В одном городе

© Марина Борисова, 2025

© Издательский дом «BookBox», 2025

Глава 1

Геолог

Существует теория, что Землю пересекают особые линии,

и там, где они сходятся, случаются странные вещи.

Стивен Фрай. Лжец

2002 год. Южный Урал. Маленький город Медный на границе Оренбургской области и Башкирии.

Юноша 16 лет, темноволосый, вихрастый, по имени Марк, придвинул высокую стремянку к книжному стеллажу и влез на неё. Поискав глазами нужное, он отодвинул несколько книг в сторону и достал одну – «Уральские были». Книга была сборником былей, сказок и сказов в обработке различных авторов. Юноша снова вернулся к столу и склонился над книгой.

«В давние времена люди из Новгорода, плававшие по Студёному морю, заметили на берегу неизвестное обширное поселение, но из-за погоды не могли приблизиться к нему. Студёное море доходило до самых гор, название которым «Каменный пояс». Новгородцы видели издалека странный низкорослый народ и слышали, что люди неведомого племени стучат в горы. Позднее моряки сказывали, что иногда велась торговля между новгородцами и странными людьми, которые предлагали драгоценные меха, жемчуг и рыбу. Новгородцы уплыли в глубь веков, но до сих пор в тех скалах слышится стук о камни и звон наковален.

Странные люди жили в Уральских горах. В заводе Каслях, по Луньевской железнодорожной ветке, они выходили из гор и появлялись среди людей, но простые люди их не видели. Дивные люди очень маленького роста, видеть и слышать их могли только избранные.

Они могли смотреть в будущее и предвещать события. Рассказывают, что в сёлах Большаковское и Строгановское в полночь слышался звон, но слышали его только люди, чистые совестью.

Заслышав звон, такие люди шли на площадь к церкви. Из дивных людей приходил старик и предсказывал то, что будет. Но, если на площадь приходил недостойный человек, он ничего не видел и не слышал…»

«Нет, вот эту ещё книгу посмотрю», – подумал юноша, открывая другую книгу на закладке.

«О скитаньях вечных и о Земле». Там была довольно интересная цитата Рэя Брэдбери: «Кто владеет Землёй? И для чего нам Земля? Чтобы скитаться по ней? Для того ли нам Земля, чтобы не знать на ней покоя? Всякий, кому нужна Земля, обретёт её, останется на ней, успокоится на малом клочке и пребудет в тесном уголке её вовеки…»

Марк не торопился ложиться спать, его увлекли книги.

Перенесёмся на три года вперёд. На дворе «лихие девяностые».

Марк уже окончил второй курс. Он учится в Уральском горном университете в Екатеринбурге. Летом все студенты Горного проходят полевую практику за городом вблизи деревни Мартюш. Для этого юных геологов отправляют в лес на две недели.

Пешие походы даются студентам нелегко. Марк вместе с однокурсниками проходит в день по несколько километров, несмотря на сильную жару – 33–35 градусов по Цельсию, в полном обмундировании: защитный комбинезон с сеткой на лице, тяжёлые походные сапоги на толстой подошве, тяжёлый рюкзак за спиной.

В нужном пункте ребята и руководитель останавливаются, ориентируются по карте и с помощью специальных геологических молотков добывают материал для исследования – производят «разведку».

Этот труд очень тяжёлый, требующий сил и выдержки.

Затем геологи также долго возвращаются в лагерь, готовят еду на костре и спят в палатках.

Жизнь в походе Марку по душе. Ему нравится бродить по лесу, по горам.

Всё бы хорошо, только отношения с ребятами не складываются. Он никак не может найти с ними общий язык и всё время отстраняется, держится одиночкой, несмотря на то, что в группе.

Ежедневные упрёки ребят в сторону Марка о неточном или неправильном выполнении работы: «слишком сильно бьёшь молотком», «недосолил кашу», «пересолил кашу», «не записал нужные данные» – скапливаются в один тугой комок невыносимого раздражения, желания убежать и быть одному.

Вот и сейчас Марк сидит после тяжёлого трудового дня один на скале, обдуваемый прохладным ветром. Из лагеря доносятся весёлые голоса и песни ребят. Но Марку невесело. Так же, как и всегда.

«Почему?» – часто задаёт он себе один и тот же вопрос. «Я слабый? – Нет!» «Ленивый? – Нет!» «Мне не нравится геология? – Нравится!» «Что со мной не так?!»

Тонкое жужжание докучливых комаров уносит его мысли в детский туристический лагерь, расположенный около деревни Чураи, на границе Оренбургской области и Башкирии, где он пребывал каждое лето после школы.

Марк всегда любил природу, и поездка в лагерь за город вызывала у него неописуемый восторг. Но проходило лишь несколько дней в лагере, начинались препирания с ребятами, и Марку уже хотелось сбежать.

Однажды, во время вечернего костра, устроенного перед закрытием лагеря, он ушёл с территории и просто брёл куда глаза глядят. Выйдя в открытое поле, он увидел группу людей, ведущих под уздцы лошадей. Это были местные – молодые ребята из села. Они часто захаживали на территорию лагеря и даже разрешали туристам покататься на лошадках.

Марк поздоровался со знакомыми башкирами и попросил прокатиться верхом. Парень по имени Марсель предложил ему свою лошадь. Он помог Марку взобраться, усесться в седле и слегка хлопнул лошадь по крупу.

Марк раньше ездил только в сопровождении хозяина. Он напрягся всем телом, крепко сжимая поводья.

Лошадь бежала лёгкой рысцой, затем начала ускорять темп. Марк запаниковал и стал кричать. Конь, напуганный криком мальчика, понёс его через лес. Ветки хлестали Марка по лицу и рукам, он кричал, но никто не слышал. А конь продолжал нестись в глубь леса.

Как Марк не упал, удержался в седле, он уже не помнит. Но Марсель, хозяин лошади, подоспел вовремя на другой лошадке и остановил своего испуганного коня.

Марк припомнил те мысли, что пронеслись в ужасе в его голове тогда: «Вот приближается конец! Так быстро! Так стремительно! Я не готов!!!»

Но, слава Богу, всё тогда обошлось!

Наконец закончилась утомительная полевая практика на Среднем Урале, и Марк приехал домой в родной город Медный.

Юноша с радостью обнял маму, папу, бабушку. Все рады. Всё замечательно. За семейным ужином и горячим травяным чаем были разговоры, разговоры, разговоры. Марк рассказывал о геологической разведке, о горной породе, о каше на костре.

А оставшись наедине с отцом, когда мама вышла, Марк прикрыл на кухне дверь и сел, не зная, как начать. Хотелось высказаться. Они всегда с отцом делились всем. Тайн не было. Отец, как человек мудрый, с немалым жизненным опытом, всегда посоветует, приободрит, развеет все сомнения.

Вот и сейчас Андрон Виленович почувствовал, что сына что-то гнетёт.

– Ну давай, что у тебя? – просто сказал отец. – Вижу, что хочешь что-то сказать. Были проблемы там? С ребятами?

Марк, не таясь, рассказал отцу о трудностях в отношениях с ребятами.

Отец хмурился, молчал, снова хмурился. Он понимал юношеский пыл и непримиримость Марка. Сам был таким. Ему хотелось приободрить сына. Наконец Андрон Виленович сказал:

– Да, дела. Ну что ж, такие мы, Неподкопаевы. – Помолчал ещё, вспоминая что-то, и тихо, проницательно сказал:

– Помнишь, я рассказывал тебе как-то об экспедиции на южный отрог Уральского пояса на границе с Башкирией?

– Да, помню, это та большая гора… Шайтан-гора, кажется! – оживился сын.

– Шайтан-гора. Её ещё называют «Бойцовая гора». История этой горы уходит корнями во времена кочевников, когда башкирские и казахские племена встречались в сражениях на её склонах.

Далее отец рассказал Марку о том, как в ручье Сакмагуш, стекающем со склона Шайтан-горы, он нашёл странную вещь. Это оказались старинные песочные часы. Но потом в городе появились скупщики всякого старья, выдававшие себя за коллекционеров старинных вещей, и отец продал ту реликвию за небольшие деньги, так как семья нуждалась в средствах.

Об этом Андрон Виленович хотел забыть. Он словно недоговаривал. Марк чувствовал это, но спросить не решался. Так отец и сын просидели на кухне почти до петухов.

Марку понравилась история о находке отца. Он стал теперь думать о тех песочных часах, представлять, как они выглядят. Отец об этом ничего не сказал, наверное, сам уже забыл.

А Марку было интересно. «Вот бы найти того коллекционера!» – думал юноша, и эта идея захватила его с головой. А тяготы геологической разведки в Мартюше остались в прошлом.

Глава 2

Скрестим шпаги!

«Нужно поторопиться! – размышлял Дёма, пробираясь по узенькой неровной тропинке на новеньком велосипеде и подскакивая на каждом бугорке. – Да, точно, потом прямо по улице и завернуть к Трём тополям, туда, где Большой дом».

Мальчики часто играли у Трёх тополей. Это было их излюбленное место.

Три дерева, а точнее – два: одно было очень большое и раздвоенное, создавало впечатление двух рядом растущих тополей, и ещё одно дерево, поменьше и более корявое. Все три дерева соединялись могучими кронами и образовывали мощную крышу, которая давала тень и прохладу. А ещё по нижним веткам можно было легко влезть на более высокие и, сидя там наверху, болтать ногами, хрустя чипсами или сладкой кукурузой.

Поодаль от тополей рабочие недавно закончили отделку нового трёхэтажного дома. И огромный особняк выделялся среди остальных домов улицы своей новизной и шиком.

С самого начала строительства этого дома ребята со всей округи собирались здесь. Они любили наблюдать за работой строителей, кружить на велосипедах вокруг стройки и просто любоваться новшеством их района.

Мальчик десяти лет по имени Демид Вьюгин, или Дёма, как все называют его, живёт в маленьком рабочем городке Медный, который затерялся где-то среди множества холмов на юге Урала.

Сам город находится внутри большого котлована. Если смотреть на город с шоссе, то можно увидеть его целиком. Он, словно огромный фантастический пирог, украшенный домиками, деревьями и трубочками, в глубокой чаше великана, поселившегося в холмах.

Город Медный был образован в 1939 году из небольшого разъезда под номером 10. Но история города началась раньше – с открытия месторождений медной руды.

Сейчас 2009 год. Медный разросся и приобрёл современный вид. Но всё же он так и остался маленькой провинцией.

Мальчик покатил по бугристой дороге, изрытой ручьями, грязной от навоза и мусора, выбрасываемого прямо на дорогу нерадивыми жителями. Он гостил у бабушки и дедушки здесь, на Весенней. А поскольку дом бабушки был в середине улицы, а Три тополя росли в начале улицы, то Дёме нужно было скатиться вниз по улице к её началу. Мальчик слегка нажал на тормоза и покатился под гору. Внизу он резко затормозил, свернул и остановился у высоких кованых ворот Большого дома.

– Привет, Дэм! – переводя дыхание, крикнул издалека Севка, приехавший немного раньше и уже ожидающий друга. – Сегодня я раньше тебя!

– Ладно, держи, вот! – Дёма, пошарив в кармане, вытащил новенькую гайку и, подъехав к Севе, протянул на ладони. Это была такая своеобразная игра. Кто приехал раньше, тот выиграл. Проигравший отдаёт дань: гайку, колёсико от машинки, камень или монетку – всё равно.

Севка протянул руку и громко сказал другу вместо приветствия:

– Скрестим шпаги не ради отваги!

– А ради дружбы в нашем отряде! – подхватил Дёма весело.

– Ну что, пойдём туда? – Сева кивнул на Большой дом.

Трёхэтажный новенький особняк, окружённый пышной зеленью черёмухи и сирени, возвышался над низкими домами, стоящими в ряд, словно генерал над солдатами, и гордо сверкал на солнце свежей черепицей изумрудного цвета.

Было раннее июньское утро, и вокруг не было ни души. Яркие лучи солнца, выходящего из-за горизонта, скользили по красному кирпичу и беспрепятственно проникали внутрь дома через большие окна.

Ребята перелезли через решётку и направились по тропинке к дому.

Дёма поправил сползшую на глаза кепку, в горле пересохло и в животе как-то неприятно свело.

Ребята громко потопали ботинками по плитке. Она отозвалась звонким эхом. Мальчики рассмеялись. Потом принялись прыгать по всему двору и увидели колодец, обитый железом.

– Слу-у-у-ша-ай! – воскликнул Дёма, подойдя к колодцу. – Ты знаешь, что сейчас в колодцах устанавливают насосы?! У нас у бабушки с дедушкой установлен, а у вас?

– А мы с мамой ведром набираем, – обиделся Севка. – А ну, дай я посмотрю. Сева склонился над колодцем и принялся осматривать крышку. – Жалко, что закрыто! Мы бы туда заглянули!

– Там, наверное, очень глубоко, – сказал Дёма, – только представь себе – метров пятнадцать – двадцать глубины!

– Ты что! Больше! Смотри-ка, тут закручено на болты. Давай раскрутим и заглянем внутрь?

– С ума сошёл? А если нас увидят?!

– Да кто увидит? Сюда никто не приходит! Сейчас я слазаю вон в тот сарайчик. Там должны быть инструменты.

Вскоре Сева принёс плоскогубцы, и ребята принялись откручивать болты на крышке. Болты поддались, крышка была свободна. Ребята откинули крышку и опустили головы. Оказалось, что это в самом деле очень глубокий колодец. Мальчики принялись кричать внутрь разные смешные слова, которые гулким эхом отзывались где-то в глубине. Потом Сева случайно задел локтем какой-то шланг, торчащий из скважины, и шланг полетел вниз.

– Ой, что-то упало! – крикнул испуганный Севка. – Бежим скорее отсюда, пока нас никто не увидел!

Мальчики накрыли колодец крышкой и побежали прочь со двора. За изгородью они сели на велосипеды и помчались вверх по улице.

На самом верху Весенней улицы у ребят было ещё одно колдовское место, которое манило их с невероятной силой.

Это был заброшенный дом. Ну как дом… Домом-то его и назвать было нельзя. Скорее, маленькое жилище в земле. Крыша метра на полтора была выше густой травы, из которой торчала землянка, как большой гриб. Малюсенькие окошки до середины были врыты в землю.

Это жилище уже давно покинули, однако сносить его никто не собирался. Просто никто не обращал на него никакого внимания, словно его здесь и не было.

Но дом был! И мальчики, не раз заглядывая в его мутные грязные окошки, видели внутри комнату, кровать, шкаф, занавески. Всё очень старое, как будто из прошлого века. Но в доме ни души. Только свисающие с потолка паутины и давящая тишина.

В углу между покосившимся окошком и входной дверью стояла коробка. Там жили только открывшие глазки котята. Кошки не было. Мальчики каждое утро навещали их и привозили с собой еду – молоко, куриное мясо. Они играли с котятами, потом снова уезжали.

На этот раз мальчики долго не торчали около этой заброшки. Они покормили котят, покрутились от нечего делать туда-сюда, покидали в разбитое окно палки, крикнули что-то неприличное в дыру в окне. И, подгоняемые собственным страхом, смеясь и вопя, они рванули на велосипедах вниз по улице.

Родители Дёмы Вьюгина живут в обычной хрущёвке, в центре города, среди множества точно таких же хрущёвок на улице Советской.

Наталья Николаевна, мама Дёмы, работает в городской библиотеке.

Папа Дёмы Аркадий Юрьевич – начальник участка на медно-серном комбинате, основном предприятии города Медный.

Аркадий Юрьевич – человек строгий и требовательный и, конечно, хороший отец. Правда, в последнее время ему всё реже удаётся побыть с семьёй – всё работа.

Бабушка и дедушка Дёмы живут на окраине города, почти на выезде из огромного городского котлована, на улице Весенней.

Их дом с красивой синей крышей горделиво выглядывает из-за металлического забора. Он сверкает большими светлыми окнами с аккуратными занавесками. Растущие в палисаднике густые кусты сирени совсем не затеняют высокие окна, но придают им торжественную свежесть.

Бабушка Дёмы, Татьяна Васильевна, выращивает около дома различные сорта яблок, груш, слив и винограда и варит замечательные компоты.

А дедушка Юрий Павлович – электромонтёр с большим стажем. Только он сейчас на пенсии. Чаще всего он помогает бабушке в саду или сидит в своём любимом кресле под навесом, наблюдая за весёлой игрой щенка с котом, сторожит огород от назойливых кур или читает местную газету.

Сейчас летние каникулы. Дёма, как обычно, большую часть времени на каникулах проводит у бабушки с дедушкой. Не только потому, что бабушка и дед всегда дома и с ними нескучно. А скорее потому, что через дорогу от них живёт его закадычный друг Севка. Тот приходит к Вьюгиным-старшим как к себе домой. Ему всегда здесь рады. И Севка этим бессовестно пользуется.

Сейчас бабушка Таня подвязывает гортензии, а Дёма крутится у неё под ногами, не помогая, а только мешая. В конце концов бабушка не выдерживает:

– Тебе, что, заняться нечем? Так помог бы.

– Баб, я хотел спросить у тебя… – как бы издалека начал Дёма.

– Что ты хотел? – бабушка оторвалась от работы, устало смахивая выбившуюся из-под платка прядь волос.

– А этот дом… Ну, на том конце улицы… На холме… Ну, такой заброшенный, помнишь?

Бабушка с негодованием посмотрела на внука:

– Лазали туда?!

Но Дёма быстро сделал «лицо невинного ягнёнка» и поспешил заверить бабушку:

– Да нет, мы не подходили даже к нему! Я просто… Ну, мне интересно, для чего построили дом, если там никто не живёт?

– Это вас не касается!

– Ну, баб, ну для чего? – противно гундел Дёма. Это иногда помогает, а иногда – наоборот. Но на этот раз бабушка смягчилась:

– Построили ещё до войны, но потом, когда война закончилась, переехали в новое современное жильё. А эта землянка так и осталась.

– А чья она теперь?

– Да ничья уже, наверное. А земля принадлежит городу.

– А… – хотел было продолжить беседу Дёма, но бабушка его перебила:

– Так, берём ведро и вперёд – собирать вишню!

Дёма съёжился, втянул голову в плечи и на цыпочках удалился из сада. На порог вышел дедушка. Он беззаботно потрепал внука по голове и пошёл к бабушке.

Глава 3

Невероятный гость

Следующим утром Дёма сразу после завтрака собрался на улицу. Ему не терпелось вновь со своим другом Севкой отправиться к тому заброшенному дому и поближе рассмотреть комнату в окне.

«Надо выяснить наконец, живёт там кто-нибудь или нет?» – подумал мальчик. Дёма уже стоял на пороге, когда его остановила мама:

– Если моя шпана снова собралась покорять местные прерии, то от ворот поворот!

– Ну почему? Мы не лазали нигде! Я же говорю: это Растяпов и Козырь, ну ты знаешь. Они постоянно…

– Потому, что сегодня днём будет очень жарко. Ясно? – мама была не в духе, и Дёма знал, что сейчас с ней лучше не спорить.

– Но меня ждёт Сева…

– Наверняка его родители тоже не пустят сегодня гулять, так что можешь не беспокоиться!

Дёма снял ботинки и побежал к телефону. Через минуту он услышал шуршание и заспанный голос в трубке:

– Мне тоже велели сидеть дома из-за этой жары!

– А ты один?

– Нет, с бабушкой, но она спит, а что?

– Приходи ко мне на Весеннюю, я сейчас там буду!

– Мне нельзя выходить из дома, понимаешь? – досадовал Сева.

– Ну, мы же не будем гулять, мы посидим в комнате. У меня приставка есть.

– Ладно, ща прибегу!

– Ты никуда не пойдёшь! – строго повторила свой приговор мама.

– Мам, – хитро прищурился Дёма, – а ты говорила, что тебе срочно нужно отнести бабушке семена…

– А, ну да, я забыла совсем. Ну что ж… – мама всё ещё раздумывала, – только… надень кепку! И семена возьми! – крикнула она вдогонку сыну, шагнув за дверь на площадку.

– Взял! – отозвался сын, а уже через минуту его и след простыл.

Когда Сева пришёл к Вьюгиным-старшим, Дёма уже был на месте.

Друзья, закрывшись в детской комнате, принялись выдумывать всякие интересные истории, как они обычно делали, когда их не пускали гулять. Приставка надоела.

Сева нахмурил лоб и принялся рассказывать длинную и запутанную историю про то, как он летал через тоннель под землёй:

– Но я ничего не вижу, ведь у меня повязка на глазах, как у Бэтмена, и плащ! Я лечу так быстро, что никакие червяки и жуки на меня не могут упасть.

– Да ладно, – возражает Дёма, – их под землёй так много, что ты просто будешь ими увешан! – Потом, подумав, добавил: – Хотя, если ты пролетел несколько сот метров, там уже насекомые и червяки не живут, нет кислорода!

Потом мальчики соорудили из стульев и одеял шалаш, забрались туда и зажгли фонарик. Сева начал рассказывать про индийских шаманов, про то, как шаманы вызывали разных духов, а потом начал колдовать.

– А может, лучше доброго духа будем вызывать? – осторожно поинтересовался Дёма.

– Да нет, понимаешь, вызывать доброго духа совсем неопасно!

– Это же хорошо!

– Хм. Да нет, это скучно.

– Это почему же, с ним хоть поговорить можно, не боясь, что он на нас накинется!

– Я умею вызывать только злых! – не унимался Сева.

– И всё же лучше – добрых! – перебил его Дёма.

– А, ну попробуй!

Дёма немного подумал, почесал затылок, потом закрыл глаза, пошевелил губами, побормотал что-то, потом открыл глаза и сказал:

– Для начала уберём это, – он взял листок с чёртиком, которого нарисовал Сева для своего обряда, скомкал его. Потом взял чистый лист и нарисовал карандашом существо, похожее на чёртика, только с добрыми глазами и чёрточкой вместо рта, напоминающей улыбку. У существа была большая голова с очень большими ушами и маленькое туловище с крошечными ручками и ножками.

– Ну и кто же это? – Сева обиженно повернулся на полу и, стукая теннисным мячиком об пол, искоса взглянул на рисунок.

– Ну-у-у, просто добрый дух, – пожал Дёма плечами.

– А что он напуганный какой-то, твой дух?

– И совсем он не напуганный, а просто задумчивый. Я думаю, его что-то тревожит.

– Что, например?

– Скорее всего, какая-нибудь катастрофа! – таинственно произнёс Дёма.

– Ну и? Продолжай! – проявил интерес Сева.

– Наш дух хочет предупредить город о надвигающейся катастрофе. Он хочет спасти людей!

– Какой катастрофе?

– Дай мне немного времени, наш дух оживёт и сам всё расскажет!

– Что он спасёт город от страшных мутантов или от падающего астероида? – Сева потянулся и вылез из-под одеяла на диван. Дёма взял свой рисунок и тоже вылез из-под одеяла, щурясь от света.

– А чтобы наш дух нас увидел, нужно сделать вот так… – продолжал фантазировать Дёма. И начал размахивать своим листочком по всей комнате, проговаривая разные непонятные слова. Сева хитро прищурился, забрался на диван с ногами и, прыгнув прямо на друга, выхватил у него рисунок, тоже смял его и выбросил скомканную бумагу в форточку.

Теперь обиделся Дёма. Он отвернулся и, уткнувшись в диван головой, замер. Сева тоже надулся. Оба мальчика не проронили ни слова.

В этот момент в комнату вошла кошка Мелисса. Она обошла комнату, поточила о диван коготки и начала играть лапкой с комочком бумаги. А потом принялась весело гонять его по всей комнате.

– Всё из-за этой жары! – в отчаянии сказал Сева.

– Да, и растения гибнут. Вон у бабушки на яблонях листики засыхают! – продолжил Дёма. Он на минуту задумался, а потом добавил, подняв палец вверх: – Нам нужен дух, который спасал бы нас и наш город от жары!

– Как ты себе это представляешь? – удивился Сева.

– Только представь себе…

Ребята принялись фантазировать, хохоча и перебивая друг друга.

Неожиданно рванул ветер и, скрипнув, распахнулась форточка. За окном послышался шорох, напоминающий взмахи птичьих крыльев.

Ребята замерли, переглядываясь. А в следующий момент в форточку с шумом влетело что-то большое и чёрное! Ребята так и попадали на пол от неожиданности, онемев от страха.

Это оказался огромный чёрный ворон, который приземлился на широкий подоконник и вертел клювом, а на его спинке сидела какая-то страшная кукла.

Ребята, всё ещё сидя на полу, во все глаза таращились на птицу. Странная кукла вдруг зашевелилась и, придерживая ворона за уздцы, начала водить головой вправо-влево, как болванчик. Живая кукла была в пальто и шляпе с пером, из-под шляпы торчали довольно большие уши.

Она важно спрыгнула на подоконник, сняла с головы шляпу с пером, затем достала из малюсенького кармашка малюсенький платочек, быстренько протёрла лицо и громко высморкалась.

После этого кукла оглядела комнату, мальчиков своими большими выпуклыми глазами и сказала вдруг скрипучим голоском:

– Приветствую вас, юные создания!