я.

В принципе, с одной стороны – с чего бы оно исполнилось? Вся эта история с волшебным кролем Перводенства, исполняющим желания – сплошная фикция, плод Ялкиной любви к сочинительству и нескольких бокалов глинтвейна, который в этой забегаловке на окраине уж больно ядрёный оказался. А с другой стороны – вот оно, очевидное невероятное, кролика мы таки нашли, и самого что ни на есть волшебного.

– А я надеюсь, что сбудется, – мечтательно протянула подруга.

– А ты чётко желание сформулировала? – с прищуром поинтересовалась я.

Медина удивлённо уставилась на меня, пару раз непонимающе моргнула, а затем мечтательная улыбка медленно сползла с её лица. Да-а-а, я бы не отказалась ещё разок с этим кроликом повстречаться, в тёмной подворотне и без свидетелей…

Расспросить, как именно шальной кроль одарил Медину, я не успела. Из лесу, матерясь и отчаянно выгребая снег из-за шиворота, вышла Аяла. Злобно зыркнула на нас, встряхнулась вся, как кошка, одновременно избавляясь от снега, высушиваясь и согреваясь. Она самая одарённая из нас, уже сейчас, не будучи инициированной, способна на большее, чем некоторые инициированные. Безголовая только и за языком не следит.

– Ну чего встали? – буркнула Ялка. – Спать пошли, у меня голова болит.

– Ещё бы ей не болеть, – язвительно протянула я.

– А ты тоже… желание загадала? – осторожно поинтересовалась у Аялы Медина.

– Пошли, говорю. Заболеете ещё и меня виноватой оставите, – рявкнула Ялка и потопала к дороге.

Значит, кролика она тоже встретила, иначе из лесу до рассвета не ушла бы. И что-то мне подсказывает, что с желанием и у неё не заладилось. Хотя тут, скорее, у всех нас с кроликом не заладилось. Недоразумение какое-то попалось, а не магическая сущность! И как такое проблемное создание выживать умудряется? Это мы пока ничего ему сделать не можем, а нарвись он на верховную ведьму или сильного боевого мага, остался бы без ушей и хвоста, за такие выкрутасы.

В общежитие мы возвращались в молчании, каждая думая о своём. Я лично мысленно металась между «Хоть бы кроль оказался фикцией и желание не исполнил» и «Надеюсь, оно всё же исполнится и я, наконец, смогу отомстить проклятому ведьмоборцу за маму». О чём думали девчонки, не знаю, но, вернувшись в комнату, мы, так же продолжая угрюмо молчать, разделись и легли спать.

– Ну, как, нашли кролика? – сонно спросила Карида, разбуженная нашим копошением.

Мы делили на четверых комнату, рассчитанную на троих. Пришлось потесниться, но, сдружившись буквально с первого дня в академии, не пожелали разделяться. Эх, уже завтра в комнате станет посвободнее, но радости это не доставляло. Расставаться с Каридой никто из нас не хотел, даже она сама. Но сердцу не прикажешь, а ведьминскому так и подавно. Если ведьма полюбила – пиши пропало. Всё остальное отходит на второй план и важен становится только Он, избранный ведьминским сердцем. Вот и мы… отошли, всё понимая и радуясь за подругу, но расставаться всё равно не хотелось.

Конечно, пройдёт время и эта всепоглощающая необходимость всегда быть рядом с любимым ослабнет, вот с инициации и начнёт ослабевать, но пока Карида была вся в этих чувствах, порой забывая даже поесть и поспать. Вот и сейчас легко отказалась от сна, только в этот раз не из-за своего ненаглядного, а ради нас.

– Ну чего вы молчите? – села на кровати Карида. – Последнюю ночь же вместе.

– Ладно, – первой сдалась Медина. – Нашли мы кроля. И я тебе сейчас такое расскажу…

Похоже, поспать этой ночью нам не судьба, и утром опять все будем вялые, с синяками под глазами от недосыпа, но зато довольные. В выборе между отдыхом и совместными ночными посиделками первое всегда проигрывало.

Ох, если бы я только знала, какая насыщенная жизнь у меня настанет уже к следующему вечеру, точно предпочла бы отоспаться впрок!

Глава 2

Утром произошедшее накануне показалось каким-то дурным сном, а потом и вовсе забылось. У нас были куда более важные заботы. Например, прощание с подругой, почти сестрой, с которой практически не расставались уже более трёх лет.

Вдоволь наобнимавшись и наревевшись, нам пришлось отпустить Кариду к её ненаглядному солдафону. Признаться честно, мы не понимали выбор подруги, хоть и были искренне рады за неё. Ну что она нашла в этом угрюмом, вечно серьёзном и каком-то сумрачно-опасном типе? Мало того, что боевой маг, так ещё и ищейка на службе короны к тому же. От таких лучше держаться подальше, а она замуж за него…

Но сердцу не прикажешь. Карида упорхнула готовиться к свадьбе, на которую мы, к сожалению, не попадём, потому что жених у неё оказался совсем странным типом и обряд у них будет закрытый. А нас закрутила подготовка к Перводенству.

Академия буквально утопала в предпраздничной суете, все носились с нарядами и украшением всего вокруг. И не заразиться этим праздничным настроением было просто невозможно.

Так что уже к обеду мы, поредевшей, но весёлой компанией, как и все, бегали по комнатам и коридорам – кто в поисках булавки непременно зелёного цвета, кто, ища по подружкам подводку для глаз нужного оттенка. Лично я к завтрашнему балу была полностью готова, а вот на сегодняшний вечер платье подготовить как-то запамятовала. А у нас вообще-то по плану вечерние посиделки в «Чёрной шляпке». И там будет не только вся наша ведьминская группа, но и куча парней с других факультетов. Не идти же в повседневной одежде.

В общем, я, как самая умная, отправилась в город, покупать платье. Угу, после обеда, за день до Перводенства, когда все уже активно праздновать начали. Если найду хоть что-то краше мешка, это будет самое настоящее чудо, не то, что какие-то там кролики, исполняющие желания.

И нужно было поспешить, потому что все лавки, салоны и магазины вот-вот закроются, а откроются потом только дней через пять. Перводенство у нас всегда праздновали с размахом.

Вот я и спешила, как могла. Поскальзываясь на стылой мостовой, огибая прохожих, неслась на всех парах к салону мадам Ханны, «Юная прелестница». Там, благодаря одной давней истории с пойманным за руку воришкой, у меня была приличная скидка, да и выбор у мадам Ханны всегда был большой, должно ещё что-то подходящее остаться.

Так, на всей скорости, и влетела в кого-то на повороте. Мы столкнулись, я поскользнулась, результат: оба валяемся на заледеневшей брусчатке. Но мне повезло, я оказалась сверху.

Тут же вскочила, посмотрела на смягчившего мне падение человека и… неосознанно сделала шаг назад.

Это был мужчина, довольно внушительный. Даже вот так, лёжа на мостовой, он выглядел высоким, сильным и… опасным. Нет, в его взгляде не было угрозы, обычный такой кареглазый взгляд, даже слегка смеющийся и заинтересованный. И поза тоже не была угрожающей, приподнялся на локтях и теперь вот, лежит на мостовой, как ни в чём не бывало, и с лёгкой усмешкой разглядывает меня. По всем показателям приветливый и весьма привлекательный, кстати, незнакомец.