Бессмертные

Глава 1. Город мечты

Эмбер

Гулкий осенний дождь стучал по растрескавшемуся асфальту, наполняя до краев широкие кривые выбоины. Природа брала свое быстрее, чем кто-либо из людей мог представить до нашествия кровожадных пришельцев. Мощные лианы оплетали побитые взрывами дома. Между бетонными плитами, заменяющими снесенные крыши, прорастали молодые деревца. Зеленые травяные пучки торчали из дорожных щелей, о них легко было споткнуться, если забыть смотреть под ноги. И того хуже риск был напороться на острую арматуру или куски колючей проволоки с длинными ржавыми зубьями.

Кто все это разбросал на удручающе пустых улицах Эннисмонта, в недавнем прошлом наводненного толпами пешеходов, забитого автомобильными пробками и сияющего миллионами огней? Вопрос интересный!

А самое главное, кого эти коварные и не всегда заметные с первого взгляда ловушки должны были изранить на пути к идеально сохранившемуся посреди серо-коричневой разрухи высокому фиолетовому зданию с зеркальными стеклами и смотровой площадкой на крыше? Захватчиков ифери они бы точно не остановили, и даже на полминуты не задержали бы.

Ловушки представляли реальную опасность только для людей. В условиях острого дефицита медикаментов и квалифицированной врачебной помощи каждая вонзившаяся слишком глубоко и неудачно проволока могла стать причиной заражения крови.

Я сделала нехитрый вывод еще до того, как Грейсон предупредил о движении впереди. Эннисмонт явно не пустует и в нем живут не пришельцы, однако в городе не рады новым людям. Да и кто обрадуется чужакам, которые вполне себе могут оказаться отбитыми на всю голову мародерами?

Мне был понятен ход мыслей тех, кто здесь обосновался и каким-то чудом умудрялся выживать в бывшем центре цивилизации штата. Интересно, как им удавалось оставаться незаметными для пришельцев. Насколько я знала, ифери время от времени проверяли заброшенные города.

Грейсон подал знак остановиться и не двигаться, поправил черную байкерскую бандану, спуская до мочек ушей. Пару недель назад он подстригся, не спросив ни у кого из нас разрешения или хотя бы совета. Просто взял ножницы и обкорнал шикарные длинные волосы. Мне потом пришлось ровнять получившееся безобразие, чтобы смотрелось приличнее. Но самое ужасное, проблема была не в стильности прически. А в ушах. В том, что его приметные иферийские уши: остроконечные, с ребристой внутренней стороной и торчащими розовыми антенками для эхолокации теперь красовались на виду. Под волосами их уже не спрятать. Только надевать шапку или завязывать бандану.

Трудно представить, но дурь со стрижкой ударила ему в голову в самый неподходящий момент. Вместе мы договорились искать союзников среди других групп выживших людей. Отправились на их поиски… И? В каком виде он хотел предстать перед незнакомцами? В истинном обличье принца захватчиков?

Зачем Грейсон это сделал, почему так напакостил команде, я объясню позднее с его слов. А пока вернемся на обманчиво пустынную улицу Эннисмонта, откуда прямо по курсу нашего пути, за мостом через широкую реку и набережной с мрачным рядом черных фонарных столбов без лампочек, виднеется символ былого процветания: торговый центр “Гранд Пэлас”.

Новые жители города приближались к нам почти бесшумно, не считая шороха сухой листвы, едва уловимой человеческим слухом легкой уверенной поступи или скольжения потной ладони по металлу недвижимой ржавой машины.

Первым на дорогу вышел сутулый, весь сморщенный, как сухое яблоко, низенький старичок с круглой залысиной и козлиной бородкой. За ним подтянулись двое крепких мужчин среднего возраста. У одного: тощего, рыжего и кудрявого верзилы в руках была старая, потрепанная винтовка. У второго: плотного темнокожего бородача еще круче – навороченный автомат, что-то из последних разработок для передовых подразделений армии.

– Что стоите, глаза таращите? – прохрипел старик. Если бы не вооруженные громилы в качестве телохранителей, мы бы могли вслух посмеяться над тем, как нелепо звучал угрожающий тон в его слабом, скрипучем голосе. – Разве не поняли – дальше прохода нет. Гостям здесь не рады. Проваливайте откуда пришли!

– А если нам некуда идти и пришли мы сюда по важному делу? – взял слово Арсений.

Я не стала возражать. Знала на личном опыте, что в экстремальных условиях у мужчин просыпается дикий шовинизм. Чужаки старой закалки скорее выслушают парня, чем девушку, которую им трудно воспринимать всерьез.

Грейсону с его нечеловеческими ушами и королевской гордостью лучше не отсвечивать в первом ряду. У Арса был опыт ведения переговоров, и я ему полностью доверяла. Знала, что не подведет команду.

– У нас не может быть дел с незнакомцами, – старик зло сверкнул белками мутно-серых глаз. – Уходите, пока целы.

– Мы должны поговорить с вашим лидером. Это не вы? Я прав? – Арсений ловко подловил наглого старикашку и сбил с него спесь. – Возможно, он согласится нас выслушать и примет другое решение.

– Я полностью поддерживаю все, что сказал вам Генри, – прозвучал властный молодой голос. – Проваливайте. Даю вам пару минут на то, чтобы развернуться и начать движение в обратном направлении.

На дорогу размашистым уверенным шагом вышел парень в черной кожаной куртке, синих джинсах и потемневших от воды замшевых ботинках. Я подумала, что ему лет двадцать пять. Высокий, статный, с довольно симпатичным лицом. Небрежно растрепанные светло-каштановые волосы с длинной челкой и такого же цвета недельная щетина, крупные синие глаза, нос с небольшой горбинкой, пересеченный розовым шрамом.

Намокшая под дождем белая майка под распахнутой кожанкой липла к натренированному прессу, обтягивая соблазнительные для юных мечтательниц кубики.

Настоящий кумир из мечты несносной Сары, от которой мы дружно надеялись отделаться прямо сейчас. Кроме одного малозначительного пункта. Не блондин.

– Калеб? – Грейсон узнал его по запаху.

– Откуда вы знаете мое имя? – Калеба смутила наша осведомленность.

Лидер группы нервно сцепил грязные пальцы, скребанул ногтем по заусенцу и переглянулся с громилами, которые по возрасту ему в отцы годились. Те промолчали.

– Мелани Розенберг с вами? – спросила я, не теряя времени на долгие объяснения. – Позови ее и скажи, что у нас для нее подарок.

А вот теперь уже нам впору было подтрунивать над Калебом и его старшими соратниками, что они глаза таращат. И правда, глаза чуть из орбит не вылезли даже у противного старикашки.

– Мы не принимаем подарки от чужаков, – Калеб отвис первым из них.

– Подарок не для тебя, и решать будет Мелани, – усмехнулась я. – Пригласите ее и услышите, что она скажет.

– Шерри, сгоняй за Мел, – шепнул Калеб, наклонившись к кому-то, прячущемуся за прогнившей до дыр машиной.

Светлокожая девушка с черным “конским хвостом”, одетая в зеленый спортивный костюм, показалась всего ни миг, и то мы ее увидели со спины, и умчалась за угол полуразрушенного дома.

– Ждем, – улыбнулся Грейсон.

– И молчим? – спросил с насмешкой Арс.

– Да, молчим, – Калеб подтвердил нежелание идти с нами на контакт.

И как нам вербовать в союзники этого буку?

Ждать долго не пришлось. Растерянная и немного испуганная Мелани в потертой джинсовой куртке и черных трикотажных брюках прибежала вместе с Шерри. Я подумала, что девушки дружат, когда увидела, что Шерри утешительно тронула ее за плечо.

Старшая сестра Сары, вопреки моим представлениям о ней и размытым дождем семейным фотографиям, оказалась не настолько рыжей и конопатой, как наша истеричная заноза в общекомандном мягком месте. Волосы у нее были каштановые с медным отливом, а веснушки “гнездились” ровно посередине носа, не заходя на щеки.

– Кого я вижу?! – радостно возопила Мелани, раскинув для объятий руки. – Мой маленький рыжий монстрик! Зубастый чупакабрик!

Да, подходящие прозвища. Метко, емко. И добавить нечего.

– Мел, я так рада, что ты жива! У-и-и-и! – Сара с фирменным диким визгом помчалась обнимать сестру.

Мелани поймала ее, чмокнула в лоб и, приподняв от земли, покружила как в детстве.

– Кто эта малолетка? Давно ты ее знаешь? – Калеб чуть не заикался от шока.

Он был не рад неожиданному прибавлению в команде.

– Я знаю Сару с самого ее рождения. Небольшая поправка – с того дня, как нашу маму выписали из роддома, – Мелани взяла Калеба за руку и доверительно посмотрела в глаза. – Вспомни! Я тебе говорила, что у меня есть младшая сестренка.

Мы не ошиблись, когда прочитали письмо Мелани и заподозрили, что у нее отношения с лидером группы.

– Да, но… – глаза Калеба беспокойно забегали. – Я успел позабыть. Извини, столько людей и имен мне приходится постоянно держать в голове. И… мы условились, что детей здесь не будет.

– Мы не прогоним ее из города. Это исключено. И речи быть не может, – нам повезло, что Мелани до дрожи ее тонких пальцев испугалась новой разлуки с сестрой. – Спасибо вам, что заботились о Саре.

Роняя счастливую слезинку, она обвела исполненным благодарности взглядом нашу маленькую компанию, только что сократившуюся еще на одного человека. К счастью, пока живого и здорового.

– О, это было нелегко. Знакомьтесь, Ганс, – я указала правой рукой на скромно помалкивающего друга. – Твоя сестра его чуть не угробила, и в целом она доставила нам немало проблем. Так что забирай ее, пожалуйста, насовсем и даже не думай нам возвращать.

Ганс метнул на меня недовольный взгляд сквозь толстые стекла очков. Ему не хотелось расставаться с порой невыносимой, но все равно любимой рыжей лесной нимфой.

– Эмбер и Грейсон спасли ее от стаи койотов. Сара шла через лес и попала в капкан. Мне пришлось ей подлатать ногу, но сейчас она в полном порядке. Меня зовут Динара. Рядом со мной Арсений. Можем считать, он работал психологом для нервной особы. И… лицом с обложки журнала о спорте, – моя лучшая подруга решила кратко рассказать о самых важных моментах, касающихся Сары, и заодно всех нас представить по именам.

– Очень хорошо, что вы позаботились о девочке, – вежливее, чем прежде, обратился к нам Калеб. – Значит, вы не худшие люди из оставшихся в живых на этой проклятой неизвестно какими силами планете. Но вы должны понимать, что не сможете остаться в городе. Наши запасы ограничены. У нас нет возможности принимать новых людей.

– Но вы могли бы пустить нас на ночлег? Поделиться едой и водой? – Арс решил подергать другую ниточку, способную нас провести в убежище группы Калеба. – Мы ужасно проголодались. Все, что взяли в дорогу, закончилось пару дней назад.

– Не наши проблемы.

Я подумала, что вернулся прежний угрюмый и жадный бука-Калеб, пользуясь тем, что Мелани весело щебетала с младшей сестрой и не вникала в ход переговоров. Подходящая кликуха: Калеб-бука. Ему идет.

– Ночью чаще, чем днем, летают вражеские дроны, – подметила Динь. – Мы впервые в Эннисмонте и не знаем, где здесь можно безопасно укрыться.

– В любом доме на той улице, – Калеб небрежно махнул правой рукой, указывая за реку. – Там почти вся мебель в квартирах уцелела. Где-то могла заваляться не протухшая еда.

– Люди должны помогать друг другу по мере возможности, – я скромно напомнила ему прописную истину. – На то мы и люди, а не монстры.

– Эннисмонт – наш город, и здесь не место чужакам, – напыщенно выпятив грудь, заявил Калеб.

– Ваш город? Вы в этом уверены? – с едва уловимым коварством усмехнулся Грейсон. – Скажете, что способны контролировать в нем каждый клочок пространства?

Я поняла, на что намекает принц ифери, и от неприятного, тревожного подозрения мне стало не по себе. Мурашки пробежали по спине под футболкой и теплой курткой на флисе.

– Мама и папа пришли сюда с вами? – громкий вопрос взволнованной Сары привлек наше внимание и прервал пока не особо удачные переговоры.

Калеб развернулся вполоборота, чтобы тоже посмотреть на встретившихся после долгой разлуки сестер.

– Я думала, ты нашла их, – после тревожной паузы чуть ли не по слогам произнесла Мелани.

– Нет, Мел, я нашла только тебя, – Сара подняла на нее встревоженный взгляд. – Побывала в горном бункере и прочитала твое письмо подруге. Сразу догадалась, куда ты могла пойти. В город своей мечты.

– Но раз мама и папа не с тобой, то… Чупакабрик, я не знаю, где они и что с ними. О, Боже! – Мелани прикрыла рот ладонью и вздрогнула.

Калеб подошел к ней и обнял за талию, прижимая к себе.

– Мел, не плачь, – Сара тоже обняла ее, прижавшись с другого бока. – Значит, у нас есть надежда, что они еще живы. Было бы хуже, если бы родители остались на горной базе.

– Хуже? Почему? Там безопасно, – плечи Мелани дрогнули от страшной догадки. – Ты сказала, что прочитала мое письмо. Не виделась с Хани? Может, она тебе передала его?

– Держись. Я скажу тебе плохую новость, – Сара собралась с мыслями и выпалила на одном дыхании. – Пришельцы там всех поубивали. Когда я пришла в бункер, там уже не было людей. Только следы бойни. Стены, пол – все в крови. Ворота снесли.

– О, нет! – Мелани разревелась, уткнувшись в широкий воротник куртки Калеба. – Милая, добрая Хани! Смешная Джослин! Зануда Пирс и старенькая Мередит! Не могу поверить, что эти замечательные люди мертвы!

– Всех людей с нашей улицы военные увезли на базу в горах. Так мне сказала мама по телефону, – Сара важным воспоминанием отвлекла ее от рыданий.

– Мне тоже так показалось. Я даже не сомневалась, что жителей города повезут в одно большое убежище, – Мелани грустно улыбнулась, вытирая пальцами слезы со щек. – Когда объявили эвакуацию, я опоздала меньше чем на минуту, и мы с родителями оказались в разных машинах. Места в том грузовике не хватило. Военные направили меня к другому. Только на базе я узнала, что есть еще одно убежище.

– Я был в числе новобранцев, которых привлекли помогать с эвакуацией мирных жителей, – рассказал Калеб. – Сара, твоя сестра ходила по всем жилым помещениям бункера и спрашивала людей, не видел ли кто ее семью. Я объяснил ей, что горожан распределяли по разным базам, увозили в противоположных направлениях, и ее близкие где-то очень далеко от нас. Так мы познакомились. К счастью, я не знал, где второе убежище, новобранцам не дают доступ к секретной информации. Иначе бы Мел все у меня выпытала и отправилась искать семью. Где сейчас мои родители, и удалось ли им выжить, я стараюсь не думать. Они жили, или, надеюсь, все еще живут, в северном штате.

Был новобранцем при начале нашествия? Получается, Калеб моложе, чем я думала. Его старит ужасная щетина, а еще она придает ему неопрятный вид.

– Мы пережили череду кошмарных дней, почти что без еды, сна и отдыха, – я бесцеремонно встряла в семейный разговор. – Сара знает, о чем я говорю. Думаю, мы заслужили право на ночлег под вашей защитой.

– Мел, разреши моим друзьям переночевать в городе, – нежнейшим голоском попросила Сара и, как маленькая девочка, потеребила джинсовку сестры, тихонько скребя по ней обгрызанными ногтями. – Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть ребята останутся хотя бы до завтра.

Дождавшись, пока Мелани умоляюще посмотрит на Калеба, она тайком подмигнула Гансу.

Вот хитрюга! Не хотела, значит, навсегда распрощаться с юным чемпионом самого дурацкого и скучного, по ее мнению, вида спорта – шахматам. И в ее сердечке по-хозяйски обосновалась первая любовь!

– Я не против, – Мелани дружелюбно улыбнулась нам, – но здесь главный Калеб. Ему решать. Я только могу его попросить так же сильно-сильно, как ты – меня.

– Позволим им остаться до утра – потом не выгоним, – озлобленно буркнул темнокожий бородач с навороченным автоматом.

– Милый, я тебя очень прошу, – Мелани потянула Калеба за воротник, неотрывно глядя в глаза. – Эти парни и девушки спасли мою сестру и помогли ей добраться сюда. Не веди себя как дракон, охраняющий пещеру с золотом. Давай вспомним о семейном гостеприимстве.

– У меня слишком большая семья для такой роскоши, как прием гостей и званые ужины, – Калеб окинул нас презрительным взглядом, словно уличных бродяжек-попрошаек. – Ты бы еще предложила мне устроить бал в лучших старинных традициях. Папа Сэм в чем-то прав, но у нас найдется решение на случай любой наглости. Откажутся уходить добровольно – выгоним под угрозой расстрела.

Мелани тяжко вздохнула и виновато пожала плечами, оглянувшись на меня. Ей стало стыдно за поведение любимого парня.

– Считайте, вы приглашены к ужину, – преодолев неприятное смятение, она жестом повелела нам следовать за ней. – Идите прямо по моим следам. Я проведу вас мимо ловчих сетей и самострелов. Не отставайте и смотрите под ноги. Дальше по пути вам встретится еще больше острых железяк. Сама их ненавижу, но они дают нам чувство защищенности. Добро пожаловать в замок рыцаря-дракона – нашу маленькую крепость.

– Идем, – Грейсон коснулся моих пальцев, подбадривая и давая понять, что нам не стоит ждать коварного подвоха.

Компания не из приятных. Вооруженные до зубов мрачные типы. Лидер с манией величия. Похоже, Мелани – единственный лучик света в темном королевстве. Встань передо мной выбор, я бы предпочла оставить с ней Сару и поискать лучших союзников.

Вот только велика вероятность того, что мы не сможем их найти – ни лучших, ни худших. Просто потому, что на планете Милитерра с каждым днем остается все меньше выживших людей.

Глава 2. Когнитивный диссонанс

Люди Калеба обустроили под убежище подземную парковку пустующего офисного здания. Притащили туда мебель и различные припасы, смастерили комнаты из тонкого гипсокартона, за которым был слышен каждый шепот. Общий душ и туалет находились вдали от жилых зон. Бородач указал дулом автомата, где они есть, но проводить туда отказался. Наше желание привести себя в порядок и переодеться в чистое, сухое, удобное меньше всего беспокоило приставленных к нам конвоирами угрюмых типов. Как впрочем, и их заносчивого лидера. Одна Сара могла пользоваться некоторыми привилегиями, и то никто не отпустил ее принять душ. Все мы оставались под строгим присмотром как нежеланные гости.

Калеб переоделся в теплый спортивный костюм цвета плюшевого мишки, которого я отдала малышке Дафне. Воспоминания отдались противной тяжестью в центре груди. Мало что может быть хуже отсутствия связи. Мне лишь оставалось надеяться, что у Бетани и ее приемной дочки все в порядке, пришельцам они не интересны в качестве добычи.

Сару куда-то увела сестра. Нас усадили по кругу, прямо на пол, тыкая стволами в спину, как заложникам. Парням это сильно не понравилось. Я заметила, как исподлобья переглянулись Грейсон и Арсений, и начала переживать, как бы они не сорвались и дело не дошло до драки.

Преимущество было не на нашей стороне. Даже с учетом боевой единицы в лице высшего ифери, все же рисковать не стоило. Мы сюда пришли не для сражений с людьми, а чтобы найти союзников. Хотя успешная вербовка с каждой проведенной в убежище группы минутой представлялась все менее вероятной.

В нас будто не видели таких же людей, выживающих из последних сил в оккупированном мире. Одни беззастенчиво пялились, словно на обезьян в клетке зоопарка, другие с презрением отворачивались, а третьи, злобно сверкая глазами в полутьме, едва не плевали в лицо.

Странно… Чужими на захваченной планете должны быть пришельцы, а не люди-собратья. Но здесь в нас никто не видел своих. Или просто не хотел видеть, трясясь за каждую банку консервов, кусок мыла или ароматическую свечу.

Обычных, ничем не пахнущих свечей в логове группы Калеба не водилось, или же они давно закончились. На стальной этажерке с колесиками прямо перед нами горели большие оранжевые свечи с ароматами ванили и персика. Не знаю, какими титаническими усилиями Грейсон выдерживал струящийся прямо в нос удушливый дымок, я сама чуть дважды не чихнула. Проскочила мысль, а вдруг нам устроили необычную проверку, чтобы вычислить замаскированного пришельца.

К ужину выдали хлебцы – иссохшие как земляная корка в обмелевшем озере пустыни, тонкие вяленые колбаски в промасленных скользких пакетиках и невкусное пойло из термоса, похожее на заваренный в сотый раз чай. Да уж, королевский прием.

– Я смотрю, вы не торопитесь расправляться с едой, а нам сказали, что ужасно голодны, – Калеб впился недовольным взглядом в колбаску, которую Грейсон медленно крутил пальцами, не поднося к губам.

– Ты бы попросил своих парней убрать пушки. А то, знаешь ли, под прицелом у нас пропадает аппетит, – язвительно усмехнулся Арс, оглянувшись на возвышающегося за его плечом рыжего верзилу.

– Мы сдали оружие, как вы просили, – сдержанно напомнила я. Не призналась, естественно, что сама заныкала пару небольших ножей. – Что еще вам от нас надо? К нему этот конвой?

– Для спокойствия людей, которые доверили мне заботу об их безопасности, – Калеб обошел нас по кругу за спинами.

Показывая, что готов сделать примиряющий шаг навстречу, он жестом велел бойцам опустить оружие.

Грейсон, на миг оказавшись за пределами внимательных взглядов надсмотрщиков, сунул колбаску в рукав и притворился, что жует.

– Мы разве похожи на агрессоров? – я повела плечами, поджимая губы в легкой обиде.

– В армии меня учили видеть в каждом незнакомце потенциального врага, – парировал Калеб, самодовольно ухмыляясь.

– Я думала, враг известен, и он у нас общий, – я сделала ставку на всем понятную и неоспоримую истину.

– Пришельцев мы в расчет не берем, – гордо пробасил Папа Сэм. – По личному опыту знаем, что нельзя доверять всем людям без разбора.

– Па, но эти ребята – не мародеры, – у нас нашлась неожиданная заступница – щекастая большеглазая девушка с кожей цвета молочного шоколада, блестящей от пота в огнях вонючих свеч.

Ее густые кудри были убраны под старушечью резинку с бантом и сеткой. Я лет десять не видела таких штук. Думала, ушли в прошлое.

В разрушенном мире главное – удобство, а не стиль.

– Сэм, помолчи, не вмешивайся, – шикнул на нее отец. – Ты их не знаешь.

В этот момент я запуталась, кого как зовут, и недоумевала, почему девушке дали мужское имя, хотя всякое бывает. Наш Грейс – одно из тому доказательств… О, если бы путаница с именами была моей худшей проблемой!

– Но их знает новенькая девочка. Сестра Мелани, – Сэм безуспешно поискала глазами Сару и просительно посмотрела на отца.

– Мнение несовершеннолетних здесь не учитывается, – Папа Сэм открыл нам один из дурацких местных порядков.

– Слова малолетки ничего не значат. Дети склонны к фантазиям, а значит и вранью, – отрезал Калеб.

Тиснув из пальцев притворно задумчивого Грейсона вяленую колбаску, он сам ее слопал.

Я отправила последнюю из трех доставшихся колбасок в рот, умяла в три укуса, пока лидер негостеприимной группы и до нее не добрался.

– Вы держите домашних животных? – Арс заметил мешок собачьего корма, приставленный к стене.

– Нет. Корм притащил Генри, – ответил с раздражением Калеб и оглянулся на притулившегося в углу хмурого старика. – Он жил в городе до нас и подкармливал бездомного пса. Этот пес к нам иногда прибегает. Сидит у входа снаружи и ждет подачки, но в руки не дается. Мел пыталась его приручить.

– Собака видно что породистая, а к людям не идет, – Генри с сожалением развел руками.

– Мы бывали в местах, где люди сами рады поесть собачьего или кошачьего корма, – неприкрыто упрекнул Арс.

– Благодарите, что вам его не насыпали, – огрызнулся Калеб.

– Породистый пес. Живет один. И не идет к людям. Странно, – Грейсон рассуждал сам с собой.

– Может, грустит о погибшем хозяине и не хочет признавать другого, – я поддержала мирную тему.

– Я видела собаку. Она, правда, настоящая. Не огромный пришелец, – Сэм явно за нас переживала и не уходила, игнорируя суровый взгляд отца.

Хоть кто-то не оставался равнодушным к измученным скитальцам. Как сказали бы наши мудрые предки, пока в мире остаются добрые люди, он заслуживает шанса на спасение.

Генри тоже смотрел без прежней ненависти. Кажется, в старике пробуждалось любопытство и ему хотелось побольше узнать о гостях.

– Я работал врачом в городской больнице, – он решил рассказать о себе. – Собирался выйти на пенсию, а тут… как понеслось. Бежать было некуда, так я и остался жить в этой норе. Нас тут было двое стариков, пока Дирк не умер. И поговорить стало не с кем. Думал, сдохну один от тоски, но потом пришла молодежь. Кто бы что ни говорил, а за молодыми людьми будущее.

– Я училась на хирурга, – решилась признаться Динара. – Мне было бы интересно с вами пообщаться. Да, я недавно провела свою первую сложную операцию, и, к счастью, успешно, но чувствую, что мне все равно не хватает опыта.

– Мне бы не помешала молодая ученица, кому можно передать опыт, – радостно крякнул Генри, вставая с неудобной табуретки, у которой расшаталась ножка. – Я уже не тот, что раньше. Один врач на всех, а здоровье самого подводит. Если кому-то понадобится помощь, а меня прихватит. Страшно подумать, но все к тому идет. Признаю, что был неправ, когда приказал вам убираться прочь. Калеб, твое слово…