Печать. Чекмарь

— Мы хоть проехать сможем?

— На нашей машине — нет.

— А как мы тогда поедем?

— Нас повезёт мой старый друг, у него высокий внедорожник. Проедет везде.

— Хорошо, — сказала Оля, натягивая тёплые штаны. — В общем, я готова.

— Вижу, — сказал отец, взглянув на дочь, и улыбнулся. — Ты бы хоть колготки нацепила.

— Пап, у меня начёс сантиметра два — не замерзну.

— Смотри мне, а то заболеешь и все каникулы проведёшь в комнате.

— Не заболею, — бросила дочка и подошла к двери. — Твой друг за нами заедет?

— Он уже приехал, — отец приблизился к Оле. — Шапку не забудь.

— Меня волосы греют.

— Надень, говорю!

— Ладно, только не возмущайся, батяня.

— Да какой я тебе батяня?

— Самый лучший, — девочка обняла Мишу.

Как бы он ни возмущался, что Оля называет его батей, ему льстило внимание дочери. Давно она не проявляла столько любви. Может, и не зря он взял её с собой? Оля будто задышала полной грудью.

Скорее всего, всему виной их путешествие — живописные горные пейзажи и заснеженный маленький город заставляли девочку не думать о бытовых проблемах. Надоедливые учителя, глупые одноклассники и скучные уроки отошли на второй план — это радовало Мишу. Пусть ненадолго, всего на две недели, но девочка сможет расслабиться, отпустить груз ответственности.

— Идём? — спросила Оля.

— Выходи на улицу, а я сейчас подойду.

Миша остался один. Он вытащил из-под кровати небольшую коробочку, сунул её во внутренний карман куртки и покинул комнату.

На улице стояла Оля и о чём-то говорила с Юдиным. Неужели они уже познакомились? Миша подошёл к ним поближе и пожал другу руку.

— Спасибо, что согласился, — сказал Михаил.

— Всегда пожалуйста, — ответил Егор и обратился к Оле: — Залезай на заднее сиденье, а мы с твоим отцом покурим.

— Папа же не курит, — она покосилась на отца.

Михаил демонстративно достал зубочистку и зажал её в зубах. Девочка кивнула.

Когда Оля закрыла за собой дверь машины, Егор вытащил сигарету, немного отошёл и закурил.

— Я до сих пор считаю твою идею тупой, — сказал Юдин.

— А ты давно «Патрол» взял? — спросил Миша, разглядывая машину.

— Тему не переводи, — ответил Егор. — Бабка тебе ничем не сможет помочь.

— Попытаться стоит, — стоял на своём Михаил.

— Дело твоё, но девчонку не втягивай.

— Она ничего не знает. Оля думает, что мы к Нюре едем узнать о пропавших в Риддере людях.

— Ещё лучше… Зачем ей это?

— Для блога.

— Это что такое?

— Оля ведёт страничку в Телеграме, пишет разные статьи.

— Как журналист? — спросил Юдин.

— Типа того, — ответил Миша.

— Ты приготовил бабке гостинец? — Егор кинул окурок в сугроб.

— А что ей вообще нужно?

— Какую-нибудь безделушку можешь дать, не так важно, что за предмет.

— Тогда всё с собой, — сказал Миша и выплюнул зубочистку. — Едем?

— Погнали.

Ниссан «Патрол» Юдина мчал вдоль дороги. Голова Оли всё время вертелась из стороны в сторону — она рассматривала пейзажи заснеженных высоких гор. Казалось, они не такие уж большие, по крайней мере со стороны, но Юдин настойчиво уверял девочку — это только кажется.

Местные жители говорят, что Риддер относится к Алтайскому краю, хоть и находится за пределами Российской Федерации. Миша был с ними согласен и всё твердил дочери: «Видишь — и на Алтае побывала», а она отмахивалась и отвечала: «Не отмажешься — всё равно свозишь меня на Алтай!»

Через полчаса они остановились у поворота вглубь лесного массива.

— Чего дальше не едем? — с интересом спросила Оля.

— Видишь, сколько снега? — указал Юдин на дорогу.

— Вижу.

— Мы так просто там не проедем — увязнем и будем ждать, пока вытащат.

— И что нам делать?

— Нужно крепить цепи на колёса.

— Прям цепи? — удивилась девочка.

— Ага, — ответил Егор и вышел из машины.

— Сиди тут, хорошо? — попросил Миша.

— Я бы хотела осмотреться, — сказала Оля.

— Помнишь, о чём нам говорили? Кто-то бродит по лесу и людей утягивает…

Оля тут же вспомнила свой сон: вьющиеся ветки, растянутые по полу, две красные точки в дверном проёме, жуткий монстр…

— Хорошо, пап, я подожду вас, — сказала она. — Могу хоть окно открыть?

— Окно — можешь.

Когда отец вышел на улицу, Оля опустила стекло. Морозная свежесть ударила в нос, а снег так и норовил засыпать салон. Девочка слегка приподняла окошко и принялась разглядывать деревья: белоснежные кедры, на ветвях которых до сих пор висели небольшие шишки, высокие ели, достигающие метров двадцати в высоту, одиноко стоящие берёзки, дрожащие от холода.

— Раскладывай цепь перед шинами, — наставлял Юдин Мишу.

— Да, сейчас, — говорил тот, вытаскивая цепь из багажника. — Думаешь, нормально проедем?

— Проедем, — ответил Егор. — Мишаня, ты даже не знаешь, где я на своём «Патрольчике» ездил. Однажды чуть с обрыва не слетел.

— Как ты так умудрился? — мужчина выполнял поручение друга.

— Тоже зимой попёрся в горы, хотел на свежем воздухе отдохнуть от городской суеты, и уже на обратном пути, когда спускался, машину занесло. Благо в дерево въехал, а то бы полетел вниз. — Юдин открыл водительскую дверь и сел за руль.

— А в Риддере прям суета? — с издёвкой сказал Миша, расстелив последнюю цепь.

— Иногда грусть накатывает, и я еду медитировать, — Егор слегка наехал на цепи.

— В буддизм ударился? — улыбнулся Миша и приступил к креплению цепей.

— Не, я против всех религий, — Егор начал помогать другу. — Это же опиум для народа.

В это время Оля заметила, как на ветке сидит белка и внимательно наблюдает за действиями мужчин. Затем она прыгнула на дорогу, но не спешила подходить. Девочку умилил нежданный зверёк, и она достала телефон, чтобы сделать пару снимков. Однако только навела камеру — и заорала во всю глотку.

— Что случилось?! — подорвался Миша.

— Медведь! — кричала Оля.

Животное стояло на задних лапах метрах в пятнадцати от машины, опиралось о дерево и со звериным оскалом наблюдало за мужчинами. Вся морда перепачкана кровью.

— Твою мать… — проговорил Юдин, медленно поднимаясь с корточек. — Только без резких движений.

Миша замер на месте.

Медведь зарычал, опустился на четыре лапы.

— Когда я дам команду — залезай в машину, — сказал Егор.

Оля не могла пошевелиться, ей только удалось включить запись видео на смартфоне, а после руки перестали слушаться.

— Мы не закрепили одно колесо, — заметил Миша.

— Плевать на него, — отрезал Юдин. — Тебе дороже жизнь или грёбаная цепь на колесе?

Медведь свирепо заревел и побежал на мужчин.

— В машину! — закричал Юдин.

В мгновение ока Миша и Егор оказались внутри «Патрола». Медведь был вне себя от ярости — бил машину лапами, пытался царапать дверь.

— Он окно не разобьёт? — нервничал Миша, сидя на заднем сиденье.

Оля вжалась в противоположную дверь, надеясь, что животное не проникнет внутрь.

— Может, — сказал Егор и вдавил газ.

«Патрол» на всех парах летел по лесной дороге, не обращая внимания на снег высотой в полметра — раскидывал его в стороны. Медведь не отставал, он только набирал скорость: бешеные глаза, из пасти вырываются слюни.

— Как долго он сможет за нами так бежать? — спросил Миша, глядя на животное через заднее окно.

— Чёрт его знает, — ответил Егор. — Это шатун — он бешеный!

Через пять минут медведь потерялся из виду, и только тогда мужчины смогли выдохнуть.

— Доченька, как ты? — спросил Миша и обнял её.

— Ты серьёзно? — возмутился Егор. — Я чуть в штаны не наложил, а она-то тем более!

Олю всю трясло от страха, она впервые вживую увидела медведя, да ещё такого большого и агрессивного. Неудивительно, что жители города запрещают своим детям ходить в лес. Такой одним движением голову оторвёт!

— Нормально, — с дрожью в голосе сказала она.

— Всё хорошо, он отстал от нас, — успокаивал её Миша.

— Ага, — коротко ответила девочка, а сердце так и норовило выпрыгнуть из груди.

Перед её лицом до сих пор стояла морда медведя в крови и его дикий оскал…

— Всё хорошо… — повторял отец и продолжал гладить дочку по голове.

Оля прижалась к Мише в надежде, что паника отступит, но сердце продолжало колотиться как заведённое. Она же могла умереть, если бы Юдин с отцом не успели залезть в машину…

— Оль, посмотри в окно, — донёсся до её ушей голос Егора.

Девочка подняла взгляд и увидела бегущую реку. Она не была широкой, однако течение оказалось настолько быстрым, что дух захватывало.

— Река с гор течёт? — спросила Оля.

— Да, — ответил Егор. — Ты не смотри, что она такая мелкая. Придёт весна — река поднимется и будет сносить всё на своём пути, поэтому в ней никто и не купается.

— Прям-таки никто?

— Ну, как сказать, — задумался Юдин. — Однажды мы с твоим отцом имели смелость зайти по пояс, но она была настолько холодная, что даже бубенцы зазвенели. Сразу чухнули на берег.

— Это ты побежал, а я ещё смог поплавать, — сказал Михаил.

— Ага, конечно… Зацепился за какой-то камень, чтобы не унесло течением, и ждал, пока я тебя достану, — рассмеялся Егор.

— Не преувеличивай, — отмахнулся Миша.

— Ну вы и безбашенные, — сказала Оля.

Оля заулыбалась, как и Миша. Он был благодарен Егору — друг смог хоть как-то разрядить обстановку.

— Кстати, мы будем через неё переправляться, — заметил Юдин.

— По мосту? — спросила Оля.

— Вброд, — ответил Егор.

— Это как?

— Через реку на машине поедем, — объяснил Миша.

— Прям по воде? — удивилась Оля.

— Ага, — подтвердил Юдин.

— Так она нас снесёт, — забеспокоилась девочка.

— Мой «Патрол» и не такое выдержит! — уверенно сказал Егор. — Как раз подъезжаем к месту.

Юдин припарковался у берега.

Оля смотрела, как бежит река, и спросила:

— А мы не утонем?

В её глазах не было и тени беспокойства — наоборот, девочку охватил азарт. Ей было интересно, каково это — переезжать реку вброд.

— Так тут мелко, — сказал Егор. — Единственное, что с нами может случиться, — вода попадёт в салон.

— Холодная… — заметила она.

— Не переживай, нормально проедем, — заверил Миша.

— Вот-вот, отца слушай, — Юдин начал движение.

«Патрол» заехал в реку передними колёсами, а следом — задними. Вода билась о правый борт машины, доходила почти до дверного окна. Оля с интересом наблюдала за происходящим, чуть ли не радовалась, как маленький ребёнок. Медленно они двигались к противоположному берегу. «Патрол» трясло, дно реки было в ямах, тем не менее машина справлялась с нагрузкой.

— Не страшно? — спросил Егор.

— Нет, — ответила Оля, не сводя глаз с бурлящей реки.

Миша наблюдал за детской радостью дочери и надеялся, что после случая с медведем у неё не будет никаких травм: панических атак или кошмаров. Последнее, чего бы он хотел для Оли, — психологических проблем.

— Всё, — объявил Егор, когда машина пересекла реку.

— Прикольно, — отозвалась Оля. — Мы обратно тоже так поедем?

— Конечно, — ответил Миша.

— Можно я тогда сяду на переднее сиденье, когда будем реку вброд проезжать?

— Хорошо, — согласился отец и улыбнулся.

Хижина бабы Нюры находилась в лесной глуши, прямо на берегу реки. Егор оставил машину у дороги — дальше никак не проехать, — и они всей компанией отправились к ведьме.

За весь путь никто не проронил ни слова — было холодно. Мало того что от реки летели брызги, так ещё с гор дул пронзительный ветер. Каждый старался сохранить тепло, поэтому лишний раз не трепался.

Нюра жила не так далеко от дороги. Оказавшись на пороге её хижины, Миша постучал в дверь. Оля переминалась с ноги на ногу, надеясь хоть как-то согреться, а Егор старался не зажиматься и полностью расслабиться. Он всю жизнь провёл в Риддере, поэтому знал, как действовать при лютом морозе: если не напрягать мышцы, то и холод не так сильно чувствуется.

— Кто пришёл?! — донёсся голос с той стороны двери.

— Баб Нюр, мы к вам в гости, — ответил Миша.

— Кто — мы? Я гостей не жду!

— Мы по делу, — вставил Егор.

— По какому такому делу? — не унималась бабка.

— Чего она просто открыть не может? — прошептал Миша.

— Мы хотим узнать, почему пропадают люди, — вмешалась Оля.

— Есть чем платить за ответы? — спросила Нюра.

— Всё есть, — сказал Миша, дрожа от холода.

Дверь распахнулась, и перед гостями предстала баба Нюра — сгорбленная, низкая, старая женщина, похожая на мумию. Кожа на лице не толще бумаги. Голову прикрывал платок. Один глаз стерильно белый, с красным зрачком — видимо, ненастоящий, — а второй косил влево.

— Чего встали — проходите, — сказала старуха и похромала к печке.

Внутри оказалось тепло, что, несомненно, радовало гостей. Хижина была небольшая и походила на деревенский дом. На удивление, всё чисто и ухожено. Как хромая Нюра может следить за домом? Может, всё дело в её закалке? Многие говорят, что поколение советского периода куда сильнее нынешнего.

Миша с Егором устроились за столом, а Оля изучала хижину: около печки аккуратно сложены дрова — и это странно. Неужели бабка сама нарубила берёзу?

Электричества в доме нет, однако повсюду расставлены свечи, пока не зажжённые. Солнечного света было достаточно.

Единственное, что напугало Олю, — тряпичные куклы, развешанные по хижине. Ей это напоминало истории из книжки про магию вуду — древнюю религию Африки.

Чернокожие использовали куклы для нанесения вреда обидчику: тыкали в неё иглы, проклинали. Все манипуляции отражались на теле жертвы. Главное, насколько помнила Оля, — прикрепить к кукле волосок человека, которого вудуист хочет проклясть.

— Ты чего телепаешься? — Нюра обратилась к Оле. — Сядь рядом со всеми и жди! Нечего тут вынюхивать!

Девочка покорно заняла место рядом с Мишей.

— Сварливая бабка, — шёпотом сказала Оля.

— Тише, — приказал ей Миша.

— Девка, ты не дерзи! Если на один глаз я не вижу, то со слухом у меня всё хорошо! — Нюра подошла к гостям, в руке она сжимала кожаный потёртый мешочек. — Кто будет задавать вопрос?

— Миш, достань гостинец, — сказал Егор.

Михаил вытащил из кармана старую зажигалку «Зиппо» и положил её на стол.

— Интересная вещица, у моего мужа такая же была, — бабка схватила зажигалку и положила её в шкафчик к остальным гостинцам. — Что тебе от меня нужно? Хотя… погоди. Мы с тобой позже пообщаемся. — Нюра обратилась к Оле: — Спрашивай, девка, я отвечу на твои вопросы.

— Нет, я буду говорить, — вмешался Миша.

— Молчи пока! — грубо сказала бабка. — Дай дочери сказать!

Только Миша попытался воспротивиться, как язык перестал слушаться. С его губ срывалось лишь непонятное мычание, движения стали вялыми, а голова упала на плечо. Он стал похож на умственно отсталого человека.

Егору стало не по себе. Нюра, значит, действительно обладает какой-то силой, если смогла сотворить такое с Мишей.

— Что ты сделала с отцом?! — закричала Оля.

— Всё с ним нормально, — ответила бабка с ехидной улыбкой. — Мы сначала с тобой пообщаемся, а потом я дам ему слово.

— Обещай, что снимешь с него свою магию! — потребовала девочка.

— Да какая это магия? — усмехнулась старуха. — Так, баловство.

— Обещай!

— Хорошо, девка, только хватит орать! Голова уже от тебя болит!

Она взглянула на отца — тот всё пытался что-то сказать, — затем взяла его за руку. Миша улыбнулся какой-то странной улыбкой и затих.

— Так и будешь сидеть? — спросила Нюра. — Чего тебе от меня нужно?

— Что случилось с пропавшими людьми? — задала вопрос Оля. — Они ещё живы?

Старуха высыпала из мешочка какие-то кубики. Только присмотревшись, девочка поняла — это кости, по всей видимости, животного.

Нюра поводила ладонями над костями, подняла взгляд в потолок, что-то пробубнила и только после этого сказала:

— Они и живы, и нет… Их похитили и не собираются возвращать!

— Это как? Моя бабушка жива? Её Людой зовут! — протараторила Оля.

— Девка, слушай внимательно! Похищенные находятся между жизнью и смертью.

— Бабушка тоже? Её можно спасти?

— Можно, если найдёшь её душу!

— А как её искать?

Егор сидел словно в прострации. Он не мог до конца понять, что сейчас происходило в лесной хижине. Старуха твердит про какую-то душу, про похищенных людей, их тела… а его друг сидит рядом в беспамятном состоянии. Его рамки разрушены до основания. Значит, тот шаман, которого Юдин повстречал в горах Риддера, оказался прав — и наши глаза видят только одну сторону мира, а вторую постичь не в состоянии.

То сверхъестественное, о чём говорил шаман, оказалось правдой. Значит, у Миши есть шанс вернуть Киру…

— Она может быть заключена в чём угодно! — продолжала Нюра. — Даже в зажигалке, которую твой отец мне отдал.

— Тогда как я могу её найти?

— Найдёшь тело — поймёшь, где искать душу…

— А тело где найти? — Оля всё сыпала вопросами.

— Тут я тебе не помогу, — Нюра опустила голову. — С тобой закончили.

— Нет, у меня ещё куча вопросов, — настаивала Оля. — Кто её похитил?

— Ты меня плохо слышишь, девка? Закончили! — она посмотрела на Юдина. — Бери её и уходи!

— Что? — очнулся Егор.

— Говорю, девку бери и уходи. Мне нужно пообщаться с её отцом один на один!

Егор поднялся, словно ноги сами его понесли, взял Олю за руку и вывел на улицу. Девчонка брыкалась, требовала оставить её в хижине, но Юдин был непреклонен. Ему хотелось как можно скорее покинуть дом ведьмы.

— Ну что, теперь ты, — она обратилась к Мише.

Тот выпрямился, будто ничего и не произошло. Мужчина посмотрел по сторонам, затем перевёл взгляд на бабку и спросил:

— Ты чего со мной сделала?!

— Успокоила, — объяснила Нюра. — Доставай посылку.

— Какую посылку? — удивился Миша.

— У тебя во внутреннем кармане. Ты же для меня это принёс?

Миша недоумевал, откуда она узнала… Он достал коробочку и положил её на стол рядом с кубиками-костями. Нюра взяла её в сморщенные от времени ладони, открыла. Внутри оказалось золотое кольцо с большим камнем насыщенно-синего, сапфирового цвета.

— Жены? — спросила она.

Миша кивнул.

— Она мертва, скоро тринадцатый год пойдёт.

— Знаю…

— Ты хочешь её вернуть?

— Хочу…

— На всё готов ради неё пойти?

— На всё… — Миша посмотрел на бабку с надеждой. — Вы можете её воскресить?

— Могу, — твёрдо сказала Нюра. — Но для этого мне кое-что нужно.

— Моя жизнь? — спросил он.

— Она мне и даром не сдалась, — отмахнулась бабка. — Рядом с моим домом заброшенная шахта, знаешь о ней?

— Знаю.

— Внутри спрятан один предмет. Принеси мне его — и тогда я смогу помочь тебе.

— Что за предмет?

— Старинный артефакт, — ответила старуха.

— Отличное объяснение! — возмутился Миша. — Как он хоть выглядит?

— Не переживай, когда найдёшь его — сам всё поймёшь, — сказала бабка.

— А чего сама не можешь забрать артефакт?

— Не твоё дело! — оскалилась старуха. — Говорю: принесёшь — и тогда я помогу, а пока нет артефакта, нет и Киры.

Нюра знает имя жены… Мишу пугала старуха, но её способности завораживали. Он поднялся и потянулся за кольцом, но бабка крепко сжала его в руке:

— Мне оно ещё нужно!

— Для чего? — недоумевал мужчина.

— Нужно, сказала!

В дом неожиданно вошёл мужчина азиатской внешности: острые скулы, небольшой нос, карие глаза. Он опирался на стильную трость, ручка которой представляла собой голову льва. Одет в пальто, край которого доставал до середины бёдер, а на ногах — туфли.

Миша был обескуражен появлением незнакомца. Неужели ему не холодно бродить в таком виде? Он-то все пальцы отморозил, пока дошёл до Нюры, — хотя тут и недалеко от машины.

— Смотрю, я не вовремя, — сказал незнакомец. — Ну, ничего страшного.

— Ты кто такой, ирод?! — вскинулась Нюра.

— Мне необходимо с вами побеседовать, — сказал тот и, опираясь на трость, подошёл поближе. — Прощайтесь с гостем.

— Ты чего мне указываешь?

Незнакомец вручил старухе визитку. Миша заметил, как косой глаз Нюры расширился.

— Миша, иди отсюда, — сказала бабка.

Тот, косясь на незнакомца, покинул хижину.

В машине чувствовалось напряжение. С того момента как «Патрол» Егора тронулся, никто не смел нарушить молчание. Миша думал, как ему пробраться в заброшенную шахту и отыскать артефакт, Оля размышляла о пропаже бабушки и словах, которые сказала Нюра, а Юдин пытался забыть всё произошедшее в хижине и больше об этом не вспоминать.

— Пап, ты всё слышал, что говорила мне бабка? — спросила Оля.

— Всё, — ответил Миша.

— И что думаешь?

— Не смей никуда лезть, — твёрдо сказал отец. — Ты не сможешь помочь Люде!

— Нюра же сказала, что есть шанс…

— Где ты собираешься искать тело бабушки? Будешь по лесу шарахаться?

— Как вариант.

— Нет никаких вариантов! — повысил голос Миша. — Если с тобой что-то случится — я себе не прощу!

— Вечно только о себе думаешь, — бросила Оля и отвернулась к окошку. — Лучше расскажи, чего тебя Нюра задержала?

— Не думай об этом…

— Пап, разве у тебя есть от меня секреты? Насколько я помню, мы всегда говорим друг другу правду!

Миша глубоко вздохнул и ответил:

— Рассказывала, что мама за нами скучает, и всё в таком духе.

— Врёшь, батяня!

— Зачем мне врать? — занервничал отец.

— Я вот не знаю, — заметила Оля.

— Чушь не неси — я сказал тебе правду.

— Ну-ну, — язвительно протянула девочка.

— Может, уже хватит? — Егор влез в разговор. — Не думайте, что это всё по-настоящему. Нюра наплела какой-то бред, а вы поверили.

— Тогда как ты объяснишь её магию? Почему папа так себя вёл, когда она сказала ему молчать?

— Не знаю… Может, тихо вколола ему какой-то транквилизатор.

— Или навела порчу! — сказала Оля.

Мишу задел скептицизм Юдина, и он вспылил:

— Егор, если ты не хочешь верить — твоё право. Доедем до Риддера, больше тебя ни о чём не попрошу.

— Чего ты обижаешься? — спросил Юдин.

— Не обижаюсь я.

— Тогда не веди себя как скотина.

Тишина снова просочилась в салон «Патрола». Оле уже был безразличен проезд через брод, её не интересовали живописные пейзажи, даже о ситуации с медведем она забыла. Её голову занимали мысли о бабушке Люде, о её спасении. Как же Оле удастся найти тело бабушки, если она даже не знает, где та обычно проводит время… «Стоит сходить к деду и обо всём разузнать!» — решила девочка.

— Юдин, что ты знаешь о Чекмарях? — задал вопрос Миша.

— Заброшенный рудник, мы ж его проезжали.

— Можно как-нибудь туда попасть?

— Нет, конечно. Вход завалили лет десять назад, чтобы никто туда не лазил.

— А чего его закрыли?

— Поговаривают, что там хотели добывать металлы, но нашли уран, а он радиоактивный, вот и закрыли.

— Поговаривают? — повторил Миша.

— Ну, это официальная версия, — сказал Егор.

— А по неофициальной?

— Бригада из пяти человек спустилась под землю и принялась за работу, а спустя полдня их нашли мёртвыми.

— Газ? — спросил Михаил.

— Нет, дело не в газе, — ответил Юдин. — Они друг друга поубивали.

— Это как?

— Чёрт его знает. Мужики говорили, что травмы были настолько серьёзные, будто они впали в какую-то ярость. Одному так сильно по черепушке постучали, что мозги растеклись по всему полу.

— Ни один не выжил?

— Когда мужики к ним спустились, к концу смены, один из работяг бился головой о камень. Думали, в больничке его подлатают, а он сдулся к утру. В общем, так ничего и не понятно, что произошло под землёй. Во всём обвинили компанию, которая занималась добычей. Шахту закрыли и всем рассказали про уран.

— Интересно, — сказал Миша.

— А ты чего про Чекмарь спрашиваешь? — спросил Юдин.

— Да так, просто интересно.

— Ага, ври дальше, — влезла Оля. — Бабка ему что-то наговорила, вот и расспрашивает.

— Ничего мне она не говорила! — оправдывался отец.

— Надоели уже! — повысил голос Юдин и включил радио. — Послушайте и успокойтесь!