Ялмез. Начало долгого пути

Глава 1

– Сколько я тебе уже говорил об этом? – рассерженно говорил престарелый ялмазийец, с небольшим посохом в руках, своему сыну. Темой их разговора стала женитьба, на которую сын не хотел соглашаться. Ибо считал, что еще рано ему заводить семью, когда не все старшие братья обзавелись любовью.

Дом был трехэтажным и выглядел изящно несмотря на то, что его владельцы не принадлежали к богатому классу. Постоянные ремонтные работы проводились в основном при участии отца, но иногда и дети приезжали в гости, чтобы помочь с обновлением. Интерьер дома в основном составляли простые, но качественные материалы, такие как дерево и камень.

Изюминкой этого дома был костер, расположенный посреди зала и окруженный низкими, но широкими камнями. Полки, шкафы и столы были изготовлены из обычного дерева, тогда как камин, хоть и состоял из камня негора, не передавал тепла, из-за чего можно было его безопасно использовать практически в любых местах. Из-за этой особенности такие камни часто используют при строительстве домов и других сооружений среди богатых ялмазийецев королевства (1), где определенные части сооружения не должны подвергаться нагреву. Это особенно актуально для складов и других помещений, где важно избегать повышенной температуры. Некоторые комнаты даже полностью состояли из этого материала, особенно если в них хранились легко воспламеняемые вещества, такие как зелья, различные бомбы или вечные огни.

Отца звали Гравуял, он происходил из семьи Избраган. В преклонном возрасте, его ноги постепенно теряли силу, и он передвигался с помощью трости, сделанной из старого-старого дерева, переданного ему от отца, который, в свою очередь, унаследовал его от своего отца. Этот предмет был единственным, который передавался по наследству в этой семье, как правило, старшему сыну, но бывали случаи, когда это правило нарушалось. Гравуял был одним из таких исключений. Его отец не хотел передавать этот драгоценный кусок древа кому-либо еще, поскольку он повторно проявлял доблесть в молодости и участвовал в подавлении нескольких восстаний, за что был награжден медалью самим королем Даимяла.

Дети отдавались этому ялмазийцу всем своим сердцем. Они не только оказывали ему помощь, следя за его здоровьем, но и стремились делать так, чтобы проблемы не возвращались в будущем. Несмотря на то, что он участвовал в нескольких сражениях и чудом избегал серьезных повреждений, на его теле не было видимых шрамов. Перед последним сражением некоторые из его друзей и знакомых пытались занять место рядом с ним, полагая, что его оберегают боги, и поэтому он сможет избежать смерти.

Сына звали Злоялист. Не самое распространенное имя, но очень запоминающиеся из-за своего происхождения, поскольку один из основателей ялмазийской империи был ялмазийец с таким именем. Он был средним ребенком. Три сестры были старше и две младше. Четыре брата старше и три младше. Внешне был очень похож на своего отца. Тот же нос небольшой, те же глаза, однако цвет волос и улыбка были мамины.

Ему не хотелось заводить семью по нескольким причинам. Во-первых, он не желал начинать новую жизнь с незнакомой дамой, тем более, что избранница на этот раз была из другого города. Один из его старших братьев уже попал в подобную ситуацию, отец выбрал невесту, о которой практически ничего не знал. Как выяснилось позже, она страдала душевными расстройствами, и брак не продержался даже года. Во-вторых, он не желал привязываться к кому-либо и посвящать свою жизнь другой ялмазийке, как это делал его отец. Ему нравилось проводить время с друзьями, заниматься беззаботными развлечениями, вроде бесед и разбойных приключений. В отличие от семейной жизни, где приходилось бы уделять много времени работе, чтобы обеспечивать всех ее членов.

Тем не менее, его возраст уже был достаточен, чтобы традиции, установленные предками, позволили ему войти во взрослую жизнь.

– Отец, настанет время и мне придется найти свою избранницу, но сейчас… У тебя есть мой старший брат. Может сначала об его жизни надо подумать? – Несмотря на то, что среди своих друзей Злоялист был настоящим проказником, его поведение, в юности, заставляло Гравуялу выслушивать неоднократные возмущения со стороны окружающих, с отцом же, разговаривать так, позволить не мог. Поэтому, сын всегда убеждал отца, что его просто пытаются опорочить, ибо завидуют ему. Однако отец этому никогда не верил, да и завидовать было нечему.

– А ты… – прокашливаясь от старческой боли, пришлось сделать небольшую паузу Гравуялу. – Ты думаешь, почему я не звал тебя к себе последний месяц? Твоему брату уже отобрана будущая невеста. Теперь настала твоя очередь.

– Что? Когда ты успел? Почему не рассказал нам? – недовольно высказался сын.

– Зачем? Чтобы ты что-то предпринял, как в прошлый раз? Нет…

В прошлый раз, Злоялист продемонстрировал весь свой характер. Доведя свою невестку до истерии, которая тоже изначально не хотела выходить за него замуж, поскольку у нее уже был избранник, он не успокоился. Вместе с друзьями, в тайне от своего отца, устроил засаду. Избив сильно братьев Оравялы, сорвал весь праздничный настрой, а следовательно, и саму свадьбу.

Отец с сыном общались в уютной комнате возле небольшого костра, обложенного камнями негора, в самом доме. Маялаваса – мать Злоялиста, тоже находилась в комнате, только принимать участие в разговоре не желала, поскольку подобная тема, зачастую заканчивалась разногласием. Она же, тоже успела прожить свою жизнь, и все ссоры, хоть их было и не так много, ей надоели – хотела обычной радости в доме или хотя бы тишины.

Она, как и отец, выросли в одном городе и почти не путешествовали. Только в последние годы им удалось посетить несколько других мест и то, проведывая своих, уже взрослых детей.

– Папа, это был не я. Об этом уже мы с тобой говорили…

– Твоя избранница уже на пути к городу, но где именно, ты точно не узнаешь, как и способ передвижения. – сквозь кашель, Злоялист заметил улыбку своего отца. В этот раз он смог переиграть своего сына.

– Мама. Ты же понимаешь… – развернувшись к маме, Злоялист ожидал услышать поддержку, поскольку он знал мнение своей матери. – скажи, что я еще не готов к такому. Сама бы ты стала желать нашей сестре выйти замуж вот за такое чудо как я?

– В том то и дело, что ты чудо чудное, а остальные нет. Я согласна с твоим отцом. Твое время уде давно пришло. – ласково опровергла все ожидания своего сына Маялаваса качаясь на кресло-качалке.

– Твой старший брат, в твои года, уже имел детей. – старик говорил медленно, боясь снова поторопиться и закашлять. – Эх… Это уже не важно. Теперь тебе остается только ждать.

Злоялист опустил свою голову виновно, сжал свои ладони покрепче. В этот раз, он уже не был способен помешать, поскольку ничего не знал, а для того, чтобы что-то выяснить, нужно было время, которого у него попросту не было. К тому же, если отец решил все-таки оповестить своего сына, то должно быть невеста уже находилась не так далеко. Тяжело выдыхая, хотел показать своим родителям негодование, но они будто не замечали этого, в это время, бросив друг другу несколько фраз.

В этот момент открылась входная дверь и тут же закрылась. Послышалось два детских смеха, а после и их обладатели. Это были два мальчика следующей по возрасту сестры Злоялиста. Они были все измазанные в грязи, а когда Маялаваса поинтересовалось причиной их «чистоты», они поведали, что посчитали веселым занятие бросать друг в друга грязь.

– Дедушка! – радостно прокричали дети, когда заметили Гравуяла.

– Дядя Злоялист, привет! – обнял второй ребенок Злоялиста по имени Ипыгаял.

– Эй, как у тебя дела, воин? – в один момент, Ипыгаял поведал своему дяде, что хочет быть императорским гвардейцем, когда вырастит. И с тех пор, Злоялист называл своего племянника только как воин и ни как иначе.

– Все хорошо. А у тебя как?

Злоялист не успел ответить, как вновь раздался скрип открывающейся двери. На этот раз это был их отец, лицо которого всегда казалось вечно недовольным, но он происходил из достаточно богатой семьи. Однако, что самое важное, он искренне любил сестру Злоялиста, за что получал похвалу от матери Ааялы. Вскоре после него вошла мать маленьких детей. Ааяла, следующая по возрасту за Злоялистом, была полной противоположностью своего мужа. Она была вечно жизнерадостной и всегда смеялась. Хотя внешне она не выделялась так, как другие члены их семьи. Ее серые глаза и длинные темно-коричневые волосы были обычными. К сожалению, рост всех женщин в их семье был незначительно ниже среднего роста остальных ялмазийцев. В городе и не только, ходили слухи и поверья о том, что дети от таких рождаются больными, потому, никто не желал иметь у себя в жёнах такую ялмазтийку. Однако, Ааяла доказала на опыте, а у нее уже было шесть детей, что все эти слухи ничего не имели общего с реальностью. Старший же сын не отставал от своей мамы. Во дворе все мальчики старались обходить его стороной в те дни, когда он был злыми. Обычно в те времена, кто-то пытался его обидеть, обозвав как-то маму, на что, он любезно находил время и доходчиво объяснял обидчикам, что говорить так про его семью не нужно. В остальное время, был всегда в центре внимания.

Так уж вышло, что их серые глаза, не считались чем-то привлекательны в местах, где они жили. У всех мужчин, к счастью, это обошло женскую сторону, была ямка на подбородке, что тоже говорило о их некрасивом внешним параметрам для местных жителей. Так же можно было отнести в эту группу и то, у всех, не без исключений, на левом ухе не хватало кусочка ухо. При этом никто из семьи не считал, что это как-то портило их внешний вид.

Может, из-за того, что они в городе считались не столь красивыми и сильно выделялись на фоне остальных, не позволяли себе бросать в сложных ситуациях кого-либо. Никто из семьи никогда не пройдет мимо беды, оставшись при этом в стороне. Даже дальние родственники не могли отказать в помощи, хоть и в последнее время появлялись и те, кто все же пытался испытать судьбу таким образом. Все они вскоре сильно жалели за свои поступки и отказы в помощи.

Злоялист мило беседовал со своим юным другом, а отец мальчика решил подсесть рядом и самому принять участие в разговоре. В это время его жена, любя обняла всех своих родственников, а после направилась на кухню, проверять все полки на наличие продуктов. Ей нужно было понять, что есть в доме, что следует купить на рынке, ведь в скором времени у них будет семейный ужин, который устраивается каждые три месяца. Поэтому никто не имеет права не прийти на него.

– Уже назначили кого-то, кто будет присматривать за детьми? – недовольный голос Ялаги был чем-то приятным в звучании для Злоялиста, и чем больше он был не в восторге, тем слаще слышался его голос.

– Имеешь ввиду, детоука? Да, ты. – решив не упускать возможности, ответил Злоялист.

– Да ладно. Приплыли к берегам. – недовольно ответил Ялаги сжав свой кулак, да по сильнее. Больше он ничего не произнес, лишь посмотрел на своего сына, который что-то в этот момент рассказывал своему дяде и уже решил, что несмотря на то, что вокруг него будет крайне много детей, проведет время достаточно хорошо. Как услышал, что это была всего лишь шутка. – Ну теперь, я буду голосовать, чтобы ты был детоука.

– Когда прибудут остальные? – послышался вопрос из кухни. Тут же матушка поняла, что ее дочь совсем одна разбирается с накопленными задачами, с которыми справится в одиночку было бы крайне тяжело.

– Доча стой! – вставая со стула, поспешила на кухню Маялаваса

– Ну двое уже тут. А остальные должны прибыть завтра или послезавтра! – не вставая со своего места ответил отец, после чего несильно наклонился к дровам, взял один, а следом подкинул в костер, около которого собрались все мужчины. – А вы, добро молодцы, мыться будите?

– Да, дедушка, будем! – в один голос ответили дети.

– Тогда берите своего папку за руки и ведите его к бочкам. – Гравуял остался наедине со своим сыном так быстро, что сперва не понял, как детей уже рядом не было. – Знаешь, я всю жизнь боялся прожить свою жизнь так, что буду жалеть об упущенных возможностях. Теперь я сижу тут и понимаю, жалеть мне не о чем. Да, не все получалось так гладко, как хотелось бы. Но все привело нас к этому моменту, когда я сижу с тобой возле костра. Общаюсь и понимаю, что всего через несколько дней, дом будет заполнен детьми, мои детки и внуки будут рядом. Что может быть прекраснее? К чему это я, спросишь ты? Я не хочу, чтобы ты, когда окажешься на моем месте, испытывал какие-то другие чувства. Открой свое сердце своей невестке, она у тебя хорошая.

– Уже успел пообщаться?

– Довелось насладиться такими моментами. Я верю, что она поможет тебе стать лучше. И мне кажется, что больше не предстоит выслушивать кому-то о твоих проделках со своими друзьями.

– Но мне нравится такая жизнь. Нравится приходить домой, где никого нет. Когда можно отдохнуть от всех. Нравится это время. Думаешь почему никто из моих друзей, до сих пор так и не был у меня. Это моя крепость, неприступная…

– Но холодная, не живая. Я был сам когда-то таким как ты. Поверь мне, я не желаю тебе чего-то плохого, хоть и тебе может показаться совсем обратное. Тебе нужна избранница, которая наполнит твою жизнь смыслом. Не стоит говорить… – прокашливаясь отцу, пришлось сделать не большую паузу, после которой, он продолжил – Не стоит говорить, что у тебя уже есть смысл. Сейчас ты просто… существуешь. Точно не живешь.

– Не стоит все сводить к тому, что без детей нет смысла жить. Есть же так много разных дел, которые можно и нужно делать одному. – Злоялист сердито, но мягко настаивал на своей правоте предвкушая, что сейчас в очередной раз он и отец не поймут друг друга.

В этот момент дверь вновь открылась. Через несколько мгновений, показался последний по возрасту, сын Гравуяла – Умшниял. Он, как и все остальные, радостно встретили друг друга, после чего присели около костра. Однако, младший брат, решил, что ему нужно сначала увидеть свою сестру и что самое главное маму, которую не видел с последнего общего собрания, ибо был он путешественником по городам.

Умшниял мечтал оставить след в истории. Мечтал, чтобы о нем говорили, даже спустя века, десятки веков. И конечно же стремился к этому. Он путешествовал так долго и много, из-за чего порой казалось, что побывал он везде. На его лице можно было заметить несколько шрамов неизвестного происхождения и седину на макушке головы

Вернулись к этому моменту внуки со своим отцом, из-за чего следовало бы сменить тему разговора, но Гравуял решил все же закончить свой разговор, и это несмотря на то, что прибыл младший сын, с которым тоже хотелось поговорить.

– Ялаги, скажи мне честно, ты разочарован своей женой? – пока Гравуял задавал вопрос, Ялагыи предлагал своим детям занятия, которыми они могли заняться. Поэтому в первый раз, он прослушал заданный вопрос, однако попросил повторить его, когда его дети, решили, что могут немного порисовать красками, добываемые из разных цветков.

– Конечно, нет!

– Пап, ты действительно считаешь, что он смог бы ответить по-другому? – ехидно ответил Злоялист, понимая, что будь он на месте ответчика, то ответил тоже самое, даже если бы все было наоборот.

– Помниться, твой отец, был в панике от того, какую жизнь ты вел, верно? – отец будто не обратил внимание на усмешки своего сына. Он продолжил задавать вопросы, причем так, что у всех присутствующих сложилось впечатление, что у него был некий план.

– Да, именно так. Я почти не выходил из дома. Не верил и не понимал, что за пределами стен, меня что-то могло бы рассмешить. Но ваша дочь. Ааяла… – Ялагыи слегка улыбнулся, что не осталось без внимания со стороны Злоялиста

– Он улыбается! – улыбку Ялагыи, Злоялист видел не в первый раз, но каждый раз. Он делал из этого целое представление.

– …та, которая мне нужна. Которую я люблю и ни за что не оставлю в обиде.

– Я так понимаю, что ты никак не жалеешь о том, что выбрал тебе отец? Даже не смотря на свои отказы, даже выходить из дома, ты не хотел, правильно помню?

– Да. И устраивал разное, чтобы не только не общаться с вашей дочерью, но и даже не видеть ее. Однако, если бы я вел себя совсем иначе, то тогда бы она не смогла дать мне понять, что теряю. Как же она готовила… – облизав, а следом прикусив губу от воспоминаний сделал небольшую паузу рассказчик. – Это было выше всех моих ожиданий. Как она разговаривала и как помогала моей маме несмотря на то, что для этого есть прислуга, которой она тоже помогала. В один день я понял, что потерять такое золото не могу, и тут же изменил свое мнение и поведение.

– К чему это мы все это слушали, сын. Я хочу, чтобы ты дал шанс своей избраннице. Открой свое сердце ей, и она наполнит его любовью и нежностью.

– Слышали бы вас те ялмазийцы, которые живут в соседних городах, точно подняли бы на смех! – заговорил подошедший, младший сын Гравуяла. Присаживаясь на стул, продолжил вещать – Они у нас мужики, не признают всей этой, как они говорят, слабости.

Отец посмотрел на младшего сына, слегка улыбнулся, и решил проверить, помнит ли Умшниял то, чему его учили в детстве. Гравуял постучал своей тростью по полу несколько раз с разной периодичностью, после чего принял более комфортную позу, в ожидании ответа. Злоялист решил, что постукивание было адресовано ему, однако, как только он начал отвечать так же, как был задан вопрос, тут же отец голосом дал понять всем, ответ нужен от определенного члена семьи.

Умшниял с легкостью смог дать ответ, который от него требовался. А объяснение его заключалось в том, как ничто не осталось забытым. Такой язык постукивания, учила вся семья Избраганов. При чем не только те, кто происходил по линии Гравуяла, но и его братьев, дедушек, дядь. Это было отличительной чертой этой семьи, ибо никто другой, больше не мог понять, что именно они могли говорить друг другу. Конечно, на Ялмезе были и другие семьи, которые имели свой язык, но зачастую их предки порой так ленились придумывать что-то свое уникальное, что просто заимствовали обозначения у других, из-за чего, кто-то другой мог понять передаваемую информацию.

– Молодец. Повторяешь? – удовлетворенно задал вопрос отец семейства.

– Нет. Просто порой, встречаешь кого-то, кто выдает себя за того, кто понимает, о чем я могу постукивать. Мы начинаем общаться, и я осознаю, что те, кто ничего не понимает, пытается меня обмануть. Правда, мне несколько раз не повезло, и так называемые наши родственники решили воспользоваться этим. Они успешно обманули меня, из-за чего мне пришлось даже голодать несколько дней. Поэтому, я все реже начинаю этим пользоваться. – Не смотря на свой ответ, Умшниял не хотел говорить о грустном и потому, решил быстро сменить тему разговора. – Слышал, у тебя братец появилась невеста. Это правда?

– Как? Почему? Он знает? – обратился Злоялист к отцу, так как боялся, что все остальные уже знали об этом. А отец лишь ехидно улыбнулся, из-за чего раздосадованный сын, тяжело выдохнул. Посмотрел на своего брата с небольшой обидой. Поднял указательный палец правой руки и уже обратился к Умшниялу – А тебе кто сказал?

– Ну… – Умшниял замедлил не потому, что не хотел говорить о том, кто до него донес вести, просто за последние месяцы, он поведал практически всех своих братьев и сестер и каждый из них решил поведать ему эту историю. При этом каждый раз, младший брат делал вид, что слышит о подобном в первый раз. Таким образом, он пытался поднять тесную связь или сохранить ее, ведь ничто так не сближает, как общие секреты.

Пока, младший сын размышлял над тем, как следует ответить, его брат уже догадался о том, что о его женитьбе уже знали все остальные родственники. Злоялист посмотрел на своего отца, следом на брата, а в конце его взгляд остановился на Ялагыи, который еще раз ехидно улыбнулся. Настроения шутить у него не было, поэтому, никак не обратил на это внимания. Нависла тишина, которую никто особо не хотел нарушать. Даже Гравуял просто наслаждался моментом, который преподнесла ему жизнь. Что может быть лучше, чем просто находиться рядом с собственными детьми?

Однако, тишина продолжалась достаточно долго, в результате чего некоторые из представителей мужского пола стали прислушиваться к тому, о чем велась беседа на кухне. Вскоре, из другой комнаты вышла мать. Из-за чего ее дети тут же подскочили со своих мест, а также поспешили помочь дойти до стула, ибо после долгого нахождения на ногах, ее конечности начинали оттекать и болеть. Даже Ялагыи не остался стоять в стороне, что было приятно не только Маялавасе, но и Гравуялу, поскольку в этом месте все соблюдали правила, традиции. Несмотря на то, что некоторые и не росли даже в этих краях, вскоре, перенимали на себя все обычаи.

Тем не менее, не успела мать присесть, как тут же открылась дверь, а следом показался самый старший сын, со своей возлюбленной и детьми, первый из которых, уже достиг того возраста, что мог сражаться на равных со взрослыми ялмазийцами. Родители были в легком шоке, так как не ожидали кого-то сегодня встречать. Маялаваса тут же попросила не садить ее, так как хотела обнять своего уже взрослого сына, а также его возлюбленную.

– Иди сюда Бтарял! Мой маленький сын. – Мама тут же пустила слезу, как это было со всеми другими детьми, которых она видела в первых раз после небольшой разлуки.

Бтарялр проявлял необычайную силу несмотря на свой возраст. Еще в детстве ему говорили, что он должен был стать настоящим богатырем, но Боги в последний момент решили не дарить ему такой силы, а лишь часть ее дали попробовать. Он любил серый цвет, особенно нравился оттенок его глаз и потому, при долгих стараниях, смог достать нужные ингредиенты чтобы окрасить волосы в тот же цвет. Он был один такой, с пепельным цветом, из-за чего сильно выбивался из толпы, но уже прошло достаточно много времени, так что, все остальные успели привыкнуть. Старший сын был вылитым отцом. Порой, даже казалась, что это помолодевшая копия Гравуяла, поэтому мама, когда видела его, сразу падала в воспоминания своей молодости.

– Мама! – Бтарялр тут же обнял свою маму, следом подошел к отцу, который тоже решил встать. – Папа!

Старший сын обнял своих родителей. Поздоровался холодно с Ялагыи, так как недолюбливал его, после чего уже обратил свое внимание на братьев.

– Как вы выросли! Идите сюда! – с улыбкой от уха до уха, радостно говорил старший брат, когда обнял Умшнияла. После очередь дошла до Злоялиста. Его улыбка тут же спала, и уже совсем грустно выдавил из себя слова – Ох… Соболезную. С предстоящим бракосочетанием. – однако, как только проговорил слова, его улыбка тут же появилась на лице, и Бтарялр обнял брата.

– Мы виделись несколько месяцев назад. Мы никак не выросли… – прокомментировал слова своего брата Умшниял.

– Да ладно тебе. Что нового? Рассказывай. Только подождите, надо сестру встретить. – Бтарялр тут же поспешил на кухню, где находилась его сестра.

В это время, жена Бтарялр по имени Далияла поздоровалась со всеми, обняла родителей своего мужа, как позже поступили ее дети. Однако, самый младший из них, который только научился разговаривать, решил, что этого недостаточно, а потому поцеловал свою бабушку и дедушку в щеки. Самые старшие представители семьи в доме, тут же расплылись в улыбках, а Злоялист в этот самый момент, решил понять, как бы он себя ощущал, будь это его дети.

Когда вернулся Бтарялр, оказалось, что мест, где можно было бы присесть уже нет. Поэтому он решил, встать около своей жены, которой самый младший брат любезно уступил место.

– Ну… давай. Ведай мне свои истории. Где был? С кем общался? – голос Бтарялр был точно богатырским и Умшниял это сразу заприметил, но озвучивать это не стал. Уж больно сильный комплимент будет от него исходить.

– Все-таки… Я говорил, что смогу найти богатырей. Нашел! – Умшниял сделал небольшую паузу, сглотнул слюну, протер лоб от пота, побил не много свою левую руку. Это ему нужно было делать, чтобы в дальнейшем она не начинала болеть, так как в один из не очень удачных дней, ему пришлось столкнуться с одним волколаком. Семье о подобном он рассказывать не собирался, так как в тот день, он потерял много своих знакомых. Потому все его воспоминания могли испортить настроение на оставшиеся дни в доме отца. – Скажу так. Их стоит порой поискать. Можно многому научиться!

– Значит не жалеешь о потраченных днях… Это самое главное. А ты, братец, что мне можешь рассказать? – обращаясь к Злоялисту, Бтарялр повернулся, наклонившись в сторону ялмазийца.

– Отец мне невесту нашел. А остальное не столь интересное… – поскольку он не хотел слышать шутки со стороны своего старшего брата, Злоялист попытался как можно скорее сменить тему разговора, отзеркалив при этом, все движения Бталялра. – Ты лучше расскажи о себе. Отцу тоже будет интересно послушать. – Злоялист посмотрел на своего брата, с которым у него было много теплых воспоминаний.