Бенгальская кошка

Бенгальская кошка – история

Однажды, увидев кошку, сияющую на солнце как золотая монета, со взглядом ночного хищника с мурлыканьем играющую с владельцем, я была поражена тому, что такие не сочетаемые на первый взгляд качества, как дикий облик и нежный, преданный темперамент встретились в одном маленьком зверьке – бенгальской кошке.

Самое удивительное, что имея большой фелинологический опыт и знание стандартов и тенденций развития данной породы я не могла поверить, что это конкретное животное настолько очарует меня. Пятимесячный котенок играл и ласкался с очень серьезным видом, не замечая, что вокруг него собирается круг восторженных зрителей, зачарованных грацией и ловкостью малыша в леопардовой шубке.

Тут же вспомнились все легенды, рассказанные об этой породе домашних кошек – и об их агрессивности, злопамятности и непредсказуемости, и о сложности разведения из-за нестабильного генотипа… Но взгляд этих огромных выразительных глаз, шелковистость шкурки и необычный окрас, присущий большим диким кошкам – гепардам и ягуарам, заставил задуматься и узнать больше о бенгалах…

Несколько месяцев в Интернете, много часов общения по телефону с заводчиками из разных стран – вот мой путь к созданию питомника бенгалов. Кто-то из заводчиков шел к этой породе более коротким путем – увидев фото на сайте, или картинку в энциклопедии кошек… Но, все бридеры соглашаются со мной в одном – началом пути к разведению бенгалов послужила именно Любовь с Первого Взгляда.

Бенгальская кошка – результат племенной программы американки Джейн Милл и многих поколений заводчиков, работающих по плану «Создать домашнюю кошку с обликом дикого зверька». Даже сегодня, в 2024м году невозможно отрапортовать о успешном финише племпрограммы, запущенной в прошлом веке – процесс создания породы оказался настолько сложным и интересным, что огромное количество профи-бридеров и заводчиков-любителей присоединились к общей задаче.

Как бы то ни было – бенгалы от гибрида домашней кошки с дикой бенгальской леопардовой кошкой стали самостоятельной породой, признанной во всем мире (большинство фелинологических ассоциаций признают бенгалов в чемпионском статусе). И не просто СТАЛИ. Сегодня бенгальская порода – одна из самых популярных пород как в Европе, так и в Америке. Да и в России, хотя в нашей стране их история самая короткая. Но, об этом чуть позже…

Почему же эти роскошные, своенравные, элегантные кошки вдруг потеснили более древние и давно известные породы? На этот вопрос однозначно ответить очень сложно. Конечно, первое, что бросается в глаза – уникальный окрас бенгалов – сочно окрашенный, блестящий мех ярких золотистых, красно-медных, угольно-черных, серебристых, снежных окрасов дополнен уникальными рисунками – розеткой, марблом, крапом. Шерсть «живая», приятная на ощупь и требующая минимум ухода.

Второе, что сразу покоряет в бенгалах – уникальный темперамент. Эти кошки очень человеколюбивы, активны, общительны и любопытны. Противники гибридизации часто поднимают легенды о злобности и агрессивности бенгалов. Но, все эти мифы разрушаются при первой же встрече с «живым» бенгом – его открытый, шкодный взгляд скорее говорит тебе – «Давай играть! Я обожаю весь мир!». И только позже человек находит в бенгаленке преданность, честность, грациозность, нежность, и множество других качеств, которые не могут сочетаться ни в какой другой породе. Только у бенгальской кошки ленивость и апатия могут моментально смениться на спортивный азарт и восторженную ласковость. Только бенгал может путешествовать с вами как собака, без шлейки и понукания. Только бенгал обожает играть с водой и лечить ваши хвори как заправский экстрасенс.

Но, начнем все по порядку. Итак, как все начиналось?

В истории одомашнивания кошки, как вида – немало вопросов. Согласно некоторым данным, одомашнивание произошло на Ближнем Востоке в районе Плодородного Полумесяца, где зародились и располагались древнейшие человеческие цивилизации, и все домашние кошки происходят от представительниц подвида Дикая Ливийская Ближневосточная Кошка – мелкогохищного млекопитающего семейства кошачьих.

Наиболее вероятно, что первые домашние кошки появились в Египте, что подтверждают археологические находки, датированные более чем 1500 г. до н.э. в тот период египтяне поклонялись богине Баст, служившей символом любви и плодовитости. Главным местом её почитания стал город Бубастис, в котором повсюду разводили священных кошек.

Домашние кошки начали быстро распространяться по всему миру. Греки, ранее безуспешно боровшиеся с грызунами с помощью змей и хорьков, в IV веке до н.э. стали использовать в этих целях кошек, контрабандно привозимых из Египта. Так кошки попали на Апеннины.

В Британии, куда кошек завезли, по-видимому, римляне, останки домашней кошки найдены в развалинах дома IV в. до нашей эры.. А первые письменные упоминания о них относятся к 936 году, когда правитель Южного Уэльса принял закон о защите этих животных.

В Новом Свете изображения кошек, относящиеся к 400–1000 гг., найдены в Перу. Позднее они стали постоянным мотивом в ювелирных изделиях, однако происхождение домашней кошки в этой части планеты всё ещё остаётся загадкой.

Не меньшим почтением окружили кошек и на Дальнем Востоке. В Древнем Китае их ценили за приносимую пользу. Суеверия китайцев также благоприятствовали любви к ним.

В Японию кошки попали, видимо, в VI веке и поначалу были редки и дороги. Их держали в монастырях, чтобы охранять рукописи и книги от грызунов. Свидетельство любви к кошкам в Японии – храм «Здоровающейся кошки» .

По прошествии времени кошки утратили свое привилегированное положение. Жители средневековой Европы варварски их истребляли, а церковь считала олицетворением зла и пособниками дьявола.

В XVII в. возрос интерес к колдовству и «охоте на ведьм», особенно в Англии. Король Яков I написал книгу о ведьмах и учредил должность «искателя ведьм». Преследование кошек перекинулось через Атлантику, где в штате Массачусетс в 1692 г. состоялся нашумевший судебный процесс над «салемскими ведьмами» и их «нечистыми сношениями с кошками».

Людям, любившим кошек, приходилось нелегко – если они держали кошек, их обвиняли в связях с дьяволом, но стоило от них отказаться, грызуны мгновенно поедали запасы продовольствия, возбуждая эпидемии, болезни скота и людей.

С началом эпохи Возрождения новомодный гуманизм распространился и на кошек, символизирующих уют в доме. На Руси кошка появилась в VII–VI вв. до нашей эры. Ее предположительно завезли торговцы и воины в Древнее государство Урарту и город Ольвию, которые имели обширные связи со Средиземноморьем. Гораздо позднее эти животные появились на побережье Балтийского моря (V–VIII вв.), и лишь в Х–ХШ вв. они оказались на территории Древней Руси, где быстро попали под защиту церковных законов. Некоторые источники сообщают, что кошки завозились в Россию и торговыми путями из Китая.

С кошками связано множество мифов и легенд. Если кошка забредет к вам в дом, говорят в Англии, – ждите денег, а вот в Америке услышать мяуканье кошки перед выходом из дому – дурная примета. Нужно обязательно вернуться и узнать, чего именно хочет животное. Если в дом забежит черный кот – это считается знаком беды; совсем иное отношение американцев к пестрым животным. Их называют «удачными» или «богатками». Еще одно интересное поверье: кошка, которую купили за деньги (неважно, за рубль или тысячу рублей), никогда и ни за что не будет ловить мышей! В России бытовало мнение: «Кота убить – семь лет ни в чем удачи не видеть». По поведению кошек на Руси всегда определяли погоду: сворачивается клубком – к морозу, если крепко спит – к потеплению, дерет когтями стену – жди непогоды; если она лижет свои лапы – наступает отменная погода, а если лижет хвост и прячет голову – к дождям и длительному ненастью. На новоселье первой на порог пускали кошку, чтобы в доме поселились благополучие и уют.

Все поверья, связанные с кошкой, с ее уникальными способностями, вплоть до телепатических, не перескажешь. До сих пор, например, наука не нашла объяснения удивительной биологической привязанности кошки к человеку.

Идут годы, время божественного почитания, как и время презрения, дурного обращения и жестокости остались далеко позади, и живущая в гармонии с миром кошка приносит в дом счастье, дарит ласку своим хозяевам и ловит мышей. Но, в нашем, урбанизированном мире человек захотел иметь в доме частичку дикой природы. Так появилась бенгальская кошка.

Сегодня бенгальские кошки завоевывают все новых поклонников и все больше людей в мире желают видеть у себя дома «маленького леопардика»… И, несмотря на дороговизну высококлассных производителей и некоторые сложности содержания племенных животных, регистрируются новые питомники, и на выставках появляются новые «звездочки» в леопардовой шкурке.

Как многим известно, история бенгалов восходит к случайному скрещиванию дикой азиатской кошки, правильно называемой «Бенгальская» или «Леопардовая кошка» – (Prionailurus (Felis) bengalensis) с простым домашним котом черного окраса. Владелец самки-леопарда по кличке «Малайзия» даже не подозревала о том, что ее питомица была беременна, пока не заметила явных признаков приближающихся родов. Оставленная в доме владельцем самка-гибрид, несмотря на предположения зоологов, оказалась плодовитой и родила вполне жизнеспособного котенка от собственного беспородного папаши. Увы, первый опыт скрещивания леопардовых кошек в 1961 году завершился неудачно. Все гибриды погибли, а леопард Малайзия была передана в зоопарк…

Однако, Джейн Милл, автор этого смелого эксперимента не оставила своей идеи разводить гибридных кошек. И в 1980 связалась с работниками Университета Лома Линда, в котором производились исследования вируса кошачьей лейкемии, чтобы купить нескольких гибридных животных первого и второго поколения, рожденных от вязки бенгальского леопарда и домашних кошек.

Здесь мне хочется процитировать несколько абзацев из статьи Джейн Милл «Как все начиналось» – ведь лучше автора никто не поведает нам эту много раз откорректированную рассказчиками и прессой историю…

«…Профессор Гордон Меридит пришёл в восторг от того, что появилась возможность пристроить некоторых котят F1 («Foundation 1» – первого поколения гибридного скрещивания), которых произвели домашние кошки в процессе изучения кошачьей лейкемии в Университете Лома Линда. Он искал хозяев для кошек F1, после того как у них забрали кровь для исследований. Он отдал мне Liquid Amber (3/4 ALC), Favie, Shy Sister, и Doughnuts, всех домашних любимцев своей семьи. Две из его леопардовых самок – ALC (Азиатский Леопардовый Кот) мне достались также.

Гордон сам получил часть животных из небольшого зоопарка в пустыне Мохави, но не смог завершить работу – свалился в больницу с раком в 1980-м. Он просил Билла (мужа Джейн, прим.переводчика) пристроить кошек. Билл и я спасли еще пятерых из первоначальных гибридов Гордона (теперь взрослых), которых я назвала Praline, Pennybank, Rorschach (черно-угольного окраса), Raisin Sunday (у неё был леопардовый окрас, но биколорно-белые пятна на морде, лапах и нижней части тела), и Wine Vinegar (которая не оставила потомков и сожрала свой единственный помёт). Гордон повязал их с абиссинским котом и получил некоторые гибриды F2. Я уже знала, насколько трудно получать F2 от самок F1. Преодолев собственный заводной темперамент и стеснённая в жилищных условиях, я потомков Ф2 все же не взяла.

К сожалению, записи Гордона были утеряны, но перед смертью он описал мне своих котов и всё, что смог вспомнить об их истории. Теперь все заботы упали на меня… Как обеспечить условия моим новым животным? Как подбирать пары для скрещивания, чтобы получить здоровое потомство, чтобы создать новую породу домашних кошек с обликом леопардика? Но кто из породистых животных бы мог соответствовать? Чьи гены можно было использовать без вреда? Может доминирующие окрасы? Может ослабленные? Думалось, в мою новую линию было бы не правильно вводить генетически ослабленные инбридингом крови традиционных пород.

Где бы я ни была, везде искала подходящих кошек. Так, во время поездки в Индию в 1982 г. хранитель зоопарка в Нью-Дели подвёл нас к маленькому навесу, чтобы показать играющего под большим носорогом маленького бесхвостого домашнего котёнка с восхитительными пятнами. Служитель в чалме настаивал, что котёнок изначально имел хвост, но поскольку носороги подслеповаты и тяжеловесны, хвост был раздавлен. Котёнок прибыл со мной в аэропорт Лос-Анджелеса в коробке красного дерева от хранителя зоопарка с надписью «Сказано быть домашним котом» и крошечными отверстиями для воздуха. За несколько дней до того мы мельком увидели его пол, к счастью, мужской. Я очень волновалась, вдруг он будет генетически бесхвостым, но Millwood Tory of Delhi никогда не имел бесхвостых котят.

«Тори из Дели» абсолютно соответствовал тому, что мне было необходимо для моих кошек F1, со своими маленькими тёмно-коричневыми четкими пятнами, которые покрывали густую сияющую золотисто-оранжевую шерсть, какую я никогда не видела у других домашних кошек. Поскольку он не имел родословной, CFA зарегистрировала его как переходный вариант к Мау. Я предлагала его для вязок заводчикам Оцикетов и заводчикам Мау, которые нуждались в улучшении пятнистых окрасов. Но владельцам Оцикетов не нужна была его непроверенная кровь, а большая часть заводчиков Мау злобно сражались, чтобы выгнать меня вместе с ним и моими экспериментами из «их породы». Однако, некоторые дальновидные заводчики Египетского Мау все же использовали его великолепные свежие гены «Индийского Мау», чтобы улучшить относительно слабые, заинбридированные, скудные малоплодные линии Египетского Мау того времени.

Тем временем мне необходимо было планировать пары для следующей генерации ауткроссов, но не было никакой гарантии, что какие-нибудь гибридные коты-самцы будут плодовиты. Так же я нуждалась в кошках- кормилицах, чтобы поднять моих драгоценных гибридных котят, как это делали персы-гималайцы в 1960-х. Я не хотела заполнять мир нежелательными дурными котятами и поэтому приобрела ещё несколько домашних кошек в Индии, чтобы иметь восхитительных малышей Индийского Мау, которые одновременно были няньками для моих гибридов. Распространились слухи, что я приливаю кровь диких кошек к Египетским Мау. Говорили, будто я называю и регистрирую драгоценных гибридов обычными Мау и именно поэтому они выигрывают на выставках!! И в 1985 антагонисты убедили CFA отвергнуть Бенгалов «как породу» и отказаться регистрировать мои линии домашних Индийских Мау. В конечном счёте мои Мау все же были восстановлены и те линии активно используются в современных Мау, но ущерб моей репутации нанесён был очень большой… До сих пор многие заводчики Египетских Мау прописывают в контрактах продажи котят запрет на вязки с бенгальскими кошками, как отголосок тех конфликтов.

Я была в замешательстве, когда выгоняли моих Мау, но была глубоко убеждена, что красота победит; что здоровые гены и контрастные пятна Дели помогут породе Мау, и что захватывающие дух Бенгалы отодвинут в тень все другие пятнистые породы (чего и боялись их заводчики, затевая интриги и политические игры). Наиболее дальновидные владельцы Оцикетов (в особенности владельцы питомника Gogees) приобретали моих ценных племенных гибридов. Другие до сих пор вступают в перепалку. Как бы то ни было, я покинула CFA и стала регистрировать моих котов в TICA.

Котят генераций F2 и F3 было мало, и появлялись они редко. Через два дня после рождества в 1983 родился Destiny от Delhi и Praline, и мы с 40 гостями во дворе праздновали крестины, когда ему было 12 недель! Я тогда не знала, что он мог быть бесплодным, и даже теперь рада, что он произвёл несколько помётов до того как оставил нас. Он имел всего 25% крови ALC и был первым на весь мир великолепным плодовитым котом B2T!! В апреле 1986 он и Polyspot (B2T) приподнесли всем сюрприз, произведя странного котёнка с искрящейся золотой шерстью без обычного тикинга. От Silk 'n Cinders у меня захватывало дыхание. У него была замечательная сияющая шерсть и пронзительно-зелёные глаза от Delhi и крупные тёмные пятна на шкуре от диких предков. Он взволновал меня до крайности! Месяцем позже Destiny и Praline произвели такого же золотисто искрящегося котика, и Aries стал базовым котом в Lionsmountain…»

Как бы то ни было, несмотря на сложности, «политические» течения, сплетни и пересуды, красота бенгальских кошек покоряла мир. На шоу стекались посетители, задавая единственный вопрос «Где бенгалы?». Фото пятнистых красавцев начали украшать журналы о кошках, рекламные плакаты выставок, все больше энтузиастов подключались к племенной программе Джейн Милл.

Сложный темперамент гибридов первых поколений полностью размылся в последующих генерациях, а нужные бридерам гены удалось сохранить и закрепить.

А пока, мне хотелось бы вернуться к рассказу Джейн Милл:

«…История бенгальской породы – история взлетов и падений, слез и оваций… Наша, людей, жизнь тянется через борьбу и путь к целям. Томаса Джефферсона, Билла Гейтса, Мартина Лютера Кинга, братьев Райт вели не деньги, ни воззвания, не «место в истории», а, скорее, мечта представить миру что-то новое, неизмеримо ценное. Наиболее успешные приглашали других следовать своей мечте и создавали нечто вместе, разделяя волнения и неудачи.

Порода будет улучшаться и процветать так долго, сколько мы – заводчики бенгалов, будем разделять наши взгляды и успехи друг с другом без зависти, эгоизма или недоверия, чтобы мы могли разделить радость и восторг творчества, передающиеся и от человека к человеку. Кто такое может сделать в одиночку?

Красота всегда одерживает победу, будь она чувственной, интеллектуальной, научной, математической или моральной. Истинная красота, в конечном счёте побеждает самых непреклонных критиков, хотя иногда на это требуются годы, десятилетия или столетия. Дарвин не боялся, что его не поймут, он просто написал книгу и позволил оппонентам делать из себя дураков, высмеивая его. Терпение и время – самое эффективное оружие против критиканов, которые могут быть законодателями, экспертами или теми, кто на наших кошек навешивает ярлыки порочных и опасных. Я верю, однажды те же самые люди купят бенгалов для своих внуков!

Старание, терпение и кропотливая работа многих из наших заводчиков-подвижников, привели к освобождению кошек от большей части генетического хлама, и при возвращении их опять на базовых животных желательные гены ALC позволят усилить их красоту почти до совершенства…»

С каждым годом больше и больше интересного открывали для себя заводчики бенгалов – сочетание «диких» генов и генотипа домашней кошки преподносило массу удивительных подарков. Характерный только этой породе необычный блеск (глиттер или шайнинг), отсутствие тикинга (зонарного окрашивания волоса при генотипе агути), горизонтальное расположение рисунка у пятнистых, и мраморных животных, появление стабильно наследуемых «розетчатых» окрасов, контраст почти белых животов и оранжево-золотых спинок – еще не полный перечень подарков, которые фелинологии нашли и находят в бенгальской породе.

На пути проб и ошибок встречались и приятные неожиданности. Так как для подмесов использовалось большое количество породистых и беспородных кошек, то и генотип бенгалов стал очень многообразен и принес с собой прекрасное здоровье и стабильную психику. Многие первые заводчики имели неудачные результаты в помётах: сплошные окрасы, осветление и шоколадные окрасы, абиссинский тикинг, длинную шерсть, вертикальные полосы, неинтересный тип и другое. Кровь Египетских Мау привнесла много лишнего. В других линиях бенгалов – Бурма, Британские короткошёрстные, Абиссинцы, Оцикеты и простые домашние кошки оставили свой след – у всех есть свои недостатки и породные особенности. Однако, помимо поддающихся коррекции недостатков, бридеры закрепили и некоторые несвойственные исходному материалу признаки.

Наиболее логичным из них оказалось появление мраморного окраса, носителями которого были большинство породистых и беспородных партнеров ALC. При встрече с генами леопардовых кошек мраморный рисунок значительно видоизменился – расположение полос и разводов стало горизонтальным, а сами мраморные разводы, стали двуцветными, а иногда и многоцветными, заключая внутри необычные, напоминающие наскальную живопись древних, рисунки и линии. Даже название этому окрасу пришлось придумывать особенное – теперь бенгальский мраморный окрас называют «марблом».

При встрече с бенгальской генетикой существенно видоизменился и «сиамский» окрас. Светлый корпус украсился призрачными розетчатыми, пятнистыми или марбл рисунками, которые с возрастом становились все более нарядными и многоцветными. Голубые глаза колор-пойнтов, наложившись на генотип интенсивно-зеленых или синевато-оливковых глаз гибридных бенгальских кошек превратились в кобальтово-синие, заглядывающие прямо в душу очи… А сияющая и переливающаяся шерсть дополнила окрасы сиамской серии особенным внутренним светом. Окрасы акромеланической серии в бенгальской породе получили названия «снежных». Минк, сепия и колор-пойнт (споттед и марбл) уже давно признаны во всех крупных мировых кошачьих ассоциациях…

Для многих бенгаловодов стало достаточно закономерным признание окрасов серебристой серии – розетчатых, пятнистых, марбл, а также их снежных вариаций. Исторически сложилось, что использование в качестве партнеров серебристых ASH (Американских короткошерстных) кошек позволило получить очень широкий спектр золотисто-желтых и красновато-цинамоновых браунов уже в первых поколениях. Потомки таких вязок отлично выставлялись и с удовольствием приобретались селекционерами. Использование серебристых племенных животных ведущими питомниками заставили многих начинающих обратить внимание на эти окрасы. К моменту признания «серебра» в чемпионских классах этот окрас был повсеместно популярен и большинство линий победителей породы в TICA восходили к сильверу. Однако высокие требования к серебристой серии заставляют более серьезно подходить к разведению. Именно поэтому найти высочайшего выставочного качества серебряных животных очень сложно – руфизмы, украшающие окрасы браун-серии значительно «пачкают» буростью окрас у серебра. И, хотя многие заводчики относятся к руфизму как к необходимому украшению окраса, тенденция на «чистое серебро» весьма заметна. Период линьки – более длительный, а украшающий золотистых кошек глиттер часто смывает контраст рисунков на серебре…

Хотелось бы отметить еще один мало распространенный подарок леопардовой родни бенгалам – так называемый «угольный» (charcoal brown) окрас. Этот рецессивно наследуемый дефект гена А (Агути, agouty), при котором зонарные коричневые полоски на волосе почти обесцвечены, а нижняя часть волоса серого тона. Этакий демонический образ мало привлекал любителей традиционных коричневых окрасов. В то же время в сочетании с геном-ингибитором меланина, формирующим серебристый окрас, «уголь» сформировал контрастный, насыщенный сильвер-окрас, на котором прекрасно смотрится атласный тип шайнинга.

Доминантные биколорные окрасы и белые отметины, как доминантного, так и рецессивного наследования всегда считались браком окраса, поэтому они до сих пор дают о себе вспомнить, появляясь в потомстве животных с 8-10 и более коленным происхождением. И если это вошло в породу от домашних кошек с неизвестным происхождением, то уникальный тип окраса, когда яркие браун-тебби имеют лавандово-розовые подушечки лап, привнесен от леопардовых предков. Оказалось, что примерно 70% одомашненных и зарегистрированных в бенгальском бридинге ALC имеют розовые подушки лап! С 1 мая 2008-го года розовые подушки лап стали допущены для титулованных животных.

Порода и сегодня очень далека от желаемого образа. Стандарт развивается достаточно активно. Многие признаки дикого типа прописываются в стандарт как желанные и как обязательные. Каждое последующее поколение бенгальских кошек все больше отдаляется от облика обычной домашней кошки и все больше удивляет заводчиков.

В России история бенгальской породы начинается в 2000-х, – когда в мире уже давно были написаны стандарты и изучена основная генетика. Жители СССР в 90-х только начали перестраивать в себе отношение к кошке как к «пользовательному» животному. Люди с трудом, но начинали воспринимать кошек как предмет роскоши и дорогое хобби, а не прикладное орудие для охраны жилья от грызунов. Поэтому подрастающая «российская фелинология» 21-го века вынуждена догонять мировую «тезку», переживая присущие старшему родственнику пережитки и предрассудки.

Один из таких предрассудков – миф об агрессивности бенгальских кошек. Что легло в его основу? Недостаток информации и литературы? Любовь русских людей к преувеличению услышанного и увиденного? Воспоминание о визите в СССР французского заводчика бенгалов Филиппа Пеннетье с питомцами 2 и 3 генерации? Очень нарядных, но эмоциональных гибридов, кусающих собственного владельца помнят многие участники той самой выставки в кинотеатре «Заречье» весной 1997 года… Пресса, естественно, помогла слухам о «злобных бенгальских кошках» пойти «в массы»… А «массы» всегда любят пересказывать и преувеличивать страшные истории.