Супермодель Навсегда

Предисловие

«Супермодель Навсегда» – это трогательный интимный рассказ и почти энциклопедический труд о фэшн-индустрии.

Первоначально изданная под названием «Супермодель навсегда», а затем на французском языке парижским издательством (Éditions du Panthéon) под названием Beauté Éternelle, эта смелая книга, предлагает читателю проницательный авторский взгляд на высокую моду, представляя её как нечто необычное, сложное, но всё-таки человеческое.

В этой книге Анны Бондаревой собраны воспоминания, повествующие об этом заманчивом, но полном противоречий модельном бизнесе.

Начав работать моделью в раннем возрасте, Анна Бондарева приехала в Париж в 90-е годы, прямо в разгар эпохи супермоделей; ей было шестнадцать лет, когда она пришла покорить мира гламура.

Автору есть что рассказать. Анна Бондарева делится своим личным опытом, своим пристальным взглядом на моду от кутюр и тех, кто к ней тяготеет. Её книга даёт нам возможность заглянуть за кулисы, и вы задаётесь вопросом, насколько реальны персонажи из социальных сетей, герои телевизионных передач, звёзды статей и обложек модных журналов. Такое ли это волшебное место – красные дорожки, и другие богемные пьедесталы?

Рассказывая о своём опыте в Париже, Лондоне, Риме, Нью-Йорке, Гаване и Санкт-Петербурге и Голливуде, Анна предлагает своим читателям свою оценку, оставаясь при этом по возможности беспристрастной, излагает свой ясный и острый взгляд на внешние волнующие события, порой полные опасности.

Эта автобиография хорошо документирована и богата жизненными анекдотами. За этой, казалось бы, праздничной, творческой атмосферой, усыпанной блёстками и искрами шампанского, скрывается мрачный фасад, который Анна Бондарева описывает в своём опусе.

Однако можно подумать, что мы знаем и слышали «все эти истории» уже тысячи раз! Немало фильмов было посвящено одной и той же теме. История одной модели когда-то заинтересовала и Андрея Кончаловского, когда в 2007 году он принялся за съёмки фильма «Глянец», где главную роль сыграла жена режиссёра Юлия Высоцкая.

Другой пример – Анджелина Джоли, появившаяся в телешоу «Джиа» об одной из первых супермоделей. Ведущий французский кинопостановщик Люк Бессон всегда поражал свою аудиторию фильмами с сильными женскими героинями, такими как Жанна д’Арк, недавно он выпустил блокбастер «Анна». Его новый фильм рисует образ русской модели, делает из неё на экране супергероиню – суперагента.

В остроумном фильме Вуди Аллена «Знаменитость» оскароносная Шарлиз Терон получила возможность продемонстрировать свою утончённую внешность, ведь ей досталась роль супермодели. Романтический взгляд на мир моды представлен в музыкальной комедии режиссёра Стэнли Донена, «Забавная мордашка», где главные роли исполнили Одри Хепбёрн и Фред Астер.

В книге «Супермодель Навсегда» внутренний мир автора представлен в двадцати восьми главах. Каждая глава рассказывает закулисные истории, каждая из которых гарантированно удовлетворит любопытство читателя. Что может быть более захватывающим, чем побывать за кулисами мира от кутюр?

История моды, портреты деятелей этой порой переоценённой вселенной подиумов и кастингов, всё это рассмотрено в книге Анны Бондаревой. Автор бросает ясный взгляд на те глянцевые грёзы, которые преследуют многих молодых девушек и предупреждает всех тех, кто активно пытается стать частью этого порой жестокого измерения, призывает сохранять бдительность.

Анна Бондарева работала с некоторыми из величайших фотографов, с одними из лучших модельных агентств мира.

«Supermodel навсегда. Жизнь за ширмой гламура» – это свежее видение этого столь престижного, но коварного и обманчивого измерения.

Глава 1

Я пришла встречать подругу у входа в актовый зал, где проходили её занятия, чтобы пойти вместе далее в Большой оперный театр. Я занималась в музыкальной школе, и опера «Борис Годунов» Модеста Мусоргского была программным произведением. Одноклассница рассказала, что записалась на платные курсы манекенщиц в Центральный дом моделей в известное агентство к Тамаре Гончаровой. Мне нравилось рассматривать модные журналы и показы, и я была модницей, однако никогда не думала о карьере модели всерьёз.

– Девушка, а сколько вам лет? Четырнадцать или пятнадцать уже есть?

Породистая Тамара Викторовна и её бархатистый голос обладали магическим воздействием; уже через несколько минут я оставила директрисе агентства свой домашний телефон. Гончарова позвонила на следующий день и предложила заниматься бесплатно на профессиональных курсах манекенщиц. Чтобы стать настоящим лебедем и расправить крылья, предстояло научиться держать правильно осанку, грациозно ходить на каблуках, освоить все тонкости искусства макияжа.

Красавицы на подиуме были очень высокими и казались мне просто богинями. Мой рост считался средним – метр и семьдесят пять сантиметров.

– У тебя просто мега-данные; твой рост не окончен, –говорила преподаватель по хореографии Наталья, – нужно висеть на перекладине и вытягивать позвоночник!

Пришлось установить в квартире турник, и я иногда вечерами занималась, не слишком-то веря в успех предприятия. Но после первой официальной и удачной фотоссесии для осенней коллекции дома моделей меня стали брать на основные показы. Девушки были очень разными, и интересы редко совпадали. Мой панк-рок-период закончился, музыка поменялась, а походы на танцевальные андеграунд-вечеринки были очень важны.

Первой, кто указал на потенциал модельной карьеры, была красавица итальянка Тони. Годом ранее нас, как детей, пострадавших от чернобыльской катастрофы, отправили в Италию на рождественские каникулы, мы поехали со школьными друзьями по невероятной благотворительной акции, организованной через католические фонды милосердия.

– Anna è una vera modella, Анна – настоящая модель, – говорила Тони гостям своей пиццерии, которую большая семья держала в альпийских горах, на север от прибрежного города на Адриатике.

В английской спецшколе у меня был друг Илья. Большой поклонник британской группы The Cure, он просил называть его Робертом, так как это имя носил солист группы. Илья сказал, что если бы я была чернокожей, то была бы очень похожа на супермодель Наоми Кэмпбелл, и с тех пор во время наших прогулок и телефонных бесед всё время напевал песню группы Kraftwerk из альбома 1978 года «The Man-Machine»:

She’s a model and she’s looking good

I’d like to take her home that’s understood

She plays hard to get, she smiles from time to time

It only takes a camera to change her mind.

(Она модель, и она хорошо выглядит; я так хотел бы увезти её домой, это и так всем понятно; она играет в недотрогу и улыбается время от времени; и только камера способна изменить её мнение…)

Глава 2

Парк Йойоги – большой и красивый парк рядом с храмом Мэйдзи. Станция метро, которая прилегала к парку, и была ближайшей к квартире, в которую меня поселили от агентства по контракту. В Токио я прилетела из Парижа в мае, на шесть недель. Моего водителя звали Хиро, и каждое утро в машине мы начинали с ритуального прослушивания песни группы Queen «Don’t stop me now», что в переводе с английского означает «Не останавливай меня сейчас».

– Без этой божественной музыки я не могу завести мотор этого парня, – шутил шофёр-менеджер, поглаживая руль своего микроавтобуса.

Важной функцией Хиро было не только доставить вовремя на рандеву девушек, но и представить каждую модель во время кастинга, рассказать клиенту о её последних достижениях и описать в нескольких чертах суть характера и ближайшие планы.

Выходных практически не было. В дни, свободные от съёмок, были кастинги, а по официальным выходным, субботам и воскресеньям – съёмки. Иногда бывало так, что в день менялось по три клиента – первый с шести утра до одиннадцати; второй – на обед, а после – вечерние съёмки. Спасала молодость. Не секрет, что японские бренды и журналы отдавали предпочтение очень молодым девушкам кукольного плана с мраморной кожей. Любой загар был напрочь запрещён, подробно об этом аспекте фигурировал отдельный параграф в контракте. Так, одну девушку выслали обратно в Канаду и заставили выплатить неустойку после того, как она обгорела на пляже на выходных.

У японцев в лексиконе нет резких высказываний. Клиенты и фотографы называли понравившихся моделей ласково – душка, хорошенькая, кawaii. Самое большое зло описывается как «очень плохой». Они всегда вкрадчивы и неспособны отказать. Просто ответить «нет» – большая проблема. Именно это обстоятельство и превратило один мой случай в неожиданное городское приключение. По кастингам нас развозили, а вот на первые утренние съёмки иногда приходилось ездить на метро. В таких случаях, когда не было ещё ни мобильных телефонов, ни навигаторов, карту местности рисовал менеджер или клиент, и единственными ориентирами после выхода из метро, где ещё станции указаны на латыни, могли служить большие рекламные щиты. Так, например, на карте было обозначено: «Идти пешком до „Хонды“, а после – налево от „Моторолы“.

В одно прекрасное майское утро я спешила на съёмки и, выйдя из метро, кружила по лабиринту улочек без названий, похожих одна на другую, тщетно пыталась выведать у прохожих хоть одно слово, и каждый новый при виде моей карты и адреса посылал меня в абсолютно противоположную сторону от указанной его предшественником. В скитаниях прошло полтора часа, и звонить было неоткуда, пока наконец-то не появился мой спаситель.

– Хай, хай, – далее невысокий человек с чёрным дипломатом в руках, азиат в элегантном костюме, сделал утвердительный жест правой рукой, не поднимая глаз. Он двинулся впереди меня и каждые десять секунд оглядывался – проверить, следую ли я за ним. Я не знаю почему, но я поверила ему и молча следовала за незнакомцем. Так мы шли ещё минут двадцать, огибая лабиринты оживлённого района Роппонги, пока мужчина не остановился у маленького двухэтажного дома.

– Хай!

На этом месте в сценарии случилось самое что ни на есть необъяснимое, немая сцена с непредвиденным концом. Это было особого рода посвящение. Впоследствии я более никогда не имела проблем с ориентацией в космическом мегаполисе, а по окончании контракта даже могла объясниться с таксистом по-японски, если это было необходимо. Мой японец достал из чемоданчика пару – набор традиционных японских ножей и, по-рыцарски припав на одно колено, преподнёс мне реликвию в дар, после чего немедленно исчез… А я после длительной задержки попала на съёмочный павильон, где меня ждал отменный зелёный чай, набор суши и японский массаж шиацу.

Глава 3

В аэропорту Шарля де Голля меня встречал Стефан. Весёлый француз за пять минут успел рассказать мне о том, как пройдут мои первые дни в столице высокой моды. Мы уселись в чёрный «мерседес» с откидной крышей; было очень тепло, конец августа. Первое парижское агентство, с которым я подписала контракт, когда стала обладательницей титула «Мисс фото» на национальном конкурсе «Супермодель 1996», называлось «Идол». Его офис располагался прямо напротив Эйфелевой башни, через Сену, в самом начале гламурной авеню Монтень.

– А теперь пойдём снимать мерки, – сообщила директор менеджерского отделения Саманта.

Это процедура происходит чуть ли не каждую неделю для начинающих моделей, и каждый лишний миллиметр на учёте. Мне повезло с комплекцией, и я никогда не сидела на диетах; энергия сгорала сама собой, иногда даже приходилось набирать вес для некоторых клиентов, чтобы не терять объём груди.

– Мы отправим тебя завтра к Карлу, в дом Шанель, теперь у него офис прямо на нашей улице! А теперь по магазинам! Тебя необходимо переодеть: ты должна стать настоящей парижанкой!

Болгарка Алекс была женой директора агентства Мишеля. Именно она приехала в Минск на конкурс и состояла в жюри вместе с певцом и композитором Дмитрием Маликовым и режиссёром Владимиром Янковским, они выбрали меня. Необходимо было дождаться моего шестнадцатилетия, чтобы беспрепятственно пересекать все границы. Летела в самолёте я в первый раз одна, и мне это понравилось!

В кармане у меня было сто американских долларов, однако агентство обязалось взять на себя все расходы. В бухгалтерии мне выдали пятьсот франков на неделю. Квартира с другими двумя русскими моделями была в семнадцатом округе, и можно было доехать до агентства на автобусе или метро; меня снабдили картой города, которую пришлось детально изучать, ведь порой было около десяти кастингов. На работу меня взяли сразу, с первого просмотра. На рандеву известный футурист – японский дизайнер Иссей Мияке пригласил демонстрировать молодёжную коллекцию, и тем самым заработком я смогла рассчитаться с агентством за авиабилеты и обновлённый гардероб, однако расходы накапливались мгновенно. Агентство брало тройную плату с девушек за апартаменты, все тесты с фотографом часто были платными, также в счета вносились и телефонные звонки, тираж фотографий и курьер, который развозил досье по клиентам. Таким образом, несмотря на то что работа была, к концу месяца всегда оставался долг, и нужно было что-то менять. В маленьком агентстве были свои «королевы», и вот одна барышня решила устранить соперницу и распустить грязные слухи о том. Мы встретились на кастинге с Сильви, и она пригласила меня к себе на обед. После сэндвича она рассказывала, как ей живётся, что вот уже пять лет как она в Париже, и только что рассталась с бойфрендом – итальянским фотографом, и теперь хочет влюбиться. За откровенным разговором Сильви скрутила косяк с марихуаной и предложила мне затянуться. Вечером я вернулась на модельную квартиру и обнаружила в своей сумке пакет с травой, который кто-то мне подбросил. А на следующий день меня вызвал к себе директор агентства Мишель:

– Анна, как же так! Мы подписали с тобой контракт, а ты распространяешь наркотики? Нам Сильви всё рассказала! Оказывается, у тебя полная сумка травки, с которой ты ходишь по городу! Что нам делать? Сегодня вечером специальный ужин у Андре, будь готова, иначе нам придётся серьёзно поговорить о твоём будущем в Париже. Так продолжаться не может! Ты всё поняла?

Глава 4

Была суббота, и совсем не хотелось идти на ужин с агентством. У меня было странное предчувствие, и отменить не поход получилось.

– Анна, этот фотограф может изменить твою жизнь, как он уже это сделал для многих топ-моделей, которые на тебя смотрят с обложек Vogue и ЕLLE. Андре только что снимал Карен Мюлдер, такой шанс нельзя упускать. Ровно в пять вечера за тобой заедет Стефан. Надень, пожалуйста, то, что мы тебе купили вместе.

По приезде в Париж в моём арсенале были только цветные вещи в стиле рейв-вечеринок, которые были в моде в середине девяностых. Если бы не контракт с парижанами, то я бы перекрасила волосы в синий цвет, именно об этом я мечтала, и любимые вещи в чемодане были исключительно синего цвета. Алекс купила мне всё чёрное: чёрную мини-юбку, чёрный пиджак по фигуре, плотно облегающую рубашку из эластина и туфли на высоком каблуке.

На ужине в фешенебельных многоярусных апартаментах с террасой вместе с Мишелем и Алекс были ещё две модели из агентства.

– Салют, Андре, знакомься, это наш свежий завоз, только приехали…

Андре дружественно похлопал Мишеля по плечу и пригласил к столу. На стенах гостиной можно было рассматривать его работы. После основного блюда фотограф подошёл к русоволосой Наталье из Риги и что-то шепнул ей на ухо. Двое удалились по стеклянной лестнице наверх, а мы все остались внизу пить шампанское.

– Алекс, а как ты думаешь, что они там делают, наверху? –поинтересовалась я.

Алекс сделала вид, что не услышала моего вопроса, и продолжила беседу со смугловатой красоткой из Румынии. Наталья спустилась вниз первой; волосы были взъерошены, и от ярко-алой помады не осталось и следа. Девушка отправилась прямиком в ванную комнату, где оставалась как минимум полчаса. После спустился и сам хозяин и как ни в чём не бывало принялся с аппетитом доедать остатки еды из своей тарелки. Я вышла на балкон покурить. Очень хотелось как можно быстрее вернуться в квартиру и послушать музыку. Было неприятное ощущение, – озабоченный взгляд Натальи говорил сам за себя. Я знала, что такой путь меня не устраивает, и была готова разорвать с агентством все отношения, если и впредь будут настаивать на подобных ужинах. И в этот момент на балконе ко мне присоединился сам Андре:

– Наталья – она твоя подруга? Отсюда замечательный вид, не правда ли? Можно долго рассматривать и любоваться Большой аркой.

Я ничего не ответила и закурила новую сигарету. Андре галантно дал прикурить и спросил:

– А хочешь, я тебе тоже покажу свои работы на втором этаже? Может быть, и ты захочешь прийти завтра с подругой ко мне в студию Pin-Up на съёмки, и возможно, мы сделаем тебе тоже тест-съёмки?

Андре мне был неприятен, а на его шее ещё оставались следы от Наташиной помады. Я смерила его длительным взглядом, решила вернуться в гостиную и обратилась к Алекс с просьбой отвезти меня домой. Наверное, в этот момент опытная женщина что-то почувствовала, почувствовала мою необратимую решимость и не стала возражать:

– Конечно же, дорогая, Стефан тебя завезёт домой, прямо сейчас. Как захочешь, главное – выспаться, ведь в понедельник у тебя важная работа!

Глава 5

– Девушка, как вас зовут? Я слышала из разговора с коллегой, вы хотите сменить агентство?

Так я познакомилась с Адой. Статная брюнетка с глазами хищной птицы подошла ко мне в прихожей помещения, где топились десятки красоток в очереди на кастинг. Ада была агентом Виолетты, модели из Таллина, которую она представляла. После кастинга мы отправились на кофе в соседний бар, и я рассказала Аде, что недовольна политикой агентства, с которым связана контрактом, и хочу работать на более крупную корпорацию.

– Я думаю, что ты очень понравишься самой Мэрилин, а с твоим агентством они и сами уладят все дела; тебе не о чем волноваться.

Ада предложила не откладывать важное дело, и мы сразу отправились в новое агентство в районе Вандомской площади, где располагаются все ювелирные бутики. Когда мы поднимались в лифте, Ада сообщила, что берёт десять процентов за свои услуги, но эти десять процентов ей будет выплачивать само агентство, исходя из своих двадцати общепринятых процентов, и предложила за дополнительные десять процентов с моего личного дохода заняться мной персонально. Я не спешила с ответом. Хотелось посмотреть, что будет предлагать новое агентство.

– Ну что же, Ада, по-моему, девушка нас устраивает, а что с документами?

Парижское агентство Мэрилин Готье было одним из самых востребованных в столице. Именно ему обязана всемирно известная супермодель – англичанка Кейт Мосс – своим взлётом. Фирма также представляла интересы и будущей жены французского президента, топ-модели, потомственной аристократки, а ныне певицы Карлы Бруни-Саркози, и многих других звёзд подиума и глянца. Директором менеджерского отдела был мексиканец Роберт. Роберт некогда был любовником самого Джона Гальяно и имел очень большие связи в шоу-бизнесе на всех уровнях.

– Приготовься, тут будет нелегко, – говорила Ада, когда мы возвращались в её маленький автомобиль, припаркованный у центрального входа в бюро на Рю-де-ля-Пэ, – Роберт отдаёт предпочтение американкам и англичанкам; русские барышни и вообще славяне для него – третий или даже четвёртый разряд! В этом агентстве всего две манекенщицы из России. Но они самые сильные в городе, можешь не сомневаться! Если уж согласились, это значит, что у них есть для тебя план.

Что и говорить, всё это звучало очень заманчиво, и контора выглядела крайне деловито; казалось, что там просто фабрикуют звёзд! В агентстве также было и мужское отделение.

Чтобы сделать новые рабочие документы, необходимо было выехать из страны – и после въехать уже с новой визой от нового работодателя. Предстояло вернуться в Минск и снова осуществить прорыв через границу, что, как оказалось, было непросто, так как первое агентство решило отомстить мне, оклеветав меня в глазах Мэрилин, обвинив в наркозависимости и проституции. Только благодаря Аде удалось разрешить сложную ситуацию, и новое агентство отправило запрос во французское консульство. Назад пути не было. Свобода, к которой я успела привыкнуть в Париже за несколько месяцев, окончательно заразила все клетки молодого организма. Планы поступать в лингвистический университет и после ехать учиться в Оксфорд тоже теперь казались далёкими, а ведь изначально я хотела заниматься только музыкой, но в семье музыкантов не было, и меня никто не поддержал! Перспектива самостоятельной жизни в Париже была единственным возможным развитием, и глубинное желание внутреннего роста подкреплялось уверенностью в себе; знание английского языка в совершенстве было моим козырем.

Глава 6

Близкий друг семьи Адриан, дипломат, предложил познакомиться с Жан-Пьером, который был адмиралом в отставке. Жан-Пьер пригласил меня в гости на чай к себе в шестнадцатый округ, где я также познакомилась с его миловидной француженкой-женой. Французские женщины пожилого возраста стали для меня источником вдохновения. В Париже, как нигде в другом месте, они, ухоженные и утончённые, смотрятся невероятно органично, придавая массивным постройкам Жоржа Османа новую огранку. Именно такой, миниатюрной кокеткой с идеальной укладкой и маникюром, была вечно юная адмиральша:

– Моя знакомая, археолог, собирается на два года в экспедицию в Египет, а у неё очень милая квартирка в тихом пешеходном пассаже недалеко от парка Монсо – это отличное место для вас, Анна!

С Ядвигой мы не были вовсе дружны до отъезда в Париж. Её после конкурса также пригласили на контракт, и теперь она сражалась за своё место под солнцем в другом агентстве. Мы решили попробовать пожить вместе, чтобы разделить расходы, однако все документы были оформлены на меня. Когда же во время недели весенних показов Ядвигу отобрали только два дизайнера, а у меня было около тринадцати дефиле, девушка на несколько недель потеряла дар речи, и я ничего не могла с этим поделать. С её феноменальным ростом метр восемьдесят, с белокурыми локонами и глазами цвета неба на родине именно ей пророчили самую успешную карьеру. Теперь же всё было иначе, и ей вскоре пришлось уехать из Парижа.

Предложение с квартирой стало подарком судьбы. Приятная меблированная квартирка в уютно-абрикосовых тонах оказалась просто идеальной. Жан-Пьер взял на себя все заботы, связанные с оформлением документов, и выступил финансовым гарантом. Это обстоятельство открывало новую грань свободы от работодателей; квартиру снять в Париже нелегко, и агентства пользовались этим, чтобы брать тройную плату с заезжих моделей и тем самым обеспечить себе тотальный контроль над девушками и над тем, что происходит в этих квартирах…

Мне нравилось беседовать с адмиралом. Он любил ездить в метро и научил располагаться в вагоне всегда исключительно по направлению движения поезда:

– Нужно по жизни идти как под парусом, чтобы ветер сам нёс тебя по волнам…

Жан-Пьер был абсолютным романтиком и в свои семьдесят лет хихикал, как мальчишка; любил рассказывать про свои приключения мореплавателя и мечтал провести остаток своих дней вдали от мегаполисов:

– Жаль, что моя жена не разделяет моего желания уехать из Парижа! Ей нужен город, магазины и походы в театр, а мне нужен остров!

Рассматривая морщинистое лицо Жан-Пьера, можно было с лёгкостью представить его в образе писателя Эрнеста Хемингуэя, в морской кепке, поглаживающего своего урчащего котика и затягивающегося кубинской сигарой! Годами позже Адриан Михайлович рассказал, что Жан-Пьер осуществил свою мечту и уехал, бросив в итоге всё, жить на Кубу и там женился ещё раз. Как бы хорошо я не относилась к мадам Жан-Пьер, всё же искренне обрадовалась, узнав об этом. Нет ничего дороже, чем человеческая свобода, и когда мы начинаем жить в постоянном компромиссе и борьбе за неё, то, безусловно, наращиваем новые качества. Но приходит время, и отработанный путь можно оставить и пуститься в новое плавание. Такая честность поступка достойна ни сколь не меньшего уважения, чем выдержка и мудрость. Жан-Пьер заслужил право распоряжаться своей жизнью и всё нажитое оставил бывшей жене, уехав жить на одну пенсию. Я думаю и надеюсь, что там он стал абсолютно счастливым. Ведь только счастливый по-настоящему человек может сделать мир вокруг прекраснее, поэтому человеческое стремление к полному счастью есть природой заложенное естество, без которого невообразимы этапы эволюции космического сознания и своевременные квантовые скачки. Счастье есть норма!