Сущность Безликого

Пролог

– Ну, что ж, – сказал врач, взглянув на подсвеченный рентгеновский снимок. – Пока что всё на своих местах. Изменений нет.

– Это хорошо или плохо, доктор? – спросил сидящий на стуле молодой человек, потирая ладони друг о друга.

– Твоя опухоль размером с булавочную головку, Виктор, – объяснил врач. – К тому же она – доброкачественная, а значит, повода для беспокойства быть не должно.

– Мм, – промычал парень, кивнув головой.

– Понаблюдаем тебя в течение последующих двух-трёх недель, а там видно будет, – добавил врач.

– Хорошо, – согласился молодой человек.

– Тебя что-нибудь ещё беспокоит помимо бессонницы, головных болей, недомогания?

– Да, нет, доктор, – неуверенно ответил парень. – Вроде бы это всё.

– Ну, в таком, случае, рекомендую тебе почаще бывать на свежем воздухе, избегать тяжёлых физических нагрузок, переутомления, стресса, больше отдыхать и, конечно же, постараться всё же спать как нормальные люди, – закончив фразу, врач широко улыбнулся.

Юноша лишь едва заметно кивнул головой.

– Выпишу тебе тут кое-что, так, для профилактики, – сказал врач, начав каллиграфировать рецепт своим замысловатым почерком. – Вот, держи, – протянул он листочек бумажки Виктору. – Придёшь ко мне на следующей неделе, в то же время – проверим тебя на предмет новообразований.

Они переглянулись друг с другом.

– Что ж, тогда, до встречи! – попрощался врач, встав со стула и вежливо указав на дверь.

– До свидания, доктор! – попрощался юноша, встав и направившись к выходу. – Спасибо!

– Будь здоров! – добавил врач вслед уходящему пареньку.

Шагая не спеша по мокрому тротуару, Виктор прокручивал в голове возможные варианты развития событий ближайшего будущего, которое казалось весьма печальным ввиду своей неопределённости.

«31 августа, – думал про себя он. – Завтра на учёбу… Чёрт возьми… Так лень… Лень идти куда-то… лень делать что-то… лень вообще жить… Боже… неужели я, наконец, дожил до того, что начал думать о смерти? Эх… Что теперь будет? Что теперь делать? Стоп! Ведь он же сказал – «доброкачественная» … сказал, что беспокоиться не о чем… хм… быть может, я просто принимаю всё слишком близко к сердцу? Паникёр… Эх… Всё будет хорошо… Всё будет хорошо… Определённо… Хотя… какой там к чёрту «определённо»? Нет в этой жизни никакой определённости! Ни единой йоты! Чёрт! Р-р-хм!»

Ворча, Виктор с силой топнул в маленькую лужу на тротуаре и, не сбавляя шаг, шёл дальше, погрязнув в своих мрачных рассуждениях.

Глава 1

– Ну, что ты смотришь на меня? – обратился он к своей кошке. – А, Маруся?

Он положил ладонь на голову чёрного комочка шерсти и стал легонько почёсывать указательным пальцем за чёрным ушком.

– Муррр… – ответила та, закрыв глаза от удовольствия и завиляв хвостом.

– Очередной вечер, – промолвил он. – Очередной холодный вечер. Так холодно. Хм. Нет, не телу – в квартире тепло. На душе как-то, хм, прохладно. И немного сыро. Хм. Осень. Ну, ты меня понимаешь ведь, да, Марусь? Ты одна меня понимаешь. Эх. Мы оба с тобой, наверное, тут сойдём с ума скоро…

Лишь едва слышимое кошачье «фррр» как-то скрашивало царившую в комнате гробовую тишину.

Он перевёл взгляд в сторону окна. Там, вдали, сквозь темноту пробивался тусклый свет фонарей, а безмятежно плывущие в небе облака частично скрывали от глаз мириады далёких звёзд и растущую луну.

– Пора ложиться спать, – обратился он к своему питомцу. – Завтра важный день.

После этих слов молодой человек встал с кресла, держа котёнка на руках, подошёл к кровати, положил милый чёрный комочек шерсти на плед, покрывавший постельное одеяло, а сам отправился в ванную комнату.

Он встал в ванну, закрыл полиэтиленовую занавеску и повернул оба крана, пытаясь настроить оптимальную температуру воды.

Горячая вода стекала по нему, испуская пар, очищая от накопленного стресса и массы негативных мыслей, согревая его тело. Но вода не могла согреть его душу.

Закончив «водные процедуры», он поскорее укутался в большое белое махровое полотенце, даже, несмотря на то, что ванная комната достаточно прогрелась и была заполнена паром.

Вернувшись спустя полчаса в спальню, юноша аккуратно взял дремлющего котёнка на руки, переложил на мягкое кресло, расстелил постель и лёг спать.

Раздался щелчок выключателя. Погас свет.

Виктор сделал глубокий вдох, а затем продолжительный выдох.

Проворочавшись часа полтора, Виктор смирился с тем, что этой ночью, ему в очередной раз не заснуть, скорее всего. Он поднялся, сев на кровати, взял свой ноутбук и, включив его, стал лазать по просторам интернета.

– Бред, бред, бред… – молвил вполголоса Виктор. – Куда не зайди – всюду бред какой-то, на любой странице. Эх.

Молодой человек вздохнул, глянув в окно.

– Надо выпить, – подумал он.

Парень встал с кровати и вышел из комнаты.

Придя на кухню, он включил чайник, достал кружку, поставив её возле чайника, насыпал в неё сначала сахар, потом кофе, а затем сел за стол.

Минуту спустя раздался щелчок – вода в чайнике закипела. Виктор заварил себе кофе, достал из холодильника шоколадную плитку, после чего отправился обратно в свою комнату.

Сделав глоток горячего кофе, предварительно подув на него, Виктора, вдруг, начал мучить вопрос:

– Чё я хочу? – спросил он сам себя. – Что-то хотел сделать… забыл… напрочь вылетело из головы… хм… А! – внезапно вспомнил он. – Почту проверить!

Он вновь взял в руки ноутбук, зашёл на свой почтовый ящик и обнаружил там письмо, среди гор спама. Письмо от друга по переписке, с которым Виктор познакомился в сети пару лет назад.

Друг этот был то ли англичанином, то ли ирландцем, то ли шотландцем, – Виктор всё никак не мог запомнить. Соответственно, и само письмо было на английском (которым Виктор, к счастью, прекрасно владел):

«Доброго дня, Виктор!

Прошу прощения за то, что так долго не отвечал – на то были свои причины. Большая часть лета потрачена на исследования и анализ собранных мною данных, в том числе того, о чём просил меня узнать ты. Я, конечно, не специалист в этом всём, но думаю, тебе стоит обратиться к таковому, ибо всё может быть серьёзнее, чем мы предполагали. Я также проконсультировался у профессора нашего местного университета, он сказал, чтобы ты поменьше болтал об этом с другими. Понимаю, звучит не особо полезно, но в этом есть рациональное зерно, ибо, обсуждая свои проблемы со всеми подряд, ты рискуешь ввести их в заблуждение, вследствие чего, они, рано или поздно, наверняка станут крутить пальцем у виска. Я думаю, ты понимаешь, о чём я. Другими словами, пока всё ограничивается лишь странными снами и рассеянностью вперемешку с усталостью – бояться особо нечего. Просто нужно стараться быть более собранным, больше спать, питаться правильно и всё такое прочее. Но если начнутся головные боли, если станешь наблюдать галлюцинации (слуховые, звуковые или какие-либо ещё), появится внезапная необъяснимая тревога – сразу дай мне знать. Спросишь почему? Потому что это уже не просто переутомление и недосып. Есть тут у меня одна версия, хм, которую ещё нужно проверить, а пока, следи за собой, за своим здоровьем. Старайся избегать гиперактивного образа жизни, лучше расслабляйся, займись йогой там, я не знаю. В церковь сходи. Придумай что-нибудь. Ты же умный парень. Даже слишком умный… чтобы сойти с ума. Поэтому приложи все усилия, чтобы быть в трезвом уме и здравом рассудке… и выжить… среди всего того, что творится вокруг… ведь мы оба знаем, что там гораздо больше, чем всем кажется… хотя, лучше бы не знали…

Тем не менее, я надеюсь, что мы решим твою проблему, что всё у нас получится! Оставайся на связи – это поможет тебе цепляться за истину, если ты, вдруг, начнёшь «сворачивать с верного пути». Я верю в тебя, дружище!

P.S. помни: в здоровом теле – здоровый дух!

С уважением,

Донован Блейк»

– Эх, Донни, – вздохнул Виктор. – Мужик, – продолжил он разговор вслух. – На словах ты, конечно, Лев Толстой, но в реале, всё гораздо сложнее, чем хотелось бы. Во всяком случае, спасибо тебе за то, что остаёшься со мной и слушаешь весь мой бред. Эх. У-а-а-а, – зевнул Виктор. – Вот теперь уже точно пора спать.

– Мяу… – раздалось вдруг жалобное мяуканье.

– Ты чего не спишь? – спросил Виктор у котёнка, отложив компьютер. – Это я тебя разбудил, что ли? Ну, прости, прости. Давай, ложись, засыпай, – сказал он мягким голосом, погладив чёрный комочек шерсти. – Я тоже ложусь уже.

Раздался щелчок. Свет погас, а сам Виктор уже через десять минут сопел в обе дырки.

Зазвенел будильник. Семь утра.

– Эх. Пора вставать, – с досадой в голосе произнёс он, вставая с кровати. – Да нет, я не тебе, – обратился он к открывшему глазки котёнку. – Ты можешь продолжать спать. Эх. Вот бы мне такую жизнь – спишь себе целыми днями, не переживаешь ни о чём, у тебя всё есть, тебя кормят, о тебе заботятся – просто рай! Так ведь? – спросил он у котёнка, погладив его по голове.

– Ми-и-а-а-у, – протянул комочек шерсти.

Молодой человек улыбнулся, дотронулся кончиком пальца до кончика носа котёнка и направился к шкафу с одеждой.

Засвистел чайник. Юноша отправился на кухню. Заварил себе чая. Вернулся к себе в комнату. Подошёл к окну. Уже рассвело. Он бросил взгляд на котёнка, затем снова в окно. Подул на горячий чай, отчего пар на мгновение развеялся. Осторожно отпил горячего чая, сделав маленький глоток.

– А-а-а, – выдохнул он, опустив глаза, посмотрев на пар, исходящий от чая. – Жизнь прекрасна! – подумал он, вновь переведя взгляд на котёнка. – Не правда ли?

– Ми-а-у, – лишь ответил котёнок.

– Хоть ты меня понимаешь, – промолвил юноша, сделав очередной глоток чая. – Первый учебный день последнего учебного года. Что ж, вперёд! – скомандовал сам себе молодой человек. – До вечера, Марусь!

Котёнок вскочил на лапки и проводил взглядом своего хозяина.

– Какие люди! Привет, Витёк! – поздоровались ребята, стоявшие у дверей колледжа.

– Привет, привет! – поздоровался юноша.

– Ну, чё как? – спросил худощавый блондин.

– Да всё путём, Дёнь, – ответил Витя.

– Что-то ты какой-то убитый, не? – поинтересовался у него плотного телосложения брюнет в очках.

– Отстань, Сём. В порядке я, – ответил Витя.

– Он всегда в порядке, – сказал третий друг Виктора – стройный симпатичный молодой человек с короткими волосами каштанового цвета – положив руку Вите на плечо. – Да, же?

– А как же… – ответил Виктор, слегка улыбнувшись.

На втором этаже открылось окно одной из аудиторий, из которого показалась симпатичная девушка с длинными прямыми каштановыми волосами:

– Ребята, поднимитесь сюда, пожалуйста, – попросила она. – Мне тут нужны ваши подписи.

– Ага. Может тебе ещё ключ от квартиры, где деньги лежат? А, Марфуш? – съязвил Виктор.

– Давайте быстрее, пока пара не началась! – добавила она, после чего исчезла из виду.

– Ох уж и любит же наша милаха-староста на нас надавить! – заметил Денис.

– Она словно держит наши яйца в ежовых рукавицах! – добавил Семён.

– И массирует их периодически! – добил Виктор.

Разрываясь от хохота, ребята неохотно вошли в здание колледжа. Поднимаясь по лестнице, Виктор вспомнил фрагмент из своего сна: чья-то голова с длинными тёмными волосами лежала у него на плече, а лёгкий аромат шампуня с экстрактом чайного дерева заполнял собой всё пространство вокруг, от чего при закрытых глазах казалось, будто находишься на Дальнем Востоке, в сказочном лесу, где обитают прекрасные миниатюрные китайские дриады.

Едва трое ребят успели перешагнуть порог аудитории, как прозвенел звонок.

Обеденный перерыв.

Четверо ребят сидят за одним столом, в тишине, кушают, время от времени поглядывая друг на друга. Лишь Виктор сидел хмурый, молча пережёвывая свой бутерброд и запивая его чаем. Семён не выдержал и начал разговор:

– Чё ты такой серьёзный? – спросил он у Виктора, поправив свои очки средним пальцем левой руки.

Виктор перестал жевать, опустил руку, держащую бутерброд, на стол, затем поставил стакан с чаем на стол и, наконец, поднял глаза, уставившись на Семёна, сверля взглядом:

– Я сейчас плесну горячего чайку тебе в очки, – спокойно ответил Виктор.

– Да ладно тебе, Вить, успокойся, – замолвил за Семёна словечко Серафим, – чего ты ей-богу?

– Да бесит просто… – выдавил из себя Виктор.

Он откусил кусочек от бутерброда, запив чаем, и продолжил медленно жевать.

– Серьёзно, Вить, – подхватил Серафим, – что-то ты в последнее время стал частенько психовать…

Серафим поймал взгляд Виктора и лишь слегка кивнул головой.

– Не знаю я, ребят. Какая-то херня со мной происходит в последнее время, признаю. Много мыслей в голове. Сны всякие странные сниться начали.

– Какие, например? – поинтересовался Серафим.

– Да, вот, этой ночью баба какая-то снилась, – начал объяснять Виктор, – лица не помню, но… всё так странно было… как-то… даже не знаю…

– Слушай, Вить, да не грузись ты. Давай вечерком может по пивку? – предложил, Семён. – Поболтаем, там… то, сё…

– Ну, черт его знает, – сказал Виктор, перекидывая лямку своей сумки через плечо.

– А чё так? – спросил Серафим.

– Да, у меня дело кое-какое есть, – обмолвился Виктор. – Нет, не смотрите на меня так! И не спрашивайте. Проехали.

– М-м, – промычал Серафим.

– Ну, если что, я тебе позвоню, – предложил Виктор.

– Идёт, – согласился Серафим.

– Чёрт! – вдруг выругался Денис. – Чует моя жопа неладное!

– В смысле? – спросил Серафим.

– Ты к чему это, вообще? – спросил Семён.

Ребята подошли к аудитории, где должна была состояться следующая пара. Дверь была приоткрыта. В самой аудитории стояла тишина. Лишь один голос, как гром среди ясного неба, вдруг оборвал смиренное студенческое молчание:

– Все собрались? – раздался громкий строгий женский голос.

Четверо ребят пристроились друг за другом высматривая в вертикальном дверном просвете громогласного тирана.

– Да ё-моё! – шёпотом протянул Семён. – Заведующая отделением!

– Твою же… – шёпотом выругался Виктор.

– Я ж говорил! – прошептал Денис.

– Ну, чё встали? – шёпотом спросил Серафим. – Вперёд!

Семён, стоящий ближе всех к двери, вошёл первым, вслед за ним, поочерёдно последовали Виктор, Денис и Серафим.

– Извините, за опоздание, Лидия Михаллна! – донёсся голос Серафима из-за спин ребят.

– А, – обратила на опоздавших внимание заведующая отделением, – святая тр… хм, нет… святой квартет!

Ребята замялись на месте, не зная, что дальше делать.

– Ну, проходите же скорее! Чего встали? – чётко и строго сказала женщина. – Ну же!

Ребята гуськом быстро потопали мимо парт, рассевшись на заднем ряду.

Виктор краем глаза заметил ещё одного человека рядом со взрослой женщиной – молодую девушку.

– Итак, – продолжила заведующая отделением, – На чём я остановилась? Хм. А. Да. К нам перевелась новая студентка. Вот она, – заведующая указала жестом на рыжеволосую девушку, стоявшую по правую руку от неё. – Звать Юлей. Девочка умная, хорошая. Не обижать её! У меня всё, Анфиса Павловна, – сказала она, обращаясь к преподавателю.

– Хорошо, – ответила та.

– Ах да! – вновь обратилась заведующая к студентам. – Следующей пары не будет – Валентин Игоревич заболел. Не знаю, когда Анфиса Павловна решит закончить свою пару, поэтому заранее предупреждаю: спускаемся и уходим из помещения тихо, без лишнего шума, визга, воплей и топота (как это обычно у вас бывает)! Ясно?

Студенты, довольно улыбаясь, одобрительно покачали головами и начали перешёптываться.

– Ну, всё, я побежала, – сказала Лидия Михайловна, повернувшись к преподавателю. – Ещё увидимся, дети! – попрощалась заведующая со студентами, выходя из аудитории.

– Присаживайся, Юль, – вежливо предложила Анфиса Павловна новой студентке.

Юля улыбнулась, молча кивнув головой, и села на ближайшее свободное место, которое оказалось за одной партой со старостой группы, ввиду отсутствия подруги старосты.

– Ничего, что я здесь села? – робко спросила Юля.

– Ну, вообще-то, ничего, – начала было староста, облокотившись на парту, – но просто тут обычно моя подруга сидит, но её сегодня нет, она приболела, так что можешь сидеть, без проблем. Просто имей ввиду.

– А. Хорошо, – тихо ответила Юля. – Завтра я найду себе другое место, – слегка улыбнувшись, сказала Юля.

Марфа, староста, почувствовала себя неловко, сидя рядом с новым незнакомым ей человеком, но не растерялась и тоже улыбнулась, правда вышло это не столь удачно. После нелепой секундной паузы, Марфа отвернулась, затем, то ли от смущения, то ли от тяжкой доли старосты группы, опустила голову, отчего её длинные прямые волосы, закрыв её лицо, едва коснулись парты, и глубоко вздохнула.

Свою пару Анфиса Павловна закончила раньше, отпустив детей домой ещё до звонка. Все они засуетились, начав складывать свои вещи в сумки.

Виктор, одним из первых вскочивший с места к выходу, проходя мимо парты, за которой обычно сидела староста, окинул взглядом новенькую согруппницу.

– Привет, – сказал он, улыбнувшись.

Рыженькая девушка застыла с пеналом в руке, подняла голову и, едва заметно улыбнувшись, промолвила тонким девичьим голоском:

– Привет…

Глава 2

Тревожные мысли не давали Виктору покоя: «Придумай что-нибудь… Ты же умный парень… Хех… Ну, да, конечно. Тоже мне, гения нашёл! – усмехнулся молодой человек, идя по улице в сторону своего дома. – Хм. – задумался он. – Церковь… а что если здесь и правда замешана какая-то нечистая сила? Хех… Хм. А, может, всё-таки, сходить? – задался он вопросом на ходу. – Не сказать, что я такой уж прям верующий, но тем не менее. Ай, чёрт с ним! Схожу! И так бываю там крайне редко. Пора бы уже…» – решил парень, свернув на соседнюю улицу, ведущую к городской церкви, а если быть точнее – православному храму.

«Вот она». – произнёс он вслух, остановившись перед церковью.

Виктор окинул взглядом величественное здание, высотой с трёхэтажный дом, включая «пьедестал» – церковный фундамент, и ведущие по нему к главному входу триста ступенек.

Преодолев три лестничных пролёта, по сто ступенек каждый, Виктор оказался у трёхметровых позолоченных дверей.

«Чтож, – сказал он сам себе, – вперёд!»

Он открыл дверь и вошёл внутрь. Его взору предстала вся красота христианской культуры: слегка поблекшие старые иконы и кресты, белые колонны, держащие на себе расписной «небосвод» церкви, озаряющие всё вокруг семисвечники и паникадило, престол с антиминсом, евангелием, по размерам больше энциклопедии, парой напрестольных крестов, дарохранительница и лампада, и, разумеется иконостас, отделяющий основную часть церкви от той, что сокрыта от глаз прихожан.

Медленным шагом блуждая по церкви и впитывая всё величие и энергетику этого святого места, Виктор ощутил некое тепло, населяющее его душу.

Он подошёл к одному из подсвечников, поднёс к нему приготовленную заранее свечу, как вдруг, услышал внезапно раздавшийся мужской голос:

– Здравствуй, сын мой! – произнёс священник.

Молодой человек вздрогнул.

– Батюшка, – обратился Виктор к нему, опустив руку с незажжённой свечой.

– Я чувствую тревогу в твоём голосе – уверенно произнёс священник, будто он знал, что происходит у парня на душе.

– Так и есть, – ответил молодой человек.

– Не желаешь поведать мне? – спросил священник.

– Да, я бы с радостью… – начал было тот, – … но, вот, боюсь, вы не поймёте меня.

Священник дотронулся левой рукой до правого плеча Виктора и произнёс, слегка улыбнувшись:

– Это мой долг – попытаться понять каждого и помочь, сделать всё, что в моих силах, сын мой.

– Просто, я как бы не особо верующий… – объяснил Виктор.

– В таком случае, что же ты делаешь здесь? – поинтересовался священник.

– Хм… – задумался молодой человек.

– Вот видишь – на всё воля божья, – улыбнулся священник. – Порой, вера сама ведёт нас туда, куда нам надо, даже если мы не видим, не верим и не знаем куда именно нам надо. Так что, будь уверен в том, что всё происходящее есть ни что иное, как божий замысел, которого нам скорее всего не понять, но, тем не менее, он есть таков, каков он есть, каким его создал Творец, и другого нам не дано. Не волнуйся, раз ты здесь, значит наш Создатель желает помочь тебе. Будь в этом уверен.

– Ну, раз такое дело… – согласился парень, отведя взгляд в сторону.

– Поведай мне, что беспокоит тебя, сын мой?

– Меня сильно беспокоят мои сны, святой отец.

– Что с ними не так?

– В них много негатива… много жестокости, много зла… много непонятных мне вещей.

– Тебя мучают кошмары?

– Я не могу назвать их кошмарами, святой отец. Это что-то более зловещее. Это, как будто что-то внутри меня хочет вырваться наружу. Понимаете?

– Ты слышишь голос? Тебя что-то побуждает к дурным поступкам?

– Нет. Вовсе нет. Хех. Никаких голосов нет. Я чувствую, словно что-то есть внутри меня, но я не могу понять – к чему это всё может привести.

– До сих пор ведь ничего плохого не случилось, значит, пока что, всё в порядке.

– Как-то раз произошёл со мной один случай… в общих чертах – это можно описать следующим образом: в тот момент в меня вселился дьявол. Хех. Так будет наиболее понятно.

– Наверняка ты преувеличиваешь, сын мой. Ведь когда вселяется Дьявол, человек перестаёт быть самим собой. Навсегда. Это очень серьёзно. Неразумно говорить об этом без веских на то оснований.

– Извините, батюшка. Просто, я не знаю. Я не могу объяснить это другими словами. Было ощущение, словно что-то прошло сквозь меня, как ветер проходит сквозь постиранное бельё на улице, понимаете?

– Интересное сравнение. Надеюсь, этот «ветер» не нанёс с собой грязи, на «чистую белоснежную простынь»?

– Я и сам бы хотел это узнать. Правда. В моей голове творится столько всего! Вы и представить себе не можете…

– Мне многое удалось повстречать на своём пути. Всякого повидал.

– Да? Хм. Эх.

– Не волнуйся. Пойдём.

Священник снова дотронулся до парня, прикоснувшись кончиками пальцев левой руки его правого плеча, поведя его за собой.

Подойдя к жертвеннику, священник черпнул лжицей вина из потира и взял с дискоса кусочек антидора (хлеба, олицетворяющего тело Христово), затем повернулся и протянул обе руки – с вином и хлебом – молодому человеку.

– Это что? – спросил Виктор.

– Выпей и съешь, – предложил священник. – Это кровь и тело Христово.

– Я… э-э-э… не в курсе всех этих обрядов и традиций, батюшка, но… – засомневался Виктор. – Не знаю даже…

– Это поможет тебе очиститься и избавиться от дурных мыслей, снов и наваждения, – объяснил святой отец.

– Ну, раз такое дело… – согласился Виктор. – Хм… Тогда ладно.

Виктор перенял кусочек хлеба с рук священника, положил в рот, пожевал немного и проглотил, затем выпил с ложечки разбавленного красного вина.

Священник тем временем шептал какие-то молитвы, разобрать контекст которых Виктор не смог.

– А это оставь мне, – попросил священник, указав на свечу, которую Виктор держал в руке. – Я сам поставлю её за тебя. Всё равно ты ставил её не у той иконы, – добавил он улыбнувшись.

– Как вам будет угодно, – сказал Виктор, протянув ему свечу.

– Чтож, а теперь ступай с Богом, сын мой! – попрощался священник, в третий раз прикоснувшись к парню, крепко сжав пальцами его плечо.

– Благодарю за всё, батюшка! Всего вам доброго! – попрощался Виктор.

– Заходи ещё… – добавил священник, улыбнувшись.

– Обязательно! – одобрительно кивнул головой молодой человек, уходя.

Последний раз, на ходу, окинув взглядом святыню, Виктор покинул церковь.

– Вы думаете, это Он? – донёсся женский голос из-за спины священника.

– Думаю, да, – ответил тот. – Мы скоро узнаем это наверняка. Следите за ним двадцать четыре часа в сутки. Сейчас он более открыт и уязвим для влияния извне, чем раньше. Мы не можем себе позволить потерять его. Будьте осторожны. Сами держитесь на расстоянии. Без моего приказа чтобы никто из Церкви не вступал с ним в контакт. Не позволяйте ему также вступать в контакт с Иными. Всё понятно?

– Слушаюсь, – ответил женский голос, исходящий от силуэта в тёмном одеянии.

– Ступай…

Следующий день. Утро.

Пара закончилась. Парни вышли в коридор, на ходу обсуждая события вчерашнего дня:

– Кто-нибудь вообще помнит что-нибудь из вчерашнего дня, – поинтересовался Денис.