Стихи на брудершафт. Книга посвящений
- -
- 100%
- +
© Алексей Болотников, 2024
ISBN 978-5-4490-2406-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Стихи на брудершафт
и проза на закуску
Так уж получилось: стихи для друзей, сложенные по поводу и случаю, с иронией и без, в прошлом веке и настоящем, потребовали собственной формы – книжной. Посвящений оказалось много, они проникли и в поэму. Не обошлось и без прозы…
Автор
Книга посвящений
Поэзия – однокрылая птица, если нет у нее аудитории. Я говорю это со смирением, но утверждаю также убежденно и с вызовом, что без поэзии не достичь человеку того идеального будущего, о котором мечтают не только поэты. Без поэзии человечество, увы, оказалось бы однокрылым.
Ласло НадьАЗИАТские мотивы
«Поэт на площадь выходить обязан…»
Поэт на площадь выходить обязанКак президент с торжественным указомСкупым и чрезвычайным, как молва.А площадь… площадь – это ухо с глазом! —Обязана запоминать слова.Поэт обязан в общества являтьсяВ мирском, иль камер-юнкерском мундире…Каких бы чувств поэты не будили,А общества… обязаны считаться!..С поэтом – да! Признав его поэтомИ возлюбив. И расстреляв при этом.И выслав вон, как образа Казанской…Поэт обязан… быть. А не казаться.Азиат
Я родился в России,В деревне, в избе побеленной.Есть садился за стол,До бела оскобленный ножом.И по белому светуЧастицею стомиллионной,Словно пепел седой волочусь,Донага обнажен.Дед мой был европейцем,Отец – уже космополитом.Я рожден азиатом, друзья,Признавайте меня!Здесь, на материке, нашей кровьюИ потом политом,Государственной мощи снопомПрорастает страна.…Прослыву азиатом,Певцом азиатской сторонки.Перекати-полем простор ее перекачу.В окоеме ее —Синий купол небесной воронкиДа ковыль горизонта,Подобный кривому мечу.Меня манит на запад,На запах среды европейской.Ее дух, аромат я вдыхаю,Как стреляный зверь.Любопытный язычник,Стою пред иконой библейской:Как же мучает мукаЛомиться в открытую дверь!…Я уеду на север,На юг… Обживая экватор,Я на Дальний восток ускачу,Загоняя коня.Отовсюду вернусь!Побывав всюду другом и братом.Я вернусь азиатом, друзья!Ожидайте меня!«Ода земле моей…»
Ода земле моейЗдравствуй, земля минусинская, красная!Здравствуйте, поле и степь с перелесками!Здравствуйте, реки с песчаными плесами,Омуты, отмели с чайками местными!Здравствуй и ты, человек минусинский,Всяческих званий и всех поколений,Близко знакомый, родной, деревенский,Соль ли земли, или тайна явлений!..Знаменский, тигрицкий, или тесинский,Шошинский, койский, николо-петровский,И городокский, и большеинский,Здравствуй, народ мой сибирский и русский!Здравствуй, земляк! Кажется, новотроицкий!..Точно, кавказский! Да знаю я, кто ты!То загулявший от Пасхи до Троицы,То затонувший в безбрежность работы,Пахарь земли моей пряной и жаркой,В помыслах вольный, в суждениях скромный,Сын хлебороба и сельской доярки,Век не знакомый с ярмом и короной.То загрустивший по сельской красавице,То от души «Выйду ль я…» заблаживший,Разве ты можешь кому-то не нравиться?Только побрейся и скинь сапожищи.Здравствуйте, женщины! Милые, ясные…И фантастические в любви!Воспеты вы русским поэтом Некрасовым!Дома поют вас поэты свои.Здравствуйте, шествуйте в звании чинномРусской, сибирской, красивой мадонны.Мы любим вас так: без ума, беспричинно,Как любят березки у отчего дома.Здравствуйте, дети! Плоды милой матушки,Вы украшаете жизнь, как цветы.Слушайтесь батюшку! В доме у бабушкиНе забывайте про пыль…Ну а ты,Всевышний наш бог, учредитель всех правил,Вращая земли азиатскую ось,Храни нас… А мы, что недужно – исправим,Чтоб уж безмятежно и вольно жилось!«Ты – Азия …»
Ты – Азия —Не перекати-поле,Не трын-трава,А золотой ковыль!Скажи, скажи,Какое душит горе?Какая мука доставляет боль?Ты – Азия,И горы, и межгорье,Степная, дорогаяНаша мать,Окаменело в молчаливом спореГлядишь на краснокаменную рать.Ты, Азия,Кричишь нам непогодой,Веселым ветром хочешь нас обнять…Скажи, скажи,Какую твою гордостьДолжны мы сердцем и умом понять?«Гой ты, Русь! Сибирская сторонушка …»
Гой ты, Русь! Сибирская сторонушка —Тын, плетень, заборы из жердей… —Пялишься прообразом подсолнуха,Обликом веснушчатых людей.Девки, грудью подперев поленницу,Семечки грызут и пироги…Двор минуем конный. Кузню. Мельницу.Всё – музей. Всё не уберегли.Девки, парни, люди синеокие,Жители моей цивилизации!Вам достались времена жестокие:Жёсткие, как жёлтые акации.Что же песней русскою, по-девичьиСкромною, вольготною по-бабьи,В залихватском удалом величииНе турнугь транзисторной ламбады?Что же пляской с матерной частушкойНе разрушить храм угрюмых мыслей?Свадьбой звонкой, шумной, за опушкойНе кутнуть, да с дымом! с коромыслом?!.Гой ты, Русь, сибирская сторонка —Тын, плетень, заборы из жердей… —Черный ворон гонит пацаненка,Воду пьёт с колодезных бадей.«Приветствую тебя, моё село!..»
Приветствую тебя, моё село!Твой герб теперь – соха и одуванчик.Мне комом в горле речь мою свело,Я не могильщик твой и не обманщик.Я тот же пахарь, тот же земледел,Каким мой дед в деревне поселился.Я б твою землю, как и дед мой, ел,Когда б на урожайный год молился…Но нет во мне ни веры, ни молитв,Не верую я в промысел господен.Одна лишь страсть мозги мои сверлит:Когда, когда же буду я свободен?!От промыслов политиков, воров,От всех твоих, село, неуправленцев?Когда они, заглядывая в рот,Пред хлебным злаком подогнут коленце?В какие веки ценности землиОценятся здесь мерой земледельца?Покров плодоносящий – из золыДа глины… И куда тут деться?Приветствую тебя, моё село,Люблю тебя и заклинаю: здравствуй!К ночи бы дождь…А утром б рассвело…А мне на пашню нужно подсобраться…«День первый ноября явился бледнолицым…»
День первый ноября явился бледнолицымИ нежностью колючей растёкся по крови.И веет от него Отечества величьемИ распирает грудь предчувствием любви!Отечество мое! Сибирское селенье,Крестьянский утлый двор, сермяжная изба…Не знаю в жизни я заманчивее плена!Пленила ты меня, крестьянская судьба!1.11.2005«Десятый день зимой знаменовался…»
Десятый день зимой знаменовался.Мороз и солнце изумили свет.Когда б мог, я б Декабрем назвался!Декабрь Константинович… Но нетВ душе моей дешевого апломба —Дразнить людей и забавлять богов! —Морозный день зимы – не место лобно,Но площадь для отчаянных голов!Горланят песни головы хмельные,Мороза просят: «…не морозь меня!»А за душою есть у них иныеСтенанья: про буланого коня,Про Стеньку, да про крепкую дубину!..Когда уже ни петь, ни жить невмочь,Они, трезвея, прибегают к гимну!И – наступает… солнечная ночь!10.12.2005Дружба не ржавеет…
«Буряту Баяру Жыгмытову, поэту…»
Буряту Баяру Жыгмытову, поэтуЛунноликий!Улыбкой подобный луне, улыбаешьсяИ безмолвно взгляд опускаешьВ беспредельной любви к аргамаку.Милый друг мой!Тоскует седло по тебе,Убивается птица-синица в окне,Наклоняется мама головою к полыни и маку.Рыжий конь по Боргою летит, как стрела,Сквозь отар вечеряющих шепоты….Ты уехал, Баяр, поклониться спеша,Прислониться щекой дорогому улусу…Ты умчался. Твой скорый, спешащий в Пекин.Перекинулся за горизонт.Ты ушел. Но осталось вино на столе.Мы остались при нем околачивать грушиСамых спелых времен.«А. Маминову…»
А. МаминовуАндрюша, ведун, друг мой медленный, —И быль и эпос красноярский…Своей па-литрою емелинойПьянил меня, – хмельной и яркой!Я слушал веды твои бражные,Под их э-пический бокалЯ мои рты малолитражныеТо открывал, то разевал…Вот Ювка, Жу… как бишь его…?С чувихой эпизод… зачал…Вот Санька Мухин… с Кехой? Гришкою?Прикантовались на причал.А вот и ты, сам-брат, с брательникомПривет, как анекдот, крича,Гитарку в массы втюрив битникам,Былинным вторили речам!…Я с матушкой твоей и тетушкойХодил в натуре на базар…А с прадедом, дедком из ЯрцевоХодил, мне кажется, в Норлаг……Но пали идолы столбистские…И канул в лету Красный Яр…А те истории неистовые,Как рукописи, – не горят.«Здравствуй, однокашник!..»
Здравствуй, однокашник!Здравствуй, однокашница!Здравствуйте, любимые мои учителя!Жизнь почти что канула.Ну, а мне все кажется,Только начинается история моя…Я сижу за партойС Шуркой Пустоваловым(а до слез хочу сидеть с Валей Машниной).Мы рисуем нолики… Шурке я пожаловалПоловину калача. Вале – остальной.Мы считаем палочки… мы жуем калачикиИ скрипим-корпим пером над чистописанием…Донимают сопли нас и устали пальчики!А в окно валит весна – не по расписанию.«Ши-ро-ка стра-на мо-я…»Я воюю с кляксами.Шурка наискось плетет изгородь крестов.Только Валя Машнина тоненькими пальцамиЗаплетает кружева аккуратных слов.Поправляет локоть мне строгая учительница,Гладит волосы мои, вставшие в дыбы.«Широка стра-на…» мояВредная чернильницаНалетела на рожон – на рукав судьбы…Рухнул с неба колокол. Шурка заливается.А у Вали Машниной – слезки на колесиках.А «непроливайка» -то и не проливается!И звонок… ура!.. звенит, друг звонкоголосенький!«Отпускаем в небо голубей…»
Отпускаем в небо голубей…Старшеклассник! Моя птица милая,Пробуй крылья высью, не робей,Осмотрись, над родиной планируя.Там, за горизонтом, корифейЗнания шлифует вдохновенные.Мастер там – куда мастеровей! —Мастерит дворцы обыкновенные.А философ хвалит бочкарей.А садовник сад реанимирует…Старшеклассник, посмотри скорей,Кто с тобою рядом – там – планирует?Там поэт, политик, хлебороб…Звездочет… Звездой своей счастливые,Осчастливливают свой народДерзновенностью, чуть-чуть стыдливою.Там мечтатель сказки говорит,Веруя, что сказки станут былями.И когда в кострах своих горит,Небо рдеет пламенными пылами.……………………………………Отпускаем в небо голубей!Старшеклассник! Моя птица милая,Пробуй крылья высью, не робей,Осмотрись, над родиной планируя.«Любаше Г…»
Любаше Г.Я Вам желаю… не услады,Не денег, боже упаси!Ни прочих благ, которым радыВы были б в прочие часы.Я пожелаю Вам любви!Такого позыва хмельного,Каким безумство босановыДурманит музыку крови…И – не иного!«К юбилею Любаши Шульенко…»
К юбилею Любаши ШульенкоНа оды нет моды.
Есть мода на спичи.
Шипит уж мой спич юбилейный.
Слова, как весною наряды девичьи,
Нарядны и ветрены… Но сокровенны.
……………………………….Мы на земле лишь гости дорогие,А ты – звезда, возможно, не земная.Мы здесь живем, а у тебя другиеПредназначенья и стезя иная.Мы люди хижин. Потому грубы мы.А у тебя дворцовая галантность.Кресла, ковры, обои голубыеИ аура в сиреневом тумане.Тебя не зря Любовью окрестили.Скажу тебе чуть-чуть в гусарском стиле:«Пью за любовь!.. Возможно, неземную».В тебе есть то, за что тебя ревную«К некруглому юбилею…»
К некруглому юбилеюНу, наконец-то этот юбилей!Веселые, заснеженные гостиПреподнесут, должно быть, соболейПод шумные запальчивые тосты.На процветанье – поднесут ключи.Устелют путь дорожкою ковровой,Принудят дуть на сорок две свечиИ, наконец, поднимут «за здоровье!».«Эпиграмма о «Зеленой лампе…»
Эпиграмма о «Зеленой лампе»«Зеленая лампа» – суть опус зеленый.Выходит на свет чередой неуклонной.Свет вооружается опусом онымИ млеет при сумраке желто-зеленом.О, зелень заблудших в туман графоманов,О, гении хамелеонских замашек,О, борзописучие, страстно жеманные,Окраской густющей – зеленой! – замажьтесь!Пишите! Дерзайте в стихах самобытныхПисать о природе, народе и быте…И в строчках своих, кирпичах глинобитных,Мечтайте о лампе, о славе, о сбыте…Строчки для близких
«Меркуцио…»
МеркуциоВпечатление от фильма «Ромео и Джульетта»
Твой голос низкий и притворный,Срываясь на тончайший альт,Летит по каменной Вероне,Тревожит каменную даль.С презреньем к страху и опеке,Ты там, где драка и кутеж.Ты – шут, Меркуцио Монтекки!Ты славно, видимо, живешь…Злословишь яростно, Меркуцио,Смакуешь слог свой, словно мед,А замолчишь – вдруг станет скучно.И кто молчание поймет?Но вдруг – случиться – на минутуТвой крик отчаянный замрет,А человек услышит мукуИ в то отчаянье войдет,И станет близок человекуТвой образ мысли. И – лица………………………………………А в мире том от века к векуЖивет предчувствие конца.От века к веку мир прекрасен,А ты извечно смертен в нем.А звук молчания напрасен.А человек и глух, и нем.«В.Г…»
В.Г.Ах, Валечка! Колечко с бирюзой…Прелесть торжествующего взора,Образ стана, перевитого лозой…Приходи на Теплые озера!Ах, Валечка, немножко постоим.Приоткрой мне тайну Пифагора.Назову я именем твоимТеорему ленточного бора.В дальний свет, небесно-голубой,Нас уносят сонные качели…Целовались чё ли мы с тобой?Ах, Валечка, почудилось ли чё ли?«Любимой…»
ЛюбимойПо Теси – в доасфальтовый период,По селу – в раннепаводковый мартТы ходила, моя девочка, парила,Проживала под созвездием Стожар.Валя-Валечка, стремительная фуга,Ты звучала, как влюбленный альт.За тобой врывался ветер юга,Оживлялся ранний птичий гвалт.Ты, ромашка зацветающего луга,Каждой бабочке – почтенье и поклон,Каждой сельской девушке – подруга…Ну, а мальчикам?.. А мальчикам – полон!С юной непосредственностью девыПокоряла робкие сердца…И влюбляла нас…Ах, годы, где вы?Где вы, первые свиданья у крыльца?Ах, супруг! Ах, основы домоводства…А кино… кино… кино еще манит.Нет минуты – посудачить у колодца.Ни секунды – поболтать и позвонить.Нет нужды – растрезвонить белу свету,Что купила сыну самокат,Что, как прежде, к каждому рассветуСнится муж – поэт и музыкант……………………………………
«Золотой моей женушке…»
Золотой моей женушкеПроталинки в душе… Ты их творила,Успешно соревнуясь со светилом.Ты свет мой – ввечеру и поутру! —Любил тебя. Люблю! И с тем умру.Любил тебя, люблю и с тем умру,Что есть в тебе космическая сила,Которая нас в небо уносила,И парусила нами на ветруИ парус тот вертело и кружило,Бросало в набежавшую волну…И я молю, чтобы меня хватилоЛюбить тебя, пока я жить могу.Любить тебя, пока я жить могу,Меня господь назначил – не иначе!И с этим чувством я к тебе бегу:Любить до смерти. Умирать – тем паче.«Вале…»
ВалеЗахвачу в охапку небо!Захвачу в охапку небо,Как корзину звезд, или планет…В пору утреннего бреда,Заклинанья, иль молебнаПоднесу охапкой мой букет.Я влюблен! И я замеченИз созвездья звездных женщин,Самой замечательной из жен…Положу к её подножьюМлечный Путь и звездный дождикИ зарю, умытую дождем…«Валечке…»
ВалечкеВлюбленные часов не наблюдают,А мы с тобой не наблюдаем дней.Господен дар… Лишь одного не знаю:За что господь так благосклонен мне?Любить тебя с девичества, родная,Быть рядом каждый день наедине —Господен дар. И все же ты земная.И тем дороже, тем милее мне.«Спич к друзья о Валечке…»
Спич к друзья о ВалечкеДрузья! Свидетелями будьте:Я эту женщину люблю.Она степною незабудкойПереселилась в жизнь мою.За ней явилось изумленьеПокоем вытканных лугов,Зарей закатной, озареньем,И вдохновением богов!На весь доставшийся мне векОна порывистость явила.Меня, возможно, оживила.Я стал, возможно, человек.О, да! Душа моя на взлете!И спич, как исповедь мою,Друзья, произнести позвольте:Я эту женщину люблю!26.03.2005«Вале Г…»
Вале Г.Проталинки весны – как почтальоныС писульками, написанными вкривь.«Вам вербы от Болотникова Лени»… —Весны воскресной – нежность и порыв.«Сыну…»
СынуРазделим, сын, твою молитвуК святым и праведным богам.Благословение на битвуОни даруют, верно, нам.Разделим, сын, твою подмогуХаризматическим вождям,И ты почувствуешь, ей-богу,Любовь к разбойничьим делам.Разделим, сын, твою тревогу,Как ковш мадеры – пополам.Дадим душе своей работу.Единоверие – мозгам…«Дочери…»
ДочериА хочешь «в города» сыграем, дочь?Я понимаю: некогда тебе…«Францёзишь»!.. – вот беда. Я «шпрехал дейч».Он словно шелуха прилип к губе.Не хочешь – «в города»? Сыграем в мяч?На барабанах, может, в две руки?…Тогда, дружок, ужо смотри, не плачь,Когда уж нас низложат в старики.Я – папа! Нет, не римский… Лишь тебе.Я выстрадал свой образ и свой вес…Чтоб ближе, доча, сердцем быть тебе,Я «папству» поддан навсегда и весь.Я первый среди пап скажу тебе:«Лети, мое крыло! Опробуй крылья…».Я напрягусь в земной своей узде,Чтоб только безмятежно ты парила.«Оле…»
ОлеТы ушла из дома. Возвратишься поздно.Остывает в чайнике травяной настой.Юная, колючая, розовая роза,Сбрось с ресниц печалинки. И садись, не стой.Доча моя, доченька, гордое создание,Безрассудной гордости и мне не занимать.Я, наверно, рядовой родительского звания,И, наверно, генерал в нашем войске – мать…Нам бы «утро доброе», нам бы «добрый вечер»,Как антибиотики, принимать весь день.Было б очень мудро и разумно оченьНа сердитый ротик взять бы бюллетень.Ты идешь из дома – возвращайся рано.Чтобы не горчил потом травяной настой.Глупый Буратино, я твой папа Карло…Хорошо, я – Буратино! Ты – мой золотой!«Спич к друзьям на торжестве…»
Спич к друзьям на торжествеИтак, друзья, мой годопадИдет под знаком 50.И это – осень.А я, как сумасшедший, радКолючий иней целоватьНа кронах сосен…Над этой улицей Штабной,Над домомнежною зимойзасветить веси,И лицезреть на шар земной,Как снеговик, творимый мной,Лишенный спеси…Итак, друзья, я нынче радНачать тесинский маскарадИ куролесить…И выпить чарочку – обряд!.. —И завопить «я рад, рад, рад…»И нос повесить…«Песня сына…»
Песня сынаМы дети кулуаров и толпы.Наши нравы – Цой и мотоциклы.А еще немножко любим девушек и дым…Дым коромыслом.Мы сегодня – в завтра не глядим,Бизнеса не знавшие Иваны,Знавшие немножечко, что бизнес – это дым…Дым марихуаны.Ныне-присно горе от ума.Божий мир не без родимых пятен.Но, по-прежнему… по-прежнему! —Отечества нам дымГорек и приятен!«К рожденью внука…»
К рожденью внукаСынок! Испытываешь чувство «сын!»Отцовства твоего твои урокиЯвляются достоинством твоим,А могут быть обидны, и жестоки…Ну что ж, сынок, отныне, как отец,Ты будешь либо рад, либо виновен.В одном лице – ответчик и истец:Мир справедлив лишь так, как он устроен.Ах, это чувство царственное – «сын!»Тебе предъявит требованье долга.Гражданственности! Верно, вместе с нимДаст ощущенье счастья, силу бога…Теперь, сынок, и у тебя есть сын.Вот он пойдет, вот скажет тебе «папа»…Потом твою наколку «Янь и Инь»Осмыслит… и оценит тихой сапой…Да-да, ты испытаешь легкий шок.Когда твой сын впервые улыбнется,Когда пойдет, когда произнесет… —Признает! твое звание отцовства…А уж когда совсем заговорит,Запросит исполнение стремлений,Исполнится мечта моих молитв:«Дай бог, счастливым быть тебе, Савелий»20.07.2009Вы настоящие…
«К «Енесеюшко…»
К «Енесеюшко»Хор вытекал из драмтеатра.По индевеющей аллееХористы хора шли из паркаИ пели.На окнах Спасского собораДрожали стекла и звенели.Хористы степью шли и боромИ – пели,Взрывая сонные глубиныЛитою медью а капелла,Взметались стаей голубинойИ пели.И голубой небесный купол,Дремоту сонную нарушив,И ухо складывая в рупор, —Хор слушал.Он слушал, слушал, слушал, слушалТе песни, реквиемы, гимны…И доставал святую душуИз глины.Из праха извлекал он силыВокалом праведным и чистымИ выходил с восставшим миромВ солисты.Под синим куполом поющим,Под свист поземки и метелиШли толпы зрителей на площадьИ пели.Хор вытекал из поднебесья,Круша земные параллели.И разухабистые песниЛетели…«Визитная песня хора «Енисеюшко…»
Визитная песня хора «Енисеюшко»Тари-тари-тари-тари,Судари, сударыни!Сени-сени-сени-сени,«Енисеюшко» на сцене!Ду-да, ду-да, ду-да-ри,Сударыни, судари!Ай, дари-дари-дариТароватые дары!Вам от крепкого мороза —Пунцовеющая Роза!Вам от пагубных снегов —Шуба беличьих мехов!От Саяна-яна-яна —Запах пряного бурьяна!От Сибири-бири-бириНизко кланяться просили!И наш хор – тебе, Расея,От красавца Енисея!«Хормейстеру хора «Енисеюшко»Тане Красноперовой…»
Хормейстеру хора «Енисеюшко»Тане КрасноперовойДа сбудутся обеды сыто-пьяно!Здесь я люблю сидеть (в конце дивана)У круглого стола. Где ты, Татьяна,Смакуешь остроумия друзей.Где хор творит – от форте до пиано!Где в чехарде звучаний состенутоНаступит вдруг одна твоя минута,Как пауза запальчивых речей…Внезапно одиноко и локально,Вдруг свешиваясь с кратера вулкана,Глядит на дно допитого стакана,Куда стеной стеклянною стекла……Не хочется мне видеть почему-то,Как эта одинокая минута,Общественным вниманьем обминута,Кружает по окружности стола,Где в окруженье суматошных буднейСреди бесцельных сутолочных блудней,В среде закатных солнц и полнолуний,Переживала прошлые века…Жила-была…Пережита минута!Одна среди угарного уюта.Не хочется мне видеть почему-тоНеистовый разгон маховика……………………………………….Горит свеча. Подсвечник плачет. СтранноКружится стол, диван и тень дивана.И только ты, светла и осиянаВ коловращенье не теряешь сана.Да сбудется день ангела, Татьяна!Над безутешной партией баянаЦарит колоратурное сопрано.Ликует аллилуйя и – осанна!31.01.1996«Солисту хора «Енисеюшко» В. Титову…»
Солисту хора «Енисеюшко» В. ТитовуТы много пел. Ты и теперь поешь.Другие, знаешь, много только пили.Все могут пить! Но петь, едрена вошь,Господь лишь назначает с колыбели.Тебя господь назначил выходитьНа публику. И трогать за живое.Как говорил ещё старик Эдип:«Один наш цезарь, с голосом же – двое».«В. Титову на 50…»
В. Титову на 50Держись, мой друг, Титов!Под градом пышных словДержи в карманах брюк от сглаза фигу.Две четверти годов закупорить готов,Готов ли перейти в другую лигу?Здесь, в лиге мужиков, живущих до звонков,Есть тоже песни, танцы и любовь.Однако, черт возьми, – звонки, звонки, звонкиИ угли догорающих костров.Держись, мой друг Титов! Под скрежет позвонковСкрепи зубовный скрип радикулита…Не пей болиголов.Не ешь на ужин плов.Все будет хорошо!Ну, у тебя налито?!27.06.2001«Светлане Прохоровой…»
Светлане ПрохоровойИдут снега, в себя вбирая ёмкоНебесный свет и кружевную суть.И Млечный путь – извечная поземка! —Сквозит, переметая звездный путь.Люблю декабрь!Вьюги и метелиШприцуют в кровь таинственную взвесь.Кровь закипает! Но…На самом делеЯ декабрю принадлежу не весь.Принадлежу преодоленью лениИ переосмыслению Корана.Весь – без остатка и без сожалений —Сегодня Вам принадлежу, Светлана.23.12.«Прохорова Света – женщина особая…»
Прохорова Света – женщина особая.Женщина загадочная, словно амулет.В ней – порыв и сдержанность, цепи и свобода.И в глазах есенинский несказанный свет.Что-то от Аленушки, что-то в ней от Стеньки.Что-то древлерусское в облике её…Вот стоит и светится, прислонившись к стенке,Словно дева русская, сини очи льет.«Спич к Светлане Прохоровой…»
Спич к Светлане ПрохоровойЗима! А мы сошлись в раю.И Вы одна тому виной.Вина… Вино… Сижу и пью,– Светлана! Чёкнитесь со мной!Она, по-зимнему, нежна.За две контрольные пятеркиЦарит на круге, как княжна,Как леди-в кризисном Нью-Йорке!Здесь упоительный уют!В ассоциации с зимойЕё Снежаной не зовут…– Светлана! Выпейте со мной!Она, увы, обреченаС поэтом брашно разделить.А вот уж пить, или не питьС другими – выберет сама.Шумит «Шампанское» в ушах!И муж с кинжалом за спиной.А все идут на брудершафт!– Светлана!.. Слушайте сюда…Уж если встанет муж спинойВ оборонительный редут,Светлана! Потанцуй со мной,Когда нам музыку дадут.Под эту старую кадрильПокинем этот шумный круг,И удалимся в монастырь,Светлана! Ну-же… люди ждут!»Зима! Я рядом с ней стою…И Вы одна тому виной.Вина… Вино… Итак, я пью,– Светлана!.. Улыбнись со мной!