Адский комендант: шёпот смертельных фурий. Начало второго апокалипсиса.

Глава 1 – не опять, а снова…

Уранов, допив очередную бутылку бурятского самогона «ВискиТрав», смачно сплюнул и закурил двадцатую по счёту папиросу «Карелокоп». Его модифицированное препаратами и нейрочипами тело практически не поддавалось действию ядов, боевых газов и прочей химии, что делало задачу нажраться и укуриться в хлам практически невыполнимой, но для ветерана войны Ядромутского бедствия это был лишь вопрос времени. На данный момент осложняло этот процесс то обстоятельство, что в его комнате спала спар-титанесса – восхитительная трехметровая женщина с крепкими сочными ягодицами и красивой стоячей грудью, прошедшая с ним весь ад войны, и к тому же оснащенная новейшими спец-инъекторами для успешного полового акта – благо наконец-то ГлавМедКом дал им разрешение на размножение. Немного, правда, зудели анус и мошонка, ибо инъекторы на гибких мягких шлангах, внедренные в тело этой роскошной женщины в районе поясницы, вводили препарат для очищения спермы от токсинов в простату и в яйца напрямую, а в боевом режиме мгновенно сменялись на смертельно ядовитые иглы или транквилизаторы (в зависимости от ситуации), но он был доволен.

Вдруг ветеран почувствовал давно забытую вибрацию в височной доле – ожила молчавшая полгода спецсвязь:

– Гвардии бригадный генерал Уранов Садополк и полковник гвардии спар-титанесса Страпонина Ярослава. Срочно прибыть на новое место службы в качестве коменданта и заместителя коменданта по боевой работе в учебно-практический корпус лагеря для курсантов «Мясо» в связи с необходимостью их обучения и обеспечения практических занятий для отражения атаки второй волны Муталюдов.

– Есть!

– Бля, гомо-краб вам в задницу, – уже в слух злобно сцедил вояка.

– Уранов, не забывайся! – ментально прорычал на него до боли знакомый мыслеобраз начальника штаба обороны Евразийской Республики Славянско-Азиатских Народов (ЕРСАН).

Садополк откупорил еще одну бутылку и осушил старым добрым винтом.

– Эй, золотце, подъём!

– Уранов отвали, я спать хочу!

– Хрен тебе, Хмурый нам геморроя подкинул…

2

Бронепоезд «Северный» нёсся мимо полей из отравленной мутагенами гниющей и одновременно регенерирующей плоти, она лопалась, вздымалась и стекала по остаткам костной ткани, напоминая старые добрые времена, когда люди могли наслаждаться видом океанских волн. Начальник штаба ЕРСАН Генералиссимус Хмурый Старосвят смотрел в узкое бронированное окно на этот пейзаж и с грустью вспоминал свою офицерскую молодость, когда еще люди были людьми, а не напичканными черт знает чем, монстрами, отличавшимися от тех, против кого воют только одним – зависшим на краю, но всё-таки не упавшим окончательно в пропасть безумия разумом.

А все начиналось невинно, как обычно, прорыв в ядерной энергетике и в генной инженерии, а получилось, как всегда. Сначала генно-модифицированные люди начали терять разум, приобретя невиданную силу и пси-возможности, а затем и над экспериментальной ядерной станцией был потерян контроль, когда её захватили мутанты. И понеслась душа… в ад… Люди уже не могли зачать детей, теряли разум, женщины умирали от неизвестного ранее вида рака крови за считаные дни… Хорошо ещё, что ученых, занимающихся генными экспериментами, не грохнули. А те, кто создал своими руками катастрофу, начали спешно исправлять её последствия. И им удалось, только от людей осталось, по сути, только слово. Трехметровые женщины и мужчины под два с половиной метра ростом, с телом, способным выдержать прямое попадание из гаубицы. Без специальных препаратов и полной совместимости невозможно стало зачать, а импланты стали новыми органами чувств и единственным способом выжить. А уж про то, что практически все население, оставшиеся в живых поделилось на ученых, военных и обслуживающий вышеперечисленных персонал, а по сути своей рабов, и говорить не стоит… А во главе всего этого кастового строя стояли люди из Главного Медицинского Комитета, которые строго контролировали процесс размножения и сами подбирали пары внутри каст. Меж-кастовое размножение допускалось только в двух случаях – эксперимент, либо выведение новой мутации. О том, как размножались дикие мутанты, генерал предпочитал не думать. Один раз он воочию видел этот процесс при просмотре записи сдачи одного из блокпостов. И даже его, бывалого вояку, вырвало от того, что творили эти чудовища с женщинами и мужчинами из рабочей касты. Тот блокпост отдали не потому, что некому было защитить или там поднялся бунт, а потому что ГлавМедКому нужны были свежие данные по размножению этих ублюдков, порождений безумства и страха. И одна крамольная мысль всё чаще не давало покоя Старосвяту – а, может, настоящие монстры сидят наверху в белых кабинетах и всё, что сейчас происходит, это один большой эксперимент над человечеством?

– Бронепоезд прибудет на стыковочный узел лагеря «Мясо» через 15 минут, товарищ Генералиссимус. Разрешите развернуть магнитные щиты – впереди аномальная активность мутомассы!

– Разрешаю! – Хмурый перевёл чип из спящего режима в боевой.

3

– Тревога! Тревога! Обнаружено скопление дышломаток высшего ранга! Всем занять боевые посты! – орал динамик внутреннего оповещения. Старосвят моментально подключился к нейросети бронепоезда и принял управление основными орудиями на себя. Мутантки окружили поезд со всех сторон, не давая набрать необходимую для прорыва скорость. Самое неприятное в их атаке было то, что их выстрелы из нижней части тела, где у нормальных женщин находится вагина, производились втянутой вакуумом внутрь мутомассой с повышенной токсичностью, и при попадании она разъедала любой металл, выделяя ядовитый и легковоспламеняющийся газ. Слава инженерам – они всё-таки оснастили поезд электромагнитными излучателями поля, которые создавали мощный щит и защищали от таких атак довольно эффективно. Дышломатки начали массовую атаку. Щит её спокойно выдерживал, пока генерал с помощью ИИ-наводчика косил их ряды из крупнокалиберных пулемётов разрывными снарядами с обогащенным ураном. Но не тут-то было.

– Обнаружена вторая волна мутантов смешанного типа! – опять заорали динамики.

Хмурый подключил дополнительные системы обнаружения и сжал челюсти. Старый вояка даже не мог подобрать матерных слов для описания происходящего. Во второй волне помимо дышломаток присутствовали скуфоспермеры – жирные и толстошкурые ублюдки с фаллоподобными конечностями, которые постоянно выделяли клейкую «сперму», которой щедро орошали дышломаток, из-за чего происходило моментальное размножение тварей с объединенными способностями. Когда биожидкость попадала на дышломаток – их «кожа» начинала пузыриться, выделяя еще больше мутомассы, которая отделялась и превращалась в гибрид: оросителя. Самое страшное, что как раз эти гибриды могли спариваться с людьми, и, оплодотворять их независимо от пола.

– Ну держитесь, блядские выкормыши! – заорал Старосвят. – Активировать систему подавления противника «Расщепитель» Код: семь, семь, пять, четыре, альфа!

На несколько секунд стало очень тихо. Затем раздался дикий рёв атакующих мутантов, яркая вспышка… Плазменный круг, выпущенный из специальных сопел, расположенных по всему периметру поезда, сделал свое дело – сжёг каждую клетку мутантов в радиусе 10 километров. Путь к станции был теперь абсолютно чист, выжженные участки полей обнажили старый добрый чернозём, но ненадолго – гниющая мутомасса опять забирала назад уже теперь свои территории.

– Расчетное время прибытия на станцию пять минут, – раздалось в динамиках.

Генералиссимус откинулся в кресле, предварительно взяв со столика бутылку водки, еще той, настоящей, произведенной до катастрофы.

– Надеюсь, Уранов, вы со Страпониной уже добрались… – Хмурый погрузился в усталый сон, так и не сделав ни глотка.

Глава 2 -флэшбэк

Уранов и Страпонина никак не могли устроиться на спальных полках транспортировочного вагона. К сожалению, вместе лечь не получалось из-за их маленькой для двоих ширины. Почесав голову, Садополк принял соломоново решение – он оторвал две полки кинул их на пол, сверху положил матрасы. Спар-титанесса плотоядно усмехнулась.

– Иди сюда, моя тентакля, – ласково прохрипел вояка.

Ярослава, недолго думая разорвала на себе трусы и футболку и накинулась на мужа. Ее мощные бедра обхватили не менее массивные бедра ветерана. Инъекторы начали делать свою работу – при входе шланга в анус Садополк слегка поморщился, но укол в яйца он уже не почувствовал, потому что шприц наконец-то сделал свое дело, вколов препарат в простату, Ярослава, ускорила темп и через несколько минут обоих накрыли волны оргазма. Пол вагона не выдержал давление их слившихся в экстазе тел и покрылся трещинами. Насладившись друг другом, два человека, прошедшие сквозь бои и страдания рука об руку, заснули.

Уранов тяжело задышал, во сне он опять видел отрывки прошлого – как началось все это безумие, как без анестезии кромсали и модифицировали его тело, как отмирала старая плоть и вытягивались, утолщались кости… Как он лежал на соседней койке с измученной болью и болезнью Ярославой, которой тогда только исполнилось восемнадцать, как он, несмотря на собственную жуткую боль, подползал к ней и брал за руку, чтобы девушка, которая постоянно бредила, находясь в пучине болезненных кошмаров хоть так, но чувствовала, что не одна. Как её увезли, а потом привезли всю искромсанную уже с вживленными шлангами, как из мест вживления постоянно сочилась кровь и гной, как она еле дышала, как орала, когда её тело менялось, как она открыла впервые за долгое время глаза и прошептала еле слышно «спасибо». Как они сдвигали ночью кровати и спали в обнимку, чтобы было хоть чуточку теплее, что бесконечно бивший их озноб было легче перенести, чтобы помнить, что они ещё люди, хоть и генами монстров, чтобы понимать – они живы и не сошли с ума, что осталось на этом свете что-то кроме войны, боли и ужаса. Их первый поцелуй, их первое робкое влечение к друг другу, их первая ночь любви, и как страшно и стыдно было им за происходящее, адскую резь от первых уколов иньекторов. Как они заснули, изможденные и счастливые за долгое время, как на утро они не успели проснуться до прихода чудовищ из ГлавМедКома, как их хотели утилизировать за нарушение правил, но решили оставить в живых и отправить в роту штурмовиков «Бифштекс», где средняя продолжительность жизни в бою пять минут.

А затем бои, бои, смерти, безразличие, плевать на всех кроме себя и Ярославы, и желание отомстить и умыть кровью уже не мутантов, а извергов в белых халатах.

2

Ярослава спала не менее тревожно. Ей снился их первый совместный бой. Отряд, в который они попали был печально известен высокой текучкой кадров в связи с колоссальным количеством постоянных боевых потерь. Передовой отряд штурмовиков «Бифштекс» в первом же бою из новобранцев спустя две минуты остались в живых только она и Садополк, а из постоянных участников погибла треть. Наплыв мутантов казался бесконечным, к тому же они сливались в невиданные доселе конструкции гигантских размеров, даже не сформировавшаяся в конкретного мутанта плоть атаковала всех отростками и ядовитыми испарениями. Благодаря любвеобильности Уранова Ярославы хранился большой запас токсинов из спермы партнёра, и она решила пойти на отчаянный шаг – использовать боевые инъекторы-распылители. Даже в случае успеха шанс не сгореть от собственного напалма был минимальным. Через нейрочип Страпонина запустила программу заготовки этой адской смеси. Загудел мини-насос в резервуар с токсинами стали поступать химикаты и кровь Ярославы:

– Садополк! Быстро ко мне и не отходи!

– Понял!

Наконец, смесь была готова и Ярослава дала залп из боевых сопел инъектора. Поле боя превратилось в одну большую вспышку – будто взорвалось само солнце. Вонь горящей плоти стала в какой-то момент невыносимой. Страпонина поняла, что теряет сознание и падает прямо на участок до сих пор горящей и дрыгающейся мутоплоти. Уже почти отключившись полностью, она почувствовала, как родные и теплые руки подхватили её. По щекам потекли слёзы. Титанесса заново переживала всю боль, всю ненависть и весь страх этого боя. В расположение вернулись из боя только они вдвоём. Погиб весь отряд, а Уранов и Страпонина выжили, и дальше будут выживать, любой ценой. Ей плевать на всех, кроме Уранова, даже на себя плевать, но она будет цепляться за любую возможность выжить до последнего чтобы его защитить. Чтобы он не сошёл окончательно с ума и не превратился окончательно в монстра, чтобы у них было потомство, чтобы они вдвоём могли отомстить тем, кто сделал мир таким. А для этого надо карабкаться, рвать когтями и зубами, ползти вверх по карьерной лестнице, уничтожая любого, кто помешает. Их поместили в реабилитационную капсулу вдвоём, поскольку не могли их расцепить – настолько крепко Садополк держал в руках тело своей возлюбленной, что разделить их можно было лишь отрубив ему руки. На утро они лежали так же в обнимку в состоянии лекарственного сна. Их за долгое время никто не дёргал, не причинял им боль, не ставил болезненные эксперименты. Покой, долгожданный и столь желанный, но, увы, доступный только на очень короткое время.

– Расчётное время прибытия – 15 минут! – проорал кто-то в динамик внутреннего оповещения.

Ярослава сладко потянулась и вновь обняла Уранова, который медленно выплывал из глубин своего тяжёлого сна.

3

Хмурому снилось море, его любимое, Азовское. Снилось как плывут в нем дельфины, как смеются весело его жена и сын с дочкой, брызгаясь в друг друга прозрачной солёной водой. Снилось как он получил первый отпуск за несколько лет военной службы и смог устроить полноценный отдых себе и своей семье. Смена кадра…

Вот уже его дети закончили военную академию и стали офицерами, вот они празднуют это с друзьями… Становятся первыми участниками экспериментальной программы «Улучшенный ген».

Генералиссимус задергался во сне. На его глазах дети стали превращаться в безумных мутантов, они начали рвать на части его жену, свою мать… Дочка оторвала женщине голову и со смаком начала обсасывать торчащий кусок позвоночника. Сын высасывал кровь из оторванной головы. Руки Генералиссимуса дрожали, но усилием воли он заставил себя достать табельный пистолет и нажать на курок. Его жена мертва, дети тоже, он поднимает руку и засовывает пистолет себе в рот, в этот момент врываются какие-то люди в белых герметичных халатах, отнимают у него пистолет, что-то вкалывают в вену и кладут его на носилки, он поворачивает голову и видит, как его дом сжигают из огнемётов. Вот он в палате… он не хочет ни есть, ни пить, ни говорить, он не хочет даже умереть. Вокруг него и внутри него пустота, вакуум, небытие… Ему что-то колют, кто-то с ним постоянно разговаривает, какая-то женщина в круглых маленьких очках и в бело-розовом халате заходит каждые два часа, садится напротив него и пишет, пишет, пишет. Старосвят смотрит в одну точку, на стену, ему кажется, что там его ждут его жена и дети, он пытается встать и пойти к ним, но ноги не слушаются, жена начинает отрывать себе голову, а его дети откусывать от тела матери куски. Он вскакивает и падает прямо на эту странную женщину… она обнимает и гладит его по голове, что-то говорит на ухо, потом делает ему укол и тащит на койку.

Опять смена кадра. Он лежит в капсуле, его разрезают и что-то вшивают в организм, вставляют какие-то странные коробочки, размером с паука, это всё без анестезии, но боль он не чувствует, только раздражение – он не хочет, чтобы кто-то был с ним рядом, не то, что рядом, даже в радиусе ста километров. Опять такое желанное забвение.

– Товарищ Хмурый, товарищ Хмурый!! – слышит сквозь сон Старосвят. – Мы прибыли.

– Отлично, сейчас буду. Приготовиться к обязательному досмотру!

– Есть! Разрешите идти?

– Выполняй!

Генералиссимус потер пальцами виски, тряхнул головой и неспешно поднялся. Хотел было всё-таки отхлебнуть водки, но решил, что перед досмотром не стоит и поставил обратно на стол.

Глава 3 – лагерь "МЯСО"

После прохождения стандартной проверки по прибытию Садополк и Ярослава направились к отделу обеспечения. На их удивление в кабинете сидел мутант с клешнями вместо рук. И очень ловко сортировал какие-то документы.

– Ну, что уставились? – прохрипел мужчина. – Меня зовут Лука, и да, я гомо-краб, все вопросы к ублюдкам из ГлавМедКома. Я так понимаю, вы Уранов и Страпонина? Извините, уж, что без званий, насрать мне на них.

– Ну, здоров, Лука, – со улыбкой маньяка произнес генерал. – Бухнём за знакомство? А, заодно, расскажешь, что здесь да как.

– А такой подход мне нравится! Присаживайтесь.

Гомо-краб открыл один из многих ящиков стола и достал довоенную пятилитровую бутыль водки.

– Значится, смотри, Уранов, здесь бардак и лютый пиздец начался после того, как сюда перевели сынка одного из этих пидоров ненормальных в белых халатах и чёрной душой. Про О.Р.З. же слышал? Знаешь же, что их, типа, официально нет, но, блядь, по факту… – Уранов и Страпонина кивнули и подняли стаканы в знак понимания. – Ну, так вот, этот выблядок стал наводить свои порядки и офицеры у него на побегушках, ибо от этого пидора зависит, будет получать лагерь необходимые медикаменты или нет. Ну и понеслась моча по трубам… – опрокинув второй стакан Лука помрачнел. – Мне-то на эти ваши транквилизаторы, стимуляторы похрен, у меня отдельный канал снабжения, а вот девчонке, которая его уделала на показательных соревнованиях по боевому мастерству он жизнь ломает конкретно вместе со своим гаремом. Короче, избивают и насилуют её каждый день, а в медпункте над ней только ржут, поскольку тоже с ним в одной лодке. Короче, слова ему тут никто не говорит. Я жалобу уже Хмурому подал, вот, видимо, тебя и прислали. Я с Старосвятом в своё время вместе служил, да вот после того, как руки оторвало, попал к этим извращенцам под нож. Сам видишь, что из меня сделали. Лучше б сдох.

Уранов понимающе кивнул. Он и Ярослава не понаслышке знали, на что способны эти монстры в человеческом обличии.

– А что там за ор на плацу? – поинтересовалась Ярослава.

– Идёмте, сами всё поймёте… – Лука допил стакан и, кряхтя, поднялся со своего кресла. – Велком ту зе ебаный лагерь «Мясо», прошу за мной. – гомо-краб сделал гротескный поклон.

2

По лагерю хаотично носились туда-сюда курсанты с какими-то ящиками, баулами и дебильными ухмылками на лицах. Молодой офицер пытался привести это броуновское движение хоть к какому-то вектору, но увы и ах – имели курсанты его ввиду. Один из старшекурсников вообще стоял с бухлом и сигаретой в зубах, параллельно трахая стоящую раком напарницу и рассказывал в процессе анекдот стоящим рядом юным титанессам, которые отвратительно и мерзко ржали, периодически подкалывая и нанося удары по животу своей боевой «подруге», засовывали ей свои сплетённые вместе шланги в анальное отверстие и рот, периодически пропуская по ним ток, кололи инъекторами клитор и соски – практически разорвана изнутри, с выбитой челюстью и окровавленными губами бедняга уже не сопротивлялась. Кровь толчками лилась из ее изувеченных извергами отверстий, но благодаря регенеративной функции и стимулятором, вкалываемым инъектором «сочувствующих» она даже не могла отрубиться. Офицер же, поняв, что бесполезно орать, тоже решил присоединиться к процессу надругательства над своей подопечной. Неожиданно исчезли все звуки, а головы всей компании насильников отделились от туловищ. Обессилевшая юная титанесса рухнула как подкошенная и забилась в конвульсиях, изо рта фонтаном изверглась рвота с кровью. Единственный оставшийся с головой на шее офицер застыл в ужасе, потом его резко согнуло пополам от мощного удара в живот неизвестным ему человеком.

Оглядев всю эту картину, Уранов достал из предназначенного для разрывной гранаты нагрудного кармана непочатую бутылку «ВискиТрава» и, по старой доброй традиции, осушил её в несколько глотков, затем аккуратно убрал пустую бутылку. Негоже выбрасывать куда попало генералу мусор. Наблюдающее эту картину курсанты застыли в ступоре. Ярослава подошла к обделавшемуся от страха офицеру и обхватив его шлангами за ноги подняла в воздух так, чтобы он свисал головой вниз. Садополк подошёл к подвешенному офицеру и встал так чтобы их лица были напротив друг друга. Хрустнув шеей, зарядил этому позору в погонах лбом в нос.

– ТЫ! Совсем охерел, сука? – тон генерала был холоден, а взгляд пуст и безэмоционален. Ты что здесь развёл, тварина? Я сейчас прикажу полковнику Страпониной сделать с тобой всё то, что ты мало того, что позволял делать с той титанессой, так еще и принимал активное в этом АКТИВНОЕ участие.

– В-вы не понмиаете, ГлавМедКОМ, он, нам всем… нам всем ПИЗДАААААА, – истерично заорало это обосравшееся и обоссавшееся недоразумение.

– С тобой бесполезно говорить. По военным законом ЕРСАН, я, генерал Уранов Садополк, приговариваю тебя к казни через разъедание плоти! Полковник, выполнять!

– Есть, товарищ генерал! – хищно оскалилась Ярослава.

– Спасибо… – прошептал приговорённый к смерти. – Наконец-то они оставят меня и мою титанессу в покое… на моём нейрочипе, вся информация. Она Вам пригодится, генерал. Отомстите за нас всех. О.Р.З пустило корни везде…

Уранов просто свернул ему шею, не став мучить. Да и чип бы при выбранном методе казни был бы уничтожен.

3

Уранов нёс еле живую девушку в медсанчасть, её состояние было критическим. Подойдя к дверям блока, хотел было постучать, но услышав из помещения гнусные смешки и полные страха и боли крики, Уранов, аккуратно положив титанессу на пол, просто вынес дверь с ноги. Картина, представшая перед Садополком была еще более мерзкой, чем на плацу. На крюках в стене висели тела стелс-титанессы и штурмовика класса «бык» с отрубленными руками и ногами, по которым ползали квадроктулхи и отрывали от них куски плоти своими щупальцами, это всё на видео снимала группа из трёх человек в униформе ГлавМедКома, но, что было странно, что четвертый их товарищ лежал избитым и связанным в прозрачном изоляционном кубе для перевозки мутантов.

Долго думать Уранов не стал и вырубил всех участников сего жуткого действа, после чего достал табельную «Брунгильду» и прикончил порождения больной фантазии О.Р.З. Затем подошёл к кубу и разнес его к чертям одним ударом. Достав из потайного кармана шприц со стимулятором, вколол его пребывавшему в отключке учёному.

– Подъём, умник! – проорал в ухо медику Уранов, предварительно освободив его от верёвок.

Парень с трудом открыв глаза уставился на генерала ошалелым взглядом:

– Вы кто? Впрочем, неважно! Они живы? – ученый вскочил на ноги, чуть не рухнув на Садополка и подбежал к юноше и девушке. – Да не стойте столбом, помогите их снять!

Вдвоём они аккуратно сняли титанессу и штурмовика с крюков и перенесли в регенерационные капсулы.

– У меня там жертва сына ублюдка из ГлавМедКома, займись тоже, – устало проговорил Садополк.

– Сейчас, сейчас! – медик неожиданно разволновался еще больше – Где она?

– В коридоре на полу.

– Несите её сюда скорее, – парень открыл едва заметную дверь с еще одной капсулой, но несколько отличавшейся от тех, которые были в основном помещении.

Уранов молча вышел в коридор, аккуратно подхватил девушку и понёс куда было сказано.

Очень хотелось расспросить, какого хрена здесь произошло и кто, собственно, этот бледный и нервный учёный, но сейчас было важнее заняться спасением жизни, этой весьма необычной титанессы. Она была ниже и выглядела более хилой, чем её сестры по оружию, но интуиция подсказывала генералу, что с ней не всё так просто, как кажется на первый взгляд.

– Ты давай, делай свою работу, а я пока займусь кое-чем, у тебя тут есть нейросчитыватель с блоком воспроизведения? – спросил Садополк.

– Сзади Вас, не отвлекайте пожалуйста!

Глава 4 – О.Р.З.: первые проблемы…

Хмурый рвал и метал. Не успел он пройти досмотр и сойти с поезда, как с ним связался один из советников ГлавМедКома и потребовал трибунала для Уранова. Видите ли, его сына, его единственную надежду сил обороны, убили без суда и следствия за простую «шалость». Старосвят еле сдерживал себя при этом разговоре. Ни хрена ж себе, шалость! Групповое изнасилование с нанесением тяжёлых травм титанессе, да не простой, а уникального класса «тентакленоид». Да и дело даже не в классе! И так оборона на соплях держится, и каждая боевая единица на вес золота, а эти твари палки в колёса ставят! Уранова под трибунал? Сейчас? Пусть отсосёт у скуфоспермера.

– Уранов, что ты там устроил?! Не мог без шума и шоу на всю республику????? – заорал Садополк по нейро-связи.

– Товарищ Генералиссимус, потом меня хоть под трибунал отдадите, а сейчас бегом ко мне в медблок! На извлеченном из офицера нейрочипе лютая дичь. Даже меня пробрало. Вы обязаны посмотреть и вынести данную запись на обсуждение объединённого совета сил обороны и ГлавМедКома.