- -
- 100%
- +
– Ой, да брось стесняться! – Камилла залилась истерическим хохотом. – Не узнает ничего твоя благородная дама. Можно подумать, за все странствие ты ей ни разу не изменял.
– У слухов длинные ноги, – тихо и серьезно сказал Игорь. – Они мчатся быстрее, чем песчаная ящерица по Миранской пустыне.
– Ты лучше на мои ноги погляди, красавчик, – Камилла задрала юбку и приспустила чулок. – О слухах не беспокойся. Бирниль позаботится о том, чтобы отсюда ни одно слово ни вылетело. Да что там слово… Сама мысль не просочится за эти стены.
– Мысль, говоришь? А это интересно, – Игорь таинственно улыбнулся. – Но, увы, не со мной. В мою голову тебе не залезть, как бы любопытство ни разжигало. Лучше отстань, пока я не разгласил всем твою маленькую тайну. Неужто были эльфы в роду?
– Прабабка, – женщина сама отлипла, не понадобился стимулирующий пинок.
Глядя на Игоря с обидой и легким испугом, оправила юбку. Ей не хотелось, чтобы посетители таверны узнали про телепатическую прослушку, которой она подрабатывала, будучи в доле с предприимчивым хозяином.
Агент надолго не остался в одиночестве. Успел съесть пережаренный стейк с картошкой, прежде чем к нему за столик подсел местный пьяница. Тот не пытался прочесть чужие мысли или что-то выпытать. Молол без умолку про свою несчастную судьбину и пятерых детей, о которых заботился на словах, а на деле пропивал последние гроши. Игорь не вслушивался в то, о чем он бубнил. Понимал, что неприятная компания его спасает от еще худшей. Радовался, что есть кому за него уничтожать крепкие подношения хозяина таверны. Бирниль решил не ограничиваться элем и приказал Камилле принести гостю забористого самогона.
Под конец застолья, когда собеседник захрапел, откинувшись на спинку стула, Игорь притворился в стельку пьяным. Прихватив драгоценный мешок с доспехами, попросил младшего из прислужников сопроводить его в номер. Тощий парнишка считал, что помог захмелевшему рыцарю подняться по лестнице. На деле вряд ли ему бы это удалось – придерживать под руку пусть не толстяка и не бодибилдера, но вполне себе крепкого и натренированного бойца.
Странно – прислужник не попытался обчистить глубокие карманы кожанки в стиле “средневековое бохо”. Значит, надо ждать визита незваного гостя часом позднее. Или тот заявится ближе к утру. Ворье на постоялых дворах оно такое – не пунктуальное. Работает без строгого графика, расписанного по часам и минутам.
Игорь завалился на кровать прямо в одежде и сапогах, свесив ноги на пол. Парнишка ушел, тихо притворив за собой дверь. Наступила тишина, которая могла бы показаться умиротворяющей и убаюкивающей, если бы не приходилось оставаться в напряжении, выжидая, когда дверь без скрипа приоткроется и в комнату прокрадется вор.
В окно проникал рассеянный тюлевой занавеской лунный свет. Оборотень-орел не видел ночью так же хорошо, как днем. У волков и сов, например, в этом плане весомое преимущество. Но слух у Игоря был острее человеческого, потому, прикрыв глаза, агент всецело положился на него. Нарочито похрапел для заманухи, поворочался на скрипучей продавленной кровати и снова позволил воцариться тишине.
Долго ждать не пришлось. Ступени старой деревянной лестницы выдали неспешное и осторожное приближение вора. Игорь еще пару раз всхрапнул, левую руку как бы расслабленно свесил с краю кровати, а правую, в рукаве которой скрывал небольшой, остро заточенный метательный нож, подсунул под бок. На всякий случай, как говорится в народе.
Половицы не сильно прогибались под тяжестью медленно подходящего к кровати мужчины, двигался он легко и для человеческого слуха бесшумно. Стало быть, опытный жулик, легкий и проворный. Классика жанра.
Игорь увидел его мельком, приоткрыв глаз, но больше не рисковал подглядывать. Ждал возможности схватить вора за руки, когда тот начнет шарить по карманам. Ночной гость так и собирался сделать, но его будто что-то остановило.
Вор замер, склонившись над Игорем, всмотрелся в лицо. Агент слышал его встревоженное дыхание и учащенный стук сердца. А потом услышал… то, что не мог назвать словом. Это было похоже на чтение по губам, только Игорь не видел движения губ. Ему нашептал ветерок, просачивающийся в рот вора и обратно.
“Шота”.
Невероятно, но в далекое от разгромленного лагеря наемников местечко занесло кого-то из выживших в той бойне.
Игорь не стал медлить. Ждать, пока ночной гость всем разгласит, кто скрывается под именем благородного рыцаря. Вор не успел отпрянуть от кровати, даже распрямить спину. Нож пронзил его горло, пробив яремную вену и трахею. Игорь толкнул его в грудь, почему-то подумав о брызнувшей на простыню крови. Падая, вор повалил и сломал хлипкий стул.
Молодой небритый мужчина, которого агент не помнил в лицо, еще немного промучился в агонии, неспособный прохрипеть что-то внятное. На звук удара или падения прибежал юный прислужник, провожавший рыцаря в номер.
Игорь больше не притворялся пьяным, да и какой воин не протрезвеет, пережив нападение. Недаром говорят, мастерство не пропьешь. Так что все объяснимо. Поднимать шумиху со следствием не выгодно хозяину таверны. Бирниль точно был в доле с вором.
К тому моменту, когда в комнату вошел бледный и потный Бирниль, в руке у которого дрожал свечной фонарик, распластавшийся на полу окровавленный мужчина не подавал признаков жизни. Вместе с хозяином пришла еще куча народу. Камилла громко охнула, закатила глаза, и юный прислужник стал хлопать ее по щекам, чтобы не свалилась в обморок.
– Как вы потрудитесь это объяснить?! – грозно прогремел Игорь, указывая на труп. – Меня пытались зарезать посреди ночи! Вот как у вас принято встречать постояльцев? Убить того, кто покажется вам не совсем нищим. Присвоить его деньги и вещи, а потом сбросить тело в колодец или отдать на растерзание лесным зверям. Давно вы этим промышляете? Думаю, мне следует поставить в известность графа Шарнпилля. Слышал, он властвует над здешними землями.
– Молю вас, благородный сэр, не делайте поспешных выводов, – дрожащий и обливающийся потом хозяин таверны чуть не упал Игорю в ноги. Побоялся испачкаться растекающейся по полу кровью. – Я вас клятвенно заверяю, что никогда раньше в моей харчевне не бывало столь досадных происшествий. Но и рыцари к нам прежде не заезжали. Помните, я говорил, что мы их до вашего визита и в глаза не видали. Быть может, разбойник за вами увязался из леса. Долго следил и выбрал минутку.
– Я не замечал за собой слежки, – уверенно возразил Игорь.
– Всякое бывает. И сюда порой забредают не самые добросовестные люди. Всех разве проверишь? – заявил Бирниль. – Мы все в глубоком расстройстве из-за случившегося.
– Умоляю, пощадите нас, – запричитала дородная баба, должно быть, жена хозяина таверны. – Не говорите графу. Он скор на расправу. Глазом не успеем моргнуть, а уж по его приказу нашу скромную харчевню сравняют с землей как опасное место.
– Мы вам заплатим, – Бирниль согласился немного раскошелиться, не видя других способов урегулирования конфликтной ситуации. – Вернем оплату за номер и еду с напитками. Хорошо добавим сверху. Загладим понесенные вами неудобства.
Набившаяся в тесную комнату толпа нечистых на руку работников таверны дружно начала ныть и стенать.
– По своему милосердию и клятве чести я не стану ничего рассказывать графу, – Игорь сделал вид, что жалобные завывания пробрали его до глубины души. – Но с вас чистый номер. Я не намерен оставаться наедине с покойником.
– Всю оставшуюся жизнь мы будем молиться о вашем здоровье, – заголосила толпа во главе с Бирнилем. – Просим в лучшую комнату для знатных господ. Мы тут все приберем. Забудьте о неприятном случае.
Хозяин проводил Игоря в потрепанный и пыльный “люкс”, куда лет десять не заселялись постояльцы. Но, по крайней мере, там рядом с кроватью не валялся труп, вокруг которого все запятнано кровью.
Агент снял пыльное покрывало с кровати, свернул и положил на стул. Тот был с претензией на роскошь: обитый бархатом и украшенный резьбой по верху спинки.
“Убийца”. Игорь подумал так про себя, присев на край кровати. Да, он не планировал убивать ночного вора, у него просто не осталось иного выбора. Достойное оправдание, не так ли?
Почему после знакомства с Варей ему все чаще приходится напоминать себе, что он делает благое дело, очищает мир от опасного гнуса? Он пытается избежать крайних мер, когда есть возможность, но в девяносто девяти процентах ее нет как таковой.
Что же теперь сидеть всю ночь, мучаясь угрызениями совести и сетуя на роковое стечение обстоятельств? Или лечь в постель, закрыть глаза и снова окунуться в приятные мечты о девушке, которую считал слишком чистой и светлой для него. Настолько, что боялся прикоснуться к ней, словно мог оставить на ее коже несмываемое темное пятно.
Она звала его Ангелом, и это помогало ему чувствовать себя лучше, забывать хоть на мгновение об удушливом смраде и багряных реках крови, через которые пришлось пройти. И он продолжал двигаться дальше все тем же путем. Отнимая жизни одних, чтобы сохранить другие. Оставляя позади как пораженные цели, как и побочные жертвы.
– Говорила я тебе, старый дуралей, не принимай на работу подозрительных незнакомцев, – донесся ворчливый шепот жены Бирниля. – Предупреждала, что наживем с ними проблем.
– Откуда я мог знать, что пришлый обормот полезет на человека с ножом? – пробубнил ее муж. – Думал, как обычно, карманы обшарит, чего сопрет по-тихому. А вон чего вышло. Ты лучше помалкивай да помоги его дотащить до старого заиленного колодца. И принеси ведро воды с тряпкой. За тобой мытье полов.
Супруги умолкли, но Игорь не рисковал засыпать. Мало ли что им взбредет в дурные головы? Решат всем коллективом устранить свидетеля. Тогда придется ему спасаться бегством. Не убивать же до кучи к одному вору еще десяток человек. Тем более, они не подозревают о том, что благородный рыцарь из него, мягко говоря, липовый. Ни титула, ни регалий. А что до подвигов… О них не напишут в легендах. На то он и боец невидимого фронта.
Глава 7. Наложница султана
Алайни
Несколько дней для леди Миллинэль пролетели в казавшихся бесконечными хлопотах. Новая хозяйка дома на центральной площади эльфийского города с красивым названием Птичья Обитель уволила привратника и не стала нанимать прислугу, чтобы по ее владениям не ходили посторонние любопытные.
Алайни, принявший на себя роль невидимого для гостей призрака-подсказчика ценных советов хозяйке, был все такой же голодный, как и прежде. Нельзя ведь считать добытых за этот срок пятерых мышат, пару взрослых мышей и одну высохшую от старости крысу полноценной пищей для парня, которому вот как раз в один из суматошных дней исполнилось восемнадцать лет.
Купцы из расположенного за городской стеной человеческого поселения, с которыми новоявленная леди договорилась о поставке крови скота, не торопились с выполнением принятых на себя обязательств. Кусать девушку, измученную юридической канцелярской волокитой, похоронами дядюшки и поминками с не одним десятком вынужденно приглашенных гостей, Алайни наотрез отказывался. Предпочитал надеяться, что разложенные в подвале приманки из несъеденных остатков поминальных эльфийских блюд привлекут побольше мелкой живности.
Ничто в тот унылый дождливый вечер не предвещало перемен, а тем более к лучшему, для двоих обитателей старинного дома, окруженного красивым садом. Но привычка молодого вампира подстерегать возле открытого окна неосторожных птичек, а вдруг одна из них решит укрыться от ливня и влетит в комнату, помогла ему издали заметить необычную повозку.
На площадь въехала накрытая темным непромокаемым материалом добротная телега из ценной древесины, какие бывают у зажиточных крестьян. Запряжен в нее при том был отнюдь не ломовой деревенский мерин, а пара красивых белоснежных жеребцов редкой королевской породы. Конь Темного Лорда и его собственный конь, выигранный в смертельном поединке с заклятым врагом – Алайни сразу их узнал. Но управлял повозкой не обычно легко маскирующийся под эльфа и владеющий магией властный вампир. На козлах, держа поводья, сидела смуглая человеческая девушка. Из-под капюшона черного плаща выбивались мокрые прядки ее темно-каштановых волнистых волос.
Алайни понимал, что Лорд позаботится о том, чтобы защитить сад магией сокрытия. Не став будить Милли, которая сильно утомилась за день и легла спать раньше обычного, парень набросил на плечи дождевую накидку и поспешил встретить неожиданную гостью.
Выйдя из дома, он почуял резкий мускусный запах оленя. Пустой желудок тут же скрутило до дикой боли. Преодолев мучительную судорогу, Алайни метнулся к телеге, напрочь позабыв о том, что согласно правилам этикета ему надлежит уделить внимание леди, помочь ей спуститься на вымощенную светло-серым камнем дорожку, ведущую к пока свободной конюшне. Не взглянув на гостью, молодой вампир откинул плащевку резким движением руки.
Широкий край жесткой и сырой снаружи ткани подлетел в воздух, и Алайни увидел в телеге большущего убитого оленя. Растянувшись прямо на туше зверя, свесив голову с оленьей шеи, лежал обнаженный по пояс Лорд, сытый и довольный до неприличия, даже не потрудившийся как следует умыться после удачной охоты. Блаженно развесив уши, он с удивительным спокойствием взирал на изголодавшегося младшего сородича, который, наверное, еще немного, и совсем бы высох от бескормицы, как та старая немощная крыса. Вероятно, Лорду было забавно смотреть на казавшегося с его угла зрения перевернутым вверх ногами Алайни. Склонившись к нему, юноша стискивал челюсти до крупных желваков на осунувшихся щеках и едва ли не рычал от негодования и обиды.
– Позвольте вам помочь, госпожа. Добро пожаловать в гостеприимный дом. Здесь вам всегда рады.
Вовремя подоспевшая Милли не подозревала о том, что ее заученная наизусть вежливая речь, адресованная кудрявой смуглянке, предотвратила вампирскую драку. Алайни уже всерьез был готов порвать Лорду правое ухо, несмотря на предупреждение Ягуара о неприкосновенности ушей его приятеля.
Отвлекшись от аппетитного запаха оленя, Алайни посмотрел на гостью, которой эльфийка помогла спуститься с повозки. В нос ему тут же ударил запах приторных до тошноты духов.
Плащ оказался единственной приличной одеждой молодой женщины. Под ним оказалось то, что правильнее называть нижним бельем, чем обычным людским нарядом. Обшитые блестящими и гремучими подвесками кусочки атласной ткани.
Да как Лорд посмел уехать куда-то шляться с женщинами, про которых люди говорят, что у них легкое поведение, и бросить его тут без хотя бы небольшого запаса пищи!
– Шайя, искусная шпионка и одна из любимых наложниц султана Ахмета, – изволив, наконец, переместиться с телеги на садовую дорожку, Лорд представил гостью, приобняв ее за талию. – Привезла нам важные новости из далекого жаркого Мирана.
– К вашим услугам, госпожа, – Милли склонилась в поклоне.
Алайни подумал, что девушка слишком привыкла к роли безропотной служанки, и потому ей не удается играть роль истинной леди.
Милли должна хотя бы попытаться это сделать. Бросить вызов царившим в доме устоям, которые теперь мертвы… Но стоило юноше подумать о том, как сказать Лорду о смерти прежнего хозяина особняка, и вся его подкрепленная голодом храбрость вмиг куда-то подевалась. Он сразу почувствовал себя наравне с Милли, бесправным слугой.
– Ты… – Лорд и обратился к нему не иначе, как к слуге, не назвал ни по имени, ни прозвищем Горец.
Указал пальцем на его грудь, потом на лежащую в телеге оленью тушу, которая оказалась нетронутой. Олень был убит аккуратно, вампир его не кусал, насытился другой лесной добычей.
– Сольешь кровь, но много не ешь, понял? Разделаешь оленя и подготовишь к продаже: отдельно шкуру и рога, отдельно мясо. Печень и сердце вырежешь для меня. Несколько сочных кусков срежешь с окорока и приготовишь на огне для Шайи.
– Но я не умею готовить мясо для людей, – выслушав указания, Алайни постарался заглушить новый виток гнева.
– Я тоже, – Лорд мотнул промокшими под дождем волосами. – Но учиться стряпне придется тебе. Я точно не собираюсь этим заниматься.
– Господин Темный Лорд, – заискивающе пролепетала Милли, придя на выручку Алайни. – Мой дядюшка принимал разных гостей, среди них были люди. Я умею готовить мясные блюда, которые им нравятся.
– Принимал?! – прорычал черноволосый вампир, навострив уши и впившись в юную эльфийку пронизывающим пугающим взглядом. – Так мне не почудилось, что из дома тянется запах смерти?
Быстрым шагом подойдя к входной двери, Лорд распахнул ее шире и заглянул внутрь, шевеля кончиком носа и раздувая ноздри.
– Я убил глупого старого эльфа, – легонько толкнув наследницу, Алайни не дал ей рассказать правду о том, как умер ненавистный дядюшка.
Чувствовал, ему лучше взять вину на себя. Предстать перед Лордом настоящим бесстрашным и беспощадным охотником, убийцей. Тем, кем были оба его наставника.
– Р-ради кр-рови?! – с диким ревом Лорд припечатал Алайни к вновь захлопнутой двери особняка. – Только не говор-ри мне, что сожр-рал стар-рика! Шкур-ру с тебя сдер-ру вместо пестр-рого оленя!
– Н-нет, – юноша импульсивно мотнул головой, и когти старшего сородича больнее впились ему в шею. – Я помню наш главный запр-рет на питание р-разумными существами, – полурыча, тяжело прошипел он, – и соблюдаю его.
– Молодец, – отпустив парня, Лорд потрепал его по уху, как послушного пса. – Теперь назови мне причину для убийства. Она должна быть достаточно веской, чтобы я ее принял. А еще ты должен был надежно замести следы… Говори. Я внимательно слушаю.
Отступив на пару шагов, Лорд сложил руки на груди. Дождь почти закончился, редкие капли стекали по очень светлой, почти белой, коже черноволосого вампира, но будто нарочно не трогали застывшей капли крови в уголке губ.
– Старый скряга совсем выжил из ума, – начал объясняться Алайни, потирая пальцами левой руки освобожденную шею. – Он хотел продать дом, а Милли загнать в рабство. Думаешь, это пошло бы на пользу нашей команде?
– А мы какое отношение имеем к их семейным проблемам? – недовольно скривился Лорд.
– Я думал о том, что нам нужно это место как временное убежище, – продолжил убеждать его Алайни. – Изучил по твоему же слову весь свод законов королевства. Подстроил все так, будто хозяин умер от старости, а дом еще при жизни подарил племяннице. Да, Лорд, я сделал ставку на Милли, как на ценного и надежного стратегического партнера. Ее дядя все равно не пропыхтел бы дольше года-двух, даже если бы сделка по продаже сорвалась. А она может владеть домом не одно столетие, и всегда будет рада принять нас.
– Стратегический партнер! Каких мудреных слов ты набрался! Когда только успел? – Лорд приподнял правое плечо, не расслабляя сложенных на груди рук.
– А мне нравится ход его мыслей и деловая хватка. Наш парень, – перебила Шайя.
– Господин Алатан спас меня от кошмарной участи, – жалостливо запричитала Милли. – До конца своих дней я буду его верной рабыней.
– Господин Алатан… Рабыня… Фу! – Лорд брезгливо фыркнул. – Стоило мне отлучиться ненадолго, и тут начало такое твориться… По-человечески говоря, не пойми что. Вот подходящее определение сему беспорядку.
– Послушайте, господин Темный Лорд, – обратилась к нему Милли, набравшись смелости. Ее слегка дрожащий голос быстро становился все тверже и увереннее. – Вы и ваши друзья всегда будете желанными гостями в этом доме. Я сохраню все ваши тайны и помогу чем смогу. Поверьте, я никогда не забуду того, что для меня сделал ваш ученик.
– Он ученик Ягуара, не мой лично, – Лорд попытался от нее отмахнуться.
Но девушка уже начала привыкать к новой роли, почувствовала себя полноправной хозяйкой старинного дома. В ее словах все явственнее ощущался здоровый азарт и желание доказать собственную значимость.
– Но вы – одна команда. И я с вами. Всегда буду ждать вас здесь, готовая предоставить уютное убежище.
– Иди, предоставляй. Ха-а, – Лорд улыбнулся во все клыки. – Стратегический партнер. Приглашай нас в свой маленький дворец.
– Прошу, дамы и господа! – Милли дернула на себя дверную ручку в форме птичьей головы. – Я позабочусь о лошадях. Отведу их в конюшню, насыплю им овса, налью чистой воды, и сразу же присоединюсь к вам. В большом зале на столе увидите фрукты и напитки.
Войдя в бывший танцевальный зал, просторное помещение с лестницей, которое для поминальных дней стараниями юной наследницы было превращено в столовую, Лорд первым делом устремился к почти что пустому столу и разом опрокинул в себя полбутылки вина, оставленного на случай нежданных гостей из числа знакомых покойного. После чего настроение у него заметно улучшилось.
– А мне даже нравится, – поставив пустую бутылку на стол, он широко раскинул руки, – это чувство свободы от несносного старого брюзги. Они было бы еще ярче, если бы не запахи немытых людей и эльфов.
Алайни не понял, почему эльфы тоже были немытыми. Их народ славится чистоплотностью.
– Гномы здесь тоже побывали, – демонстративно поводив носом, Лорд строго взглянул на вернувшуюся из конюшни хозяйку дома.
– Да, целая многодетная семья. Можете себе представить, пятеро непоседливых и непослушных детишек. Я едва успевала за ними присматривать. Но вот, видите… Одну балясину все же сломали, – девушка указала на пострадавшую часть перил. – Надо будет вызвать мастера.
Шайя что-то невнятно мяукнула, обращая на себя внимание Лорда, и сделала еще более непонятный жест глазами сверху-вниз.
– Милли! – Лорд властно прикрикнул на эльфийку. – Покажи леди Шайе, где уборная, и приготовь для нее теплую ванну с розовыми лепестками. Она в султанском гареме привыкла к пахучим цветам. Дворцовые слуги каждый день их сыплют повсюду. Как только нюх у них выдерживает постоянную пытку?
– Будет сделано, господин, – Милли чуть не отвесила поклон по укоренившейся в ней привычке. – Леди, следуйте за мной.
– И не забудь пожарить мясо, – напомнил ей Лорд.
– Я люблю с овощами и острым соусом, – сказала Шайя.
– Добавлю овощи. Подберу соус, – Милли скромно улыбнулась, кивнула и ушла вместе с наложницей султана.
– Горец! – Лорд переключил внимание на спрятавшегося в дальнем темном углу парня. – Мертвый олень сам себя не разделяет. Иди и займись им.
– Твои дела настолько плохи, что ты вынужден торговать мясом и шкурами пойманной дичи? – рискнул съязвить Алайни, пользуясь неприкосновенностью собственных ушей.
Ему хотелось напиться оленьей крови, но никак не заниматься освежевыванием и потрошением туши.
– Кто бы говорил, – Лорд спокойно перенес его словесный укус. – Разве ты сам не продавал крестьянам шкурки на шапки и воротники?
– Я был простым дикарем, который жил в горной пещере, а не владельцем восьми роскошных замков, – Алайни пожал плечами.
– Семи, – уточнил с легкой улыбкой Лорд. – Один замок я продал. Для того и уезжал, чтобы заключить сделку с покупателем на месте. Этот древний замок слишком обветшал. Я понял, что выгоднее приобрести новый, чем вкладываться в реставрацию. Но сбыл его с хорошей наценкой.
– На твоем месте я бы продал еще шесть, – усмехнулся Алайни. – Одного вполне достаточно. Самого лучшего из них.
– Вот когда мы доберемся до ближайшего моего замка, я подарю тебе интересную людскую книжку. Называется: “Выгодные вложения капитала в недвижимость”, – Лорд сердито заложил уши. – А пока давай поговорим о той важной составляющей бытия любого живого существа, которая называется просто и всем понятно: “еда”. Без нее нам долго не протянуть, что бы ни говорили ученые мужи о вампирской природной выносливости.
– Это я и так знаю. Может, хватит меня дразнить? Я ужасно хочу есть.
Алайни на миг призадумался о том, что значит человеческое слово “недвижимость” и зачем в нее вкладывать деньги. Если подумать, то не только дом, но и обычный труп можно так назвать. Он ведь не шевелится и не ходит, ну если только его маг-некромант не поднимет.
– Ты помнишь, у нас с Ягуаром есть традиция питаться живой добычей, – невозмутимо продолжал Лорд. – Мы ее соблюдаем… по возможности. Но та, как ты успел понять, не всегда бывает. Дичь, которую мы убиваем сами, укрепляет нашу магию, и потому она необходима… Периодически.
– Я тоже здесь ловил живую дичь.
– В отличие от тебя, Алайни, я не собираюсь выискивать крохотных птичек и мышек. Они все равно не могут удовлетворить мои потребности. Потому я предпочту получить ведро крови неизвестного мне лично быка, убитого незнакомым мясником, чем полезу в подвал за живой крысой. Грязной и вонючей, ко всему прочему. Так вот, пестрый олень из Королевского леса – не просто редкая, а уникальная добыча. Ты знаешь, охота в заповеднике строго запрещена. Мне пришлось долго уговаривать короля Умалнина, чтобы он разрешил всего лишь одну вылазку. Люди, с которыми я договорился, будут продавать оленину в трактире, а шкуру и рога они хотят оставить себе для украшения зала. Взамен обещали снабжать нас кровью домашнего скота и птицы. Если не хочешь, чтобы мы тут оба сдохли с голода, ибо сидеть нам тут еще долго в ожидании королевского визита, ты молча пойдешь и подготовишь оленя так, чтобы наши партнеры остались довольны.