Осколки тьмы

Часть 1.

Покинутый богами

Глава 1. О веселой студенческой жизни, желаниях и методах их исполнения

Звон будильника врывается в сознание.

Да что ж это такое! Я ведь совсем недавно легла спать. Почему уже утро?!

Не открывая глаз, тянусь к будильнику и выключаю его. Сейчас-сейчас, еще немного полежу и обязательно встану.

Куда торопиться? Воскресе

нье все-таки.

Переворачиваюсь на другой бок. Блаженно улыбаясь, натягиваю на голову одеяло. Красота…

Некоторое время так и нежусь в уютном тепле, пока не вспоминаю, почему вчера поставила будильник. Разом просыпаясь, выбираюсь из кровати и спешу на кухню. Столько всего нужно успеть!

Торопливо завтракаю, наскоро привожу себя в порядок и звоню Стасу. Спустя два часа мы настойчиво стучим в дверь к Лине. На самом деле по паспорту она Алина, но это имя искренне ненавидит. Потому все зовут ее сокращенно Линой.

– Привет, Алиса! – радостно восклицает она, открывая дверь. Переводит удивленный взгляд на друга: – Стас?! Я думала, ты придешь позже, со всеми гостями.

– Чтобы вы сами все наготовили, а потом гости отравились?

– Отлично, вот ты у нас и будешь готовить, – нагло заявляю я, протискиваясь в квартиру.

Лина отходит в сторону, чтобы не мешать. С любопытством поглядывает на большой сверток в руках Стаса.

– Да нет проблем, – бодро отзывается друг. – Все равно вы до вечера наряжаться будете.

– Шикарно, Лин! – радуюсь я, снимая курточку, пока подруга закрывает дверь. – Будем весь день прихорашиваться, а Стас героически выполнит за нас всю работу!

– О, Стас, ты такой самоотверженный, – хихикает Лина. Друг изображает затравленный взгляд и начинает отступление… в глубь квартиры.

– Куда пошел?! Это что у тебя? – Терпения Лины хватает ненадолго. Она с интересом цепляется за сверток, пытаясь на ощупь определить его содержимое.

Я наконец избавляюсь от уличной обуви, забираюсь в мягкие тапочки и оттаскиваю Лину от свертка. Делая торжественное выражение лица, прямо здесь, посреди коридора, говорю:

– Итак, дорогая наша подруга! Раз уж терпения нет ни у тебя, ни у нас…

– Вообще-то, у меня есть терпение, – с невинным выражением лица замечает Стас. – Могу хоть до вечера ждать.

Я пихаю его локтем в бок и с воодушевлением продолжаю:

– В общем, мы решили поздравить тебя прямо сейчас. Восемнадцать лет ты ждала этот прекрасный день. Наконец он наступил! Поскольку эти восемнадцать лет не были простыми, тебе постоянно приходилось отказывать себе в обычных человеческих радостях, мы со Стасом решили, что пора бы в этой жизни кое-что изменить. Например, исполнить давнюю детскую мечту… Это тебе!

Стас протягивает Лине сверток.

– С Днем Рождения! – вопим с другом одновременно.

Под оглушительные выкрики поздравлений наша троица плавно перебирается в гостиную комнату, где нетерпеливая именинница поспешно распечатывает сверток.

– Неужели… – выдыхает Лина, изумленно глядя на чехол в форме скрипки. Осторожно проводит рукой по черному нейлоновому покрытию, откидывает крышку и ахает, обнаруживая изящную скрипку в обрамлении красного бархата. – Но, ребята…

– Не нужно ни о чем беспокоиться, – заверяю подругу. – Мы слишком долго себя ограничивали, пора бы и развлечься! Так что можешь наконец-то научиться играть на скрипке. Не думаю, что это особо помешает нашим тренировкам. – С этими словами я вручаю Лине купон на бесплатные (а вернее, уже нами оплаченные) уроки игры на скрипке. – Поздравляем.

– Ребята, я вас обожаю! – радостно вскрикивает Лина и бросается обниматься. – Это самый лучший подарок! Вы замечательные!

После объятий, повизгиваний и счастливого кавардака, наконец угомонившись, мы принимаемся за подготовку к приходу гостей.

Стас не покидает кухню, помогая, а зачастую и делая большую часть работы. Все-таки готовит он прекрасно.

Вскоре друг отправляет нас приводить себя в порядок, обещая проследить за приготовлением в духовке жаркого.

Как большинству уважающих себя девушек, нам приходится потратить довольно много времени на макияж и прическу. Хорошо хоть одежду выбрали заранее, а то бы и до вечера не управились.

Напоследок Лина окидывает себя внимательным взглядом. Крутится перед зеркалом, поправляя детали. А я с белой завистью наблюдаю за ней.

Подруга – обладательница длинных угольно-черных волос. Прямые, гладкие, блестящие, точно такие, о каких я всегда мечтаю, волосы подруги вызывают во мне белую зависть. Мои же темно-каштановые локоны, длиной до поясницы, слегка вьются и часто оказываются в беспорядке.

Лина красавица. Большие ярко-голубые глаза, белая кожа, аккуратные губки. Все это складывается в нежный, романтичный образ. По крайней мере, когда подруга не чувствует себя изможденной после наших тренировок.

Раздается звонок – это первые гости.

– Я же ничего не успеваю! – Лина нервно бросается к двери.

– Спокойно! Да ты отлично выглядишь!

– Я открою, – раздается из коридора голос Стаса.

Вслед за первыми гостями почти сразу же приходят вторые, третьи… и не только. Хорошо, что квартира большая, иначе всем не поместиться – нас решили посетить не только приглашенные, но и остальные одногруппники, бывшие одноклассники и… хм… а этих я впервые вижу.

Звучит музыка, начинаются бурные поздравления. Кто-то умудрился принести кальян, и комната наполняется дымными клубами. Правда, вскоре Стас, наш ярый поклонник здорового образа жизни, не выдерживает и запирает принесшего кальян в ванне вместе с его «подарком». Кто-то разжигает бенгальские огни, случайно оставляя на ковре пару оплавленных дыр от вовремя не потушенных искр. В остальном квартира, кажется, в порядке.

После пары десятков танцев, тостов, произнесенных в честь Лины, и приведения в чувство споткнувшегося о пустую бутылку гостя, виновница торжества сбегает на балкон, как-то растеряв всю веселость.

Я выхожу вслед за подругой. Ежусь слегка, обхватывая плечи руками. Вечерний воздух довольно холоден – это чувствуется даже сквозь стекло.

– Лина, ты чего здесь мерзнешь?

– Проветриться решила, – отзывается подруга, продолжая смотреть на темное небо. Оранжевый свет фонарей у дороги не дает разглядеть первых звезд. – Я вот подумала. Такой замечательный подарок, но не поздно ли мне учиться играть на скрипке? Это ведь обычно с детства начинают. – Лина вздыхает, видимо, вспоминая, чему нам приходилось учиться в детстве.

– Никогда не поздно! – уверенно заявляю я. – Когда мы со Стасом ходили тебя записывать, там человек лет тридцати тоже собирался учиться играть на скрипке. К тому же, ты ведь не собираешься заниматься этим профессионально. А для любительской игры возраст не имеет значения.

– Да, пожалуй, ты права, – улыбается Лина. – А как насчет наших тренировок? У меня на них будет меньше времени, а ситуация сейчас… оставляет желать лучшего.

– Забудь! Сегодня твой День Рождения. Не стоит беспокоиться о мелочах. Пойдем обратно? Слышишь, там уже твою любимую группу включили – пора танцевать! Тем более… – я хитро улыбаюсь, утягивая подругу к двери, – там Антон тебя уже потерял.

– Ну, если Антон, то я просто не могу отказать, – смеется она и вместе со мной возвращается обратно в комнату. – О! Да это ж моя любимая песня! Пойдем-ка покажем всем, как нужно танцевать…

– Алиса… Алиса, ты что, заснула? – возмущенно шепчет Лина, тормоша меня за плечо.

– А? Нет, я не сплю.

Надо признать, я действительно задремала, чуть ли не уткнувшись носом в парту. Но меня можно понять! Вернулась домой только в четыре часа утра, а в семь уже вставать.

Зато как отметили! Незабываемо. Лину больше не посещали приступы грусти. Мы веселились ровно до того момента, как возмущенные соседи вылили гороховый суп на балконные стекла и пообещали вызвать полицию.

– Тогда начинай писать. Думаешь, листочек просто так перед тобой лежит?

Листочек? Какой листочек?

Я удивленно смотрю на небольшой лист бумаги, исписанный заданиями по высшей математике: один теоретический вопрос и три практических.

Откуда оно взялось?

– Это что? – осторожно спрашиваю я.

– Задание. Алиса, сегодня, вообще-то, коллоквиум.

– Коллоквиум! Черт возьми! – я хватаюсь за голову. Замечая, как в мою сторону косится преподаватель, уже тише добавляю: – Я совсем об этом забыла… Ли-и-ина! Ну почему ты мне не напомнила?

– Так напоминала.

– Когда?

– В пятницу. Ты сказала, что успеешь подготовиться.

– Черт.

В пятницу я действительно собиралась заниматься, но вечером позвонил Денис и… в общем, после нашей встречи уже было не до высшей математики. Мы расстались. Он обвинил меня в том, что я мало уделяю ему внимания, и ушел. Ну да, я не горела желанием тратить на него каждый день своей жизни, но это ведь не повод бросать девушку?

Так, ладно, сейчас нужно думать совершенно о другом. Практику-то я уж как-нибудь решу, все-таки занятия не прогуливала. Ну, почти. А что с теорией делать?! «Критерий потенциальности поля в ограниченной односвязной области из плоскости (с доказательством)». Что это вообще такое?! Мы это точно проходили?

– Ты проспала занятие, когда нам рассказывали эту тему, – поясняет Лина, правильно толкуя мой взгляд, полный ужаса и непонимания.

– Прекрасно, – бормочу я.

А ведь преподаватель предупреждал, что коллоквиум повлияет на экзаменационную оценку.

К концу пары настроение отвратительное.

Теорию не написала, практику не дорешала. Стоит ли говорить, что в тот момент, когда я сталкиваюсь в коридоре с Денисом и какой-то блондинкой, которую он обнимает за талию, я готова убивать голыми руками?

– О, так это и есть твоя бывшая? – насмешливо интересуется девушка. – Теперь понимаю, почему ты ее бросил. Как она безвкусно одевается… а ногти-то какого цвета… кошмар!

Надо заметить, сегодня ногти у меня фиолетовые. Красивые такие, яркие. Под цвет кофты.

– Что?! Вы расстались?! – удивляется Лина. Ну да, мне некогда было об этом рассказывать. В конце концов, прошло всего два дня, да и к празднику портить подруге настроение совсем не хотелось.

– Блондинка, рот закрой, – невежливо требую я. Соревноваться в колкостях сейчас нет никакого желания.

– Денис, она мне грубит… – надувая губки, жалуется эта… девушка.

– Алиса, перестань. Мы ведь остались друзьями?

Происходящее все больше напоминает какое-то дешевое кино.

– Ты совсем идиот? А фразу этой стервы, конечно, пропустил мимо ушей? – Я начинаю злиться. Очень.

Мало того, что блондинка эта не вовремя объявилась, Лина что-то там опять спрашивает, отвлекая меня от враждебного субъекта, так еще и Денис ввязывается в разговор!

Внутри поднимается волна бешеной ярости, а вместе с ней просыпается нечто темное. Это необходимо остановить. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

– Не называй ее так, – жестко отрезает Денис. – Если я бросил тебя, это не значит, что ты имеешь право оскорблять мою девушку. Я давал тебе шанс – ты сама отказалась.

Вот, значит, в чем дело. Вот почему решил отыграться теперь. Я, видите ли, им пренебрегла, а это задело мужскую гордость?

– И правильно сделала, что отказалась. Теперь я хотя бы знаю, какой же ты все-таки…

Последнее мое слово заглушает голос Дениса:

– Замолчи.

Он… что мне сказал?! Вот это точно перебор. Ярость остановить не получается. Да я уже и не пытаюсь, теряя контроль над своими эмоциями.

Чувствую, как меня наполняет сила, как разрушительной волной она жаждет вырваться наружу. Ощущение вседозволенности, как часто бывает при пробуждении силы, опьяняет, все больше мной завладевает, затмевая разумные мысли.

– Алиса, не надо! – кричит Лина, хватая меня за руку. Ее прикосновение помогает опомниться и вовремя подавить в себе темную волну. Я перевожу дыхание:

– Да, ты права, они того не стоят.

– Она ненормальная, – пищит блондинка. – Что она собиралась сделать?

– Врезать Денису хорошенько, – пожимая плечами, врет Лина. Уже обращаясь ко мне, говорит: – Пойдем отсюда.

Смешиваясь с толпой, направляемся к раздевалке. Лина с возмущением отчитывает:

– Алиса, как ты могла? Ты же чуть не использовала силу! Кто-то мог это почувствовать! Да и тебе было бы только хуже! А о том, что ты могла нас раскрыть, вообще молчу!

– Извини. Я все знаю, но давай сейчас не будем об этом, – устало прошу я. Сама уже понимаю, насколько глупо себя повела.

За долгое время мы научились использовать свои силы так, как нужно нам. Однако бурные эмоции приводят к потере контроля. Это опасно, как для окружающих, так и для нас.

– Ладно, – примирительно кивает Лина. – Ну как ты?

– Нормально, – я пожимаю плечами. – Если думаешь, что я переживала из-за Дениса, то ошибаешься. Просто он вывел меня из себя. А вообще… ну не чувствую я к нему ничего особенного.

– Все сны свои забыть не можешь? – недоверчиво улыбается Лина.

– Тебе тоже снятся эти сны. О тьме. И ты в них веришь, – замечаю я.

– Потому что чувствую, что они действительно важны и вовремя могут предупредить об опасности. А у тебя…

– Давай об этом тоже не будем, – перебиваю я, зная, что она скажет дальше. Мои сны – это особенная тема, которую другим не понять. – Надо позвонить Стасу. Может, у него тоже закончились пары. Тогда можно было бы начать тренировку…

– Эм… Алис… – мнется Лина, – может, сегодня не будем? У меня первое занятие на скрипке.

– Быстро же ты, – улыбаюсь я. – Хорошо, пусть сегодня будет перерыв. Тем более, я жутко не выспалась.

– Не ты одна. После того, как все гости ушли, я вдруг обнаружила Пашу в ванной. Он там спал… в обнимку с кальяном.

– Ох, точно же! – я заливаюсь смехом. – Стас его там закрыл, а мы и забыли…

– Вот-вот, еще уходить не хотел! Пока я его выталкивала, родители вернулись.

– Ну, они ведь знали, на что идут, оставляя тебе квартиру.

– Думаю, догадывались.

На улице мы расходимся в разные стороны. Лина отправляется на музыкальные занятия осуществлять детскую мечту, а я – к себе домой.

Настроение по-прежнему остается отвратительным. Плюсом к сегодняшним неудачам добавляются неприятные ощущения из-за подавления сил. Противиться им непросто, каждый из нас троих борется с этим по-своему.

Уже дома в своей комнате я включаю любимую музыку. Она всегда помогает на время забыться.

Навеянные музыкой, в мыслях возникают образы. Я спешу к столу, намереваясь их зарисовать, пока не пропали. Рисование – это мое хобби, которое, как и музыка, помогает расслабиться.

К сожалению, времени у нас не так много, чтобы хобби могло перерасти во что-то более серьезное.

Только тянусь за чистым листом бумаги, как за спиной раздается странный звук. Резко оборачиваюсь. Не знаю, как удается сдержать изумленный вскрик.

Дверь по-прежнему заперта, однако посреди комнаты стоит странно одетый человек. Внимание привлекает узкая куртка черного цвета до середины бедра с забавными застежками на золотистых пуговицах и низко расположенным поясом, тоже золотистого цвета. Больше всего эта куртка напоминает средневековый котарди. Черные штаны и сапоги особо ничем не выделяются.

– Неудачный день? – сочувственно спрашивает незнакомец. Наученная горьким опытом, я знаю, что можно даже не надеяться: это не галлюцинация. Вот только в квартире охотники еще ни разу не нападали.

Я растерянно прислоняюсь к столу. В то же время незаметно отодвигаю за спиной ящик, в котором прячу кинжал. Быть всегда готовыми к нападению – вот чему с детства нас учит наставник Денмонт.

– Кто ты и что здесь делаешь? – спрашиваю, на ощупь находя кинжал. Сжимаю его в дрожащей руке, сразу чувствую себя более уверенно.

Незнакомец примирительно поднимает руки:

– Я не собираюсь нападать, можешь не беспокоиться.

Я напряженно рассматриваю нежданного гостя, стараясь предугадать возможное движение.

Высокий, широкоплечий, держится уверенно. Темно-каштановые волосы, едва достающие плеч; несколько совсем черных прядей, несколько золотистых – как в одежде. Впрочем, удивляться здесь нечему – мало ли, из какого мира он явился. Может, у них принято разукрашивать себя, как клоунов.

Темно-карие глаза изучающе наблюдают за мной.

– Я задала вопрос и по-прежнему жду на него ответ, – холодно напоминаю.

– Как ты уже, наверное, догадалась, я из другого мира. Я демон, исполняющий желания. У тебя был неудачный день… и дальше не предвидится ничего хорошего, поэтому я готов предложить тебе свои услуги.

Постойте. С чего он взял, что я знаю о других мирах? Черт возьми! Да любая нормальная девушка на моем месте сейчас бы визжала от ужаса и повторяла, что ей нужно лечиться. Голова моя дырявая… ну что мне стоило изобразить хотя бы удивление? Теперь, видимо, уже поздно строить из себя святую неосведомленность.

– А почему выглядишь как человек? – интересуюсь. Хотя это последнее, что меня на данный момент волнует.

Странно все это. Ну ладно, ничего хорошего он мне не пророчит. Будь я исполнителем желаний, тоже пообещала бы всяких гадостей, чтобы убедить клиента, что без моей помощи ему не обойтись. Но с чего вдруг демон обращается именно ко мне? На Земле полно людей, готовых душу продать за исполнение своих желаний. А у меня разве что коллоквиум неудачно написан, так это в разряд вселенских бед не входит.

– Мой демонический облик тебе лучше не видеть, – усмехается незнакомец. – Можешь звать меня Хельфион.

– Неужели мое будущее столь печально, если ты предлагаешь свои услуги?

Денмонт когда-то рассказывал о демонах, исполняющих желания. Такие действительно существуют. Только выглядят они жутко, мало чем напоминая людей. Каким образом они умудряются исполнять желания, мне не запомнилось, но вот что прочно засело в памяти, так это то, что никогда они не работают бесплатно. Однако некоторым отчаявшимся людям или одержимым навязчивыми идеями наплевать и на цену, и на устрашающий вид демонов – они готовы на все ради исполнения желаний.

Похоже, мне попался какой-то особенный демон. Не помню, чтобы они умели принимать человеческий облик. Да и почему именно я? Может, он почувствовал, как я чуть не использовала свои силы в университете? Хотя нет, это невозможно. Охотники появляются только в тех случаях, когда мы используем силы, то есть выплескиваем их в окружающее пространство, а не держим в себе.

– Могу сказать лишь одно. Твои неудачи только начинаются. Ты случайно попала в поле моего зрения. Думаю, мы могли бы неплохо сотрудничать, – беспечно говорит Хельфион.