- -
- 100%
- +
Цветы, маски и немного Пикассо…
Лето – это когда СОЛНЦЕ улыбается НЕБУ, и конечно… ТЕБЕ. А Ты, растворяясь в желтых лучах золотой паутины, садишься на белый песок послушать, как шумит прибой.
Морская волна, словно ласковый зверь ластится у твоих ног. И ты кричишь:
– Мандариновое солнце, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ !!!
*– Я люблю тебя МИР, – Цинния вскинула руки к небу и рассмеялась. Сегодня она была на высоте. Как божественно она танцевала… на шаре. Даже дядюшка Брумс, с особой учительской сдержанностью и строгостью относящийся к ее талантам, словно ребенок, хлопал в ладошки и подбрасывал в воздух, дорогие сердце девочки слова:
– Брависсимо, бис!!! Ты лучшая Цинния!!!
А как много людей собралось на городско пляже посмотреть их цирковое выступление. Наверное, их было больше сотни… И это она – Цинния, придумала расклеить по городу рекламные листки.
Первым номером программы выступал сам мистер Брумс, хозяин их маленькой труппы. Пеструшка – курица Нукки вмиг очаровала краснощекую детвору, своим умением складывать цифры, а сам Брумс в образе рыжего клоуна веселил взыскательно взрослую публику, жонглируя попеременно: яблоками, шутками, хрустальными бутылками и воздушными шарами. А потом под вздохи и ахи молоденьких особ и дам бальзаковского возраста, на импровизированной сцене появился Арни. Эта гора мускулов с лучисто карими глазами ребенка. Его могучее загорелое тело вызывало завистливые ухмылки мужчин, а всю женскую часть зрителей сводило с ума. Арни, словно пушинки подбрасывал в небо трехпудовые гири, разбивал одним ударом молота кусок скалы размером с обеденный стол, и вызывал на французскую борьбу любого смельчака. Но таких богатырей как всегда не нашлось… и сколь не подтрунивали фиалковые дамы, их нарциссовые кавалеры отвечали:
– Пас.., – отводя недовольный взгляд.
«О Арни», – Цинния в свои пятнадцать лет была влюблена в этого большого мальчишку, который, прожив на белом свете двадцать три года, уже считал себя жутко взрослым и любил поучать Циннию, относился к ней как к ребенку: воспитывал и заботился. А Циннию, это, конечно же, выводило из себя. Цинния… сегодня был ее триумф. Эта шокирующая пластика и зажигательность. Девочка, нарушив все законы гравитации, словно парила на красном лакировочном шаре, выделывая в своем танце немыслимые па и пируэты. Публика вначале замерла, а затем взорвалась бурей оваций.
– Брависсимо, бис!!! Ты лучшая Цинния!!! – кричали восторженные люди. И вот результат: море цветов и почти три золотых. Теперь они богачи. К тому же, дядюшка Брумс сказал, что он видел в толпе одного очень известного фоторепортера из местной газеты.
– Это удача, дети мои. Теперь все измениться. Теперь о нас узнает весь Мир, – довольно потирал ладони, старый Брумс.
Арни улыбался редко, но сегодня и он расцвел, и о чудо. Пригласил Циннию на завтрашний Карнавал Цветов.
*Весь вечер девочка не находила себе места, не зная, куда себя деть. Брумс и Арни оправились в порт по делам. «О, эти чисто мужские дела…!»
А цинния, провожая каждую секунду как Вечность, занималась разными глупыми вещами: бросала белые камушки в море, считала свои шаги, играла в прятки с тенью и рассказывала Ветру о самых заветных мечтах. А Ветер слушал и одобрительно гудел в ответ:
– Ув…да…конечно, милая. Ув-в……в…
Так Цинния заснула на заалевшем от заката теплом береговом песке у самой волны.
Вернувшийся с появлением на небе первых звезд, Арни, поворчав с минуту, взял Циннию на руки и отнес ее в их фургончик раскрашенный огромными желтыми подсолнухами. Он укрыл трепетную птицу теплым пледом из цветных лоскутов, а сам сел рядом, охранять ее сны.
*Человек в Маске из Чистого золота с горящими зелеными глазами стоял среди толпы, когда шло представление старого Брумса. Он также как и все хлопал и кричал «Бис!». Он также бросал цветы девченке акробатке. Причем в правой его руке была красная гвоздика, а в левой белая кала. Он был там, уж я то точно знаю. Но вот, если Вы спросите о нем у кого-то из тех зрителей, то получите однозначный ответ:
– Нет, мы не видели подобного господина. Золотая маска, это так странно…!? Вы наверное шутите? Вы принимаете нас за идиотов, сударь? Мы практичные люди и не терпим всяческих мистификаций!
И не сомневайтесь, так ответит любой из зрителей представления старого Брумса.
Но все же, во имя истины, Человек в Маске из Чистого золота с горящими зелеными глазами там был… Он кричал «Бис», и бросал на импровизированную сцену красные гвоздики и белые калы, думая о своем… Он…, впрочем, еще не время срывать Маски. Да и кто сказал, что такое время когда-то придет.
*Тенью Люциферова крыла легла на город ночь, ослепляя южные звезды. Злой шепоток и тридцать золотых скрепили Договор на улице Белой лошади в этот час… недоброе дело… Темные люди.., негодяи, наемные убийцы, грабители, сутенеры, профессиональные нищие, эта часть города была окраинной и звалась Серой Пустошью. Здесь селилось сплошное отребье, здесь заключались самые грязные и кровавые сделки…
Серая Пустошь улица Белой лошади. Трое в Багряных плащах шагали сквозь ночь имея на себе знаки гильдии «Несущих смерть», все трое мастера клинка. Двое в Зеленых масках – профи среди похитителей людей. Услуги всех пятерых стоили чертовски дорого, тридцать золотых скрепил Договор.
Кто же заплатил такие сумасшедшие деньги? И за что?
За тридцать золотых можно купить отличный дом в Лазурной бухте и дорогую яхту вместе с ее командой и капитаном.
Кто, кто это был?…
Это был…, да, это был Он – Человек в Маске из Чистого золота с горящими зелеными глазами.
За что он им заплатил? Ветер гудел в трубах…. шепот, злой шепот, я плохо слышал, но там прозвучало:
«Слезы Дьявы …девчонка акробатка и … и чертов силач должен умереть!
А еще:
– Бойтесь его молота, даже теперь, пока к нему еще не вернулась память!
Чепуха какая–то, но ветер шумел в трубах нищенских хибар Серой Пустоши на улице Белой Лошади, и я плохо слышал. Лишь шепот, злой шепот, тридцать золотых скрепили Договор.
*О Все краски Мира…
Желтое солнце!
Синее море!
Белый день.
Теперь Город утопал в цветах.
Цветы.., цветы, кругом цветы!!!
– Зачем цветы, когда меня не любишь Ты, – шептал ветер волне, когда та со смехом разбивалась о прибрежные скалы.
А Город утопал в цветах….
Астры, Пионы, Лилии, Нарциссы, Гладиолусы, Фиалки, Луговые ромашки и нежнейшие тропические Орхидеи, да, еще Хризантемы и тысячи других цветов. Но Цинния обожала – Розы.
Белая роза – Ты просто Мой Друг…, наши отношения чисты, как альпийский снег, но только не так холодны.
Розовые лепестки – нежное, наивное…, словно впервые. Это… влюбленность, а может.. . – Любовь?
Пурпурная роза – Ода бушующей страсти. Безумный огонь. Такая Любовь – порох!
Желтая роза – разлука… опущенные глаза и твой взгляд в сторону, тихое: «Прости…», и ледяное молчание в ответ. Зубовный скрежет. Разбитое сердце…
Циннии вдруг стало грустно, но грусть мгновенно провалилась в никуда. «О чем это она? Какие еще желтые розы?» Ведь рядом с ней Арни. Улыбающийся Арни. Арни, не отпускающий ее руки. Арни и Карнавал. А она Цинния, в фиалковом платье порхает рядышком с Арни. Арни в кожаной рубахе и синих твидовых брюках. Цинния видит, как засматриваются на него проходящие мимо нарциссовые дамы, разодетые в китайские шелка цвета пурпурных роз.
«Ну и пусть смотрят, все равно он только ее….». Сегодня утром Арни принес ей розу с лепестками цвета крыльев фламинго. Сегодня весь Мир улыбался Циннии и был разукрашен тысячами цветов. А бабочка по имени Цинния порхала по этой сумасшедшей поляне. Море масок цветов и костюмов всех эпох и народов: демоны, птицы, клоуны, священники, трубочисты и короли, восточные шейхи и разбойники с Большой дороги, святые и грешники… Сумбурный шквал неудержимой фантазии ренессансного поэта. Смех, смех – океаны смеха. Реки вина и конфетти, которым окропляла мироздание безудержно веселящаяся толпа.
Конфетти и цветной рис, они были буквально везде: под ногами, в волосах, париках, складках одежды, на деревьях, в домах, ими были усыпаны мощенные серым камнем мостовые, конфетти сыпали с балконов, из окон шикарных домов и древних ажурных мостов. Кто-то дул в рожек. Кто-то бил в бубен. Скрипка звала в безумную даль. Люди плясали и водили хороводы вокруг памятников Забытым личностям и Богам. Пели песни и пили вино, снова пели и пили.
Все в этом Городе сошли с ума!?
Нет, … просто Цветочный карнавал, раз в три года отмечают именно так.
*Пурпурная роза… и к вечеру Город не затих. Веселье – Карнавальная буря через край. Зажигались миллионы огней. Ночь дышала ароматами тысячи цветов. Ночь дышала цветами. Ночь тонула в них. Ароматы и озера света. И ночь, не ночь, когда вокруг так … огненно и шумно.
Бабочка Цинния устала, да и Арни также хотелось тишины. Когда вокруг так много людей,… безумно хочется тишины…. Харчевня «Скорпион и Дева» – подходящее место, здесь всегда малолюдно, покойно и прекрасная средиземноморская кухня. Но, не смотря на малочисленность клиентов, место это процветало. Еще одна Загадка, но на нее в нашем повествовании не будет ответа.
Многомерность бытия… свеча горела… посередине одного из столов отбрасывая три сотни теней. «Скорпион и Дева».
Двое сидели за столом, они улыбались друг другу, они смеялись и не отпускали рук, боясь заблудиться в правильности поступков. Цинния – точенная фигурка, востроглазое воплощение юности, черная копна волос, вьющаяся прядка, вспорхнув от заблудившегося ветра, закрыла левую половину лица девушки, роза цвета крыла фламинго украшала ее прическу «а ля.. я влюблена». Двое так был заняты друг другом. Весь Мир для них был – Двое.
Но я то, слышал, о чем говорили за соседним столом.
– Мистер Фут, правда, что эти чертовы камушки – «Слезы Дьявы» были застрахованы фирмой «БЛЭК и К» в сумму пол миллиона.
– Да Джек, но это большая тайна. И я… тебе этого не говорил… Ты меня понял!?
– Да, мистер Фут. Я вас понял, но черт, черт… если их украдут…?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.