Планета N Книга первая В начале бесславных дней

Глава четвёртая

… Он лежал на полу возле рабочего кресла. Ныла ушибленная нога, теперь уже левая. Слиплись пересохшие губы. В голове гудело, как в трансформаторной будке.

— Нечего сказать, принял успокоительного, — вымолвил, наконец, он, поняв смысл происшедшего. — Стресс за стрессом. Благодарю тебя, Господи, что это всего лишь сон… Господи, разве такое возможно?

Пилот встал, потирая ушибленную ногу, сильно хромая пошел в санузел. Там он долго умывался, и пил воду прямо из-под крана. Впрочем, она была пригодна и для питья – таковы условия содержания астронавта на корабле.

— Вот черт, приснится же такое. Проклятый астероид… Впрочем, хватит эмоций, надо отвлечься.

Он потёр лоб, словно собираясь с мыслями.

- А что является самым лучшим способом для достижения этой цели? — спросил он сам у себя. - Правильно. Ра-бо-та. Она и отвлекает и полезна для дела, мышц, мозга и тела… Гм, стихи.

Хорст вынул из лабораторного шкафа специальный кейс с пробирками, реактивами, термометрами, колбами, контейнерами, лопаточками и прочими лабораторными атрибутами. Этот чемоданчик средних размеров числился в описи корабля как «Мобильная лаборатория». Собственно, так оно и было на самом деле.

— Возьмем пробы грунта, воды и чего-нибудь еще, что попадется на глаза. Займемся делом. Но прежде, чем выходить нужно ещё раз убедиться, что выход с корабля будет безопасным для здоровья… И желательно для самой жизни. Хотя это с помощью датчиков и приборов так сразу и не определишь… Вдруг тут водятся саблезубые тигры, которые переселились с Земли, спасаясь… От чего там спасаясь? От Всемирного потопа или Всемирного похолодания? Впрочем, сейчас это не столь важно. Животных полно и других, которые представляют опасность…

Хорст выдвинул внешнюю штангу с множеством датчиков на ней. Для этого не нужно было открывать люк и совершать действие вручную. Достаточно нажать кнопку…которая правда сейчас не работала. Но был и механический привод, позволяющий это сделать.

Убедившись, что показатели совпадают с теми, что ему огласил Главный компьютер, отличаясь лишь небольшой разницей, он решил выйти наружу. Переоделся для работы вне корабля. Перед этим, правда, удостоверившись в том, что воздух, атмосферное давление и радиация и другие важные показатели в пределах нормы. Исходя из перечисленных параметров и выбрал соответствующую экипировку. Кто знает, что могло измениться даже за очень небольшое время? Эта планета не изучена, хотя может кто-то и пытался это сделать, но не получив необходимых средств и возможностей задача, мягко говоря, маловыполнима.

Хаммер открыл люк и выдвинул трап. Все получилось сразу, без проволочек. Ничего не заело и не заклинило.

«Хоть это работает», — усмехнулся про себя астронавт и вышел из корабля. – «Что-то я стал ворчливым, как старуха».

Легкий ветерок ласкал его тёмные волосы. Тонкий прямой нос ощутил свежесть и чистоту воздуха. Он вздохнул полной грудью. Вот, наконец он и прилетел…

- Правда, малость не туда…

У него снова испортилось настроение, но ненадолго. Тренированное тело, как только ноги коснулись поверхности Планеты, сразу же потребовало нагрузок, которых хоть и хватало в условиях корабля — благо были тренажёры, но это всё не то!

Хаммер постоянно тренировался на Земле, отдавая предпочтение лёгкой атлетике. Высокий и спортивный молодой мужчина всегда был в отличной форме, и если уж пропускал тренировки, то только в крайних случаях, когда того требовали какие-то серьёзные обстоятельства.

Итак, вздохнув полной грудью, Хорст подумал, что в первую очередь нужно взять пробы воздуха, потом грунта, а уж потом воды, которую, впрочем, нужно было еще найти. Пробы предварительно делались, не выходя из корабля, но для желательны и образцы, а не только показания датчиков.

- Господи, какие отчёты? Перед кем и когда? – спросил себя вслух Хорст.

У него снова испортилось настроение. Он пожалел, что на борту нет виски – с этим всегда было строго. Впрочем, астронавты всегда умудрялись правдами и неправдами нарушить этот запрет – люди есть люди и им тоже иногда необходимо снимать стресс.

Опять началась тоска по Земле, и совсем не та, что была у него до аварии. Там было всё ясно – три недели, и ты дома. А сейчас…

Он снова принялся за прерванную работу. Совершив довольно несложные манипуляции, Хаммер подписал контейнеры и пробирки.

- Не мешало бы найти воду. Не искать же её на своих двоих? Для этой цели у нас есть специальные приборы, хотя радиус их действия довольно ограничен.

Он достал из кейса небольшую коробочку голубого цвета и начал поиск желаемого. Прибор не обнадёживал, хотя в одном из направлений появился слабый сигнал.

- Надо бы пройти хоть с километр. Это необходимо сделать по многим причинам: во-первых, на корабле не такой уж и большой запас воды, во-вторых, это очень полезное исследование для науки, в-третьих, он наконец про-настоящему может размять ноги и прогуляться. Ну и осмотреться на местности.

- Очень может быть, что первыми исследованиями на этой планете буду заниматься именно я. Хе, а как я могу передать результаты? Рация-то не работает. Так, надо идти в заданном направлении, иначе… можно довести себя до помешательства с такими-то назойливыми и вредными мыслями…

Он пошёл в сторону сигнала, поминутно сверяясь с прибором. Пройдя метров тридцать он обнаружил, что сигнал стал чуть сильнее.

- Очень хорошо, - пробормотал астронавт, прибавляя шагу.

Сделав ещё около пятисот шагов, которые контролировались наручным шагомером, Хаммер услышал более уверенный сигнал.

Пилот приободрился: хоть что-то позитивного за последнее время!

Теперь уже стрелка на приборе указывала наличие воды в ста двадцати пяти метрах.

— Ну, а где же у нас вода? — астронавт приложил окуляры мощнейшего электронного бинокля к глазам.

Бинокль, кстати, размером был не больше театрального.

— Так. Здесь у нас что-то напоминающее горы, вернее плоскогорье. Угу. Тут лесок. Смешанный лес. Очень хорошо. Ага! Озерцо! Прекрасно. Какая красота! Просто серебром блестит! Надо сделать побольше снимков и видео. А это что?! Mein Gott!

Хаммер уронил бинокль в пыльный грунт.

— Не может быть… Или я свихнулся — что является вполне логическим следствием последних событий — или… Лучше бы последнее, конечно… А что у нас последнее? Совсем голова отказывается работать…

Мысли его путались, он пытался построить логическую цепь, основываясь на увиденном, но таковая не стыковалась. Слишком много вопросов и совсем нет ответов. Да и какие могут быть ответы, если вариантов не один десяток?

- Гуманоиды. Прилетел, называется. И спасся.

Мысли роились в голове Хорста Хаммера, словно растревоженные пчёлы.

— Так. Немедленно на борт корабля. Смысл? Никакого. Если захотят, то достанут, как нечего делать. Их много, около тридцати особей. Полагаю, у них есть оборудование, которое легко позволит до меня добраться, если я даже запрусь и забаррикадируюсь…

Неопознанные существа, казалось, шли по направлению к нему. Или это просто нервы, а хорошее просто в голову не приходит.

«Конечно они идут сюда. «Водолей» не иголка, его издалека видно, да и они, вероятно, слышали удар при жёсткой посадке. Да и приборы у них, полагаю, кое-какие имеются. На этот случай. Хотя, какой у них, этих существ уровень развития? Они здесь родились или прилетели с другой планеты? Гм, вообще-то роботов не рожают, равно как и киборгов. Бежать? Опять-таки глупо. Найдут, тем более я не знаю местности. В любом случае надо вооружаться. Пока не знаю для чего. Похоже, для самоуспокоения»

Хаммер подхватил кейс и вбежал по трапу обратно на борт «Водолея». Поставил в шкаф мобильную лабораторию, он открыл оружейный арсенал, в котором находились лазерные и огнестрельные пистолеты, даже помповые ружья. Кроме перечисленных видов оружия, имелись и всевозможные парализующие средства, газовые, травматические пистолеты, разного вида шокеры и многое другое.

Кому пришло в голову укомплектовать корабль таким изобилием оружия Хаммеру (да и не только ему) было не ясно по двум причинам: во-первых, пользоваться огнестрельным оружием в условиях невесомости, дело гиблое — можно быть убитым собственной пулей. Да что там пулей — даже оружейной отдачи можно пострадать. А как воспользоваться газовым оружием на борту корабля? Да и зачем исследовательскому кораблю оружие вообще? Видимо, учитывалось всё. Даже то, что нельзя ни учесть, ни предугадать. По-видимому, сегодня и возникла именно та ситуация. Не хотелось бы вступать в бои местного значения. Тем паче, что силы могут быть неравны.

Хоть он и не припоминал прецедентов использования и применения оружия в космосе (а если бы такое было, то едва ли можно забыть столь значимый факт), но сегодня это не имело никакого значения. Существует опасность для его жизни и здоровья – вот самый весомый факт на это время.

Хорст вооружился пистолетами, повесил на грудь пулемёт, а в руки взял помповик. Немного поколебавшись, закрепил на груди адаптер языков — небольшой прибор размером с пачку сигарет, который позволяет без переводчика понимать полторы тысячи языков и, разумеется, передавать информацию собеседнику.

Хаммер в очередной раз покинул «Водолей». Поднял бинокль, валявшийся в пыли, торопливо очистил его от пыли и припал к окулярам.

«Такие вещи надо беречь и не ронять в пыль, по возможности. Новый здесь не выдадут»

Он опять вздрогнул, — настолько была велика иллюзия близкого присутствия этих существ. Впрочем, почему существ? Гуманоиды, в нашем понимании, зелёные человечки ростом от семидесяти сантиметров до двух с половиной метров. Только кто их видел… Впрочем, как и снежного человека, к примеру. Все о нём знают, но никто не видел… А эти нормального роста, а на вид… Люди как люди. Хотя могут быть и киборги и роботы. Человекообразные. Наука далеко шагнула вперёд… Да и производство тоже не стоит на месте. Десятки зарубежных, да и отечественные выставок тому свидетельство. Он их сам видел, да и СМИ трубят об этом довольно часто.

Хорст потоптался на месте, немного помедлил и… — пошёл им навстречу. Неожиданно для себя.

«Может быть, это моё спасение. Возможно, они помогут мне вернуться домой. А может быть, это они меня сбили?» — Хорст тут же отругал себя за бредовую мысль. Хотя гипотетически возможно всё.

Тем временем, расстояние между Хаммером и группой живых существ мало-помалу сокращалось. Стоп. Вот они как на ладони. Впечатление о них не изменилось. Вроде бы совсем как люди. Хаммер остановился. Их было тридцать пять — Хаммер успел посчитать.

Высокий худощавый, усатый предводитель возглавлял эту группу, которая состояла из мужчин и женщин (по внешнем половым признакам, во всяком случае), весьма привлекательных, кстати женщин.

«Гм, а дамы весьма и весьма привлекательны. Вот эта, чуть полноватая и невысокая очень симпатична, я бы сказал, красива. А эта невысокая и худенька, остроносая брюнетка тоже очень хороша. Ну а эта, довольно рослая вообще красавица и сложена практически идеально. Что касается мужчин, то здесь довольно приличный возрастной разбег налицо. Есть и убелённые сединами. Возможно, профессора или кандидаты… стоп, Хаммер, что ты тут городишь? Это вообще могут быть не люди. А любоваться женской красотой в твоей ситуации вовсе не первоочередная задача»

Так вот, возглавлял группу высокий худощавый мужчина, на вид лет тридцати пяти-восьми. Впрочем, может быть и не возглавлял, но шел на пару шагов впереди всех.

— Привет, — неуверенно произнёс усатый по-английски.

Хаммер засмеялся и выключил адаптер. Потом опустил помповое ружьё. Люди не были вооружены, во всяком случае, этого не было заметно. Ему стало стыдно за этот маскарад — побрякушек больше, чем на Рембо. Тот больше одним ножом обходился ну и пулемётом.

— Привет, — ответил Хорст.

— Ты хорошо говоришь по-английски, — заметил усатый, — для австрийца.

— Мы знакомы?

— Ты, видимо, ещё не совсем оправился от стресса. Впрочем, понять можно. От такой аварии и рехнуться можно было, особенно когда не знаешь, куда и почему падаешь. Хорст Хаммер — фигура заметная в нашем ремесле. Твоё фото появляется в журнале «Марс» по пять-шесть раз в году. Пилотов-исследователей твоего класса не так уж и много, да и учёная степень…

— А вот тебя я что-то не припомню, — вставил и своё слово Хаммер. — Извини, конечно.

— Игорь Белов. Я — технарь. Моих фотографий почти не печатают. Друзья зовут меня Гарик.

— Понятно. Я читал твои статьи, читал и о тебе. Много любопытного. И толкового.

— Спасибо.

— Слушай, Гарик, как бы мне с Землёй связаться? Там все уж с ума сходят, от ЦУПа и родственников до Космического сообщества и моего прямого и непосредственного начальства.

— А твой передатчик не работает? — встрепенулся Гарик. – От удара вышел из строя или раньше?

— Нет. Посмотри на антенны, вернее на почти полное их отсутствие, — усмехнулся Хаммер, показывая на сохранившиеся три из семи.

— Ну да, — вздохнул Белов, — вижу. Здорово потрепало… Ну хоть жив и здоров остался. Да и корабль, возможно, не так уж безвозвратно повреждён.

Хорсту показалось, что Игорь облегчённо вздохнул.

«Странно», — отметил про себя он. - «Хотя может просто показалось»

— У нас сейчас нет связи, недели три как нет, но Джимми обещает скоро всё уладить. Он над антенной работает, новая разработка. Вот. В наших-то условиях, далеко не земных. Трудится над повышением мощности и чувствительности. Он у нас молодец, если пообещал, то сделает. Впрочем, — Белов обвёл жестом людей, окружавших его, — по- другому у нас не бывает. Вот так-то. У нас отличная, грамотная и слаженная команда.

— Чёрт, а я думал у вас есть связь, — вздохнул Хаммер. – А насчёт грамотности и слаженности я и не сомневаюсь. Отбор жёсткий, да и держаться особняком в таких делах не лучший вариант.

Он широко улыбнулся, желая показать своё уважение всей команде. Те в ответ сделали то же самое. Большинство, во всяком случае.

—Да не переживай ты так. Кстати, об оружии: у нас тут поблизости крупного зверья нет, так что едва ли оно тебе пригодиться.

—Извини. – чуть помедлив, добавил шутливо: - А как насчёт саблезубых тигров?

Вся компания нестройно рассмеялась. Кто громко, кто тихо, но в целом добродушно и понимающе.

- Я тут всё передумал, даже о них вспомнил, – улыбнулся пилот в оправдание…

Хорст унёс смертоносное железо обратно на корабль, неуклюже бряцая им на ходу.

Гарик засмеялся:

— Тебя можно понять, если поставить себя на твоё место. Очень легко. Не дай боже такое испытать на собственной шкуре. Представляю, что ты пережил и передумал за это время.

Хаммер хмыкнул:

— Я рад, что мы понимаем друг друга. Но никому и никогда ничего подобного не желаю.

Все присутствующие заулыбались, кое-кто тихонько засмеялся. Это разрядило обстановку.

— Ладно, Хорст, ты устал, перенервничал. Столько времени в пути, плюс невесомость. Пусть хоть шикарное и сбалансированное, но не совсем земное питание… Всё даёт о себе знать. Мы все это знаем, не так ли, друзья?

Он обернулся, обращаясь к своей команде. В ответ получил негромкий гул одобрения от сотоварищей.

- Пойдём-ка к нам в гости. Отдохнёшь, поешь, поспишь. Словом, чувствуй себя как дома. Впрочем, какие у тебя варианты? – он вдруг неожиданно панибратски хлопнул пилота по плечу.

Этот неожиданный жест как-то сразу не то что успокоил, скорее, ободрил. Да, он в кругу друзей. Это несомненно. А что до панибратства, так у русских это в крови. Он был в курсе, поскольку неоднократно пересекался с ними на симпозиумах, выставках, совещаниях Космического сообщества, ну и вообще по работе. Ну и в барах. На симпозиумах.

- Сейчас я вызову вездеход — ну, не Роллс-ройс, конечно, с транспортом у нас не так шикарно, как на Земле однако всё не пешком. — Гарик достал рацию. — Он, правда, всех на борт не возьмёт, только семь человек…

Хорст сделал протестующий жест:

— Далеко ехать?

— Пару километров.

— Не надо вездеход, хочу пройтись пешком и осмотреть окрестности, — в общем, совместить приятное с полезным. А по дороге вы мне кое-что объясните и расскажете. Если это, конечно, не военная тайна.

— Ладно, — пошли, широко улыбнулся Белов.

Глава пятая

Они шли по пыльной дороге, шли, не торопясь, ни о чём не разговаривая. Впрочем, слово «дорога» едва ли было уместно в этом контексте — грунт, покрытый толстенным слоем пыли — так будет точнее. Справа от них виднелся небольшой лес, состоявший из деревьев, сильно напоминавших сосну и березу. Ни зверей, ни птиц видно не было. Вдалеке серебрилось озеро.

— Вот в этом озере, — первым подал голос Гарик, — до нашего прилета рыбы не было. Мы запустили туда карпов два года назад. Развелось их — тьма! Просто кишмя кишат. Хоть трусами лови… Природного корма для них более чем достаточно.

— Почему же тогда раньше рыбы не было? — Хорст задал вполне резонный вопрос, попутно переваривая информацию от трусах, как средстве для рыбной ловли. У русских много чего не поймёшь с наскока. — До вашего приезда? Ведь, похоже на то, что все условия для того были.

— Быть-то были, да, видно, время не подошло. Эволюция, сам знаешь, штука темная. На этой планете, при значительном сходстве с земной жизнью, кое-что складывается и развивается несколько по-другому.

Хорст засмеялся:

— А рыбу-то эту есть можно? Мутировать не боитесь?

— Ну, ты брат, даёшь…— обиженно надул губы Гарик. — Ещё как можно! Во-первых, условия самые, что ни на есть природные, во-вторых, живой корм. У тебя рыбки аквариумные были когда-нибудь?

— Были. В детстве.

— А позволь узнать, каким кормом ты их кормил, сухим или живым?

— Сухим. С живым кормом проще в провинции, там, где есть заболоченные места. Хотя в магазинах…

— Вот! В том-то и дело! Ты прекрасно знаешь, что рыбка, которая питается живым кормом, чуть ли не вдвое дольше живет, меньше болеет, быстрее развивается. Ещё вопросы есть по этому поводу?

Хорст шутливо поднял руки вверх:

— Сражён наповал твоими доводами и железной логикой!

— То-то же! В общем, рыбу мы химией не потчуем. Что касается опасности здоровью — разговор беспредметный. Анализы, исследования. Сам понимаешь, мы себе не враги. Что там говорить, скоро сам попробуешь карпа в сметане. Такой рыбы в супермаркете не купишь, уверяю тебя. Налицо экологическая чистота, отменный вкус, наличие свежего белка, минимум жиров кроме Омега 3, конечно…

— Да бог с ними, с карпами, Гарик. Скажи мне лучше вот что — давно ли вы здесь. Если я правильно понял, то более двух лет. Примерно три года назад один за другим пропали без вести пять кораблей: два «Водолея», один «Сатурн», две большегрузные «Девы». Получается, что на их борту были твои люди и ты сам? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять это. Ведь так?

Гарик едва заметно улыбнулся:

— Именно так. Нам будет интересно узнать от тебя, что писала пресса. Кое-что мы, правда, видели по телевизору, а потом в антенну ударила молния, она пришла в негодность да и сам телик тоже накрылся медным тазом.

— Неужто ни одного гаджета…

— Здесь мы маху дали. Конечно… При погрузке экономили каждый квадратный сантиметр площади. Да и вес. Было три ноута, два пришло в негодность, а третий я случайно уронил в озеро…Жаль. Твою маман! Э-э-х! Прошло много времени. Человечество нас окончательно не забыло?

— Пресса писала разное. Одни газеты утверждали, что это происки инопланетян, другие делали упор на существование некоего подобия космического «Бермудского треугольника», третьи утверждали, что вы угнали корабли с целью продать их русским спецслужбам, а сейчас живёте в страшной нищете в Китае, потому что русские вас обманули. Корабли забрали, денег не дали и кинули где-то на российско-китайской границе. Пригрозив, что в случае, если вы что-то будете требовать от них, сдадут вас вашим же властям. Писали так же, что мужская половина астронавтов работают в Китае, кто рыбаками, кто рикшами; женская же половина накрепко осела в борделе. Говорили также, что документов у вас нет, и все люди находятся на нелегальном положении.

Гарик возмутился:

— Один корабль вообще-то российский. Как его можно продать русским? Абсурд!

— Я же не писал этих статей, следовательно, не знаю, чем они руководствовались — здравым смыслом или тупой борзописной логикой. «Ради красного словца не пожалеет и отца», - процитировал Хаммер. - Хотя, в принципе, нелегальная торговля границ не имеет и возможно всякое. Конечно, объяснения можно придумать какие угодно. Версий миллион. Ты мне лучше другое разъясни — почему у твоих людей такой измождённый вид? Их даже мои рассказы не рассмешили.

— Люди работают, очень много работают. По пятнадцать часов в сутки и более. У нас много дел, надеяться не на кого, только на себя и на Господа Бога.

Хорст внимательно посмотрел на Гарика и спросил:

— Скажи мне, пожалуйста, как вы сюда попали? Надеюсь, не таким образом, как я?

Белов засмеялся:

— Разумеется, не таким. Мы совершили нормальную посадку. Все корабли целы — хоть сейчас лети на Землю. Провиант и вода есть, топливо — тоже.

— Как называется эта планета? Её в базе данных нет.

— Называется она Планета N.

— Почему Планета N?

— Как тебе объяснить… В русской классической литературе есть такие формулировки: «в N-ском полку», «в уездном городе N» и так далее. Одним словом, латинская буква N использована в виде неизвестного или вымышленного объекта. Вместо этого мог бы быть X или Y. Понятно?

— Более или менее. Ну, Бог с ним, с названием. Как вы обнаружили эту планету?

— Знаешь, Хаммер, давай-ка дойдём до нашего лагеря, сядем за стол, немножко выпьем и обо всём-всём поговорим. Поговорить есть о чём.

Тем временем они подошли к ещё одному лесу, обошли его слева. Хаммер остановился от неожиданности. Его взору предстала равнина — идеально ровная площадка, окружённая пятью озёрами. В центре равнины высились пять космических кораблей, пять щитовых двухэтажных коттеджей, огороды, поля и хозяйственные постройки.

— Корабли, как видишь, без видимых повреждений и, поверь мне на слово, в идеальном состоянии. А здесь у нас кое-что произрастает — овощи разные, зелень, — Гарик указал рукой на огороды. — Коттеджи, как видишь щитовые, разборные; на крыше каждого из них установлена солнечная батарея. Это и свет в домах, и отопление, и горячая вода. Сейчас мы пойдём в один из них и пообедаем. Тебя не достала еда из тюбиков? Ах, да, совсем забыл, сила тяжести на твоём корабле есть. Тем не менее, сейчас ты отведаешь домашней еды и вина.

— Хорошо бы принять душ, — попросил Хорст, — если можно, конечно.

— Почему бы и нет? Обижаешь. У нас и баня есть. Правда, её никто не топил — никто ведь не знал, что именно сегодня ты упадёшь нам на голову.

Все дружно засмеялись его шутке.

— Наконец-то. Я-то думал, что все присутствующие смертельно устали и у них нет сил смеяться. Кстати, создаётся впечатление, что вся твоя команда — глухонемые, или же боятся сказать лишнего, — пошутил Хаммер.