Список

Глава 1

Закрыв книгу, которую только что дочитала, задумалась.

Мои отношения с мужчинами почему-то зашли в тупик, хотя я не страдала от отсутствия внимания с их стороны. Уже год как я ни с кем не встречаюсь, и даже интима нет. Многие мысли из книги мне были близки и понятны. Пара «мужчина и женщина» образуется для чего-то, и им действительно суждено было встретиться. Кто-то решает свои кармические проблемы вдвоем, они живут одними мыслями, одними желаниями и действуют совместно, где-то помогая друг другу достигать вершин бытия. Другие живут в паре сами по себе, и им тоже хорошо. Они самодостаточны, так же родные друг другу, но каждый имеет свою независимую жизнь вне пары, при этом они не мешают и не обижают друг друга.

Прочитав книгу, поняла, как называются чувства, исходящие от мужчины к женщине. Мне хочется, чтобы за меня взяли ответственность, жили со мной в радости и в моей любви, которую я могу и хочу отдать своему избраннику. С этими мыслями легла спать.

Проснувшись утром, поняла, настроение хорошее, и я улыбалась сама себе.

– Привет, Олеся. Ты, смотрю, не торопишься, – запыхавшись сказала мне заведующая нашим отделением, догоняя меня.

Я улыбнулась ей и ответила, посмотрев на часы:

– Еще целых семь минут. А этого мне хватит.

– Хорошо. Не опаздывай, – сказала она и заторопилась.

Хорошая женщина, но одинокая, задумалась о ней. Сама улыбается, а глаза невеселые. Симпатичная, стройная, и характер вроде бы хороший, всегда выслушает, поможет. Ни разу не слышала, чтобы она кричала на кого-нибудь. Но почему-то она одна, а ей уже почти сорок лет. Странно, озадачилась я.

Уже заходя в фойе больницы, заметила ведущего кардиолога. Красивый мужчина, хорошо сложен, галантен. Глаза всегда светятся, но он немногословен. Про себя в отделении не рассказывает. О нем никто ничего не знает. Слышала, что то ли развелся, то ли разводится.

Видимо, он заметил мой пристальный взгляд и остановился. Придержав дверь, показал жестом, что я могу пройти. Поравнявшись с ним, так и сделала. Не оборачиваясь, сказала «спасибо» и пошла в направлении своего отделения. Но четко ощутила на себе его взгляд.

Зайдя в кабинет, сразу окунулась в работу. На сегодняшний день выпало много разных дел, и к обеду почувствовала, что жутко устала. Присев в кресло, закрыла глаза. «Да, нужно было вчера не книгу читать до полуночи, а спать», – подумала я, понимая, что спать-то мне хочется именно из-за книги. В это мгновение меня посетила интересная мысль, открыла глаза. Мне нужно проанализировать всех мужчин вокруг себя. Составить список свободных, независимых, интересующихся мной. Я могла подумать о них как о потенциальных претендентах на мою «руку и сердце» и поэкспериментировала бы с этим списком.

Мне стало смешно, и я засмеялась в голос. А мысль стала формироваться более четко. «Итак. Список составлю. Понаблюдаю за всеми «членами моего общества», – снова засмеялась и продолжила мысль о моем списке. – Откину неугодных и так найду кандидатуру, которая будет нуждаться в любви, в моей любви. А за этот год ее много накопилось, да еще и разной: свободной, чистой, энергичной, сексуальной».

Закончив рабочий день, быстро добралась домой и решила поделиться со своей лучшей подругой мыслями по поводу напрашивающегося эксперимента.

– Ты сумасшедшая, – взволнованно говорила мне Вероника, – так любовь не ищут. Она приходит, как говорится, сама. Судьба поможет и приведет тебе того, кто начертан именно тебе.

Предполагая, что она все это мне выскажет, прежде чем вдумается в мои мысли, я неторопливо пила кофе. Вероника была уже замужем, но перед тем, как она встретила свою настоящую любовь, пришлось много поработать и эмоционально, и физически. У нее сложилась своя теория, как в жизнь приходит любовь.

Прошло минуты три. Она успокоилась и стала говорить уже по существу моего эксперимента.

– Ок. Ты в список включишь даже всех бывших, кто так и не дождался твоего внимания?

– Ты про Толика? – спросила я, вспомнив, что есть один воздыхатель еще с аспирантуры.

– Да-да, я про него. И еще не забудь Глеба, тоже очень достойный…

– Но вот про Глеба ты бы помолчала. Кто закрутил с ним перед моим носом этак года два назад и бросил его? – повозмущалась для приличия.

– Ревнуешь? Но ты же сама говорила, что он тебе не нравился настолько, чтобы строить с ним любовь. А после того, как я с ним стала встречаться, ты сообщила, что он тоже хороший парень, – подыгрывала мне Вероника.

– Да, – задумчиво продолжила я, – он, после вашего расставания, закидал меня письмами по электронке…

– Вот, вот. Он хороший, просто у меня Кирилл замаячил на заднем плане.

– Угу. И ты поняла, что он твоя судьба.

– Да, я поняла. И ты, дурочка, со списком только зря время потратишь, и в один миг появится тот, кто затмит твой разум и перечеркнет твой список.

Еще часика полтора мы болтали о ее планах, о планах ее Кирилла и о всякой всячине.

Сделав все, что нужно было по дому, начала одеваться на прогулку со своим Грэем. Мой добродушный друг смотрел мне прямо в глаза и давал понять, что стоит поторопиться, улица ждет, а я ушла мыслями в список, который стал вырисовываться.

– Гав.

Я подпрыгнула от неожиданности.

– Прости. Прости, дорогой. Идем. Вот видишь, я уже куртку надеваю. Поводок взял?

Говоря все это, стала оборачиваться в сторону Грэя, который стоял под дверью, наблюдая за мной. И увидела такую картину: в зубах поводок и взгляд, который забыть трудно.

– Да-да. Открываю дверь. Идем, мой Грэюшка.

От ласкового тона он сразу сменил «гнев на милость» и в знак этого завилял хвостом.

На улице было прохладно, и я куталась в шарф. Март выдался сухим, но очень ветреным. Снова ушла в себя и забыла, что Грэй не на поводке. В нашем небольшом лесопарке много собачников, и поэтому нужно было следить за питомцем.

– Грэй, – позвала своего лабрадора.

Не увидев и не услышав его, пошла в ту сторону, куда он побежал.

– Грэй, ко мне, – уже строго сказала я.

Из-за кустов послышался лай Грэя, направилась к нему.

Через секунду он бежал ко мне с высунутым языком, радостный, веселый. «Набегался», я так поняла, и стал ласкаться и играть со мной.

– Ах ты, негодник, бросил меня одну. Ты где был и что тут делал?

И, еще раз пролаяв, он побежал в сторону небольшого пруда. А навстречу ему бежала Лора, его сестра по помету и на сегодняшний день подружка по вечерним прогулкам.

Успокоилась, что он вполне счастлив и на моих глазах, стала искать хозяина Лоры.

– Добрый вечер. Мне говорили, что у Лоры есть замечательный друг, но не говорили, что его хозяйка тоже очень замечательная.

Голос был похож на Сергея Васильевича, хозяина Лоры, но моложе. Я решила обернуться и посмотреть, кто это там такой резвый.

– Добрый вечер, – удивилась, увидев молодого мужчину, лет тридцати пяти.

Мне не очень нравились уличные знакомства, так как за два года, которые мы с Грэем живем вместе, были случаи таких знакомств, но они ни к чему хорошему не приводили. И, видно заметив мое не очень довольное лицо, он стал говорить дальше:

– Меня зовут Алексей, я сын Сергея Васильевича.

Немного ослабила свои иголки, спросила:

– С ним все нормально, не болеет?

– Все хорошо. Он с мамой на неделю уехал отдыхать и просил меня присмотреть за Лорой. А так как она привыкла гулять здесь, вот вечерами привожу ее сюда.

– Понятно, – промолвив это, опять поискала глазами Грэя.

– Вы будете не против, если мы с Лорой вечерами присоединимся к вашим прогулкам? А то мне здешние места не очень знакомы.

«Да уж, вот нахал, так и клеится», – но не стала себя грузить его навязчивостью и ответила:

– Я не против, но у меня нет определенного времени прогулок. График моих дежурств достаточно скользящий, не каждый вечер гуляю с Грэем. Мой папа подменяет меня, когда работаю во вторую смену или выхожу на ночное дежурство.

– Да, отец говорил, что вы врач.

«Отлично… – начала немного разражаться, – что же еще говорил ему его папа?! Да что это я такая сегодня агрессивная? Просто он мешает мне думать о моих делах. Заполняет собой все мое пространство, а я его туда еще не пустила», – промелькнуло в голове.

– Грэй, – окликнула своего питомца и тем самым сбила тему с моей личности.

– Красавец, – сказал Алексей. – Лора тоже очень красивая.

– Да, эти детки удались, – говорила ласково, поглаживая Грэя.

Алексей отвлекся на поиски Лоры, и я рассмотрела его. Высокий, немного худощавый, волосы темные, ноги стройные. На лицо даже и симпатичный. Почувствовала, как внутри меня забредили чувства, которые можно и даже нужно испытывать к мужчине. «Совсем сбрендила, – подумала я, – еще на каждого встречного западать буду».

– Алексей, мы с Грэем уходим, уже поздно, завтра утреннее дежурство, – слегка улыбнулась ему.

– Ок, тогда до завтра, – он запнулся и продолжил. – Простите, но вы не сказали, как вас зовут.

«Вот пристал», – и ответила:

– А разве вам ваш папа не сообщил об этом?

Он рассмеялся и вдогонку произнес еще:

– До встречи, Олеся.

Я ничего не ответила и пошла в сторону дома, играя с Грэем.

Алексей запал мне в мозги, и, помыв Грэя, решила рассказать о нем Веронике. Выслушав меня, а именно весь негатив, который был направлен в сторону этого незваного гостя, она сделала свой вывод:

– Тебе нужен мужик. Я имею в виду, тебе нужен секс. После чего ты успокоишься и дальше будешь продолжать составлять свой список предполагаемого суженого. Ты год без отношений, это сказывается на твоей эмоциональной составляющей. Есть кто на примете?

Ее прямолинейность меня просто ошарашила.

– Да, вот прикольно! У меня был бы кто на примете, я бы и списка не составляла.

– А этого Алексея в список добавишь? – интригующим голосом продолжала она.

– Ну, ты даешь! С одной темы на другую прыгаешь. Ты решила меня уморить?

– Успокойся и ложись спать. Ты просто сегодня устала. Но про Алексея подумай, не просто он вошел в твою жизнь.

– Хорошо, ты меня убедила, успокаиваюсь и ложусь.

Укладываясь спать, вспомнила слова подруги. Задумалась над ними более глубоко в разрезе недавно прочитанной книги. Ведь каждый мужчина, и не только мужчина, но и любой человек, который появился в твоей жизни, входит в нее не просто так. Одни нас чему-нибудь учат, например родители, учителя, преподаватели, другие дают возможность через эмоции, которые связывают нас с ними, что-то понять, что-то узнать, в чем-то разобраться. Вот автор книги так же и написал, что связи создаются все для чего-то. Значит, Алексей также зашел на мой жизненный путь неспроста. Ну, впрочем, как и его папа. Еще тот ловелас. Но с ним приятно общаться, слава богу, что не пристает и за попку не щиплет. Я засмеялась своим мыслям в голос, и Грэй стал радостно поскуливать и вилять хвостом.

– Пойдем, покормлю тебя.

И, дойдя до его миски, заметила, что воду он всю выпил.

– Водохлеб! Ты до утра-то дотянешь? Не написаешь?

Грэй был счастлив от того, что я с ним разговариваю. Он терся своей спиной о мою коленку и вилял хвостом.

Накормив Грэя и устроившись поудобнее в кровати, быстро уснула.

Глава 2

Утром, прогуляв Грэя, быстро стала собираться на работу. Выйдя на пятнадцать минут позже обычного, все-таки умудрилась не опоздать и приступить к своим обязанностям вовремя.

Новая неделя началась с огромного количества работы: постоянные вызовы к сложным больным, то осмотр поступивших больных, то работа с бумагами, отчетами и прочими делами. Сегодняшний день также не сулил спокойствия.

Заведующая нашим отделением, Вера Константиновна, вызвала меня к себе, и мы стали составлять график дежурств. Он мне показался слишком плотным, но на это была причина. Один доктор ушел в отпуск, другой уволился. Из-за этого пришлось перекрывать все вечерние и ночные дежурства. Правда, мы с Верой Константиновной взяли на себя большую часть ночных дежурств, так как мы могли себе позволить ночью не ночевать дома, а остальной состав врачей был женат или замужем, и не хотелось их выдергивать из лона семьи.

– Вот скоро и ты будешь замужем, и придется мне все ночные смены закрывать самой, – посмеялась она.

– Что это вдруг? – удивилась ее словам. – Я еще замуж не собираюсь. Да и претендента нет. Не стоит вам брать на себя всю трудоемкую работу.

И мы еще немного посмеялись на эту тему. На мой вопрос, когда она соберется замуж, ответила, что никогда. Очень удивившись, захотела продолжить опрос, но ее лицо стало грустно-удрученным от этой темы, и я решила не продолжать.

Ее телефон зазвонил, и лицо сразу расцвело. Она заулыбалась и ответила:

– Да, любовь моя, слушаю тебя.

И в это мгновение она вспомнила, что не одна в кабинете, смущенно подняла на меня глаза. Я тут же поднялась с кресла и, показав пальцами знак «ухожу», добавила тихим голосом:

– Если что, звоните.

Хотелось подумать над поведением Веры Константиновны: замуж не собирается, а любовь все же есть, но на глаза мне попался наш ведущий кардиолог, Константин Эдуардович, с искрящимися глазами говорящий по сотовому телефону. Он подмигнул мне и прошел мимо.

Вот умница, недавно защитил кандидатскую, ездит на симпозиумы за границу, проводит много операций у нас в клинике, еще успевает мотаться куда-то в командировку, где также делает операции. Говорят, он очень талантлив. Как бы узнать про него что-нибудь, вдруг подумалось мне. Хотелось включить его в свой список, и я улыбнулась своим мыслям.

– Думаете о чем-то приятном, – раздался у меня над ухом голос Егора Николаевича, второго по значимости хирурга в клинике.

К этому моменту я уже подошла к стойке старшей медсестры в холле третьего этажа и изучала карту больного.

– Да, – сухо ответила и без особого интереса к личности Егора Николаевича.

– Вы прекрасно сегодня выглядите, – сказал он, чуть наклонившись ко мне.

Мне не понравилась его выходка, и, сделав шаг в сторону от него, оглянулась вокруг: никого. Через минуту вернулась дежурная медсестра. Отдавая ей карту, быстро проговорила задание и пошла в сторону своего кабинета.

Егор Николаевич был первым бабником нашей клиники. Об этом знали все. Многие молоденькие медсестры побывали у него в постели. Он был не женат. Такое поведение мужчины мне не импонировало. «Его в свой список и не включила бы никогда. И девчонки, маленькие дурочки, ведутся на него. Вот я в их годы много работала, зарабатывая, обеспечивала саму себя и не позволяла всяким ловеласам мне под юбку заглядывать. Вот опять ухожу в негатив, – одернула себя. – Вероника права, мне нужна разрядка или полное погружение в работу».

Думая над этим, зазвонил мой сотовый телефон. Вера Константиновна предложила поменяться в этот день на ночное дежурство с ней, а через три дня я могла бы себе позволить целых три выходных. С одной стороны, к четырем часам дня была выжата как лимон и мне не хотелось работать, а с другой стороны, можно было домой не ехать, отдежурить ночную, потом дневную, затем смотаться домой и опять в ночную. Зато потом выходные по полной программе. Быстро продумав все это, согласилась.

– Папуля, привет! Как самочувствие?

– Привет, дочура. Самочувствие хорошее.

– Мама где?

– Стряпает, собираемся на дачу, дней на пять. А ты как?

– Ой, тут меня загрузили дежурствами. Возьми с собой Грэя. Маме скажи, что у меня в холодильнике мясо для него лежит. А так все как обычно по поводу его еды. Да… Витамины тоже заберите, они лежат на дверце холодильника.

– Не беспокойся! Уж Грэя мы прокормим. Витамины заберем. Вот будут нам приятные хлопоты. Но он заупрямится, – улыбнулся в трубку папа.

– А ты ему скажи, что я скоро приеду за ним. Пообещай новый мячик купить, он согласится, – смеясь, заверила отца.

– Так ты домой появишься или нам самим его забирать?

– Сегодня домой не появлюсь и завтра только на два часа, так что все придется делать вам.

– Без проблем. За Грэя не переживай. Не впервой.

Поговорив еще пару минут с мамой, распрощалась с родителями и отключила телефон. С Грэем все решено. Подзабыла, есть ли у меня что-нибудь на смену из одежды, и вспомнила, что оставляла на всякий случай белье для экстренных ситуаций. Убедившись, что на смену все есть, пошла в палату к больному.

Остаток дня и начало вечерней смены прошли быстро, так как работы не убавилось. На часах было уже двадцать два часа, когда пришла поспать в комнату отдыха. Там сидели две медсестры и о чем-то разговаривали. Я решила, что вот сейчас самый удобный момент заснуть. Устроившись на диване, укрылась пледом и стала засыпать. Но сквозь сон до меня доносились слова девушек, они явно «перемывали косточки» какому-то мужчине.

– А он, – тихо сказала одна.

– Вот так, – хихикала другая.

– А ты с ним по имени общаешься или по имени-отчеству?

– Наедине по имени. Он такой славный.

Их разговор стал еще тише, когда они заметили, что я не сплю, а ерзаю. И тут до меня дошло, что разговор идет о Егоре Николаевиче. «Вот бабник, – напряглась снова я, – хотя какое мне до него дело», – и уснула.

Меня разбудила Полина, самая хорошая, добрая и умелая медсестра, и когда наши дежурства совпадали, я спала спокойно. Мне пришлось пойти к больному. После того как все было закончено, вдвоем вернулись в комнату.

– Может, чайку или кофейку? – спросила Полина.

– Давай я сделаю тебе кофейку, а сама чай попью. А то от кофе только больше засну.

– Не стоит, давайте я.

– Иди посмотри, как там Сеам, а я пока чайник поставлю.

Мне было приятно ухаживать за Полинкой, она славная девочка. Где-то я сопоставила ее с собой. Она и работала, и училась. Сама себя содержала и по мужикам не шлялась. Просто умничка. Когда вместе дежурим и выдается свободная минутка, можем многое без утайки обсудить, где-то ее жизнь, где-то мою. И я знала точно, что все, о чем мы с ней говорим, за пределы нашего с ней общения не выйдет. И так же с моей стороны – не обсуждала ее личную жизнь, даже с Вероникой.

Когда Полина вернулась, сказала, что наш пациент уже спит, капельница в порядке и можно пить кофе. Мы немного поболтали и допили свои напитки. Она ушла к себе, а мой сон куда-то испарился. «Вот теперь придется считать пчелок, а может, и барашков, потом я усну и проснусь с жуткой головной болью. Чем же мне заняться или занять появившееся время», – задумалась, и тут мысли направились в сторону моего эксперимента. Вот и выдался случай написать список всех претендентов.

Я достала свой ноутбук и открыла страницу Excel. Так как в комнате никого не было, стала рассуждать и говорить вслух:

– Так. Название придумаем… Нет, напишем «Эксперимент». Не «Список» же писать, как-то неприглядно. Нумерацию ставить не буду, смешно получится.

Я продолжала:

– Начнем с него, – и, написав первое имя, потерла руки. – Сделаем колонку, что о нем знаю, где он и кем работает или чем занимается, что он для меня в эту жизнь привнес или может привнести, и оставлю графу для примечания.

Этот процесс меня очень увлек, не все графы заполняла сразу, но имена посыпались. Я и не заметила, как сработал будильник, и только на повторе его отключила. Быстро собравшись, пошла умываться. И сразу вернулась, чтобы забрать свой ноутбук. Зайдя в комнату, увидела, что к моему компьютеру присаживается Константин Эдуардович и начинает вчитываться.

– Это конфиденциальная информация, и не стоит туда заглядывать, – строго, но корректно попыталась сделать ему замечание.

– Но тут что-то очень интересное написано, – он стал заглядывать в мои глаза и улыбаться, – про секс.

Я покраснела и была дико собой недовольна, что оставила такую информацию на обзор. Не думала, что кто-то из сотрудников так рано придет на работу. Закрыла ноут, забрала его и вышла из комнаты.

Днем меня увлекли дела, и я забыла об утреннем инциденте. Уже на ночном дежурстве увидела, что наш кардиолог тоже ходит по больнице. Не хотелось встречаться с ним глазами. Боялась, что он начнет подтрунивать, а мне этого не хотелось. Весь вечер пыталась обойти его стороной.

К девяти вечера в больнице все успокоилось, и я, предупредив дежурную медсестру, пошла спать. Ведь две ночи подряд не высыпаться – это плохо. Закутавшись в плед, сразу уснула.

Не зная, который час, решила сквозь сон перевернуться на другой бок и еще умудриться увидеть часы. Но время не увидела, что-то помешало. «Вроде тень какая-то», – сквозь сон подумала я. Открыв пошире глаза и проснувшись, стала увереннее искать наш огромный электронный циферблат. И тут меня напугал голос из темноты, и он шел как раз со стороны часов:

– Сейчас три часа ночи.

Голос был знакомый до боли, немного пугающий и интригующий. Это был Константин Эдуардович. Я машинально и быстро поправила свой тонкий спортивный костюм, в котором спала, и подтянула завязки на груди.

– Можно еще поспать и не надо так смущаться.

Вспомнила его реакцию на мой «Список». «Если будет настаивать, что я смущаюсь, придется ответить ему», – собиралась с мыслями.

– Сон мой ушел, – говоря, собирала нервы в кулак, – и я попью кофе.

– Позволь поухаживать за тобой. Чайник горячий, он вскипел минут пять назад, это разбудило тебя.

Не дожидаясь моего ответа, поднялся с дивана и пошел к буфету. Пока он на меня не смотрел, прибрала волосы и уселась поудобнее.

– Спасибо, – проронила я, беря в руки кружку с пахучим кофе.

– Кофе хороший, швейцарский. Пей, не стесняйся. Вспомнил, у меня еще и плитка настоящего шоколада спрятана.

Достав шоколадку, не раскрывая разломал ее, затем открыл и положил на стол, который удобно стоял между диванами.

– Прости, что разбудил.

Мне не показался его тон извиняющимся, но раз он так хочет, прощу его. То, что мы уже на «ты» и без моего согласия, пропустила, хотя обычно делаю замечания, но вот ему почему-то не сделала…

– Ничего страшного. Просто вторая ночь подряд, вот и уснула крепко.

– Ты как стахановец, – пошутил он.

– Нет, просто так сложились обстоятельства.

– А я вот жду пациента, позвонили, что привезут минут через пятнадцать, так что решил выпить кофейку, а то потом не знаю, когда и освобожусь.

Он отпил глоток из кружки и ушел мыслями в себя. Я продолжила понаблюдать за ним. И он не показался мне таким уж злюкой и злодеем, как надумала себе после инцидента с компьютером.

– Ты знаешь, – опять начал он разговор, – а мне нравятся девушки, которые говорят о сексе открыто. Не часто встретишь таких. Обычно все кричат и бьют себя в грудь, что любовь и романтика – это главное, а все, что потом, это уже второстепенное.

Я чуть не поперхнулась оттого, что он все-таки затронул тему, которую с ним обсуждать не собиралась. Решила сразу не отвечать, а промолчать и «сойти за умную».

– Возможно, не знаю всего, что ты писала у себя там в файле. Но жутко интересно знать что? – и его глаза заблестели.

– Но я не могу этого рассказать. Только мой близкий друг знает, что там, – немного занервничала и старалась этого не выдавать.

– Давай станем друзьями. Ты давно мне очень интересна. Ты какая-то не как все девушки. Ты одновременно серьезная и нет, деловая и раскованная, суровая, но справедливая. Говорят, и работа у тебя клеится, и руководитель твой о тебе хорошего мнения.

Приятно было все это услышать от него. Но очень стало интересно, чего это он так много обо мне разузнал, особенно заострила внимание на слова «от руководителя».

– Не знаю, что и ответить, – растерялась я.

И тут в дверь зашла дежурная медсестра и сказала, что его ждут во второй операционной.

– А ты не отвечай, – продолжил он наш разговор, когда медсестра закрыла за собой дверь. – Пошли со мной. Тебе как профессионалу будет интересен этот случай. А на посту я предупрежу, что как только ты понадобишься, тебя заберут из операционной.

Не знаю почему, но пошла за ним, быстро надев свой халат. Он действительно подошел на пост, что-то сказал. Медсестра кивнула ему головой, и он стал догонять меня. Поравнявшись, аккуратно своей рукой взял меня за талию и направил в операционную, открывая нужную дверь.

– Девочки, оденьте ее, она поприсутствует.

И все вокруг засуетились, все закрутилось, и только войдя в операционную, настала оглушающая тишина, и только четкий голос Константина Эдуардовича четко давал указания присутствующим на операции. Увиденное действие завораживало. Казалось, что каждое движение, каждое слово было отточено до мельчайших деталей. Я и не заметила, что за мной пришла дежурная медсестра. Уходя, взглянула еще раз на Константина Эдуардовича и задумалась о его работе, о его профессионализме, о его таланте. А руки, его руки, он так умело ими управлял…