Ужас в горшочках

Иллюстрации Шедеврум

© Марина Борисова, 2024

ISBN 978-5-0065-0477-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Клуб цветоводов

Если вы хотите эффективно избавиться от надоевшего родственника – начните капризничать и просить. Или подарите ядовитое растение.

Лиза Кошечкина была твердо в этом уверена. Не то чтобы она хотела от кого-то так уж сильно избавиться… Просто вообще к растениям она относилась критически: вся ее недолгая жизнь была примером того, как растения портят жизнь вполне нормальным людям.

Взять хотя бы маму. Стоит ребенку зайти в дом, как начинается: полей цветы, убери сухие листочки, посмотри какие розочки! А кто на Лизу посмотрит?! Кто полюбуется на ее прекрасные волосы?! Кто нальет ей чайку, в конце концов! Ну, ладно-ладно – чай ей наливают. Но не чаем единым жив человек! Если бы мама уделяла столько внимания не цветочкам, а ей, единственной дочери (этот дурак Степка не в счет, речь идет о дочерях, а не о сыновьях!), то и не выросла бы она такой балбеской, как ее обзывает бабушка!

Бабушка тоже хороша! Мало ей студентов, так она и свою внучку, Лизочку, решила насмерть замучить корешками и стебельками! Для этого даже дачу завели: чтоб поиздеваться над ребенком! И теперь как только лето – пропала свободная жизнь! То лопата, то рассада, то жуки, то тараканы. Ну, зачем это обыкновенному городскому ребенку – Лизе Кошечкиной? А зачем ей ягоды в пять утра и с тучей комаров?!

В общем, жизнь не удалась. Повезло же Машке Романовой – ее родители не способны вырастить даже сорняки, не то, что розы там, или помидоры! И человек проводит свободное время так, как хочет.

Лиза Кошечкина вздохнула и тоскливо посмотрела за окно: там осень, и по паркам гуляют парни. А она сейчас будет опрыскивать китайскую розу… Раз она китайская, пусть китайцы ее и опрыскивают!

Лиза поставила пульверизатор на подоконник. Вот так всегда: за пристрастия взрослых расплачиваются ни в чем не повинные дети. Хорошо маме – дала задание и ушла себе на работу! А на работе, между прочим, ни горшков, ни рассады – сплошной компьютер. Везет же…

В дверь позвонили. Лизочка с удовольствием оторвалась от созерцания недоступной золотой осени за окном и пошла открывать.

На пороге стояла ее новая знакомая – Ирка Крестовская. Но она любила, чтоб ее звали Ираида. Да какая она Ираида! Ирка и есть! Ну, пусть Ирина. Ираида слишком не подходит шестикласснице. Вот вырастет, станет толстой семейной дамой – тогда пусть и называется Ираидой. А пока она худенькая, шустренькая и не слишком красивая Ирка.

– Заходи. – Лизочка отошла от двери, пропуская новую знакомую. – Я одна, можем спокойно поболтать.

– Да не хочу я болтать! Я пришла позвать тебя в парк, там сегодня такое…

– Никакого парка мне не светит. Мне тут с этими… – Лизочка кивнула в сторону подоконника с цветами, – …возиться.

Ирка прошла к окну и оглядела плантацию Лизиной мамы.

– Как красиво! Это ты сама вырастила? – Ирка сложила ручки и покачала головой в немом восторге, надо думать.

– Да глаза б мои их не видели! Вырастила, ага! Скажи спасибо, что не повырывала все! – Лизочка в сердцах замахнулась на стоящую ближе всех огромную, выше ее, драцену.

– Да ты что?! Это так здорово – оранжерея в доме!

– Ага, а мне поливай да протирай их! Делать мне больше нечего! Я бы, вот погулять пошла – так ведь нет, придется возиться с ними.

– А чего с ними возиться? – искренне удивилась Ирка. – Полили и все.

– А пыль с них стирать? А листья мыть? А пересаживать? А обрезать? И вообще… Кому надо – тот пусть и делает! А они мне велят… – Лиза обиженно надула губы.

– И это все надо сделать сегодня? – Ирка оглядела ряды горшков.

Лиза помолчала. Чего это она разошлась? Сегодня же только опрыскать.

– Нет, – она вздохнула, – сегодня опрыскать велено.

– Ну, так чего, давай я! – Ирка с готовностью ухватила пульверизатор. – А ты пока чай грей.

Лиза недоверчиво понаблюдала, как Ирка, напевая, принялась брызгать водой на гигантскую драцену. Ненормальная, что ли? Ирка-то? Ей нравится что ли? Ну-ну, у всех свои странности. И Лиза пошла на кухню.

– Так что там в парке? – Лиза с удовольствием откусила огромный кусок бисквита и приготовилась слушать.

С Иркой она познакомилась две недели назад. Когда они всей семьей переехали в эту квартиру. То есть не Ирка переехала с семьей, а Лиза, этот дурак Степка, ее родной братец, мама и бабушка Анна Федоровна. Другая бабушка никуда не переезжала, а так и осталась жить в своем доме на окраине города. У нее был сад, огород, три кошки и собака. Трех кошек и собаку Лизавета еще соглашалась терпеть, но огород!.. Поэтому у бабушки бывала редко. Не то, что Степка! Этот… ну не будем говорить кто, совершенно одержим своими тараканами и червяками! Он их дома хранит! Ненормальный. «Повезло» Лизочке с родственниками, ничего не скажешь! Одна доктор биологических наук, второй чемпион олимпиад по биологии и вдобавок студент какой-то там заочной биологической школы при каком-то крутом университете! Одна мама вроде нормальная, так нет – взялась дома оранжерею выращивать! И никому дела нет до простой школьницы Лизочки с тройкой по биологии…

Лизочка тряхнула головой и отогнала неприятные мысли – все-таки впереди прогулка в парке, нечего себе настроение портить.

– Так что там в парке?

– Там сегодня мальчишки из ансамбля будут репетировать!

– Да ты что?! Серьезно?! А во сколько?

Ирка старательно пережевывала бисквит. И везет же ей – тощая, как весло, можно есть хоть сто тортов в день! Не то, что Лизочке: лишний кусочек – и джинсы не сойдутся! Хотя это Степка сегодня утром сказал. А он вредный. Небось, специально сказал, чтоб она много пирога без него не съела! Ну, пусть только придет домой вечером! Уж Лиза ему отомстит!

– Да уж, наверное, давно репетируют… – Ирка спокойно собирала со стола крошки.

– Да побежали тогда! – Лиза заторопилась и кинулась к мойке со своей чашкой.

– … или придут часам к пяти, как уроки выучат. Знаешь, им много задают… – Ирка взяла еще кусочек.

Вот вредная, а? Ведь наверняка точно знает, когда придут. И нервы трепет. «Знаешь, им много задают…» Да откуда Лизке знать-то?! Она же в шестом только! А эта сидит и выпендривается – хвастается близким знакомством с восьмиклассниками!

– Ну, так мы идем? – Лиза бесцеремонно разломила Иркин кусок пополам (чтоб быстрее с ним расправиться) и запихнула в рот почти весь.

Ирка кивнула – рот у нее тоже был занят. Теперь-то чего ж не идти: бисквит Лизка отняла, чай выпит. Цветы тоже в порядке. Можно и пойти. Ирка вытерла ручки салфеткой и двинулась в прихожую. Даже чашку за собой не сполоснула. Ладно, Лизка сама…

В парке на лавочке действительно сидели мальчишки. Но на репетицию это заседание было мало похоже: двое почти спят, развалившись на лавке, двое строят глазки девчонкам с соседней лавки, один кормит птичек и один лениво дергает струны гитары. Вся репетиция.

– Привет, мальчики! – чирикнула Ирка и, виляя всеми частями тела, потопала к одному из дремавших на лавке.

Тот лениво приподнял голову, оглядел Ирку, потом Лизу и изрек:

– Есть что поесть?

Ирка захихикала и игриво потрепала мерзкого пацана за волосы.

– Есть много вредно! От этого мозг хуже работает!

Лиза фыркнула: конечно, сама налопалась пирога у Лизочки дома, а теперь морали читает!

– А ты новенькая? – поднял голову тот, что с гитарой.

Симпатичный, отметила Лизочка. У нее в старой школе таких не было. Нет, они может где-то и были, но на пути Лизочке не попадались. Паслись в недоступных шестиклассницам местах. В очень недоступных.

Лиза наклонила голову набок и смерила гитариста презрительным взглядом.

– Ну, допустим.

– Это хорошо. Это просто замечательно!

– И что замечательного ты тут нашел? – Лизочка решила не давать спуску красавчику – пусть не думает, что она может в него влюбиться!

– А то! Красавицы у нас закончились!

Лизка открыла рот от такого нахальства, а Ирка с размаха хлопнула мальчишку ладошкой по спине. Все захохотали, так что девчонки на соседней лавке завистливо посмотрели на Лизку.

– Да ладно, – успокоился гитарист, – звать-то тебя как?

– Лиза. – Лизочка подумала – протягивать руку или нет. Решила что не обязательно.

– Ясненько. А меня Гоша.

Все опять захохотали, и Лизочка подумала, что гитарист придурок. И что его зовут, например, Леша.

– Странная у тебя подружка, – повернулся якобы-Гоша к Ирке, – злая какая-то. И разговаривать не хочет.

– Это она в тебя влюбилась! – противно захихикала Ирка. Как жаль, что приличным девочкам нельзя драться. А то бы Лизка так врезала этой заразе!

– Да? – Гитарист серьезно посмотрел на Лизу.

– Да ты, Гоша, особо не раскатывай губу. – Ирка укрылась за плечом своего голодного спящего рыцаря и оттуда теперь гаденько так усмехалась. – Она недолго у нас пробудет.

Лиза удивленно посмотрела на подружку, хотя какая же она подружка?! Так, просто новая знакомая. Подружки так подло себя не ведут.

Гоша (все-таки Гоша!) спрыгнул с лавки и подошел ближе к Лизе. Обошел ее. Все остальные молчали и тоже рассматривали новенькую.

– И почему же? Снова уедет? – Гоша остановился и улыбнулся Лизочке. Все-таки он красавчик. Вроде ничего особенного, а красавчик.

– Если успеет… – Голос Ирки становился все противнее, а слова все непонятнее. – Цветов она, Гоша, не любит.

Гоша остановился и уставился изумленными глазами на Лизочку. Мальчишки тоже хмуро смотрели на нее. Только противная Ирка лыбилась.

– Правда не любишь? – уже без тени улыбки спросил Гоша.

Лиза кивнула. Кто-то присвистнул от удивления. Иркин кавалер, наконец, проснулся и посмотрел на Лизочку как на неизлечимо больную.

– А что такое? – Лизочка оглядела компанию. – Я попала в клуб цветоводов?

– Ты попала… – подал голос Иркин кавалер. Есть он, видимо уже расхотел. – Ты еще как попала! О, господи… – Он откинулся на спинку лавки и закрыл глаза. Ирка показала Лизочке язык.

Гоша похлопал Лизу по плечу и кивнул в сторону лавки:

– Садись, чего уж теперь…

– А чего теперь? – Лиза вертела головой и тревожно смотрела в посерьезневшие разом лица мальчишек.

Села.

Гоша сел рядом и взял гитару. Стал бренчать что-то грустное. Двое опять делали вид что спят. Один перестал кормить птиц и теперь старался не смотреть на Лизочку, отводя глаза, как не выучивший урок ученик. Еще двое забыли про девчонок на соседней лавке.

– Чего теперь?! – почти выкрикнула Лиза и потрясла Гошу за руку.

Гоша перестал играть, грустно посмотрел на нее.

– Хорошая ты. Жалко – цветы не любишь.

Он вздохнул и встал с лавки.

– Пошли, ребят. – И, закинув гитару за спину, пошел по дорожке прочь.

Мальчишки потянулись за ним. Один остановился и, смущенно опустив глаза, сказал:

– Меня Стас зовут, если что… – И пошел за всеми.

– А если – это что?! – крикнула ему вслед Лизочка, но мальчишка даже не оглянулся. – Дурдом! – Лиза ошарашено смотрела, как уходит красавчик Гоша и его друзья. И Ирка тоже уходила, изредка оглядываясь и показывая ей язык.

Лиза сидела одна на лавке и размышляла. Все-таки эта Ирка мерзкая. Так ее подставить! Привести Лизочку сюда специально, чтоб всем сказать, какая она плохая – цветов, видите ли, не любит! Ну и пошли они все к черту, цветоводы!

Лиза встала и побрела к дому. Желания гулять уже не было. Золотая осень как-то сразу превратилась просто в осень с холодным ветром и противным карканьем птиц. И еще цветоводы эти…

Глава 2. «Ты пропала!»

В школу идти не хотелось. Ненормальный Степка уже умчался. Он учится в девятом классе, и на них, старшеклассников, видите ли, возложена почетная обязанность ухаживать за оранжереей. Ничего себе – почет! День и ночь ковыряться в земле, ни погулять, ни в каникулы не забыть про школу!

Вот Степка – каждую субботу ранним утром, как на работу, отправлялся в эту оранжерею. Изучал что-то. Что? Червяков своих. Или у него новое увлечение? Да нет, Лизочка бы знала. Они дома всегда обсуждают успехи этого маньяка.

Ну, какая разница? Просто обидно: Степке надо – и мама поменяла квартиру, чтоб ее сыночку было близко ходить в эту школу с биологическим уклоном. И теперь вот Лизке даже дружить не с кем: она, видите ли, цветы не любит! Вся семья биологи, а она – не любит! Вот и Гоша вчера ушел… А какой красавчик!

Лизочка закинула рюкзачок на плечо и прошмыгнула мимо двери кухни: если мама увидит, что она так поздно в школу пошла – не оберешься упреков. А в чем она виновата? В том, что не любит эту школу? Что у нее нет склонностей к биологии? «Да у нее ни к чему нет склонности! – ругалась бабушка Анна Федоровна. – Она только к своей персоне имеет склонность!» Ну и имеет! Чем ее персона хуже червяков?! Почему к червякам можно иметь склонность, а к ее, Лизочкиной персоне, – нет?

В вестибюле школы уже никого не было: все сидели и листали учебники. Или списывали домашнюю работу. Лизочка вздохнула и подошла к расписанию – посмотреть, в какой кабинет идти. И когда она привыкнет к этим новым этажам и коридорам? Как хорошо было в старой школе: все знакомо и понятно. И никакой оранжереи! А тут… Лиза всхлипнула.

– А, это ты.

Лиза быстро вытерла едва выкатившуюся слезу и обернулась. Перед ней стоял Гоша и улыбался.

– Тебе куда? Проводить?

Она помотала головой. Еще чего! Только не сейчас! И чего она разнюнилась, как маленькая!

– Ну, пошли. – Гоша развернул ее за плечо к нужному коридору. – Я сам год назад так же путался. Не переживай, привыкнешь быстро. – И он потянул за лямку Лизочкиного рюкзака: – Давай помогу.

Лизочка покорно отдала рюкзак. Слезы уже высохли. Идти по пустому коридору с красивым мальчиком было странно и волнующе. Бог с ними, с растениями, если тут такие порядки, чтоб красивые восьмиклассники провожали на урок шестиклассниц.

Они дошли до кабинета литературы.

– Ну, счастливо. – Гоша протянул ей рюкзак. – Еще встретимся.

И он ушел. Лиза долго смотрела ему вслед. Значит, он тоже в прошлом году был новенький? Интересно. Надо узнать побольше об этом. Все-таки брат по несчастью получается. Нет, лучше пусть не брат. Друг.

Кабинет литературы утопал в цветах. Шкафы, полочки, подоконники, настенные кашпо: цветы везде. Но Лизу это не волновало. Это не их кабинет. У них, у шестого «А», кабинет обществознания. Там они и следят за порядком: и пыль должны протирать, и доску мыть, и в шкафах порядок наводить. Ну и, конечно, ухаживать за цветами. Но тут повезло: классный руководитель, Зоя Дмитриевна, никому свои саженцы не доверяет и за всем следит сама. Ну, и слава богу, кто бы спорил, а Лиза Кошечкина не будет: сама так сама. Не стоит доверять хрупкие и нежные растения этим хамским детям: еще поломают. Или не польют вовремя. Так что пусть уж и вправду сама.

Все сидели на местах, уткнув носы в учебники. Учителя в классе еще не было. Вот и хорошо.

Лиза прошла на свое место. Машка Романова, соседка по парте, приложила палец к губам и покосилась на Ирку Крестовскую. А та сидела и хитренько посматривала то на Лизу, то на Лариску Петрову с первого ряда, то вообще глазки к потолку возводила. В общем, вела себя нахально.

Лиза села и придвинула учебник. Повторить, что ли, стихотворение?

– Она тут про тебя всем рассказывает!.. – шепотом возмутилась Машка.

– А что рассказывает? – Лиза обернулась и проверила, чем занимается предательница.

– Да все! И про мальчишек, и что цветы не умеешь поливать и все такое… – Машка, верный друг, чуть не сломала ручку от возмущения.

– А что такое-то? – Загадки какие-то у всех. Ну что еще могла Ирка про нее рассказать?

– А что ты жадная и даже кусок пирога у Ирки вчера отняла и сказала, что хватит жрать! – Машка круглыми от ужаса глазами смотрела на Лизочку.

Теперь уже Лизочка сделала круглые глаза. От изумления. Нет, ну надо же быть такой гадиной, а? Так все переврать! Сама сказала своему спящему кавалеру, что много есть нельзя, а на нее свалила! Или она про кусок бисквита? Ну, все равно – такая гадина!

Лиза гордо отвернулась и поправила свои волнистые русые волосы. Замечательные волосы, не то, что у этой выдры Ирки. Ираида она, как же! Кошка драная – самое лучшее ей название. А вот она, Лиза Кошечкина, очень даже интересная особа. Ее даже сегодня один восьмиклассник провожал… до класса.

Лиза еще раз оглянулась на Ирку. Но та уже снова уткнулась в учебник. Отличница, блин.

Урок шел своим чередом, а Лизочка сидела за своей партой у окна и мечтательно смотрела на двор школы. И представляла, как после уроков или даже на большой перемене подойдет Гоша и возьмет ее за руку, и они пойдут вон по той дорожке, обсаженной по краям… чем-то с красными ягодами. Или даже встанут во-он под то дерево… Хотя там что-то есть… не видно, мешает горшок с геранью. Лиза приподнялась и попыталась увидеть, что же там под деревом?

– Кошечкина, сядь! – резкий окрик заставил ее плюхнуться на стул.

Вот же, а? Из-за какого-то цветка такая мечта сорвалась!

Лиза стала ждать удобный момент. Ведь когда-нибудь учительница же отвернется, и тогда Лиза быстро отодвинет проклятущий цветок в сторону!

Текли минуты, а учитель литературы Вера Павловна и не думала отворачиваться. Уже и урок скоро закончится… И мечта как-то побледнела… Скорее бы!

– Запишите слово «сенокосилка» в тетрадь, – произнесла неожиданно Вера Павловна, повернулась к доске, взяла мел и стала писать.

Лиза вскочила и ткнула горшок. Он громыхнул и сдвинулся как надо.

По классу пролетел шорох. Вера Павловна оглянулась, подозрительно прислушалась. Но ничего не поняла и продолжила писать слово «сенокосилка».

Лиза уже сидела на месте и потирала руку: она умудрилась удариться пальцами, когда передвигала горшок. Машка не писала, а смотрела на подругу испуганно.

– Ну, и чего? – прошептала ей Лиза. – Все равно же никто не заметил!

Вообще-то заметили полкласса. Но Лиза имела в виду только Веру Павловну.

Машка кивнула и перевела взгляд на Веру Павловну. Потом на горшок с цветком.

– Ты думаешь, заметит? – по-своему поняла этот взгляд Лиза. – Да не волнуйся, не заметит, оно ей надо?

Но Машка продолжала смотреть на горшок. И иногда на Лизу. Наконец, заговорила:

– Ты зачем это сделала?

– А чего? – удивилась Лиза. – Что тут такого?

Машка покачала головой, но ответить не успела.

– Кошечкина, пожалуйте к доске!

Все, посмотрела Лиза в окошко, помечтала… Теперь вот расплачиваться за это. Лиза встала и пошла на расправу.

Звонок прозвучал как никогда кстати. Двойку Вера Павловна не поставила, но предупредила, что в следующий раз обязательно поставит и еще маме доложит, что ее дочь на уроке занимается не тем. Зато Лиза рассмотрела, что стоит под деревом: лавочка. Это хорошо. По крайней мере это не мусорный бак, и не помешает прятаться под этим деревом от дождя, например. Вдруг они пойдут с Гошей по дорожке, а тут дождь! Нет, лавочка даже кстати…

Приятные размышления прервала Машка.

– Ты с ума сошла! Ты зачем горшок тронула? – налетела она на Лизу.

– А что тут такого? Он же не хрустальный! И Вера Пална не видела же.

– Ты что – не знаешь? – Машка пугливо огляделась вокруг и почти прошипела в ухо Лизочке: – В нашей школе нельзя цветы трогать без их разрешения!

– Чьего разрешения? Учителей? Машка, ты себе представляешь – я говорю Вере Палне: «Можно я горшок передвину, мне дерево за окном не видно»?! Дурдом! Да она все равно не заметит, что я передвинула его. А даже если и заметит – откуда узнает, что это я? Так что успокойся.

Машка оттащила Лизу в уголок и торопливо зашептала:

– Ты ничегошеньки не знаешь! Да не дай бог… Ты зачем не спросила разрешения?

– Да у кого? – Лиза попыталась отцепиться от Машки, но не тут-то было: Машка стояла насмерть.

– У цветов же! – Машка осеклась и нервно сглотнула. – Надо было спросить разрешения у цветка… Теперь ты пропала. Как и другие…

Глава 3. Все сошли с ума…

Лизе показалось, что она ослышалась.

– Какие другие?! У кого спрашивать?

– Да у цветка же! – почти плача, повторила Машка.

Лиза внимательно смотрела на подругу. Несет какую-то околесицу. Может, она сошла с ума? Или переволновалась на литературе.

– Маш, ты хорошо себя чувствуешь? – осторожно поинтересовалась Лиза. – Может, тебя домой проводить?

– Это тебя скоро надо будет провожать, – вздохнула Машка. Выглядела она вполне нормально. Вроде не сошла с ума. Почему тогда говорит ерунду?

Лиза осмотрела коридор и обнаружила несколько растений. Пальмы и прочие лиственные обитатели горшков. Ничего особенного. Лиза подошла к одному и рассмотрела повнимательней. Может, они особенные все? Может, на них скрытые камеры навешаны? Чтобы видеть, кто хулиганит. Ну и что, что на цветах?! В этой школе все помешаны если не на цветах, то на червях. Вот и охраняют усиленно.

– А у всех надо спрашивать? – Лиза вернулась в уголок к Машке.

Та покосилась на ближнюю пальму и кивнула.

– Интересно, очень даже интересно. А почему?

Машка сделала испуганные глаза и шепнула:

– Я после школы скажу. – И шустренько убежала по коридору налево.

После школы… После школы у Лизочки были другие планы. Надо узнать, когда закончатся уроки у восьмиклассников и случайно попасться на глаза Гоше. А цветочки подождут.

Лизочка медленно передвигалась по коридорам школы. Была большая перемена, а значит – старшеклассники, к которым причислила Лизочка и восьмиклассников, уже должны были давно выйти из классов и прогуливаться по всей школе. А что еще делать старшеклассникам? Не учить же английский! Это несолидно.

Народу в коридорах, действительно, было очень много. Но они точно так же медленно бродили. Или стояли кучками и не спешили бегать, драться и вообще – интересно и с пользой отдыхать. «Как в травматологии», – вспомнила Лизочка. Тогда они ходили навещать мамину подругу – она сломала руку (перелом был сложный, и тетя Наташа целую неделю провела под присмотром врачей). Так вот в этой травматологии было точно так же тихо и мрачно. Никто не бегал. Никто не смеялся. И все косились на них с мамой.

Вот и сейчас все косятся на нее, Лизочку. Ну, не все.

– Тебе что тут надо?

Лизочка вздрогнула и обернулась. Ага, вот и старший братик. Он почему-то думает, что Лизочке вообще нельзя нигде появляться на людях. Что она одним своим легкомысленным видом портит серьезному ученому настроение.

– А тебе что? Я мешаю тебе? Иди куда шел.

– Твой класс на втором этаже. Туда и иди.

Лизочка нахмурилась. Вот ведь какой, а? В школе не дольше ее, а уже местные порядки выучил. Одно слово – ботаник. Причем натуральный. С червяками в банке и рассадой на окне.

Лиза гордо развернулась и продолжила путь по запретному первому этажу. Тут столовая. И буфет. Тут и надо отлавливать интересных ей личностей. И пошел этот Степочка на фиг!

Однако личности не попадались. Странно. Где же они?

Она остановилась около китайской розы. Как у них дома, только раза в три больше: почти до потолка, в огромной деревянной кадке. Просто монстр! Лиза протянула руку и потрогала лист. Прохладный.

– Ее зовут Гертруда. – Рядом с Лизой стоял один из вчерашних музыкантов. Стас, кажется. Точно – Стас!

– Привет, Стас, – Лизочка радостно улыбнулась.

Мальчишка тоже ей улыбнулся и провел рукой по листьям китайской розы.

– Нравится она тебе? – он повернулся к Лизочке.

– Ну, пока мне не надо за ней ухаживать – да.

– А если надо?

– Тогда ее лучше срубить.

Улыбка сползла с лица Стаса.

– Почему? – он выглядел ошарашенным.

– Все равно погибнет. От плохого ухода. Лучше сразу ее срубить, зачем мучить! – Лизочка кокетливо улыбнулась Стасу. Но он не оценил.

– Так нельзя. Она же живая. Вот тебя бы убить, чтоб не мучилась, а?

Лизочка задохнулась от возмущения:

– Ты сравнил – человек и дерево!

– А какая разница? – Стас говорил вполне серьезно.

– Как какая?! Деревья – это же окружающая среда! Понимаешь? Окружающая! Она нужна для того, чтоб человек жил. И использовал по своему усмотрению. Вы тут совсем с ума сошли!

– А если дерево будет тебя использовать по своему усмотрению? – Стас, кажется, и не злился.

– Это как? У дерева мозгов нет!

– А откуда ты знаешь? Может, у них мозги лучше, чем у нас? И живут они дольше.

– Ага, – неуверенно отозвалась Лизочка, – и черепахи тоже умнее нас, потому что живут долго…

– Может быть.

Стас оттащил ее от розы и повел к лестнице. Так вдвоем чуть ли не под ручку они и дошли до кабинета биологии.