Тайна планеты Масирт. Фантастика. Книга 1

© Татьяна Боровенская, 2026

ISBN 978-5-0060-5319-9 (т. 1)

ISBN 978-5-0060-5321-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

(Все имена, названия и события вымышлены. Любые совпадения являются случайными)

Перепечатка произведения возможна только с согласия автора, к которому вы можете обратиться на его странице.

Глава 1. Несчастье

Взгляд мужчины то и дело возвращался в сумерках серого утра на экран телефона, но тот и не думал отзываться и мирно спал, по сравнению с Микаэлем, который так и не сомкнул глаз. Он присел на узкой холостяцкой кровати, поднял маленькую записную книжку, давно упавшую на пол, и нервно прошелся пятернёй руки по густому иссиня-чёрному чубу. Мику вспомнилось такое же тягостное утро много лет назад в далёком детстве на Земле. Воспоминания часто преследовали во сне, либо возникали в минуты отчаяния. Он вновь слышал шелест листьев раскидистого дуба возле родительского дома, ночные шорохи, тихий беспомощный плач двенадцатилетнего мальчика, сидящего под ним. Тридцать девять лет пролетели так стремительно, что подчас жизнь казалась чужой, словно вечерний фильм перед сном.

Привычная мелодия телефона заставила его вздрогнуть. Микаэль ждал звонка, но и боялся.

— Алло, это Вероника. Извини, Мик, что разбудила, Николас погиб, — судорожные рыдания прервали речь девушки.

— Держись, подруга, я как раз собирался приехать, — сказал он, стараясь снизить нервозный тон голоса.

Хмурое утро упорно пробивалось сквозь приоткрытые жалюзи. Рыхлые облака на небе напоминали обрывки старой ваты, которую лучи восходящих светил пронзали, словно жёлтые искрящиеся иглы. Мик ещё раз глянул на восход оранжевого солнца на западе и двух других, чуть дальше к северу — красных карликов. Хоть было привычно видеть эти звезды на фиолетовом небе с яркими всполохами, Микаэлю вспомнился тот первый рассвет возле дуба на планете Земля. Тогда, будучи подростком, он предал Николаса и Джека, испугался и убежал, бросив друзей на реке.

Однажды летним вечером, мальчишки решили взять старую лодку умершего соседа Микаэля, мистера Ричардсона, и покататься на стремительной речушке, что протекала недалеко от городка, где они жили. Каноэ болталась на гнилом канате уже пару лет у мостика, и начинало слегка разрушаться, но ещё держалось на плаву и создавало впечатление прочной посудины внутри. Едва мальчишки отплыли на середину реки, Микаэль начал дурачиться и лодка накренилась. Вдруг, Джек упал на дно судёнышка и один кусок доски оторвался, затем каноэ быстро пошло ко дну. Дети нелепо барахтались в воде и громко кричали. Только Мик умел плавать из троих друзей. Внезапно, Джек ухватился за ногу Микаэля, но тот оттолкнул его и быстро поплыл к берегу, затем стремглав бросился по дороге к своему дому. В первые минуты случившегося несчастья, Мик испытывал страх и только одно желание — убежать. В саду, он пришёл в себя. Мальчик почувствовал вину и, не зная как оправдаться, подумал, что друзья утонули, горько расплакался. Ночь напролёт родители искали мальчишек. Отец Микаэля обнаружил сына рано утром, спящим возле дуба. Николасу удалось спастись, ухватившись за проплывающую мимо корягу. Случайный рыбак увидел мальчика без сознания на отмели — в километре от трагедии.

Мужчина глянул на себя в зеркало и почувствовал вдруг, как что-то защемило в груди.

— Мик, ты знаменитый учёный в области астрофизики и сравнительной планетологии, а также космохимии, зачем возвращаешься к детским воспоминаниям, словно невротик! Что было, то прошло, — сказал он вслух с недовольством и щёлкнул пальцами в воздухе, как бы обращаясь к двойнику.

Микаэль привычно сжал тонкие губы, которые словно разрезали квадратное лицо с властным подбородком, оделся и направился к самобилю, потом быстро задал координаты роботу, и машина взмыла вверх.

Некоторые жители Сирка уже проснулись, несмотря на ранний час и спешили в таких же самобилях мимо него. Дороги, светящиеся пунктирной линией вдалеке, оживляли рассвет над верхним городом. Мик с лёгким презрением глянул на яркие пятна далеко внизу на нижнем уровне Сирка, где жили туземцы-рабы в резервациях, земляне-преступники, либо забракованные сотрудники из высших слоев общества.

Совет планеты отбирал на конкурсной основе детей землян каждые два года по уровню умственных способностей. Одних отбирали в дальнейшее обучение для научной деятельности, или в помощники будущим руководителям, других с невысоким интеллектом назначали смотрителями заводов и фабрик, либо координаторами в управлении туземцев, коренных жителей Териуса. Иногда, в нижний город ссылали и людей переступивших закон. Туземцы и арестанты, благодаря рабскому труду, снабжали всем необходимым элиту из верхних городов планеты, которая располагалась в сотне световых лет от Земли.

Год длился на Териусе двести девяносто дней, а три маленьких солнца в центре галактики, вокруг которых вращались другие 10 планет, давали тепла на двадцать пять процентов меньше, чем привыкли получать люди с планеты Земля, колонизировавшие Териус десять лет назад. На полюсах, состоящих из каменистых гор с пятикилометровыми шапками льда, которые уравновешивали планету, проходила магнитная ось Териуса. Электромагнитное поле удерживало атмосферу и, как щит, защищало планету от солнечных ветров, создавая необходимые условия для жизни. Здешний климат резко континентальный, с регулярными ужасными бурями часто будоражил маленькую планету, но воздух насыщенный кислородом помогал выживать. Большая часть Териуса была покрыта чрезвычайно солёными водами безграничного океана. Вулканические острова тянулись длинной грядой в экваториальной зоне. Города расположились в искусственных двухуровневых поверхностях, напоминающих грибы на шести крупных островах. Сильнейшие цунами и торнадо часто будоражили планету, и тогда поверхности городов покрывались прочными куполами.

«Райское место по сравнению с Масиртом»! — Подумал вдруг Микаэль.

Эту планету обнаружили в ста пятидесяти световых лет от Териуса. Величественный жёлтый гигант с чёрными густыми облаками и сильнейшими вихревыми газами в атмосфере, устланный блескучими морями с жидким метаном и ледяными хребтами, походил на каменное чудовище со снимков зондов-роботов. Температура на планете опускалась ночью минус двести градусов по Цельсию, а днём, который длился четырнадцать часов, составляла на четверть меньше. Жуткий холод с ветром играл на руку метановым дождям и чудовищным штормам. Крошечные овальные капли при падении увеличивались до размеров бейсбольных мячей, что было связано с сильной гравитацией. Бурлящие воронки, расположенные у подножия гор яростно плевались чёрной густой струёй с вязкой жидкостью наподобие нефти.

На Римеде, крошечном спутнике Масирта, охотно освоенным землянами четыре года назад, основали базу для учёных астрофизиков, так как наличие магнитного поля защищало исследователей от смертоносных солнечных бурь. Каменистая планета, испещрённая падением многочисленных метеоритов, раньше путешествовала по вселенной в форме исполинского астероида, а возможно была обломком разлетевшейся на кусочки неизвестной планеты. Прошли миллиарды лет, и она превратилась в шар, вращаясь вокруг грозного Масирта, наподобие Луны — неразлучной спутницы старушки Земля.

Мик провёл на Римеде три месяца вместе с Роджерсом Фиджи, его помощником — инженером и астрофизиком, полным коротышкой с лысой головой, узкими маленькими глазами и розовыми щёчками, который слыл оптимистом и добряком. Пять лет учёные работали вместе, хотя между ними иногда и вспыхивали серьёзные стычки, но благодаря дружелюбию Роджерса, они быстро завершались миром. Исследовав образцы грунта, газов и проведя ряд сложных экспериментов с космозондами, Микаэль одобрил решение на отправку первого отряда астронавтов на Масирт, как главный специалист в области космической химии.

Мик отправил самобиль на стоянку у подножия стелы, похожей на гигантское ветвистое дерево, и тяжело вздохнул. Худые длинные руки мужчины дрогнули, нескладная фигура слегка наклонилась в раздумье, но, овладев собой, он быстро пошёл к лифту.

Сине-зелёный отсвет колонны с названием «Лётный район номер один», указывал, что здесь жили астронавты и звёздная гвардия, защитники вселенной. Жилище Вероники, напоминало круглый кокон. Сотня домов висела вверху и внизу на мощной стеле. Если взглянуть с высоты птичьего полета, то верхний Сирк напоминал праздничный торт с колоннами, украшенными разноцветными шариками-домами.

Коконы защищали землян от каменных дождей, что случались здесь регулярно. Многочисленные вулканы часто сотрясали атмосферу яростными извержениями, что и вызывало каменные дожди. В такие дни стелы с коконами домов автоматически прикрывались защитными шторами.

Микаэлю вспомнилась встреча с девушкой и Николасом в шикарном ресторане Сирка перед его отправкой на Масирт два месяца назад. Молодые люди смеялись, дурачились, вспоминали детские годы, но обходили молчанием смерть Джека в ту ночь на реке. Николаса чудом удалось спасти, но с тех пор крепкая дружба «неразлучных», как звали их в городке, расположенном в трёхстах километрах от Нью-Йорка, дала трещину, и встречи стали редкостью. Младшая сестра Джека, Вероника после смерти брата начала слегка заикаться, хотя через два года, речь восстановилась.

В полночь компания отправилась в казино. Мик выигрывал.

— Ты счастливчик, сегодня! — Воскликнул Николас.

Микаэль усмехнулся кривой улыбкой и с грустью ответил:

— Для тех, кому не везет в любви, удача часто перемещается в деньги!

Девушка почувствовала пристальный взгляд, обернулась, оторвавшись от экрана игрового автомата и, внимательно посмотрела на Мика. Затем, быстро отбросив на плечи густые рыжие локоны, покрывающие волнистой зыбью до пояса стройную фигуру, произнесла:

— Ты учёный мирового значения и состоятельный человек, а мы с Ником только астронавты-исследователи. Ищи свою половинку, моё сердце занято, и наша свадьба состоится после возвращения Ника из экспедиции на Масирт.

Вероника ласково чмокнула, сидящего рядом жениха, который нежно обнял её тонкую руку. Зелёные глаза девушки стали ещё выразительнее.

Вика открыла Микаэлю дверь. Спутанные волосы, заплаканное лицо девушки, бледное и осунувшееся, беспорядок в комнате указывали на смятение и горе.

Слегка заикаясь, она тихо сказала:

— Спасибо, что пришёл. Чувствую себя потерянной и несчастной. Что могло случиться с Ником и Жеральдом Лэдом и почему нашли только пустые скафандры? Ты же дал заключения, что планета Масирт безопасна для отправки первого отряда исследователей.

Мик ласково взял девушку за локоть и ответил:

— Пойдем, присядем на диван. Вчера, было расширенное заседание совета комитета нашего института из-за гибели астронавтов. Заключение о Масирте, одной из углеродных планет и отсутствия видимой биологической жизни, я подтвердил документально, как специалист в области космохимии. Мы с коллегой обследовали планету в капсуле, но не выходили из неё. В последнем разговоре с Николасом, я напоминал, что первая экспедиция опасна. Риск исключить невозможно, и, как астронавту, тебе это известно!

Вероника молча вытерла, вновь хлынувшие непроизвольные слёзы и глухо произнесла:

— Извини, неправа. Сегодня, попросила Стива меня заменить на околопланетарной станции наблюдения за противоастероидными лазерными пушками. За роботами тоже надо присматривать. Скажи, что думаешь о Масирте и причине гибели Ника и Жеральда?

Бесстрашная, прямая, иногда жёсткая по характеру, Вероника составляла полный контраст мягкому голосу и кукольной внешности.

Девушка нахмурила лоб, зелёные глаза сузились, и она продолжила:

— Планирую полёт на Масирт со следующей экспедицией, дождусь только завершения расследования. Я уверена, что в гибели Николаса кроется тайна. Если тебе известны детали, либо предположения, скажи!

Микаэль бросил взгляд в окно, всполохи на небе стали ярче, утро полноправной хозяйкой вступало в свою обитель. Небосвод как будто надувал щёки, затем выплескивал разноцветные волны, на манер северного сияния на Земле. Метеоритный дождь, словно фейерверк, расцвечивал, казалось, модернистскую картину небесного купола.

Мик, наконец, оторвался от созерцания рассвета в окне и задумчиво произнёс:

— Вспомни, что ты знаешь о нашей спиралевидной галактике Млечный путь. Раньше в эпоху первого освоения космоса, чтобы пересечь её, потребовалось бы 100 тысяч световых лет. С развитием науки учёные создали космолёты, чтобы за пару дней сделать такое перемещение, используя искривления пространства и времени. Человечество освоило планеты нашей галактики, а теперь и соседние за счёт сверх скоростей космических аппаратов. Примерно пятисот миллионов лет назад, Венера и Земля походили друг на друга, словно сестры близнецы. Повсюду на этих планетах царил тропический рай, но с потерей магнитных полей у Венеры, солнечные ветра унесли всю воду, разделив её на атомы кислорода и водорода. Сумасшедшие извержения вулканов окутали планету плотными сернистыми облаками. Теперь соседка Земли раскалена около плюс четыреста градусов по Цельсию, тем не менее, примитивная жизнь сохранилась в верхних слоях атмосферы в форме микроорганизмов — цианидах. В облаках присутствуют остатки водяных паров раскалённые плюс восемьдесят градусов, а вода, даже в таких минимальных количествах цианидам необходима. Подобное прослеживается и на Масирте.

Девушка воскликнула, прервав рассуждения учёного:

— А что, если там, напротив, обитают высокоразвитые существа, в кислотных облаках?

По лицу Микаэля словно пробежала тень, мужчина отвёл взгляд в сторону и сказал:

— Возможно. Наукой открыты в других галактиках миллионы видов и форм инопланетной жизни. Масирт только предстоит изучить, а первый эксперимент показал, что наша подготовка недостаточна. Опасность велика, не стоит рисковать и лететь со вторым отрядом, подумай, договорились?

Вероника на миг прикрыла глаза, и смахнула слёзы. Мик приблизился и молча обнял девушку, словно маленького расстроенного ребёнка. У мужчины слегка закружилась голова. Он вдыхал запах её волос и нежно поглаживал по спине. Сколько лет Микаэль мечтал о подобном моменте доверительности и расположении. В душе расцвела надежда, которая никогда не умирала в сердце — стать однажды любимым этой взбалмошной, но неотразимой девчонкой. Мику казалось, что он любил её, с первого мгновения, когда увидел в далёком детстве.

— В тебе так много осталось от маленькой девочки, несмотря на то, что мадмуазель является лучшей охотницей за минералами. Наслышан в новостях, что ваш отряд отловил астероид размером в километр. Теперь, в ангарах Териуса предостаточно золота и платины.

Вероника осторожно высвободилась из его объятий и спросила:

— Хочешь кофе? Он не из воздуха, как в космолёте, а с нашей старушки Земля. Я получила премию, теперь, можно вспомнить юность, мои двадцать пять лет пролетели незаметно. Знаешь, в семье меня баловали как принцессу, особенно после смерти Джека. Не держу зла на тебя. Вы были дети, всякое может случиться, иногда говорят судьба.

Мужчина помрачнел, пронзительный взгляд задержался на детской фотографии Вики, беззаботно сидевшей на полянке вместе с братом. Мик ответил, быстро овладев собой:

— С удовольствием выпью чашечку!

Через минуту он продолжил хриплым голосом:

— Всю жизнь, детская трагедия преследует меня, часто вижу вновь реку и тонущую лодку. Трудно забыть! Я бросился к дому за помощью, но когда добежал, понял время упущено. Ночь напролёт рыдал, как девчонка от беспомощности.

Мик скрыл подробности происшествия, зная в душе, что ему нет оправдания. Николас, же, не видел того момента, как Микаэль оттолкнул тонувшего Джека на реке.

Мужчина вновь посмотрел в окно. В северной части небосвода начали собираться тучи, которые крутились и уплотнялись, словно чудовищный клубок, чернея и поблёскивая небольшими молниями. Фиолетовые отсветы пропали, ветер стал усиливаться, предвещая бурю.

— Через три часа будет светопреставление, штормовое предупреждение населению разослано, да и мне через час надо в лабораторию. Встретимся вечером, согласна? — Спросил Микаэль.

Вероника принесла пару изящных чашек китайского фарфора и поставила на овальный стол. Она любила старинные вещи. Школьное увлечение историей древнего Китая оставило неизгладимый след. Стена комнаты была украшена веером в центре, а по бокам — постерами на восточную тему, на длинном буфете возвышалась статуя Будды, а рядом наборы морских раковин, что когда-то служили древнейшим видом денег и счетные палочки. В углу стоял бронзовый треножник, который использовали буддисты как курильницы для благовоний, куда во время обрядов опускали сотни ароматических палочек. Бронзовое зеркало десятого века до нашей эры висело у входной двери, для отпугивания злых духов, как пошутила девушка, однажды.

Вика собрала взлохмаченные волосы заколкой и ответила:

— Нет, спасибо. Хочу лечь пораньше, завтра на работу. Надо возвращаться к привычному для меня ритму жизни, это поможет пережить горе.

В лаборатории Роджерс мурлыкал незатейливую песенку, что показывало хорошее настроение, которое, впрочем, было у него постоянно.

— Привет, Рокки! Какие новости? — Спросил Микаэль.

— Доброго дня! Хотя предстоящая буря потреплет наш город, но, обойдется. Занимаясь климатом Масирта, мне вспомнился период, когда на Земле в двадцать втором веке в связи с переменами в характере использования земельных ресурсов, вырубкой лесного покрова, но и рядом антропогенных факторов, начались мощные наводнения на западе планеты и сильнейшие засухи на востоке. Учёные занялись проблемой вовремя и предотвратили катаклизмы, правда потребовалась добрая сотня лет. Адская атмосфера Масирта, обусловлена многочисленными факторами. Отсутствие магнитных полей и сильнейшая радиация, большая удалённость от звезды Чарли Ч123 и много другое создаёт невыносимые условия для экспериментов. Масирт нельзя и близко сравнить с Землёй даже в начале формирования, но есть и общие детали. Не хватает данных твоих экспериментов с последнего запуска робота-зонда во время нашей экспедиции на Римеде, дай, пожалуйста, диск. Да, чуть не забыл, меня опрашивал следователь из службы космобезопасности, Эдвард Боусен, по поводу гибели астронавтов на Масирте, а завтра пообещал прийти ещё раз.

Микаэль нахмурился. Резкая складка на лбу и тяжёлый взгляд сделало лицо более жёстким.

Он еле слышно процедил сквозь зубы:

— Терпеть не могу Боусена, однажды, пересекался с ним, полицейская ищейка! А с последними данными робота-зонда, проблема. Во время открытия, я, случайно, их испортил. Придётся снова заняться.

ГЛАВА 2. Роковая ошибка

Эдвард Боусен задумчиво грыз мундштук курительной трубки, сидя перед письменным столом в своём кабинете. Маленькие чёрные глазки, под массивным, слегка выпуклым лбом, замерли в одной точке на стене. Острый, длинный нос покраснел от привычки потирать при раздумье. Это был мужчина, лет шестидесяти, с короткой и лысеющей головой, облаченный в серенький, невзрачный костюм, чёрной рубашкой и начищенными туфлями.

«Ситуация похожа на ту, что была шесть лет назад. Опять Микаэль Трендерс и Николас Дрейт, — подумал он, — на этот раз, дело закончилось плачевно. Тогда попытка со скафандрами и неизвестным веществом в шлемофоне чуть не стоила жизни бедняге Николасу. Тендерс выкрутился, улик не нашли, хотя в душе, я убеждён, что без него не обошлось. Талантливый космохимик, только он мог изобрести отравляющее вещество, неизвестное учёным. Яды его стихия, но какой мотив? Женщина? Возможно…».

Следователь подошёл к окну. Фиолетовый горизонт с люминесцентными облаками, освещёнными лучами небесных светил, напоминал, что уже наступил полдень. Боусон помедлил, потом нажал кнопку вызова самобиля и отправился в полицейское управление.

Вероника посматривала на дисплей, расположившись в удобном кресле. Роботы не нарушали график и чётко фиксировали движения небесных объектов поблизости от Териуса. Девушка мысленно погрузилась в сон предыдущей ночи. Она как будто физически ощутила незримое присутствие Николаса, хотя крепко заснула благодаря лекарству, которое принимала очень редко. Как ей хотелось прижаться к нему, пережить вновь нежные объятия, что будоражили воображение ночами.

Девушка тяжело вздохнула и посмотрела через огромное окно на всполохи фиолетового неба. Ей так захотелось снова вернуться на Землю, возможно, там успокоится душа и станет немного легче, — подумалось вдруг.

Видеофон затрепетал, и голографическое изображение подруги запросило контакт, она кликнула кнопку и произнесла:

— Привет Катрин, ты где? На каникулах?

— Салют, решила навестить родителей в нашем родовом поместье недалеко от Парижа. Знаю о твоем горе, прими мои соболезнования. Хотелось бы тебя поддержать, но не знаю как. Может, прилетишь на нашу старушку планету? Тебе надо переменить окружение.

Вика чуть сникла, затем ответила дрогнувшим голосом:

— Ты права, подумываю взять несколько дней отпуска. Земля стала нам санаторием и цветущим садом, красота лечит. Многие столетия длились беспрестанные войны, сколько горя, разрушений.

Девушка задумалась, затем, как будто очнувшись, продолжила:

— У меня депрессия, но не хочется проходить камеру, чтобы стереть память о Нике. Душевные страдания самые ужасные, но оставить и то счастье, что он мне дал в наших отношениях и забыть, не хватит сил. Извини, опять я об одном и том же. Что нового у тебя? Вы с Джимом ладите? Ваша дочь Сима уже взрослая, ей 16 лет, или ошибаюсь?

Карие глаза подруги радостно блеснули, она непроизвольно заправила короткие чёрные волосы за уши, затем ответила:

— Угадала, месяц назад отпраздновали шестнадцатилетние Серафимы, она оканчивает лицей через полгода, хочет стать экологом, как и мы. С мужем вместе работаем, ссориться нет времени, хотя, иногда бывает небольшой шторм, как у всех.

— Чем сейчас занимаетесь? — Снова спросила Вика, — вроде бы на нашей планете порядок в экологии?

— В принципе, экосистема в полной гармонии, но чтобы не упустить баланс, нужен постоянный контроль. Ты помнишь, как в далёком двадцать втором веке, беспрестанные природные бедствия чуть не погубили старушку. Человечество вовремя очнулась, а то сейчас, вместо голубой красавицы Земли, видели бы из космоса второй Марс, только коричневого цвета.

Вика машинально бросила взгляд на рабочий дисплей, затем ответила:

— Точнее не скажешь! Вследствие потепления климата, пересыхания многочисленных рек, исчезновения морей Аральского и Мёртвого, а затем угроза взрыва от сероводорода в Чёрном море, заставили людей осознать серьёзность ситуации.

Резкий звук сигнализации и вспышка оранжевой точки прервали разговор.

— Пока, подруга! Есть работа, надо поймать небольшой астероид, спасибо за звонок, увидимся!

Яростные вспышки молний и чудовищные столкновения фиолетово-чёрных туч не помешали Микаэлю провести очередной урок в университете:

— Теперь мы знаем о существовании высшего разума, в форме сгустка пульсирующий энергии, но много лет существовала теория о строительных блоках галактик — планетезимах, небесных тел, содержащих частицы микроорганизмов и жидкой воды внутри каменной поверхности на протяжении десятков миллионов лет. Самое интересное, что планетезимы непрерывно увеличивались в массе, и нередко, покидали крепкие объятия орбит формирующихся звёзд. Падению этих небесных тел и приписывали зарождение жизни на Земле. Откуда же появляется в них вода? Очень просто, результат радиоактивного распада, контраст между горячим ядром планетезима и очень холодной поверхностью.