Крепость на планете Цветов

Мужественный облик капитана

Необходимо отметить, что помощница капитана «Синей звезды» особой была весьма деятельной. Совершенно не умевшей и не позволявшей себе скучать. На корабле у нее имелась масса забот и обязанностей, которые она сама для себя и определила. Например, составление на каждый день обеденного меню. Робот, получив список придуманных ею блюд, тут же стремглав мчался на кухню. Гремя там кастрюлями и сковородками, воплощал в реальности ее изысканные кулинарные фантазии. Строго следя за чистотой и порядком, девочка регулярно обходила все жилые помещения. И здесь не обходилось без расторопного Шарика. Он следовал за ней по пятам, держа в четырех, а иногда и в шести руках пылесос, щетку, ведра и прочие принадлежности. Робот в любую секунду готов был броситься в тот пыльный угол, на который она укажет, и в один момент навести там сияющую чистоту.

Немало времени Аулита уделяла своей гордости – личному зоопарку и прекрасной уникальной оранжерее. Там она проводила большую часть дня, заботясь и ухаживая за собранием инопланетных растений и животных. В свободное время обожала плавать с аквалангом среди коралловых рифов. Погружаясь, девочка всегда брала с собой фотоаппарат для подводной съемки. Все стены ее комнаты украшали объемные изображения глубинных обитателей южных тропических морей.

И все же главным объектом забот Аулиты оставался, конечно же, Данила. «Он сам совершенно не способен о себе позаботиться!» – таково было ее твердое убеждение. Поэтому Аулита окружила капитана всесторонней заботой и вниманием. Вот только делала она все на свое усмотрение, мало считаясь с его мнением. Чем иногда доводила мальчика до тихого кипения. К счастью для капитана, его помощница совершенно не вмешивалась в вопросы по управлению кораблем и звездную навигацию, предоставив ему самому решать все стратегические задачи. Но что касается питания, приемов гостей, дизайну интерьеров, одежде и прическам – эти сферы она крепко держала в своих руках. Данила пытался одно время возражать против проводимых ею экспериментов. Особенно над своей внешностью. Но, в конце концов, уступил, устав слушать бесконечные доводы и объяснения.

Прежде всего, самое пристальное внимание Аулита уделяла его внешнему виду. В первом же полете она уговорила мальчика отпустить длинные до плеч волосы. С тех пор, вооружившись гелями, всевозможными фиксаторами и красками, прикусив от напряжения кончик язычка, она порхала вокруг, щелкая ножницами и жужжа феном. На голове капитана создавались все новые и новые, порой просто фантастические прически. Костюмы менялись каждый день. Аулита отправляла разработанный проект одежды в молекулярный синтезатор. Через пару минут очередной шедевр появлялся в материализованном виде. Каждое утро Шарик приносил ему новый костюм. И каждое утро, вставая с кровати, Данила первым делом косился на вешалку в гардеробе, интересуясь, какой сюрприз ожидает его там сегодня. Доходило до того, что некоторые образцы одежды он не знал, как надеть, и звал на помощь робота. Однажды, не выдержав, он потребовал у Аулиты изменения моделей костюмов в сторону их практичности и удобства.

– Не спорь, дорогой. Ты капитан «Синей звезды», не забывай об этом, – приводился железный довод против слабых попыток протеста. – Поэтому должен выглядеть достойно.

Мужественный облик капитана представлялся ей иногда весьма своеобразно. Однажды они сблизились с кораблем-разведчиком, неожиданно вынырнувшим прямо по курсу из светлых глубин туманности Андромеды. От его экипажа пришло приглашение на дружеский вечер по поводу столь знаменательной встречи. Дети приглашение с благодарностью приняли. Тут же началась суматошная подготовка, во время которой Даниле пришлось проявить неимоверные выдержку и терпение.

Благодаря ее двухчасовым стараниям, на борт звездолета-разведчика капитан «Синей звезды» прибыл в костюме… Ивана Царевича! В кафтане, расшитом серебром и золотом. На ногах красные сапожки на точеных каблуках. Сабля на поясе, усыпанная драгоценными камнями. Образ сказочного царевича дополняла, как объяснила Аулита, прекрасная исконно русская прическа, называемая «стрижка под горшок». Аулита, конечно, не забывала и о себе. В тот вечер она блистала в тяжелом от жемчуга и самоцветов сарафане и в парчовых туфельках с алмазными пряжками. Голову венчала небольшая корона из прозрачного горного хрусталя. Длинные волосы заплетены в тугую русую косу, перевитую шелковыми лентами.

Удивительно, но появление Данилы и Аулиты в столь экстравагантном виде вызвало настоящий фурор! Суровые космодесантники, все как один облаченные в однотонные невзрачные комбинезоны, разглядывали детей с восхищением. Даже с некоторой долей зависти. При расставании ребят уговорили сфотографироваться с каждым из членов команды на память. Мальчик, больше ожидавший насмешек, чем всеобщего одобрения, облегченно вздохнул. Прощаясь, он великодушно подарил десантникам свою замечательную саблю. После этого случая капитан окончательно успокоился. «В конце концов, женщины лучше знают, как должны выглядеть мужчины», – решил он для себя. Совсем скоро Даниле пришлось еще раз в этом убедиться.

Тарантул-Х12

Из Тридевятого созвездия прибыл гонец с посланием от царя Салтана. Прилетел он довольно необычным, совершенно сказочным способом. На ковре-самолете. Кабиной гонцу служил сильно запотевший изнутри большой стеклянный сосуд, напоминающий перевернутый вверх дном граненый стакан. Посланник оказался высоким розовощеким парнем. Он с поклоном протянул свиток капитану «Синей звезды». Сломав цветные сургучные печати, дети с трудом разобрались в царской грамоте, написанной на древнеславянском языке. В свитке содержалась царская просьба избавить государство от бесчинствующих в нем драконов. Сказочные рептилии, жаловался царь, повадились таскать с пойменных полей и лугов пасущийся на них крупный рогатый скот. Данила и Аулита особо обратили внимание на последние слова царя относительно их возраста. «Прошу вас о сем по наущению ученого мужа Александра, сына Константинова. Он прилетал к нам на чудо-ракете, извергающей пламя и искры, заниматься некими учеными изысканиями в моем царстве-государстве. Хотя, – писал в конце царь, – разумею, что вряд ли сие великое и тяжкое ратное дело будет по силам столь юным, как вы, отрокам. Ибо уже двадцать восемь витязей славных и паче великовозрастных сгинуло в боях с сими чудищами». Ученый изыскатель Александр Константинович Костиков, порекомендовавший Салтану обратиться за помощью к Даниле и Аулите, являлся давним знакомым семьи Селивановых и Дежневых. Странствуя по Галактике, он в одиночку проводил геологическую разведку на всех открытых недавно планетарных мирах.

Экипаж «Синей звезды» никогда и никому не отказывал в подобных просьбах. Они незамедлительно направили звездолет в Тридевятое созвездие на планету с чудесным названием Лукоморье. Аулита, поразмыслив над царскими сомнениями, тут же придумала способ, как эти сомнения развеять. Девочка всего лишь позаботилась об эффектных нарядах для себя и Данилы. Мальчик вначале с сомнением разглядывал приготовленный для него костюм.

– Аулитка, тебе не кажется, что на этот раз ты немного переборщила? Может все-таки лучше в костюме Ивана Царевича или что-нибудь в этом роде?

– Там таких царевичей, как котов ходит, – последовал лаконичный ответ.

– Но к чему на скафандрах вся эта мишура, иллюминация? Мы же будем выглядеть как ненормальные! – высказал ей Данила свои опасения. – Они в этом царстве-государстве еще в каменном веке живут.

– Вот и хорошо!

– Что хорошо?

– То, что мы будем выглядеть необычно. Не забывай, двадцать восемь нормальных рыцарей там уже свои головы сложили. Так что теперь очередь за нами, за ненормальными.

Капитан с интересом выслушал пояснение, произнесенное совершенно в духе ее непостижимой логики. И возражать не стал.

В ожидании юных героев царь Салтан величественно восседал на золотом троне. К подножию трона вели три серебряные ступеньки, инкрустированные затейливым узором из самоцветов. Слева и справа от царя стояли двенадцать рослых стражников-богатырей в белых кафтанах и белоснежных меховых шапках. По поясу и груди воинов обвивали золотые цепи. Одною рукой они сжимали драгоценные рукояти изогнутых сабель в серебряных ножнах. Другой рукой придерживали лежавшие на крепких плечах острые, зеркального блеска секиры. Вдоль стен на длинных лавках, покрытых дорогими восточными коврами, чинно сидели бородатые бояре, облаченные в одинаковые долгополые собольи шубы и высокие лисьи шапки.

Распахнулись парадные резные двери. На полусогнутых ногах вбежал слуга. Показывая назад дрожащей рукой, огласил срывающимся от волнения голосом:

– В-ваше царское ве-еличество, п-прибыли гости до-до-дорогие!

– Прибыли? – оживился царь. – Ну, так зовите сюда сих звездных отроков! Посмотрим, хе-хе, на воинов. Говорят, им чуть более чем от горшка два вершка! Хе-хе-хе… Зови! – приказал Салтан и, предвкушая веселое зрелище, подмигнул своим боярам.

Те в ответ преданно заморгали сонными глазами и поддержали царя на разный лад:

– Хо-хо-хо!.. Посмотрим!.. Ге-ге-ге!.. Два вершка!.. Ха-ха-ха!.. От горшка!.. Ох, и скажет же наш царь-батюшка!

Данила и его помощница, предстали перед царскими очами очень эффектно. В светящихся скафандрах, предназначенных для ремонтных работ в условиях абсолютной темноты. Увешанные всевозможным современным оружием. На шлемах безостановочно вращались антенны ближней связи. В тронный зал они не вошли, а стремительно влетели, используя антигравитационные поля, испускаемые заплечными ранцами. При появлении двух невероятных фигур смешки один за другим смолкли. В зале воцарилась звенящая тишина.

Проплыв по воздуху через весь зал, дети остановились перед царским троном. Данила и Аулита молча парили, слегка покачиваясь, примерно в метре от пола. Его Царское Величество побледнел лицом, увидев вместо привычных витязей неких грозных фантастических воинов. Тяжелые латы пламенели волнами розового и голубого пламени. Пикообразные антенны на безглазых шлемах вращались подобно буравам. И в руках не понятно что – железные дубины не дубины, но тоже что-то очень страшное. Бояре, прижавшись широкими спинами к стенам, сидели с открытыми ртами, выпучив от страха глаза.

Не давая никому опомниться, в зал с тяжелым железным лязганьем, от которого покрылись трещинами каменные плиты, вкатился Шарик. Это был уже не тот элегантный и легкий в движениях белоснежный Шарик. В тронный зал вкатился грозный боевой робот, первоначальное имя которого Тарантул-х12. Иссиня-черный шар из сверхпрочного металлического сплава выпустил во все стороны восемь стальных ног и приподнялся над полом. Теперь он полностью соответствовал своему названию. Посреди зала стоял гигантский угрожающего вида, весь покрытый острыми изогнутыми шипами металлический паук! В глубокой щели на корпусе светились огоньки маленьких красных глаз. Со скрежетом выдвинулись вперед стальные челюсти-клещи, способные сокрушать на своем пути камни и перекусывать стальные балки. Передняя пара лап медленно поднялась. Казалось, что страшный тарантул готов к стремительному и смертельному прыжку на любого, кто сейчас вздумает хоть немного пошевелиться.

В полной тишине звякнули и покатились по серебряным ступенькам символы царской власти – жезл и скипетр, выпавшие из ослабевших рук. Салтан судорожно вцепился побелевшими пальцами в подлокотники трона. Он порывался встать, но ноги его не слушались…

Обо всем позаботилась Аулита, готовясь достойно предстать перед светлыми царскими очами. Кроме одного. Она забыла протереть пыль, скопившуюся в скафандрах и шлемах. Эта амуниция долгое время провисела в шкафу без применения, поэтому слегка запылилась. Пыль, начавшая беспокоить мальчика сразу, как только он надел скафандр, вынудила его чихнуть в самый неподходящий (или подходящий?) момент.

Еще на звездолете Данила спросил: «Аулита, зачем ты включаешь на полную мощность переговорные устройства?» «Это для того, чтобы наши голоса прозвучали внушительнее», – объяснила девочка. Неожиданно получилось так, что раньше внушительных голосов прозвучал еще более внушительный чих капитана. Многократно усиленный репродуктором он прозвучал в зале как взрыв артиллерийского снаряда!

Такого потрясения нервы присутствующих выдержать, конечно же, не смогли. В царской свите началась паника.

– Бояре! Бороды спасай! – пронесся клич среди бояр.

– Лихо нам! Ой, лихо! – вразнобой откликнулись на истошный призыв другие панические голоса.

– Пустите!!! Не то сожрут меня чудища окаянные!

– Это все за грехи наши тяжкие! Говорил же я вам, братья, не надо было подати-то с народа лишние взимать…

Высокие и широкие дворцовые двери не могли одновременно пропустить всех желающих выйти. Образовалась давка. Трещали ребра царских советников и раздираемые в клочья шубы. Через две минуты зал опустел. Салтан остался совершенно один. Сбежала даже стража. На полу вокруг трона валялись брошенные телохранителями топоры, клочья собольего меха и боярские шапки. Обмякший на троне царь приготовился принять лютую смерть.

Данила и Аулита поспешно сняли шлемы и бросились успокаивать Салтана. Тот с удивлением и радостью рассматривал улыбающиеся юные лица и понемногу успокоился. Окончательно придя в себя, он даже несколько посочувствовал драконам, понимая, что теперь им уж точно придется совсем несладко.

Предчувствие его не обмануло. Четверо огнедышащих любителя телятины поплатились головами за свой необузданный аппетит. Зубы драконов, в соответствии с давней рыцарской традицией, Данила торжественно высыпал из перчатки на стол перед плачущим от счастья царем.

– Вот видишь, Даня, как все хорошо получилось, – подвела затем итог Аулита. – А явись мы к царю в коротких штанишках с чупа-чупсами в руке. Что тогда? Посмотрел бы он на нас, вывел бы обоих за ворота и поддал коленом пониже спины. А драконы, тем временем, последних коров сожрут. И останутся дети без молока с задержкой в развитии. Разве не так? Капитану оставалось в знак согласия лишь молча развести руками.

Виртуальная звезда

Девочка засиделась перед монитором до позднего вечера, изучая и конспектируя труды известных классиков, педагогов и философовгуманистов. Подготовила на следующий день основательный план первого урока, сложила отпечатанные листки в папку и только тогда отправилась спать. Проснулась рано и в прекрасном настроении. Торопливо позавтракала, выпила стакан фруктового сока и выскочила из комнаты. Бегущая дорожка, извиваясь по бесконечным коридорным туннелям, вынесла ее к заветным дверям.

– Океан, пляж! – звонко и нетерпеливо отдала она команду.

Пропуская девочку, дверь гибко всколыхнулась и стала прозрачной. Перед Аулитой открылся чудесный вид голубой лагуны. Она побежала по горячему песку к белому береговому прибою. На бегу сбросила легкую тунику. Сложив над головою ладошки, рыбкой нырнула в набежавшую с шумом изумрудную волну. Водная лазурь расступилась, с удовольствием принимая ее разгоряченное тело. От освежающей прохлады океана перехватило дыхание. Аулита открыла глаза и увидела удирающих по желтому дну крабов. Пеструю рыбу, с достоинством уплывавшую в таинственную глубину. Хрустальную медузу, пульсирующую фиолетово-розовой бахромой, повисшую над головой, словно торжественная люстра в парадном зале. Исчерпав запас воздуха, девочка вынырнула. Проплыла немного, сделав несколько сильных гребков, перевернулась на спину и закачалась на волнах. Над нею раскинулось бездонное, как сам океан, небо с несущимися в порывах ветра перистыми облаками.

Рядом стремительно пролетели две чайки и, едва не коснувшись крыльями волн, дружно взмыли ввысь.

– Я люблю вас, облака! Я люблю вас, чайки! Будьте счастливы! – крикнула она им вслед и, помахав на прощание рукой, поплыла обратно.

Набежавшая сзади волна помогла девочке выйти на берег. Попрыгав на одной ножке, Аулита присела на большой теплый валун.

Подножие камня лизали длинные шипящие языки океанского прибоя. Наслаждаясь восхитительным пейзажем, высушила волосы. Затем, подхватив лежавшую на песке одежду, быстро прошла между двумя склоненными друг к другу пальмами. Вновь растворившаяся дверь пропустила девочку в реальный замкнутый мир космического корабля. Мир, ограниченный стальной оболочкой, за которой холодная пустота. Пустота, которую оказались не в силах разогреть миллиарды и миллиарды пламенеющих повсюду светил. Она постояла немного, привыкая к перемене ощущений. Подумав, негромко позвала:

– Звездочка!

Возникшее слева свечение подсказало Аулите, где появится разум звездолета, воплощенный в человеческий образ. Сверху пролился сверкающий дождь из золотых и голубых блесток. Когда он прекратился, появилась Звезда, мудрая, всезнающая, с неизменной улыбкой на губах.

– Доброе утро, Аулита. Как ты сегодня спала?

– Спасибо, заснула как убитая. Устала за день очень. С этой шайкой столько хлопот, ты не представляешь. Они просто несносны!

– Знаю, знаю, – сочувственно сказала Звезда. – Не забывай, милая. Иногда они выглядят совершенно безобидно, но все же они демоны и уже сделали свой выбор. Ты можешь зря потратить время и усилия.

– Ничего, как-нибудь справлюсь.

Звезда рассмеялась. Ее смех прозвучал перезвоном серебряных колокольчиков, принесенным дуновением ветерка откуда-то издалека, с цветущих цветочных полей. Переливчатый и очень мелодичный.

– Сочувствую тебе. Но все же желаю удачи.

– Скажи, а где сейчас Данила? Он мне срочно нужен.

– В данный момент капитан находится во втором ландшафтном зале, Аулита. Он вошел в него два часа назад, – ответила Звезда.

– Ага, понятно. Ладно, я побежала. Пока!

– Пока, Аулита.

Банан в антарктиде

Девочка сошла с эскалаторной ленты и остановилась перед дверью, за которой находился второй ландшафтный зал. Но входить туда не торопилась. Вваливаться вот так, не узнав предварительно, в какой обстановке находится там капитан, крайне неразумно. У нее уже был небольшой опыт на этот счет. Как-то раз Аулита точно так же искала Данилу. Девочка опрометчиво вбежала к нему в ландшафтный зал, не поинтересовавшись вначале, какой уголок природы выбрал для себя капитан на этот раз. В одном легком платьице, шлепанцах на босую ногу, держа в правой руке надкусанный банан, она вошла в пропустившую ее по команде дверь. Сделала шаг и тут же провалилась по пояс в снежный сугроб! Одновременно она услышала ужасающий рев океана. Шум прибоя, сокрушавшего береговую линию. Грохот, похожий на раскатистые, многократно повторяющиеся пушечные залпы. В ту же секунду тело девочки пронзило шквалом ледяного ветра. По лицу больно, словно битым стеклом, хлестнуло секущим снегом. Из-за инея, мгновенно слепившего ресницы, Аулита с трудом открыла глаза. В снежных вихрях она едва различила неподвижную фигуру капитана.

Скрестив на груди руки, мальчик стоял на заснеженной возвышенности. Он был одет в меховую ветровку с опущенным капюшоном. Лицо закрывали поднятый воротник свитера и большие защитные очки. Данила, не отрываясь, смотрел, как от берегового шельфа со страшным треском откалываются огромные ледяные скалы. Обрушиваясь в воду, они поднимали многометровые фонтаны брызг. Огромные льдины медленно и величаво уплывали прочь от берега, уносимые течением и громадными свинцово-тяжелыми океанскими волнами. Капитан, оказывается, наблюдал, как рождаются айсберги. Каким-то образом он почувствовал появление рядом своей помощницы. Обернулся и крикнул: – Это Антарктида! Пойди оденься, здесь минус пятьдесят два!

– М-мам-мочка, м-моя… – только и смогла произнести Аулита, с трудом выбираясь из сугроба.

В коридоре она долго приходила в себя. Стоя босиком, продолжала вздрагивать и выстукивать дробь зубами. Вспомнила про банан. Посмотрела на побелевшую ладошку. Его в ней не оказалось. Банан выпал из онемевших пальцев и остался там, за дверью, в Антарктиде.

Девочка осторожно коснулась двери. Блестящая поверхность пришла в движение. В месте прикосновения появились волнообразные концентрические круги, словно от брошенного в воду камешка. Аулита осторожно погрузила в вибрирующую поверхность пальчик, затем ладонь. Тепло! Но тут!.. Она быстро выдернула ее обратно. На запястье, надуваясь от выпитой крови, сидел комар. Прихлопнув его ладонью, немного почесавшись, она пожелала покойному всяческих успехов в загробной жизни и смело шагнула вперед…

Капитан «Синей звезды» сидел с удочкой на берегу озера, заросшего камышом и кувшинками. Данила внимательно наблюдал за ярким бело-красным поплавком, неподвижно маячившим на стеклянной водной глади. По бортовому времени поздний вечер, а здесь только-только расцвела зорька. Радуясь новому дню, дружно квакали лягушки. Над поверхностью озера носились стремительные стрекозы, порхали невесомые бабочки. Одна из стрекоз с лету уселась на закачавшийся поплавок.

– Ну как клюет? – спросила девочка, устраиваясь рядом с ним на мягкую травку. – Ой! Какой ты у меня лохматый… смешной!

Она поправила небольшой ирокез у него на голове, который сама же и соорудила накануне.

Не отрывая взгляда от поплавка, мальчик достал из воды садок с тремя трепещущимися в нем красноперками.

– С вечера место прикормил, и пошло дело. Вот позавчера вообще клева не было. Дождик моросил, ветер северный… – Ой! Какой славный!

Аулита ловким движением выхватила из воды зазевавшегося лягушонка. Удерживая земноводное двумя пальцами, поднесла его к глазам.

– Даня, посмотри какой красавчик! Как смешно он ножками дрыгает. Наверное, хочет научиться плавать. Дай-ка я его поцелую.