Кара Джеврие

– Приказывайте, госпожа Джеврие.

– Меня не должны раскрыть. Сделайте всё, чтобы Озтюрк не заговорил. Всё, что нужно. В этот раз мы не обойдёмся гуманным способом.

– Как прикажете, госпожа Джеврие.

2016 год. Весна. Стамбул

Мужчина с седой щетиной выходит из парадного входа фармацевтического завода, что-то активно обсуждая по телефону. Раздаётся выстрел. Пуля насквозь пронизывает грудную клетку мужчины. Не прошло и мгновение как раздаётся второй выстрел, и пуля попадаёт в плечо человека в чёрной маске, который только что чуть не убил Демира Озтюрка. Молодая девушка с винтовкой в руках с досадой смотрит на раненого киллера, который убегает. Девушка отправляется на место, откуда снайпер исполнял заказ, забирает винтовку, затирает на бетоне незначительные капли крови, которые пролились из плеча человека в маске. Осматриваясь по сторонам и видя у центрального входа заваруху, она скрывается, ещё раз убедившись, что не оставила следов.

2017 год. Стамбул

– Только мы ухватились за ниточку, как она оборвалась, -потирая затылок причитал Али.

– Ты о Демире?

Парень кивнул.

– Так бывает в нашем деле, Али. Нельзя полагаться на чудо.

– Думаешь я не знаю как у нас бывает? Это я с вами 3 месяца работаю, девчонка, а с полицией я уже 10 лет.

– И когда ты только успел, Али? – послышалось от Онура.

– Ну, брат, это вы тут учились, заканчивали академии, проходили практику…Или что вы там делали, – посмотрел он на Бегюм, задавая риторический и иронический вопрос.

– Кстати да. А как ты попал в полицию? – заинтересовалась Сераб. Она была очень симпатичной, но всегда простоватой. Это было во всём – в одежде, макияже, причёске. Её красота пряталась за неумением подбирать гардероб и отсутствием хоть какого-то вкуса. Но она была трудолюбивой, выносливой и неконфликтной.

– О, это очень интересная история, – заведя руки за голову начал Али. – Однажды меня поймали полицейские во время драки на улице. Обычное дело. И был у нас там начальник один. Замечательный человек, настоящий мужчина. И вот что он мне сказал: " Ты знаешь, Али, в чём прелесть работы в полиции?" "Не знаю" – ответил я. " Прелесть работы в полиции в следующем: ты наблюдаешь сотни историй каждый день, и можешь влиять на эти истории. Ты можешь испортить судьбу молодому человеку, такому как ты, Али, а можешь помочь ему выбраться из этой ямы, в которую он попал, сам того не зная. Но! Каждый раз, вот так влияя на судьбу одного, ты непременно влияешь на судьбу другого. В том числе и себя. Полиция не только ловит преступников. Она ограждает людей от того, чтобы ими стать." И конечно я задумался. Мне было 16, что я понимал тогда. Что сказали, то и съел, – почти весь отдел в этот момент захохотал. – Короче, я стал почти каждый день ходить в участок, наведывался к начальнику, просил рассказать о делах. Потом иногда помогал следствию. Ну а потом прошёл ускоренные курсы, получил официальное разрешение и стал официально работать полицейский. Но с организованной преступностью я работаю только последний год. До этого я занимался несовершеннолетними, – парень посмотрел на Бегюм. Его лицо говорило ей: " И ты понимаешь почему. Я не хотел чтобы с ними было то же, что со мной".

Девушка понимающе улыбнулась. Али стал рассказывать какие-то истории, вёл несколько диалогов. Проще говоря, он стал вливаться в коллектив в турбо- режиме. Бегюм встала со своего места и отошла сделать кофе.

Наблюдая как вода в кофеварке становится горячее, она задумалась об Али, который и прервал её мысли.

– Что случилось, девчонка? Обиделась, что я завожу новых друзей? Но я уже говорил, ты особенная. С тобой мы на набережную ходили, – парень улыбался настолько дружелюбно, насколько мог.

– Не натягивай улыбку, Али. Я вижу как тебе тяжело завоевать внимание этих людей. Но ты не обязан становиться другом для всех них. Потому что завтра они забудут твою весёлую историю, и если ты скажешь "Помогите", они спросят "Кто ты такой?"

– Спасибо за дозу позитива.

– Извини, я не хотела расстраивать тебя, Али.

– Нет, ты права. Я действовал опрометчиво.

– Есть ещё какие-то зацепки по Демиру Озтюрку?

Парень помотал головой.

– Мы вернулись к истокам. Известно лишь 2 слова : Кара Джеврие. Ясно, что это группировка. Как они так действуют, что нигде нет упоминаний о составе их группы. У них определённо должен быть лидер. Вроде тех, что ходят по району, перебирая чётки, и кайфуют, когда говорят "приказывай, отец".

– Это самое сложное дело из всех, над которыми я работала.

– Однозначно. Даже у меня не было таких дел за все эти годы. Ничего не известно, абсолютно ничего! Кто-то заказывает у них убийства, убийства исполняются и никаких следов. А что если мы ищем не того? Что если это женщина?

Молодые люди несколько секунд посмотрели друг на друга и ринулись к шефу.

– Начальник! – начала Бегюм, – у Али потрясающая версия!

– Ребята, стойте, стойте, отдышитесь. Вы из Ускюдара сюда бежали?

– Шеф, комиссар Сонмез в ходе своих рассуждений выдал прекрасную мысль.

– Впрочем как и всегда, – улыбнулся Али.

– Выкладывайте, что у вас.

– Шеф, мы ищем некоего главаря преступной банды Кара Джеврие. Мы ищем мужчину, но что если это женщина?

Начальник растерялся, но по глазам было видно, что он поражён.

– А ведь всё так просто…Почему мы раньше не думали об этом?

– Наверно потому, что женщины и мафия как-то не сочетаются. Но посмотрев на комиссара Айдын я в этом усомнился, – съёрничал Али.

– Идиот, -прошептала Бегюм.

– Срочно, проверить все роддома. Если нужно, будете лично обходить все роддома Стамбула. А если и этого будет мало, всю Турцию обойдёте, но найдёте мне Кара Джеврие. Выполнять!

– Есть, шеф.

– Как прикажете, шеф.

1997 год.Стамбул

– Как вы, господин Эркан, уже лучше?

– Лучше, Мехмед. Этот снайпер промахнулся. Юсуф поплатится за то, что сделал. Собери людей. Этой ночью мы заберём его ребёнка. Юсуф Окайя не смог убить меня, но я то справлюсь с его отпрыском. Пусть неповадно будет.

– Вы хотите убить мальчика?

– По-другому этот человек не поймёт, что со мной лучше дружить.

Мужчина из окружения Юсуфа Окайя осматривался вокруг больницы, в которой лежал Эркан Каган. Он не смог выполнить поручение – не выстрелил в голову этого человека. Он проследил за людьми и понял о надвигающейся опасности.В последний момент он вытаскивает ребёнка из машины, до того, как она взорвалась. В этот же вечер он приносит спасённого ребёнка к себе домой.

– Джеласун, может всё-таки расскажешь, чей это ребёнок? Малышка Джеврие уже полюбила его, посмотри-ка. Как она заботится о нём.

– Этот ребёнок – билет в нашу новую жизнь, Сара. Скоро мы получим за него огромные деньги. Столько, сколько захотим.

– Деньги? Ты что, похитил чьего-то ребёнка, Джеласун? Это Юсуф тебе приказал? Снова этот человек подбивает тебя на преступление!

– Тише, женщина. Этот младенец – сын Юсуфа. Он думает, что потерял его. Я не смог убить Эркана, а тот решил отомстить Юсуфу. Я узнал об этом и спас малыша. По дороге домой мне пришла прекрасная мысль. Юсуф будет искать меня, это однозначно. Но я расскажу ему о сыне. Тогда он даст нам столько, сколько мы попросим. А ещё – мы навсегда бросим эти дела и уедем.

– Ох, Джеласун! Умоляю, верни ребёнка семье. Это не кончится добром. А если тебя не станут слушать, если убьют сразу же. И тебя, и меня,и…нашу дочь пожалей, она совсем маленькая!

– Я что, тупица по-твоему? Я всё продумал, не переживай. Он выслушает меня, выслушает…

2017 год.Стамбул

Стамбул уже окунулся в ночь, а Али и Бегюм только вышли из участка.

– Я думал, шеф действительно не отпустит нас, пока мы не найдём хоть какую-нибудь зацепку.

– Смотри, Али, если провалишь это задание – не пройдёшь испытательный срок и тебя вышвырнут.

– Ага. И тебя тоже, – парень развёл руками. – Какой ещё испытательный срок, а?

Посмеяться сейчас было кстати. День выдался трудным.

– Ты домой?

– Ага, – ответила уставшая девушка.

– Не хочешь пройтись?

– Поедим плова на улице?

– Отличная идея. Умираю от голода.

Молодые люди сидели на бетонной набережной, вдоль которой тянулась вереница торговцев уличной едой.

– Клянусь Аллахом, я в жизни такого вкусного плова не ел! Откуда ты знаешь, что тут такая вкуснотища продаётся?

– Мы много чего знаем, Али. Сейчас у меня свой дом, а когда-то я с братом не одну ночь провела на улице.

– Как так вышло? У тебя не было родителей? Или ты просто была бунтаркой и сбегала из дома?

– Если расскажу, ты уже не будешь так улыбаться. Но тебе повезло – я не люблю рассказывать о прошлом.

– Как скажешь, принцесса. Не буду совать нос не в своё дело.

– Посмотрите на него…А ты смышлёный, – улыбалась девушка. – Эй, осторожнее, так и подавиться можно! Не торопись.

– Прости, принцесса, но я давно такой вкусной еды не ел. А когда попадается, не могу унять привычки из прошлого. Когда жил на улице с другими ребятами, найдя что-то съестное приходилось сметать всё в один миг, чтобы другие не расхватали.

– Удивительный ты человек. Говоришь о грустном, а улыбаешься. Если хорошее что-то скажешь, как тогда будет?

– Расплачусь, наверно. На самом деле, я очень сентиментальный. Нет, правда, – начал убеждать Али, когда Бегюм закатила глаза. – Я над книжками иногда плачу.

– А когда в любви признаёшься, тоже плачешь? Или всё-таки улыбаешься? – заинтересованно посмотрела Бегюм.

– Не знаю. Я ещё никого не любил так, чтобы можно было признаться.

– А может, когда любишь, признаваться не нужно? И так всё будет понятно.

– И как же понять, что тебя любят, если он не признаётся?

– Откуда мне знать, Али, – с печалью и разочарованием произнесла Бегюм.

Оба погрузились в молчание, которое было красноречивее слов.

2016 год. Стамбул. Особняк Юсуфа Окайя

– Мне надоели твои придирки, отец. Я уже не ребёнок. Если захочу, то ещё раз сяду пьяным за руль и разобью твою машину. У тебя столько денег! Стыдно не давать сыну жить в удовольствие.

– Да ты знаешь какими путями я эти деньги заработал? Неблагодарный щенок!

– А мне не за что тебя благодарить. Это я в счёт долга беру.

– Какого ещё долга, паршивец!

– За смерть моих родителей.

Мужчина с остекленевшими глазами замахнулся на парня.

– Давай, ударь меня. А лучше убей! Как ты с моими родителями поступил. Что? Что такое, Юсуф Окайя, – начал злорадствовать парень, видя что мужчина плохо себя почувствовал и начал нервно трясти рукой, закатывая глаза. – Ты думаешь, я ничего не помню? Думаешь я не помню, как ты вломился в наш дом и выстрелил сначала в отца, а потом в маму!

–Если бы ваш отец не провалил задание и исполнил заказ, сейчас мой малыш был бы жив. Он допустил ошибку, а расплачиваться должен был я?

– Моя мама была ангелом. Ангелом! Одним махом ты убил и родителей, и их детей. Ты на глазах у 8-ми летней девочки и трёхлетнего, трёхлетнего мальчика убил их всё. Они были всё для нас. Вся наша жизнь. А теперь ты играешь в заботливого папашу? Да покарает тебя Аллах за такую заботу, Юсуф Окайя!

Мужчина хватается за шею. Ему нечем дышать. Он падает без сознания на пол. Парень стоит в раздумьях с совершенно безразличным видом. Он кусает кулак, но всё-таки вызывает скорую. Он сопровождает пожилого мужчину по дороге в больницу. Из реанимации, куда доставили пациента, выходит врач, снимая маску.

– Примите мои соболезнования.

Парень растягивается в улыбке, роняя слёзы облегчения.

Через 2 часа всё окружение узнаёт, что Юсуф Окайя скончался.

2017 год. Стамбул

00:28. Больница в районе Балат

Через окно в туалете пробирается девушка. Аккуратно открывая дверь на выход, она озирается по сторонам. Убедившись, что вокруг никого нет, она двигается по коридору и останавливается у двери с табличкой "Архив". Дверь заперта, но для девушки это не проблема. Она достаёт связку с отмычками и пробирается внутрь. Сделав необходимое она покидает здание так же, как проникла в него.

08:40

– Онур, Сераб, есть какие-то продвижения по нашему делу?

– Нет, комиссар. Думаю, дело Демира Озтюрка гиблое. Ничего не выдет из него.

– Да, комиссар, мы потеряли последнюю нить.

– Это что за разговоры? Давайте откажемся от этого дела, а? Мы должны проверять все версии, даже если они тоньше лезвия ножа.

– Конечно, – почти в унисон проговорили Онур и Сераб.

– Где Али?

– Он ещё не пришёл.

– Шеф?

– На месте. У себя в кабинете.

– Госпожи Сены ещё нет, удивительно. Обычно она как фейсконтроль на входе стоит.

– Кажется, она попросила отгул.

– Понятно. Пробейте по базам любые упоминания о Кемале Тугутлу. С кем работал, семью, счета, куда переводил крупные суммы, есть ли какая-нибудь активность сейчас.

– О нет, с утра пораньше ты задания раздаёшь? Серьёзно? – Али выглядел невыспавшимся и в шутку недовольным.

– А-а, вот и наш лучший работник.

– И тебе доброе утро, Бегюм.

– Доброе утро нам только снится, комиссар Сонмез. И утром, и днём, и ночью мы должны быть бдительны и во всеоружии.

Заняв свои места, которые находились поодаль от мест Сераб и Онура, но в паре шагов от двери начальника, Али и Бегюм выглядели менее напряжёнными.

– Нашёл вчера что-нибудь?

Парень помотал головой.

– А ты?

– Ничего. Да и я не уверена, что это имя. Было бы слишком просто. Демир Озтюрк сменил имя, чтоб сбежать из Стамбула. Вряд ли мы найдём записи о том, кто уже несколько лет к ряду кроме двух слов за собой не оставляет.

– Необычное дело. Кара Джеврие рекламируют себя, как могут, все знают, что к ним можно обратиться, если кто-то мешает тебе на пути, и они помогут на 5 баллов. Но как на них выходят? Не выкладывают же объявление в интернете.

– У них однозначно есть посредник, который принимает дело под своим именем, а потом передаёт его Кара Джеврие.

Али уже долго наблюдал за Бегюм.

– Точно. Ты права.

Девушка оторвалась от компьютера и подняла на Али глаза. Несколько секунд они смотрели друг на друга, но потом каждый занялся своим делом.

– А, Бегюм, – шеф Селим вышел из кабинета. -Зайди ко мне.

– Начальник, к сожалению ничего не удалось найти. Я о вчерашнем задании, которые вы поручили нам с Али.

– Надежды было мало, честно говоря. Я дам тебе новое задание. Демир Озтюрк был женат на Туне Бейяз. Общих детей у них не было, а вот у неё была дочь от первого брака. Её зовут Фахрие Бейяз. Мать её сразу после развода с Озтюрком уехала в Европу, предоставив дочь самой себе. После разрыва отношений матери и приёмного отца девушка поддерживала с ним связь и неоднократно встречалась, он помогал ей деньгами, оплатил учёбу в престижном ВУЗе. Нужно найти её, пообщаться. Найди общий язык с ней, подружись. Она молодая девушка, ты поймёшь, как лучше её разговорить. Она могла что-то знать о делах отчима.

– Как прикажете, начальник.

– Бегюм. Я поручаю это задание лично тебе и даю карт-бланш.

– Я поняла, начальник. Я могу идти?

– Иди. И Бегюм, особо не распространяйся об этом задании. Мы не должны спугнуть девушку.

– Как прикажете, шеф.

Девушка вышла от шефа с серьёзным видом. "Ох, Четин, ты погубишь нас" – прошептала она, ещё держась за ручку двери.

2016 год. Стамбул. Особняк Юсуфа Окайя

– Чето? Что это за столпотворение? Мне несколько человек по дороге выразили соболезнования.

– Сестра!

парень подбежал к сестре и обнял её. Он растянулся в улыбке и еле сдерживал слёзы.

– Он ушёл. Наконец-то он ушёл! Юсуф умер, сестра. Слава Аллаху, умер!

Девушка была немного шокирована, но посмотрев на счастливого брата тоже стала улыбаться без наигранности и притворства.

2017 год. Стамбул

– А, Бегюм, Бегюм. Слушай, а есть хоть какие-то материалы по убийствам, исполненными Кара Джеврие? Имена, заказчики.

– Ну конечно. Сплошные висяки. Всё в базе, Али, ты что первый день тут?

– А, в базе. Да, точно. Прости, Бегюм. Просто как вижу тебя,девчонка, так голова отключается, – но в этой ироничной шутке Али была доля правды.

– Оф, ну что ты за человек? – улыбалась девушка.

– Как думаешь, в обед сможем выйти отсюда?

– На счёт тебя не знаю. У меня есть дела, нужно будет отойти.

– Ты что, бросаешь меня одного тут?

Бегюм подошла к Али очень близко и прошептала ему на ухо.

– Шеф дал мне карт-бланш в расследовании одной зацепки.

– Эээ, посмотрите-ка на неё. Теперь будешь уходить когда захочешь. Вот я уверен, что ты будешь пользоваться своим положением, чтобы сбегать попытать удачу в автоматах с игрушками.

– Так уж и быть, если вытяну мышонка, принесу тебе.

– Эйвалла.

– Ага. Ладно, увидимся, Али.

– Увидимся. Бегюм! – Али остановил девушку, как только она отошла шагов на 5. – Не приноси. Это на мне.

Девушка смущённо кивнула и улыбнулась. Али вернулся на своё место.

"Что ты делаешь, Али, а? Ну что ты делаешь?" – прошептал он себе под нос.

Отдел наполнился людьми, которые шныряли туда-сюда. Все были заняты работой, а маленькая группа общим делом – поимкой Кара Джеврие.

2016 год. Стамбул. Кладбище

Молодая девушка в черном костюме кладёт букет на свежую могилу. За её спиной стоит группа мужчин в чёрных пиджаках. Один из мужчин передаёт девушке папку, в которой находится информация обо всех убийствах – заказах, которые исполнил Юсуф Окайя и его люди.

– Отца Юсуфа больше нет с нами. Наши соболезнования, госпожа.

– Спасибо друзьям.

– Теперь все дела вашего отца переходят к вам. "Кара Джеврие" теперь под вашим руководством. Приказывайте, госпожа Джеврие.

2017 год. Стамбул

– Четин! Ты дома, Четин?

– Тебя наконец уволили, малышка? Что в такое время делаешь дома?

– Пришла встряхнуть твои мозги. С этого момента ты прекращаешь общаться с Фахрие. На неё уже вышла полиция. Если они разговорят её, то доберутся до тебя, а следом до меня. Тогда всё пропало. Ты хочешь чтобы у твоей сестры был жалкий конец?

– Нет, дорогая, не хочу.

– Значит, ты понял меня?

– Ага. В Стамбуле столько девушек, найду себе другую.

– Нет, он не понимает слов. Аллах-Аллах! Четин, братик, у нас кроме друг друга никого нет. Мы потеряли наших родителей – наше всё. Мы не должны думать о чём-то другом, кроме мести. Мы встали на этот путь много лет назад вдвоём, и вдвоём должны этот путь завершить. Когда всё закончится ты сможешь жить той жизнью, которую выберешь сам. Но пока – мы должны направить все силы на наше дело. Я очень люблю тебя брат.

– И я люблю тебя, сестра. Как могу не любить тебя, а? Всё будет так, как ты хочешь.

– Ну что, комиссар, есть успехи в секретном задании, благодаря которому у тебя карт-бланш? – интересовался Али, когда они с Бегюм шли в кабинет шефа.

– Так я тебе и рассказала. Это же секретное задание.

– Оф! Вот мне начальник попался то.

–Входи.

– Шеф, у меня для вас важная информация.

– Выкладывай, Али. Бегюм, ты снова ничего не знаешь, да?

Девушка кивнула.

– Нет, этот парень никак не привыкнет. Ладно, Али, мы слушаем тебя.

– Я решил проявить инициативу и проверить те висяки, которые приписаны Кара Джеврие. 8 убийств. Добавим убийство Озтюрка. Нам известно, что это Кара Джеврие, но мы не можем ни доказать, ни тем более наказать.

– И что ты нашёл ? Есть что-то, что поможет делу?

– Есть. Вокруг одного дела было много шумихи. Дело старое, больше двадцати лет прошло. На одного человека по имени Эркан Каган было покушение. Так же, как и на Озтюрка. То есть, незавершенное дело Кара Джеврие. Тогда это не связывали с ними. Заказчика не нашли, но вот исполнитель. Кажется, я его нашёл.

– И кто же это? Ты знаешь его имя?

– Мы-гы. Джеласун Кара.

Глаза девушки округлились, а сердце забилось в бешеном ритме. Она почувствовала, что воздуха стало не хватать.

– Он был всего лишь стрелком. Задание он не выполнил, как мы поняли.

– И как нам поможет убитый снайпер?

– Я сделаю всё, чтобы найти сведения об этом человеке. Мы узнаем имя того, на кого он работал.

Всех, кто находился в кабинете, переполняли эмоции. Али был горд тем, что нашёл прямую дорогу к Кара Джеврие и наконец узнал хоть какое-то имя. Шеф Селим с выпученными глазами и открытым ртом не мог поверить своим ушам. Бегюм была будто парализована.

– Блестяще, Али. Просто блестяще! Что этот Эркан Каган, о нём что-то известно?

– Мы начнём расследование по нему, шеф. Если вы даёте добро, конечно.

– О чём речь, сынок? Живо приступайте к расследованию. Подключите всю группу. Пересмотрите прошлые дела, поднимите архив по делу Эркана, не упускайте даже самую незначительную деталь. Найдите его. Теперь мы близки как никогда!

– Как прикажете, начальник.

– Бегюм, ты кажется не в настроении? Ничего не скажешь? Мы подобрались к Кара Джеврие, возможно скоро поймаем, а ты как будто не на этой планете.

– С чего ты взял, Али? Я просто задумалась. Ты молодец. Отличная работа, – девушка отлично скрывала волнение. – Но в следующий раз, пожалуйста, сообщи и мне. Расследовать нам будет легче, если мы будем работать сообща.

– Как скажешь, принц..Комиссар, -опомнился Али, когда заметил взгляды почти всего отдела.

2013 год. Стамбул

Молодой парень положил голову на колени сестры, которая гладила его кудрявые волосы.

– Вот увидишь, мы заживём счастливо и спокойно. Ты хоть немного помнишь маму? Помнишь, как она гладила твои волосы, напевая колыбельную?

– Да, сестрёнка. Твои руки очень похожи на её. Но я не помню её лица, её голоса. Помню только прикосновения.

– Всё, что сделал нам этот человек, не будет прощено, Четин.

Парень поднялся, а девушка взяла его лицо в свои ладони.

– Мы отомстим. Ты поможешь мне в этом. Никого у нас, кроме друг друга, больше нет. Мы вместе отомстим за наших родителей. И тогда мы будем спать спокойно, тогда огонь в наших душах перестанет выжигать нас изнутри. Останется только тоска, которую ничем не заглушить. Но если мы будем рядом, мы переживём и это.

– Я сделаю всё как ты хочешь, сестра. Но нас лишь двое. Как мы одолеем этого человека?

– Мы вонзим в него стрелу, которую он сам же и выпустил. Убьём его его же оружием. Он запутается в собственной грязи и захлебнётся в собственной крови.

– Иншаллах, сестра.