Дети увядающей земли

– Дорогой отец. – Франсиска обезоруживающе ему улыбнулась. Теплота и улыбка дочери всегда были слабым местом мужчины, но отец все еще продолжал строго смотреть, хоть черты его лица немного смягчились. – Господин О’Лемменс слегка добавил драмы в события этой ночи, наверное, он просто волновался за меня. – Последнюю фразу скрипачка произнесла нисколько в нее не веря. – Я была неподалеку, узнав о переполохе, мне было интересно хоть одним глазком посмотреть, как работают охранители. Ничто так не восхищает девушку, как мужество, а в восхищении я черпаю вдохновение. – Франсиска старалась говорить как можно более искренно и у нее это получалось, когда она говорила о мужестве. Только скрипачка не думала в этот момент об охранителях, ей вспомнился Дирк и то, как он был готов пойти на все ради друга.

Господин О’Линдэ покачал головой:

– Я раньше не замечал тебя за враньем. Надеюсь, это впервые.

– Что? – Франсиска удивленно глянула на отца.

– После того как господин О’Лемменс привел тебя, я опросил прислугу. И хоть ты дала им указания молчать, слуги не могли лгать своему господину. Они рассказали мне, что несколько дней ты ездила к границе кварталов вёрвов и хиров. Также мне рассказали, что однажды ты вернулась вся в грязи! – Это был день, когда Франсиска услышала музыку Дирка, тогда не только она, но и ее гордость упала в грязь. – Мне жутко даже предположить, что ты там делала! Страшно представить, что с тобой произошло! Тебя кто-то обидел? – Отец обеспокоенно смотрел на дочь.

– Ты веришь слугам? – Франсиска поднялась с кресла.

– Я всегда верил тебе, если бы господин О’Лемменс не привел тебя вчера я бы дальше думал, что ты спокойно спишь в своей комнате! – Отец тоже поднялся с кресла. Он с яростью и разочарованием смотрел на дочь.

– Мне жаль, отец, но я не могу сказать вам, что я там делала. – Скрипачка, не мигая, смотрела в его глаза. – Могу лишь заверить, что ничего плохого со мной не произошло. Я действительно ищу вдохновение в квартале вёрвов.

– Искала. – Отец снова опустился в кресло.

– Что?

– Ты хотела сказать искала, потому что впредь я такого не допущу.

– Что значит не допустите? – Франсиска оскорбленно смотрела на отца, она не могла вспомнить ни одного момента, когда родители, а в особенности отец могли запрещали девушке что-либо.

– Я не могу допустить, чтобы дочь семьи О’Линдэ слонялась по кварталу вёрвов! С тобой могло произойти все что угодно, не говоря уже о слухах, которые могут пойти в обществе после того, как твой жених всполошил самого вершителя, чтобы найти свою невесту!

– Слухи? – Франсиска пренебрежительно фыркнула. – До сих пор каждый человек в обществе стремился как-либо угодить нашей семье. Все выстраиваются в очередь, чтобы выслужиться перед тобой, а ты беспокоишься о невинном слухе.

– Невинном? – Отец строго взглянул на дочь. – Все эти люди, лебезящие передо мной, также выжидают момент, когда я споткнусь. Твое легкомыслие может стоить репутации всей нашей семье, а тебе жизни! Мало того, что квартал вёрвов полон убийц и воров и многие из них выполняют грязную работу для моих конкурентов, так не хватало еще каких-нибудь сомнительных разговоров в духе того, что ты спуталась с вёрвами! С этого дня я запрещаю тебе покидать дом без сопровождения и приближаться к кварталу вёрвов, попытаешься давить на слуг или подкупить их, мне тут же доложат.

– Но… – Франсиска с ужасом слушала отца. Сегодня она должна была снова встретиться с Дирком.

– Я все сказал. – Мужчина указал дочери на дверь. Он не дал девушке возможности оправдаться и выкрутить все в ее пользу. В этот раз скрипачке не позволили ничего сказать в свою защиту.

Девушка раздраженно выдохнула, почтительно поклонилась отцу и молча вышла из его кабинета. Войдя в свою комнату, скрипачка схватила вазу с голубым цветком и швырнула ее об пол, сосуд звонко разбился. Франсиска облокотилась спиной о стену и медленно съехала по ней на пол. Согнув ноги, девушка уперлась лбом в колени и стала лихорадочно размышлять. Она еще никогда не чувствовала себя настолько беспомощной.

***

Ханна ослаблено брела по пустым переулкам, ее фамильяр плелся за ней, напитывая себя кровью хозяйки. Рана в груди ведьмы зияла и кровоточила. Ноги девушки подкосились, и она упала в грязь. Ханна перевернулась на спину, она молила Энтропию о силе и о том, чтобы та дала ей больше времени. Девушка обещала служить ей преданно и верно.

Паук ведьмы забрался на ее тело и подполз к груди хозяйки. Затем он начал забираться через рану внутрь девушки. Ханна вскрикнула от неожиданности и боли.

– Прекрати! – Она завизжала не своим голосом от ужасного ощущения, фамильяр забрался внутрь так быстро, что ведьма не успела его схватить. Несколько минут девушка испытывала невыносимую боль и думала, что умирает, затем наступило облегчение, ведьма коснулась груди, но раны уже не было. Девушка выдохнула и поднялась на ноги, она пошла искать Морию.

***

Мэтиас бросал мелкие камушки в железное ведро для отходов из одного угла комнаты в другой. Ведро было пустым и каждый камень, который попадал внутрь рикошетил от металлических стенок и издавал громкие звуки.

– О Созидание, Мэт! У меня сейчас голова лопнет! – Брэм кинул такой же камушек в сторону Мэтиаса, снаряд попал парню в плечо. Тот, словно не замечая раздражение товарища, продолжал бросать камни в ведро. – Вот же сучий потрох! – Брэм начал подниматься с деревянной койки, на которой пытался отдыхать.

– Да оставь ты его, Брэм! – Из другого угла комнаты послышался голос Курта, одного из членов шайки Брэма. Он был меньше их всех и не особо любил конфликты среди своих. – Сам же недавно вздыхал из-за певички.

– Вздыхал? Я всего лишь напился, а этот гаденыш заставляет всех страдать из-за своей девки! Как же меня это достало! – Брэм поднялся и подошел к Мэтиасу, намереваясь врезать ему, но тот быстро соскочил со стула и вытащил нож.

Брэм ухмыльнулся и достал кинжал:

– Хочешь поиграть? Давай. – Парень пригласительным жестом провоцировал Мэта на нападение. – Только я не Дирк и не буду с тобой нянчиться!

– Хорош, парни! – Внутрь комнаты зашел еще один человек. Он был самым крупным из шайки Брэма, его звали Риз. – Я был на границе с кварталами, там особое положение, они нас окончательно отрезают от себя. Так может быть вместо того, чтобы грызться друг с другом подумаем, что делать дальше?

– Не вижу проблемы. – Брэм неохотно убрал нож. – Охотники повылавливают нескольких девушек, которых назовут ведьмами и все успокоится.

– Еще недавно ты шел мстить охотнику за то, что он на твоих глазах прикончил девчонку, а теперь тебе все равно? – Мэтиас ехидно смотрел на Брэма.

– А что ты предлагаешь? У нас ничего нет. Из оружия лишь ржавые ножи да вдохновленные речи Дирка, которые уже не работают. Я не хочу больше играть в героя. После того, что случилось нам лучше бы забиться в какую-нибудь нору и не высовываться пока все не стихнет.

– А что, если охотники действительно охотятся за ведьмами? Что если их действительно полно́ в квартале? – Мэтиас окинул взглядом присутствующих.

– И что? – Риз скучающе посмотрел на Мэта, Брэм фыркнул, а Курт внимательно слушал.

– Так может нам стоит их найти? Может хватит прятаться, может пора прекратить действовать голыми руками и подключить гораздо более действенную силу – Энтропию? – Мэт улыбался от собственного предложения.

– Совсем рехнулся? – Брэм возмущенно на него посмотрел. – Решил податься в приспешники к ведьмам? Нет уж! Без нас! Я еще верю, что Созидание нас не покинуло, поэтому в свое время и присоединился к Дирку и хоть я сейчас его не поддерживаю, искать помощи у Энтропии не стану!

– Ты можешь не искать. – Мэт безразлично хмыкнул. – Что вы думаете, парни? – Брэм заметил, как его товарищи задумались.

– Вы что умом тронулись? – Брэм возмущенно уставился на присутствующих. – Разве твоя подруга недавно сама не ушла с ведьмой? Так что же ты с ними не пошел?

– Эвелин – жалкая дура, а та девчонка если и ведьма, то довольно сомнительная, раз ушла с охотником! – Лицо Мэтиаса потемнело. – Нам нужно найти настоящих ведьм.

– Ты когда стал экспертом в ведьмах, гаденыш? – Брэм с ножом набросился на Мэта, но Риз успел его оттащить.

– Остынь, Брэм!

– Да, остынь, приятель! – Курт вынул нож и принялся задумчиво крутить его в руках. – Что если Мэт прав? Нас все это время зажимают из-за близости к Энтропии, так может пора дать этим уродам то, чего они хотят?

– Вы с ума сошли! А как же твое разбитое сердце, Мэт? – Брэм ехидно посмотрел на парня. – Слышал, о чем остальные перешептывались в общежитии? Они считают, что охотник, с которым убежала твоя пассия – Вёрга!

– Чушь! Он также далек от Энтропии как ты от Созидания! – Мэт злобно смотрел на Брэма. – Воспоминания о Вёрге воскресили мы с Дирком! Это мы оживили легенду о спасителе нашего народа! Так что, если кому и быть Вёргой, так это мне!

***

Франсиска накинула синий плащ и надела красную широкополую шляпу, девушка обулась в красные сапоги на высоких каблуках и, как всегда, была готова притягивать взгляды. Отец молча наблюдал за тем, как она собирается. Двое слуг уже стояли перед выходом, ожидая госпожу. Внутри скрипачки все кипело, она не знала, что делать, девушка отчаянно хотела придумать, как незаметно проникнуть вечером в квартал, но идеи не приходили. Франсиска решила посетить церковь, под предлогом встречи с матриархом, скрипачка сказала отцу, что идет за благословением на предстоящую свадьбу. Но у девушки были другие планы, Франсиска хотела попасть в церковную библиотеку, скрипачке необходимо было найти книги о вёрвах.

– Слишком не задерживайся. – Отец сухо произнес это и направился в свой кабинет.

Франсиска подошла к дверям, ей открыли их с улыбкой и поклоном, девушка встала в проеме и замерла, затем развернулась и взглянула на удаляющуюся фигуру мужчины.

Скрипачка смотрела вслед отцу, девушка сделает все, чтобы попасть в квартал вёрвов. Зачем вы обманывали меня? Или вы сами были обмануты? А может я все не так поняла? Ей нужно было выяснить. Девушка хотела узнать, возможно, Дирк единственный из вёрвов, кто способен на творчество. Но она слышала, что именно Созидание спасло трактирщика от безумия, оно помогло ему. Франсиска тряхнула головой, это могли быть просто слова. А как же мальчики целебранты, беспризорные дети вёрвов? Их Созидание тоже слышит, но они долго учатся, усердно молятся и связаны обязательством и жизнью с церковью и храмом. Тогда что насчет охотников? Но туда попадают только особенные дети. Что целебранты, что охотники находятся в распоряжении хиров, церкви и матриарха, без этого они неспособны на Созидание.

Франсиска посмотрела на стоящую рядом с ней служанку. Эта девушка тоже может быть достойна другой жизни. Скрипачка остановила поток мыслей. Сейчас служанка должна лишь сопроводить госпожу до кареты. Прости, отец, Франсиска покинула дом в мрачном настроении.

***

Она бежала по переулкам, скрываясь в тени от ненужных взглядов. Перепрыгивала препятствия, не привлекая к себе внимания, пару раз увернулась от цепких лап облезлых хищников, порывавшихся на ее маленькое белое тельце. Она бежала, не зная дороги, но чувствовала, куда нужно прибыть. Она слышала зов матери, хотела снова воссоединиться с ней. Она торопилась, потому что знала, еще чуть-чуть и это чувство закончится, она снова будет противиться ей. Отказываться от дарованной силы. Она не может этого допустить, поэтому бежит дальше, быстрее, надеясь скорее ее увидеть. И она видит. Неприметная деревянная дверь, из щели внизу горит тусклый свет, она чувствует ее. Ее тоже почувствовали. Дверь открывается, она видит черные кожаные сапоги до колена облегающие ее стройные ноги, кожаные штаны обтягивающие красивые формы, корсет и черную рубашку с открытыми плечами, украшенными черным мехом, она наклоняется, ее красные волосы спадают вниз, и она видит перед собой два глаза, а в них леденящую пустоту Энтропии.

– Нет! – Алиша резко села на кровати. Открыв глаза, девушка увидела перед собой испуганную Эвелин со стаканом воды в руках.

– Ты не просыпалась, я хотела плеснуть ее в тебя… – Эвелин взглянула на воду -… но ты сама справилась. – Алиша еле дышала. Она взяла стакан левой рукой и выпила содержимое. – Плохой сон?

– Это не сон. – Алиша шептала, девушка положила левую руку на травмированную правую. Покалеченная ладонь была полностью забинтована и жутко болела, словно видение хотело напомнить ей о той ночи, когда юная ведьма потеряла пальцы. – Она идет за мной, Эвелин, она заберет меня через него. – Алиша испуганно смотрела на растерянную девушку перед собой.

– Через кого, Алиша? Успокойся и расскажи все по порядку. – Эвелин подсела ближе к девушке и взяла ее за плечи.

– Сигиус пришел к ней!

– Сигиус? Твой фамильяр? – Алиша закивала. – Хочешь сказать она может тебя призвать через него?

Дверь открылась, в проеме стоял Блэйз, у него в руках был меч, он держал его расслабленно, но не постучал в дверь. Мужчина был обеспокоен, вероятно охотник слышал крики Алиши. Позади него с более обеспокоенным видом стоял Крист.

– Что случилось? – Блэйз пристально смотрел на Алишу.

– Сигиус вернулся к Мории. – Алиша грустно смотрела на Блэйза. Крист вошел в комнату.

– И что это значит? – Парень взволнованно взглянул на Алишу. В какой-то момент Кристан понял, что находится в комнате девушек, они были лишь в ночных рубашках. Парень покраснел от внезапного осознания неловкой обстановки, но остальных это никак не волновало. Все были сосредоточены на Алише и Крист постарался не думать о приличиях, которые ему внушали сестры-целебранты.

– Теперь ей легче будет добраться до меня. Она попытается вернуть меня с его помощью и может узнать, где я нахожусь. А еще я… – Алиша осторожно посмотрела на Блэйза. – Во сне я хочу вернуться к ней. Я и фамильяр как будто одно целое и мои чувства они…они мне не принадлежат.

– А ты можешь выяснить где она, из своих снов? – Блэйз серьезно смотрел на Алишу, его лицо было непроницаемым, юная ведьма не могла понять, что чувствует этот охотник. Он таким же ровным тоном задавал вопросы.

– Наверное, могу. – Лицо Алиши просияло. – Я хорошо помню дорогу, по которой бежал Сигиус.

– Значит, нам нужно найти ее раньше, чем она найдет тебя.

– Кого вы собрались искать? – Грубый голос прервал разговор. Все удивленно обернулись и посмотрели в коридор. Лишь на лице Блэйза не было никаких эмоций, казалось он даже ожидал пришедшего. В коридоре стоял Ландэр.