Дети Рода

© Сергей Богомолов, 2024

ISBN 978-5-4496-7780-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление. Старая Государыня

Со стороны казалось, что Её Величество, Государыня всей Золотой Салавии неувядающая Заря, восседающая на походном троне в тесной, ну конечно по сравнению с тронным залом гордого Слава, думной палате, внимательно слушает доклад залесского наместника. Однако это была лишь видимость. Она была очень, просто неприлично стара, чтобы руководить громадным государством, но всё же держала себя в руках, оставаясь трезвой разумом. Поэтому всё, что мог ей сообщить местный представитель власти, знала и так, и даже мысли его не укрывались от её взгляда.

– «Он одновременно доволен и нет этой должностью» – думала она под мерный бубнёж скучного доклада – «доволен что далеко от начальства, редко вмешивающегося в его действия, которые в основном заключаются в ничегонеделании. Ну а что с этими дикарями можно делать?» – последняя мысль немного повеселила Государыню, и она удовлетворённо окинула взглядом скамейки вдоль стен, на которых восседали вожди и выборные старейшины – «Недоволен так-как должность не очень прибыльная, даже взяток никто не даёт! Можно ещё приворовывать из государственной казны, да местные вожди не поймут, а порядки тут строгие, люди живут не по закону, а по обычаю. Сразу в рабство, до выплаты! Этот ещё долго держится, значит неплохой наместник. Можно подумать и о назначении в какую-нибудь другую провинцию, поближе к центру!» – иногда она думала, что и в других провинциях законы должны повторять традиции, но потом, здраво рассудив, отбрасывала эту мысль. В старых, просвещённых княжествах обычаи уже извратились, превратившись в банальное воровство, себялюбие, трусость и полное презрение к обществу. С такими законами государству долго не протянуть!

Впрочем, оно и сейчас на краю. Поэтому, несмотря на старость и усталость, приходится объезжать провинцию за провинцией и стягивать их некрепкими нитями. То-есть преференциями, различными доходами и династическими браками. Сможет ли, удержит? И самое главное: что станет потом, когда её уже не будет? Эти вопросы мучали Государыню постоянно и выводы из своих рассуждений она делала неутешительные. Постоянные внешние угрозы, неодинаковые законы, деградация общества и нет наследников. Вернее, наследники есть, правителя нет!

– «Кому оставить трон? Внуку Туману, что козни да интриги строит? Вместе с великим князем Златом, тестем своим ненасытным, и шурином Ратом Бешеным. Всё государство готовы развалить, лишь бы на трон влезть. И не понимает он, что нельзя один род над другими возвышать, не удержишь потом их, да и остальные не потерпят. А может понимает всё, да боится не ему государство достанется? Вот и набирает силы для победы в будущей междоусобице кровавой?!»

– «А может внучке Росе, что в новую веру ударилась? Двоебожие. Те, кто злых духов боится к ним приходит. Люди говорят помогает, всех духов изгоняют! Они даже ей, Государыне, кулон подарили, белой кости с каменьями красными, занятная вещица, с одной стороны человек к свету поднимается, с другой во тьму падает. Вроде как духов на земле и нет, не остаются они своим потомкам помогать, а всё что есть здесь: трава и деревья, камни и горы, реки и моря, звери и птахи, всё что в мире есть, кроме человека, суть мертво или бездуховно. Непонятно?!» – кулон она, конечно, взяла, только не надевала никогда, так теперь в шкатулке с драгоценностями и валяется – «Ну а как без духов править? Как узнать сколько дьяки с наместниками воруют и какие интриги придворные строят? Кто в войне поможет, и в засуху, и в болезнях? Да и не бывает злых духов, злые только люди бывают!»

– «Или правнуку Гору, как большинство придворных и князей советует? Оно и понятно, мал ещё, родители мертвы, в делах не разбирается, распутен и не умён, подвержен влиянию. При умелом подходе хоть верёвки из него вей! Одна надежда, достойную жену найти, что править вместо него сможет. К сожалению, большие княжеские роды для этого не годятся, хватает и одного наследника с зарящимися на власть родичами. Мелкие тоже не подходят, их быстро сомнут в борьбе за трон. Если только эти вот, дикари? Они хоть и мелкие, и бывает, враждуют между собой, но друг друга ещё держатся и в обиду никому не дадут. Заодно и вся провинция ближе к государству станет и шатающийся трон поддержит!»

Она посмотрела в узорчатое окно на мелкий, убогий Залес, вместе с её приездом наполнившийся придворными, местными вождями с дружинами, торговцами и обычным любопытным людом. Городком-то нельзя назвать, так: пристань, терем наместника, думная изба, небольшое святилище, купеческие лабазы и торговые ряды, да постоялые дворы с трактирами. Особо и населения-то нету, только в базарные дни с окрестных родов народ собирается, когда купцы из других провинций приезжают за пушниной и зерном. Непонятно зачем дубовая стена кремля стоит с массивными венцами башен? Частокола вполне хватило бы.

Глава 1. Неподходящий жених

Ярка поднырнула под воду задержав дыхание насколько можно. Достала до самого илистого дна и дотронулась до рёбер с левой стороны, где находится волнистый голубой знак, сейчас с трудом различимый в толще воды. Она, конечно, не волхв и не умела разговаривать с духами, но умела их слушать или лучше сказать чувствовать. Как сейчас духа воды, хозяина этой заводи, что признал метку такого же духа и зла делать не собирался. Наслаждаясь ощущением лёгкости и нежным прохладным объятием водой обнажённого тела, Ярка тихонько опустилась на заднюю точку скрестив ноги, подняв при этом со дна небольшой мутный туман.

С интересом посмотрела на разбегающихся раков и замершего в камышах окуня. Раков можно бы и половить, да только куда их потом девать? Вечером государев пир, на который все окрестные рода прислали своих лучших людей, «а явиться на пир сытой, значит выказать неуважение хозяевам», как говаривал отец. Хотя Ярка могла много съесть, несмотря на худобу, и животом никогда не маялась, да и до вечера ещё далеко, но мало ли. Всё-таки не каждый день в Залес Государи наведываются, да что там говорить, даже не каждый год. Ведь их Залесский край был одной из самых диких окраин государства.

Вот, учитывая всё это, отец и послал Ярку помыться и приодеться по-праздничному. Хотя, как по ней, то мыться надо, когда покидаешь город, а не наоборот. Но тут ничего не поделаешь, отец по своему положению гораздо выше и приходится подчиняться.

Закончив размышлять, она резко оттолкнулась и заработав ногами поплыла вверх. По привычке вынырнула очень тихо, только чтобы бесшумно вдохнуть воздух и оглядеться.

– «Вот же леший принёс!» – возле брошенных ею вещей присутствовала небольшая кучка людей. Чуть поодаль пятеро бойцов из стремянного полка, как определила по украшенным шлемам и кольчугам ратников Ярка. Ближе ещё четверо, двоих она знала, один дьяк, помощник местного наместника, второй местный охотник, видимо в качестве проводника. А вот между ними стоит парень, весь расфуфыренный, в неудобном блестящем кафтане, с ухоженными длинными золотистого цвета волосами, собранными в аккуратный хвост. На пару лет постарше Ярки, может пятнадцать-шестнадцать. За ним ещё дедок, который заинтересованно уставился на неё, когда девчонка мощными гребками поплыла к берегу.

– Ух-ты, какая добыча расписная нам попалась! – ухмыльнулся парень, оглядывая вышедшую из воды голую девчонку в синяках, ссадинах и комариных укусах на самых неожиданных местах.

Бойцы тоже покрылись ухмылками и только оба местных вежливо поклонились, а дедок похоже завис от украшавших тело девчонки картинок, хотя и у самого на лбу глаз в ромбе имелся.

– Доброй охоты Ярка – произнёс охотник.

– Приветствую великого воина – добавил дьяк с совершенно серьёзным видом.

– И вам удачи – кивнула та, выжимая волосы.

– Воин? – фыркнул парнишка, покосившись на дьяка.

– На плече знаки – показал тот на несколько кровавых капель на левом плече девчонки – семь убитых врагов.

– Врагов? Мышей что ли? – парень повернулся к бойцам ожидая поддержки, но те уже перестали ухмыляться, знаки духа битвы бывали и у многих из них – А под глазом что за знак? – кивнул он опять на девчонку, хотя точно такая же стрелка пересекала наискосок правую щёку охотника.

– Меткий стрелок – не без гордости ответил тот, так как девчонка только презрительно скривила губы и отвечать явно не собиралась.

– А вон тот на кисти? – всё никак не успокаивался парень – А этот на ноге?

Ярку это обсуждения её знаков несколько раздражало и разбирать свою сумку с новенькой чистой одеждой она опустилась на одно колено спиной к этим самодовольным любопытным чужакам. Только зря, стало ещё хуже.

Похоже дедуля наконец заметил некое неудобство, так-как довольно тихо произнёс:

– Ваше высочество, наверное, не очень красиво так откровенно разглядывать обнажённую девицу?!

– Да лан перестань, эти дикари вообще не стесняются, говорят даже в бане все вместе моются. Ничё-се! – воскликнул пацан, заметив причудливый плетёный рисунок тёмно-синего с красным цветов, на спине, от плеч до лопаток – Кто это её так разукрасил?

– Должники, Ваше высочество – попытался ответить дьяк без подробностей.

– Так она богата? Вот же ей повезло – съязвил парень – а у меня на спине не одной метки, наоборот, я бы мог многим расписаться!

– Это не совсем то что вы подумали – пояснил дьяк – по обычаю спасённый оставляют свой знак на теле своего спасителя, как бы подтверждая долг и связывая свою жизнь с ним.

– «Да не, ну невозможно!» – Ярка встряхнула вышитые штаны и всё-таки решила надеть их на ещё невысохшее тело, причём снова повернувшись лицом к молокососу – «Ещё не хватало начать обсуждать кто, где и как был спасён, словно хвастаюсь!»

Это занятие чем-то заинтересовало мальчишку, и он поначалу притих, внимательно наблюдая. К сожалению, ненадолго. Когда уже штаны практически залезли на угловатые бёдра он вдруг резко выкинул руку с вытянутым пальцем вперёд, указав прямо на промежность, ну может чуть выше.

– А это что?!

– Ну ты совсем дурной?! – не выдержала Ярка, так как чуть не упала – Не знаешь, чем мальчик от девочки отличается? – и она рьяно завязала шнур на штанах, кажется, даже немного перетянула.

– Да нет! Ну там у тебя на холмике таком, перед этим местом… Ну, где разделяться начинает… Там звёздочка такая золотистая и в ней ещё одна – парнишка несколько замялся.

– Это знак духа Рода – пришёл на помощь дьяк, пока Ярка всовывала голову в расписную рубаху, чуть ли не до колен, с глубокими вырезами на рукавах, чтобы знаки видно было.

– «По лесу в такой не побегаешь».

– Так с этого и надо было начинать! – возмутилось его высочество – А то какие-то: стрелки, острые клинки, быстрые ноги. Благородная кровь, вот что главное! Восемь лучиков золотых и ещё серебренных семь, неплохо! – быстро подсчитал глазастый княжич по памяти, этот мелкий знак и заметить-то нелегко, видимо внимательно смотрел. Впрочем, княжич оказался ещё и очень болтлив, сейчас его как прорвало – Дочь вождя в восьмом поколении, ну теперь хоть пообщаться есть с кем, а то тут одно быдло вокруг бродит. Только у тебя знак мелкий какой-то, надо вот так, чтобы сразу всем понятно было!

Княжич распахнул кафтан и поднял вверх сорочку, Ярка уже думала, что он свои бархатистые штаны спустит, но обошлось. На мягкотелом животе, чуть ниже пупа располагалась прямо-таки огромная звезда, наверное, с целой сотней золотистых и серебристых лучей.

– Зачем? – сидя прямо на земле и натягивая мягкие, из красной кожи, сапожки, слишком мягкие чтобы бегать в них по лесу, спросила Ярка – «В лаптях гораздо удобнее, а то и босиком!»

– Как зачем? Чтобы все знали кто ты!

– Все знают кто я! – она показала на правый глаз, а затем на левый, с отпечатком чьей-то лапы под ним – я хороший стрелок, я следопыт, я хорошо дерусь на коротких клинках, я охотник, я воин! – она прошлась пальцами по рукам отводя рукава и показывая соответствующие знаки – Ну остальные всем видеть необязательно! – не стала она задирать штанины и рубаху, тем более у княжича уже была возможность рассмотреть метки духов на её теле – Это я! А то, что здесь – она постучала пальцем по рубахе примерно в том месте, где была звёздочка родословной – имеет отношение только к моему роду, семье.

– Во-от вы все тут тё-омны-е! – протянул его высочество – А как же уважение к твоему роду и к тебе, вот если крестьянин какой с такими метками, кланяться ему будешь?

– За хорошие дела не грех и поклониться! – заплетая косицу из тёмно-русых, не до конца высохших волос, ответила Ярка – А князя, что ничего не делает только на шее людей сидит, за что уважать?

– У тебя коса! – вдруг встрепенулся княжич.

– И-чё? – закатила глаза Ярка.

– Ты нетронута и жениха у тебя нет!

– П-фе – фыркнула Ярка и, закинув свою сумку на плечо, направилась в сторону виднеющихся деревянных стен города, даже не оглянувшись на поспешившего за ней княжича.

– Ваше высочество, а охота? – прокричал дьяк.

– Да ну её – отмахнулся тот – всё равно ничего не поймаем.

– Какая охота? – хмыкнул десятник, уже пару лет как бессменно приставленный к княжичу – Тут такая дичь убегает.

И вся свита двинулась следом.

Возле самых ворот повстречался Серый Бобр, с тушей кабана на плече. Так-то изначально он был просто Серый, но с возрастом прилепилось ещё и Бобр, за умение ловко и быстро валить деревья.

– Ярка! И ты Омут! Вы что, с такой толпой на охоту ходили?! – скептически хмыкнул он, оглядев свиту княжича, на него самого при этом, не обратив никакого внимания.

– Не, они за мной сами увязались, видишь без добычи возвращаемся?! – ответила Ярка, между тем как охотник Омут только кивнул, но похоже решил промолчать о том факте, что являлся проводником для приезжих гостей.

– Да-уж, не повезло тебе! Вот за что я люблю тебя Ярка, так это за независимость! – и Бобр прямо на ходу, несмотря на тесноту улицы, стиснутую торговыми рядами, покупателями и просто прохожими зеваками, перекинул кабана на другое плечо, явно стараясь показать, что везёт только лучшим – Ты учти, хотя моя первая жена давно умерла, но мой корень ещё крепок и к тому же я опытен. И если отдашь мне косу, то не трону тебя пока ты сама не пожелаешь. Зато вся эта мелкота сразу отстанет.

– Эй, она моей будет! – воскликнул княжич, не сразу сообразивший о чём речь.

Ярка удивлённо-презрительно подняла брови, прохожие в толпе удивлённо за-оглядывались на наглеца и придержали шаг, а Серый Бобр чуть не расхохотался, видимо только сейчас обратив внимания на расфуфыренного княжича.

– Кто этот молокосос? – спросил он Ярку.

– Не знаю – пожала плечами та.

– Я Наследный княжич Гор! – оскорблённо взвизгнул тот – И я официально беру её в жёны!

– Что?! – рука Серого мигом вытянулась и схватила его высочество за горло, сдавливая так что тот смог только хрипеть и царапать мощную кисть – Слушай сюда сопляк, такая мелкая сошка, не заслужившая не одного знака, не достойна слизывать пыль с её следов – продолжил он, даже не обратив внимания на дёрнувшуюся охрану и так и не скинув кабана с плеча – я не убью тебя за такое оскорбление только потому, что ты гость! Но если ещё раз услышу нечто подобное, уже не стерплю! Хотя думаю кто-нибудь прибьёт тебя раньше – уже более расслабленно добавил он и отшвырнул княжича к ногам его телохранителей.

Тут Ярка услышала прошедший по собравшейся толпе ропот и почувствовала, как шевельнулась её косичка, словно кто-то потрогал её. В тот же момент она развернулась, одним незаметным движением выдернув нож из ножен на узорном поясе и приставила клинок к горлу стоящего сзади чужака. Хоть и гораздо старше, но в такой же, как у мелкого княжича, нелепой одежде.

– Сдаюсь-сдаюсь – шутя проговорил он, комично поднимая руки – просто любопытно стало, столько меток, а всё с косой, любой род с руками оторвёт. Неужели никто замуж не берёт?

– Сама не иду! – мрачно произнесла она, не опуская клинка пока чужак, нагло её разглядывая, медленно не отошёл на несколько шагов.

После чего Бобр, Ярка и охотник Омут, направились дальше. Возмущённые прохожие, видя, что телохранители знатных чужаков не решаются нападать, потихоньку убрали оружие и, презрительно оглядываясь на приезжих, стали расходиться и снова заниматься своими базарными делами. А дедуля и дьяк остались копошиться возле окружённого охраной хрипящего княжича.

– Странные они, я их боюсь немного – настороженно оглядываясь призналась Ярка.

– Кого, этих? – удивился Бобр – Да у них бойцов-та, тьфу и растереть! А без них эти слабаки ничего не стоят! Их, кроме родовых, не один дух не поддерживает!

– Да и в тех они не верят, хоть и поклоняются – неодобрительно добавил Омут.

– Потому и боюсь, не знаешь, чего и ждать от них! Как бешеные лисы, что в деревню приходят и ничего их не пугает, ни камень, ни меч, ни стрела, только одно желание, укусить кого. Так и эти, языками своими мелют, руки распускают и низости своей совсем не стесняются. Словно не боятся, не смерти, ни духов, не мира, что отворачивается от них!

– Нет для них ни закона, ни правил, не обычаев – подтвердил, уже успевший неплохо узнать столичных гостей, Омут.

– Ты хоть понимаешь, что творишь? – услышал наследный княжич Гор ехидный голос своего дяди, после того как немного отошёл и смог нормально дышать – Ты, никак не отмеченный духами, задираешь ихних героев?! Поверь племяш, для этих мы с тобой, несмотря на всё наше благородство, всего лишь грязь под ихними немытыми ногами! Даже наши слуги имеющие метки, по местным варварским обычаям, достойнее нас! – с ненавистью добавил он.

– А ты чего не вмешался? Мог бы помочь!

– Ну не факт, что мы победили бы – сообщил дядя, помогая племяннику встать на ноги – а потом, политика. Сам подумай, кому нужно восстание в провинции?

С дядей пришло человек десять охраны – «Наверняка справились бы, гад специально дал меня унизить!» – подумал княжич, оглядывая прилично увеличившееся количество воинов.

– Чего ты вообще за ней увязался? – между тем продолжал дядя Туман – Не лица, ни фигуры, вся дурацкими знаками изуродована, да к тому же ещё и мелкая пока совсем?!

– Она не для этого! – возмутился и начал оправдываться Гор, отводя взгляд – У неё довольно неплохой род, и куча должников имеется, ну а от знаков её ценность для всяких дикарей только возрастает. Местные её мужа всегда поддержат – всё это он говорил, а перед глазами стояла наглая обнажённая девчонка, пытающаяся натянуть штаны на мокрые ноги. Вся взъерошенная, с по детски угловатым худющим телом, покрытым знаками духов вперемешку с царапинами, плоской словно два прыща грудью и жилистой задницей. Ну что он мог поделать, вот врезалась и всё! По-своему опыту, несмотря на молодость вполне впечатляющему, знал: пока не возьмёт так и будет думать о ней. Только вот здесь не столица, где любая готова была броситься на грудь Наследному княжичу несмотря на свой возраст и положение, даже если не хочет, стоило только щёлкнуть пальцами.

Дядя внимательно выслушал эту тираду, при этом понимающе кивая головой, но ехидно улыбаясь.

– А-а, так вот в чём дело, решил наконец-то исполнить волю нашей Государыни?! – он хлопнул племянника по плечу и поучительным тоном добавил – Знаешь, одобряю! Вот только ничего не выйдет у тебя. Понимаешь, у этих дикарей ценятся дела, а не слова, ну сам небось уже понял по разговорам. Это твоё «я Наследный княжич, отдай мне косу» для неё, да и для всех местных, тьфу и растереть. Нужно её завоевать, доказать делом, и вот тогда… – он многозначительно поднял палец.

– Ты мне что, предлагаешь против этих монстров поединки устраивать? Я, конечно, знаю, что ты меня ненавидишь и хочешь убрать с дороги, но дурака-то из меня делать не надо, на самоубийство я не подпишусь!

– Слушай, здесь мы все за одно, отдавать на растерзание варварам человека своего круга?! Родственника?! Это уж поверь и для меня слишком! – возмутился князь – Ты же цивилизованный человек и твоя сила в голове, а не в мускулах. У этих примитивных существ всё просто, кто сильнее, тот и прав! Возьми её, вот и всё! Докажи, что сильнее, она и отдаст косу.

– Если так просто, почему местные так не делают? – недоверчиво хмыкнул Гор.

– Потому что не могут! Сам говоришь, она хорошего рода, а кто все эти местные? Вожди все и так женаты, а кто нет у тех род слабее чем у неё, или выжидают. Они тут все родственники, им не с руки, но рано или поздно это всё равно случится, не вечно же ей в девках сидеть? Остальные боятся, благородная кровь она в подсознании всё-таки сидит, не положено им на неё зариться. Но ты-то Наследный княжич, а скоро и князь! – старший родственник приобнял Гора и тряхнул – Эх племяшь, мне б твои годы, ух! И прабабка твоя наверняка одобрит, для этого в эту глухомань и припёрлись?!

– Ваши высочества! – вдруг забеспокоился старик, догадываясь к чему идёт дело – Прошу вас не забывайте, что вы не в столице!

– Стоум, говоришь так, будто мы и не в своём государстве – скривился князь Туман – здесь всё наше, мы здесь власть, элита, не медведи же эти дремучие?!

На одной из базарных площадей Ярка услышала звуки струн и протиснулась сквозь толпу. Здесь известный гусляр Синица потешал публику своими балладами, одну из которых только что закончил исполнять, и теперь пил квас небольшими глотками. Но заметив сожаление на лице девчонки, подмигнул ей и опять взялся за гусли. По площади разнеслось мелодичное журчание, толпа притихла и рассказ начался:

Радостно взревела часть толпы последнее слово. Между тем рассказчик, нежно тренькая гуслями, напевно продолжал:

Всё больше и больше голосов присоединялось к странной песне, и вскоре орала вся площадь. Только вот настроение этих голосов, вместе с ритмами гуслей потихоньку менялось. Сначала радостные, потихоньку они становились строже, в них чувствовалась предостережение, затем ненависть к врагам, а потом и мстительное удовлетворение и наконец восхищение:

– Ярка! Ярка! Покажи спину! – в разнобой орала толпа со смехом и прибауточками.

– Да ну вас, ха-ха-ха-ха – заразительно смеялась девчонка – да все не так было, хи-хи-хи.

– А как? Ярка расскажи?

– А не помню, со страху забыла всё!

– А-Ха-Ха-Ха…

Пока толпа веселилась, к Ярке протиснулся раб в дорогой одежде, и низко поклонился:

– Госпожа Ярка, дочь вождя Грома Весеннее небо?! – тихо поинтересовался – Её величество слышала о вас и хотела бы узнать эту историю подробнее! Я вас провожу – добавил он, после того как Ярка в замешательстве пожала плечами.

Он как-то так незаметно выскользнул из толпы и быстро нырнул в проулок между торговыми рядами, а оттуда во дворец наместника с заднего входа. Еле девчонка поспевала за ним. И никто даже внимания не обратил, только гусляр настороженно проводил прищуренным взглядом.

В деревянном дворце, они прошли по множеству переходов и гульбищ, так что Ярка почти заблудилась, и наконец оказались перед, вроде пустой, светлицей, дверь в которую приоткрыл перед ней услужливый раб и тут же захлопнул, как только перешагнула она порог. Запястья и щиколотки оказались словно в тисках, схвачены с обоих сторон сильными руками. Опешившую девчонку, прикрыв ей рот солоноватой на вкус рукой, с деловитой суетой, словно это вполне обычное дело, повалили на мягкий ворсистый ковёр и начали раздевать тихо переговариваясь.