Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI – XII вв. Археологические исследования

Благодарности:

Равшан Тохтаев архитектор-реставратор

Wladimir Garber – верстка, издатель

© Нина Борисовна Немцева, 2022

ISBN 978-5-0056-3374-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Н. Б. Немцева

Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI – XII вв.

(Археологические исследования)

Краткая аннотация

Монография посвящена итогам многолетних археологических исследований (1973—2001 гг.) выдающегося памятника архитектуры Средней Азии XI – XII вв. Рабат-и Малик (перс. «Царская крепость»), от которого в степи на главной трассе между Самаркандом и Бухарой сохранился лишь входной портал. Еще в середине ХХ в. слева от портала можно было видеть стену главного фасада с массивными полуколоннами – гофрами и угловую смотровую башню. Напротив портала до сих пор существует купольное подземное водохранилище – сардоба того же времени.

В результате первых в истории Рабат-и Малика археологических исследований удалось получить представление о внешнем и внутреннем облике исчезнувшего архитектурного шедевра Средней Азии тысячелетней давности – степной резиденции Караханидов XI – XII вв.

В процессе раскопок был выявлен уникальный дворовый план «Царской крепости», с четким делением на две функционально и планировочно разные половины – дворцовую и хозяйственную, а также собран огромный вещественный материал – артефакты по разному виду ремесел и предметов искусства. Впервые прослежена динамика развития бытовой керамики Бухарского оазиса на длительном промежутке времени (с XI до XVIII вв.).

«Царская крепость» была возведена в степи во второй половине XI в. караханидом Шамс-аль Мульком Насром («Султан мира» по надписи на портале), являлась роскошным по декоративному убранству загородным дворцом – резиденцией тюркских правителей из династии Караханидов, владевших землями Мавераннахра в XI—XII вв.

Степная крепость-дворец была окружена двумя мощными сырцовыми стенами, в северной половине заключала царский дворец в окружении фруктового сада и дворцовой кухни. У входа во дворец находилась небольшая мечеть. В южной половине крепости было 2 обширных хозяйственных двора с конюшнями и баней. От главного входного портала к дворцу вела широкая аллея.

«Царская крепость» снабжалась водой из двух купольных сардоба. Одна существует перед южным фасадом Рабат-и Малика, вторая находилась у северо-западной части «дворцового комплекса». В начале ХХ в. еще можно было видеть котлован этой сардобы.

«Царская крепость» функционировала около 7 столетий, с XI в. до начала XVIII в., она была частично реконструирована в XII, XIV—XVI вв.

С крушением династии Караханидов после завоевания Мавераннахра Хорезмшахами в начале ХШ в., а затем монгольским нашествием в 20-е годы XIII в., Рабат-и Малик утратил роль династийной резиденции, но оставался благоустроенной, роскошной по декору, престижной крепостью в степи, где отдыхали последующие правители Средней Азии.

Как сообщают письменные источники, в XIV в. в Рабат-и Малике останавливался Амир Темур, а в середине XVI в. – правитель Бухары Абдуллахан из династии Шейбанидов (Хафиз Таниш ибн Мир Мухаммед Бухарий, Абдулланома, 11 жилд, Ташкент, 1969). В XIX в. «Царская крепость» была в руинах, но водохранилище-сардоба перед южным фасадом служила местом пристанища путников и деловых людей, как сообщает местная пресса.

В результате проведенных археологических исследований впервые были получены реальные данные, свидетельствующие о высоком уровне строительного и декоративного искусства загородных дворцовых комплексов XI—XII вв. в западном Мавераннахре.

Работа будет интересна историкам, археологам, этнологам, искусствоведам и широкому кругу читателей. Материалы исследований Рабат-и Малика могут быть востребованы в международном туризме.

РЕЦЕНЗИИ

Заключение о монографии Н. Б. Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов ХI-ХII вв. (археологические исследования)»

Автор книги – Н. Б. Немцева – известный археолог, вся научная жизнь которой связана с археологическими исследованиями архитектурных памятников Средней Азии. Она выполнила самые полные и подробнейшие археологические и архитектурные исследования таких значимых и исторически сложных комплексов, как Шах-и Зинда (Самарканд), Фатхабад (Бухара) и исследуемый в данной книге комплекс Рабат-и Малик. Н. Б. Немцева является, пожалуй, едва ли не последним представителем данного научного направления.

Несмотря на ранее ошибочно укоренившемуся в научной литературе представлению, что Рабат-и Малик является караван-сараем, Н. Б. Немцевой удалось доказательно установить подлинную первоначальную функцию комплекса Рабат-и Малик, как «Царскую крепость» – загородную резиденцию Караханидов XI—XII вв.

В монографии, четко определены периоды перестроек и изменений планировочного, архитектурного и декоративного облика внутреннего пространства крепости в зависимости от потребностей каждого период в истории этого выдающегося памятника архитектуры.

Монография Н. Б. Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI—XII вв. (археологические исследования)» является ярким примером для современных и будущих исследователей того, как необходимо изучать архитектурные памятники и как интерпретировать полученные при раскопках археологические данные.

Публикация этой монографии в настоящее время весьма актуальна и своевременна, ибо это одно из лучших и редких сейчас исследований об архитектурных памятниках, несомненно, вносит большой вклад в историю архитектуры не только Узбекистана, но и Средней Азии в целом.

Ртвеладзе Эдвард Васильевич

Академик Академии наук Республики Узбекистан,

доктор исторических наук, профессор

Рецензия на монографию Н. Б. Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов, ХI-ХII вв. (археологические исследования)»

Несомненно, генезис этой категории дворцов уходит в доисламские времена. Из китайских источников мы знаем, что в Иране эпохи Сасанидов сохранялась традиция возводить несколько царских резиденций. Об этом прямо сказано в одной из хроник ранней Танской династии (VII в.): «Владетель, кроме главного дворца, имеет еще около десятка небольших дворцов в других местах, подобно загородным дворцам в Срединном государстве. Ежегодно в четвертой луне он предпринимает путешествие по внешним дворцам, а в конце десятой луны возвращается» (Бэйши, гл. 97, стр. 167—168. Цит. по: Бичурин 1998: 270).

Казалось бы, дворец и караван-сарай, если рассматривать их в историко-теоретическом плане, это два разных архитектурных типа, мало похожих по объемно-планировочной структуре и уровню декоративно-художественной отделки. Более того, это объекты разных онтологических категорий, обладавшие изначально противоположным общественным статусом.

Дворец – это изолированное, почти сакральное пространство обитания власти, куда имеют доступ лишь избранные. Это символ элиты, богатства и мощи государства. А караван-сарай, напротив, открыт и доступен для всех, это символ гостеприимства и равенства, где рядом могли оказаться богатый купец и нищий аскет, рабовладелец и невольник, разбойник и святой – все одинаково уставшие в пути. Наконец, в силу своей утилитарности караван-сарай несравнимо более массовый тип сооружения, чем дворец. Но дворцовая архитектура не просто многообразна во всех отношениях, она имеет свою достаточно сложную типологию – от столичных имперских комплексов до загородных летних ставок.

Автор монографии путем всестороннего и глубокого анализа археологических материалов, письменных источников и архитектурно-декоративного облика дворца удалось раскрыть истинную суть этого сооружения – как загородного дворца и раскрыть все архитектурно-планировочные изменения происшедшие за период эксплуатации этого комплекса. Подобные публикации в настоящее время крайне редкие и несомненно публикация данной монографии является весьма актуальной и внесет свой вклад в изучении истории Средней Азии.

Р. Г. Мурадов

Доктор архитектуры (Туркмения, Ашхабад)

Заключение о монографии Н. Б. Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов ХI-ХII вв. (археологические исследования)»

Нина Борисовна Немцева – опытнейший специалист по средневековой археологии и архитектуре Средней Азии, чьи исследования таких основополагающих объектов зодчества, как Шах-и Зинда и Рабат-и Малик, признаны во всем мире. Ее многолетние изыскания ценны тем, что в них сконцентрированы как плоды ее собственных работ, которые она проводит в течении многих десятилетий, так и обобщенный опыт многих поколений.

Подготовленная ею монография «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI—XII вв. (археологические исследования)», без сомнения, будет очень полезным научным трудом, так как подводит итоги ее раскопочных работ, позволивших по новому интерпретировать этот замечательный памятник и понять, что это не караван-сарай, хотя бы и «царский», но комплекс зданий дворцового назначения. Необходимость издания этой книги заключается в том, что выходившее несколько лет назад под эгидой Французского института Центрально-азиатских исследований (IFEAC) издание, посвященное Рабат-и Малику, практически не содержало самого главного компонента – публикации археологических материалов, на которых, во многом, и строится как анализ хронологии, так и интерпретация комплекса.

Много раз мы были свидетелями того, как плоды исследований ученых оставались не опубликованными полностью, так как автор не успевал подвести итоги своих работ, не успевал, образно выражаясь, поставить заключительную точку своего труда. Н. Б. Немцева, благодаря своему завидному долголетию, кипучей энергии и чувству долга подготовила полную публикацию материалов по замечательному памятнику архитектуры и истории Рабат-и Малик. И издать ее труд на хорошем полиграфическом уровне – это не только благое дело, но и ценный вклад в науку. Уверен, что такая книга будет востребована многими поколениями ученых и всех, кто интересуется богатой историей и культурой нашей Республики и всей Средней Азии.

Дж. Я. Ильясов

Ведущий научный сотрудник Института искусствознания АН РУз, кандидат искусствоведения

Рецензия на монографию Н.Б.Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI – XII вв.»

Монография подводит итоги многолетних археологических исследований (1973—2001 гг.) одного из самых известных и в тоже время до недавнего времени ошибочно причисленного многими учеными к распространенной типологии караван-сараев памятника архитектуры Средней Азии XI – XII вв. Рабат-и Малика (перс. «Царская крепость»). Археологическое исследование с перерывами на протяжении десятилетий во второй половине ХХ в. знакового памятника архитектуры имеет особое значение в свете новых взглядов на архитектуру Средней Азии эпохи Караханидов.

Самоотверженная деятельность археолога Немцевой Нины Борисовны по изучению Рабат – и Малика, дала возможность ученым оценить и заново осмыслить архитектуру, строительную культуру, хозяйство, экономику, административную и политическую структуру караханидского общества.

В рассматриваемой монографии сделан исчерпывающий анализ, насколько это возможно по материалам раскопок, и научное обоснование историко-архитектурных аспектов, функционального зонирования, композиции, объемно-планировочного решения и исторического фона строительства и жизни Рабат – и Малика.

Называя Рабат – и Малик в разных публикациях «Царской крепостью», «Степной резиденцией караханидов» Немцева Н. Б. хотела обозначить саму суть этой дворцовой постройки в степи, находящейся вдали от административных центров и, в тоже время, несущей в себе черты и образ столичного имперского сооружения. Рабат – и Малик является, по выражению автора «ярким выразителем особенностей синкретичной строительной культуры Средней Азии ХI-ХII вв.».

Синкретичность подразумевает соединение в архитектуре Рабат —и Малика старых и новых строительных приемов, выразившихся в использовании древних строительных материалов пахсы и сырцовых кирпичей и, наилучших качеств жженого кирпича, как конструктивного материала, позволившего возвести 18 метровый купол над восьмигранной ротондой дворца и явившегося без преувеличения, вершиной строительного искусства Среднего и Ближнего Востока ХI-ХII вв.

Монография Н. Б.Немцевой убедительно показывает что Рабат —и Малик соответствовал своему названию «Царская крепость», являясь уникальным, сложным по архитектурному замыслу и роскошным по декоративному оформлению сооружением дворцового типа со всеми атрибутами комфортабельной крепости-резиденции, правительственной ставкой караханидов.

В монографии скрупулезно проанализированы культурные слои сложного сооружения, бытовая керамика, архитектурный декор с подробным разбором мотивов и деталей, конструкции (арки, своды, купола) и планировка дворца с подробным назначением помещений, строительные материалы, эпиграфика, собран огромный вещественный материал – артефакты по различному виду ремесел и предметов искусства.

Такие результаты исследования впервые выполнены на крупнейшем руинированном памятнике архитектуры Средней Азии и которые позволяют сравнить степную резиденцию Караханидов с арабскими дворцами (Мшатта, Охейдир, Самарра) по функции. Архитектура эпохи Караханидов стала значительным культурным явлением в истории Средней Азии и оставила глубокий след в мировом зодчестве. Монография Н. Б. Немцевой «Рабат-и Малик – степная резиденция Караханидов XI – XII вв.» яркое подтверждение такого вывода и особенно актуальна, когда народы Средней Азии заново осмысливают свое культурное достояние и идентичность.

Текст книги изложен простым и ясным языком и богато иллюстрирован с обширной библиографией. Учитывая, выше изложенное, потребность предложенного материала для широкого круга специалистов, в учебных заведениях ВУЗ-ов в странах Средней Азии и Казахстана и для широкого круга читателей рекомендую для издания монографию Н.Б.Немцевой «Рабат-и Малик- степная резиденция Караханидов XI – XII вв.»

Иманкулов Джумамедель Джумабаевич.

Заслуженный деятель культуры Кыргызской Республики, директор Научно- исследовательского проектного института НИПИ Кыргызреставрация, профессор кафедры «Реставрация и реконструкция архитектурного наследия» Института Архитектуры и дизайна Кыргызского Госудаственного университета строительства, транспорта и архитектуры им. Н. Исанова, доктор архитектуры, академик Международной Академии архитектуры МААМ-ЕВРАЗИЯ (Москва).

ВВЕДЕНИЕ1

Монументальные памятники гражданской и культовой архитектуры являются знаковым явлением в культуре и искусстве народов мира. Это не только индикатор архитектурного стиля и моды, но и мощный аккумулятор инженерно-технических достижений и уровня развития разных областей науки и техники той или иной эпохи в истории края.

Изучение архитектурного наследия Средней Азии открывает многие неизвестные страницы культуры прошлого этого древнейшего очага цивилизации Евразийского континента.

Дворцы, мавзолеи, мечети, медресе строились, главным образом, в столицах и крупных центрах Средней Азии (Самарканд, Бухара, Узген, Мерв, Термез и др.). В окрестностях этих городов правители возводили загородные крепости дворцово-паркового типа.

Возведение загородных «дворцовых комплексов» в средние века было широко распространено по всей Евразии от Китая на востоке до Испании на западе. Эта традиция уходит в глубокую древность (сады Семирамиды в передней Азии, загородная столица Персеполь в Иране, загородные дворцовые комплексы в Испании – Альгамбра близ Кордовы, Версаль, Петергоф под Петербургом, многочисленные загородные дворцы в Китае (Р. Г Мурадов. ЗВОРАО, Новая серия, стр. 1085).

Рабат-и Малик (перс. «Царская крепость») – загородный дворцовый комплекс Караханидов – находился в степи Малик (царская степь) близ старого Кермине (23 км) на главной трассе между двумя культурными центрами – Самаркандом и Бухарой. Здесь пролегал «Великий Шелковый Путь», соединявший страны Средиземноморья и Китай. В период арабской экспансии эта дорога охранялась большим арабским гарнизоном, выставленным в специальных крепостях вдоль нее2. Во времена Наршахи (Х в.) значение дороги между Самаркандом и Бухарой столь возросло, что ее называли царской – «Шох-Рох»3.

В настоящее время Рабат-и Малик почти полностью исчез с лица земли. Над ровной безлюдной степью высится лишь одинокий портал, который местные жители называют уже не Рабат-и Малик, а «Бухарские ворота». Немногим более ста лет потребовалось, чтобы руины монументального, величественного сооружения, зафиксированные в 40-е годы ХIХ в. (А. Леманн) исчезли. Фактически это уже памятник археологии, требующий соответствующих методов изучения.

Рядом через дорогу стоит второй памятник архитектуры той же эпохи – купольная сардоба – гидротехническое сооружение XI в., полуподземное водохранилище, главный источник воды на всех этапах существования «Царской крепости». Вода в сардобу (кроме талой) подавалась из реки Зеравшан через канал Нарпай и систему мелких арыков.

Кроме сохранившейся южной, в северо-западной части Рабат-и Малика была вторая сардоба, о которой сообщает местная пресса в начале ХХ в. (В. Ерещенко. Туркестанские ведомости, 1911 г.). Эта сардоба снабжала водой северный «дворцовый комплекс» с фруктовым садом и дворцовой кухней. В середине ХIХ в., во время посещения памятника А. Леманом еще функционировал фруктовый сад и сардоба.

Рабат-и Малик давно вошел в специальную и обзорную литературу, как выдающийся памятник зодчества средневековой Средней Азии. Известен в публикациях, главным образом, по мощным сомкнутым полуколоннам – гофрам на главном фасаде, руины которого сохранялись в степи еще в 20-40-е годы ХХ в. и главному входному порталу, покрытому выразительным орнаментом из восьмиконечных звезд и полу-крестовин с изящными вставками тонко моделированного резного ганча.

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ

Впервые сведения о Рабат-и Малике появились в немецко-русской печати в первой половине ХIХ в. (1841—42 гг.). Участники официальной дипломатической русской миссии под руководством К. Ф. Бутенева4, отправленной в 1841—42 гг. ко двору Бухарского эмира, были удивлены величественными руинами средневековой крепости в степи Малик на подходе к Бухаре.

Руины заброшенного, но все еще сохранявшего обаяние древности степного укрепления, оставили большое впечатление у членов миссии. Участник экспедиции ориенталист Н. В. Ханыков ограничился кратким свидетельством наличия древней крепости в степи, в то время как натуралист А. Леманн оставил бесценный по важности документ середины ХIХ в. – зарисовку главного фасада (рис. 1), украшенного гофрами с входным порталом на оси, руины внешней окружной стены с первым порталом, а также довольно подробное описание внутреннего устройства «Царской крепости» (замок по А. Леману), угаданного по руинам.

Рис. 1. Рабат-и Малик, 1841—42 гг. (рис. А. Лемана из книги «Alexander Lehmann, s Reise nach Buchara und Samarkand in den Jahren 1841 und 1842»)

А. Леманн называет большой фруктовый сад, примыкавший к дворцу в северной половине Рабат-и Малика – важнейший факт для характеристики степной резиденции Караханидов. А. Леманн также собрал предания, бытующие среди местного населения, отражавшие реальную историю памятника: «руины укрепленного замка, который процветал 700—800 лет тому назад, являлся жилищем хана и его наследников, был выстроен одним из кочующих вождей Мавераннахра – Мелик-ханом»5.

Текст сопровождает зарисовка главного южного фасада с гофрами, двумя угловыми башнями и входным порталом, а также фрагмент второй окружной стены с порталом.

А. Леманн правильно понял общий план и назначение «Царской крепости» как загородного замка Мелик-хана (Султана мира – по персидской надписи на портале) Это самое раннее описание оплывших руин Рабат-и Малика еще достаточно выразительных в ХIХ в.

Привожу небольшой фрагмент из немецкого текста А. Лемана, который к сожалению, остался не востребованным посетителями «Царской крепости» второй половины ХIХ-ХХ вв. и вызвал досадную путаницу в понимании функции памятника, которая кочует по публикациям до сих пор.

«Через ворота, весьма массивного устройства, перекрытые готической аркой, входят во внутрь укрепления. Здесь лежат различные беспорядочно упавшие обломки и груды камней, которые позволяют нам лишь догадываться, чем они были раньше. Однако, определенно можно скоро распознать за входом с обеих сторон узкие, параллельно идущие сводчатые галереи, похожие на конюшни. Затем попадают в довольно просторный передний двор, откуда узкий проход ведет в главное помещение (замок в северной части крепости – Н. Н.). Это последнее образует большое отдельное круглое здание (купольная восьмигранная ротонда в центре дворца – Н. Н.), на внутренних массивных стенах которого воздвигнуты готические колонны; они еще довольно хорошо сохранились и украшены различными рельефными арабесками; когда-то на них покоился высокий сводчатый купол этой ротонды, который теперь обрушился; крупные и мелкие обломки его покрывают пол здания. Так как стены не имели окон, то свет должен был падать сверху.

В глубине этого круглого помещения находится маленькая дверь, ведущая в последнюю комнату, из которой попадают теперь в большой фруктовый сад.»

Краткое описание руин Рабат-и Малика А. Леманом в середине ХIХ в., определение назначения памятника, отдельных строений на территории крепости оказались верными, как показали археологические вскрытия в ХХ в.

После миссии К. Ф. Бутенева и описания Рабат-и Малика А. Леманом памятник посещали различные представители российских ведомств и иностранные путешественники (Н. Ф. Ситняковский, Н. А. Маев, А. Г. Вамбери, Э. Скайлер, И. А. Беляев и др.), которые ничего не прибавили к информации А. Лемана. Западной науке памятник оставался неизвестным на том этапе.

В конце ХIХ в. о Рабат-и Малике краткие заметки в местной печати оставили Н. Маев (1875 г.) и А. Вамбери, которые не вникли в публикацию А. Лемана, назвали «Царскую крепость» караван-сараем. Эта ошибка надолго закрепилась за памятником и кочует по публикациям до сих пор.

Рис. 2. Оплывы внешних стен Рабат-и Малика (снимок 20-х годов ХХ в.)

В 1911 г. у Рабат-и Малика побывал В. Ерещенко, который оставил два важных наблюдения о памятнике – сообщил о второй сардобе (глубокий круглый котлован с выбранной кладкой) за внешней стеной в северо-западной части крепости. Эта сардоба снабжала водой дворец «Царской крепости», фруктовый сад и кухню. В. Ерещенко также сообщает о стражнике, которого бухарский Эмир поставил для охраны крепости.

Рис. 2а. Сардоба (слева) и стены Рабат и-Малик (справа),1924—1936 гг.

Второе наблюдение В. Ерещенко касается большого количества фрагментов цветной наборной мозаики (майолики?) ХIV-ХV вв. в строительном мусоре, которые он видел в северной, дворцовой половине Рабат-и Малика. Этот чрезвычайно важный факт для истории памятника считался ошибочным (Б. Н. Засыпкин и др.).

При археологических работах в 70-90-е годы ХХ в. в северной дворцовой части крепости также были найдены глазурованные изразцы (наборная мозаика с синей поливой, росписью золотом, эпиграфическим орнаментом), которые показывают, что В. Ерещенко не ошибался. В ХI в., во времена правления Амира Тимура в дворцовом комплексе было возведено какое-то сооружение (павильон в саду, к примеру?, следов кладки нет) в дорогой мозаичной облицовке – свидетельство высокого социального статуса Рабат-и Малика в это время. Как упоминалось, в «Царской крепости» останавливался на отдых Амир Тимур в ХIV в., а во второй половине ХVI в. Абдуллахан из династии Шейбанидов.

Рабат-и Малик во все времена оставался степной «Царской крепостью» – роскошным убежищем, своего рода «престижной гостиницей» для государственных правителей и высшей элиты общества.