Болотный роман

© Евгений Большаков, 2022

ISBN 978-5-0056-8774-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Самый разгар дачного сезона. Лето выдалось жаркое, и на всех дорожках дачного поселка оживление. Соседи рассаживаются по душным салонам машин, чтобы через полчаса снова встретиться на берегу местной речушки или на рынке. Отдых в Ленинградской области, мать его так. Одни и те же лица вы видите с пятницы до воскресенья. Сначала вы встречаетесь в пробке на выезде из города, затем видитесь в дачном массиве, затем ползете в соседних машинах в пробке на въезде в город в воскресенье ночью.

Итак, рынок. Небольшая площадка переполнена людьми. Лотки с товаром стоят нестройными рядами. На случай дождя они прикрыты самодельными тентами, благодаря чему рынок напоминает китайские кварталы. Тот же полумрак, обилие людей, толкотня и очень душно. Пройти насквозь эти ряды просто так нельзя, вы обязательно купите ребенку яркий надувной круг, себе очередные шлепанцы, а жене несколько резинок для волос кислотного цвета. Мы там и не пойдем, проще прямо по асфальтовой дороге.

На дороге тоже тесно, но тут уже порядки ближе к индийским. Обилие велосипедов, те же толпы народа. Вымытые собственными руками автомобили медленно пробираются в этой толчее, а помятые после пятничного расслабления водители стараются не задеть полированными боками машин дачников, везущих на велосипедах доски, шифер и всякий хлам. Каждому надо приколотить новый светильник, подновить забор, а может даже обзавестись маленькой бутылочкой на вечер.

Отдельное шоу начинается, когда проезжает автобус, еле помещающийся на дороге даже ночью, когда никого нет. Над дорогой повисает напряженная тишина, водители легковушек забиваются в малейшие промежутки на обочинах, и только спокойные, как памятники, пенсионеры спокойно бредут по своим дачным делам.

Автобус автобусом, но пешеход всегда прав. Их противостояние вечно. Оставим их разбираться между собой, и двигаемся дальше.

Вход на рынок остался позади, мы идем по горячему асфальту мимо десятков автомобилей. У некоторых открыты двери и в салонах сидят угрюмые мужики. На машине обычно написано что-нибудь вроде «Строим все» и перечень, что, собственно, значит это «все». Это наши соседи, белорусы, хотя как-то раз были замечены даже эстонцы. К ним обращаться опасно – могут выполнить заказ, а могут забрать аванс и приехать обратно на рынок.

Отдельной кучкой стоят гости из Азии, как-то раз они стояли с табличкой «Строительные роботы». Периодически приезжает милиция, и всех этих роботов как ветром сдувает.

Справа и слева расположены магазины. Например, вот этот огромный ангар – это магазин «Строитель». А вот большой продуктовый магазин, в нем даже есть тележки для покупателей.

Мы проходим мимо этого центра местной вселенной. Толпа редеет, и потянулись бесконечные ряды грузовиков с песком, землей, торфом и щебнем. Направо отходит еще одна дорога, а мы идем прямо, туда, где кончается асфальт. Уже почти пришли. Теперь налево, на грунтовку, и до моста. Домов тут почти нет, кругом возвышаются деревья, и под высоким мостом протекает река. Купальщиков немного. Ходят слухи, что тут видели в воде конский волос, и по поселку моментально расползлись страшные истории. Естественно, у каждого нашелся знакомый знакомого, который буквально в прошлом году скончался в жутких мучениях, съеденный изнутри червяком, проникшим под кожу во время купания в той самой речке. Конечно, это все байки.

Спускаемся под мост, скоро соберутся все и начнется самое интересное. Хотя… а пойдем-ка посмотрим, скоро ли они там…

Приготовления к экспедиции шли вовсю. Перед домом стояли три предназначенные для преодоления бездорожья автомобиля. Они были под завязку набиты снаряжением, «снарягой» на языке бывалых джиперов, и вещами – «шмурдяком». Здоровенный парень прикручивал на экспедиционный багажник запасную лопату. Из дома доносились обычные вопли среднестатистической собирающейся в поездку компании. Кто-то громогласно вопрошал насчет спичек, ему вторил бас неофициального лидера команды, кроющий на чем свет стоит недотепу, догадавшегося карту сложить на самое дно сумки с провизией. Компания подобралась не промах, за плечами каждого не одна сотня километров непролазной грязи и пара-тройка экспедиций по России, да и не только. Ехать предстояло к озеру, знаменитому своей труднодоступностью.

Техника как минимум впечатляла. На половину поляны раскорячился доисторический «Ниссан», давно уже позабывший асфальтовые джунгли своей родины, и переменивший столько деталей, что ни один представитель завода-изготовителя не смог бы опознать в этой машине свое детище. Рядом с ним, весь облепленный наклейками, стоял не менее древний «Лендкрузер», для входа в который нужна была стремянка. А в тени этих монстров инородным пятном стоял темно-коричневый люксовый «Кайен», обутый по случаю вылазки в лес в зубастые колеса двадцатого диаметра. «Кайен» на двадцатых «куперах» – это нонсенс. В этой компании никто не обращал внимания на разношерстность автопарка, ведь участников экспедиции связывала давняя и прочная дружба. Они были одноклассниками и уже лет пятнадцать шли по жизни вместе, кто-то более, кто-то менее успешно, но все равно вместе. Автопарк только подчеркивал схожесть характеров и различие путей, которыми все участники экспедиции пришли сегодня сюда, на эту поляну.

Самый здоровенный – Денис. Он где-то служит, даже вроде как в администрации города. Покатушки по полям, лесам и болотам – его страсть. Увлечение он делит с подругой, вот та миниатюрная девушка в пятнистом костюме и высоких ботинках – его невеста. Ее зовут Наталья. Сюда они прибыли два дня назад и дожидались остальных, наслаждаясь обществом друг друга в маленьком доме. Это их «Ниссан» стоит посередине. Вот из дома выходит невысокий темноволосый парень, он несет к «Лендкрузеру» две канистры питьевой воды. Его снимает на камеру темноглазая шатенка в джинсах и легкой куртке. Это Сергей и Ирочка, молодожены. Познакомились три года назад на каких-то соревнованиях типа «Старая Ладога» или «Адская трясина», не помню. Я там не был. Я вообще никогда не выхожу из района, мне нельзя. Эти двое регулярно появляются в наших краях, у них тут дачный участок. Хорошая парочка, наверное, скоро обзаведутся прибавлением. Завидую. Мне по должности не положено, хотя и не возбраняется. Начальство смотрит сквозь пальцы на некоторые превышения полномочий, все всё понимают. Не семнадцатый век на дворе. Испытательный срок я успешно оттарабанил, на территории порядок, так что, возможно когда-нибудь… Стоп, я отвлекся. А где же хозяин «Кайена»? Я его видел с утра, он на восходе выбежал из дома и отправился на пробежку. Вот прибежал, или нет – не видел, я ходил на рынок.

О, прибежал. Макс, кажется. Вот он, складывает в багажник своей машины сумку с продовольствием. Как самый нежный и дорогой, его автомобиль был назначен полевой кухней. Вчера вечером все гоготали, мол, все равно всю дорогу на веревке проедет, можно его и не заправлять, давайте закидаем туда продукты. Закидали, закидали. Видели мы в интернете, как эта машина ездит по грязи, еще неизвестно, кто кого на тросе потащит.

Кстати да, в прошлом году провел я себе интернет. Презанятнейшая штука. Знал бы – провел бы домой лет на пять раньше. Ноутбук пришлось утащить у заезжих отдыхающих, но они вроде как и не заметили, настолько были пьяны. Ничего. Как мусорить в лесу – это мы всегда, а как убирать – так бросили в яму и все? Не пойдет. Будем считать ноутбук соразмерной платой за уборку трех соток загаженного леса.

В общем, не зря я пришел. Я всегда чувствую, когда понадобится мое внимание здесь, в этих лесах.

– Озеро Зеленое! Тридцать пять квадратных километров кристально чистой воды! Родники, рыбалка и здоровье. – Денис наконец прикрутил лопату к багажнику и придирчиво осмотрел результат. – Доедем.

Он вытер руки о штаны и вопросительно взглянул в сторону остальных членов экспедиции.

– Доедем! – это произнес Серега, раскуривая трубку.

– Дэн, ну когда так было, что мы не доехали? – поддержала Наташа, хозяйским взглядом окидывая транспорт.

– Веди нас, Сусанин, веди нас герой! – Макс весело сложил руки, обращаясь к командиру.

– Идите вы нахрен, я сам здесь впервой. – скаламбурил Денис и включил навигационную систему.

Все столпились вокруг, и я здорово пожалел, что не могу быть там и посмотреть маршрут похода. Заедут ведь в дебри, не успею им глаза отвести. Потонут, как котята. Ладно, будем решать проблемы по мере поступления. Мне тут утопленники не нужны, своих хватает. Вон, в прошлом году грибник в болоте застрял, пришлось ему показаться, иначе утоп бы бродяга. Вытащил его на тропу, по щекам похлопал, а он как разглядел, кто его вынул, побелел и деру дал, чуть из сапог не выскочил. Долго я вопли его слышал, мол леший, леший, помогите, помогите… А чего ему, дураку, помогать, я ж его вытащил уже. Ах, да! Грибы он забыл. И корзинку. И где, спрашивается, благодарность? Хотя, пусть бежит, а то от местных на болотах уже не протолкнуться, кандидаты на бессрочное проживание так и лезут, так и лезут…

Я немного отвлекся. С поляны донесся мощный вопль «По кооооооням!», а затем завелись двигатели. Покатушки начались. Пора бежать.

Я обогнул поляну стороной, насладившись звуками работающих моторов. Сколько здесь живу – не могу перестать наслаждаться звуками маленьких взрывов, пропущенными через извилистый выхлопной тракт этих мудреных железяк. Мне кажется, это от того, что попасть на сегодняшнюю мою должность помогла мне такая же игрушка, только, разумеется, не настолько совершенная. По воле неба – хотя я не до конца уверен, что небо участвовало в утверждении этого проекта – так вот, по воле неба я оставлен тут ответственным. Оставлен давно и надолго. Не скажу, что назначение доставило мне положительных эмоций, особенно если учесть обстоятельства получения должности, но… лучше, чем ничего. Кстати, да. Есть еще парочка дел.

Я заметил между деревьями небольшую лужу и не снимая ботинок прыгнул туда. Вокруг все потемнело, за воротник хлынула ледяная вода, но через мгновение меня, уже сухого, выкинуло посередине небольшого кабинета с большим столом посередине. На столе вольготно расположился здоровенный серый кот. Знакомьтесь, это мой управляющий. Кот – одно из его любимых обличий.

– Привет, зверь домашний, как дела?

– Все по плану. Сегодня у вас две встречи. В полдень звонили из города, и еще у нас кончается соляра.

– Встречи подождут. Соляру закажи сам, там номер есть. Кто звонил?

– Не представились.

– Перезвонят. Там опять на озеро компания собралась. Три внедорожника, снаряжение и военные карты.

– Да ладно! – Глаза кота округлились, он подобрался и спросил:

– Опять мы на обеспечении?

– Ну конечно же, полезут снова в самое пекло, а Ведьмин день на носу, у них там мероприятия запланированы. Срыв никому не нужен. А отвечать опять нам с тобой.

– Да уж, – кот помолчал, заглянул в блокнот и нерешительно спросил:

– А насчет завтрашнего вечера… ммм… помнится, вы собирались на ужин.

Да, я собирался. Собирался я уже год с лишним. Под новый год наконец-то осмелел и пригласил первую местную красавицу на роскошный ужин. Бомонд просто гудел в предвкушении очередной волны сплетен. Если бы не эти исследователи родного края, все сложилось бы просто изумительно. Ладно, постараемся побыстрее.

– Знаешь, что, сделаем так: насчет ужина перезвони, скажи, что хозяин пропадает в лесу уже вторую неделю, ни ответа, ни привета, если будут вопросы – путь прямо мне звонит. Решили?

– Роскошно. – Кот, по-видимому, восхитился соломоновым решением и вознамерился во что бы то ни стало вызвонить приглашенную особу. – По дороге загляните в хранилище, там подготовили кое-что для вас. Ключ у шефа.

– Договорились. – Я пощекотал животное за ухом, кот немедленно разомлел и замурлыкал. Потом устыдился, показал силу воли, и махнул пушистой лапой, мол, иди уже. Я топнул по чуть выступающей половице и провалился в темную воду. Про ключ я уже забыл.

До сих пор не могу привыкнуть к этому способу перемещения. Однако, при местных расстояниях и практически полном отсутствии мало-мальски проходимых для транспорта дорог такие прыжки подходили как нельзя лучше. Раз, и на месте. Сначала было трудно преодолеть себя и окунуться в холодную темную воду, но потом привык. Вернее, уже не мыслил себе другого способа быстро попасть прямо в рабочий кабинет или в приемную шефа. Как раз там я и вынырнул. За столом дернулась и подпрыгнула миловидная девушка, наряженная в ситцевый сарафан и высокий кокошник. Шеф любит национальный колорит, сегодня у него русский настрой. Оно и правильно, помнится мне, на прошлой неделе я заявился в приемную, а там абиссинская гостиная в полном составе – жара, негритянка за столом из стеблей бамбука, мухи жужжат, в общем, я пару раз выходил и пытался зайти снова, думая, что по ошибке угодил не туда. Шеф еще потом подкалывал, мол, командира по голосу узнавать надо, а не по лику черному, да нерусскому.

Девушка сердито уставилась на меня, явно намереваясь что-то высказать, но в этот момент мурлыкнул селектор и зловещий голос шефа произнес:

– Пусть войдет.

Я кивнул секретарю и побыстрее прошел через приемную в кабинет шефа. Останавливаться сейчас – значит точно получить золоченым степлером в лоб.

Я толкнул толстенную дверь и по колено провалился в сочную зеленую траву. Выругавшись про себя, я побрел по траве к здоровенному камню, на котором картинно возлежал богатырь из русских сказок.

– О, какие люди, да без охраны! – пробасил богатырь, протягивая для рукопожатия ладонь, больше похожую на ковш экскаватора. – Сколько лет, сколько зим, проходи, дружочек, садись.

Я добрался до камня, схватился за ручищу, и моментально был выдернут на вершину. Шеф не страдал излишним соблюдением субординации, но начальство есть начальство, и проявления панибратства здесь не нужны. Впрочем, как и проявления слабости.

– Слышал, слышал, сорока на хвосте донесла про ресторан в городе. А ты у нас в самом соку, нашу первую красавицу охмурить успел. И не надо скромничать. Вон, в приемной кое-кто чернее тучи сидит уж который день, а это, дружочек, показатель.

– Да мы даже не успели еще… – Я попытался объяснить, что вроде как даже и свидания не было еще, да и не факт, что будет, но шеф похлопал меня ручищей по спине, и желание говорить сразу пропало. Причем вместе с воздухом, который я успел набрать для предполагаемого разгромного монолога.

– Ладно, ладно, успели – не успели, дело молодое, – хохотнул шеф. – Успеете еще. Вон, у тебя на подумать времени много еще, глядишь, и Василису Петровну порадуешь.

Я возмущенно вскинул брови.

– Какая Василиса Петровна, вы вообще о чем? И чем я ее порадую, скажите на милость?

– А это тебе о том лучше знать. Вон, когда тебя на дороге с металлолома твоего вытащили, кто за тобой ходил полгода, пока уму-разуму научил, да освоиться помог? Вот то-то же, не задвигай человека, а то ровно возле стенки проходишь. – Шеф нахмурился. – А она потом ошибки в письмах делать начинает.

Да, это факт. После некоторых событий, круто изменивших окружающую меня действительность, мне следовало еще раз подумать над тем, кто я, и кому чем обязан. Хотя, если разобраться, меня особо и не спрашивали. Забрали, собрали, оживили, дали время освоиться, место работы, жилье и приличное жалованье. Вроде все в руки, да и о здоровье теперь можно не волноваться – зимой по снегу в одном комбинезоне, летом в футболке и штанах, и хоть бы одна простуда. Живи, да радуйся. Вот я и живу. И, кажется, начинаю радоваться. Если бы не столько проблем по работе, которой я сознательно и беспощадно себя загружаю, чтобы не думать о прошлом, то вообще курорт.

– Кстати, тут есть пара вопросов, – я задумчиво поднял глаза на шефа. Тот моментально прекратил басить и уставился на меня. Слушать он умел как никто. Не перебивая, и не отвлекая ненужными расспросами.

– На Зеленое озеро экспедиция двигается, три машины, пять человек. Настроены серьезно. Снаряжение, припасы, пару ночевок планируют. Цель неизвестна.

Шеф достал из кармана атласных штанов новенький коммуникатор и углубился в календарь. Ого, он делает большие успехи. Еще прошлым летом кроме березовых табличек ничего не признавал.

– Так, через два дня Ведьмин день. Мероприятие серьезное, будут все. Сам приглашения подписывал.

– Именно. Сколько шансов у пяти горожан выжить на сборище нечисти, к которому готовились целый год?

– Нисколько, дружочек, нисколько.

– Мне на участке происшествия не нужны. Потом будет беготня, народу понаедет, траву потопчут, деревья погубят. Про зверей уже молчу, уйдут на соседнее урочище, где я потом лосиный помет брать буду? А для грибов самое оно. Да и молодые все, жаль народ.

– Жаль, говоришь… Жаль. А когда из сотни машин только одна остановилась, да и те посмотрели на тебя, и дальше рванули, им не жаль было? Вот он, твой народ, – поддел шеф.

– Давайте без демагогии. Я бы и рад всем голову свою приставить, да одна она у меня, не получится. Участок мой? Мой. Вот мне и отвечать за порядок там. А сгинут эти – за ними потянутся другие, покоя не жди. Вон, в прошлом году дед полоумный неделю на опушке в одиночку водку пил, так сколько этих, как их там, а, волонтеров набежало? Бабка его сдуру внучке сказала, та в интернете написала, а там понеслась душа в рай. Сейчас это быстро. Сколько мы потом вылавливали их по болотам? А по кустам что творилось? Куда ни плюнь, одни резинки валялись, у меня все утки передавились. Срамота. Волонтеры, называется. Самым нормальным тогда дед оказался, проспался и вышел к дому.

– Ах, твой? Вот и разбирайся сам, – обиделся шеф. – К нему с душою, с чувством, а он «Участок мой, я тут всему голова». Головастый какой нашелся. Ладно, заглядывай там, как что ясно будет. И смотри, чтобы на старое урочище не заползли, я там прошлый год и сам ходить остерегался. Неладно там.

Ну, уж если шеф говорит, что неладно…

– Спасибо. Я доложу, – я склонил голову и съехал с камня. Сразу за камнем я нашел озерцо с темной водой и шагнул в непрозрачную воду. Шеф заботится о сотрудниках, и никогда не упустит случая подкинуть маленькую приятную мелочь, пусть даже в виде сотворенного поближе выхода.

Приемную я пересек как можно более незаметно, но все равно не успел увернуться от пулей просвистевшего кокошника. И как они таскают на голове этакую конструкцию, размышлял я, перехватывая снаряд на лету. Из-за стола поднималась буря. Я поспешил исчезнуть. Головной убор потом занесу, не успел отдать.

Кот ждал меня за столом, демонстративно держа перед носом список неотложных дел.

– Солярку заказал. Очень возмущались по поводу времени доставки, – сообщил он, взметнув к потолку остро заточенный карандаш.

– Ничего. Полночь – идеальное время. Кто будет перекачивать, мы с тобой, что ли? – кот недовольно встопорщил усы. – То-то и оно. А ночью мертвяков подтянем, там пять тонн всего, за часок сольют.

Кот сделал пометку и покосился на кокошник, который я держал в руках.

– Из города звонили. В ресторане просили уточнить, оставлять бронирование, или планы поменялись.

Я крепко призадумался. Слова шефа насчет Василисы крепко засели в голове, и теперь будущее представлялось вовсе не таким определенным.

– Отмени. Скажи, много дел, – мне уже не казалось удачным вариантом предстоящее мероприятие. Как-то слишком гладко все прошло, и в череде событий я начал забывать про тех, кто поддерживал меня в начале. По крайней мере, для нас тут время не имело такого уж решающего значения. Свидание подождет. Столик всегда можно заказать заново.

Кот вычеркнул строчку из списка.

– Значит, костюм не понадобится, – он вопросительно посмотрел, вычеркнул еще одну строку, спрятал карандаш и сложил список.

– Меня не будет до ночи. Звонки записывай, на вопросы не отвечай, имитируем бурную деятельность, – я провел инструктаж перед уходом. – Пора навестить наших путешественников, наверняка они уже далеко от места сбора.

Я собрал в дорогу самое необходимое. Высокие ботинки, камуфляж, пару бутербродов, телефон, блокнот и карандаши, спички, пару литров воды, невесомое одеяло из одного шведского магазина. В прошлом году привезли, я просил. Мне по роду деятельности уходить надолго из района не полагается, а до города два часа езды. В электрички мне не попасть, все-таки пластические хирурги в лесах не водятся, а рожа у меня после аварии не очень. Народ разбежится, снова скандал будет. Машины нету пока. А оказаться посередине Фонтанки после прыжка как-то не улыбается.

Я кивнул коту и открыл тяжелую дубовую дверь. Мощный поток ударил в спину, и через мгновение я пробкой вылетел из неглубокой лужи рядом с лесной дорогой. Люди, занятые вытаскиванием своих автомобилей из грязевых капканов, не обратили на меня ровным счетом никакого внимания. Ну и правильно, решил я, перемещаясь за кусты орешника.

На лесной дороге происходило священное действие под названием «рубилово». Во все стороны летела грязь, караван оставлял после себя уродливую черную колею, наполненную грязной жижей с маслянистыми разводами. Команда слаженно застревала, откапывалась, якорилась, свистели оборванные карабины, и лесную тишину резал рев турбодизелей. Изредка доносился мат. Я подсмотрел из-за куста и увидел, что незаслуженно обиженный в начале пути «Порш», в общем-то, и не отстает. Похрустывая тормозными машинками, периодически с породистым рыком проворачивая неродные колеса в поисках зацепа, он уверенно полз вперед, купая полированные бока в торфяной мути. Причем хозяин из машины не вылезал, ограничиваясь веселыми комментариями в адрес команды, выдергивающей очередной внедорожник из очередной канавы. Метров через триста, когда я успел насладиться почти прозрачными футболками девушек и разнообразными ракурсами, болото кончилось, и люди решили отдохнуть. Сосредоточившись, я прикрыл веки и ощутил легкое головокружение. Это следствие моей способности отвести глаза – за возможность незаметно передвигаться надо расплачиваться головной болью и головокружением. Стараясь двигаться как можно плавнее, я обошел отдыхающих кругом и приблизился к ним на расстояние вытянутой руки. На меня повеял запах разгоряченных тел и хорошего парфюма. Отогнав глупые мысли о флакончике хорошей туалетной воды себе на новый год, я поверх голов уставился в схему, разложенную на траве. Схема была прижата видавшим виды навигатором с картами времен Второй мировой. Как ни странно, эти карты позволяют гулять лесными тропинками с уверенностью бывалого лесника, за 60 с лишним лет изменилось немногое.

На карте был четко проложен маршрут, и увиденное меня не порадовало.

Вкратце объясню, напрямую влиять на людей я не могу. Я могу напугать, дать понять, что дальше идти не надо, но с особо упертыми личностями мои штучки не срабатывают. В общем, просто надавать оплеух и направить назад я не могу. Не уполномочен, видите ли, управлять людскими судьбами. Со своей бы разобраться, как говорится. Я ж теперь вроде как нечисть лесная, поэтому способы воздействия мне доступны лишь сугубо криминальные. Закольцевать тропинку – легко. Заставить все кусты по дороге больно хлестать по физиономии – милое дело. Побродить тенью за деревьями – даже напрягаться не надо. Про вой и дополнительные спецэффекты даже не упоминаю, это само собой разумеющиеся вещи. Но до некоторых не доходит, и они с настойчивостью баранов стараются стать героями.

Проложенный маршрут проходил напрямик через место ежегодного собрания всех представителей живого и не совсем живого мира этого района. Причем по графику движения выходило, что ночевка запланирована как раз на той поляне, где будет ежегодная ассамблея по области. Сильно сомневаюсь, что люди, спящие в палатках, не станут объектами интереса всех тех представителей нечисти, что водится в этих краях. А если учесть, что некоторые экземпляры видели людей только на картинках в университете, но точно знают, что люди являются вполне перевариваемым продуктом питания, то я был несколько озадачен. Мероприятие четко распланировано, приглашено несколько звезд, будет техника, но лишний гражданский палаточный городок в программу не вписывался никак. А за срыв мероприятия ничего хорошего не светит. До смерти не убьют, конечно, куда ж еще, но отношение будет безнадежно испорчено. К тому же многие просто уже выехали, и разместить их будет очень проблемно.

– Ай!! – поляну взорвал истошный крик. Это я увлекся, расслабился, и наступил на руку Денису. Здоровяк недоуменно огляделся, потер придавленную руку и вопросительно взглянул на остальных.

– Как будто слон наступил. Что там дальше?

Я старался держать форму, поэтому немного обиделся. Впрочем, инциденту не придали особого значения, и брифинг продолжился.