Волшебные миры Энди Разума

Глава 1. Дядя Генри

– Энди, Э-э-энди, подойди ближе? – раздался откуда-то таинственный и незнакомый голос. – Я здесь, справа…

– Кто ты? Я ничего не вижу. Здесь слишком темно! – испуганно прокричал Энди, сжимая в руках сверкающий белый камень. – Покажись, а иначе я разобью Лексемус.

Молодой юноша 25 лет стоял погруженный в темноту посреди огромной залы старинного замка. Его осторожные шаги играли с эхом и еще более усиливали страх от раздающегося то слева то справа скрипучего старческого голоса.

– Не надо шутить, будь послушным мальчиком – отдай этот камень мне. Белому магу, как ты, он совсем не нужен, а я смогу продлить свою жизнь, – заигрывающе продолжал голос.

– Но кто ты? – снова переспросил Энди, хотя прекрасно понимал, что голос принадлежал единственному обитателю замка – Генри Растори. Юноша остановился, прислушиваясь к его медленной старческой поступи, но эхо не позволяло разобрать, с какой стороны находился черный маг. Боясь оказаться в ловушке и пропустить выгодный для побега момент, Энди полез рукой во внутренний карман куртки и стал что-то перебирать, постукивая стеклом.

– Ну, хватит, – голос стал настойчивее и злее – не глупи. Ты в моем доме, и здесь я намного сильнее тебя. Я не хочу применять силу…

– А тебе и не придется! – крикнул Энди и бросил куда-то вправо склянку со светящейся жидкостью. Раздался оглушительный взрыв, ярко осветивший комнату зеленым необжигающим пламенем. Энди не помнил, как его отнесло в сторону, но по боли в голове и спине понял, что сильно ударился о каменную стену. Быстро придя в себя от болевого шока, он осмотрелся вокруг, однако в большом зале уже никого не было. Свет от бомбы постепенно начал гаснуть, и Энди побежал к висящему на одной из стен фонарю.

Запалив фитиль, юноша снял с себя истрепавшийся от многочисленных магических стычек дедовский плащ, озарив комнату, пожалуй, единственным здесь ярким пятном – оранжевой футболкой, и стал расхаживать среди поваленных стульев, столов и стеллажей с книгами, желая понять, откуда исходил голос. Попутно Энди рассматривал упавшие на пол книги. Уже по их названиям он понял, что хозяин явно принадлежит к Ордену Онубуса: «Как истребить людей», «Мир под контролем волшебства», «Дело Онобуса», «Трактат о попрании законов Гольденбары»… Вдруг в одной из книг Энди увидел фотографию с до боли знакомым лицом.

– Этот длинный нос и развесистые уши я неопределенно где-то видел, – задумчиво прошептал Энди. – А… Ричард Ле Воралье! Он-то тут что делает?!

И судорожно перевернув книгу, он прочел на титуле надпись: «Предводители древних племен» – а чуть ниже, от руки, чем-то красным было начертано: «Убить всех».

– Ничего себе, и он тоже маг! – неожиданно громко даже для самого себя воскликнул Энди. – Понятно, почему Ле Воралье стал одним из самых богатых людей Франции. Если бы я был главным среди гномов-золотокопов…

Но тут его мечтания перебил скрежет двери. Энди быстро засунул книжку во внутренний карман куртки, благо она была не большой по размерам, и стал прислушиваться к шагам. Но их не последовало. Медленно огладываясь вокруг себя и не находя никаких подозрительных объектов, юноша было успокоился, но вдруг почувствовал приставленный к спине нож и чье-то дыхание над ухом.

– Даже не думай поворачиваться, – произнес тот же таинственный голос. – Думаешь, стал членом Ордена Голистарикса и теперь можно вот так, без спроса, врываться в чужие дома и брать чужие вещи?!

– Чужие? Когда-то этот дом был домом моего отца, а Лексемус был его личным талисманом, я не нарушил ни одного закона, – начал Энди уверенным и несколько грубым тоном, а потом язвительно продолжил, – Я просто хотел навестить своего любимого дядюшку Генри.

– Я тебе не дядюшка! – резкий крик над ухом заставил Энди зажмурить глаза. – Твой отец предал дело семьи. Наш прадед был верховным магом Ордена Онобуса, боролся за восстановление законов Гольденбары, древней планеты, на которой колдуны и волшебницы правили всем миром… Э-э… – от избытка эмоций Генри стало не хватать воздуха, – когда мы могли не бояться своих сил, ни от кого их не прятать… Эх-э… А Питер взял и переметнулся на сторону Галистарисцев… А мы ему так доверяли… Он был одним их Хранителей Ключей в замок Онобуса, знал все наши планы, все секреты… – злоба в голосе нарастала. – Я не верил другим колдунам, уверявших, что Питер – предатель, защищал его перед Онобусом, клялся собственной жизнью, а он…

Генри продолжал проклинать своего брата и, видимо, забывшись, опустил нож от спины племянника и стал ходить по комнате. Упускать момент было нельзя и Энди, резко развернувшись и вытянув вперед правую руку, громко произнес: «Адверасейрус». Генри ударило сильным потоком воздуха, и он впечатался в стену, а потом навзничь упал на книжные стеллажи, повалив их на себя.

– Не может быть, – испуганно бормотал Генри, выбираясь из горы книг, – ты не можешь владеть силой Эова. Ее получают лишь…

– Да, да… Всадники, – язвительно продолжил Энди, медленно наступая на дядю, – потомки великого повелителя ветров Эова, одного из всадников Галистариса. Ты слишком плохо знал мою мамочку! – в его голосе слышалось пренебрежение и острое желание мести – он хотел поиздеваться над дядей. – Ты целый год пытал мою семью в подземелье – все никак не мог смириться с предательством отца, и неужели не заметил на руке матери родимое пятно в форме вихря – родовой знак потомков Эова? Неужели ты так и не понял, как они смогли бежать?

– Ей тогда исполнился двадцать один и… она обрела силу… – запинаясь и поражаясь своей догадке, проговорил Генри. – Не может быть! Я… я… Нет, это невозможно! Им помогла моя жена, за что и поплатилась.

– Дядя-дядя, не оправдывай себя за убийство жены… Она ни в чем не виновата. Ты сдал ее Ордену Онобуса, чтобы загладить вину перед ним… А она прокляла тебя за это. Сам знаешь, проклятье невинно убиенной души необратимо. Вот ты и гниешь последние 10 лет в своем замке, боясь лучей солнца, – лицо Энди расплылось в торжествующей улыбке, исполненной удовольствием от наконец состоявшейся мести за родителей. – Что ж, вчера мне исполнился двадцать один год и еще… вот – он разорвал рукав на плече и показал точно такое же пятно, как у его матери, – знак Всадников Эова.

Генри упал на колени перед Энди, он даже не пытался применить против него свою магическую силу – его душа страдала от той правды, которую ему открыли, ведь он, хоть и был готов на все ради Ордена, любил жену. Он пристально смотрел на племянника и по его виду понимал, что смерть неминуема.

В сердце Энди горела злость на Генри, глаза стремительно краснели, он жаждал мести, а потому приложил ладони друг к другу, и между ними образовался ветряной шар со сверкающими внутри молниями.

– Генри Разум, согласно п. 2 ст. 21 Верховного Закона Чародеев вы можете перейти на сторону Ордена Галистариса и, лишившись магических сил, остаться в живых…

– Нет, я никогда не стану человеком! – черные глаза Генри налились кровью. – Лучше умереть, чем… – он не договорил, увидев, что шар Энди летит в его сторону.

Глава 2. Каролина Безвик

Через 10 часов настало обычное для Киева осеннее теплое утро. Гасли фонари, начинали гудеть автомобили – город неохотно просыпался. И как его неотъемлемая часть с большим сожалением прощался с постелью Энди.

– Еще пять минут. Всего пять… – возмущался он про себя – И кто придумал начинать рабочий день в 7 утра… Ну что может произойти в такую рань!

Бум!

Энди вскочил с постели и замер в боевой стойке. Он медленно оглядел свою небольшую комнату, снимаемую у одной доброй и, к его счастью, глухой старушки за мизерную плату. Узкая кровать, телевизор, платяной шкаф, зеркало и собранные в большую кучу книги под занавешенным плотной серой тканью окном составляли все ее содержимое. Впрочем, чего еще хотеть за 90 евро в месяц… Так и не найдя источника шума, Энди снова повалился в кровать. И было начал уже дремать, как…

Бум!

Он снова подскочил и медленными бесшумными шагами направился к шкафу. В его левой руке в это время уже образовывался ветряной шар. Резко распахнув дверцы шкафа, Энди было хотел швырнуть его, но вместо этого удивленно вскрикнул:

– Калисто, ты-то что тут делаешь? – он взял на руки толстую серую хозяйскую кошку и, улыбаясь, понес ее к двери в коридор – Еще чуть-чуть и ты бы стала котлетой, – смеясь заметил Энди.

Но лишь только Энди коснулся дверной ручки, кошка выпрыгнула из его рук и превратилась в молодую девушку невысокого роста, с рыжими волосами, в серых джинсах и кожаной куртке.

– Каролина?! – недоуменно посмотрел на нее Энди.

– Кошачьи котлеты?! Энди – ты зверь! О боже! – испугавшись, воскликнула она и закрыла лицо руками.

Энди осмотрелся вокруг.

– В чем дело? Здесь никого… А-а… – не договорив, он взглянул в зеркало и понял, что на нем совсем нет одежды. Сдернув с кровати простынь, Энди обкрутил ее вокруг себя и неуверенно, но с заискивающим тоном проговорил:

– Извини. Я… это…

– Ладно, нечего терять время. К делу… – убрав руки и открыв Энди свое побагровевшее лицо, начала Каролина. – Меня направил председатель Эдвард, он хочет тебя видеть. Срочно. Ты, видимо, вчера снова что-то натворил, – серьезным тоном заметила она, но потом ее голос резко помягчал. – Энди, скажи, что на этот раз…

Она села рядом с ним на кровать, повернула к себе его лицо. Никогда еще Энди не видел ее такой встревоженной и расстроенной, с глазами, наполненными слезами.

– Ты опять что-то взорвал? Снес очередной телефонный столб? Перевернул чью-то машину или яхту? Отвечай же! – и она начала его трясти.

– Лина, зачем тебе это? Зачем ты все время помогаешь мне? Ты же можешь пострадать. Я слышал, как Эдвард в разговоре со своим секретарем обмолвился, что хочет перевести тебя из отделения поиска магических существ в отдел по волшебному земледелию, подальше от меня.

– Это все отец. Он возненавидел тебя с первого же дня твоего появления в Ордене. Он 10 лет готовился занять пост Всадника Ветра, доказал всем, что является семиюродным племянником твоей матери и единственным претендентом, а тут за год до Совета по избранию Всадника находят тебя, и оказывается, что ты – прямой наследник Эова. Вот он теперь и не хочет, чтобы мы виделись с тобой, он знает, что мы… э…, что я… люблю тебя. – Каролина снова закрыла глаза руками и, зарыдав, выбежала из комнаты.

Для Энди признание Лины не было неожиданностью. За десять лет их учебы в школе волшебства он не раз замечал, что девушка к нему неравнодушна, но при возникновении взаимного чувства всячески пытался его прогнать. И все потому, что любовь с детства причиняла ему сильнейшие страдания.

Глава 3. Школа мадам Дрюс

Когда Энди было 10 лет, родители привели его в Школу магии и волшебства колдуньи Эвелины Дрюс.

Внешне она мало чем отличалась от обычных школ: типичное английское трехэтажное здание из красного кирпича, те же строгие преподаватели, та же форма, те же оценки… Вот только вместо привычных предметов здесь изучали историю магии, диалекты магических племен, технику волшебства, географию волшебного мира, Верховный Закон Чародеев, целительство и др. Располагалась она на окраине Лондона на обширной территории поместья лорда Дрюс и считалась одной из самых элитных школ Англии. И действительно, поступить сюда мог далеко не каждый – лишь тот, кто в ходе собеседования с преподавательской коллегией доказывал свою принадлежность к миру магии. Естественно, что об этом нюансе знали только представители этого самого мира, обычные же дети, желавшие учиться у Дрюс, даже самые умные и талантливые, получали отказ без объяснения причин. Однако им выдавалась положительная рекомендация от мадам Дрюс, благодаря которой они легко принимались в не менее элитную «человеческую» школу мистера Роненра.

Помимо самой школы и графского дома, на территории поместья располагался большой дремучий лес, озеро, парк с многочисленными беседками для отдыха и площадками для занятий крикетом, футболом и другими видами сорта, загоны для волшебных животных, общежитие и ряд других строений, предназначение которых не было известно ни одному из учеников и их посещение было строго запрещено уставом школы – провинившийся подвергался серьезному наказанию – болезненной чистке памяти. Охранялось все это заклятием тайны, скрывавшим волшебное от обычных людей. Так что на территории школы любой маг мог спокойно колдовать, не опасаясь быть замеченным пусть даже случайно забредшим сюда человеком, а люди появлялись здесь очень редко – это были либо заблудившиеся туристы, либо представители власти, – простые лондонцы считали это место проклятым, а графа Дрюс – колдуном. В чем-то они были правы…

И вот, в единственный день в году, 10 августа, когда заклятие тайны не действовало, здесь появилась семья Разумов – Питер, Диана и их сын Энди. В обширном овальном холле школы, увешанном разноцветными зеркалами, толпилось несколько сотен человек. Все они бурно что-то обсуждали, но темы эти были далеки от магии. Еще бы, ведь среди собравшихся могли оказаться самые простые люди. Вдруг кто-то помахал Разумам рукой – это была Мисс Норис, близкая подруга мамы Энди, которая довольно часто захаживала к ней в гости.

– О, Чарини, я и забыла, что твоему сыну уже семь, – громко, чтобы перекричать толпу, сказала Диана, усаживаясь на скамейку рядом с подругой.

– Да, Фред уже совсем взрослый. В июне у него был день рождения и он, наконец, обрел волшебную силу. Помню, как в тот день малыш споткнулся и выбил себе зуб, а потом без всякой боли вставил его на место. Но я только неделю назад рассказала ему, что он колдун…

– Ну и как он воспринял? – с тревогой в голосе перебила ее Диана.

– Ты же знаешь, как обычно дети реагируют в такой ситуации. Вспомни себя. В таком возрасте они всему беспрекословно верят. Уже на следующее утро я показала ему свою волшебную книгу и мы начали готовиться к поступлению – изучать самые простенькие заклинания. А что, у вас было не так?

– Понимаешь, – начала Диана, – мы с мужем начали обучать Энди магии еще в 4 года. Сама знаешь, по долгу службы мы вынуждены были путешествовать по миру, бороться с «темными», колдовать, и все это происходило на глазах у мальчика, ведь нам негде было его оставить на время операций, и мы брали малыша с собой. Вскоре он стал повторять наши движения, заклинания, посыпались вопросы… Знаешь, каким было его первое слово… – «Аэрахос»!

– Ничего себе! Надеюсь, у него еще тогда не было волшебных сил? – спросила Чарини.

– Нет, конечно, нет – нас бы уже тогда не было. Силы к нему пришли, как и ко всем магам, в день семилетия. Но мы с Питером были вынуждены заняться с ним магией раньше срока. Особенно Энди нравилось зельеделие. Когда он подрос, и мы стали оставлять его одного дома под присмотром домового, Энди забирался в кабинет отца, варил там зелья, после чего дожидался меня, чтобы я добавляла в котел последний ингредиент и тем самым наполняла его содержимое волшебством. А потом мы вместе испытывали действие зелий – ускоряли рост цветов, удлиняли шерсть нашего кота, делались невидимыми и прикалывались над Питером… Конечно, это были безобидные снадобья из «Зельеделия для начинающих». Но неделю назад, в день своего семилетия Энди объявил нам, что никогда не будет колдовать. Мы долго пытались понять, что натолкнуло его на такое решение. Но потом увидели в его комнате книжку по истории черной магии. Видимо, она его сильно напугала, он до сих пор не может отойти. Вот я и не знаю, каково теперь будет Энди учиться волшебству. Но больше всего я боюсь того, что он вообще откажется от него. Бывали же такие случаи… А ты знаешь, что для моей семьи это неприемлемо…

– Понимаю, наследник Эова и все такое… – встревожено протянула Мисс Норис. – Не волнуйся, думаю, мадам Дрюс вернет его в мир волшебства.

Надеюсь… – начала было Диана, но ее прервал громкий голос высокой, довольно полной женщины с едва заметными морщинами на добром лице, облаченной в строгий серый костюм, которая вышла из центральной двери холла.

– Минуточку внимания… Я рада приветствовать всех вас, дорогие ребята и их родители, в нашей школе. Меня зовут Эвелина Дрюс, – и, улыбнувшись, она продолжила. – Как вы уже, наверное, догадались, я директор этой школы. Сегодня, мои маленькие друзья, вам предстоит пройти ваше самое первое серьезное жизненное испытание. Сегодня вы можете стать учениками одной из престижнейших школ Англии, издавна славящейся не только своими традициями и выпускниками, но и своими оригинальными вступительными экзаменами, позволяющими выявить самых талантливых, оригинально мыслящих и одаренных. Эти экзамены вам и предстоит пройти через несколько минут. Ничего не бойтесь, соберитесь духом, будьте смелыми и постарайтесь доказать всем, что вы достойны носить форму нашей школы. Желаю всем вам, дороги мои, только одного – удачи.

За столь проникновенной речью как-то самопроизвольно раздались бурные аплодисменты собравшихся в холле людей. В это время мадам Дрюс скрылась за одной из дверей, а вместо нее под шум оваций из центральной двери вышел сухой старичок, который, представившись секретарем директора школы, стал кричать своим писклявым голосом:

– Сейчас, уважаемые ребята и родители, вы должны распределиться на пять очередей в зависимости от того, кому из учителей вы бы хотели сдавать экзамен. Итак, в кабинете №7 экзамен принимает Валенсио Куркс, учитель английской литературы, – несколько десятков человек выстроилось у кабинета №7. – В кабинете №8 – Тони Ропери, учитель математики, – еще несколько человек образовали очередь. – В кабинете №11 – Габриель Зипенграут, история, – всего две семьи отправились к двери с номером 7. – В кабинете № 13 – Перис Браун, биология, – Разумы быстрыми шагами пошли к названному кабинету в надежде встать в начале очереди, но им можно было не торопиться – всего трое решили сдавать биологию. – И наконец, в кабинете № 21 Эвелина Дрюс ждет всех тех, кто не готов или не хочет сдавать экзамен в других кабинетах, – и толпа в сотню человек бросилась к двери №21, в то время как секретарь охрипшим голосом заявил: Экзамен начинается.

Глава 4. Перис Браун

Через пару секунд дверь кабинета № 13 распахнулась, и из нее вышел весьма молодой высокий мужчина с длинными светлыми волосами, одетый в джинсовые штаны и куртку.

– Добрый день, о… вас всего трое, – удивленно воскликнул он. – Да, биология сегодня не в почете. Что ж, прошу, заходите, – и три семьи, включая Разумов, последовали его приглашению.

Кабинет биологии был залит светом, исходящих, от огромных окон, идущих практически от самого пола и до самого потолка. Внутри же располагались стандартные школьные парты и высокие шкафы, до отказа заполненные наглядными пособиями и учебниками.

Молодой человек попросил ребят и их родителей располагаться за партами, а сам встал за учительский стол.

– Позвольте представиться, – смущенно начал он, глядя себе в ноги. – Перис Браун, учитель биологии и всех смежных наук, член международной ассоциации зель… – он запнулся, быстро посмотрел на лежащий перед ним на столе листок бумаги и продолжил, – земледельцев, консультант правительства Великобритании по вопросам экологии…

Было видно, что мистер Браун сильно волновался и чуть не выдал самый страшный секрет мира магии – едва не раскрыл тайну о его существовании, но все-таки смог выкрутиться. Закончив требуемое уставом школы представление учителя с перечислением всех его званий, мистер Браун поднял глаза на сидящих и понял, что его волнение не осталось незамеченным.

– Извините, – начал он оправдываться, – просто я впервые принимаю экзамен. Встретив понимающие взгляды родителей, он собрал всю свою волю в кулак и уже твердо сказал:

– Пожалуй, начнем. Я прошу родителей покинуть кабинет или пересесть за дальние парты, дабы не мешать своим детям сдавать экзамен, – все родители отправились к столам в конце кабинета. – А теперь давайте познакомимся с вами, дорогие ребята, – более уверенно произнес учитель, – видимо, удаление родителей придало ему больше духа. – Как я уже сказал, меня зовут Мистер Браун.

– А меня Арнольд, – сказал белобрысый мальчик в костюме, напоминающем пижаму.

– Я Миранда, – тоненьким смущенным голоском промолвила маленькая девочка в зеленом платьице.

– Ну, а как зовут тебя? – спросил мистер Браун у мальчика, сидящего прямо перед ним.

– Энди Разум, – безразлично сказал Энди, который, видимо, вообще не собирался ничего говорить, но не смог промолчать при виде доброго вопрошающего лица учителя.

– Отлично, – воскликнул мистер Браун, как бы не обращая внимания на состояние Энди, – теперь я расскажу, что вам предстоит сегодня сделать, чтобы доказать свое право на обучение в школе мадам Дрюс. Для вас у меня приготовлены карточки, – и учитель взял в руки стопку картонных листков, – на каждой из них написано по три вопроса, на которые вам и предстоит ответить. Все понятно? – ребята кивнули. – Тогда по одному подходите к моему столу, садитесь на этот стул – и мистер Браун указал на массивный стул красного дерева, драпированный бурой тканью, сбоку от стола, – и вытаскивайте из стопки понравившуюся вам карточку. Арнольд, давай ты будешь первым.

Белобрысый мальчик в пижаме вышел из-за своей парты и направился к столу учителя. Не более двух минут потребовалось мистеру Брауну, чтобы опросить Арнольда. После этого учитель жестом подозвал его родителей и, дав лестную оценку знаниям мальчика, сказал им, что результаты экзамена будут сообщены через два дня по почте. Однако лицо Арнольда в этот момент выглядело очень разочарованным и, когда он с семьей удалялся из кабинета, было заметно, что мальчик, по-видимому, ответил не на все вопросы. Та же история произошла с Мирандой, после чего настала очередь Энди.

– Ну что же, мистер Разум, прошу, ваша очередь, – несколько заискивающе проговорил мистер Браун.

Энди по-прежнему безразлично, но с промелькнувшим страхом в глазах, подошел к столу учителя. Устроившись на громадном стуле, напомнившем ему вырезанный из цельного ствола 300-летнего дуба трон повелителя троллей, который он не раз видел в Магическом Музее и на котором легко бы могло усесться трое таких ребят, как Энди, мальчик вытянул карточку с вопросами и передал ее мистеру Брауну.

– Итак, что такое рассерия? – чуть надменно произнес учитель, видимо, уже не надеясь, что сегодня кто-нибудь сдаст ему экзамен, но потом переменился в лице и с удивлением добавил, – Ой, подожди, это карточка для экзаменов в старшем классе и…

Но не успел мистер Браун договорить свою фразу, как Энди безразличным тоном, как будто даже не заметив слов учителя, без запинки произнес:

– Это трава, растущая только на вершине горы Олимп в Греции, которая при смешивании со слизью розовой лягушки и лепестками пахнущего конским потом цветка тариоры дает целебный эликсир, способный заживлять сильные ожоги.

Мистер Браун издал какие-то нечленораздельные звуки и еще секунд 15 сидел молча с открытым ртом, уставившись на черноволосого мальчика в синем жакете и черных брючках. Потом он подошел к одному из шкафов в противоположном конце комнаты и стал что-то судорожно искать. Мистер Браун вытаскивал книги листал их, но, видимо, так и не найдя нужной вещи, извинился и выбежал из кабинета.

Его не было около 10 минут, но в комнате за это время ничего не изменилось: Энди все так же сидел около учительского стола, а его родители – за задней партой.

– Нашел! Нашел! – громко кричал мистер Браун, быстрыми шагами направляясь к своему столу и тряся в руках потрепанную книгу в кожном перелете размером с ученическую парту. – Этого просто не может быть! Это какая-то фантастика! – и подняв свою голову в сторону взрослых Разумов и приглашая их подойти ближе, он воскликнул, – Ваш сын – настоящий гений! Это восхитительно! Многие великие волшебники затруднятся ответить, что такое рассерия, ведь это редкий ингредиент, а потому он не входит ни в один учебник, а тем более кухонные книги по зельеварению. А он, – учитель ткнул пальцем в сторону Энди, едва не попав ему в глаз, – смог! Это поразительно! Впрочем, судя по заслугам его родителей, этого, наверное, следовало ожидать.

– Но честное слово, я никогда ничего не слышала о рассерии, – с большим удивлением в голосе сказала Диана и посмотрела на мужа. Тот кивнул в знак того, что он тоже ничего не знает, и, как бы пытаясь что-то припомнить, произнес:

– Возможно, мы недооценивали нашего мальчика, когда пускали его в нашу библиотеку. Наверное, он вычитал об этом в одной из книг.

– Но понимаете, как бы это так сказать, помягче, ни в КАЖДОЙ книге пишут о рассериии, ведь…