Дети увядающей земли

Алиша проснулась с нарастающим в сердце волнением. Ее захлестывали эмоции радости, ведь сегодня ее шестнадцатый день рождения. Мать и сестры говорили, что в этот особенный день к ней перейдет такая желанная и долгожданная сила. Это день великого ритуала, который должна пережить каждая дочь культа по наступлению шестнадцати лет. Потянувшись, девушка радостно подбежала к умывальнику, плеснула воды в лицо и улыбнулась отражению в зеркале. Оттуда на нее смотрела озорная юная леди с чуть вздернутым носиком и загадочными глазами разного цвета. Ее красивое лицо обрамляли белые как снег длинные вьющиеся волосы. Юная ведьма продолжала радостно улыбаться своему отражению и корчить рожицы, как позади нее раздалось скрипучее ворчание.

– Может, уже пора прекратить это самолюбование и одеться для предстоящей инициации? – эти слова принадлежали Сигиусу, ее фамильяру, большому белому и ворчливому крысу, который оберегал Алишу, сколько она себя помнила. Юная ведьма закатила глаза и пошла к платяному шкафу.

– Почему я сама не могу выбрать себе фамильяра?

– Потому что это решают не ведьмы и даже не фамильяры. Думаешь я сам выбрал бы тебя?

– Я знаю, что это не мы решаем просто мне надоело твое постоянное ворчание так же, как тебе моя несерьезность. Разве ты не понимаешь? Сегодня для меня особенный день. Я так долго ждала этого, а ты даже не можешь порадоваться за меня.

– Энтропии не нужна твоя беспечная детская радость, тебе давно пора – это усвоить. А мы с тобой еще не инициированы, чтобы полностью разделять чувства друг друга. Так что своей радостью надо было делиться с подругами. Ах да, у тебя же их нет. – произнося последнюю реплику Сигиус демонстративно дернул хвостом.

Алиша не обратила на эту фразу никакого внимания, она уже привыкла к черствости своего спутника и понимала, что его ничто не изменит. Она оделась в черное струящееся платье с тугим корсетом и кружевными рукавами и юбкой. Сигиус помог хозяйке затянуть шнурки корсета и завязать их в аккуратный бантик. Форма платья подчеркнула тонкую фигуру девушки, а черный цвет сделал ее снежные волосы еще более яркими. Фамильяр подал Алише черную ленту, которую она вплела в простую прическу. Свободная, пышная коса спускалась с ее плеча и падала на грудь. Она была готова к ритуалу.

***

Мория смотрела на ритуальный каменный стол, на котором были вырезаны знаки инициации культа. Уже совсем скоро ее приемная дочь пройдет обряд взросления. Долгих шестнадцать лет она вела ее к этому событию. Этот день ничто не должно испортить. Но в сердце ересиарха помимо ликования поселилась тревога. Она списывала это на волнение от затяжного ожидания, но чем ближе время подходило к желанному часу, тем сильнее нарастало напряжение. Шею главы культа украшал ее покорный фамильяр – Соломей. Черный змей пугающий, даже самых приближенных к ересиарху сестер. Длинные красные волосы ведьмы служили укрытием для фамильяра. Он недовольно шипел каждый раз, когда его госпожа смотрела на время и тяжело вздыхала.

Двери ритуального зала распахнулись и Мория резко повернула голову на шум. В помещение вошли две сестры с кувшинами в руках. Они вопросительно посмотрели на госпожу, и она кивнула им в ответ на безмолвный вопрос. Ведьмы встали по сторонам комнаты друг напротив друга и принялись лить содержимое кувшинов в специальные отверстия, расположенные в полу. Кровь из сосудов растекалась сложным узором центр которого располагался под столом, приготовленным для Алиши.

***

Юная ведьма аккуратно спускалась по каменным ступенькам, придерживая полы юбки. Она знала, что скоро примет силу, которая уберет для нее все ограничения и девушка наконец-то станет полноценной служительницей Энтропии. Достигнув площадки, Алиша посмотрела вокруг и удостоверившись, что никто за ней не наблюдает радостно закружилась. И как часто бывает в такие радостные моменты ее снова прервал Сигиус.

– Прекрати-и-и-и! – девушка остановилась и еще какое-то время пыталась восстановить равновесие. На ее плече пытался отдышаться недовольный фамильяр. – Никогда так больше не делай!

– Прости, радость переполняет меня настолько, что я едва сдерживаюсь, чтобы не смеяться вслух. – Девушка продолжала улыбаться. Сигиусу казалось, что еще чуть-чуть и ее улыбка растянется до самых ушей. Он потряс головой и отвернулся от лица девушки. Алиша на это только рассмеялась и вприпрыжку двинулась в сторону ритуального зала. Не замечая ничего вокруг, она столкнулась с одной из сестер.

– Осторожнее. – на нее возмущенно глядела красивая черноволосая ведьма. Все служительницы Энтропии отличались своей красотой. Среди сестер не было ни одной женщины, запятнанной возрастом. Затем строгое выражение сестры культа смягчилось и девушке показалось, что та даже слегка улыбнулась. – А, это ты. Ритуальный зал почти готов. Постарайся не придаваться мечтам и явиться на церемонию вовремя.

– Конечно, я не опоздаю, сестра. Я ждала этого дня, сколько себя помню.

– Это приятно слышать. Сегодня Энтропия получит еще одну преданную служительницу.

Алиша неловко улыбнулась старшей ведьме и двинулась дальше. Навстречу ей шли еще две фигуры. Одной из них была младшая жрица. Она была одета во все черное как предписывают правила в день инициации ведьмы. Перед собой она вела мужчину. У него были затуманенные глаза, казалось, он не осознавал, что происходит.

– Слава Энтропии, сестра. – поприветствовала Алишу жрица.

– Слава Энтропии. – Алиша продолжала смотреть в глаза мужчины. – Что с ним?

– Пришлось его немного успокоить. Не все понимают силу Энтропии, поэтому донести до него, какое счастье быть ее ресурсом не представилось возможным. Разве тебе это не объясняли на уроках?

– Объясняли, но не представляли наглядного материала.

– Для ритуала сделали исключение, инициации необходима человеческая кровь. Несколько сестер захватили не особенно бдительных мужчин.

– А как же охотники?

– Пришлось рискнуть. К чему эти вопросы? Ты чем-то недовольна?

– Что ты. Я очень счастлива и благодарна сестрам, просто я бы не хотела, чтобы они погибли из-за меня.

– Что? Служение Энтропии – высшее благо. Мы служим ей даже в смерти, моя маленькая сестра. Сострадание и чувство вины – слабость твоего юного возраста. Но после ритуала, ты станешь сильнее и забудешь об этих чувствах. Сегодня для тебя великий день. Ступай, не заставляй госпожу ждать. Тебе нужно еще прослушать наставление. – Жрица отворила дверь комнаты, расположенной рядом с ними и подтолкнула пленника внутрь. Алиша уже хотела пойти дальше, но двери комнаты снова распахнулись и оттуда вышло мерзкое существо. Оно было похоже на человека, но весь он был сшит из мертвых тел. Монстр был вдвое выше девушки и довольно массивен в плечах. Челюсть существа была также пришита к голове, но он издавал только невнятные стоны и бульканье, а изо рта гиганта свисала слюна. Монстр посмотрел на юную ведьму своими отвратительными глазами, одно из которых даже не имело защитных век, отвернулся и побрел в противоположную сторону. Через его плечо мешком было перекинуто мертвое тело еще одного мужчины. Ведьмы дали ему имя Грюнд.

– Никак не могу к нему привыкнуть. Кажется, чувство отвращения – это слабость моего физического тела. – Говоря это Сигиус брезгливо подергал носиком.

– Мама говорила, что он создан не для того, чтобы ублажать наши эстетические взгляды, а для того, чтобы выполнять тяжелую работу.

– Но неужели нельзя было сделать не настолько отталкивающую внешность?

– Для этого требуется гораздо больше человеческих ресурсов, а у нас их очень мало. Повсюду рыщут охотники. – Алиша направилась к ритуальному залу. Ее шаги в этот раз были слегка неуверенными.

– Что это с тобой? Куда подевалось твое неумеренное ликование?

– Просто я впервые вижу мужчину. Он не показался мне опасным.

– Он был под чарами. Если бы ты увидела его не под воздействием чар, то сразу убедилась в их падшей натуре. Они лживые, похотливые, алчные ублюдки. Единственное что они могут сделать во славу нашей великой миссии – это быть ресурсом для производства потомства и материалом во имя служения Энтропии. Запомни это и никогда не сомневайся в данной истине.

– Ты прав, Сигиус. Надеюсь, после ритуала моя впечатлительность пройдет.

– Даже не сомневайся в этом.

***

Сестры привели в зал третью жертву. Жриц было четверо, они окружили пленницу. Это была юная девушка, чуть старше Алиши на несколько лет. Ее руки были связаны за спиной, она испуганно озиралась, но сквозь этот затравленный взгляд пробивались дерзкие нотки готовности к сопротивлению.

– Девушка? – Мория задала вопрос старшей жрице, стоящей слева от пленницы. Ее стальной голос редко звучал, обычно сестры понимали ересиарха без слов. Но волнение, смешанное с удивлением, вырвалось с ее губ в виде вопроса.

– Нам не пришлось выбирать. Шайка вёрвов ошивалась рядом с деревней Домдорп. Их было пятеро. Они пытались сопротивляться и получилось, что двоих из них убили. Это были женщина и мужчина. Так что захватить троих мужчин не вышло. Но не волнуйся, моя госпожа, в этой твари столько же похотливых мыслей и лжи сколько в мужчинах. Достойная жертва Энтропии. – Жрица ткнула в бок пленницы ножом. Девушка вскрикнула от боли и дернулась в сторону. На что сестра, стоящая напротив, ударила пленницу по лицу с такой силой, что та упала на каменный пол.

– В эти времена нам действительно не приходится выбирать, но скоро все закончится. – Мория подошла к пленнице и протянула руку. Девушку окружило успокоением. Она расслабилась и протянула руку в ответ главе культа. С руки ересиарха на руку пленницы переполз Соломей. Жертва ведьм, очнувшись ото сна, вскрикнула и попыталась вырвать свою руку из стальной хватки ведьмы, но это было бесполезно. Змей обвился вокруг ее шеи и укусил. От места укуса по венам распространилась черная жидкость. Вены начали чернеть и вздуваться. Пленницу парализовало, она не могла шевелиться и кричать. Только осознавать, что сейчас она умрет и чувствовать невыносимую боль от яда, распространяющегося по телу. По ее щекам ручьем текли слезы.

***

– Когда я пройду инициацию ты тоже станешь сильнее?

– Несомненно. Я, наконец, покину это ущербное тело крысы.

– И чье тело ты выберешь?

– Это зависит от твоей силы. После инициации фамильяры трансформируются в тот образ, на какой хватает энергии у его ведьмы. Но судя по тому, что обещает твоя инициация я могу рассчитывать на образ не менее устрашающей змеи чем у несравненной Мории.

– Ого! – Алиша снова расплылась в улыбке. – считаешь я буду сравнима с ней по силе?

– Сразу после инициации, конечно, нет. У тебя отсутствует необходимый опыт, но энергии должно быть столько же. Не зря она воспитывает тебя как свою дочь. Будь ты слабее, ей было бы все равно на выброшенного ребенка. Скорее всего, она просто позволила полакомиться тобой Соломею.

– Неужели нужно обязательно произнести подобное вслух? Я знаю, что мы не должны испытывать сострадание, но она же воспитывала меня. Она моя мама и я люблю ее. – Слушая эти слова, Сигиус дернул носом.

– Хватит! Кажется, некоторые вещи ты так и не усвоила! И как выходит, что ты не слышишь ни меня ни своих наставниц? В мире нет места ни любви, ни состраданию. Эти чувства делают людей слабыми и беспомощными. Энтропия выбирает силу. Только так возможно выжить.

Алиша замялась. Она знала об этом, сколько себя помнит, но иногда проявляла слабость перед чувствами и не могла не проявить их. Каждый раз после подобных приступов, где она давала волю слезам или желанию быть любимой дочерью она корила себя за нетвердость своего духа. В глубине души девушка всегда знала, что недостойна быть преемницей своей матери. Сегодня самый важный день в ее жизни, а она до сих пор ведет себя беспечно.

– Смотрю мои слова заставили тебя задуматься.

– Да. Сигиус, я клянусь, что у меня получится. У меня обязательно выйдет стать самой сильной служительницей Энтропии. Мама будет гордиться мной! – Алиша с жаром произносила слова, держа руку у самого сердца. Сигиус понимал, что юная ведьма искренне хочет заслужить любовь и одобрение главы культа, а не служить на благо Энтропии, но мотивы не интересуют, когда речь идет о достижении общей цели.

Спустившись по очередной лестнице, девушка достигла внутреннего двора, осталось пересечь его и перед ней откроются двери в ритуальный зал. Еще чуть-чуть и ее жизнь навсегда изменится.

Где-то сверху раздался звон бьющегося стекла, а следом оглушительный хлопок с мерзким хлюпающим звуком. Шум оглушил девушку, и она не сразу сообразила, что по ее лицу и платью растекаются брызги темно-зеленой слизи, а рядом с ней расплывается лужа этой жидкости вперемешку из кишок и костей. Это был Грюнд. Несмотря на то что от тела осталось лишь месиво эти ошметки сложно было не узнать.

– Это просто отвратительно! – Ситуация не прошла мимо фамильяра, его шерсть была липкой и окрасилась в неприятный зеленый цвет. – Мне срочно нужно принять ванну! Срочно! – Под дикие возгласы Сигиуса юная ведьма подняла голову, желая увидеть виновника падения великана, но было слишком высоко и она разглядела лишь черный проем в стене. Затем взвыла сирена.

***

Ересиарх стояла у изголовья стола для инициации и тонким лезвием ритуального ножа резала вены на запястье пленницы. Когда она закончила жрицы привязали жертву за ноги и подвесили ее так, чтобы кровь лилась в отверстия на полу до полного опустошения тела девушки. Сознание покидало пленницу с каждой каплей. Мория опустилась рядом с ней, чтобы видеть ее умирающий взгляд.

– Моя дорогая, ты должна благодарить свою никчемную жизнь за то, что она дала тебе шанс умереть на благо Энтропии. Сегодня твое бессмысленное существование прервется во имя наступления новой эры. – Жертва смотрела на ересиарха угасающими глазами, она хотела сопротивляться, но у нее не было на это сил, у нее даже не было голоса, она смогла лишь беззвучно промолвить – Пошла ты.

Мории удалось прочесть по губам послание пленницы, в ответ она лишь улыбнулась. Затем со двора послышался оглушительный грохот. Жрицы в недоумении посмотрели друг на друга и поспешили на выход.

– Срочно приведите сюда Алишу! – Ересиарх никак не среагировала на шум. Она продолжала с интересом наблюдать, как ее жертву покидает жизнь. – Охотники нашли нас. Нам нужно завершить ритуал немедленно! – Несмотря на внешнее спокойствие предводительницы жрицы чувствовали тревогу и беспокойство. Охотники. Каждая сестра в культе знала, что они еще недостаточно сильны, чтобы противостоять им. И каждая знала, что сегодня, если они не защитят девчонку они встретят свою смерть. – Амаратта, я хочу, чтобы ты осталась! – эти слова были обращены к старшей жрице, лишь она все это время имела право отвечать ересиарху.

– Да госпожа. – три жрицы дружно покинули зал.

Амаратта, молча подошла к своей госпоже.

– Ты знаешь, что это значит. – Мория полоснула ножом себе по запястью правой руки и передала нож сестре. Амаратта сделала то же самое, затем они соединили свои раны друг с другом.

***

Алиша стояла с ног до головы облитая вязкой и дурно пахнущей слизью. Ее сердце трепетало как пойманная птица, а ноги сковал страх и удивление. Она пыталась осознать, что только что произошло. Впереди открылись двери ритуального зала и перед ней появились три сестры.

– Скорее, внутрь! – приказала одна из них. Алише понадобилось время, чтобы осознать, что нужно делать. Сзади на лестнице послышались шаги. Каким-то образом юная ведьма почувствовала, что владелец этих шагов очень опасен.

– Давай же! Шевелись! – подстегнул девушку Сигиус. Она усилием воли пришла в себя и побежала к дверям ритуального зала. Звук шагов прекратился, затем Алиша услышала, как взводят курок арбалета. Она ускорила темп, сзади послышался громкий хлопок, девушка не стала останавливаться, забежав в зал, она резко захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.

***

Охотник осторожно спускался по лестнице. Несмотря на их очевидное преимущество ведьмы были хитры и коварны, он знал об этом из собственного опыта. Единственная ведьма, с которой может быть безопасно охотнику – мертвая ведьма. Братья уже захватили замок и уничтожили нескольких сестер культа. Они надеялись, что ведьмы еще не нашли жертв для ритуала, но обнаружили два выпотрошенных трупа в одном из помещений. Оставался ритуальный зал. Он находился в самом центре замка и уже был окружен охотниками. Братство было уверенно, что сегодня культ проиграет, но охотника тревожила мысль о встрече с ересиархом. Еще ни один охотник не мог одолеть столь сильное существо, конечно, у них было преимущество – артефакт целебрантов созданный специально для уничтожения ересиарха, но даже столь серьезный козырь не убирал волнения охотника. Он слышал звуки внизу, ведьмы не могут не знать, что они уже здесь. Наверняка они поджидают его. На определенном моменте пути его взору открылась картина убегающей ведьмы, а напротив, стояли трое других. Он знал, что сегодня день посвящения, его первостепенная цель убегала, он среагировал молниеносно взвел курок поднимая арбалет в сторону цели и выстрелил. Стрела взорвалась за спиной девушки, не задев ее. Одна из трех ведьм использовала Энтропию. Что ж, он должен был попытаться.

***

Сестры перегородили путь охотнику. Прекрасные и решительные они стояли напротив врага, защищая свою подопечную, ересиарха и интересы всего культа.

– Один? – произнесла одна из сестер.

– Охотники как крысы, они никогда не ходят поодиночке. Будьте внимательны.

– Зря вы сюда пришли. – Заговорила третья жрица, обращаясь к охотнику. Ритуал уже начался, вам не остановить силу Энтропии, даже если мы погибнем.

– Такая самоотверженность для ведьм очень нехарактерна вашему роду. – Насмешливо заявил охотник. – Сегодня действительно значимый день, не так ли? Только это день погибели культа! – С этими словами охотника окружило облако черного дыма и он исчез из виду. Затем сестер начало осыпать градом стрел из арбалета. Они быстро сориентировались и поставили перед собой щит Энтропии, стрелы долетая до него, растворялись, словно в кислоте и стекали на землю. В ответ на летящие стрелы одна из сестер взяла горсть земли под ногами и съела ее, затем ее лицо исказилось отвращением, она набрала воздух в легкие и со всей силы подула в сторону охотника. Из ее рта посыпались белые личинки, которые облепляли собой все, что могли задеть, дым рассеялся и жертвой мерзких личинок стал только арбалет, водруженный на специальное устройство, он уже израсходовал все предназначенные для него стрелы – это была ловушка охотника. Личинки разъели арбалет, и он пришел в негодность.

– Он невидим! Сестры резко прижались друг к другу спинами. Они еще не встречали охотника, который мог использовать подобный трюк, они должны были догадаться об опасности, он слишком уверенно выступил один против троих. Как только, они перегруппировались охотник появился в их поле зрения и проткнул мечом сразу двоих. Ведьмы закричали две сначала от боли, затем к ним присоединилась третья и их голос разрушал, рвал перепонки, разбивал стекла, сносил предметы. Охотник отскочил от разрушающей звуковой волны и забежал за колонну. Из его ушей и носа текла кровь. Третья ведьма вынула меч из двух раненных.

– Что ж ты сам напросился. – С этими словами ведьма отсекла головы раненым сестрам, затем она сняла туфли и ступила голыми ногами на кровавый пол.

Охотник не мог быстро прийти в себя, его голова гудела, он ничего не слышал, но знал, что допустил ошибку, не успев обездвижить третью ведьму. Такая ошибка карается смертью для охотника. Пролитая кровь для еще живой ведьмы – лишний источник мощной энергии. Он стоял за колонной, лихорадочно вспоминая целительную молитву целебрантов, но охотник никогда не был силен в церковном слоге.

Тем временем кровь забурлила под ногами уцелевшей сестры культа. Она обволакивала ее обнаженные ноги. Ведьма скинула балахон со своих плеч и позволила рубиновой жидкости обернуть все ее тело. Кровь залила ее глаза, уши, рот. Она пронизала все тело служительницы энтропии. Она выходила из тел павших сестер, чтобы насытить силой уцелевшую. Тела двух ведьм были обескровлены, затем сморщились, сгнили и разложились на тысячи мерзких червей, личинок, многоножек.

***

Алиша стояла перед Морией. Она не знала, что сказать своей матери и с чего начать разговор. Все это время она росла в замке, не опасаясь за свою жизнь. Но девушка всегда знала, что за пределами замка существуют ненавидящие ведьм и Энтропию люди и самые страшные из их представителей – это охотники. Они обладают способностью уничтожать сестер Алиши. Они убивают ведьм без жалости и не задумываясь. Девушка боялась. Страх с новой силой возобладал над ней и, казалось, что девушка намертво прижата к дверям ритуального зала. Ее праздничное облачение было испорчено. Красивые белые волосы позеленели от останков Грюнда, но девушку это не волновало, она боялась.

Голос ее матери вернул ей ясность сознания.

– Алиша, у нас нет времени, скорее подойди ко мне! – обычно протяжный и пленяющий голос ересиарха приобрел дрожащие нотки. Что это? Страх? Или просто волнение? Самая сильная служительница энтропии ведь не может бояться? Что-то острое вонзилось Алише в плечо.

– Пошевеливайся! – Сигиус укусил свою хозяйку, чтобы та пришла в себя и выполнила указания. Алиша немедленно двинулась в центр зала. У изголовья ритуального стола была подвешена девушка. Одна из тех которая, как и все вокруг ненавидела ведьм и Энтропию. В таком состоянии она не пугала Алишу. Она не подавала признаков жизни, а из ее вен стекали маленькие струйки крови. Алиша почувствовала некоторое ликование. Она вспомнила ошметки Грюнда, рассказы о том, как ведьмы нашли ее совсем крошечной одну в лесу, эти люди заслужили муки. Эта девушка умерла даже не осознав, что ересиарх дала ей шанс умереть ради высшей цели – вознесения Энтропии. Алиша легла на ритуальный стол с еще большей решимостью провести инициацию.

***

Во дворе выжившая ведьма корчилась в агонии боли и наслаждения. Ее ноги раздваивались и приобретали вид паучьей лапы, нижнюю часть тела раздувало от переизбытка крови, кожа покрывалась хитином. Кожа спины лопалась и из нее росли прозрачные крылья. Лицо ведьмы исказилось в гримасе боли и она пронзительно закричала в сторону, где прятался охотник. Звуковая волна разрушила колонну, но он успел укрыться за ящиками, что находились в углу двора, за ними была расположена дверь в кладовку он, не раздумывая, скрылся в ее пыльных недрах. Молитва целебрантов остановила кровь, но его слух еще был поврежден. Он слышал лишь бьющие по голове отголоски глухих звуков. Лишь инстинкты помогли ему спастись от разрушающего крика Ламии. Существо, в которое превратилась ведьма, имело тело паука и крылья мухи, а также это существо обладало силой ведьмы. Она разрослась на четверть двора и ее было уже непросто одолеть. Его ошибка может стать для него смертельной, Ламия значительно усложняла задачу братству и выигрывала время для ересиарха. Он был обязан срочно что-то предпринять или они все погибнут.

В дальнем конце темной комнаты появились светлые очертания. Манящий шепот послышался в голове охотника.

– Иди ко мне.

Он хорошо слышал этот призыв. Его поврежденные перепонки не могли его заглушить, призыв звучал в голове охотника. Только не сейчас. Он знал обладательницу соблазнительно-манящего шепота, несмотря на то, что она была давно мертва, девушка приходила к нему всякий раз, когда он был загнан в угол. Она звала его, хотела, чтобы он сдался, обещала вечную и счастливую жизнь в загробном мире, несколько раз он был близок к тому, чтобы сдаться, но только тогда, когда это касалось лишь его. Сейчас на кон поставлена жизнь его братьев, существование самих охотников и, возможно, всего живого, он не может сдаться.

– Прости, дорогая, но не сегодня. – ему было сложно услышать себя и он не был уверен в том, что сам был услышан, но это придало решимости охотник глубоко вдохнул, чтобы сосредоточиться и вышел из укрытия.

***

Ландэр быстро шел по каменному коридору. Он только что дал задание молодым охотникам братства убрать в мешки два изуродованных тела, которые они обнаружили, осматривая помещения. Они планировали передать несчастных некрофорам после завершения миссии. Сирена все не унималась, культ знает – они здесь, но для ведьм уже слишком поздно, братство прекратит ритуал во что бы то ни стало пусть даже ценой жизней братьев.

Снизу донеслись душераздирающие женские крики. Ландэр перешел на бег и помчался в сторону лестницы. Проклятье! Блэйз – его напарник оставил Ландэра присмотреть за новичками, а сам пошел к ритуальному залу. Судя по крикам, он наткнулся на группу ведьм.

– О Созидание! Я же просил этого упрямца не идти без меня! – Ландэр хотел собрать всю свою злость и выплеснуть ее прямо в лицо другу. Такая ситуация происходит не впервые. Блэйз мчится не думая в самый эпицентр Энтропии. Десять лет прошло, как не стало его возлюбленной, а он все еще спешит отомстить или умереть. Внутри себя Ландэр понимал, что после стольких лет Блэйз желает лишь своей смерти, но он упорно не желал этого признавать. Они дружили с детства и слишком сроднились, они стали братьями друг другу не просто на словах, не потому, что так предписывает орден, как настоящие братья они разделяли беды друг друга, ответственность и все тяготы ремесла охотников. Снова крик, но сильнее предыдущего. Он принадлежал уже одному существу. Спина Ландэра покрылась холодным потом, он добрался до лестницы и спустился, перемахивая через несколько ступенек.